Троцкий

Троцкий, Сталин и коммунизм. Часть 1

Представляем вниманию читателей первую часть нашего программного материала, посвященного исторической роли Л. Троцкого и И. Сталина в борьбе за коммунизм.

Оглавление

Введение 

Немного о терминах

Троцкий и Сталин в революционном движении до начала взаимного противоборства

Наследие Ленина

Первый этап борьбы

«Литературная дискуссия» – начало пересмотра истории

Пик внутрипартийной борьбы: объединённая оппозиция

Разгром оппозиции

Основные выводы

Введение

Немного о терминах

Пытаясь проанализировать с марксистских позиций и освободить от мифологии вопрос противостояния различных групп в большевистской партии в 1920-30-х гг., первым делом необходимо разобраться с терминологией. Под такими словами, как “сталинизм”, “троцкизм”, “социализм” в современном левом движении могут пониматься самые различные вещи, и подобный терминологический произвол немало способствует запутыванию вопроса, участники бесконечных дискуссий просто-напросто часто говорят на разных языках. В данном материале термины предполагают под собой следующее:

Сталинизм — течение в современном левом  движении, считающее строительство социализма в СССР при Сталине  образцом для будущего во всех аспектах. Сталинисты отрицают наличие сколько-нибудь значимых ошибок у Сталина на протяжении всей его политической биографии, в первую очередь – в период руководства СССР. При этом Сталин защищается как марксист, сталинисты считают сталинскую политику  творческим применением марксизма. Националистических, антикоммунистических, а также реформистских поклонников Сталина (типа КПРФ) неправомерно относить к сталинистам в данном значении.

Троцкизм — течение в левом движении, опирающееся на оценки Троцкого, данные им политике Сталина и сущности общественно-политического строя в СССР после победы сталинской группы (деформированное рабочее государство во главе с бюрократически переродившимся руководством, продолжающим защищать интересы рабочего класса лишь постольку, поскольку они совпадают с интересами бюрократии). Троцкизм как течение сформировался в конце 1920-х гг., после исключения Троцкого и его сторонников из ВКП(б) и других коммунистических партий. Также «троцкистами» можно называть группу Троцкого в РСДРП дореволюционного периода, не принадлежавшую ни к большевикам, ни к меньшевикам. К троцкизму не относятся коммунисты, признающие сталинскую политику в целом коммунистической и критически относящиеся к Сталину лишь по отдельным вопросам, а также те левые, кто полностью отрицает прогрессивный характер СССР, расходясь в этом с Троцким.

Социализм – первая фаза коммунистической формации, характеризующаяся диктатурой рабочего класса и плановой экономикой на базе обобществленных средств производства. Возникший после победы пролетарской революции в относительно отсталой стране социализм наследует эту отсталость,  и по ряду важных параметров (производительность труда, уровень потребления масс) может уступать наиболее развитым капиталистическим странам. Однако это не отменяет наличия социализма как более прогрессивного общественно-экономического строя в данной стране. Опыт XX века более чем полностью подтвердил ленинские слова о том, что “неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма”. 1 Большинство успешных социалистических революций происходило в странах, отнюдь не принадлежавшим к наиболее развитым, но где наибольшей остроты достигли общественные противоречия. В результате пришедшему к власти рабочему классу приходилось во многом доделывать работу капитализма (в плане индустриализации, распространения грамотности, элементарной культуры и т.д.), наряду с социалистическим развитием.

Как мы покажем далее, путаница в определении социализма, существовавшая и существующая среди марксистов, сыграла немалую роль в расколе советской коммунистической партии 1920-х гг.

Троцкий и Сталин в революционном движении до начала взаимного противоборства

РСДРП, в том числе и её большевистское крыло, окончательно выделившееся в самостоятельную партию в 1917 г. (на уровне руководства — в 1912 г., после Пражской конференции) за два десятка лет своей дореволюционной борьбы в подполье и эмиграции  прошла целый ряд этапов в плане конфликтов, расколов и объединений внутри партии.

Классическая советская схема партийной истории, перекочевавшая на страницы нынешней левой сталинистской публицистики, игнорировала всю сложность ситуации в РСДРП в различные моменты. Картина борьбы  партии большевиков (с этим словом было синонимично определение “сторонник Ленина”) с партией оппортунистов (якобы представлявшими собой исключительно разновидности меньшевизма) крайне упрощала реальную ситуацию, упуская из виду целый ряд обстоятельств:

1.Раскол 1903 года прошёл лишь по самому верхнему слою партии. Но даже этот слой вряд ли мог тогда представить, что большевики и меньшевики станут двумя враждебными друг другу партиям, оказавшимися по разные стороны баррикад в ходе Гражданской войны. Поэтому очень критически стоит относиться к переносу ситуации открытого противостояния двух партий на ситуацию более ранних лет, когда многие и большевики и меньшевики считали себя единой партией, способной преодолеть фракционные разногласия. В тенденции к примирению с меньшевиками, в совместной работе с ними впоследствии можно было обвинять практически любого ветерана партии, что широко использовалось во внутрипартийной борьбе послереволюционного периода. Например, в 1920-х гг. Троцкий, отбиваясь от оппонентов, говорил по поводу некоторых наиболее ярых обличителей троцкизма:

“После Февральской революции Ярославский издавал в Якутске вместе с меньшевиками журнал «Социал-Демократ», который представлял собой образчик предельной политической пошлости и стоял на самой грани между меньшевизмом и захолустным либерализмом. Ярославский возглавлял тогда якутскую примирительную камеру, дабы охранять благолепие демократической революции от столкновений рабочих с капиталистами. Тем же духом были проникнуты все статьи журнала, редактором которого был Ярославский. Другими сотрудниками, не нарушавшими дух издания, являлись: Орджоникидзе и Петровский, нынешний председатель украинского ЦИКа. В передовой статье, которая могла бы показаться невероятной, если б не была напечатана черным по белому, Петровский размазывал слезы умиления по поводу пожертвованных неким чиновником 50 рублей на благие дела и выражал убеждение, что революция получит настоящий расцвет с того момента, когда имущие классы последуют примеру благородного титулярного, а может быть и надворного советника. Вот эти строго выдержанные «марксисты» и несгибаемые «революционеры» редактируют теперь Ленина и пытаются редактировать всю историю”. 2

2.Революционные события 1905 года подстегнули тенденцию к объединению. Неслучайно именно в период Первой русской революции  состоялся наиболее известный пример попытки ликвидации фракций – Стокгольмский съезд РСДРП в 1906 г. По поводу его итогов Ленин писал:

“Крупным практическим делом является слияние фракций меньшинства и большинства. Раскол прекращен. С.-д. пролетариат и его партия должны быть едины. Организационные разногласия изжиты почти целиком. Остается важная, серьёзная и чрезвычайно ответственная задача: воплотить действительно в жизнь принципы демократического централизма в организации партии, — добиться упорной работой того, чтобы основной организационной ячейкой партии стали на деле, а не на словах, низшие организации, чтобы все высшие учреждения были действительно выборны, подотчётны и сменяемы. Надо упорной работой сложить такую организацию, которая включала бы всех сознательных рабочих с.-д. и которая жила бы самостоятельной политической жизнью. Автономия всякой партийной организации, признаваемая до сих пор больше на бумаге, должна быть проводима и проведена в жизни. Борьбу за места, боязнь другой «фракции» надо устранять и устранить. Пусть на деле будут у нас единые организации партии с чисто идейной борьбой различных течений с.-д. мысли внутри них”. 3

3.Даже на уровне руководства попытки примирения имели место ещё в 1910-1911 гг. 4. Разница в подходах между фракциями была в том, на какой платформе объединяться. Большевики настаивали на принятии всеми социал-демократами своей программы и  организационных принципов, с чем были не согласны как меньшевики, так и социал-демократы, занимавшие промежуточную позицию. В итоге в 1912 г. Пражская конференция большевиков-ленинцев и Венская конференция меньшевиков и промежуточных  групп (на последней был создан недолговечный “Августовский блок”) знаменовали окончательное размежевание социал-демократического руководства и эмиграции.

В России же, особенно в провинции, размежевание было далеко не закончено. И даже ещё летом 1917 г., судя по докладам некоторых делегатов VI съезда партии большевиков, взявшего курс на насильственный захват власти рабочим классом и беднейшим крестьянством, в некоторых городах большевики и меньшевики составляли единую организацию:

“В нашу область входят: Таганрог, Луганск, Мариуполь, Бахмут, Екатеринослав, Ростов н/Д., Новочеркасск, Харьков и прилегающие к ним рудники: Щербиновка, Макеевка, Юзовка и др. Все организации, которые были представлены на областной конференции, — организации большевистские, за исключением Кривого Рога, где организация объединенческая”. — докладывал делегат съезда Каменский. 5

4.Кроме большевиков и меньшевиков, существовали также внефракционные социал-демократы, имевшие расхождения с обеими основными фракциями, видным представителем этой части РСДРП был, в частности, Лев Троцкий. Существовали и большевики, но не «ленинцы» (группа “Вперед”, поддерживавшая основные пункты политической программы большевиков, но разошедшаяся с ленинской группой по ряду актуальных вопросов периода реакции, прежде всего по работе в легальных организациях).

Таким образом, РСДРП до революции представляла собой целый конгломерат группировок, объединявшихся и вновь раскалывавшихся. Та партия большевиков, которая возглавила Октябрьскую революцию, во многом была окончательно сформирована лишь весной-летом 1917 г., в ходе размежевания революционеров в новой обстановке, вызванной свержением самодержавия.

Какова же была роль двух будущих антагонистов ранней советской истории в дореволюционный период?

Сталин с самого начала раскола РСДРП неизменно принадлежал к её большевистскому крылу. Он был одним из видных организаторов и пропагандистов среди закавказских большевиков. Выход Сталина на общероссийский уровень, включение его в руководство партии не случайно произошло в 1910-1912 гг., в период реакции после поражения революции 1905 г. В условиях развала партийных организаций, массового отхода людей от РСДРП, как и от других революционных партий, Сталин был одним из немногих, кто не дрогнул и продолжил активную работу.

1

Город Баку, где одним из лидеров большевистского крыла РСДРП был Сталин, входил  в годы реакции в число центров наибольшей активности большевиков. Биограф Сталина Н.Капченко в своем трехтомном исследовании указывает:

“В этот период Коба не раз обращается и к ставшему весьма актуальным вопросу о необходимости созыва общепартийной конференции и особенно подчеркивает назревшую потребность перенесения практического центра руководства партийной работой из-за границы в Россию. Показателем того, что к его мнению прислушиваются в партийных верхах и уже признают в определенной мере его авторитет в качестве работника общероссийского формата стало назначение Кобы уполномоченным ЦК партии (“агент ЦК”)”. 6

Также включение Сталина в партийное руководство было непосредственно связано с решением пленума ЦК РСДРП, принятым в январе 1910 г., о создании Русского бюро ЦК, пополнении состава Центрального комитета партийными работниками, действовавшими в России. Таким образом партия старалась ликвидировать возникший в годы реакции отрыв эмигрантского руководства партии от российских парторганизаций. В своих воспоминаниях ветеран партии М.И. Фрумкин писал: “Приблизительно в конце февраля 1910 г. приехал в Москву из-за границы с Пленума ЦК В.П. Ногин (Макар). Основная его задача была организовать часть ЦК, которая должна работать в России. В эту русскую часть по соглашению с меньшевиками должны были войти и три их представителя <…> Но эта тройка категорически отказалась вступать в грешную деловую связь с большевиками. Тогда на совещании пишущего эти строки с Ногиным было решено предложить ЦК утвердить следующий список пятерки — русской части ЦК: Ногин, Дубровинский-Иннокентий (приезд его из-за границы был решен), Р.В. Малиновский, К. Сталин и Владимир Петрович Милютин <…> Сталин был нам обоим известен как один из лучших и более активных бакинских работников. В.П. Ногин поехал в Баку договариваться с ним”. 7

Причем надо отметить, что данные воспоминания были написаны в 1922 году, и речь в данном случае не может идти о сознательном преувеличении роли Сталина в партии, которое стало частью партийной пропаганды в области истории с 1930-х гг. Можно согласиться с Капченко в том, что “С точки зрения исторической достоверности представляется бесспорным тот факт, что в 1910 году Коба стал котироваться в большевистских верхах в качестве одного из ведущих партийных руководителей”. 8 Два года спустя, в 1912 г., Сталин стал членом большевистского Центрального комитета.

Активность Сталина в подполье, его накопившийся к тому времени богатый революционный опыт самой «черновой» работы привели к тому, что  он оказался востребован в большевистском руководстве. К этому же периоду относятся и наиболее значительные дореволюционные теоретические работы Сталина – “Анархизм или социализм?” и “Марксизм и национальный вопрос”.  Сталин был по сути “универсальным солдатом” большевизма, способным на самые разные виды революционной деятельности, от теоретических статей до участия в организации экспроприаций. Вполне заслуженно он встретил 1917 год одним из лидеров партии большевиков.

Это, впрочем, не значит, что у него не было неверных воззрений. Как и многие партийные практики, Сталин порой проявлял пренебрежение к идейной борьбе в РСДРП, которая велась верхушкой партии в эмиграции. В частности, в 1911 году в письме В.С. Бобровскому Сталин характеризовал происходящее размежевание, столкновение партийных группировок как “бурю в стакане воды”:

“О заграничной “буре в стакане воды”, конечно, слышали: блоки – Ленина – Плеханова, с одной стороны, и Троцкого – Мартова – Богданова, с другой. Отношение рабочих к первому блоку, насколько я знаю, благоприятное. Но вообще на заграницу рабочие начинают смотреть пренебрежительно: “Пусть, мол, лезут на стенку, сколько их душе угодно, а по-нашему, кому дороги интересы движения, тот работает, остальное приложится”. Это, по-моему, к лучшему”. 9

Естественно, подобная характеристика борьбы большевиков с оппортунизмом свидетельствовала о недостаточной теоретической подготовке Сталина, о том, что роль идейного противостояния явно недооценивалась им в тот период.

В целом реальный политический портрет Сталина как революционера далек как от “гения”, так и от “серой посредственности”, обоих штампов, которые до сих пор в ходу среди нынешних российских левых. Это был выдающийся деятель большевизма, с разносторонними способностями, не лишенный, естественно, недостатков и ошибочных взглядов по некоторым вопросам.

К Троцкому, в отличие от Сталина, общероссийская (и европейская) известность в качестве видного деятеля социал-демократии пришла очень рано. Однако его путь в революции  был гораздо более противоречив. Как известно, при расколе в 1903 г. Троцкий примкнул к меньшевикам, вскоре написав яростный антиленинский памфлет “Наши политические задачи”, с посвящением “любимому учителю”, одному из лидеров меньшевиков, Павлу Аксельроду.

8

Правда, в рядах меньшевиков Троцкий  оставался всего около года, а затем 13 лет являлся внефракционным членом РСДРП. Сразу оговоримся — мы считаем несостоятельным известный пропагандистский штамп о “троцкизме как разновидности меньшевизма”, где под “троцкизмом” имеется в виду деятельность Троцкого за весь период 1903 — 1917 гг. Этот штамп был изобретен в 1920-е гг., до революции же разницу между различными группами в РСДРП хорошо понимали все члены партии. 10 Троцкий и группа его сторонников после отхода от меньшевиков продолжала  расходиться с большевиками по организационным вопросам, ратуя за объединение всех фракций РСДРП, считая что главная причина раскола — амбиции лидеров как большевизма, так и меньшевизма. Однако Троцкий был близок к большевикам по важнейшему вопросу — о перспективах революционного движения в Российской Империи, на чём он довольно быстро и разошелся с меньшевиками.

Как и большевики, Троцкий отвергал союз пролетариата с либеральной буржуазией в борьбе против самодержавия (вытекавший из меньшевистского догматизма), настаивал на гегемонии рабочего класса в революции, в союзе с крестьянством. А после победы – на перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую, без сколько-то продолжительного промежуточного этапа. Отличие “теории перманентной революции”, сформулированной Троцким, от ленинской, большевистской позиции, применительно к ситуации в России начала  XX века, сводилось к различной оценке роли крестьянства в революции. Ленин считал, что после свержения самодержавия власть в России будет «революционной диктатурой пролетариата и крестьянства». В то время как Троцкий, указывая на то, что крестьянство неизбежно пойдет либо за пролетариатом, либо за буржуазией, полагал возможным установление пролетарской диктатуры в России сразу же вслед за революционным переворотом:

“Но участие пролетариата в правительстве и объективно наиболее вероятно и принципиально допустимо лишь как доминирующее и руководящее участие. Можно, конечно, назвать это правительство диктатурой пролетариата, крестьянства и интеллигенции или, наконец, коалиционным правительством рабочего класса и мелкой буржуазии. Но все же останется вопрос: кому принадлежит гегемония в самом правительстве и через него в стране? И когда мы говорим о рабочем правительстве, то этим мы отвечаем, что гегемония будет принадлежать рабочему классу”. 11

В этом вопросе хорошо видна некоторая схематичность мысли Троцкого и склонность к поспешным выводам. В своей знаменитой статье «Итоги и перспективы» он утверждал, что российский пролетариат, взяв власть в союзе с крестьянством, неизбежно лишится поддержки крестьянства после того, как будут выполнены буржуазные, антифеодальные задачи русской революции. Крестьяне как мелкие собственники отвернутся от той власти, которая возьмёт курс на социализм, и все надежды на сохранение  диктатуры пролетариата в России могут быть связаны только с революцией в наиболее развитых странах Западной Европы.   12 Эта ставка Троцкого, при всех изменениях его позиции в дальнейшем, неизменно сохранится во всех политических расчётах Льва Давидовича, сыграв роковую роль в его судьбе.

Позиция Ленина насчёт  перспектив, которые ждали союз рабочего класса и крестьянства после уничтожения самодержавия и феодализма в России, была более взвешена. Он предпочитал не забегать вперед, понимая, что многое будет зависеть от конкретной ситуации, которая сложится к тому времени. В работе «Две тактики социал-демократии в демократической революции» Ленин писал:

“Наступит время — кончится борьба с русским самодержавием — минет для России эпоха демократической революции — тогда смешно будет и говорить о «единстве воли» пролетариата и крестьянства, о демократической диктатуре и т. д. Тогда мы подумаем непосредственно о социалистической диктатуре пролетариата и подробнее поговорим о ней”.  13

Однако и у Ленина в этой же работе присутствует мысль о том, что при переходе к социалистическим задачам революции былой союз пролетариата и крестьянства неизбежно подвергнется эрозии:

“Несомненно, наконец, что и у нас в России успех крестьянской борьбы, т. е. переход к крестьянству всей земли, будет означать полный демократический переворот, являясь социальной опорой доведенной до конца революции, но отнюдь не социалистический переворот и не «социализацию», о которой говорят идеологи мелкой буржуазии, социалисты-революционеры. Успех крестьянского восстания, победа демократической революции лишь расчистит путь для действительной и решительной борьбы за социализм на почве демократической республики. Крестьянство, как землевладельческий класс, сыграет в этой борьбе ту же предательскую, неустойчивую роль, какую играет теперь буржуазия в борьбе за демократию. Забывать это — значит забывать социализм, обманывать себя и других насчёт истинных интересов и задач пролетариата”. 14

Таким образом, при всем различии, антагонизма в позиции Троцкого и большевиков не было и в данном вопросе. Можно согласиться с Троцким, писавшим впоследствии:

“Если рассматривать давние мои разногласия с Лениным не в разрезе вырванных налету цитат такого-то года, месяца и дня, а в правильной исторической перспективе, то станет совершенно ясно, что спор шёл, по крайней мере, с моей стороны, не о том, нужен ли для разрешения демократических задач союз пролетариата с крестьянством, а о том, какую партийно-политическую и государственную форму может принять революционная кооперация пролетариата и крестьянства, и какие из этого вытекут последствия для дальнейшего развития революции”. 15

Как известно, революция 1905 года потерпела поражение и сменилась периодом реакции. Таким образом, в то время история не устроила практической проверки подхода Ленина и подхода Троцкого к революции в России. Оказалась бы «теория перманентной революции» действительно “несуразно-левой” (как отозвался о ней Ленин в ходе полемики с Троцким в период реакции) в условиях свержения самодержавия в России в 1905 году и образования демократического правительства, теперь никак не установить. А 12 лет спустя расстановка сил в России была уже иной, и новая ситуация сняла разногласия между Троцким и Лениным.

Но до этого будущую “двойку” лидеров Советской России ждало острое противоборство периода реакции. В контексте борьбы внутри РСДРП в эти годы Троцкий был противником Ленина, отвергая большевистские организационные принципы, пытаясь объединить большевиков с меньшевиками на позициях пролетарской революции. Утопичность этого подхода Троцкий впоследствии признавал сам:

“… я  занимал  тогда в  отношении  к  меньшевикам  позицию, глубоко отличную от позиции Ленина. Я  считал необходимым  бороться за объединение большевиков с меньшевиками в одной партии.  Ленин  считал  необходимым углублять раскол  с меньшевиками, чтоб очистить партию от основного источника буржуазных влияний на  пролетариат.  Значительно позже я  писал, что основная  политическая моя ошибка состояла в том, что я  не понял своевременно принципиальной  пропасти между  большевизмом и  меньшевизмом”.  16

Наиболее яркие документы периода данной полемики впоследствии стали “визитной карточкой” антитроцкистской публицистики и историографии. Это, прежде всего письмо Ленина “О краске стыда у Иудушки Троцкого” (оставшееся неотправленным и найденное в ленинских бумагах лишь в начале 1930-х гг.)  и письмо Троцкого к меньшевику Чхеидзе, написанное в 1913 г. Не пытаясь оправдать оппортунистические позиции Троцкого в эти годы, отметим, что дальнейшая его деятельность в рядах партии большевиков, особенно в период Октябрьской революции и Гражданской войны, гораздо более весома, нежели антиленинская работа периода реакции.

Начавшаяся Первая мировая война приблизила Троцкого к большевизму.  Как и Ленин, Троцкий выступил с однозначным осуждением социал-шовинизма, поддержки буржуазных правительств социал-демократическими партиями. Правда, его позиция была менее последовательна, чем ленинская. Так, Троцкий, не разделял лозунга “поражения своего правительства”, считая, что призывы к поражению России означают призыв к победе кайзеровской Германии. 17 Тем не менее, симптоматично, что в эти годы Ленин, продолжая жестко критиковать Троцкого, одновременно начал признавать сближение позиций: “А Троцкий? Порвав с партией Мартова, он продолжает упрекать нас в том, что мы раскольники. Он понемногу двигается влево и предлагает даже порвать с вождями русских социал-шовинистов, но он не говорит нам окончательно, желает ли он единства или раскола по отношению к фракции Чхеидзе”. 18

Резюмируя, можно сказать, что своей революционной деятельностью Троцкий уже в период до 1917 года показал себя как блестящего революционного публициста и оратора (что и сделало его видной фигурой среди социал-демократов), но слабого марксиста-теоретика. Его отличали приверженность схеме, “громкой фразе” (среди прочих обвинений в адрес Ленина звучал и “бонапартизм”, в котором Троцкий так же неуместно будет обвинять и Сталина. 19 Все эти не лучшие особенности Троцкого как политика, а также амбиции и непонимание важности большевистского организационного плана по созданию сплоченной партии с идейным единомыслием и жёсткой дисциплиной привели Троцкого в ряды оппонентов Ленина, при всей враждебности Льва Давидовича реформизму и других чертам политической программы меньшевиков. Немаловажно, на наш взгляд, и то, что Троцкий большую часть своей дореволюционной политической жизни работал за границей, имея контакты с широкими российскими трудящимися массами лишь эпизодически (как например, в 1905 г., когда Троцкий входил в руководство Петербургского Совета рабочих депутатов). Тогда как Сталин и будущие ближайшие его соратники (Каганович, Молотов, Андреев и т.д.) принадлежали к тем революционерам, которые работали почти исключительно в России и, в результате, куда лучше знали российские условия и особенности русского рабочего класса и крестьянства, включая и их не самые лучшие черты.

Февральская революция в России знаменательна с точки зрения политического пути обоих наших героев. Именно новая ситуация в стране сделала Троцкого большевиком, а Сталина толкнула на серьёзные колебания,которые привели к разногласиям с Лениным.

Весной 1917 года Троцкий, в соответствии со своими взглядами, одним из первых среди марксистов выдвинул лозунг перерастания Февральской революции в революцию социалистическую, в захват власти пролетариатом. Уже в марте Троцкий писал:

“Прямая обязанность революционного пролетариата России показать, что за злой империалистической волей либеральной буржуазии нет силы, ибо нет поддержки рабочих масс. Русская революция должна обнаружить перед всем миром свое подлинное лицо, т.е. свою непримиримую враждебность не только династически-дворянской реакции, но и либеральному империализму.

Дальнейшее развитие революционной борьбы и создание Революционного Рабочего Правительства, опирающегося на подлинный народ, нанесет смертельный удар Гогенцоллерну, ибо даст могущественный толчок революционному движению германского пролетариата, как и рабочих масс всех остальных европейских стран”. 20

“Первым делом нужно обеспечить революцию от внутреннего врага. Нужно, не дожидаясь Учредительного Собрания, выметать монархический и крепостнический хлам изо всех углов. Нужно научить русского крестьянина не доверять посулам Родзянки и патриотической лжи Милюкова. Нужно сплотить крестьянские миллионы против либеральных империалистов под знаменем аграрной революции и республики. Выполнить эту работу в полном объёме сможет только опирающееся на пролетариат Революционное Правительство, которое отстранит Гучковых и Милюковых от власти. Это Рабочее Правительство пустит в ход все средства государственной власти, чтобы поднять на ноги, просветить, сплотить самые отсталые и тёмные низы трудящихся масс города и деревни. Только при таком правительстве и при такой подготовительной работе Учредительное Собрание явится не ширмой для землевладельческих и капиталистических интересов, а действительным органом народа и революции”. 21

Как видим, Троцкий с самого начала выступил против весьма распространенных в те дни среди российских социал-демократов, в том числе большевиков, представлений о том, что после свержения самодержавия необходимо поддерживать буржуазное Временное правительство, поскольку оно осуществляет прогрессивные преобразования. Кроме того, он недвусмысленно заявил о необходимости союза рабочего класса с крестьянством ради свержения буржуазной власти. Позиции Троцкого  совпали с программой Ленина (“Апрельскими тезисами”), в новых условиях пересмотревшего старое положение  большевизма относительно периода “демократической диктатуры пролетариата и крестьянства”. Формулировки лидера большевиков были весьма резкими:

“Революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства» уже осуществилась (в известной форме и до известной степени)  в русской революции, ибо эта «формула» предвидит лишь соотношение классов, а не конкретное политическое учреждение, реализующее это соотношение, это сотрудничество. «Совет рабочих и солдатских депутатов» — вот вам уже осуществленная жизнью «революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства».

Эта формула уже устарела. Жизнь ввела ее из царства формул в царство действительности, облекла ее плотью и кровью, конкретизировала и тем самым видоизменила.

На очереди дня уже иная, новая задача: раскол пролетарских (антиоборонческих, интернационалистских, «коммунистских», стоящих за переход к коммуне) элементов внутри этой диктатуры и элементов мелкохозяйских или мелкобуржуазных (Чхеидзе, Церетели, Стеклов, социалисты-революционеры и пр. и пр. революционные оборонцы, противники движения по пути к коммуне, сторонники «поддержки» буржуазии и буржуазного правительства).

Кто говорит теперь только о «революционно-демократической диктатуре пролетариата и крестьянства», тот отстал от жизни, тот в силу этого перешёл на деле к мелкой буржуазии против пролетарской классовой борьбы, того надо сдать в архив «большевистских» дореволюционных редкостей (можно назвать: архив «старых большевиков»)”. 22

Вступив в противоборство в данном вопросе со многими видными большевиками (Каменевым, Рыковым и т.д.), посчитавшими линию Ленина на непосредственную подготовку социалистической революции несвоевременной (по причине незавершенности буржуазной революции), Владимир Ильич взял курс на объединение всех революционных социал-демократов в рядах большевиков, окончательно превращавшихся из фракции в РСДРП в отдельную партию.

В этих условиях и произошло объединение т.н.”«межрайонного комитета социал-демократов”, лидером которого был вернувшийся из эмиграции Троцкий, с большевиками. Причём Троцкий на VI съезде РСДРП (конец июля – начало августа 1917 года) санкционировавшим объединение, был сразу же избран в ЦК партии практически единогласно, получив 131 голос из 134. 23 Это говорит о многом: за месяцы, прошедшие после возвращения Троцкого из эмиграции, он зарекомендовал себя как твердый сторонник послереволюционной платформы большевиков, несмотря на сделанное им в мае заявление о том, что “признания большевизма требовать от нас нельзя” 24 (имелся в виду дореволюционный большевизм). В час революции большевики не склонны были поднимать старые разногласия, снятые ходом событий.

