Почта России. История одного почтамта

Почта России. История одного почтамта

Вся страна в одном маленьком городе

Город Михайловка, Волгоградская область. Население — 58 407 человек (по данным на 2017-ый год). Градообразующие предприятия: АО «Себряковцемент», ЗАО «Себряковский цемент и бетон» и ОАО «Маслодельно-сыродельный комбинат «Михайловский».

Я считаю, что в городах с небольшим населением проблемы нынешней капиталистической системы проявляются более остро и наглядно, т.к. люди живут компактно на достаточно ограниченной территории, очень часто знают своих соседей и в курсе последних событий. Здесь по населению очень больно бьёт растущая безработица, «кумовство» и коррупция. Множество молодых людей едут работать в Москву вахтовым методом, однако и эта ниша постепенно закрывается: всё больше вахтовиков оказываются обманутыми. Несмотря на преобладающие в таких городах консервативные настроения с «левым» уклоном, уважение получают люди, способные обманом достичь цели, а местные «царьки» и «толстосумы» являются авторитетами, которым и слова поперек сказать нельзя.

Интересно обстоят дела и с администрацией города. Каждый раз, когда назначается новый глава, он проводит что-то вроде «чистки» кабинетов и сажает на тёплые места своих приближённых, родственников и друзей. В первое время такая «новая» администрация пытается завоевать симпатию горожан путём улучшения благоустройства города, например — делает новую аллею для прогулок и латает пару дорожных ям. Про себя они тоже не забывают — приблизительно три месяца назад было полностью восстановлено дорожное полотно в одном из дворов города, — как раз там, где живет новый мэр. На этом добродетель заканчивается, и горожане теряют связь с администрацией до следующей «смены».

Все основные предприятия города страдают от тех же проблем, которые есть везде в капиталистической России. Бесчеловечная «оптимизация» труда, которая принуждает одного рабочего выполнять обязанности нескольких, при этом зачастую разных специальностей, снижение заработной платы, ущемление прав работников, жажда наживы руководителей, отмена «вредности», опасные условия производства. Например, на городской ТЭЦ, которая находится в частных руках, до сих пор эксплуатируются финские котлы 1961−1963 годов. Из четырёх работают два, и те дышат на ладан. Они с трудом поддерживаются в рабочем состоянии, в то время как выделяемые на модернизацию оборудования деньги «куда-то» пропадают. Долг города и предприятий перед «Газпромом» превышает городской бюджет. Как выйти из этой ситуации в рамках нынешней системы не знает никто.

Наверное, пора перейти ближе к теме. Растущая безработица вынуждает идти на любую доступную работу. В нашем городе очень много таких людей, которые говорят: «Пока здесь за копейки работаю, буду искать место поприличнее, а как найду, так сразу и сбегу из этого дурдома». Только вот проходит время — год, два, три — «места поприличнее» не находится, и «дурдом» уже становится обыденностью. Об одном таком «дурдоме» я и хочу рассказать.

Трактом почтовым

Несмотря на то, что у меня высшее техническое образование, я не смог устроиться на работу по специальности, поэтому стал искать любую работу, чтобы иметь хоть какие-то деньги и не быть обузой для семьи. Я был готов устроиться даже дворником, но, как ни странно, свободного места не было и на эту работу. Разумеется, выйти из затруднительного положения с поисками мне помог знакомый, который сказал, что на почтамт требуется почтальон по сопровождению посылок и денежных отправлений. Долго думать не пришлось, и я отправился на место будущей работы. Начальник при встрече произвёл впечатление достаточно приятного человека, провёл для меня экскурсию по письменному, газетному и наконец страховому отделу. Здесь мне и предстояло работать.

Надо сказать, что рядовые рабочие и начальник страхового участка в целом люди неплохие, но характер работы не позволяет им быть дружным коллективом, поскольку основная цель сортировки — оформить почту и переложить дальнейшую ответственность на почтальона, а если тот вовремя не заметил ошибки или дефектов, то вина уже перекладывается на него. Ничего нового в этом, конечно, нет, но иногда разбирательства и поиск виноватых вредят сплочённости рабочих.