Последовавшая затем Октябрьская революция и Гражданская война были звёздным часом большевика Троцкого. В сентябре 1917 года он возглавил Петроградский Совет, став затем одним из политических руководителей Октябрьского восстания. В первые послереволюционные годы его выдающиеся заслуги в этом деле не оспаривались никем. В газете “Правда” от 6 ноября 1918 года Сталин писал:

“Вся работа по практической организации восстания происходила под непосредственным руководством председателя Петроградского совета Троцкого. Можно с уверенность сказать, что быстрым переходом гарнизона на сторону Совета и умелой постановкой работы Военно-Революционного Комитета партия обязана прежде всего и главным образом т. Троцкому”. 25

Затем, в ходе Гражданской войны, Троцкий стал одним из создателей Красной Армии, причём проявил себя как сторонник жёсткой дисциплины и репрессивных мер по ее наведению. Однако, несмотря на все конфликты, нападки т.н. “военной оппозиции”, Ленин никогда не ставил вопрос об отставке Троцкого с поста Народного комиссара по военным и морским делам. Погибни Троцкий в эти годы – не миновать бы ему типичного для СССР посмертного прославления в качестве героя революции. Во многих городах России  и доныне были бы памятники Льву Давидовичу и улицы, названные его именем. Как это стало, например, с убитым эсерами в 1918 году Моисеем Урицким, чья политическая биография до революции идентична биографии  Троцкого – сначала меньшевик, затем межрайонец. 26

История судила иначе, и деятельность Троцкого в годы Гражданской войны впоследствии подвергалась необоснованным нападкам.  Тенденциозно подбирая исторические факты, сталинская и послесталинская историография всячески выпячивала послереволюционные разногласия Ленина с Троцким, представляя их как борьбу марксизма с оппортунизмом, одновременно замалчивая полную солидарность Ленина и Троцкого по гораздо более обширному ряду важнейших вопросов. 27 Особое место заняли разногласия, возникшие в ходе подготовки Брестского мира, а также в связи с «дискуссией о профсоюзах». Например, составители советского сборника  «Троцкизм – враг ленинизма», вышедшего в 1968 году, 28 помимо документов, связанных с этими двумя сюжетами,  в плане критики Троцкого Лениным в послереволюционный период смогли найти только две телеграммы Ленина, в которых он выражает несогласие с Троцким по военным вопросам, а также “Ответ на замечания, касающиеся работы замов”, написанный Лениным в 1922 г., в котором отвергается неправомерная, по мнению Ленина, критика Троцким работы Рабкрина и Госплана. 29

В ходе дискуссии по вопросу о Брестком мире Троцкий не поддерживал “левых коммунистов”, ратовавших за революционную войну. Его позиция “ни мира, ни войны” была промежуточной между Лениным и “левыми коммунистами”. Она оказалась ошибочной, но для того момента имела свой резон. Понимая, что вести революционную войну против Германии и её союзников Советская Россия не в состоянии в силу развала армии, Троцкий считал, что заключение сепаратного мира негативно скажется на авторитете большевиков среди европейских революционеров. Поэтому его предложение сводилось к тому, чтобы фактически прекратить войну, при этом всячески затягивать переговоры с германским правительством, не дискредитируя себя мирным договором, рассчитывая на то, что Германия перебросит войска на Западный фронт и фактически также прекратит военные действия на Востоке (а кроме того, в Германии не за горами пролетарская революция). 30 Этот расчет оказался неверен, однако сама по себе позиция “ни мира, ни войны” не представляет из себя ничего абсурдного, Вполне обоснованно Троцкий писал впоследствии, в 1927 г: “… между классами, как и между государствами, совсем не редки отношения «ни мира, ни войны». Достаточно вспомнить, что несколько месяцев спустя после Бреста, когда революционная ситуация в Германии определилась полностью, мы объявили брестский мир расторгнутым, отнюдь не открывая войны с Германией. Со странами Антанты у нас в течение первых лет революции были отношения «ни мира ни войны». Такого же рода отношения у нас, в сущности, и теперь с Англией (при консерваторах)”. 31

Позиция Троцкого была поддержана большинством ЦК РСДРП(б), включая Сталина. Как пишет Исай Абрамович:

“В протоколе от 11/24 января 1918 года, т. е. за две недели до прекращения мирных переговоров, отражена состоявшаяся в ЦК дискуссия по вопросу о мире и записаны данные о результате голосования. Вот эти данные (приводим выдержку из протоколов):

«Тов. Троцкий предлагает поставить вопрос: собираемся ли мы призывать к революционной войне? Ставится на голосование.

За — 2, против — 11, воздержался — 1.

Тов. Ленин предлагает поставить на голосование, что мы всячески затягиваем подписание мира. Ставится на голосование.

За — 12, против — 1,

Тов. Троцкий предлагает поставить на голосование следующую формулу: мы войну прекращаем, мира не заключаем, армию демобилизуем.

Ставится на голосование.

За — 9, против — 7”.

(“Протоколы ЦК РСДРП(б)”, М., 1958, стр. 173)

Необоснованность обвинений Л. Д. Троцкого в самовольном прекращении переговоров приведенным выше документом доказана полностью”. 32

Сталин же в ходе данной дискуссии заявил: “выход из нашего положения даёт нам средняя точка зрения — позиция Троцкого”. 33

В советской историографии общепринятым было мнение, основанное на цитате из выступления Ленина на VII съезде РКП(б), что между Лениным и Троцким в конце января 1918 г., накануне отъезда Троцкого на переговоры в Брест, была заключена устная договоренность. Согласно ей, советская делегация на мирных переговорах, которую возглавлял Лев Давидович, согласится на подписание мира после предъявления немецкой стороной ультиматума о начале наступления, чего Троцкий не сделал.  Однако существование этой договоренности никак не задокументировано, и есть основания полагать, что речь идет о заключении мира после начала немецкого наступления. 34 Когда же наступление началось, Троцкий воздержался при голосовании по вопросу о мире, поспособствовав победе ленинской позиции. При этом Троцкий заявил: “Вести революционную войну при расколе в партии мы не можем… При создавшихся условиях наша партия не в силах руководить войной… Доводы В.И. [Ленина] далеко не убедительны; если мы имели бы единодушие, могли бы взять на себя задачу организации обороны, мы могли бы справиться с этим… если бы даже принуждены были сдать Питер и Москву. Мы бы держали весь мир в напряжении. Если мы подпишем сегодня германский ультиматум, то мы завтра же можем иметь новый ультиматум. Все формулировки построены так, чтобы дать возможность дальнейших ультиматумов… С точки зрения международной, можно было бы многое выиграть. Но нужно было бы максимальное единодушие; раз его нет, я на себя не возьму ответственность голосовать за войну”. 35

Лучшим доказательством несостоятельности утверждений об “авантюризме” и “предательстве” Троцкого в ходе дискуссии о Брестском мире служит тот факт, что сразу после заключения мира он был назначен на пост Народного комиссара по военным и морским делам. “Предатель” никогда не стал бы “министром обороны” в стране, где начиналась Гражданская война, и нужно было с нуля строить армию.

Но вернемся к событиям 1917 года. Сталин после Февраля оказался в числе тех большевиков, кто не понял новой расстановки сил и выступил за критическую поддержку Временного правительства на данном этапе революции. В докладе на Петроградском партийном совещании большевиков конце марта Сталин сказал:

“Роли поделились. Сов. Р. и С. Д. фактически взял почин революционных преобразований: С. Р. и С. Д. — революционный вождь восставшего народа, орган контролирующий Временное Правительство. Временное же Правительство взяло фактически роль закрепителя завоеваний революционного народа. С. Р. и С. Д. мобилизует силы, контролирует Временное же Правительство — упираясь, путаясь, берет роль закрепителя тех завоеваний народа, которые фактически уже взяты им. Такое положение имеет отрицательные, но и положительные стороны: нам невыгодно сейчас форсировать события, ускоряя процесс откалывания буржуазных слоев, которые неизбежно впоследствии должны будут отойти от нас. Нам необходимо выиграть время, затормозив откалывание средне-буржуазных слоев, чтобы подготовиться к борьбе с Временным Правительством”. 36

В связи с этим в одной из своих статей описываемого периода Сталин выступал всего лишь за “давление на Временное правительство с требованием изъявления им своего согласия немедленно открыть мирные переговоры”. 37

Естественно, это расходилось с позицией Ленина, сразу же после революции в «Письмах из далека» выступившего против всякой поддержки рабочими и крестьянами Временного правительства, в пользу перехода всей власти в руки Советов.

Поддался Сталин и объединительным тенденциям описываемого периода, выступив за объединение с меньшевиками (кроме их правого крыла во главе с Плехановым, откровенных  шовинистов). На том же партийном совещании по поводу объединительного предложения одного из видных меньшевиков Ираклия Церетели он говорил:

“Мы должны пойти. Необходимо определить наши предложения по линии объединения. Возможно объединение по линии Циммервальда-Кинталя… Без разногласий нет партийной жизни. Внутри партии мы будем изживать мелкие разногласия. Но есть один вопрос — объединять необъединимое невозможно. С теми, кто сходится на Циммервальде и Кинтале, т.е., кто против революционного оборончества, у нас будет единая партия. Это — демаркационная линия”. 38

То есть, в отличие от Ленина, Сталин считал возможным объединение не только левых, но и центристских элементов социал-демократии («каутскианцев»), выступавших против войны с позиций «социал-пацифизма». Именно последние имели преобладание на конференциях в Циммервальде и Кинтале, Ленин же и другие революционеры именовали себя «Циммервальдской левой». 39

Впрочем, после приезда в Россию Ленина и опубликования «Апрельских тезисов» Сталин, в отличие от Каменева и ряда других большевиков, не настаивал на своих ошибках, встав на  ленинскую позицию.

Данный эпизод в политической биографии Сталина объясняется тем фактом, что подобные взгляды в первые дни после Февраля были характерны для многих большевиков. Сталин не принадлежал к наиболее прозорливым революционерам и здесь, как и большинство из них, действовал по шаблону, не сумев сразу понять кардинального изменения обстановки, которая требовала отказа от ряда старых укоренившихся представлений.

Тем не менее Сталин оставался одним из лидеров партии большевиков, особенно его ценили в руководстве как специалиста по национальному вопросу. С апреля 1917 г. Сталин входит в Бюро ЦК РСДРП(б) и в дальнейшем остается членом “узкого состава” большевистского руководства, принявшего впоследствии вид Политического бюро (Политбюро). На VI съезде партии летом 1917 г. именно Сталину  поручается основной доклад.

6

 

Примечательно высказывание Сталина в заключительном слове на данном съезде:

“Некоторые товарищи говорили, что так как у нас капитализм слабо развит, то утопично ставить вопрос о социалистической революции. Они были бы правы, если бы не было войны, если бы не было разрухи, не были бы расшатаны основы народного хозяйства. К тому же нигде у пролетариата не было таких широких организаций, как Советы. В этом реальная основа постановки вопроса о социалистической революции у нас, в России”. 40 Автор статьи, написанной в годы “Перестройки”, обличая Сталина, комментировал это так: “По логике Сталина только война, разруха и расшатывание основ народного хозяйства сделали социалистическую революцию в России возможной и необходимой. Чем же, в таком случае, отличается постановка вопроса о победе социалистической революции в России у Сталина от тех, кто говорил, что Россия еще не доросла до социализма?” 41

Перед нами интересный пример – «сталинский троцкизм» обвиняется с позиций  «позднесоветского сталинизма». На самом деле данная фраза Сталина свидетельствует лишь о том, насколько в 1917 году даже твёрдые большевики-ленинцы были далеки от планов «полной победы социализма в одной стране», тем более такой отсталой как Россия. Раз уж они считали, что даже сама революция стала возможна лишь в силу особых обстоятельств, вызванных войной. В дальнейшем этот аспект будет замалчиваться в советской историографии, и из сталинских времен это замалчивание пойдёт дальше, что и доказывает реплика вышеупомянутого автора.

Доказывается это и другим, более известным эпизодом на VI съезде. В резолюцию, содержащую слова “задачей этих революционных классов явится тогда напряжение всех сил для взятия государственной власти в свои руки и для направления её, в союзе с революционным пролетариатом передовых стран, к миру и к социалистическому переустройству общества”, будущий левый оппозиционер Е.Преображенский предложил внести поправку: “для направления её к миру и при наличии пролетарской революции на Западе — к социализму”.

Сталин возразил Преображенскому следующим образом:  “Я против такой поправки. Не исключена возможность, что именно Россия явится страной, пролагающей путь к социализму. До сих пор ни одна страна не пользовалась в условиях войны такой свободой, как Россия, и не пробовала осуществлять контроль рабочих над производством. Кроме того, база нашей революции шире, чем в Западной Европе, где пролетариат стоит лицом к лицу с буржуазией в полном одиночестве. У нас же рабочих поддерживают беднейшие слои крестьянства. Наконец, в Германии аппарат государственной власти действует несравненно лучше, чем несовершенный аппарат нашей буржуазии, которая и сама является данницей европейского капитала. Надо откинуть отжившее представление о том, что только Европа может указать нам путь. Существует марксизм догматический и марксизм творческий. Я стою на почве последнего”. 42

Естественно, впоследствии советские историки изображали этот диалог как один из первых эпизодов будущей полемики 1920-х гг. по поводу “социализма в отдельно взятой стране”. Однако из контекста видно, что речь на VI съезде идёт лишь о начале социалистического строительства. Сталин справедливо утверждает,  что этому началу в силу сложившихся обстоятельств не помешает относительная отсталость страны, крестьянское большинство в её населении.

Осенью 1917 года, в период подготовки Октябрьского восстания, Сталин вновь вступает в противоречие с Лениным, фактически беря под защиту Каменева и Зиновьева, выступивших против организации восстания на страницах небольшевистской печати. По поводу резкого высказывания Ленина, считавшего, что Зиновьев и Каменев достойны исключения из партии, Сталин поместил в редактируемой им большевистской газете “Рабочий путь” заявление – “ОТ РЕДАКЦИИ. Мы в свою очередь выражаем надежду, что сделанным заявлением т. Зиновьева (а также заявлением т. Каменева в Совете) вопрос можно считать исчерпанным. Резкость тона статьи тов. Ленина не меняет того, что в основном мы остаемся единомышленниками”. 43 Впрочем, мнение Ленина по поводу Зиновьева и Каменева вообще не получило поддержки ЦК большевиков:

“На заседании произошла настоящая баталия. Одни решительно осуждали заявления Каменева и Зиновьева, но считали, что собрание членов ЦК неправомочно исключать их из числа членов партии и ЦК. Предложенную самим Каменевым отставку с поста члена ЦК принимают и вместе с тем обязывают обоих «штрейкбрехеров» не выступать ни с какими заявлениями против решений ЦК и намеченной им линии работы….

Вначале обсуждения он (Сталин – В.С.) заявил, что «предложение тов. Ленина должно быть разрешено на пленуме, и предлагает в данный момент не решать.

Тов. Милютин присоединяется к мнению тов. Сталина, но доказывает, что вообще ничего особенного не произошло» .

В ходе развёртывания дискуссии он уже занимает более чёткую, явно антиленинскую позицию. Вот его аргументация, как она изложена в протоколах: «Тов. Сталин считает, что К[аменев] и 3[иновьев] подчинятся решениям ЦК, доказывает, что все наше положение противоречиво; считает, что исключение из партии не рецепт, нужно сохранить единство партии; предлагает обязать этих двух тт. подчиниться, но оставить их в ЦК”. 44

Судя по всему, как и многие большевики, Сталин сомневался в успешном исходе восстания, оттого и не был склонен судить излишне строго поступок Каменева и Зиновьева. К тому же надо учитывать, что исключение двух очень известных большевистских вождей накануне восстания могло привести к расколу партии. Неслучайно и Ленин согласился на то, чтобы отложить обсуждение вопроса о поведении Каменева и Зиновьева, хотя они вопреки запрету партии продолжали публично отстаивать свои взгляды. 45

Весьма скромная роль Сталина в Октябрьском восстании вряд ли может ставиться ему в вину – он не был ярким оратором и вообще публичным политиком, не имел до этого никогда отношения и к военному делу. В октябрьские дни он решал относительно «мирные», но, тем не менее, важные задачи:

“В протоколах ЦК лаконично зафиксировано, что на заседании 21 октября (3 ноября), где он, кстати, был введён в состав Исполнительного комитета советов, Сталин выступил с рядом важных инициатив. Причём эти инициативы носили не какой-то отвлеченный и пропагандистский характер, а фактически были нацелены на решение коренных вопросов власти и издание соответствующих правовых актов намечавшегося к открытию Второго Всероссийского съезда советов. В протоколах читаем:

«Тов. Сталин предлагает подготовить доклады на темы:

1) о войне; 2) о власти; 3) о контроле; 4) о национальном вопросе; 5) о земле.

…Тов. Сталин предлагает послать в Москву товарища с требованием немедленного приезда московской делегации; наметить круг вопросов, по которым нужны тезисы:

О земле, о войне, о власти — поручить тов. Ленину.

О рабочем контроле — тов. Милютину.

О национальном вопросе — тов. Сталину.

Доклад о текущем моменте — тов. Троцкому.»

«Все это принимается»  — лапидарно констатируется в протоколах”.

Как указывает, Н.Капченко, “выдвинутые им предложения очерчивали основные пункты повестки дня открывавшегося съезда и даже в каком-то смысле намечали первые контуры персонального состава будущего нового большевистского правительства”. 46

В годы  Гражданской войны Сталин продолжал оставаться одним из лидеров большевистской партии, руководившим как тыловой работой (народным комиссариатом по делам национальностей), так и военными операциями. В эти же годы берёт начало взаимная личная вражда Сталина и Троцкого, связанная в частности с разногласиями по поводу вопросов обороны Красной Армией Царицына,  где действовал Сталин. 47.

Последний даже косвенно примыкал к “военной оппозиции”, выступавшей против Троцкого с позиций сохранения “партизанского” характера Красной Армии и большей осторожности в привлечении в нее “военспецов”, т.е. офицеров царской армии. Впрочем, как замечает Капченко, “Верхом наивности полагать, что такому реалистически мыслящему человеку, каким не только слыл, но и являлся Сталин, было присуще непонимание столь простой истины, что новой власти нужна регулярная армия, а не партизанская вольница. Без железной дисциплины такой армии создать невозможно. Так что приписывать Сталину заведомо абсурдные идеи о противодействии созданию строго централизованной и хорошо дисциплинированной армии — значит рисовать заведомо извращенную и до предела примитивную картину.

Но что его, так сказать, духовно роднило с представителями оппозиции, так это критика в адрес Троцкого, неприятие методов руководства военным делом со стороны последнего. Здесь сказывались не только личная неприязнь к Троцкому, но и принципиальное несогласие с его методами проведения в жизнь выработанной партией политики в военных вопросах. Чего здесь было больше — личной антипатии или разногласий по принципиальным вопросам? Видимо, одно сочеталось с другим и накладывалось друг на друга”. 48

И Троцкий, и Сталин по итогам Гражданской войны подошли к  началу мирного строительства авторитетными вождями, ближайшими помощниками Ленина. А также главными претендентами на роль лидера первого рабочего государства в случае смерти Владимира Ильича.

5

 

Наследие Ленина

Последний период политической деятельности Ленина неразрывно связан с начавшейся впоследствии борьбой между его преемниками, прежде всего между Сталиным и Троцким. Как свидетельствуют документы, Ленин весьма неоднозначно относился к ним обоим.

В 1920-21 годах произошло известное столкновение Ленина с Троцким в ходе т.н. “дискуссии о профсоюзах”. Выступая против проектов Троцкого по милитаризации труда, огосударствления профсоюзов, Ленин сделал немало, чтобы ослабить влияние сторонников линии Троцкого.  По усмешке судьбы, именно опровергая позицию Троцкого, Ленин произнес свои знаменитые слова, которые впоследствии так часто будет приводить левая оппозиция в борьбе со сталинским большинством ЦК: “…т.Троцкий тут же делает со своей стороны ошибку. У него выходит, что защита материальных и духовных интересов рабочего класса не есть роль профсоюзов в рабочем государстве. Это ошибка. Тов.Троцкий говорит о “рабочем государстве”. Позвольте, это абстракция. Когда мы в 1917 году писали о рабочем государстве, то это было понятно; но теперь, когда нам говорят: «Зачем защищать, от кого защищать рабочий класс, так как буржуазии нет, так как государство рабочее», то тут делают явную ошибку. Не совсем рабочее, в том-то и штука. Тут и заключается одна из основных ошибок т. Троцкого….  государство у нас рабочее с бюрократическим извращением. И мы этот печальный, — как бы это сказать? — ярлык, что ли, должны были на него навесить… Наше теперешнее государство таково, что поголовно организованный пролетариат защищать себя должен, а мы должны эти рабочие организации использовать для защиты рабочих от своего государства и для защиты рабочими нашего государства”. 49

То есть Троцкий в данном вопросе вновь проявил определенный схематизм, недостаток диалектики в анализе социальной действительности. Хотя надо отметить, что главный удар на X съезде РКП(б), где произошли кульминационные события «дискуссии о профсоюзах», был нанесен Лениным по противоположному от Троцкому уклону – “Рабочей оппозиции” во главе со Шляпниковым и Коллонтай. В отличие от них, Троцкий не был обвинен в уклонизме, и впоследствии был солидарен со всем руководством партии в осуждении как «Рабочей оппозиции», так и других “ультралевых” групп в партии.

Вообще, левая оппозиция в партии большевиков, критиковавшая отрыв верхов партии от масс, материальное расслоение и т.д., появилась уже через несколько месяцев после Октября. Первоначально – в виде фракции “левых коммунистов”, не только выступавших против Брестского мира, но и ратовавших за немедленную национализацию всей экономики, а также принявших в штыки меры большевистского руководства по созданию постоянной армии и укреплению трудовой дисциплины на предприятиях. 50 Затем роль левой оппозиции взяли на себя “Группа демократического централизма” и “Рабочая оппозиция”, а также нелегальная “Рабочая группа” Мясникова, имевшего в начале 1920-х годов немалое влияние в пермской партийной организации. 51

Все эти группы выступали против ряда реально существовавших негативных явлений в Советской России и в частности в партии, однако предлагавшаяся альтернатива была несостоятельной. Ультралевые требовали немедленного введения в разрушенной неграмотной стране, находившейся во враждебном окружении, своего рода «прямой демократии», непосредственного управления широких масс. Это было полное  игнорирование условий, утопический подход, выражавший своего рода «головокружение от успехов» периода Гражданской войны и ожидания скорой мировой революции. Так, в Манифесте «Рабочей группы» говорилось:

“Всё пойдёт прахом, если пролетариат не станет во главе производства и не сумеет организовать его. Реки слёз и крови, горы трупов, неописуемые страдания, вынесенные пролетариатом за время революции, будут только удобрением почвы, на которой возродится капитализм, на котором вырастёт эксплуататорский мир, мир угнетения человека человеком, если пролетариат не овладеет производством, не покорит, не подчинит своему влиянию всю мелкобуржуазную стихию. В лице крестьянина и кустаря, путём замены материальной основы производства.

Советы Рабочих Депутатов, ковавшие когда-то единую волю пролетариата в борьбе за власть, победили на фронте гражданской войны, на фронте политическом, но, победивши, сами ослабели настолько, что теперь приходится говорить не об улучшении Советов, а об организации их.

Организовать Советы на всех национализированных фабриках и заводах для решения новой великой задачи, для организации того мира счастья, за который пролито столько крови.

Пролетариат ослаб. Основа силы его – крупное производство – находится в плохом положении, но чем слабее силы пролетариата, тем больше единства, спайки и организации должно проявить. Совет Рабочих депутатов – это та форма организации, которая показала свою чудодейственную силу и не только покорила под ноги пролетариата врагов и супостатов его в России, но поколебала господство поработителей во всем мире, поставила под удар социалистической революции весь капиталистический и угнетательский строй.

Эти же Советы Рабочих Депутатов, встав во главе производства, во главе управления фабриками и заводами, кроме того, что вовлекут широчайшие пролетарские и полупролетарские массы к решению задач, стоящих перед ним, они сумеют повернуть не на словах, а на деле весь государственный аппарат лицом к производству”. 52

Авторы подобных деклараций желали немедленно прыгнуть в «царство свободы», не понимая необходимости профессионального, основанного на науке,  управления экономикой и всем государством. Для этого и нужна та самая «бюрократия», то есть слой управленцев, пока не созданы условия для отмирания государства и перехода к общественному самоуправлению. Последнее возможно лишь в условиях бесклассового коммунистического общества, в масштабах всего мира.

В  условиях Советской России 1920-х годов рецепты «леваков» привели бы лишь к развалу централизованной экономической организации и подъёму контрреволюции, тем более что тот же Мясников выступал за неограниченную свободу слова, в том числе и буржуазной пропаганды. 53

Тем не менее по отдельным вопросам  критика ультралевых признавалась справедливой партийным руководством и учитывалась. 54 При том, что Ленин вел борьбу с носителями “ультралевых” настроений, в частности, “Рабочая оппозиция” на X съезде партии была справедливо названа анархо-синдикалистским уклоном. Троцкий в тот период полностью поддерживал Ленина в борьбе с «леваками». В 1922 году именно он оппонировал “Рабочей оппозиции” по поводу ее фракционного обращения к Коммунистическому Интернационалу, сделанного накануне XI съезда РКП(б). “Рабочая оппозиция” заявляла, что в РКП(б) проникает буржуазная стихия, а рабочие в её рядах составляют лишь 40%:

«Руководящие центры ведут непримиримую борьбу против всех, особенно пролетариев, позволяющих себе иметь своё суждение… Силы партийной бюрократии, пользуясь своим положением и властью, игнорируют решения съездов о проведении в жизнь начал рабочей демократии». 55

Для разбора этих весьма жестких обвинений Коминтерном была создана  специальная комиссия в составе Коларова (председатель), Кашена, Крейбиха, Террачини, Фриса, Мак-Мануса и Цеткин, признавшая несостоятельными доводы “Рабочей оппозиции”.  С защитой линии ЦК  перед Коминтерном выступали Троцкий и Зиновьев.

На том же X съезде была принята знаменитая резолюция “О единстве партии”, затем сыгравшая важную роль во внутрипартийной борьбе. Резолюция разумно запретила фракционное дробление партии в условиях отчаянного положения разрушенной войной Советской России, находившейся под угрозой внутренней и внешней контрреволюции. Однако слабым местом данного партийного решения стало отсутствие подробного определения, что же такое фракция, и где кончается внутрипартийная дискуссия, предусмотренная системой партийной демократии (о необходимости которой было заявлено на съезде, как, впрочем, и на других мероприятиях партии большевиков описываемого периода) и начинается запрещаемая фракционная деятельность. Впоследствии это привело к произволу партийного руководства, когда любую группу несогласных с партийным курсом стало возможным объявлять фракцией и расправляться с ней административными мерами, не позволяя несогласным довести своё мнение до широких масс. Этим пользовалась в острые моменты как сталинская верхушка, так и позднее, в ходе внутрипартийной борьбы после смерти Сталина, хрущевская — “антипартийная группа Молотова-Маленкова-Кагановича” также обвинялась хрущевцами в нарушении резолюции “О единстве партии”. 56

Последствием разногласий Ленина и Троцкого в ходе “дискуссии о профсоюзах” стал вывод ряда видных  сторонников Троцкого из руководства партии. Во многом за счёт Троцкого произошел значительный рост влияния Сталина: “Из прежнего состава Политбюро был выведен Крестинский, он также утратил свои посты в Оргбюро и в Секретариате. Вместо Крестинского в члены ПБ был введен Зиновьев, бывший до сего времени лишь кандидатом. Крупную перетряску претерпело и Оргбюро, из которого были выведены сторонники Троцкого и другие члены, явно не продемонстрировавшие свою лояльность Ленину во внутрипартийной борьбе, особенно в период дискуссии о профсоюзах. Они были заменены другими, вполне лояльными Ленину (да и Сталину) людьми.

Однако особо следует отметить полную реорганизацию Секретариата: все прежние члены которого — Крестинский, Преображенский и Серебряков — рьяные сторонники Троцкого — были из него выведены и заменены В.М. Молотовым, Е.М. Ярославским и В.М. Михайловым. Первые два были людьми, полностью ориентировавшимися на Сталина, т. е. фактически ставленниками Сталина”. 57

На Сталина Ленин мог положиться как на человека, не проявившего идейных шатаний в ходе Гражданской войны и в сложный период перехода к НЭПу. В апреле 1922 года Сталин занимает вновь созданный пост Генерального секретаря ЦК РКП(б). Он делает немало для наведения организационного порядка в партии, сильно выросшей в численности за годы Гражданской войны. Каждый партиец был поставлен на строгий учет, создана централизованная система подбора кадров. Учетно-распределительный отдел ЦК, работавший под руководством Сталина, разрабатывал типовые характеристики для партийцев, занимавших ответственные должности. Причем изучались партийные работники очень подробно.

Например, “Статья «Скрытые мотивы участия в движении РКП» допускала следующие варианты ответа: идейный классовый представитель; удовлетворение работой; тщеславие; мелкие личные выгоды; личное благополучие. Статья об отношении к директивам и дисциплинированности предполагала следующие варианты: подчиняется с улыбкой; подчиняется скрепя сердце; волынит, но подчиняется; саботирует; не подчиняется. Статья об умении отстаивать свои убеждения допускала такие варианты: настойчивый; твердый; легко уступает; слабохарактерный; безличный. Ум человека мог быть оценен таким образом: быстрый и изобретательный; находчивый; угловат и тяжеловат; неповоротлив; тупой. Восприимчивость к знаниям предполагалось оценить по следующей схеме: не знает, что знает; знает, что знает; знает, что не знает; не знает, что не знает; не хочет знать, что не знает (невежда). Статья об умении руководить работой и людьми допускала следующие варианты ответа: вождь; хороший руководитель; слабый руководитель; шляпа; люди управляют. Кроме перечисленного, данная характеристика предполагала статьи для оценки устойчивости партубеждений, интереса к марксизму, подхода к людям, критического отношения к самому себе, образа жизни, способности увязывать свою работу с другими задачами, способности планировать и систематизировать работу и т.д”. 58

Сталин находил необходимым, как он выразился на XII съезде РКП(б), “каждого работника изучать по косточкам”.  Сосредоточив в своих руках информацию о партийных кадрах и полномочия по их распределению, Сталин  сразу же приступает к активным действиям.

В 1922-1923 гг. происходит массовая ротация партийных руководителей на местах. Так, за этот период в РСФСР по инициативе секретариата ЦК РКП (б) было снято 110 ответственных  секретарей губкомов и обкомов, 99 заведующих организационным отделом губкомов-обкомов. Часть из них получила другие посты в партии, но более 50% руководящей партийной работой в дальнейшем не занимались. Сняты, были, конечно, и такие руководители, которые не справлялись с работой вследствие болезней или отсутствия способностей, замеченные в создании местных группировок и т.д. Однако одновременно постов лишались и критики политики ЦК, то есть участники “Рабочей оппозиции” и “Группы демократического централизма”. Не случайно в дальнейшем некоторые из снятых с должностей в этот период партийцы были участниками левой оппозиции, вновь назначенные же в основном оказались твердыми сторонниками большинства.  59 Затем, когда внутрипартийная борьба была в разгаре, руководители, выступившие на стороне оппозиции, как правило, сразу же снимались и часто перебрасывались в другие регионы, что не позволяло им “укорениться”, развернуть пропаганду оппозиционных взглядов. Так, когда в январе 1924 г. в ходе дискуссии большинство партийных ячеек Челябинского округа поддержали оппозицию, и такое же решение принял пленум Окружного комитета РКП(б), наряду с пропагандистским воздействием ЦК прибегнул и к организационным мерам. Из Челябинска были отозваны оппозиционные члены бюро окружкома, а также полностью изменен состав некоторых райкомов партии и окружкома РКСМ. 60

Одновременно в первый период пребывания Сталина на должности генерального секретаря были сменены и многие руководители губернских отделов ГПУ, что также во многом обеспечило лояльность Сталину советских спецслужб в ходе фракционной борьбы в партии. 61

Все эти действия нельзя назвать самоуправством Сталина – естественно, кадровая политика до отхода Ленина от работы контролировалась лидером большевиков, и он в целом одобрял сталинские решения. Однако вскоре между Сталиным  и Лениным возникают разногласия, способствовавшие сближению Троцкого с Лениным в конце 1922 – начале 1923 гг.

Касались эти разногласия в первую очередь национального вопроса, признанным знатоком которого считался Сталин. Он выступил против Ленина по проблеме строительства Советского Союза, декларация об образовании которого была принята 30 декабря 1922 года. Сталин отстаивал не федерацию союзных республик, а вхождение республик в состав России (РСФСР) на правах автономии. То есть более централизованную структуру, которая сосредоточила бы в Москве практически все полномочия. При этом взгляды  Ленина Сталин в письме членам Политбюро объявил “национальным либерализмом”. 62 В эти же месяцы вспыхнул конфликт между Сталиным, Орджоникидзе и Дзержинским, с одной стороны, и рядом руководителей Советской Грузии (Мдивани, Махарадзе, Окуджава) с другой. Касались они в первую очередь статуса Грузинской ССР — ее руководители выступали против создания Закавказской Федерации, включения Грузии в СССР напрямую, и за широкие полномочия местных республиканских властей в ущерб союзному центру. Сталин и его сторонники в ответ обвинили их в “национал-уклонизме”. 63

Ленин выступил на стороне грузинских руководителей, жестко осудив Сталина, Орджоникидзе и Дзержинского за их поведение. В своей статье “К вопросу о национальностях или автономизации” лидер большевиков писал:

“Я уже писал в своих произведениях по национальному вопросу, что никуда не годится  абстрактная постановка вопроса о национальностях вообще. Необходимо различать национализм нации угнетающей и национализм нации угнетенной. Национализм большой нации и национализм нации маленькой.

По отношению ко второму национализму мы, националы большой нации, почти всегда оказываемся виноватыми в бесконечном количестве насилия и даже больше того – незаметно для себя совершаем бесконечное количество насилий и оскорблений. Стоит только припомнить мои волжские воспоминания о том, как у нас третируются инородцы. Как поляка называют не иначе, как «полячишка», как татарина высмеивают не иначе, как «князь», как  украинца не иначе, как «хохол», грузин и вообще кавказских  инородцев, как «кавказский  человек».

Поэтому интернационализм со  стороны угнетающей, или так называемой  великой нации (хотя великой только своими насилиями, великой только, как держиморда), должен состоять не только в соблюдении формального равенства нации, но и в таком равенстве,  которое сокращает со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое  складывается в жизни фактически. Кто не понял этого, – тот решительно не понимает пролетарского отношения к национальному вопросу, тот остается в сущности на точке зрения мелкобуржуазной и поэтому не может  не скатываться ежеминутно к буржуазной точке зрения. Что важно для пролетариата? Для пролетариата не только важно, но существенно необходимо обеспечение его максимумом  доверия в пролетарской классовой борьбе. Что нужно для этого? Для этого нужно не  только формальное равенство, для этого нужно возместить так или иначе своим обращением или своими уступками по отношению к инородцам то недоверие, ту подозрительность, те обиды, которые в историческом прошлом нанесла ему  правящая великодержавная нация. Я думаю, что для большевика, для коммуниста разъяснять это дальше не приходится, и я думаю, что в данном случае по отношению к грузинской  нации мы имеем типичный пример того, что сугубая осторожность, предупредительность и уступчивость требуется с нашей стороны истинно пролетарским отношением к делу.

 Тот  грузин, который пренебрежительно относится к этой стороне дела и обвиняет других в «социал-шовинизме» (тогда как он сам является настоящим не только «социал-шовинистом», но и грубым великодержавным держимордой), тот  грузин, в сущности,   нарушает интересы пролетарской классовой солидарности, потому что ничто так не задерживает развития и упрочения пролетарской классовой солидарности, как национальная несправедливость, и ни к чему так не чутки обиженные нации, как к чувству равенства и к нарушению этого равенства своими товарищами пролетариями.

 Вот почему в данном случае лучше пересолить в сторону уступчивости и мягкости к национальным  меньшинствам, чем недосолить”. 64

Таким образом, Ленин весьма недвусмысленно, может быть даже излишне жестко,  заявил о недопустимости уступок какому бы то ни было русскому патриотизму, возрождению «имперщины» под красным флагом. Вопрос этот затем был весьма болезненным весь советский период истории – тенденция к великодержавному уклону сохранилась, и с середины 30-х по ряду причин значительно усилилась 65, помогая националистам нерусских наций поддерживать миф о “большевиках как продолжателях русской имперской традиции”, являющийся ныне одним из краеугольных камней антикоммунистической пропаганды буржуазных республик, появившихся на обломках СССР.

Интересно, что последним документом, подписанным Лениным в марте 1923 г., накануне очередного инсульта, который окончательно лишил его работоспособности, является письмо с выражением сочувствия грузинским оппонентам Сталина. 66

В этот же период Ленин, по свидетельству Троцкого, прямо предложил ему блок для борьбы против Сталина и тех, кто его поддерживал. 67 Вне зависимости от того, был ли такой разговор в реальности, блок Ленина с Троцким в эти месяцы действительно наметился: кроме вышеописанного вопроса, солидарность Ленина с Троцким выразилась также по вопросам о сохранении государственной монополии внешней торговли, о придании законодательных функций Госплану, о реорганизации Рабкрина в связи с неудовлетворительностью его работы. 68 Видимо, блок должен был стать аналогом «антитроцкистского» блока периода “дискуссии о профсоюзах”. Конечно, не надо преувеличивать значение всех этих событий, которое нынешние троцкисты порой трактуют как полный разрыв Ленина со Сталиным и назначение Троцкого своим преемником.  Ситуация показывает, что Ленин весьма взвешенно относился к своим ближайшим соратникам, видя как их достоинства, так и недостатки, и не считал кого-то способным стать вождем единолично. Именно это отношение выразилось в “Письме к съезду”, документе, часто называемом “Завещанием Ленина”. Приведем широко известный отрывок из данного документа:

“Я думаю, что основным в вопросе устойчивости с этой точки зрения являются такие члены ЦК, как Сталин и Троцкий. Отношения между ними, по-моему, составляют большую половину опасности того раскола, который мог бы быть избегнут и избежанию которого, по моему мнению, должно служить, между прочим, увеличение числа членов ЦК до 50, до 100 человек.

Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью. С другой стороны, тов. Троцкий, как доказала уже его борьба против ЦК в связи с вопросом о НКПС, отличается не только выдающимися способностями. Лично он, пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хватающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела.

Эти два качества двух выдающихся вождей современного ЦК способны ненароком привести к расколу, и если наша партия не примет мер к тому, чтобы этому помешать, то раскол может наступить неожиданно.

Я не буду дальше характеризовать других членов ЦК по их личным качествам. Напомню лишь, что октябрьский эпизод Зиновьева и Каменева конечно, не являлся случайностью, но что он также мало может быть ставим им в вину лично, как небольшевизм Троцкому”. 69

То есть Ленин однозначно выделил Сталина и Троцкого как двух основных руководителей партии, после него самого, дав им обоим противоречивые характеристики и особенно подчеркнув, что необходимо создать механизм, который обеспечил бы слаженную совместную работу всех лидеров партии. Примечательно и замечание Ленина по поводу того, что Троцкому нельзя теперь ставить в вину небольшевистское прошлое  – отбрасывание этого указания сыграло важную роль в борьбе сталинцев против Троцкого.

В добавлении к письму прозвучало знаменитое указание Ленина относительно Сталина: “Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т. д”. 70Необходимо отметить, что если бы Ленин, как уверяют многие троцкисты, действительно считал Сталина угрозой для партии, то он, без сомнения,  так и написал бы, прямо указав немедленно лишить Сталина занимаемого поста и назвал бы того, кто должен занять место Сталина. Формулировка же Ленина весьма осторожна, свидетельствуя о том, что имея к Сталину претензии, вождь большевиков не видел ему адекватной замены.

Впрочем, все написанное Лениным в данном письме не возымело никакого эффекта. Уже в последние месяцы его жизни, в условиях неучастия Ленина в работе партии, начинается борьба между руководителями РКП(б),  приведшая в конечном итоге к гибели почти всех упомянутых в “Завещании”, кроме победителя – И.В. Сталина. Справедливости ради, политика “криминализации” любой критики руководства была начата будущим оппозиционером Г.Зиновьевым, объявившим на XII съезде РКП(б) в 1923 году, что таковая критика, в том числе слева,  в любом случае объективно является меньшевистской. 71 Тогда же, в период болезни Ленина, в борьбе против “ультралевых” впервые начали систематически применяться репрессии — арестовывались члены “Рабочей Группы” и “Рабочей Правды”, призывавшие советских рабочих к забастовкам (ранее фракционерам грозило максимум исключение из партии). 72

Впрочем, относительно демократический курс Ленина, на недопустимость репрессий против инакомыслящих партийцев 73, не удержался с отходом Ленина от работы и в силу объективной ситуации в стране и партии. Историк Б. Колоницкий в своей    статье “Красные против красных” пишет:

«… удивительная способность Красной армии заключать военно-политические союзы и инкорпорировать — хотя бы на время — части и соединения былых противников становилась важным источником силы красных.

Правда, это же обстоятельство очень существенно повлияло на формирование советского политического сознания. Гражданская война показала, что сегодняшний союзник может оказаться завтра врагом, восхваляемый пропагандой красный герой легко превращается в противника. Советские активисты, обличающие влияние “буржуазии”, могут под красным флагом поднять мятеж против новой государственности: революционная символика и риторика, получившие в новой России официальный статус, легко могли быть использованы для политической мобилизации при организации протестных акций». 74 Это, на наш взгляд, важное замечание относительно понимания дальнейших событий. После вынужденной расправы с бывшими союзниками (левыми эсерами, анархистами-махновцами) и однопартийцами (меньшевиками) у большей части членов РКП(б) не было никакого «барьера» против ожесточённой борьбы и с соратниками по нынешней партии, вплоть до физической их ликвидации.

В итоге Российская социалистическая революция повторила судьбу Французской буржуазной  революции: после разгрома белогвардейцев на полях сражений, в условиях отсутствия вооруженной поддержки извне (в данном случае – со стороны европейского пролетариата) и сохранении опасности внешней и внутренней контрреволюции среди большевиков началось размежевание по поводу дальнейшего развития Советской республики, за считанные годы перешедшее в стадию репрессий против проигравших соратников, а потом и их уничтожения.

Первый этап борьбы

Период внутрипартийной борьбы в РКП(б) вокруг путей дальнейшего развития СССР после смерти Ленина, занял 6 лет, с осени 1923 по осень 1929 года. Его можно разделить на следующие этапы:

1.Противостояние Троцкого и его сторонников, с одной стороны, и большинства Политбюро, с другой, во главе со Сталиным, Зиновьевым и Каменевым («триумвиратом») – осень 1923- начало 1925 года.

2.Столкновение «новой оппозиции» (Зиновьев, Каменев) со сторонниками Сталина и сторонниками Бухарина, находившимися в блоке, при нейтралитете группы Троцкого – весна 1925 – начало 1926 года.

3.Кульминация внутрипартийной борьбы – «левая оппозиция» (Троцкий, Зиновьев, Каменев) против относительно правого сталинско-бухаринского блока – весна 1926 – конец 1927 года.

4.Разворот сталинской группы влево и разгром правого уклона (Бухарин, Рыков, Томский) – начало 1928 – осень 1929 года

Начало борьбе было положено в октябре 1923 года, когда Троцкий, а также группа видных большевиков («Письмо 46-ти»), подвергли критике ряд негативных моментов в политике руководства партии. Критика касалась как экономического положения в стране («ножниц цен» и других проблем Новой экономической политики), так и вопроса о внутрипартийной демократии (вставшего в связи с монополизацией власти в отсутствие Ленина фракцией Сталина-Зиновьева-Каменева и их сторонников). В частности, в заявлении 46-ти указывалось:

“Хозяйственный кризис в Советской России и кризис фракционной  диктатуры в партии, в случае если бы создавшееся положение не было в ближайшем будущем радикально изменено,  нанесут тяжёлые  удары рабочей  диктатуре в  России  и российской коммунистической  партии. С  таким  грузом  на  плечах  диктатура пролетариата  в России и гегемон  её  — РКП  не  могут  не  войти  в  полосу надвигающихся новых мировых потрясений иначе,  чем  с перспективой неудач по всему фронту пролетарской борьбы. Разумеется, было бы на первый взгляд самым простым решить вопрос в том смысле, что сейчас ввиду  всей обстановки нет  и не может  быть места для постановки вопроса об  изменении  партийного курса, постановки в  порядок  дня новых и сложных задач и  пр.  и пр. Но совершенно очевидно, что такая точка зрения была бы позицией казенного закрывания  глаз на  действительное  положение, так  как вся  опасность в том и состоит,  что действительного   идейного  и   действенного   единства   —   перед   лицом исключительно  сложной  внутренней  и внешней обстановки —  нет. В партии ведется  борьба тем более ожесточённая, чем более глухо и тайно она идёт. Если мы ставим перед ЦК  этот вопрос, то именно для того, чтобы дать  скорейший и наименее болезненный  выход  раздирающим партию  противоречиям  и немедленно поставить  партию  на  здоровую  основу.  Реальное  единство  в суждениях  и действиях   необходимы.  Надвигающиеся   испытания   требуют   единодушного, братского, совершенно сознательного, исключительно  активного, исключительно сплоченного действия всех членов нашей партии. Фракционный режим должен быть устранен, и это должны сделать в первую очередь его  насадители:  он  должен быть заменен режимом товарищеского единства и внутрипартийной демократии.

Дабы реализовать все вышеизложенное и принять необходимые меры к выходу из хозяйственного, политического и партийного  кризиса, мы предлагаем ЦК как первый и неотложный шаг созвать  совещание  членов  ЦК с  наиболее видными и активными работниками,  с тем чтобы  список приглашенных включил в  себя ряд товарищей, имеющих взгляды на  положение, отличные от  взглядов  большинства ЦК”. 75

Следует отметить, что оппозиция не имела каких-то единых рецептов излечения названных ею болезней. Симптоматично, что некоторые  из подписантов заявления вскоре отошли от оппозиции и стали сторонниками Сталина (Бубнов, Осинский). Однако выступление оппозиции явилось началом дискуссии по фундаментальным вопросам развития СССР.

Критика Троцкого и его сторонников во многом повторяла претензии ультралевых, хотя естественно не скатывалась в анархизм и буржуазную демократию в духе Мясникова. Не случайно среди подписантов были и участники «Группы демократического централизма». Впрочем, впоследствии Троцкий разошелся с децистами и продолжал критику в их адрес (прежде всего, за утверждение о состоявшемся буржуазном перерождении Советской власти)  даже после разгрома всех оппозиционных группировок. 76

Наличие кризисных явлений в партии в этот период еще до начала дискуссии признал и такой сторонник большинства, как глава ОГПУ Феликс Дзержинский, заявивший на пленуме ЦК РКП(б) в сентябре 1923 г: “Мы видим, что основной причиной, вызывающей недовольство рабочих, находящее известное выражение и выраженное именно оппозиционно по отношению к Советскому государству, это оторванность наша от низовых ячеек и низовых ячеек от масс”. 77

В ходе возникшей полемики, которая велась в том числе на страницах  советской прессы, Троцкий написал свою знаменитую работу “Новый курс”. 78

Добросовестное изучение этой работы показывает, что ряд  изъянов системы диктатуры пролетариата в СССР, которые просуществовали затем вплоть до его гибели,  Троцкий подметил очень точно. В частности, это касается вышеупомянутого вопроса о фракциях, ведь злоупотребление партийного руководства обвинением во «фракционности» было уже налицо. Троцкий писал:

“Резолюция ЦК прямо говорит, что бюрократический режим в партии является одним из источников фракционных группировок. Вряд ли эта истина нуждается сейчас в доказательствах. Старый курс был очень далек от «развернутой» демократии, и однако же он нимало не уберег партию не только от нелегальных фракционных образований, но и от того взрыва дискуссии, который сам по себе – смешно было бы закрывать на это глаза! – чреват образованием временных или длительных группировок. Для предотвращения этого требуется, чтобы руководящие партийные органы прислушивались к голосу широких партийных масс, не считали всякую критику проявлением фракционности и не толкали этим добросовестных и дисциплинированных партийцев на путь замкнутости и фракционности”.

Вся история РКП(б)–ВКП(б)–КПСС в дальнейшем показала, что насильственно организованное показное единомыслие не ведёт к реальному единству партии. Борьба группировок попросту загоняется под ковёр, становится чисто аппаратной, скрытой от взглядов широких масс. Такой была впоследствии борьба в руководстве партии  в последние годы жизни Сталина (между группами  Маленкова, Берии, Жданова и т.д.), вырвавшаяся наружу после его смерти. То же самое происходило и в дальнейшем, причём рядовые члены партии и беспартийные  были всё более отчуждены от “большой политики”, для них существовали лишь пропагандистские декларации про “монолитное единство”.  Например, в 1964 году они были уверены, что Хрущев снят с должности по состоянию здоровья. 79 Таким образом, Троцкий и его сторонники предприняли попытку избежать подобной перспективы, правда, альтернатива формулировалась в самом общем виде и вряд ли имела шансы на победу.

4

 

Также ценным является верное замечание Троцкого относительно неизбежности разногласий в партии по поводу вновь возникающих вопросов, несостоятельности причисления к «фракции» любой группы, несогласной с большинством по тем или иным моментам:

“Самую мысль, однако, что разногласия в партии, а тем более группировки, означают борьбу разных классовых влияний, не нужно понимать слишком упрощенно и грубо. По вопросу, скажем, о том, нужно ли было прощупать Польшу штыком в 1920 г., у нас были эпизодические разногласия. Одни были за более смелую политику, другие за более осторожную. Были ли тут разные классовые тенденции? Вряд ли кто-нибудь рискнет это утверждать. Тут были разногласия в оценке обстановки, сил, средств. Но основной критерий оценки был одинаков у обеих сторон. Партия может нередко разрешать одну и ту же задачу разными путями. И разногласия возникают насчёт того, какой из этих путей будет лучше, короче, экономнее. Такого рода разногласия могут, в зависимости от характера вопроса, захватить широкие круги партии, но это вовсе не будет непременно означать, что тут идет борьба двух классовых тенденций. Можно не сомневаться, что у нас это ещё случится не раз, а десятки раз впереди, ибо путь перед нами трудный, и не только политические задачи, но и, скажем, организационно-хозяйственные вопросы социалистического строительства будут создавать разногласия и временные группировки мнений”.

То есть наличие разногласий, даже острых дискуссий вовсе не означает того, что налицо столкновения разных классовых тенденций, пролетарской и мелкобуржуазной. Вполне возможны и внутриклассовые разногласия, отражающие разные подходы к решению проблем строительства коммунизма, и решить вопрос о верности одного из этих подходов можно только на практике и далеко не сразу.

Разногласия левой оппозиции с большинством ЦК и были именно такой борьбой внутри одного класса. Ни одна из сторон в этой борьбе, вопреки утверждениям пропаганды обоих лагерей, не представляла собой “мелкобуржуазного уклона”. Это были разные подходы к вопросам укрепления власти рабочего класса в СССР и мировой социалистической революции. Об этом свидетельствует и то, что в ходе полемики Сталин и его сторонники нередко заимствовали идеи и лозунги оппозиции.

Это проявилось уже в ходе первой дискуссии:  многие претензии оппозиции признавались справедливыми, что находило выражение в партийных решениях, в частности в резолюции XIII конференции РКП(б), прошедшей в январе 1924 года, говорилось что “Отрицательные явления последних месяцев как  в жизни рабочего класса в целом,  так  и внутри партии,  делают обязательным  тот  вывод, что интересы партии    требуют   серьёзного   изменения   партийного   курса   в   смысле действительного         и   систематического   проведения    принципов      рабочей демократии… Рабочая демократия означает свободу открытого обсуждения всеми членами партии важнейших вопросов партийной жизни, свободу дискуссии по ним, а также выборность руководящих должностных лиц и коллегий снизу доверху”. 80

Однако одновременно «триумвират» остро нападал на оппозицию, обвиняя её во фракционной деятельности, нарушении единства партии и снятие с себя ответственности за критикуемые негативные моменты в жизни партии и страны. Сталин писал тогда:

“Исходя из постановления октябрьского пленума ЦК, одобрившего курс на внутрипартийную демократию, Политбюро ЦК и Президиум ЦКК выработали известную резолюцию” наметившую условия проведения внутрипартийной демократии. Этим актом был создан поворот в ходе дискуссии. Теперь уже нельзя было ограничиться критикой вообще. Конкретный план, представленный ЦК и ЦКК, требовал от оппозиции либо принятия этого плана, либо предъявления другого, параллельного, столь же конкретного плана проведения внутрипартийной демократии. И тут-то оказалось, что оппозиция не в силах противопоставить плану ЦК свой собственный план, могущий удовлетворить требованиям партийных организаций…

Как думает лечить Сапронов недочёты нашей внутрипартийной жизни? Его лекарство такое же простое, как и диагноз. “Пересмотреть наш офицерский состав”, снять с постов нынешних работников – таково средство Сапронова. В этом он видит основную гарантию проведения внутрипартийной демократии. Я далек от того, чтобы отрицать значение перевыборов под углом зрения демократизма в деле улучшения нашей внутрипартийной жизни. Но видеть в этом основную гарантию – значит не понимать ни внутрипартийной жизни, ни ее недочетов. В рядах оппозиции имеются такие, как Белобородов, “демократизм” которого до сих пор остался в памяти у ростовских рабочих; Розенгольц, от “демократизма” которого не поздоровилось нашим водникам и железнодорожникам; Пятаков, от “демократизма” которого не кричал, а выл весь Донбасс; Альский, “демократизм” которого всем известен; Бык, от “демократизма” которого до сих пор воет Хорезм. Думает ли Сапронов, что если нынешних “партийных педантов” сменят поименованные выше “уважаемые товарищи”, демократия внутри партии восторжествует? Да будет мне позволено несколько усомниться в этом.

Видимо, существуют два рода демократизма: демократизм партийных масс, рвущихся к самодеятельности и к активному участию в деле партийного руководства, и “демократизм” недовольных партийных вельмож, видящих существо демократизма в смене одних лиц другими”. 81

То есть правящее большинство вовсе не отрицало основных положений платформы оппозиции, касавшихся накопившихся проблем. Оппозиция выставлялась в качестве людей, которые сами немало поспособствовали возникновению этих проблем, а теперь решили вместо работы по их исправлению заняться критиканством и борьбой за высокие посты. И основания для этого были – Троцкий, как и ряд его вышеупомянутых Сталиным соратников, имел репутацию весьма жёсткого руководителя, не лучшим образом проявившегося себя в ходе “дискуссии о профсоюзах” (в одном из выступлений периода первой дискуссии Сталин даже назвал Троцкого “патриархом бюрократов”). 82Неудивительно, что даже те партийцы и рабочие, кто ратовал за демократизацию, зачастую склонны были видеть тех, кто способен изменить ситуацию, отнюдь не в Троцком, а в его оппонентах, благо последние тоже ратовали за демократию. Как выразился в ходе дискуссии Бухарин, припоминая Троцкому былые авторитарные замашки, “тов.Троцкий весьма ошибается, надевая на себя белоснежные ризы демократии”. 83

Противоречивой была и программа оппозиции в экономических вопросах. В частности, видный участник оппозиции экономист Евгений Преображенский, ставя вопрос о преодолении главного препятствия для строительства социализма в условиях советской нэповской экономики,  — отставание в развитии индустрии по сравнению с сельским хозяйством, сформулировал в эти годы «теорию первоначального социалистического накопления«. Он писал, что “Чем более экономически отсталой, мелкобуржуазной, крестьянской является та или иная страна, переходящая к социалистической организации производства, чем менее то наследство, которое получает в фонд своего социалистического накопления пролетариат данной страны в момент социальной революции,— тем относительно больше социалистическое накопление будет вынуждено опираться на отчуждение части прибавочного продукта досоциалистических форм хозяйства”, “Мысль, что социалистическое хозяйство может развиваться само, не трогая ресурсов мелкобуржуазного, в том числе крестьянского хозяйства, является несомненно реакционной мелкобуржуазной утопией”. 84

Подобные положения на тот момент были весьма опасны с точки зрения той хрупкой стабильности в отношения между диктатурой пролетариата и мелкобуржуазными элементами, прежде всего на селе, установившейся в рамках  НЭПа. Хотя дальнейшее развитие СССР показало необходимость жёсткого и быстрого свертывания НЭПа, которое и было произведено в период “Великого перелома”. Таким образом, правота левой оппозиции в этом вопросе  подтвердилась задним числом. Неслучайно некоторые известные  представители “экономического блока” оппозиции впоследствии, после отхода от нее, заняли видное положение в органах советского правительства периода индустриализации, в частности, Георгий Пятаков в 1934-1936 гг. являлся первым заместителем народного комиссара тяжелой промышленности (а это был важнейший наркомат в СССР данного периода).

Симптоматично и то, что главными оппонентами левой оппозиции по экономическим вопросам уже в эти годы были будущие “правые уклонисты” Бухарин и Рыков. Последние выступали против “переоценки” оппозицией плановых возможностей советской экономики, указывая на то, что необходимость сохранения смычки с крестьянством, представляющего из себя  совокупность миллионов частных хозяйств, предполагает ограниченное влияние плана, большую роль косвенного регулирования экономики: “И если оппозиция говорила: план, план, еще раз план и еще раз госплан, тоо большинство партии утверждало: основа — в неправильной политике цен и в отсутствии твердой валюты; сюда смотри, здесь чини, исправляй и улучшай таким образом смычку. Это и будет реальным продвижением к плану”.   85 На V Конгрессе Коминтерна, Рыков вообще свел причины диспропорции между сельским хозяйством и индустрией  к наследию старого режима: “В этой диспропорции виновато не отсутствие планового начала у нас, а отсутствие его у капиталистического общества, от которого мы получили наследство… Это несоответствие дано в том соотношении крестьянского и рабочего класса, сельского хозяйства и промышленности, которое мы получили в наследие от дооктябрьской России, которое сложилось исторически веками”. 86 Основные эксперты по экономике со стороны большинства, таким образом, явно переоценивали стихийные моменты в экономическом развитии СССР и устойчивость НЭПа, что и привело их впоследствии в правый лагерь.

Сам Троцкий в контексте дискуссий по экономическим вопросам, оппонируя правящей группе, занимал более умеренные позиции, нежели Преображенский. Ратуя за укрепление плановых начал в советской экономике, Троцкий одновременно выступал против её замкнутости, за активное использование рыночных механизмов (в том числе привлечение иностранного частного капитала), а также, наряду с другими оппозиционерами, за т.н. “товарную интервенцию” – массовый импорт иностранных товаров. 87 Исходя из перспективы близкой мировой революции, Троцкий скептически относился к планам «изолированного» экономического развития СССР, которое на деле вскоре оказалось насущной необходимостью.

Эти противоречия между оппозиционерами  позволили большинству руководства утверждать, что “в вопросах экономики оппозиция проявила наибольшее банкротство, не сумев абсолютно ничем подкрепить свои обвинения против ЦК партии и не попытавшись даже противопоставить политике партии сколько-нибудь систематические предложения по вопросам хозяйства. … Одна часть оппозиции отдает обильную дань «левой» фразе против нэпа вообще… Другая, гораздо более влиятельная часть оппозиции, напротив, упрекает ЦК в том, что он недостаточно идёт навстречу частному капиталу, делает недостаточно уступок империалистским державам и т.д.” 88

Уже в ходе этой первой дискуссии выявилась слабость позиций Троцкого среди рабочих и тем более крестьянских масс – существенную поддержку оппозиция получила в основном среди учащейся молодёжи, «красного студенчества», а также военных. Так, в Москве за резолюции оппозиции на партсобраниях проголосовало 30 вузовских партийных ячеек, а за резолюции ЦК – 24. В то же время среди военных ячеек соответственно 26 и 39, а среди промышленных рабочих – 50 и 141. 89

Как и «Новый курс», оппозиционные резолюции порой содержали протест против некоторых в то время только зарождавшихся печальных “родимых пятен” советской действительности, присущих ей  на протяжении всех последующих почти 70 лет.  Например, в резолюции ячейки Штабов политического управления, Частей особого назначения и Управления Военных сообщений Московского военного округа, принятой 14 декабря 1923 года, предлагалось “Прекратить в дальнейшем переименование чего бы то ни было (городов, улиц, казарм и т.д.) именами живых партийных работников… прекратить посылку трафаретных приветствий на каждом собрании или конференции… прекратить многочисленные юбилеи, выродившиеся в чуждые пролетарской партии казённые торжества и к тому же влекущие за собой громадный расход народных средств, оставив только наиболее важные революционные и партийные”. 90

Оппозиция ратовала за “орабочение” партии, повышение процента рабочих в её рядах, однако массовый прием в РКП(б) рабочих после смерти Ленина (“Ленинский призыв”) как раз значительно ослабил силы оппозиции, что впоследствии неоднократно признавал Троцкий:

 “Не нужно ни на минуту забывать, что подавляющее большинство нынешней миллионной партии имеет смутное понятие о том, чем была партия в первый период революции, не говоря уже о дореволюционном подполье. Достаточно сказать, что 75-80 проц. членов партии вступили в неё лишь после 1923 г. Число членов партии с дореволюционным стажем ниже 1 проц. Начиная с 1923 г. партия искусственно растворялась в полусырой массе, призванной играть роль послушного материала в руках профессионалов аппарата. Это разводнение революционного ядра партии явилось необходимой предпосылкой аппаратных побед над “троцкизмом”. 91

Именно массовый слой новых партийцев, в силу низкого образования и молодого возраста имевший весьма смутное представление о внутренних делах дореволюционной РСДРП, а часто и о РКП(б) периода Гражданской войны, был восприимчив, в частности, к “упрощению” истории партии, появления новых ее интерпретаций, обличению любого оппозиционного выступления как нарушения единства партии.