Итак, что же за зверь такой — почтальон по сопровождению почты и денежных отправлений? По сути, это что-то вроде инкассатора, который в паре с водителем развозит почту и деньги (в том числе и пенсии) по почтовым отделениям в городе и районе (а наш почтамт обслуживает два района), а также следит за сохранностью доверенных ему отправлений. Ты должен вовремя прибыть на работу, узнать маршрут (далее тракт), по которому тебя отправляют, проверить отсортированную почту, расписаться за приём отправлений, взять накладные, дождаться времени отправления по твоему тракту, загрузить почту и деньги в назначенную машину и отправляться в путь по отделениям. Надо сказать, что никакого нормированного рабочего дня в таких условиях быть не может, коррективы вносит продолжительность пути, зависящая от дальности поездки, времени года и количества почты. Летом из тракта малой дальности можно вернуться и в два часа после полудня, а из дальнего путешествия часов в пять-шесть вечера. В то же время зимой или в весеннюю распутицу хорошо и в восемь-девять часов прибыть на почтамт. Разумеется, в зависимости от времени, проведённого в пути, уровень оплаты труда никак не меняется, а это аж целые десять тысяч рублей. Правда, позже эта сумма изменится.

Конечно же, я описал все в идеальной форме. На деле же в первый рабочий день я обнаружил первое нарушение должностной инструкции. Оказывается, сопровождающие должны помогать сортировать и связывать газеты, т.к. газетчица в отделе всего лишь одна, а нанимать ещё людей руководство не хочет, и если ты отказываешься вязать газеты, то тебя обвиняют в задержке почты, при том не только начальство, но и твои коллеги, которые ждут времени своего отправления. Так что будь добр — выходи на работу раньше, чтобы успеть отсортировать и связать газеты, дабы не сбивать график отправлений.

Позже выяснилось, что сопровождающие и водители, которые отправляются в малые тракты, нагружаются дополнительной работой, а именно курьерской доставкой EMS (экспресс-почта) и развозом продукции компании AVON по отделениям. С курьерской доставкой всё понятно — ты приезжаешь по адресу, вручаешь отправление лично получателю, он расписывается в накладной, а ты в награду выслушиваешь речи о задержках почты. Только вот должны этим заниматься курьеры, которых опять же нет.

2 (2)

История с AVON всё же куда интереснее. В нашем случае, чтобы компании AVON не платить транспортной фирме за доставку своей косметики в область, она платит деньги почтамту, который с помощью своих машин и рабочих развозит коробки по городским отделениям, где мелкие буржуа могут получить товар и перепродать его своим клиентам. Раз в неделю на почтамт приезжает машина и выгружает около 400 ящиков с химией, а тот, кому «посчастливилось» в этот день путешествовать в малый тракт, должен будет эти ящики загрузить в машину и выгрузить в нужных почтовых отделениях. То есть, сотрудники, работающие на государственном предприятии, должны выполнять заказ частного предпринимателя, который платит деньги прямиком почтамту? Да. Бесплатно? Конечно же!

Ко всему прочему можно причислить использование сопровождающих как грузчиков и перевозчиков имущества предприятия, как рабочих для прокладки противопожарного линолеума и мелкого ремонта в почтовых отделениях.

Защищён и вооружен

Стоит упомянуть и средства производства, в нашем случае это машины УАЗ-452, прозванные в народе «Буханка». Таким образом, перевозка почты и денежных средств осуществляется в абсолютно незащищенном транспорте 1990-ых годов выпуска. Летом 2014-го года одна такая «буханка» лопнула по шву прямо в пути, из-за чего сопровождающему пришлось проехать остаток тракта, удерживая дверь, чтобы та не отвалилась. В итоге всё свелось к банальной сварке и дальнейшей эксплуатации данной машины. Позже в 2015 году часть машин заменили новыми, того же класса, но если старые были «горячо любимы» нами из-за своей старости, то новые — из-за сборки. Дело в том, что новые «буханки» являются просто железными, плохо сваренными коробками. Внутренняя обивка и изоляция просто отсутствуют, а в стыках между крупными деталями зияют дыры. Так что холодной зимой нужно одеваться теплее, а осенью из-за дождей — плотнее.