Первая дискуссия завершилась неоднозначно: и партийная конференция в январе 1924 года, и XIII съезд партии в мае провозгласили курс на развитие внутрипартийной демократии, одновременно заклеймив оппозицию за фракционность, “попытке противопоставить молодёжь ленинскому партийному ядру” (здесь была вырвана из контекста известная фраза Троцкого из “Нового курса” про молодёжь как барометр партии), недооценке крестьянства (в связи с идеями Преображенского и политическим прошлым Троцкого). “Фракционность” оппозиции дала основание обвинять ее в мелкобуржуазном уклоне, хотя на самом деле левая оппозиция критиковала большинство за излишние уступки мелкой буржуазии.

А что касается фракционности, то в августе 1924 года в ходе пленума ЦК правящее большинство само создало свой фракционный центр, т.н. «семерку», решавшую все основные вопросы кулуарно, лишь формально затем вынося их на официальные заседания Политбюро с участием Троцкого.  Сомнения в правомерности такого шага были и у некоторых членов “семёрки”, например Калинин писал Сталину: “Мне могут возразить, что напрасно бью тревогу, что ни о каком создании фракции речь нейдёт, а просто избрана семёрка для согласования по наиболее одиозным вопросам… Но насколько у меня создалось впечатление, тенденция совещания, в особенности, она проявилась у т.Сталина, именно упереться в дальнейшей работе на согласованной фракционной линии”. 92

Источником фракционной деятельности были, таким образом, обе стороны конфликта, ведь в его основе лежали разногласия по фундаментальным вопросам жизни партии и страны, пусть официально эти разногласия и скрывались под пропагандистской маской «ленинского единства». И как обычно и бывает в таких случаях, с уставом партии никто не считался.

То же самое происходило и в низах. Так, когда в январе 1924 г. Хамовническую районную партийную организацию в Москве ненадолго возглавили представители оппозиции, сторонники большинства ЦК в районе, по выражению А.Резника, “превратились в своеобразную антиоппозиционную оппозицию”, не останавливаясь и перед нарушением партийной дисциплины. Один из сторонников ЦК заявил, “что если Бюро будет продолжать такую же [фракционную] работу, то ячейка Электро-механического завода не будет подчиняться райкому”, причем “часть аудитории ответила аплодисментами”. 93

Таким образом, пресловутая «беспринципность» Троцкого, о которой распространяется каждый уважающий себя сталинистский публицист,  в ходе борьбы внутри партии была не большей, чем «беспринципность» Сталина. Оба они заключали союзы со своими прошлыми или будущими оппонентами, по-разному характеризуя их в разных ситуациях.  Троцкий  вступил в блок с децистами, а позже Зиновьевым и Каменевым, в то время как Сталин точно также поддерживал последних двух в период «»триумвирата» и «семёрки», а затем вступил в союз с бухаринцами.

«Литературная дискуссия» – начало пересмотра истории

Отдельного разбора заслуживает борьба  вокруг вопросов истории партии и роли в этой истории её руководителей, противостоявших друг другу в 1920-е годы. Здесь Троцкий сполна испил чашу поражения, и необъективная, основанная на передергиваниях, а то и прямых вымыслах  картина революционного пути Троцкого сохраняется  в “сталинистской” литературе до сих пор.

Уже в выступлениях против Троцкого периода первой дискуссии звучали напоминания  об его небольшевистском прошлом. 94 Обострение же борьбы вокруг исторических вопросов, спровоцировал он сам, выступив осенью 1924 года со статьей “Уроки Октября”. 95 Она тут же подверглась массированным нападками по ряду причин, а именно:

1. Троцкий подробно обрисовал неблаговидную роль Зиновьева, Каменева и ряда других видных партийных деятелей, ныне являвшихся его оппонентами, в событиях 1917 года, назвав их правым крылом партии в контексте тогдашних разногласий. Особенно это касалось их выступления против организации партией большевиков вооруженного восстания в октябре 1917 года.  Это противоречило уже складывавшейся догме о “единстве ленинской партии”, о “невозможности существования в ней каких-либо особых  крыльев”.

2. Троцкий сделал акцент на идейном перевооружении большевистской партии весной 1917 года, прежде всего на отказе от лозунга «демократической диктатуры пролетариата и крестьянства». Это стало поводом для надуманных обвинений в “рассечении истории партии на две части”, “попытках заменить ленинизм троцкизмом”, хотя высказывание Ленина, приведенное нами выше,  про “архив старых большевиков”, было известно оппонентам Троцкого не хуже, чем ему.

3. Троцкий рассказал о письмах  Ленина, находившегося на нелегальном положении, в ЦК большевиков по поводу организации восстания, написанных в сентябре – начале октябре 1917 году и содержавших, в том числе, ошибочные суждения о возможности начать восстание в Москве, где победа, как считал Ленина, была обеспечена. 96 На деле, как известно, в Москве, в отличие от Петрограда, большевики взяли власть лишь после недели боев с войсками Временного правительства. Это противоречило начавшейся в 1924 году “канонизации Ленина”, якобы никогда не допускавшего ошибок.  “Ленин не был автоматом непогрешимых решений. Он был «только» гениальным человеком, и ничто человеческое не было ему чуждо, в том числе и свойство ошибаться. Ленин говорил об отношении эпигонов к великим революционерам: «После их смерти делаются попытки превратить их в безвредные иконы, так сказать, канонизировать их, предоставить известную славу их имени»… чтобы тем безопаснее изменять им на деле. Эпигоны требуют признания непогрешимости Ленина, чтобы тем легче распространить этот догмат на себя” – справедливо писал Троцкий впоследствии. 97 Также описание этого малоизвестного тогда эпизода событий осени 1917 года послужило поводом для надуманного обвинения в адрес Троцкого в том, что он якобы изображает Ленина «бланкистом». Хотя речь шла лишь о том, что в сентябре 1917 года, когда Ленин предлагал вооруженное выступление 98, оно было ещё преждевременным, и, по выражению Троцкого, “могло до известной степени застигнуть врасплох не только врага, но и часть рабочих и гарнизона, вызвать в их рядах недоумение и тем ослабить наш натиск”. 99 Поэтому план Ленина был отвергнут Центральным комитетом.

После “Уроков Октября” последовал целый вал выступлений против Троцкого, названный “литературной дискуссией”, хотя дискуссии не было, было избиение Троцкого и фабрикация антитроцкистских мифов. Ярким примером такого рода выступлений является работа Сталина “Троцкизм или ленинизм?”. 100 В ней Сталин искусственно соединяет дореволюционные разногласия Троцкого с большевиками с расхождениями между Троцким и большинством руководства, выявившимися в 1923-1924 году. Рассмотрим те положения статьи, в которых Сталин допускает отход от истины ради того, чтобы дискредитировать Троцкого.

Сталин прямо берет под защиту Зиновьева и Каменева, объявляя их поведение в Октябре незначительной ошибкой: “Чем объяснить, что партия обошлась без раскола? Объясняется это тем, что, несмотря на разногласия, мы имели в лице этих товарищей старых большевиков, стоящих на общей почве большевизма. В чём состояла эта общая почва? В единстве взглядов на основные вопросы: о характере русской революции, о движущих силах революции, о роли крестьянства, об основах партийного руководства и т. д. Без такой общей почвы раскол был бы неминуем. Раскола не было, а разногласия длились всего несколько дней, потому и только потому, что мы имели в лице Каменева и Зиновьева ленинцев, большевиков”. Это не помешает Сталину впоследствии, когда они станут его противниками, все время припоминать им события 1917 года. 101

Здесь же Сталин объявил, что Октябрьским восстанием якобы руководил созданный в середине октября “практический центр по организационному руководству восстанием”, куда не входил Троцкий. На самом деле, согласно протоколу заседания ЦК партии большевиков от 16 (29) октября 1917 г. этот центр, во-первых, входил в состав Военно-революционного комитета при Петроградском Совете (Советом руководил Троцкий), во-вторых, нет никаких документов о реальной деятельности данного центра. 102

Таким образом, руководство “практического центра” Октябрьским восстанием  было выдумкой с целью принизить роль Троцкого в революции. Сталин противоречил здесь собственному же высказыванию о Троцком, сделанному в первую годовщину Октября.

Говоря о ситуации весны 1917 года, Сталин утверждает: “чем объяснить в таком случае, что Ленин счёл нужным отмежеваться от Троцкого на другой же день после своего приезда из-за границы? Кому не известны неоднократные заявления Ленина о том, что лозунг Троцкого: “без царя, а правительство рабочее”, является попыткой “перепрыгнуть через не изжившее себя крестьянское движение”, что этот лозунг означает “игру в захват власти рабочим правительством”?”. При этом Сталин не принимает во внимание, что отмежевание касалось довоенных позиций Троцкого. К публикациям же Троцкого послереволюционного периода Ленин не имел претензий (если б они были, то Ленин без сомнения подверг бы Троцкого  критике в своих трудах весны 1917 г.). Кстати сказать, к лозунгу “без царя, а правительство рабочее” Троцкий не имел никакого отношения. В работе “Перманентная революция”, написанной в 1928 году, Троцкий разъясняет:  «прокламацию под заглавием «Без царя, а правительство рабочее» написал и издал за границей летом 1905 года Парвус. Я в это время давно уже жил нелегально в Петербурге и никакого отношения к этому листку ни делом, ни помышлением не имел. Узнал я о нём гораздо позже из полемических статей». 103

Затем Сталин переходит к описанию “трех особенностей троцкизма”, цитируя обнародованные именно тогда дореволюционные антиленинские высказывания Троцкого. Первая «особенность» только и сводится к цитатам про изжитые к 1917 году разногласия (при этом формулировка, что перманентная революция – это “революция без учёта маломощного крестьянства как революционной силы” есть крайнее окарикатуривание реальных дореволюционных взглядов  Троцкого). Вторая затрагивает ошибочные действия Троцкого по созданию “Августовского блока” в 1912 года, на основании этого примера Сталин объявляет, что “троцкизм есть недоверие к большевистской партийности, к её монолитности, к её враждебности к оппортунистическим элементам”. Весьма смелое заявление, если учитывать, что в этой же статье Сталин берёт под защиту правый оппортунизм Зиновьева и Каменева в ситуации 1917 года. Наконец, третья “особенность” – “троцкизм есть недоверие к лидерам большевизма, попытка к их дискредитированию, к их развенчиванию”. Тут и говорить не о чем – большего “троцкиста”, чем Сталин, в таком случае найти невозможно, правда в 1924 году основная его деятельность по дискредитации и развенчиванию лидеров большевистской партии была ещё впереди. Хотя надо отметить, что недоверие к самым уважаемым лидерам – это далеко не всегда что-то плохое.

Путём такого рода передергиваний и был создан “троцкизм, вечно противостоящий ленинизму”, хотя на деле существенная разница между взглядами Ленина и Троцкого исчезла в 1917 году, а после смерти Ленина раскол партии был расколом внутри ленинизма.

Ирония ситуации в том, что оппоненты Троцкого сами обвиняли его в манипулировании старыми разногласиями ради дискредитации своих противников. Например, в брошюре “Троцкизм и молодежь”, изданной Ленинградским губкомом РКСМ в ходе “литературной дискуссии”, говорилось: “… тщательно вспоминаются (Троцким – В.С.), перебираются, нанизываются одна на другую и выстраиваются стройной колонной, чтобы создавать «правую фракцию», борющуюся против Ленина, все ошибки, сделанные когда-либо на протяжении 8 месяцев революции кем-либо из ближайших учеников Ленина, кем-либо из старого большевистского ядра”. 104

Отчасти это было конечно верно – в “Уроках Октября” Троцкий не случайно подробно описал оппортунизм Зиновьева и Каменева (Сталин там вовсе не упомянут, хотя Троцкий был в курсе его полуменьшевистской позиции после Февраля), это было вызвано потребностями внутрипартийной борьбы. Однако как видим, подобные претензии  гораздо более относимы к Сталину и его сторонникам. Если у Троцкого в “Уроках Октября”, вероятно,  можно найти неточности, то сталинская группа целенаправленно создавала фальшивую картину прошлой деятельности Троцкого.

Троцкий дал свой исчерпывающий ответ на все надуманные обвинения по поводу “Уроков Октября” в статье “Наши разногласия”, оставшейся неопубликованной. Причём Троцкий, по некоторым данным, и не пробовал её опубликовать, видимо,  не желая давать повод для новых нападок. 105 Естественно, это было ошибкой, дальнейшая практика показала, что все уступки сталинская группа воспринимает как слабость и только усиливает нападки на своих противников. Противоречия внутри партии были столь сильны, что никакой компромисс оказался невозможен.

Пик внутрипартийной борьбы: объединённая оппозиция

В конце 1924 года к прочим спорным вопросам добавилось знаменитое противоборство вокруг “построения социализма в одной отдельно взятой стране”. Эту формулу выдвинул Сталин в декабре 1924 года в работе “Октябрьская революция и тактика русских коммунистов”, причём ещё в мае того же года  в труде “Об основах  ленинизма” Сталин утверждал противоположное. Несколько позже Сталин объяснил эту смену позиции следующим образом:

“Но в брошюре “Об основах ленинизма” имеется ещё вторая формулировка. Там сказано:

“Но свергнуть власть буржуазии и поставить власть пролетариата в одной стране, ещё не значит обеспечить полную победу социализма. Главная задача социализма – организация социалистического производства – остаётся ещё впереди. Можно ли разрешить эту задачу, можно ли добиться окончательной победы социализма в одной стране, без совместных усилии пролетариев нескольких передовых стран? Нет, невозможно. Для свержения буржуазии достаточно усилий одной страны, – об этом говорит нам история нашей революции. Для окончательной победы социализма, для организации социалистического производства, усилий одной страны, особенно такой крестьянской страны, как Россия, уже недостаточно, – для этого необходимы усилия пролетариев нескольких передовых стран” (см. “Об основах ленинизма”, первое издание).

Эта вторая формулировка была направлена против утверждения критиков ленинизма, против троцкистов, заявлявших, что диктатура пролетариата в одной стране, при отсутствии победы в других странах, не может “устоять против консервативной Европы”.

Постольку, – но только постольку, – эта формулировка являлась тогда (май 1924 г.) достаточной, и она, несомненно, сослужила известную пользу.

Но впоследствии, когда критика ленинизма в этой части была уже преодолена в партии и когда на очередь стал новый вопрос, вопрос о возможности построения полного социалистического общества силами нашей страны, без помощи извне, – вторая формулировка оказалась уже явно недостаточной и, потому, неправильной.

В чем состоит недостаток этой формулировки?

Ее недостаток состоит в том, что она связывает в один вопрос два разных вопроса: вопрос о возможности построения социализма силами одной страны, на что должен быть дан положительный ответ, и вопрос о том, может ли страна с диктатурой пролетариата считать себя вполне гарантированной от интервенции и, стало быть, от реставрации старых порядков без победоносной революции в ряде других стран, на что должен быть дан отрицательный ответ. Я уже не говорю о том, что эта формулировка может дать повод думать, что организация социалистического общества силами одной страны невозможна, что, конечно, неправильно.

На этом основании я видоизменил, исправил эту формулировку в своей брошюре “Октябрьская революция и тактика русских коммунистов” (декабрь 1924 г.), расчленив этот вопрос на два вопроса, на вопрос о полной гарантии от реставрации буржуазных порядков и вопрос о возможности построения полного социалистического общества в одной стране. Это было достигнуто, во-первых, путём трактовки “полной победы социализма” как “полной гарантии от восстановления старых порядков”, возможной лишь в порядке “совместных усилий пролетариев нескольких стран”, и, во-вторых, путём провозглашения, на основании брошюры Ленина “О кооперации”, той неоспоримой истины, что мы имеем все необходимое для построения полного социалистического общества”. 106

Появление этого вопроса в качестве одного из основных пунктов раскола неслучайно произошло в 1924 году. Революционный подъём на Западе закончился как раз к этому времени, стало ясно, что в кризис капитализма, вызванный Первой мировой войной и Октябрьской революцией, преодолен буржуазным строем. Наиболее знаковым событием стало поражение пролетарских выступлений в Германии осенью 1923 года. Сталин и его сторонники отреагировали на новую ситуацию, хорошо поняв, что ставка на мировую революцию не может быть вечной, что массы начинают уставать от ожидания мирового пожара, требуя лучшей жизнь “здесь и сейчас”. Поэтому была выдвинута новая стратегия – сконцентрировать усилия на строительстве нового общества в рамках СССР.

Против этого поворота выступила в 1925 г. «новая оппозиция» во главе с отошедшими от Сталина Зиновьевыми и Каменевым. Дискуссия 1925 г. характерна тем, что именно в ходе нее борьба внутри большевистской партии полностью лишилась относительно “товарищеского характера”, еще сохранявшегося в 1923-1924 гг. Причем происходило это с обеих сторон. Так, в декабре 1925 г., когда в Москве проходил XIV съезд ВКП(б), оппозиционное руководство ленинградской организации (возглавлял которую Зиновьев) пресекало выражение поддержки большинству съезда со стороны ленинградских партийцев. 107 А в январе 1926 г. в Ленинград выехала целая делегация сторонников Сталина из числа руководящих работников партии и комсомола, целью которой было добиться поддержки линии ЦК со стороны ленинградской организации, сломить сопротивление зиновьевцев. Сохранилось весьма живописное описание партсобрания на крупном ленинградском предприятии, заводе “Красный Треугольник”, оставленное сторонником “новой оппозиции”, секретарем ячейки ВКП(б) данного завода И.С.Кострицким:

«Укажу, как, например, тов. Ворошилов грубо и резко набросился на комсомольцев, перебежав на другой конец стола Президиума. Он заявлял: «Я вас сотру в порошок». Такое заявление тов. Ворошилова вызвало бурные протесты комсомольцев, на что тов. Ворошилов снова заявил: «Я вас возьму в Красную Армию и там мы поговорим… Тов. Калинин также употреблял постоянно резкие выражения, чем вызвал волнение собрания. Например, обращаясь к женщинам, он сказал: «ну, вы полоумные, мы с вами меньше всего будем считаться», обращаясь к комсомольцам назвал их сопляками». Голосование в конце собрания, на котором присутствовало 500 членов партии – работников завода и 100 «гостей», по требованию М.И.Калинина должно было происходить следующим образом: в переполненном зале сторонники ЦК должны были отойти налево, а противники — направо. Далее И.С.Кострицкий сообщает: «Когда после этого, как указано выше, тов. Калинин при шуме и протестах собрания, начал делить коммунистов, то группа членов партии начала качать тов. Калинина, а затем и тов. Ворошилова. В это время тов. Молотов заявил, что он требует, чтобы я, как председатель встал на стол и заявил, что большинство за резолюцию, предложенную тов. Ворошиловым. На это я заявил, что это неверно, что таким способом нельзя определять большинство и что, кроме того, собрание постановило, чтобы голосовать только членам коллектива «Красный Треугольник», между тем, как «голосовали» свыше ста человек гостей. Тогда тов. Молотов крикнул мне: «Сволочь, саботажник, контрреволюционер, сотру тебя в порошок, привлеку тебя в ЦКК, я тебя знаю». 108

Естественно, что от подобных сцен до запрета на оппозиционную деятельность и физических расправ за нее дистанция была уже не столь велика. И логическое развитие методы борьбы группировок в партии получили на ее следующем этапе, когда сторонники Зиновьева и Каменева, критиковавшие сталинскую политику во многом с тех же позиций, что и Троцкий в 1923 г., объединились с последним.

Левая оппозиция, сформировавшаяся весной-летом 1926 г., критиковала курс большинства за потворство усилению буржуазии в рамках НЭПа, а также за подмену советской демократии бюрократическим произволом партийной верхушки. Декларации о демократизации партии, ставшие итогом дискуссии 1923 г., остались на бумаге — логика развития внутрипартийной борьбы толкала правящую фракцию в совершенно противоположном направлении, причем впереди бежали зачастую представители “бухаринцев”. 109

Критика внутреннего положения в СССР и ВКП(б) неизменно связывалось оппозиционерами и с, по их мнению,  сдачей руководящей группой позиций на арене всемирной классовой борьбы. Именно эта сдача позиций, с точки зрения сторонников Троцкого и Зиновьева, получила воплощение в теории “социализма в одной стране”.  По поводу этой теории Троцкий писал:

“Теоретическая несостоятельность и практическая опасность теории социализма в одной стране совершенно очевидны или, по крайней мере, становятся все более очевидными для всякого революционера, сколько-нибудь освоившегося с марксистской постановкой основных вопросов исторического развития. Политически говоря, теория эта является совершенно некритическим прикрытием того, что есть в СССР, и всего того, что становится во всех его противоречиях и во всей его стихийности. В этом смысле теория социализма в одной стране ослабляет и притупляет бдительность и настороженность партии по отношению к капиталистическим тенденциям и силам развития, внутренним и мировым.

Она питает пассивный фаталистический оптимизм, под которым как нельзя лучше укрывается бюрократическое безразличие к судьбам социализма и международной революции.

Не менее фатальную роль должна была бы сыграть эта теория, если бы она была узаконена, в отношении Коминтерна. Если рассматривать советское социалистическое строительство как неотъемлемую  составную часть мировой революции, как процесс, немыслимый вне этой последней, то удельный вес коммунистических партий, их роль, их самостоятельная ответственность возрастают и выдвигаются на передний план.

Наоборот, если стать на ту точку зрения, что советская власть, опираясь на союз рабочих и крестьян, построит социализм совершенно независимо от того, что будет происходить во всем остальном мире, – при условии только, если советская республика будет ограждена от военных интервенций, – то роль и значение коммунистических партий сразу отодвигаются на второй план. Обеспеченность полной победы социализма в нашей стране, независимо от хода революции в других странах, означает, что главной задачей европейских коммунистических партий в ближайший исторический период, – такой задачей, которая достаточна для победы социализма, – является не завоевание власти, а противодействие интервенционистским покушениям империализма. Ибо совершенно очевидно, что достаточно было бы обеспечить победу социализма в нашей стране, чтобы тем самым обеспечить дальнейшее его распространение на весь мир. Вся перспектива таким образом передвигается. Вопрос об использовании до конца каждой действительно революционной ситуации отодвигается на задний план. Создается ложная и убаюкивающая теория о том, что время будто бы само по себе «работает на нас». Между тем нельзя забывать, что мы живем в условиях передышки, но никак не в условиях, будто бы автоматически обеспечивающих победу социализма «в одной стране». Передышку нужно всемерно использовать. Передышку нужно всемерно затянуть. Но забывать, что дело идёт именно о передышке, т. е. о более или менее длительном периоде между революцией 1917 года и ближайшей революцией в одной из крупных капиталистических стран, значит попирать ногами мировые законы исторического развития, значит отрекаться от коммунизма”. 110

Вокруг этой проблемы и сегодня, спустя почти век, ведутся нескончаемые дискуссии. Обе стороны ссылаются при этом на ленинизм, обвиняя противников в ревизии, в “меньшевизме”, “национальной ограниченности”, “авантюризме”  и т.д.

Проблема в том, что брать в союзники Ленина имеют возможности как сталинисты, так и троцкисты. Идейное наследие лидера Октябрьской революции по этому вопросу крайне противоречиво. Как правильно пишет Н. Капченко, “Арбитром в этом важнейшем споре, носившем не столько теоретический, сколько практический характер, выступал и мог выступать только Ленин — как общепризнанный теоретик и вождь партии. У самого Ленина по данному вопросу были довольно противоречивые взгляды: в его трудах можно найти как прямые и однозначные высказывания о том, что без помощи революции в европейских странах, судьба социалистического строительства в нашей стране с неизбежностью обречена на поражение. Встречаются (особенно после перехода к новой экономической политике) и мысли, которые можно истолковать в пользу того, что и в условиях капиталистического окружения перспективы социалистического строительства представляются не фатально безнадежными. Короче говоря, по данному вопросу в трудах вождя можно почерпнуть аргументы как в пользу первой, так и второй перспективы”. 111

И действительно, чтобы убедиться в этом, достаточно вспомнить ряд известных цитат из трудов Ленина.

Известные “сталинистские” высказывания Ленина:

“Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксплуататорских классов и их государств”. 112

“Для создания социализма, говорите вы, требуется цивилизованность. Очень хорошо. Ну, а почему мы не могли сначала создать такие предпосылки цивилизованности у себя, как изгнание помещиков и изгнание российских капиталистов, а потом уже начать движение к социализму? В каких книжках прочитали вы, что подобные видоизменения обычного исторического порядка недопустимы или невозможны?” 113

“Нам наши противники не раз говорили, что мы предпринимаем безрассудное дело насаждения социализма в недостаточно культурной стране. Но они ошиблись в том, что мы начали не с того конца, как полагалось по теории (всяких педантов), и что у нас политический и социальный переворот оказался предшественником тому культурному перевороту, той культурной революции, перед лицом которой мы все-таки теперь стоим.

Для нас достаточно теперь этой культурной революции для того, чтобы оказаться вполне социалистической страной” 114

“Социализм уже теперь не есть вопрос отдаленного будущего, или какой-либо отвлеченной картины, или какой-либо иконы. Насчет икон мы остались мнения старого, весьма плохого. Мы социализм протащили в повседневную жизнь и тут должны разобраться. Вот что составляет задачу нашего дня, вот что составляет задачу нашей эпохи. Позвольте мне закончить выражением уверенности, что, как эта задача ни трудна, как она ни нова по сравнению с прежней нашей задачей и как много трудностей она нам ни причиняет, – все мы вместе, не завтра, а в несколько лет, все мы вместе решим эту задачу во что бы то ни стало, так что из России нэповской будет Россия социалистическая” 115

Известные “троцкистские” высказывания Ленина:

“Мы создали советский тип государства, начали этим новую всемирно-историческую эпоху, эпоху политического господства пролетариата, пришедшую на смену эпохе господства буржуазии. Этого тоже назад взять уже нельзя, хотя „доделать“ советский тип государства удастся лишь практическим опытом рабочего класса нескольких стран. Но мы не доделали даже фундамента социалистической экономики. Это ещё могут отнять назад враждебные нам силы умирающего капитализма. Надо отчётливо сознать и открыто признать это, ибо нет ничего опаснее иллюзий (и головокружения, особенно на больших высотах). И нет решительно ничего „страшного“, ничего дающего законный повод хотя бы к малейшему унынию в признании этой горькой истины, ибо мы всегда исповедывали и повторяли ту азбучную истину марксизма, что для победы социализма нужны совместные усилия рабочих нескольких передовых стран”. 116

“… полная победа социалистической революции немыслима в одной стране, а требует самого активного сотрудничества по меньшей мере, нескольких передовых стран, к которым мы Россию причислить не можем”. 117

«…абсолютна истина, что без немецкой революции мы погибли, — может быть, не в Питере, не в Москве, а во Владивостоке, в еще более далеких местах, в которые нам, быть может, предстоит переброситься и до которых расстояние, может быть, еще больше, чем расстояние от Петрограда до Москвы, но во всяком случае при всевозможных мыслимых перипетиях, если немецкая революция не наступит, — мы погибнем”. 118

«Мы живем не только в государстве, но и в системе государств, и существование Советской республики рядом с империалистическими государствами продолжительное время немыслимо. В конце концов, либо одно, либо другое победит». 119

Причина таких противоречий в том, что Ленин, с его выдающимся диалектическим мышлением, не был склонен к готовым “формулам на все времена”. Первоначально он придерживался общепринятого у марксистов той эпохи представления о невозможности победы социализма в отдельно взятой стране, идущего ещё от “Принципов коммунизма” Энгельса. Позднее, в годы Первой мировой войны, наблюдая разницу ситуаций даже в наиболее развитых европейских странах, неравномерность их развития в целом ряде аспектов (экономика, рабочее движение и его союзники, наличие сильной марксистской партии), Ленин впервые в работе “О лозунге Соединенных Штатов Европы” обмолвился о победе социализма в одной стране. В дальнейшем, в условиях победы Октябрьской революции в России и революционного подъёма в Европе, Ленин  писал о невозможности достижения социализма в разрушенной стране без победы западноевропейского пролетариата. Однако и в эту позицию пришлось вносить изменения.

В последние годы жизни Ленин, судя по всему, был в напряжённом идейном поиске. Он не мог не понимать, что расчёт большевиков на революцию в наиболее развитых странах не оправдался, и дальнейший ход событий неясен. Можно не сомневаться, что Ленин нашел бы наиболее оптимальный выход из положения, создав непротиворечивую стратегию действий в новых условиях.  Была бы она ближе к политике Сталина или к предложениям левой оппозиции?  Этот вопрос вряд ли имеет смысл. Факты таковы, что болезнь подкосила Ленина в переходной ситуации, не дав ему завершить анализ нового расклада сил в мировом классовом противоборстве, оставив партию с противоречивыми высказываниями.

Ленинскую линию по-своему продолжали как сталинцы, так и оппозиция, сделав разные выводы относительно необходимой стратегии в новых условиях. Тем не менее, при всей остроте борьбы вокруг данного вопроса, пропасть между оппонентами была не столь велика, как это представляла позднейшая пропаганда с обеих сторон. Троцкий и его сторонники вовсе не были противниками строительства социализма в СССР. Они никогда, вопреки известному обвинению Сталина в адрес оппозиции, не ставили вопрос о том, что “имея в виду отсутствие немедленной поддержки извне, со стороны победоносной революции в других странах, мы должны честно и открыто отойти от власти и вести курс на организацию новой революции в СССР в будущем”, 120 то есть не разделяли меньшевистских капитулянтских воззрений.