3

Всё в том же 2015 году оказалось, что развозить деньги и почту в незащищённом транспорте небезопасно. После серии нападений на почтовые машины в соседних районах был отдан приказ о необходимости вооружить водителей и сопровождающих. Руководство собрало нас в кабинете и объявило о необходимости нашего обучения владению стрелковым оружием, а также о сборе с каждого по пять тысяч рублей на это самое обучение, иначе — «Сдать экзамен у вас не получится». И действительно, те, кто не заплатил — не сдали экзамен. Позже начальник чётко дал понять — «Если вы не сдадите со второй попытки, то мы с вами быстро распрощаемся». Конечно, после таких слов оставшимся было сложно получить «неуд».

И вот теперь, в новых, дырявых уазиках, в бронежилетах и с пистолетами, в лютый мороз или под знойным солнцем мы доставляем почту тем, кто её ждёт.

Сделать почту прибыльной

Уже не могу вспомнить год, когда руководству почудилось, что необходимо увеличить штат сопровождающих, но сделали они это с особым изыском. По причине того, что количество сопровождающих было равно количеству трактов — семь, а в случае болезни одного из них приходилось отправлять водителя в одиночку, было решено создать ещё одно рабочее место на эту должность. Тут сразу же стоит упомянуть о рабочей неделе. У сопровождающих и водителей два выходных — воскресенье и один плавающий среди недели, в дни, когда обслуживаются только районные центры, поэтому нет необходимости использовать все машины. И если в случае болезни или по другой причине водителя можно заменить его коллегой при почтамте, то у сопровождающих такой замены нет, а по новым положениям о безопасности отправлять одного водителя в тракт нельзя. По этой причине к нам наняли восьмого сотрудника.

12 (1)

Часть лозунга с сайта Почты России: «…Стратегическая цель — сделать Почту России прибыльной…». И именно поэтому вместо того, чтобы добавить полноценную рабочую единицу — каждому сопровождающему была сокращена ставка до 0,8, а это чуть меньше восьми тысяч рублей в месяц, но зато на один плавающий выходной стало больше. Стоит ли говорить, что мотивация рабочих и без этого была минимальной? Я не могу сказать, как обстоят дела в других районах и городах, но могу уверенно заявить, что наш коллектив некоторое время пребывал в состоянии абсолютной меланхолии. Зато начальник теперь получает премии за экономию средств.

Лирическое

Работая в «Почте России», я побывал в разных населённых пунктах. Видел умирающие поселения, разрушенные сельскохозяйственные сооружения, был в поселении сектантов. Я видел роскошные дачи буржуев рядом с осыпающимися ветхими домами. Я видел взрослых людей, не способных прочитать два слова на почтовой машине. Я видел дома и постройки, из крыш которых торчат кроны деревьев.

В сухом остатке

Нарушение прав рабочих, их нецелевая эксплуатация, унизительные зарплаты, пренебрежение безопасностью, коррумпированность руководства, — и всё это в одной маленькой части одной большой государственной организации, так же, как и острые проблемы одного маленького провинциального города в пределах большой страны, показывают нам результаты работы нынешнего капиталистического строя в России за последние 26 лет. Несмотря на то, что я покинул почту, наверное, именно эта работа во многом повлияла на мои политические взгляды и дала мне понимание того, что нынешняя система не способна нам дать ничего, кроме вечных забегов в тщетных поисках выгодной продажи своей рабочей силы.

Нашли ошибку? Выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.