Но принципиальной позицией левых оппозиционеров было утверждение о невозможности успешного завершения этого строительства без поддержки со стороны пролетарских революций в наиболее развитых странах Запада. По этому поводу Троцкий разъяснял: “Речь идет, разумеется, не о том, можно ли и должно ли строить социализм в СССР.  Такого рода вопрос равноценен вопросу о том, может ли и должен ли пролетариат бороться за власть в отдельной капиталистической стране. На этот вопрос ответил еще «Манифест коммунистической партии». Пролетариат должен стремиться завоевать власть в своей стране, чтобы затем расширить свою победу на другие страны. Наша работа над строительством социализма есть такая же составная часть мировой революционной борьбы, как организация стачки углекопов в Англии или строительство заводских ячеек в Германии”. 121

То есть оппозиция исходила из того, что борьба за социализм – это всемирный процесс, и соответственно в одной стране социализм нужно строить, но невозможно достигнуть в полной мере. Здесь было определенное противоречие, на которое указывали сталинцы в борьбе с оппозицией. Строить новое общество, ставя успех этого предприятия в зависимость от событий за границей, где от советского рабочего класса зависит немного – было весьма уязвимой позицией, во всяком случае, малопонятной с точки зрения не слишком грамотного среднего советского рабочего из вчерашних крестьян.

В документе оппозиции «Вопросы и ответы», написанном осенью 1926 года, эта позиция изложена еще более четко:

“Верно ли, что оппозиция отрицает возможность построения социализма в нашей стране?

Ответ: Это обвинение ложно и основано на неправильной постановке самого вопроса. Для построения социализма одними лишь собственными силами в нашей отсталой стране нужны десятки лет. Предполагать, что в течение такого долгого периода в других странах будет держаться и развиваться капитализм, а мы тем временем построим социализм, значило бы отрицать связи мирового хозяйства и мировой политики и впадать в грубую национальную ограниченность. Построение социализма в нашей стране есть составная часть мировой революции пролетариата. Успех социалистического строительства в нашей стране неотделим от успеха революционного движения во всем мире. Оппозиция глубоко убеждена в победе социализма в нашей стране не потому, что нашу страну можно изъять из мирового хозяйства и мировой революции, а потому что победа пролетарской революции обеспечена во всем мире.

Сдвиг с пролетарской линии неизбежно ведет к национальной ограниченности, к недооценке нашей зависимости от мирового хозяйства и к грубому прикрашиванию нэпа”. 122

С точки зрения сегодняшнего дня хорошо видна недальновидность такого взгляда. В реальности буржуазия с помощью как социал-демократии, так и фашизма смогла удержать капиталистический строй в наиболее развитых странах, большевики явно переоценили революционный потенциал европейского рабочего класса, и СССР действительно суждено было оставаться единственным рабочим государством в течении десятков лет.  И те, кто продолжал держаться за эту переоценку перспектив мировой революции, не могли не проиграть.

2

 

Сталин выступал против оппозиции, прекрасно понимая и используя слабые места в ее программе, прежде всего то, что оппозиция основывала все расчеты на европейской революции, близкая победа которой все более оказывалась под вопросом:

“Мы не можем двигаться вперед, не зная, куда нужно двигаться, не зная цели движения. Мы не можем строить без перспектив, без уверенности, что, начав строить социалистическое хозяйство, можем его построить. Без ясных перспектив, без ясных целей партия не может руководить строительством. Мы не можем жить по рецепту Бернштейна: “Движение – все, цель – ничто”. Мы, наоборот, как революционеры, должны подчинять свое движение вперед, свою практическую работу – основной классовой цели пролетарского строительства. Без этого – мы попадем в болото оппортунизма, неминуемо и безусловно.

Далее. Без ясных перспектив нашего строительства, без уверенности построить социализм рабочие массы не могут сознательно участвовать в этом строительстве, они не могут сознательно руководить крестьянством. Без уверенности построить социализм не может быть воли к строительству социализма. Кому охота строить, зная, что не построишь? Отсутствие социалистических перспектив нашего строительства ведет поэтому к ослаблению воли пролетариата к этому строительству неминуемо и безусловно.

Дальше. Ослабление воли пролетариата к строительству социализма не может не вызвать усиления капиталистических элементов нашего хозяйства. Ибо что значит строить социализм, как не то, чтобы побороть капиталистические элементы нашего хозяйства. Упадочные и пораженческие настроения в рабочем классе не могут не окрылить надежд капиталистических элементов на реставрацию старых порядков. Кто недооценивает решающего значения социалистических перспектив нашего строительства, тот помогает капиталистическим элементам нашего хозяйства, тот культивирует капитулянтство.

Наконец, ослабление воли пролетариата к победе над капиталистическими элементами нашего хозяйства, тормозя наше социалистическое строительство, не может не задерживать развязывание международной революции во всех странах. Не следует забывать, что мировой пролетариат смотрит на наше хозяйственное строительство и на наши успехи на этом фронте с надеждой, что мы выйдем из этой борьбы победителями, что нам удастся построить социализм. Бесчисленное количество рабочих делегаций, приезжающих к нам с ] Запада и щупающих каждый уголок нашего строительства, говорит о том, что наша борьба на фронте строительства имеет громадное международное значение в смысле ее революционизирующего значения для пролетариев всех стран. Кто пытается свертывать социалистические перспективы нашего строительства, тот пытается гасить надежды международного пролетариата на нашу победу, а кто гасит эти надежды, тот нарушает элементарные требования пролетарского интернационализма”. 123

Здесь Сталин, помимо прочего, хорошо подметил важность успехов в построении социализма в одной стране для всего международного рабочего движения. Не сумев победить в своих странах, западные коммунисты начали уповать на успехи СССР, надеясь, что эти успехи послужат росту поддержки коммунистов в мире капитализма. 124 В этом одна из главных  причин того, что оппозиция не получила массового влияния в западных компартиях, и сталинцам удалось выставить ее  в качестве группы, подрывающей пролетарский интернационализм.

Ведь  Сталин вовсе не был противником мировой революции, каким его выставляли как тогдашние оппоненты, так и современные  троцкисты. По данному вопросу он также высказывался в описываемый период:

“Вероятнее всего, что мировая революция будет развиваться путем революционного отпадения ряда новых стран от системы империалистических государств при поддержке пролетариев этих стран со стороны пролетариата империалистических государств. Мы видим, что  первая отпавшая страна, первая победившая страна уже поддерживается рабочими и трудящимися массами других стран. Без этой поддержки она не могла бы продержаться. Несомненно, что поддержка эта будет усиливаться и нарастать. Но несомненно также и то, что само развитие мировой революции, самый процесс отпадения от империализма ряда новых стран будет происходить тем скорее и основательнее, чем основательнее будет укрепляться социализм в первой победившей стране, чем скорее будет превращаться эта страна в базу дальнейшего развертывания мировой революции, в рычаг дальнейшего разложения империализма.

Если верно положение, что окончательная победа социализма в первой освободившейся стране невозможна без общих усилий пролетариев нескольких стран, то столь же верно и то, что мировая революция будет развертываться тем скорее и основательнее, чем действительнее будет помощь первой социалистической страны рабочим и трудящимся массам всех остальных стран….

Характерная особенность этой помощи со стороны победившей страны состоит не только в том, что она ускоряет победу пролетариев других стран, но также и в том, что, облегчая эту победу, она тем самым обеспечивает окончательную победу социализма в первой победившей стране.

Вероятнее всего, что в ходе развития мировой революции, наряду с очагами империализма в отдельных капиталистических странах и с системой этих стран во всем мире, создадутся очаги социализма в отдельных советских странах и система этих очагов во всем мире, причем борьба между этими двумя системами будет наполнять историю развертывания мировой революции.

Неправы, поэтому, не только те, которые, забывая о международном характере Октябрьской революции, объявляют победу революции в одной стране чисто  национальным и только национальным явлением. Не правы также и те, которые, помня о международном характере Октябрьской революции, склонны рассматривать эту революцию как нечто пассивное, призванное лишь принять поддержку извне. На самом деле не только Октябрьская революция нуждается в поддержке со стороны революции других стран, но и революция этих стран нуждается в поддержке со стороны Октябрьской революции для того, чтобы ускорить и двинуть вперед дело свержения мирового империализма”. 125

Дополнительная сложность вопроса в том, что термины “социализм” и “коммунизм” в тогдашней политической литературе нередко сливались. Напомним, что обозначение двух стадий коммунизма как “социализма» и “полного коммунизма” сделал общепринятым в марксистско-ленинской традиции В.И. Ленин, в 1917 г. в работе “Государство и революция” использовав эти термины именно так. Тогда же в работе “Грозящая катастрофа и как с ней бороться” Ленин сформулировал свое “узкое” определение социализма как низшей фазы коммунизма: “социализм есть не что иное, как ближайший шаг вперед от государственно-капиталистической монополии. Или иначе: социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращенная на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией”. 126

У Маркса и Энгельса термины  “социализм” и “коммунизм” нередко употребляются как синонимы, в качестве определения общества, где уже исчезло классовое деление, и которое по производительности труда и другим параметрам однозначно превосходит капитализм. Необходимость двух  стадий коммунизма впервые была сформулирована Марксом в “Критике Готской программы”, однако там для определения “периода революционного превращения” капитализма в коммунизм (диктатуры пролетариата) не используется какой-либо специальный термин. Поэтому во всех странах марксисты нередко подразумевали под социализмом то, что мы теперь именуем полным коммунизмом. Например, в работе молодого Сталина “Анархизм или социализм?” читаем:

“… по мнению социал-демократов, социалистическое общество – это такое общество, в котором не будет места так называемому государству, политической власти с ее министрами, губернаторами, жандармами, полицейскими и солдатами. Последним этапом существования государства будет период социалистической революции, когда пролетариат захватит в свои руки государственную власть и создаст свое собственное правительство (диктатуру) для окончательного уничтожения буржуазии. Но когда буржуазия будет уничтожена, когда будут уничтожены классы, когда утвердится социализм, тогда не нужно будет никакой политической власти, – и так называемое государство отойдет в область истории”. 127

Но и в текстах послереволюционного периода как Сталина и его сторонников, так и оппозиции, можно встретить “ортодоксальное” определение социализма как бесклассового общества. Например, в “Платформе оппозиции”, составленной в сентябре 1927 г., писалось:

“Мы свой основной исторический расчет связываем с дальнейшим ходом мировой пролетарской революции. Ее победа в передовых странах взорвет кольцо капиталистического окружения, избавит нас от тяжкого военного бремени, гигантски усилит нас в области техники, ускорит все наше развитие — в городе и в деревне, на заводе и в школе — и даст нам возможность построить социализм, то есть бесклассовое общество, основанное на передовой технике и на действительном равенстве всех его членов в труде и в пользовании продуктами труда”. 128

Сталин в полемике с оппозицией определял социализм осторожнее:

“Мы завоевали диктатуру пролетариата и создали тем самым политическую базу для продвижения к социализму. Можем ли мы создать своими собственными силами экономическую базу социализма, новый экономический фундамент, необходимый для построения социализма?В чем состоит экономическая суть и экономическая база социализма? Не в том ли, чтобы насадить на земле “рай небесный” и всеобщее довольство? Нет, не в этом. Это есть обывательское, мещанское представление об экономической сути социализма. Создать экономическую базу социализма – это значит сомкнуть сельское хозяйство с социалистической индустрией в одно целостное хозяйство, подчинить сельское хозяйство руководству социалистической индустрии, наладить отношения между городом и деревней на основе обмена продуктов сельского хозяйства и индустрии, закрыть и ликвидировать все те каналы, при помощи которых рождаются классы и рождается, прежде всего, капитал, создать, в конце концов, такие условия производства и распределения, которые ведут прямо и непосредственно к уничтожению классов”. 129

То есть отстаивая построение социализма в одной отдельно взятой стране, Сталин сдвинулся к ленинскому определению социализма, понимая необходимость постановки лишь реалистичных задач, решаемых в рамках СССР и действительно частично решенных впоследствии (впрочем, “каналы, при помощи которых рождаются классы” закрыты не были).

В то же время надо понимать, что это говорилось в разгар НЭПа и большого влияния в руководстве ВКП(б) бухаринской группы с ее “путем к социализму черепашьим шагом”. Позднее, в период “Великого перелома”, Сталин вновь неоднократно определял социализм как бесклассовое общество. Например, в докладе Сталина на XVII съезде в 1934 г., то есть уже в ходе форсированного социалистического строительства, читаем:

“Взять, например, вопрос о построении бесклассового социалистического общества. XVII конференция партии сказала, что мы идем к созданию бесклассового, социалистического общества. Понятно, что бесклассовое общество не может притти в порядке, так сказать, самотека. Его надо завоевать и построить усилиями всех трудящихся – путем усиления органов диктатуры пролетариата, путем развертывания классовой борьбы, путем уничтожения классов, путем ликвидации остатков капиталистических классов, в боях с врагами как внутренними, так и внешними. Дело, кажется, ясное”. 130

Впрочем, в трудах Ленина также  в разных контекстах в определение социализма вкладывалось разное значение. Приведем отрывок из стенограммы заседания пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) от 6 августа 1927 г.:

“Троцкий: «В начале 1918 г., в статье «О «левом» ребячестве и мелкобуржуазности» Владимир Ильич писал: «Если бы, примерно, через полгода у нас установился государственный капитализм, это было бы громадным успехом и вернейшей гарантией того, что через год у нас окончательно упрочится и непобедимым станет социализм» (т. XVIII, часть 2, стр. 87). На эту цитату Владимир Ильич ссылался со времени перехода к нэпу не раз. Он приводил ее в своей речи на IV конгрессе Коминтерна, причем тут же добавил, что «это было сказано, когда мы были поглупее, чем сейчас, но не настолько уж глупы, чтобы не уметь рассматривать такие вопросы» (т. XVIII,ч. 2, стр. 87). Совершенно ясно…

Голос с места: Надо пересмотреть ему время.

Троцкий: Совершенно ясно, что ироническое замечание: «мы были поглупее, чем сейчас» относилось к слишком коротким срокам «через год у нас окончательно упрочится и непобедимым станет социализм» (шум).

Рудзутак: Это не имеет никакого отношения к постановлению ЦКК.

Троцкий: Как мог, однако, Ленин давать такой короткий срок для «окончательного «упрочения» социализма? (Шум.) Какое материально-производственное содержание вкладывал он в эти слова? И что означают, с другой стороны, смягчающие иронию слова Ленина о том, что мы были в 18 г. «не настолько уж глупы, чтобы (шум) не уметь рассматривать эти вопросы?» Совершенно ясно, что под окончательным упрочением социализма Ленин понимал не построение социалистического общества в годовой срок… (Шум.)

Рудзутак: Это не речь, а чтение полного собрания сочинений Троцкого…

Троцкий: …не уничтожение классов, не преодоление противоречия между городом и деревней в двенадцать месяцев, а прежде всего и главным образом восстановление работы фабрик и заводов в руках победоносного пролетариата. В этом вся суть”. 131

Таким образом, обе стороны в этот  момент имели весьма противоречивое  представление о том, что считать социализмом, т.е. первой фазой коммунизма. Фактически они игнорировали ленинское определение социализма как “государственно-капиталистической монополии, обращенной на пользу всего народа”, то есть классового общества, где средства производства сосредоточены в руках государства диктатуры пролетариата, и экономика развивается по единому научно обоснованному плану. При этом эксплуататоры ликвидированы только формально, а в реальности имеются мелкобуржуазные элементы,  которые паразитируют на сохраняющихся товарно-денежных отношениях, разнице между умственным трудом и физическим, между городом и деревней, и несут в себе, в случае  неправильной политики коммунистической партии, угрозу реставрации капитализма. Подобная буржуазная часть социалистического общества разнородна – от спекулянтов до коррумпированных нелегальным частным бизнесом партийных работников.

Сталин лишь в середине 1930-х гг. фактически начал придерживаться ленинского определения, объявив о построении социализма в основном (от бесклассового общества СССР был естественно очень далек, а вот государственно-капиталистическая монополия, обращенная на пользу всего народа, была достигнута). Троцкий же продолжал использовать старую терминологию до конца жизни,  что во многом и лежит в основе троцкистского определения СССР как рабочего, но не социалистического государства.

Выступая против “социализма в отдельно взятой стране”, левая оппозиция в текущей, практической политике, выдвигала конкретные предложения по социалистическому строительству, в том числе – во многом предвосхитившие будущий курс ВКП(б) периода индустриализации и коллективизации. Впрочем,  стремились сторонники и Троцкого, и Сталина к одним и тем задачам внутренней политики, потому зачастую их полемика принимала характер классического спора между властью и оппозицией – первые подчеркивали успехи, не отрицая и проблем, вторые признавали успехи, делая акцент на проблемах. Так, в оппозиционном “Заявлении 83-х”, составленном в мае 1927 г., указывалось:

“В  промышленности,  сельском хозяйстве   и  в  других  отраслях  народного   хозяйства   Союза  Советских Социалистических  Республик  мы  либо  подходим  либо  уже  перешагнули   за довоенный уровень. В области кооперации также достигнуты успехи.  Эти успехи являются лучшим доказательством  правильности  новой экономической политики, провозглашенной  Лениным  и  лучшим  ответом  врагам Октябрьской  революции.

Страна пролетарской диктатуры оказалась вполне способной к социалистическому строительству, показала в этой области первые успехи, подготовляя тем самым, вместе с пролетариатом других стран, окончательную победу социализма во всем мире.

 Но   одновременно   с   этими   серьезными   достижениями,   в    итоге восстановительного  периода наметились  большие  трудности…

 Неправильная  политика ускоряет  рост враждебных пролетарской диктатуре сил: кулака, нэпмана, бюрократа. …

Предложение освободить от сельхозналога 50% крестьянских дворов, т. е. бедноту и маломощных, подвергается травле. Между тем, предложение это все больше оправдывается хозяйственной и политической обстановкой деревни. Несколько десятков миллионов рублей, с точки зрения 5-миллиардного бюджета, имеют очень скромное значение. Между тем, взимание этой суммы с маломощных дворов является одним из обстоятельств, ускоряющих процесс дифференциации и ослабляющих позиции пролетарской диктатуры в деревне….

В сентябре прошлого года мы читали воззвание, подписанное тремя товарищами, занимающими ответственнейшие посты (тт. Рыков, Сталин, Куйбышев) о том, будто оппозиция, т. е. часть нашей собственно партии и часть ее Центрального Комитета, хочет «ограбить» крестьянство. Взамен этого, воззвание обещало путем режима экономии сократить непроизводительные расходы на 300-400 миллионов рублей в год. На деле бюрократически искаженная борьба за режим экономии привела к новому дерганию рабочих и не дала сколько-нибудь ощутимых положительных результатов”. 132

Правящая группа в целом ставила перед страной  те же цели, что и оппозиция. В резолюции XV конференции ВКП(б) (октябрь-ноябрь 1926 г.)  “О хозяйственном положении и задачах партии” говорилось:

«Все мероприятия в сельском хозяйстве должны исходить из необходимости дальнейшего укрепления союза рабочих с основной массой крестьянства – бедняками и середняками. Под этим углом зрения должно проводиться и в дальнейшем снабжение деревни сельскохозяйственными машинами и другими товарами, а также организация сбыта сельскохозяйственной продукции, построение сельскохозяйственного кредита и организация помощи бедняцкой части деревни (освобождение наиболее маломощного крестьянства от сельскохозяйственного налога, предоставление беднейшей части деревни особых кредитов, содействие развитию коллективных форм земледелия и т.п.).  133

Тем не менее, темпы и масштабы социалистических преобразований, прежде всего важнейшего из них – индустриализации страны – противники оппозиции в тот период представляли себе значительно более скромно, нежели сторонники  Троцкого и Зиновьева. В связи с критикой очень умеренных, “крохоборческих” планов индустриального развития СССР  в “Платформе оппозиции” предлагалось:

“Неправда, будто темп индустриализации упирается непосредственно в отсутствие ресурсов. Средства скудны, но они есть. Нужна правильная политика. Пятилетка Госплана должна быть категорически отвергнута и осуждена как в корне несовместимая с задачей «превращения России нэповской в Россию социалистическую».

Необходимо осуществить передвижку в деле распределения налоговой тяжести между классами, нагрузив кулака и нэпмана, облегчив рабочих и бедноту.

Понизить удельный вес косвенных налогов. Ликвидировать в ближайшие годы систему государственной продажи водки. Упорядочить финансы железнодорожного транспорта.

Упорядочить финансы промышленности.

Оздоровить запущенное лесное хозяйство, которое может и должно стать источником крупнейших доходов.

Обеспечить безусловную устойчивость денежной единицы. Упрочение червонца требует снижения цен, с одной стороны, бездефицитного бюджета, — с другой. Недопустимо использование эмиссии для покрытия бюджетного дефицита.

Нужен строго целевой бюджет, бездефицитный, жесткий, не терпящий ни лишнего, ни случайного.

В бюджет 1927-28 года надлежит значительно повысить ассигнования на оборону (преимущественно на военную промышленность), на промышленность вообще, на электрификацию, на транспорт, жилстроительство, на мероприятия по коллективизации сельского хозяйства.

Дать решительный отпор покушениям на монополию внешней торговли. Взять твердый курс на индустриализацию, электрификацию и рационализацию, построенную на повышении технической мощи хозяйства и улучшении материального положения масс”. 134

В вопросах коллективизации сельского хозяйства программа  левой оппозиция была далека от осуществившихся  в дальнейшем насильственной коллективизации и массового раскулачивания. Однако именно планы наступления на кулацкую часть деревни, более активного кооперирования крестьянской бедноты и середняков были одним из основных пунктов оппозиционной программы:

“Ревизия ленинизма в крестьянском вопросе идет со стороны группы Сталина-Бухарина по следующим главнейшим линиям.

1) Отход от одного из основных положений марксизма о том, что только мощная социалистическая индустрия может помочь крестьянству преобразовать сельское хозяйство на началах коллективизма.

2) Недооценка батрачества и деревенской бедности, как социальной базы диктатуры пролетариата в деревне.

3) Ставка в сельском хозяйстве на так называемого «крепкого» крестьянства, то есть, по существу, на кулака.

4) Игнорирование или прямое отрицание мелкобуржуазного характера крестьянской собственности и крестьянского хозяйства, что обозначает отход от позиций марксизма к теориям эсеров.

5) Недооценка капиталистических элементов развития нынешней деревни и затушевывание расслоения крестьянства.

6) Создание усыпляющей теории, будто «кулаку и кулацким организациям все равно некуда будет податься, ибо общие рамки развития в нашей стране заранее даны строем пролетарской диктатуры» (Бухарин, «Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз», стр. 49).

7) Курс на врастание «кулацких кооперативных гнезд в нашу систему» (Бухарин, там же, стр. 49). «Проблема ставится так, что нужно развязать хозяйственные возможности зажиточных крестьян, хозяйственные возможности кулаков» («Правда», 24 апреля 1925 года).

8) Попытки противопоставить ленинский «кооперативный план» ленинскому плану электрификации, которые у самого Ленина только в сочетании своем обеспечивают переход к социализму”. 135

Главным оппонентом левой оппозиции был мелкобуржуазный уклон в большевистской партии, связанный с тенденцией к расширению уступок мелкой буржуазии в рамках НЭПа, фактическому примирению с буржуазными элементами, особенно на селе. Главой этой тенденции был Бухарин, “ценнейший и крупнейший теоретик партии”, по выражению Ленина. В описываемый период он значительно скорректировал свои позиции, превратившись из глашатая “левого коммунизма” первых послереволюционных лет в руководителя “правого уклона”. Причины этой эволюции известный биограф Троцкого Исаак Дойчер описывал следующим образом:

“… Бухарин, понимая, что большевизм действительно остался наедине с русским крестьянством, перестал рассчитывать на европейскую революцию… он пришел к заключению, что раз из западных рабочих не получилось союзников, большевики должны признать, что единственные его друзья – это крестьяне. И к ним Бухарин обратился с тем же пылом, с той же надеждой и с той готовностью к идеализации, с какими он ранее смотрел на европейский пролетариат”. 136

Кроме Бухарина, в число лидеров неформальной “правой” группировки входили председатель СНК Рыков и председатель советских профсоюзов Томский. Сторонниками капитализма этих уклонистов назвать конечно нельзя, но фактически их политика вела к укреплению буржуазных  элементов в СССР. Наиболее значимым шагом, на который пошла большевистская партия под давлением правых, было принятие в апреле 1925 г. решений о легализации аренды земли и наемного труда на селе, что являлось уступкой сельской верхушке. 137 Критику левой оппозиции вызывала и кампания по “оживлению Советов” на селе, приведшая к росту влияния кулацких элементов в органах Советской власти. 138

Позиции правых укрепили многочисленные материалы против Троцкого, в которых он неизменно обвинялся в недооценке крестьянства и даже желании “ограбить” крестьян ради “сверхиндустриализации”. Впоследствии при разрыве со Сталиным Бухарин назовет “троцкистами” и сталинцев. “В борьбе между Сталиным и Бухариным обе стороны, как клоуны в цирке перебрасывают друг другу обвинение в троцкизме” – иронизировал по этому поводу к тому времени уже высланный из СССР Троцкий. 139

В период 1925 – 1927 гг.,  Сталин и его сторонники, выступая против левой оппозиции, занимали центристскую позицию, но фактически находились ближе к правому флангу партии, борясь против предложений о форсированном наступлении на капиталистические элементы. На XIV съезде ВКП(б) в декабре 1925 г. Сталин заявил:

“Первый уклон состоит в преуменьшении роли кулака и вообще капиталистических элементов в деревне, [в замазывании кулацкой опасности. Он исходит из того неправильного предположения, что развитие нэпа не ведет к оживлению капиталистических элементов в деревне, что кулак и вообще капиталистические элементы отходят или уже отошли у нас в область истории, что дифференциации в деревне не происходит, что кулак – это отзвук прошлого, жупел, и только.

К чему приводит этот уклон?

На деле этот уклон приводит к отрицанию классовой борьбы в деревне.

Второй уклон состоит в раздувании роли кулака и вообще капиталистических элементов в деревне, в панике перед этими элементами, в отрицании того, что союз пролетариата и бедноты с середняком возможен и целесообразен.

Уклон этот исходит из того, что у нас происходит в деревне будто бы простое восстановление капитализма, что этот процесс восстановления капитализма является всепоглощающим процессом, целиком или в подавляющей части захватывающим и нашу кооперацию, что в результате такого развития должна непрерывно расти дифференциация крестьянства в большом масштабе, что крайние группы, т.е. кулаки и бедняки, должны усиливаться и возрастать год за годом, что средние группы, т.е. середняки, должны ослабевать и вымываться тоже год за годом.

На деле этот уклон ведет к разжиганию классовой борьбы в деревне, к возврату к комбедовской политике раскулачивания, к провозглашению, стало быть, гражданской войны в нашей стране и, таким образом, к срыву всей нашей строительной работы, тем самым – к отрицанию кооперативного плана Ленина в смысле включения миллионов крестьянских хозяйств в систему социалистического строительства….

Если задать вопрос коммунистам, к чему больше готова партия, – к тому, чтобы раздеть кулака, или к тому, чтобы этого не делать, но идти к союзу с середняком, я думаю, что из 100 коммунистов 99 скажут, что партия всего больше подготовлена к лозунгу: бей кулака. Дай только, – и мигом разденут кулака. А вот, что касается того, чтобы не раскулачивать, а вести более сложную политику изоляции кулака через союз с середняком, то это дело не так легко переваривается. Вот почему я думаю, что в своей борьбе против обоих уклонов партия все же должна сосредоточить огонь на борьбе со вторым уклоном”. 140

Сталин брал Бухарина под защиту в связи с нападками оппозиции по поводу знаменитого бухаринского лозунга «Обогащайтесь!», обращенного к зажиточным крестьянам. Здесь повторилась история с Зиновьевым и Каменевым: Сталин нападал на тех, кто «требует крови Бухарина», утверждал, что лозунг Бухарина ошибочный, но ошибка эта незначительна. 141  Что не помешало Сталину обрушиться на Бухарина за эту же ошибку впоследствии, когда сталинцы и бухаринцы порвали взаимное сотрудничество.

Немалое значение в ходе внутрипартийной борьбы имели внешнеполитические вопросы, особенно связанные с политикой Коминтерна. Сразу отметим, что позиция как Троцкого, так и левой оппозиции вообще не имела никакого отношения к традиционно приписываемому им “революционному авантюризму”, “экспорту революции” и т.д.  Так, в январе 1927 г. Троцкий писал:

“Здесь же, или лучше в конце, следовало бы объяснить, почему мы  столь настойчиво боремся за мир, если мы, вообще говоря, за революционную войну. Ленин говорил, что мы не зарекаемся от революционной войны. Но это вовсе не значит, что «революционная война» всегда и при всех условиях свободна разрешить революционные задачи. После империалистской войны, истощившей народ, после гражданской войны у нас, разрушившей хозяйство страны, мир есть необходимейшее условие как нашего социалистического роста, так и подготовки коммунистических партий. Чем позже империализм обрушит на нас войну, тем более крепкими окажемся мы, как СССР, и весь мировой пролетариат вместе с нами. Наш величайший революционный интерес поэтому – оттянуть войну как можно дальше, противодействуя ей всеми силами. Наилучшим исходом было бы, если бы европейская революция упредила новую империалистическую войну. Вообще говоря, это не исключено. На это должна быть направлена вся наша политика. При такого рода «мирной» (в революционном, а не пацифистском смысле) политике, если бы буржуазии тем не менее удалось бросить Европу или весь мир в новую империалистскую войну, нам удалось бы легче и, следовательно, скорее превратить новую империалистскую войну в гражданскую… Вот почему мы кровно заинтересованы в мире, в его сохранении, в его упрочении. Вот почему наша партия искренно борется за мир”. 142

В международной политике главными пунктами противоборства сталинско-бухаринского большинства и оппозиции были вопросы об Англо-русском комитете и взаимоотношениях Китайской коммунистической партии с буржуазной партией Гоминьдан. В обоих случаях правящая группа делала ставку на сильных, пусть и некоммунистических союзников, в то время как оппозиция обвиняла своих оппонентов в правом уклоне, соглашательстве с буржуазией и реформистами.

Англо-русский комитет профсоюзного единства представлял собой союз между английскими и советскими профсоюзами, созданный в апреле 1925 г. Английские профсоюзные вожди, принадлежавшие в основном к левому крылу Лейбористской партии, рассчитывали опереться в своей борьбе за права рабочих на помощь мощных советских профсоюзов, а лидеры ВКП(б) стремились создать лучшие условия для коммунистической пропаганды в рабочих массах Великобритании, где влияние коммунистов было крайне слабым.

Проверкой для Англо-русского комитета стали события мая 1926 г., когда в Великобритании вспыхнула знаменитая Всеобщая стачка. Реформистские лидеры Британского конгресса тред-юнионов быстро завершили ее, пойдя на уступки консервативному правительству и отказавшись от материальной помощи со стороны ВЦСПС, собранной среди советских рабочих. Левая оппозиция ВКП(б) после этого потребовала ликвидации комитета, в силу невозможности сотрудничества между советскими рабочими и предателями рабочего класса.

“Еще более – если только возможно, – безнадежными являются рассуждения о том, что мы, большевики, должны оставаться в составе Англо-русского комитета потому-де, что Генсовет не свалился с неба, а отражает «данную ступень» развития английского рабочего класса. В такой постановке вопроса сосредоточена самая суть политического хвостизма. Эта философия означает, в сущности, что рабочий класс всегда имеет таких вождей, каких заслуживает, и что поэтому бороться против вождей или рвать с ними означает бороться с массой или рвать с нею. Конечно, Генсовет есть известная ступень в развитии английского рабочего класса. Но всеобщая стачка и ее предательство потрясли эту ступень. Английский рабочий класс не однороден. Есть известные элементы, которые хотят опрокинуть эту ступень. Число таких элементов чрезвычайно возросло после предательства Генсоветом всеобщей стачки. Наша задача не фаталистически созерцать «ступени», а помочь словом и делом – в данном случае, примером – наиболее революционным элементам английского рабочего класса, для которых Генсовет есть не ступень, а помеха, препятствие, враг на пути. Такова ленинская постановка вопроса в противовес  хвостистской”. – говорилось в заявлении Троцкого и Зиновьева от 11 июля 1926 г.   143

В ответ Сталин и его сторонники обвиняли оппозицию в игнорировании указания Ленина о работе даже в самых реакционных профсоюзах:

“Позвольте привести цитату из письма Троцкого.

“Вся нынешняя “надстройка” британского рабочего класса – во всех без исключения оттенках и группировках – является аппаратом революционного торможения. Это предвещает на длительный период напор стихийного и полустихийного движения на рамки старых организаций и формирование на основе этого напора новых революционных организаций” (см. “Правду” № 119 от 26 мая 1926 г.).

Выходит, что мы не должны работать в “старых” организациях, если не хотим “тормозить” революцию….

Это есть сигнал к организации, вместо существующих профсоюзов, того самого “революционного рабочего союза”, о котором говорили “ультралевые” коммунисты в Германии лет пять назад и против которых решительно выступал тов. Ленин в своей брошюре “Детская болезнь “левизны” в коммунизме”. Это есть по сути дела сигнал к замене нынешних профсоюзов “новыми” будто бы “революционными” организациями, сигнал, стало быть, к выходу из профсоюзов.

Правильна ли эта политика? Она в корне неправильна. Она в корне неправильна потому, что она противоречит ленинскому руководству массами. Она неправильна, так как профессиональные союзы Запада при всей их реакционности являются наиболее элементарными, наиболее понятными для самых отсталых рабочих и, потому, наиболее массовыми организациями пролетариата. Мы не можем идти к массам, мы не можем их завоевать, обходя эти союзы. Стать на точку зрения Троцкого – это значит закрыть коммунистам дорогу к миллионным массам, это значит отдать массы рабочих на съедение Амстердаму, на съедение Зассенбахам и Удегестам”.  144

Комитет просуществовал еще более года после стачки, причем руководство ВКП(б), видя что никакого эффекта с точки зрения коммунистической пропаганды Комитет не имеет, начала возлагать на него дипломатические надежды, как на средство давления на английское правительство (как раз в 1927 г. имела место “военная тревога”, разрыв дипломатических отношений между Великобританией и СССР, грозивший вылиться в войну). 145 Однако и здесь лейбористские лидеры не предприняли чего-то серьезного, и Комитет прекратил существование по инициативе английской стороны.

“Китайский вопрос” имел более долгую историю. Сотрудничество между большевистской партией и Гоминьданом началось еще в начале 1920-х гг. Лидеры Гоминьдана, прежде всего, Сунь Ятсен, видели в Советской России естественного союзника в борьбе за национальную независимость против западного империализма, превратившего Китай в раздробленную полуколонию. Советское правительство направляло на помощь контролировавшему территорию на Юге Китая гоминьдановскому правительству вооружение и военных советников, а также по линии Коминтерна приказало созданной в 1921 г. и первоначально крайне малочисленной Китайской коммунистической партии войти в состав Гоминьдана. 146 На тот момент разногласий между лидерами РКП(б) по поводу политики в Китае не было.

В начале 1926 г. Гоминьдан был даже принят в состав Коминтерна на правах “сочувствующей организации”. Хотя уже в марте того же года Чан Кайши, возглавивший партию после смерти Сунь Ятсена, начал “выдавливание” коммунистов с важных постов. Комитерн же ориентировал КПК на исключение из Гоминьдана правых элементов, что оказалось неосуществимым.

В этих условиях в 1926 г. объединенная оппозиция начала требовать пересмотра политики Коминтерна в отношении Гоминьдана. Однако здесь ее позиции были уязвимы: одним из разработчиков курса на сотрудничество с Гоминьданом ранее был Зиновьев, и он, перейдя в оппозицию, продолжал придерживаться курса на сохранение КПК в составе Гоминьдана, а также лозунга “революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства” в отношении Китая. 147 В то время как Троцкий ратовал за полную организационную самостоятельность КПК и курс на диктатуру пролетариата, при союзе с крестьянством:

“Китайская революция владеет такими пролетарскими центрами,  как Шанхай и Ханькоу, не говоря о ряде других пунктов меньшего значения. Все говорит, казалось бы, за то, что в этих пролетарских районах должны быть в первую голову организованы Советы рабочих депутатов.

Революционное сотрудничество пролетариата с городской и деревенской беднотой есть вопрос жизни и смерти для дальнейшего продвижения китайской революции. Как бы ни смотреть на вопрос о дальнейших взаимоотношениях коммунистической партии и Гоминдана, ясно одно:  повседневное политическое, административное и бытовое сотрудничество сотен тысяч рабочих с многими миллионами полупролетарских и мелко буржуазных элементов города и деревни не может осуществляться только через верхушечную, по существу, организацию Гоминдана, насчитывающую около 300.000 членов партии. Такое действительное, подлинное, повседневное сотрудничество пробужденных революцией народных масс может совершаться по-настоящему только через создание Советов рабочих, ремесленных и крестьянских депутатов». 148

Эти строки написаны Троцким 31 марта 1927 г., когда армия Гоминьдана в ходе Северного похода добилась значительных успехов в борьбе с “милитаристами”, т.е. проимпериалистическими группировками, а Коммунистическая партия Китая приобрела уже массовое влияние. База для совместной работы с Гоминьданом исчезла – окрепшая национальная буржуазия, как это обычно и бывает, решила обрушиться на своих коммунистических союзников, которые оказались не готовы к этому. Поскольку Сталин и Бухарин, определявшие политику Коминтерна, ошибочно рассчитывали использовать Гоминьдан в целях коммунизма еще какое-то время.

Сталин в тот момент отвергал возможность создания Советов в Китае, утверждая, что Советы – это орган пролетарской диктатуры, о которой речь в Китае пока не идет. 149 Политика правящей группы была также противоречивой, так как нелегко было сочетать коммунистическую линию с уступками национальной буржуазии. 1 августа 1927 г. на объединенном пленуме Сталин вынужден был признать наличие ошибочного руководящего документа:

“Каменев и Зиновьев ссылались здесь на одну единственную телеграмму в Шанхай в октябре 1926 года, говорящую о том, что не следует пока, до взятия Шанхая, заострять аграрного движения. Я далек от того, чтобы признать эту телеграмму правильной. Я никогда не считал и не считаю Коминтерн безгрешным. Отдельные ошибки бывают, и эта телеграмма является, бесспорно, ошибочной. Но, во-первых, телеграмма эта была отменена самим Коминтерном, спустя несколько недель (в ноябре 1926 г.), без каких бы то ни было заявлений или сигнала со стороны оппозиции. Во-вторых, почему до сих пор молчала об этом оппозиция, почему вспомнила она об этой телеграмме лишь через девять месяцев и почему она скрывает от партии, что эта телеграмма была отменена Коминтерном девять месяцев тому назад? Поэтому было бы злостной клеветой думать, что она, эта телеграмма, определяла линию нашего руководства. На самом деле это была отдельная эпизодическая телеграмма, абсолютно не характерная для линии Коминтерна, для линии нашего руководства”. 150

Защищая свою линию, Сталин как всегда умело использовал изъяны оппонентов, в том числе и упомянутое уже нами отсутствие единства среди лидеров оппозиции в вопросах китайской политики:

“Основное несчастье оппозиции состоит в том, что она не понимает тех вещей, о которых она здесь болтает. В своей речи Троцкий говорил о политике в Китае. Но он не хочет признать, что никакой линии, никакой политики у оппозиции по вопросу о Китае не было…

Одна часть оппозиции требовала в апреле 1927 года немедленной организации Советов в Китае для низвержения Гоминдана в Ухане (Троцкий). Одновременно с этим другая часть оппозиции требовала тоже немедленной организации Советов, но уже для поддержания Гоминдана в Ухане, а не его свержения (Зиновьев). Это называется у них линией”. 151

Тем не менее, при всей слабости и противоречивости оппозиционной критики, ее предупреждения об опасности союза с Гоминьданом полностью оправдались. В апреле 1927 г. Чан Кайши начал кровавые массовые репрессии против коммунистов, разорвав союз с ними. В успехе Чан Кайши сыграло свою роль отсутствие у коммунистов собственной армии, что было данью политике организационного вхождения в Гоминьдан. После этого сталинское руководство возложило надежды на левое крыло Гоминьдана во главе с Ван Цзинвеем (это крыло создало свое правительство с участием членов КПК, базировавшее в Ухане, в то время как Чан Кайши создал правительство в Нанкине). 152 Однако и “уханский Гоминьдан” начал борьбу против рабочего и крестьянского движения (в чем ему ради сохранения союза способствовали и некоторые руководители КПК, впоследствии исключенные из партии 153), а в июле 1927 г. примирился с Чан Кайши. Таким образом, Коминтерн потерпел в Китае двойной провал, ответственность за который был возложен на оппортунистическое руководство КПК, хотя вина коминтерновских руководителей была не меньшей.

В итоге, и в Англии и в Китае политика Сталина-Бухарина привела к поражениям, ибо буржуазные союзники оказались крайне ненадежны, и возможности их использования были явно переоценены. Впрочем, весьма сомнительно и то, что курс предлагаемый оппозицией, привел бы к значительным успехам – китайским коммунистам предстояли еще десятилетия вооруженной борьбы до победы, а нереволюционность английского рабочего класса так и сохранилась до наших дней.

Для сталинцев же этот опыт оказался полезным, в виду будущей компромиссной политики сталинского руководства 30-х годов, его лавирования между различными буржуазными силами, когда ради выгод обороны СССР приходилось жертвовать собственно борьбой за коммунизм.

Разгром оппозиции

В чем основные причины победы сталинской группы в ходе борьбы в большевистской партии?

Сталин  куда лучше своих оппонентов понимал настроение широких масс населения СССР, не упуская из вида мелкобуржуазные и просто идейно отсталые его круги. В разгар НЭПа, когда популярность рыночного курса резко выросла в силу улучшения экономического положения в стране, резкие зигзаги были не слишком популярны даже в партии. Этим и был вызван блок Сталина с бухаринцами, защита им правых положений, вскоре отброшенных. В момент же острого кризиса, когда массы наполнились ненавистью к кулачеству и нэпманам, Сталин резко сменил позиции, оставив Троцкого и его сторонников “справа” от себя. Как раз осенью 1927 г., когда происходил разгром оппозиции, начался этот “левый поворот”, показавший неадекватность анализа Троцким сталинской группы, которую он считал “бонапартистской”, колеблющейся между пролетариатом и мелкой буржуазией. 154 Вообще недооценка лидерами оппозиции Сталина, его политической гибкости и умения привлекать на свою сторону массы, сыграла заметную роль в их поражении.

3

 

Строительство социализма в одной стране давало перспективу массам, этот курс был куда более понятен, чем надежды на раз за разом срывавшуюся европейскую революцию. Вновь приведем отрывок из стенограммы объединенного пленума ЦК и ЦКК, происходившего в июле-августе 1927 г.:

“Троцкий: Дело происходило на государственной кондитерской фабрике «Красный Октябрь». Работница, лет 25-ти, говорит: «Мы воевать не хотим, но раз нам войну навяжут, мы должны встать на защиту нашей страны».

Рабочий, лет 40-ка: «Хорошо поешь, да где-то сядешь! Кто вам велел ввязаться в английские дела и посылать туда деньги? Сами виноваты. Значит, вы не хотите мира, если делаете такие вещи».

Работница, лет 25-ти: «Помогая пролетариату Англии, мы знаем, что за наше добро он не будет платить нам злом и в критический момент может предотвратить ту кровавую бойню, которую готовит нам английский капитализм».

Рабочий, лет 50-ти…

Шум. Смех.

Герасимов: А с кладбища нет сведений?

Голос: Старушка 70-ти лет ничего не говорила?

Троцкий: Рабочий, лет 50-ти: «Не лучше ли было бы жить спокойно и строить у себя в стране? Коммунисты расписывали на всех углах и перекрестках, что мы можем построить социализм в одной стране. Тогда, за каким же чертом вы лезете в другие страны, посылаете тысченку-другую английским горнякам?».

Рабочий, лет 40-ка…

Шум, смех.

Рудзутак: Это прямо программа Троцкого.

Шверник: Почему возраст только 40 годами ограничен?

Троцкий: Рабочий, лет 40-ка: «Социализм можно устроить в одной стране и надо строить, а если они сами хотят воевать, пусть воюют, — мы не хотим» и т.д.

Эта очень красноречивая корреспонденция не для печати подтверждает, что теория социализма в одной стране дает перспективу рабочим. Но перспектива эта ложная”. 155

Практика же показала, что перспектива была отнюдь не ложная, и непонимание этого сыграло немалую роль в политическом крахе Троцкого. В дальнейшем огромные успехи индустриализации, культурной революции в СССР как бы “компенсируют” советскому народу все издержки сталинской политики, в результате чего никаких значительных выступлений против Сталина под знаменем Троцкого так и не произойдет.

Отдельные факты поддержки оппозиции со стороны рабочих коллективов имели место. В частности, “30 сентября (1926 года – В.С.) на собрании партийной ячейки службы тяги Рязано-Уральской железной дороги в Москве была принята резолюция, защищавшая оппозицию. В ней отмечалось:

«Нам говорят, что оппозиция ошибается, а что говорит сама оппозиция — мы не знаем. Мы слыхали, что Ленин в своем завещании говорит насчет руководства партией. Но об этих ленинских советах партия ничего не знает».

1 октября 1926 г. на собрание ячейки московского завода «Авиаприбор», по подсчетам С.Л. Дмитренко, «явилось около 25 активных деятелей блока, собранных со всех районов Москвы»… 3 октября Зиновьев, Пятаков и Троцкий отправили в Политбюро свое заявление, текст которого попросили разослать членам и кандидатам ЦК. По поводу резолюции МК три лидера оппозиции писали: «Резолюция дает прежде всего ложную информацию, вводящую в заблуждение партию. Резолюция и отчет “Правды” изображают дело так, как если бы так называемые оппозиционеры выступали против воли ячейки. В действительности дело обстояло как раз наоборот. На ячейке, наряду с сотней членов ее, присутствовало не меньшее количество представителей аппарата во главе с т. Углановым. Президиум и представители аппарата всеми силами и средствами пытались помешать выступлению так наз. Оппозиции. Однако члены ячейки подавляющим большинством голосов высказались за предоставление им слова, за продление времени и слушали с величайшим вниманием, заставив аппаратчиков прекратить обструкцию».

Авторы заявления указывали, что “оппозиционная резолюция собрала больше четверти (27) голосов против 78”. 156

Однако подобные факты остались каплей в море. Причиной этого во многом было и то, что сталинцы, пользуясь господствующим положением в партии, сделали все, чтобы не дать оппозиции довести свои взгляды до широких масс даже внутри партии ВКП(б).

К.Скоркин в своем исследовании, основанном на большом количестве архивных документов, пишет по этому поводу:

“На закрытом совещании членов Политбюро ЦК ВКП(б) и ЦКК в январе 1927 года были приняты следующие решения: использовать в борьбе с оппозицией аппарат ЦК и местные комитеты партии (отв. Л.М.Каганович, И.М.Москвин); использовать в борьбе с оппозицией пропагандистские группы ЦК (отв. В.Г.Кнорин, Я.Э.Стэн); развернуть критику и разоблачения оппозиции в печати (отв. Н.И.Бухарин). Все эти решения грубейшим образом нарушали устав партии и советское законодательство. Во-первых, в соответствие с уставом партии, решениями съездов, пленумов в компетенцию аппарата ЦК, и, тем более, местных комитетов партии борьба с оппозицией не входила. Это компетенция съезда, партийной конференции, пленума и ЦКК. Тем не менее, И.В.Сталин и Н.И.Бухарин решили за спиной Л.Д.Троцкого, Г.Е.Зиновьева, Л.Б.Каменева (членов ЦК) использоватъ работников аппарата ЦК и местных комитетов партии для внутрипартийной борьбы. При таком условии никакой честной, открытой и принципиальной идейной борьбы с оппозицией быть не могло. Во-вторых, использование пропагандистских групп (пропгрупп) ЦК для борьбы с оппозицией также было незаконным. Эти группы были созданы в 1924 году, когда в партию по «ленинскому набору» вступило 200 тыс. рабочих от станка. Их главной задачей являлась политическая подготовка вступивших в партию по «ленинскому набору»…

 Приняв решение использовать их в борьбе с троцкистами, И.В.Стэн и Н.И.Бухарин получили в свое полное распоряжение 360 подготовленных пропагандистов и агитаторов, которые могли свободно разъезжать по всей стране на средства партии. Оппозиция таких возможностей не имела. В-третьих, использование печати в борьбе с оппозицией было также незаконно. Во всяком случае, в ленинские времена печать использовалась как трибуна для обсуждения разных политических платформ и тезисов…

 Лидеры левой оппозиции Л.Д.Троцкий и Г.Е.Зиновьев еще летом 1927 года предложили ЦК ВКП(б) опубликовать в центральной печати две платформы — ЦК ВКП(б) и оппозиции.

Это уравняло бы шансы спорящих сторон, позволило бы широкой партийной массе ознакомиться с их точкой зрения и сознательно сделать свой выбор. Но Политбюро ЦК это предложение отвергло. Такое решение было доведено до лидеров  оппозиции. Вот, что сообщил об этом В.М.Молотов 26.10.27 на заседании московского партактива: «Однако Центральный Комитет отклонил предложение оппозиции опубликовать ее платформу, в которой оппозиция по всем вопросам противопоставляет свою линию — линии партии. ЦК считал и считает совершенно неправильной претензию кого бы то ни было на опубликование такой платформы». При этом, В.М.Молотов не указал, что расхождения с линией ЦК имеют его члены и бывшие члены Политбюро. При В.И.Ленине такие документы оппозиции всегда публиковались в партийной печати и были известны всем членам партии. Но в 1927 году Политбюро ЦК приняло другое решение, вынуждая им оппозицию перейти на нелегальные методы борьбы”. 157

В результате оппозиция практически не имела возможности довести до широких масс свою реальную программу, которая в пропаганде правящей группировки представала в карикатурном виде. Прямую речь оппозиционеров широкий круг советских людей мог услышать только через стенограммы партийных мероприятий, но и те были доступны только партийцам.

Надо помнить, что дело происходило в полуграмотной крестьянской стране, основной массе населения которой было весьма нелегко анализировать сложные политические проблемы. Потому с охотой «съедались» хлесткие пропагандистские лозунги, когда они озвучивались всей пропагандистской машиной, а чтобы узнать противоположную точку зрения, надо было нередко прилагать усилия и рисковать. Еще во время дискуссии 1923-1924 гг. журнал “Красный перец” в сатирическом ключе описывал типичное дискуссионное собрание низовой ячейки:

“Итак, – начал секретарь укома, – уком предлагает поставить на сегодняшнее заседание вопрос о внутрипартийной демократии. Как, вот, я теперь и партаппарат, и чиновник, так прошу высказаться, кто за резолюцию ЦК и ЦКК, принятую единогласно и одобренную укомом. Кто желает?

На сцену вышел начумилиции.

— Я, товарищи, против всяких аппаратов, потому что житья нет от самогонки”. 158

Ярким примером невыгодности позиций Троцкого в подобных условиях является скандал вокруг т.н. “тезиса о Клемансо”. В одном из выступлений Троцкий провел  между левой оппозицией в условиях как тогда казалось, скорой войны СССР с западным империализмом, и французским политиком Клемансо, который будучи до того оппозиционером, в разгар Первой мировой войны возглавил французское правительство и привел страну к победе. Для сталинской группы это стало поводом обвинить оппозицию в пораженчестве, желании воспользоваться трудностями, чтобы вооруженным путем сбросить существующее правительство. После этого Троцкий мог сколько угодно в своих недоступных для чтения большинству советских людей текстах объяснять, что Клемансо не устраивал никакого переворота, а пришел к власти в рамках законов своего государства, толку не было. Ярлык был приклеен, и зачастую сами не очень образованные советские журналисты еще и прибавляли от себя то желание Троцкого по примеру Клемансо массово расстреливать крестьян в силу неприязни к ним, то “модернизацию истории” в духе: «В своем тезисе о Клемансо тов. Троцкий проводит мысль, аналогичную мысли Клемансо, который в 1871 г., когда германская армия наступала на Париж, заявил, что прежде чем бороться с внешним врагом – с германской армией, – надо покончить с внутренним врагом».  159

В связи с “информационной блокадой” и постоянным извращением точки зрения оппозиции в советских газетах, “Платформа оппозиции” разъясняла:

“1. Когда мы говорим, что нынешняя стабилизация капитализма не есть стабилизация на десятилетия,  что наша эпоха остается эпохой империалистских войн и социалистических революций (Ленин), то сталинская группа приписывает нам отрицание всяких элементов стабилизации капитализма.

  1. Когда мы, вслед за Лениным, говорим, что для построения социалистического общества в нашей стране необходима победа пролетарской революции еще в одной или нескольких передовых капиталистических странах, что окончательная победа социализма в одной стране, притом отсталой, как доказали Маркс, Энгельс, Ленин, невозможна, тогда сталинская группа приписывает нам тот взгляд, будто мы «не верим» в социализм и в социалистическое строительство в СССР.
  2. Когда, вслед за Лениным, мы указываем на растущие бюрократические извращения нашего пролетарского государства, тогда сталинская группа приписывает нам ту мысль, что мы вообще считаем наше советское государство непролетарским. Когда мы перед лицом всего Коминтерна заявляем (см. заявление за подписью Зиновьева, Каменева и Троцкого от 15 декабря 26 года на VII расширенном ИККИ, п. 1): «Всякий, кто, пытаясь прямо или косвенно солидаризироваться с нами, будет в то же время отрицать пролетарский характер нашей партии и нашего государства и социалистический характер строительства в СССР, встретит и впредь с нашей стороны беспощадный отпор», — сталинская группа наше заявление скрывает, а клевету против нас продолжает.
  3. Когда мы указываем, что в стране растут элементы термидорианства, имеющие достаточно серьезную социальную базу; когда мы требуем, чтобы партийное руководство давало этим явлениям и их влиянию на известные звенья нашей партии более систематический, твердый и планомерный отпор, тогда сталинская группа приписывает нам ту мысль, будто мы объявляем партию термидорианской, а пролетарскую революцию переродившейся. Когда мы, перед лицом всего Коминтерна (см. то же заявление, п. 14), пишем: «Неверно, будто мы обвиняем в правом уклоне большинство нашей партии. Мы думаем лишь, что в ВКП есть правые течения и группы, которые сейчас имеют непропорционально большое влияние, которое, однако, партия преодолеет», — сталинская группа это наше заявление скрывает и продолжает на нас клеветать.
  4. Когда мы указываем на громадный рост кулака; когда мы, вслед за Лениным, продолжаем утверждать, что кулак не может мирно «врастать в социализм», что он злейший враг пролетарской революции, — сталинская группа обвиняет нас в том, будто мы хотим «ограбить крестьянство».
  5. Когда мы привлекаем внимание нашей партии к факту укрепления позиций частного капитала, непомерного роста его накоплений и его влияния в стране, — сталинская группа обвиняет нас в том, будто мы выступаем против нэпа и требуем восстановления военного коммунизма.
  6. Когда мы указываем на неправильности политики в области материального положения рабочих, на недостаточность мер против безработицы и жилищной нужды, наконец, на то, что доля непролетарских слоев в народном доходе растет непомерно, — нам говорят, что мы повинны в «цеховом» уклоне и в «демагогии».
  7. Иногда мы указываем на систематическое отставание промышленности от потребностей народного хозяйства со всеми вытекающими отсюда последствиями — диспропорцией, товарным голодом, подрывом смычки, — нас именуют индустриалистами.
  8. Когда мы указываем на неправильную политику, не смягчающую дороговизны, но приводящую к наживе частника, — сталинская группа обвиняет нас в том, что мы стоим за политику повышения цен. Когда мы, перед всем Коминтерном (см. указанное в п. 6), говорили: «Оппозиция ни в одном из случаев не требовала и не предлагала повышения цен, но главные ошибки нашей экономической политики видела именно в том, что политика эта не ведет с необходимой энергией к уменьшению голода на промышленные товары, с чем неизбежно связаны высокие розничные цены», — это заявление было спрятано от партии, а на нас продолжали клеветать.
  9. Когда мы выступаем против «сердечного соглашения» с предателями всеобщей стачки и контрреволюционерами из английского Генсовета, открыто играющими роль агентов Чемберлена, — нас обвиняют в том, будто мы против работы коммунистов в профсоюзах и против тактики единого фронта.
  10. Когда мы выступаем против вхождения профсоюзов СССР в Амстердам и против каких бы то ни было заигрываний с верхушками Второго Интернационала, — нас обвиняют в «социал-демократическом уклоне».
  11. Когда мы выступаем против ставки на китайских генералов, против подчинения рабочего класса буржуазному Гоминьдану, против меньшевистской тактики Мартынова, — нас обвиняют в том. будто мы «против аграрной революции в Китае», будто мы «заодно с Чан Кайши».
  12. Когда, на основании оценки мирового положения, мы приходим к выводу, что война приблизилась и вовремя указываем на это партии, — против нас выдвигается бесчестное обвинение, будто мы «хотим войны».
  13. Когда, верные учению Ленина, мы указываем на то, что приближение войны особенно настоятельно требует твердой, ясной, отчеканенной классовой линии, — нас бесстыдно обвиняют в том, что мы не хотим защищать СССР, что мы являемся «условными оборонцами», полупораженцами и так далее.
  14. Когда мы указываем на тот совершенно неоспоримый факт, что вся мировая печать капиталистов и социал-демократов поддерживает борьбу Сталина против оппозиции в ВКП(б), расхваливает Сталина за его репрессии против левого крыла и призывает отсечь оппозицию, исключить её из ЦК и из партии, — «Правда», а за ней и вся партийная и советская печать изо дня в день обманно доказывают, будто буржуазия и социал-демократия стоят «за оппозицию».
  15. Когда мы выступаем против передачи руководства Коминтерна в руки правого крыла, против исключения сотен и тысяч рабочих-большевиков из Коминтерна, — нас обвиняют в том, будто мы подготовляем раскол Коминтерна.
  16. Когда при нынешнем извращенном партийном режиме оппозиционеры пытаются довести до сведения партии оппозиционные взгляды, преданнейших партийцев из-за этого обвиняют во «фракционности», создают «дело о раскольнических шагах», засоряют важнейшие разногласия мусором». 160

Именно такая ситуация вынудила левую оппозицию перейти к нелегальным методам распространения своих материалов, попадая под удар как пропаганды, так и силовых структур  советского государства. Большинство левых оппозиционеров не желало этого перехода, Троцкий спорил с децистами, настаивая на использовании легальных, партийных методов, получая от «ультралевых» в ответ обвинения в соглашательстве. 161 Дважды – в октябре 1926 г. и августе 1927 г. оппозиция заявляла об отказе от фракционной деятельности и безусловном подчинении решениям большинства 162 , однако реально выполнить это обещание означало отказаться от всякой борьбы. Продолжение же оппозиционной деятельности приводило к обвинениям в «создании антипартийных группировок» и репрессиям, вначале внутрипартийным. Как пишет О. Назаров, «еще в период от XIV съезда ВКП(б) до 15 ноября 1927 г. было привлечено к ответственности за фракционную деятельность 2031 человек, или 0,17% состава партии, и исключено из ВКП(б) 970 человек, т.е. 47,7% привлеченных». 163

Одновременно оппозиционеров увольняли с работы, исключали из партии, перебрасывали в другие регионы, где они как коммунисты никого не знали и не имели влияния, причем подобные преследования (или, по меньшей мере, угрозы преследований) применялись и к тем, кто просто знакомился с непубликуемыми документами оппозиции (в частности, вышецитируемой  Платформой) или переписывался с оппозиционными вождями. 164  Примеры преследований сторонников оппозиции  неоднократно приводились в ее документах. 165

Важным шагом в обострении борьбы стала организация оппозицией нелегальных типографий, где печатались ее материалы. Пытаясь пресечь эту деятельность, партийное руководство руками ГПУ начало производить аресты сотрудников типографий. В середине сентября 1927 г. Москве был арестован некий Щербаков, “беспартийный интеллигент”, причастный к работе оппозиционной типографии и связанный с врангелевским офицером, якобы участвующим в организации контрреволюционного военного заговора. На поверку офицер оказался агентом ГПУ, а дело о военном заговоре не получило развития. 166  Имело ли место тут стечение обстоятельств или речь идет о сознательной провокации партийного руководства с целью окончательно дискредитировать оппозицию – вопрос, спорный  до сих пор. 167  Факты же таковы, что вся официальная пресса накануне предстоящего в декабре 1927 г. XV съезда ВКП(б) начала обвинять оппозицию в смычке с контрреволюцией через “беспартийных интеллигентов”.

Дискуссия, предшествовавшая съезду, была официально начата только с начала ноября 1927 г., когда, наконец, были опубликованы краткие «контртезисы» оппозиции. К этому времени уже в разгаре была отчетно-выборная кампания, состоялись выборы в районах на губернские партийные конференции, то есть избрание оппозиционных делегатов на конференции, и тем более на съезд  было крайне затруднено в силу незнакомства партийных масс с оппозиционной программой. 168

Во время выступлений представителей оппозиции на партсобраниях им нередко препятствовали изложить свои взгляды   хулиганствующие элементы, которые со стороны партийного руководства, по меньшей мере,  не встречали никакого отпора. 169 Подобный эпизод произошел даже на Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) в октябре 1927, исключившем Троцкого и Зиновьева из состава ЦК, причем среди хулиганов оказался Емельян Ярославский, запустивший в Троцкого книгой. 170 В столкновения порой выливались и организованные оппозицией митинги и собрания, в частности собрание в МВТУ, где присутствовало около 2 тысяч человек. 171

В рядах оппозиции даже в этот напряженный момент оставалось много разногласий, что шло на пользу их противникам. 23 ноября 1927 г. в выступлении Сталина на Московской губернской партийной конференции было сказано:

“Но то, что так тщательно прячут от рабочих и крестьян лидеры оппозиции, я постараюсь сейчас извлечь на свет божий и положить на стол для того, чтобы впредь неповадно было оппозиции обманывать партию. Я имею в виду недавнюю речь Смирнова, Ивана Никитича, на Рогожско-Симоновской партийной конференции..Вот что говорит Смирнов в своей речи:

“Мы говорим, что нужно так пересмотреть наш государственный бюджет, чтобы большая часть из пятимиллиардного нашего бюджета была направлена по линии промышленности, потому что лучше претерпеть нам разлад с середняком, чем идти к неизбежной гибели”.

Вот то основное из всего того, что спрятали в своей “платформе” и контртезисах лидеры оппозиции и что добросовестно вытащил на свет божий Смирнов, тоже один из лидеров оппозиции…

Смирнов вносит коренную поправку в “платформу” оппозиции, сорвав маску с лидеров оппозиции и сообщив партии правду об оппозиции, правду о действительной платформе оппозиции.

Что же из этого выходит? А из этого выходит то, что “платформа” и контртезисы оппозиции есть пустая бумажка, рассчитанная на обман партии и рабочего класса”. 172

Дополнительным аргументом против оппозиции накануне XV съезда  стало и ее скептическое отношение к решению правительства о постепенном переходе на 7-часовой рабочий день в СССР. Это решение было частью наметившегося «левого поворота» в политике руководящей группы и по понятным причинам имело большую популярность. 173 Оппозиционеры не без оснований указывали на неподготовленность такого шага, в ответ получая обвинения в отрицании необходимости улучшения условий труда рабочих. 174

7 ноября 1927 г. в Москве и Ленинграде участники оппозиции вышли на праздничную демонстрацию со своими лозунгами, что вызвало нападения на них со стороны  сторонников ЦК. 175 После этого массовые репрессии против бывших соратников окончательно были приняты на вооружение правящей группировкой. XV съезд, состоявшийся в декабре, исключил лидеров оппозиции из ВКП(б) (кроме Троцкого и Зиновьева, исключенных из партии сразу после 7 ноября), а местные организации начали массовое исключение оппозиционных активистов на местах. Сразу же начался распад блока – Зиновьев, Каменев и их сторонники выступили с «покаянными» заявлениями, отказавшись от оппозиционных взглядов, в течении 1928-1929 гг. к ним присоединились большинство участников оппозиции. Этому способствовало изменение политики правящей группы – в “левом повороте” к форсированной индустриализации и коллективизации многие бывшие оппозиционеры видели выполнение программы, за которую они боролись против сталинско-бухаринского блока.

Тогда же, с ноября 1927 г., уже не партийные, а государственные репрессии против оппозиции также приняли систематический характер. Как пишут авторы предисловия к 1 тому “Архива Троцкого”, “к  началу 1928 г. приблизительно полторы тысячи оппозиционеров были арестованы и находились в заключении. 3 января 1928 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение об отправке не капитулировавших лидеров оппозиции в ссылку в отдаленные районы страны. Это решение было задним числом продублировано постановлением Особого совещания ОГПУ от 31 декабря 1927 г. Выделенная оппозиционерами комиссия в составе Х.Г.Раковского, К.Б.Радека и В.Д.Каспаровой пыталась дискутировать с председателем ЦКК ВКП(б) Г.К.Орджоникидзе о месте и условиях ссылки… ОГПУ приступило к осуществлению директивы Политбюро, оформив меру наказания пресловутой статьей 58(10) уголовного кодекса РСФСР, предусматривавшей кары вплоть до расстрела за контрреволюционную агитацию и пропаганду. Так Л.Д.Троцкий оказался в Алма-Ате, Радек, Смилга, Серебряков, Белобородов, Евдокимов, Сосновский, Раковский и многие другие оппозиционеры – в различных городах и поселках Сибири, Урала, Туркестана и иных дальних мест страны». 176

Согласно официальным данным, в ходе предсъездовской дискуссии оппозицию поддержало лишь несколько тысяч членов партии (менее 1%). Впрочем, надо учитывать, что это происходило в условиях недоступности точки зрения оппозиции для основной части партийцев вплоть до ноября 1927 г., а также угрозе быть исключенным из партии и лишиться работы в случае поддержки оппозиционной резолюции. Каков же был социальный портрет тех, кто, несмотря на все это, открыто поддержал оппозиционный блок? Анализ имеется в уже упомянутом исследовании К.Скоркина:

“В качестве базы для такого анализа взяты 2000 биографических справок ЦКК на участников оппозиции и материалы отчета ЦКК местных партийных организаций на 14.07.28…

Рассмотрим социальное положение членов оппозиции. На основании  обработки биографических справок получены следующие данные: рабочих 39 %, крестьян —2 %, служащих 31%, остальные учащиеся и пр. По данным отчета ЦКК от  14.07.28 имеются следующие данные: рабочих — 36,4 %, служащих 33,3 %, крестьян 1,7 %, учащихся — 26,5 %, прочих — 12,7 %. Следует обратить внимание на то, что статистика,  полученная при обработке данных из биографий троцкистов, практически совпадает со  статическими данными отчета ЦКК. Из приведенной статистики следует, что крестьянство  троцкизм явно не поддерживало. Основная масса участников оппозиции, это служащие и  учащиеся (46 %). Но рабочие также активно участвовали в оппозиции, о чем свидетельствуют 36-39 %. Не менее интересна социальная статистика троцкистов, которые к 15.04.28  отошли от оппозиции. В отчете ЦКК указано, что это 2972 человека. По социальному  положению они распределялись следующим образом: рабочие — 63,5%, крестьяне 3,6%,  служащие 19%, учащиеся 12,1 %, прочие 1,7 %. Это очень важная статистика. Она свидетельствует  о массовом отходе от троцкизма рабочего класса. Всего на 14.07.28 в рядах оппозиции  состояло 500 коммунистов. Из них рабочих — только 12 %. Теперь рассмотрим  национальный состав троцкистов. Он получен на основании обработки 2000 биографий  троцкистов. Имеется следующие данные: русские – 61 %, грузины – 9%, украинцы – 8 %,  евреи – 5 %, поляки – 5 %, латыши – 4 %, литовцы – 4 %, белорусы – 1 %, остальные – 3 %. То,  что троцкизм — еврейская оппозиция, является весьма распространенным заблуждением.

Оно вызвано тем, что в ближайшем окружении Л.Д.Троцкого и Г.Е.Зиновьева находилось  много лиц еврейской национальности. Зато, рядовые троцкисты Ленинграда, Урала, Харькова,  Ростова и других городов СССР — это в основном русские рабочие индустриальных  заводов. Большая же часть троцкистов-евреев – это студенты. Теперь рассмотрим образовательный  уровень членов оппозиции. Он рассчитан на основании обработки 2000 биографий  троцкистов. Получены следующие данные: высшее образование – 6 %, незаконченное  высшее образование – 5 %, среднее образование – 12 %; низшее образование – 77 %.

Это еще одно доказательство того, что основная масса троцкистов — это не партийные  и профсоюзные функционеры, а рядовые коммунисты, в том числе рабочие промышленных предприятий. Теперь следует опровергнуть сознательную клевету на троцкистское  движение, широко использованную И.В.Сталиным и его соратниками в тридцатые годы.  Это обвинение троцкистов в их меньшевистском прошлом. На основании обработки 2000 биографий троцкистов по пребыванию в других партиях получены следующие данные:  меньшевики – 2%, Бунд – 2%, Поалей-Цион – 1%, ППС – 1 %, эсеры – 2%. Итого, выходцами  из буржуазных партий являлось только 8 % троцкистов (меньшевиков – всего 2 %)…

В отчете ЦКК от 15.04.28  сообщается, что из 3685 исключенных из партии троцкистов ранее привлекалось к партийной  ответственности за фракционную работу всего 119 человек (3%), за иные проступки — 229 человек (6,2%). Эти данные показывают, что большинство троцкистов были  дисциплинированными и сознательными членами партии. Самую необычную статистику  дают данные партийного стажа троцкистов. Приведем их по итогам обработки 2000 биографий  троцкистов: партстаж до 1917 — 7%, партстаж с 1917 по 1919 год — 35 %, партстаж  с 1920 по 1923 — 19%, партстаж с 1924 по 1925 — 26 %, партстаж с 1926-1928 —13 %. Те же  статические данные из отчета ЦКК 14.07.28: партстаж до 1917 — 5,5 %, партстаж с 1917 по  1919 год — 35,1 %, партстаж с 1920 по 1923 год — 17,9 %, партстаж с 1924 по 1925 год — 27,9  %, партстаж с 1926-1928 год —13,6 %. Следует обратить внимание, что статистика по обработке  2000 биографий практически совпадает с статистикой из отчета ЦКК. Невольно  бросается в глаза мизерный процент троцкистов с дореволюционным партстажем (5,5 и 7  %)…

По отчету ЦКК 3685 исключенных из партии троцкистов по возрасту делились  следующим образом: старше 50 лет —2 %, от 40 до 50 лет — 18%, от 29 до 39 .лет — 25 %, от  20 до 28 лет 46 %, моложе 20 лет —9%.  Из этой статистики следует, что троцкизм – молодежное  политическое движение. Вот и ответ на вопрос, почему 51 % из них вступил в  партию после 1919 года – в гражданскую войну им было всего 15-19 лет. Обработка 2000  биографий троцкистов дала следующие данные: в рядах комсомола до вступления в партию  состояла 53 %. Теперь следует сказать о доле среди троцкистов ответственных партийных,  советских, профсоюзных и военных работников. Она не превышает 11 %. Действительно,  самые известные участники оппозиции занимали видные государственные  посты, но их общее число не превышает 200”. 177

Эти цифры рушат известные “сталинистские” стереотипы об исключительно интеллигентском либо же “номенклатурном” характере оппозиции, как и еще более вульгарные домыслы про “примазавшихся меньшевиков” или “еврейский заговор”». Одновременно рушится и троцкистская (впрочем, поддерживаемая и многими “патриотическими сталинистами”) схема “старые большевики против сталинских выдвиженцев”. На деле же подавляющее большинство коммунистов с дореволюционным стажем поддерживало Сталина и его группу.

Ослабляло оппозицию наличие разногласий в ее рядах, а также непоследовательность ряда ее лидеров. Выше уже говорилось о том, что Троцкий и ряд его соратников к началу борьбы имели совсем не “демократическую” репутацию в партии. Еще более это касалось Г.Зиновьева, немало поспособствовавшего в свое время умалению внутрипартийной демократии в большевистской партии и Коминтерне 178, что давало возможность Сталину “возвращать” оппозиции обвинения в бонапартизме и антидемократической политике. 179

Наконец, свою роль в поражении оппозиции сыграло и отсутствие требуемых волевых качеств у ряда ее лидеров, особенно у Каменева и Зиновьева. Да и Троцкий в ходе борьбы 1920-х гг. неоднократно шел на уступки и компромиссы, будучи слишком уверен в своем авторитете среди широких масс. Основные его ошибки:

1.В 1923-1924 гг.  Троцкий не настоял на немедленном опубликовании ленинского “Письма к съезду”, согласившись сделать письмо исключительно внутрипартийным документом, да и на съезде РКП(б) в 1924 г. оно обсуждалось только по делегациям.  В итоге партия и рабочий класс не были своевременно проинформированы о точке зрения Ленина на партийных вождей, в том числе Сталина. Хотя в этот период, до “литературной дискуссии”, когда авторитет Троцкого был еще весьма высок, грамотная публичная атака на Сталина с привлечением ленинского слова могла бы значительно скорректировать расстановку сил в начинающейся внутрипартийной борьбе.

2.В ходе борьбы Троцкий не раз отказывался от защиты своих взглядов, стремясь не обострять обстановку. Так, Троцкий отказался от выступления на Конгрессе Коминтерна летом 1924 г. с изложением взглядов оппозиции, так как только что прошел XIII съезд партии, заклеймивший “фракционные выступления” Троцкого и его сторонников, и лидер оппозиции стремился избежать новых обвинений. На деле же противники впоследствии поставили ему этот отказ в вину. 180 Здесь же можно вспомнить и уже упоминавшийся отказ от публикации статьи “Наши разногласия”, убедительно и при этом в примирительном тоне опровергавшей основные обвинения в адрес Троцкого, впервые прозвучавшие в ходе “литературной дискуссии”.

3.В 1925 г., когда американский левый журналист и друг Троцкого Макс Истмен издал книгу “После смерти Ленина”, где была описана борьба в большевистской партии и опубликован отрывок из “Завещания”, Троцкий под давлением Сталина и других членов партийного руководства публично отмежевался от Истмена, обвинив последнего в клевете на партию. Что естественно также было использовано Сталиным в дальнейшем, когда левая оппозиция пыталась задействовать “Завещание” в своей борьбе. 181

Резюмируя, можно согласиться с известным советским дипломатом, участником левой оппозиции Адольфом Иоффе. В своем письме Троцкому, написанном в ноябре 1927 г. накануне самоубийства (Иоффе был тяжело болен), он упрекнул вождя левой оппозиции: “Вы часто отказывались от собственной правоты в угоду переоцениваемому  Вами соглашению, компромиссу. Это ошибка”. 182

Основные выводы

1.Борьба в РКП(б)–ВКП(б) между большинством во главе со Сталиным и оппозицией, самым авторитетным из лидеров которой был Троцкий, являлась порождением новой ситуации, в которой оказались большевики после победы в Гражданской войне  – расчет на мировую революцию не оправдался, СССР, будучи на тот момент весьма отсталой крестьянской страной, остался в одиночестве. Раскол усугубился также противоречивостью ленинского наследия по вопросу “социализма в отдельно взятой стране”, по соотношению внутрипартийной демократии и борьбы с фракционностью. Сталинская стратегия в условиях СССР 1920-х гг. оказалась куда выигрышней с точки зрения завоевания поддержки масс – строить социализм хотели обе стороны, однако сталинцы давали рабочему классу и крестьянству более понятную перспективу.

2.Обе основные группы как субъективно, так и объективно защищали курс на укрепление диктатуры пролетариата и строительство социализма, расходясь в конкретных подходах к этим задачам. Мелкобуржуазный уклон в большевистской партии представляла собой группа Бухарина, в блоке с которой до 1928 г. находились Сталин и его сторонники. Левая оппозиция была права по многим вопросам в критике политики ВКП(б) в годы НЭПа, однако она ждала слишком многого от всемирного революционного движения и оказалась не готова к ситуации долгого изолированного развития СССР.

3.Победа Сталина обуславливалась его политической гибкостью, умением вовремя менять курс, учитывать настроения масс. Вместе с тем в борьбе против оппозиции применялись и недопустимые в партии научного мировоззрения приемы – исключения коммунистов из партии и увольнения с работы за выражение критических взглядов в рамках партийной программы, представление перед массами предложений оппозиции в извращенном виде, фальсификация истории. Большевистская партия  не смогла удержаться на грани, которая отделяет классовых врагов от соратников, с которыми имеются разногласия по конкретным вопросам укрепления пролетарской диктатуры и строительства нового общества. Переход к репрессиям во второй половине 1927 г., (уже не против мелких “ультралевых” групп, а против тысяч партийцев во главе с руководителями Октябрьской революции) заложил основы будущих трагических событий, фальсифицированных уголовных дел и процессов, массового истребления коммунистов другими коммунистами.

4.Исходя из деятельности Троцкого и Сталина, не может быть никаких сомнений в коммунистической идейности их обоих. Левая оппозиция представляла из себя коммунистов, справедливо обеспокоенных противоречиями НЭПа, ростом экономического и политического влияния мелкой буржуазии в СССР. Однако и сталинцы, вопреки обвинениям со стороны  оппозиционеров в “термидорианской политике”, ”скатывании на мелкобуржуазные позиции”, расправившись с левыми, повернули огонь против правых, преследуя их не менее жестко. Все “грязные” методы в глазах Сталина и его соратников были оправданы тем, что они применяются в борьбе за коммунизм, против тех, кто, как считали представители большинства, вносят раскол в партию и потому объективно стали врагами коммунизма. В этом противоречивость и даже трагичность ситуации.

Без имени-5

 

5.Сталин сознательно взял курс на определенные компромиссы системы пролетарской диктатуры в СССР со “старым миром”, исходя из того, что расчеты большевиков не оправдались, и ради выживания рабочей власти можно отказаться от многого, чтобы сохранить главное. Еще в 1923 г. в ходе первой дискуссии он заявил:

В 1917 году, когда мы шли в гору, к Октябрю, мы представляли дело так, что у нас будет коммуна, что это будет ассоциация трудящихся, что с бюрократизмом в учреждениях покончим, и что государство, если не в ближайший период, то через два-три непродолжительных периода, удастся превратить в ассоциацию трудящихся. Практика, однако, показала, что это есть идеал, до которого нам еще далеко, что для того, чтобы избавить государство от элементов бюрократизма, для того, чтобы превратить советское общество в ассоциацию трудящихся, необходима высокая культурность населения, нужна совершенно обеспеченная мирная обстановка кругом, для того, чтобы не было необходимости в наличии больших кадров войск, требующих больших средств и громоздких ведомств, своим существованием накладывающих отпечаток на все другие государственные учреждения. Наш государственный аппарат в значительной мере бюрократичен, и он долго еще останется таким”. 183

Собственно, в соответствии с этими словами Сталин действовал и в дальнейшем. Многие положения из работ классиков марксизма, в частности и “Государства и революции” Ленина, касающиеся устройства послереволюционного общества,  в условиях СССР 1920-40-х гг.  оказались именно таким пока недостижимым идеалом, для достижения которого предстоит еще многолетняя работа, угрозу для которой представляют и те, кто требует “всего и сразу”. Скорее всего, принятие такого курса было неизбежно и в случае победы левой оппозиции в ВКП(б) — он вытекал из всей сложнейшей для первого рабочего государства  обстановки. При всей верности данного подхода, он таил в себе угрозу того, что даже при значительных успехах, достижении более благоприятной ситуации, идеал останется всего лишь идеалом в глазах и руководства, и масс, и понимание необходимости работы по его непосредственному воплощению в жизнь постепенно исчезнет. Именно это и произошло в СССР впоследствии, о чем речь пойдет в следующей части нашего материала.

6.Троцкий и те его сторонники, кто не капитулировал перед сталинцами после поражения оппозиции (или, капитулировав, негласно продолжил оппозиционную деятельность), с конца 1920-х гг. оказались в положении подпольной «антипартийной группы». Деятельность которой, несмотря на искренние коммунистические убеждения участников и их крайнюю малочисленность,  воспринималась советским правительством как носитель угрозы раскола партии, угрозы восстания в период каких-либо трудностей, которое может быть использовано буржуазией, на манер Кронштадского мятежа 1921 г. 184 Это  усиливало репрессии, закрепляло курс на недопустимость публичной критики “генеральной линии партии” и лично вождя, и затем натолкнуло сталинскую команду на идею массового уничтожения всех коммунистов, когда-либо причастных к оппозиции.

С такими итогами  ВКП(б) встала перед новым расколом, вызванным изменением ситуации – борьбой между сторонниками Сталина и Бухарина.

Продолжение следует

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Примечания

  1. В.Ленин. О лозунге Соединенных Штатов Европы. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/65-tom-26/2127-o-lozunge-soedinennyx-shtatov-evropy.html
  2. Л.Троцкий. Сталинская школа фальсификаций. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl035.htm
  3. В.Ленин.Доклад об объединительном съезде РСДРП. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/51-tom-13/2932-doklad-ob-obedinitelnom-sezde-rsdrp.html
  4. См.например В.Ленин. К единству. [Электронный ресурс] URL:  http://leninism.su/works/57-tom-19/2697-k-edinstvu.html
  5. Шестой съезд РСДРП (б). М., 1934. С.51.
  6. Н.Капченко. Политическая биография Сталина. Т.1. [Электронный ресурс] URL:  http://e-libra.ru/read/336882-politicheskaya-biografiya-stalina.html
  7. Цит. по: Н.Капченко. Указ.соч.
  8. Н.Капченко. Указ.соч.
  9. И.Сталин. Письмо В.С.Бобровскому. [Электронный ресурс] URL:  http://grachev62.narod.ru/stalin/t17/t17_012.htm
  10. По трудам Ленина видно, что, резко критикуя Троцкого, он, тем не менее, начиная с 1905 г., не относит его к меньшевикам.  См. например В. Ленин. Отношение к буржуазным партиям: “Против включения таких вопросов в порядок дня Лондонского съезда РСДРП велась ожесточенная борьба меньшевиками и бундовцами, поддержанными здесь, к сожалению, внефракционным Троцким”. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/53-tom-15/2866-otnoshenie-k-burzhuaznym-partiyam.html ; Письмо В.Ленина А.М.Горькому: “… у меня, например, лично с Троцким большая баталия, драка была отчаянная в 1903—5 годах, когда он был меньшевиком…” [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/86-tom-47/390-pisma-ynvar-fevral-1908.html
  11. Л.Троцкий. Итоги и перспективы. [Электронный ресурс] URL:  http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/Permanent/chapter24.html
  12. Там же.
  13. В.Ленин. Две тактики социал-демократии в демократической революции. [Электронный ресурс] URL:  http://leninism.su/works/49-tom-11/3070-dve-taktiki-s
  14. Там же.
  15. Л.Троцкий. Перманентная революция. [Электронный ресурс] URL:  http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl004.htm
  16. Л.Троцкий. Наши разногласия// Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  17. В.Ленин. О поражении своего правительства в империалистской войне. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/65-tom-26/2122-o-porazhenii-svoego-pravitelstva-v-imperialistskoj-vojne.html
  18. В.Ленин. Открытое письмо Борису Суварину. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/69-tom-30/2005-otkrytoe-pismo-borisu-suvarinu.html
  19. Письма Л. Д. Троцкого к М. Н. Покровскому по издательским делам. 1913–1921. [Электронный ресурс] URL:  http://pokrovsky.newgod.su/archive/pisma-trockogo-k-pokrovskomu-po-izdatelskim-delam/
  20. Л.Троцкий. Война или мир? (Внутренние силы русской революции). [Электронный ресурс] URL:  http://www.wsws.org/ru/articles/2017/03/25/conf-m25.html
  21. Л.Троцкий. От кого и как защищать революцию. [Электронный ресурс] URL:  http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1917/19170321.html
  22. В.Ленин Письма о тактике. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/70-tom-31/1922-pisma-o-taktike-31.html
  23. Шестой съезд РСДРП (б). М., 1934. С.51.
  24. Цит.по: В.Логинов. Неизвестный Ленин. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/books/3686-neizvestnyj-lenin.html?showall=1
  25. И.Сталин. Октябрьский переворот.//Правда, № 241, 6 ноября 1918  г. [Электронный ресурс] URL: http://istmat.info/files/uploads/43350/1918_g.pdf
  26. См.напр. А.Луначарский. Моисей Соломонович Урицкий. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/politica/lunachar/lunaa015.htm
  27. Как писал Троцкий, «Если верить нынешним историкам и теоретикам партии, можно подумать, что 6 первых лет революции были целиком заполнены разногласиями по поводу Брест-Литовска и профсоюзов. Все остальное исчезло: исчезла подготовка Октябрьского переворота, исчез самый переворот, исчезло строительство государства, строительство Красной Армии, гражданская война, исчезли четыре Конгресса Коминтерна, вся вообще литературная работа по пропаганде коммунизма, работа по руководству иностранными коммунистическими партиями и нашей собственной. От всей этой работы, где во всем основном я был связан с Лениным полной солидарностью, осталось у нынешних историков только два момента: Брест-Литовск и профсоюзы». Л.Троцкий. Сталинская школа фальсификаций. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl035.htm
  28. Троцкизм – враг ленинизма. М., 1968.
  29. Речь о следующих документах: телеграмма в ЦК РКП от 17.06.1919. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/89-tom-50/325-pisma-may-iyn-1919.html#92; телеграмма Л.Д.Троцкому, Л.П.Серебрякову, М.М.Лашевичу. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/91-tom-51/299-pisma-sentybr-1919.html#.D0.A2.D0.95.D0.9B.D0.95.D0.93.D0.A0.D0.90.D0.9C.D0.9C.D0.90_.D0.9B._.D0.94._.D0.A2.D0.A0.D0.9E.D0.A6.D0.9A.D0.9E.D0.9C.D0.A3.2C_.D0.9B._.D0.9F._.D0.A1.D0.95.D0.A0.D0.95.D0.91.D0.A0.D0.AF.D0.9A.D0.9E.D0.92.D0.A3.2C_.D0.9C._.D0.9C._.D0.9B.D0.90.D0.A8.D0.95.D0.92.D0.98.D0.A7.D0.A337; Ответ на замечания, касающиеся работы замов (заместителей председателя СНК). [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/471-otvet-na-zamechaniy-45.html
  30. См. выступление Троцкого на VII съезде РКП(б). Седьмой экстренный съезд РКП(б). Март 1918 года. Стенографический отчёт. — М, , 1962.С.65-72. http://militera.lib.ru/docs/da/s07/index.html
  31. Л.Троцкий. Сталинская школа фальсификаций. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl035.htm
  32. И.Л.Абрамович. Воспоминания и взгляды. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/MEMUARY/ABRAMOWICH/abramowich2.txt
  33. Протоколы ЦК РСДРП(б) (август 1917 — февраль 1918). Цит. по: И.Л.Абрамович. Воспоминания и взгляды. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/MEMUARY/ABRAMOWICH/abramowich2.txt
  34. Современные исследователи Ю.Фельштинский и Г.Чернявский пишут (мы не разделяем их обвинения в адрес Ленина в клевете, речь может идти об ошибке Ленина либо неправильной интерпретации его заявления – В.С.):«Общепринято мнение, что, возвратившись в Брест для возобновления переговоров в конце января по н. ст., Троцкий имел директиву советского правительства подписать мирный договор. Эта легенда основывается на заявлении Ленина, сделанном на VII партийном съезде: “Было условлено, что мы держимся до ультиматума немцев, после ультиматума мы сдаем”. Поскольку никаких официальных партийных документов о договоренности с Троцким не существовало, оставалось предполагать, что Ленин и Троцкий сговорились о чем-то за спиной ЦК в личном порядке, и Троцкий, не подписав германский ультиматум, нарушил данное Ленину слово.

    Есть, однако, все основания полагать, что Ленин оклеветал Троцкого, пытаясь свалить на него вину за срыв мира и начало германского наступления. За это говорит и отсутствие документов, подтверждающих слова Ленина, и наличие материалов, их опровергающих. Так, в воспоминаниях Троцкого о Ленине, опубликованных в 1924 году сначала в «Правде», а затем отдельной книгой, имеется отрывок, который трудно трактовать иначе, как описание того самого разговора-сговора, на который намекал Ленин с трибуны съезда. Вот как пересказывал состоявшийся диалог Троцкий:

    «Ленин: – Допустим, что принят ваш план. Мы отказались подписать мир, а немцы после этого переходят в наступление. Что вы тогда делаете?

    Троцкий: – Подписываем мир под штыками. Тогда картина ясна рабочему классу всего мира.

    – А вы не поддержите тогда лозунг революционной войны?

    – Ни в коем случае.

    – При такой постановке опыт может оказаться не столь уж опасным. Мы рискуем потерять Эстонию или Латвию… Очень будет жаль пожертвовать социалистической Эстонией, – шутил Ленин, – но уж придется, пожалуй, для доброго мира пойти на этот компромисс [364] .

    – А в случае немедленного подписания мира разве исключена возможность немецкой военной интервенции в Эстонии или Латвии?

    – Положим, что так, но там только возможность, а здесь почти наверняка» [365] .

    Таким образом Троцкий и Ленин действительно договорились о том, что мир будет заключен, но не после предъявления ультиматума, а после начала наступления германских войск.

    Сам Троцкий лишь однажды коснулся этого вопроса, причем в статье, оставшейся неопубликованной. В ноябре 1924 года, отвечая на критику по поводу издания им «Уроков Октября», Троцкий написал статью «Наши разногласия», где касательно Брест-Литовских переговоров указал: «Не могу, однако, здесь не отметить совершенно безобразных извращений Брест-Литовской истории, допущенных Куусиненом. У него выходит так: уехав в Брест-Литовск с партийной инструкцией в случае ультиматума – подписать договор, я самовольно нарушил эту инструкцию и отказался дать свою подпись. Эта ложь переходит уже всякие пределы. Я уехал в Брест-Литовск с единственной инструкцией: затягивать переговоры как можно дольше, а в случае ультиматума выторговать отсрочку и приехать в Москву для участия в решении ЦК. Один лишь тов. Зиновьев предлагал дать мне инструкцию о немедленном подписании договора. Но это было отвергнуто всеми остальными голосами, в том числе и голосом Ленина. Все соглашались, разумеется, что дальнейшая затяжка переговоров будет ухудшать условия договора, но считали, что этот минус перевешивается агитационным плюсом. Как я поступил в Брест-Литовске? Когда дело дошло до ультиматума, я сторговался насчет перерыва, вернулся в Москву и вопрос решался в ЦК. Не я самолично, а большинство ЦК, по моему предложению решило мира не подписывать. Таково же было решение большинства всероссийского партийного совещания. В Брест-Литовск я уехал в последний раз с совершенно определенным решением партии: договора не подписывать. Все это можно без труда проверить по протоколам ЦК».

    То же самое следует из текста директив, переданных в Брест по поручению ЦК Лениным и предусматривающих разрыв переговоров в случае, если немцы к уже известным пунктам соглашения прибавят еще один – признание независимости Украины под управлением «буржуазной» Рады».

    Юрий Георгиевич Фельштинский, Георгий Иосифович Чернявский. Лев Троцкий. Книга вторая. Большевик. 1917 – 1923 гг. [Электронный ресурс] URL: http://www.ereading.club/bookreader.php/1017972/Felshtinskiy_-_Lev_Trockiy._Bolshevik._1917-1923.html

  35. Протоколы Центрального комитета РСДРП(б) (август 1917 — февраль 1918).. С. 211 – 212. Цит.по: Юрий Георгиевич Фельштинский, Георгий Иосифович Чернявский. Указ.соч.
  36. Мартовское партийное совещание 1917 года. [Электронный ресурс] URL:http://web.mit.edu/fjk/www/USSR/Bolsheviks/Bolsheviks-1917-03.html
  37. И.Сталин. О войне. [Электронный ресурс] URL:http://grachev62.narod.ru/stalin/t3/t3_02.htm
  38. Мартовское партийное совещание 1917 года. [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/USSR/Bolsheviks/Bolsheviks-1917-03.html
  39. Об отношении Ленина в этот момент к «центристскому» течению в вопросе о мире см. например В.Ленин. Луиблановщина. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/70-tom-31/1921-luiblanovshhina.html
  40. Шестой съезд РСДРП (б).М., 1934. С.108.
  41. Сталин в 1917 году.  [Электронный ресурс] URL:http://www.socialcompas.com/2017/01/19/stalin-v-1917-godu/
  42. Шестой съезд РСДРП (б). М., 1934. С.233-234.
  43. Цит. по: Н.Капченко. Указ.соч.
  44. Н.Капченко. Указ.соч.
  45. «Но 22 октября действительно стал «Днем Петросовета», а не днем погромов. На митинги большевики бросили лучших своих ораторов – Троцкого, Володарского, Коллонтай, Крыленко, Лашевича, Раскольникова… Несмотря на запрет ЦК, выступал со своей «особой позицией» и Каменев». – пишет В.Логинов в своем труде «Владимир Ленин. На грани возможного». https://profilib.com/chtenie/6310/vladlen-loginov-vladimir-lenin-na-grani-vozmozhnogo-132.php
  46. Н.Капченко. Указ.соч.
  47. С.Войтиков. «Разногласие есть и вынесено в печать»: дискуссия по военному вопросу в советской России во второй половине 1918 — начале 1919 г.// Новейшая история России, 2014, №2. [Электронный ресурс] URL: http://modernhistory.ru/d/1607380/d/voytikov.pdf
  48. Н.Капченко. Указ.соч.
  49. В.Ленин. О профессиональных союзах, о текущем моменте и об ошибках т.Троцкого. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/81-tom-42/1159-o-professionalnyx-soyuzax-o-tekushhem-momente-i-ob-oshibkax-t-troczkogo.html
  50. Тезисы «левых коммунистов» о текущем моменте. [Электронный ресурс] URL: http://aleksandr-kommari.narod.ru/left_communists_20_30.htm
  51. О Мясникове см: Н.Аликина. Дон Кихот пролетарской революции. [Электронный ресурс] URL:http://rabkrin.org/alikina-n-don-kihot-proletarskoy-revolyutsii-kniga/
  52. Манифест Рабочей группы Российской Коммунистической Партии (б). [Электронный ресурс] URL: http://aleksandr-kommari.narod.ru/left_communists_20_30.htm
  53. В.Ленин.Письмо Г.Мясникову. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/83-tom-44/613-pismo-mysnykovu-44.html
  54. «… съезд заявляет в то же время, что по вопросам, привлекавшим особое внимание, например, группы так называемой «рабочей оппозиции», об очистке партии от непролетарских и ненадежных элементов, о борьбе с бюрократизмом, о развитии демократизма и самодеятельности рабочих и т. п., какие бы то ни было деловые предложения должны быть рассматриваемы с величайшим вниманием и испытываемы на практической работе. Партия должна знать, что по этим вопросам мы не осуществляем всех необходимых мер, встречая целый ряд разнообразных препятствий, и что, отвергая беспощадно неделовую и фракционную якобы критику, партия неустанно будет продолжать, испытывая новые приемы, бороться всякими средствами против бюрократизма, за расширение демократизма, самодеятельности, за раскрытие, разоблачение и изгнание примазавшихся к партии и т. д.». [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/82-tom-43/1038-x-sezd-rkpb.html
  55. Цит. по: О.Назаров.Сталин и борьба за лидерство в большевистской партии в условиях НЭПа. [Электронный ресурс] URL: http://scepsis.net/library/id_3546.html
  56. Постановление Пленума ЦК КПСС «Об антипартийной группе Маленкова Г.М., Кагановича Л.М., Молотова В.М.». [Электронный ресурс] URL: http://doc.histrf.ru/20/postanovlenie-plenuma-tsk-kpss-ob-antipartiynoy-gruppe-malenkova-g-m-kaganovicha-l-m-molotova-v-m-/
  57. Н.Капченко. Указ.соч.
  58. О.Назаров. Указ.соч.
  59. К.Скоркин. Обречены проиграть. Власть и оппозиция 1922-1934. М, 2011. С.73-76.
  60. А.Резник. Троцкизм и левая оппозиция в РКП(б) в 1923-1924 гг. М.,2010. С.36-37.
  61. К.Скоркин. Указ.соч.С.76-78.
  62. Н.Капченко. Указ.соч.
  63. Н.Капченко. Указ.соч.
  64. В.Ленин.К вопросу о национальностях или автономизации. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/588-poslednie#.D0.9A_.D0.92.D0.9E.D0.9F.D0.A0.D0.9E.D0.A1.D0.A3_.D0.9E_.D0.9D.D0.90.D0.A6.D0.98.D0.9E.D0.9D.D0.90.D0.9B.D0.AC.D0.9D.D0.9E.D0.A1.D0.A2.D0.AF.D0.A5_.D0.98.D0.9B.D0.98_.D0.9E.D0.91_.C2.AB.D0.90.D0.92.D0.A2.D0.9E.D0.9D.D0.9E.D0.9C.D0.98.D0.97.D0.90.D0.A6.D0.98.D0.98.C2.BB210
  65. Этому аспекту истории СССР сталинского времени посвящен наш материал «Буржуазный патриотизм и сталинская ВКП(б). [Электронный ресурс] http://lenincrew.com/bourgeois-patriotism/
  66. В.Ленин. П.Г.Мдивани, Ф.Е.Махарадзе и др. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/38-tom-54/237-letters-23.html#.D0.9F._.D0.93._.D0.9C.D0.94.D0.98.D0.92.D0.90.D0.9D.D0.98.2C_.CE.A6._.CE.95._.D0.9C.D0.90.D0.A5.D0.90.D0.A0.D0.90.D0.94.D0.97.D0.95_.D0.98_.D0.94.D0.A0.
  67. Л.Троцкий. Моя жизнь. Глава XXXIX. Болезнь Ленина. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl026.htm
  68. См.В.Ленин. О придании Законодательных функций Госплану, В.Ленин. Как нам реорганизовать Рабкрин.  [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/588-posledni
  69. В.Ленин. Письмо к съезду. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/588-posledni
  70. Там же.
  71. Двенадцатый съезд РКП(б). 15-17 апреля 1923 г. М., 1968. С.52-53. [Электронный ресурс] URL: http://militera.lib.ru/docs/da/s12/index.html
  72. «Репрессии против группы в целом начались в связи с волной забастовок в августе и сентябре 1923 г. Первый удар был нанесен, когда стало известно, что РГ ведет активную агитацию на заводах и готовит однодневную всеобщую забастовку и массовую демонстрацию в память о Кровавом воскресенье 9 января 1905 года (в начале шествия предполагалось нести портреты Ленина). Центральный комитет принял резолюцию, объявляющую РГ антикоммунистической и антисоветской организацией, и приказал ГПУ пресечь ее деятельность.В сентябре было арестовано 28 членов РГ. К тому времени пятерых из них уже исключили из партии. На этот раз исключению подверглись еще девять человек, включая Моисеева, Тиунова, Берзину, Демидова, Котова и Шоханова, а оставшимся четырнадцати объявили выговор. В конце 1923 года был повторно арестован Мясников, несмотря на обещанную ему Зиновьевым советским послом в Берлине неприкосновенность». // Сборник материалов «Левые коммунисты в России. 1918-1930-е гг.» [Электронный ресурс] URL: http://aleksandr-kommari.narod.ru/left_communists_20_30.htm
  73. «Какие-либо репрессии против товарищей за то, что они являются инакомыслящими по тем или иным вопросам, решенным партией, недопустимы» — указывала резолюция «Об очередных задачах партийного строительства, принятая Девятой Всероссийской конференцией РКП(б) в 1920 г. // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Том 2, с.300.
  74. Б.Колоницкий.Красные против Красных // Нева, 2010, №11. [Электронный ресурс] URL: http://magazines.russ.ru/neva/2010/11/ko4.html
  75. Письмо 46-ти. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  76. Л.Троцкий. В чем разногласия с Д.Ц.(группа 15). [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1928/1928-11-11.html
  77. А.Резник. Троцкий и товарищи: левая оппозиция и политическая культура РКП(б) 1923-1924. СПб, 2017. С.27
  78. Л.Троцкий. Новый курс (в редакции 1924 г.). [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl015.htm
  79. Сообщение о Пленуме Центрального комитета КПСС. [Электронный ресурс] URL: http://www.oldgazette.ru/izvestie/16101964/text1.html
  80. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Т.3, с.147.
  81. И.Сталин. О дискуссии, о Рафаиле, о статьях Преображенского и Сапронова и о письме Троцкого. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t5/t5_30.htm
  82. И.Сталин. Заключительное слово на XIII конференции РКП(б) 17 января 1924 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t6/t6_02b.htm
  83. Дискуссия 1923 года. М., 1927. С.79.
  84. Цит.по: Валентинов Н. (Н. Вольский). Новая экономическая политика и кризис партии после смерти Ленина: Годы работы в ВСНХ во время НЭП. Воспоминания. [Электронный ресурс] URL: http://eot-larin.su/4_4_2.htm
  85. Дискуссия 1923 года. М., 1927. С.166.
  86. Там же. С.170.
  87. См. напр. Л.Троцкий. Блок с Зиновьевым // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  88. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Т.3, с.155.
  89. А.Резник. Троцкий и товарищи: левая оппозиция и политическая культура РКП(б) 1923-1924.СПб, 2017. С.223.
  90. Там же, с.104.
  91. Л.Троцкий. Куда идет советская революция? [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/chto-i-kak/chto-4.shtml
  92. Большевистское руководство. Переписка. 1912 — 1927. М. 1996. С. 296.
  93. А.Резник. Указ.соч.,  С.249.
  94. Например, Сталин в статье «О дискуссии, о Рафаиле, о статьях Преображенского и Сапронова и о письме Троцкого» не без издевки писал: «Троцкий, как видно из его письма, причисляет себя к старой гвардии большевиков, проявляя тем самым готовность принять на себя те возможные обвинения, которые могут пасть на голову старой гвардии, если она в самом деле станет на путь перерождения. Нужно признать, что эта готовность жертвовать собой, несомненно, является чертой благородства. Но я должен защитить Троцкого от Троцкого, ибо он, по понятным причинам, не может и не должен нести ответственность за возможное перерождение основных кадров старой большевистской гвардии. Жертва, конечно, дело хорошее, но нужна ли она старым большевикам? Я думаю, что она не нужна». [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t5/t5_30.htm
  95. Л.Троцкий. Уроки Октября. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl225.htm
  96. В.Ленин. Письмо в ЦК, МК, ПК и членам Советов Питера и Москвы большевикам. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/73-tom-34/1703-pismo-v-czk-mk-pk-i-chlenam-sovetov-pitera-i-moskvy-bolshevikam.html
  97. Л.Троцкий. История русской революции. [Электронный ресурс] URL: http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl009.htm
  98. В.Ленин. Марксизм и восстание. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/73-tom-34/1695
  99. Л.Троцкий. Наши разногласия// Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  100. И Сталин. Троцкизм или ленинизм? [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t6/t6_19.htm
  101. «В самом деле, это факт, что Ленин в своем “завещании” обвиняет Троцкого в “небольшевизме”, а насчет ошибки Каменева и Зиновьева во время Октября говорит, что эта ошибка не является “случайностью”. Что это значит? А это значит, что политически нельзя доверять ни Троцкому, который страдает “небольшевизмом”, ни Каменеву и Зиновьеву, ошибки которых не являются “случайностью” и которые могут и должны повториться». И.Сталин. Троцкистская оппозиция прежде и теперь: Речь на заседании объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) 23 октября 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_08.htm
  102. «ЦК организует Военно-революционный центр в следующем составе: Свердлов, Сталин, Бубнов, Урицкий и Дзержинский. Этот центр входит в состав революционного Советского комитета». Протоколы Центрального Комитета РСДРП(б). Август 1917 – февраль 1918. М., 1958, с. 104. Цит.по: В.Логинов. Владимир Ленин. На грани возможного. https://profilib.com/chtenie/6310/vladlen-loginov-vladimir-lenin-na-grani-vozmozhnogo-125.php
  103. Л.Троцкий. Перманентная революция. [Электронный ресурс] URL:  http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl004.htm
  104. Троцкизм и молодежь. Сборник материалов. Ленинград, 1924. С.42.
  105. «Однако после того, как статья «Наши разногласия» уже была подготовлена к печати, Троцкий не стал ее издавать. Может быть, он понял бессмысленность новых уступок. Или, наоборот, считал, что в случае публикации она будет использована Сталиным для дальнейшего разжигания страстей. На первой странице текста, сохранившего в архиве Троцкого в Бостоне, рукою автора было помечено: «Единственный экземпляр. Не было напечатано» — Юрий Георгиевич Фельштинский, Георгий Иосифович Чернявский. Лев Троцкий. Книга третья. Оппозиционер. 1923 – 1929 гг. [Электронный ресурс] URL:  http://www.e-reading.club/bookreader.php/1018220/Felshtinskiy_-_Lev_Trockiy._Oppozicioner._1923-1929.html
  106. И.Сталин. К вопросам ленинизма. [Электронный ресурс] URL:  http://grachev62.narod.ru/stalin/t8/t8_03.htm
  107. «Уже 23 декабря Пленум губкома осудил Выборгский РК за посылку приветствия съезду. Сторонники Зиновьева принялись пресекать проведение несанкционированных губкомом мероприятий. Так, силой было разогнано собрание на квартире рабочего П.А. Игнатова». — О.Назаров. Указ.соч. http://scepsis.net/library/id_3547.html
  108. К.Скоркин. Указ.соч.С.76-78.
  109. См. заявление Л.Троцкого в Политбюро от 6 июня 1926 г. с критикой доклада «бухаринца» Угланова, ревизовавшего партийные решения по вопросу внутрипартийной демократии. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  110. Л.Троцкий. Вопросы Коминтерна в делегацию ВКП(б). // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  111. Н.Капченко. Политическая биография Сталина. Т.2. [Электронный ресурс] URL: https://profilib.com/kniga/105518/nikolay-kapchenko-politicheskaya-biografiya-stalina-tom-2.php
  112. В.Ленин. О лозунге Соединенных штатов Европы. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/65-tom-26/2127-o-lozunge-soedinennyx-shtatov-evropy.html
  113. В.Ленин. О нашей революции. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/588-poslednie#.D0.9E_.D0.9D.D0.90.D0.A8.D0.95.D0.99_.D0.A0.D0.95.D0.92.D0.9E.D0.9B.D0.AE.D0.A6.D0.98.D0.98
  114. В.Ленин. О кооперации. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/588-poslednie#.D0.9E_.D0.9A.D0.9E.D0.9E.D0.9F.D0.95.D0.A0.D0.90.D0.A6.D0.98.D0.98212
  115. В.Ленин. Речь на Пленуме Московского Совета 20 ноября 1922 г. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/84-tom-45/527-rech-na-plenum
  116. В.Ленин. Заметки публициста. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/83-tom-44/1024-zametki-publiczista-44.html
  117. В.Ленин. Речь о международном положении. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/76-tom-37/1376-vi-vserossijskij-chrezvychajnyj-sezd-sovetov-rabochix-krestyanskix-kazachix-i-krasnoarmejskix-deputatov.html
  118. В.Ленин. VII экстренный съезд РКП(б). [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/75-tom-36/1443-sedmoj-ekstrennyj-sezd-rkpb.html
  119. В.Ленин. VIII съезд РКП(б). [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/77-tom-38/1305-viii-sezd-rkpb.html
  120. И.Сталин. Еще раз о социал-демократическом уклоне в нашей партии: Доклад на VII расширенном пленуме ИККИ. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t9/t9_01.htm
  121. Л.Троцкий. Теория социализма в отдельной стране. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.2. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz2.txt
  122. Л.Троцкий. Вопросы и ответы, написанные мною для пропаганды. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.2. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz2.txt
  123. И.Сталин. О социал-демократическом уклоне в нашей партии:Доклад на XV Всесоюзной конференции ВКП(б) 1 ноября 1926 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t8/t8_21.htm
  124. Надо помнить, что отчаянное положение Советской России в первый годы после революции служило веским аргументом всем антикоммунистическим силам, включая социал-демократов. «Ты хочешь такого социалистического рая, чтобы завтра надо было собирать для тебя по грошам у рабочих других стран?.. Ты хочешь такой же разрухи транспорта? Тогда иди к коммунистам, а если ты этого не хочешь, если ты хочешь быть сытым (рабочие теперь очень ценят сытость после империалистической войны), — если ты не хочешь такой отчаянной разрухи, тогда мы, маги второго Интернационала, мы тебе обещаем выполнить все этомирно, эволюционно, таким путем, что ты и не заметишь, как победил буржуазию, и она не заметит этого» — так описывал Зиновьев аргументацию реформистов.  Неудивительно, что сравнивая эту ситуацию с успехами СССР в годы пятилеток, большинство Коминтерна было уверено в правоте политики Сталина. Цит.по: А.Ватлин. Коминтерн: идеи, решения, судьбы. М., 2009. С.91-92.
  125. И.Сталин. Октябрьская революция и тактика русских коммунистов: предисловие к книге “На путях к Октябрю”. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t6/t6_20.htm
  126. В.Ленин. Грозящая катастрофа и как с ней бороться. [Электронный ресурс] URL: http://leninism.su/works/73-tom-34/1690-grozyashhaya
  127. И.Сталин. Анархизм или социализм? [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t1/t1_33.htm
  128. Проект платформы большевиков-ленинцев к XV Съезду ВКП(б). [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/192709-1.html
  129. И.Сталин. Еще раз о социал-демократическом уклоне в нашей партии: Доклад на VII расширенном пленуме ИККИ. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t9/t9_01.htm
  130. И.Сталин. Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) 26 января 1934 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t13/t13_46.htm
  131. Речь Троцкого на заседании объединенного пленума 6 августа 1927 г. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  132. В Центральный комитет ВКП(б) [25 мая 1927 г.]. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.3. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz3.tx
  133. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Том 4, с.76-77.
  134. Проект платформы большевиков-ленинцев к XV Съезду ВКП(б). [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/192709-1.html
  135. Там же.
  136. И.Дойчер. Троцкий. Безоружный пророк. 1921-1929. М., 2006. С.253-254.
  137. Пленум ЦК РКП(б) 23-30 апреля 1025 г. Резолюция «Очередные задачи экономической политики партии в связи с хозяйственными нуждами в деревне». // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Том 3, с.344-345.
  138. «Лишенному точного классового содержания лозунгу «создания беспартийного крестьянского актива через оживление Советов» (Сталин—Молотов) , что приводит на деле к усилению руководящей роли верхних слоев деревни, нужно противопоставить лозунг создания беспартийного батрацкого, бедняцкого и близкого к ним середняцкого актива». Проект платформы большевиков-ленинцев к XV Съезду ВКП(б). [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/192709-1.html
  139. Л.Троцкий. Выдержка, выдержка, выдержка! // Бюллетень оппозиции, № 1-2. [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/FI/BO/BO-01.shtml
  140. И.Сталин. Политический отчет Центрального Комитета XIV съезду ВКП(б) 18 декабря 1925 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t7/t7_32.htm
  141. И.Сталин.  Заключительное слово по политическому отчету Центрального Комитета XIV съезду ВКП(б). 23 декабря 1925 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t7/t7_33.htm
  142. Л.Троцкий. Комментарий к статье. 14 января 1927 г. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.2. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz2.txt
  143. Л.Троцкий, Г.Зиновьев. Заявление от 11 июля 1926 г. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz1.txt
  144. И.Сталин. Об англо-русском комитете единства: Речь на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 15 июля 1926 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t8/t8_14.htm
  145. Л.Троцкий. Борьба за мир и Англо-русский комитет. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.3. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz3.txt
  146. Резолюция ИККИ по вопросу об отношении Коммунистической партии Китая к партии Гоминьдан. (12 января 1923 г.). // Стратегия и тактика Коминтерна в национально-колониальной революции на примере Китая. Сборник документов. М., 1934. С.112.
  147. Эти более умеренные взгляды Зиновьева нашли отражение, в частности, в «Заявлении 83-х». В Центральный комитет ВКП(б) [25 мая 1927 г.]. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.3. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz3.txt
  148. Л.Троцкий. В Политбюро ЦК ВКП(б). // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.2. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz2.txt
  149. И.Сталин. Революция в Китае и задачи Коминтерна: Речь на Х заседании VIII пленума ИККИ. 24 мая 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t9/t9_20.htm
  150. И.Сталин. Международное положение и оборона СССР: Речь на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 1 августа 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_01.htm
  151. И.Сталин. Политическая физиономия русской оппозиции: Из речи на объединенном заседании Президиума ИККИ и ИКК 27 сентября 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_06.htm
  152. И.Сталин. Революция в Китае и задачи Коминтерна: Речь на Х заседании VIII пленума ИККИ. 24 мая 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t9/t9_20.htm
  153. Евдокимов, Зиновьев, Радек, Сафаров, Троцкий. Новый этап китайской революции: от Чан Кайши к Ван Тинвею. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.3. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz3.txt
  154. «На первый взгляд кажется, будто сталинский курс совершенно победоносен. Сталинская фракция наносит удары налево (Москва, Ленинград) и  направо (Сев. Кавказ).  На самом  деле, вся политика центристской фракции  совершается под ударами двух кнутов: справа и слева. Классово-беспочвенная, бюрократически-центристская фракция качается между двумя классовыми линиями, систематически сползая при этом с пролетарской линии на мелкобуржуазную. Это сползание происходит не по прямой линии, а в форме резких зигзагов». Речь Троцкого по поводу исключения Троцкого и Зиновьева из ЦК ВКП(б). // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  155. Речь Троцкого на заседании Объединенного Пленума. [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/19270806.html
  156. О.Назаров. Указ.соч. [Электронный ресурс] URL:http://scepsis.net/library/id_3547.html
  157. К.Скоркин. Указ.соч. С.206-209.
  158. А.Резник. Троцкий и товарищи: левая оппозиция и политическая культура РКП(б) 1923-1924. СПб, 2017. С.226
  159. См. Л.Троцкий. «Тезис о Клемансо» и режим в партии. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  160. Проект платформы большевиков-ленинцев к XV Съезду ВКП(б). [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/192709-1.html
  161. Л.Троцкий. Резолюция против демократического централизма. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.3. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz3.txt
  162. См. Заявление лидеров оппозиции от 8 августа 1927 г. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  163. О.Назаров. Указ.соч. [Электронный ресурс] URL:http://scepsis.net/library/id_3547.html
  164. «Ваш ответ мне от 16 июля 1927 г.  — через беспартийных почтальонов  — был известен Окрпарткому. Вчера  вечером ко  мне в Дом  отдыха пришли мои знакомые (там  был член бюро ОПК) и заявили: что ОПК знает,  что я получил от Вас письмо, приписывает мне активную  оппозиционную   работу  и  под  угрозой  исключения  из  комсомола предлагает мне сдать Ваше письмо Окрпарткому». – писал Троцкому летом 1927 г. комсомолец А.Каневский. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  165. См. напр. Л.Троцкий. Письмо ко всем членам ЦК ВКП(б). 27 июня 1927 г.  // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.3. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz3.txt; Г.Зиновьев, А.Петерсон, Н.Муралов, Л.Троцкий. Заявление в Политбюро ЦК ВКП(б), в Президиум ЦКК, в ИККИ. [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/19270906.html
  166. И. Смилга, Ив. Бакаев, Г. Евдокимов, Г. Зиновьев, Л. Троцкий. Оппозиция и врангелевский офицер. [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/19271001.html; И.Сталин. Троцкистская оппозиция прежде и теперь: Речь на заседании объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) 23 октября 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_08.htm
  167. Поддерживающие версию о провокации Ю.Фельштинский и Г.Чернявский документально подтверждают ее лишь некими «Материалами Центрального архива ФСБ РФ, предоставленными авторам без выходных данных». Юрий Георгиевич Фельштинский, Георгий Иосифович Чернявский. Лев Троцкий. Книга третья. Оппозиционер. 1923 – 1929 гг. [Электронный ресурс] URL:  http://www.e-reading.club/bookreader.php/1018220/Felshtinskiy_-_Lev_Trockiy._Oppozicioner._1923-1929.html
  168. Л. Троцкий, Зиновьев, Евдокимов, Бакаев, Петерсон, И. Смилга. Заявление от 4 октября 1927 г. [Электронный ресурс] URL:  http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/19271004.html
  169. «Хулиганские методы срыва партийных собраний применялись особенно в Ленинграде. В присутствии секретаря губкома кандидата Политбюро тов. Кирова «кем-то» был потушен свет на общегородском собрании и на собрании Выборгского района в момент, когда представитель оппозиции начал читать резолюцию. На собрании Петроградского района хулиганы набросились на товарища, читавшего резолюцию, и разорвали ее, при этом были крики антисемитского характера». Г.Зиновьев, А.Петерсон, Н.Муралов, Л.Троцкий. Заявление в Политбюро ЦК ВКП(б), в Президиум ЦКК, в ИККИ. [Электронный ресурс] URL: http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/sochineniia/1927/19270906.html
  170. Л.Троцкий. Заявление в секретариат ЦК. 24 октября 1927 г. // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  171. А.Шубин. Левая оппозиция и индустриализация. [Электронный ресурс] URL: http://tov-trotsky.livejournal.com/49509.html
  172. И.Сталин. Партия и оппозиция: Речь на ХVI Московской губернской партконференции. 23 ноября 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_12.htm
  173. См. подробнее: Сложная арифметика труда… [Электронный ресурс] URL: https://little-histories.org/2014/09/16/7hour_photo/
  174. «Оппозиция во всей своей троцкистской сущности» (Речь С.М. Кирова на XII партконференции Василеостровского района 29 октября 1927 года). [Электронный ресурс] URL: https://history.wikireading.ru/185636
  175. Л.Троцкий. После словесного зигзага влево — глубокий сдвиг вправо (К итогам юбилейного праздника). // Коммунистическая оппозиция в СССР, т.4. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/HISTORY/FELSHTINSKY/oppoz4.txt
  176. Л.Д.Троцкий. Архив в 9 томах: Том 1. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/TROCKIJ/Arhiv_Trotskogo__t1.txt
  177. К.Скоркин.Указ. соч. С.243-246.
  178. В 1926 г. в связи с вопросом о возвращении К.Радека на работу в Коминтерн, против чего выступил Зиновьев, Сталин заявил: «Видимо, тов. Зиновьев думает, что я сделал покушение на его прерогативы единоличного вершителя судеб Коминтерна. Видимо, тов. Зиновьев забывает, что мы все против единоличного руководства и единоличных поползновений кого бы то ни было…». А.Ватлин.Указ соч., с.265.
  179. Например: «Разве это не факт, что сторонники линии ЦК ВКП(б) представляют громадное большинство и в партии и в стране? Разве это не факт, что оппозиция представляет ничтожную кучку? Можно представить, что большинство нашей партии навязывает свою волю меньшинству, т.е. оппозиции. И это вполне законно в партийном смысле этого слова. Но как можно представить, чтобы большинство навязало себе свою же собственную волю, да еще путем насилий? О каком бонапартизме может быть тут речь? Не вернее ли будет сказать, что среди меньшинства, т.е. среди оппозиции, могут появиться тенденции навязать свою волю большинству? Если бы такие тенденции появились, в этом не было бы ничего удивительного, ибо у меньшинства, т.е. у троцкистской оппозиции, нет теперь других возможностей для овладения руководством, кроме насилия над большинством. Так что, уж если говорить о бонапартизме, пусть Троцкий поищет кандидатов в Бонапарты в своей группе». И.Сталин. Политическая физиономия русской оппозиции: Из речи на объединенном заседании Президиума ИККИ и ИКК 27 сентября 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_06.htm
  180. Пленум ЦК РКП(б) 17-20 января 1925 г. Резолюция «О выступлении т.Троцкого». // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Том 3, с.327.
  181. И.Сталин. Троцкистская оппозиция прежде и теперь: Речь на заседании объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) 23 октября 1927 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t10/t10_08.htm
  182. Л.Троцкий. Портреты революционеров. [Электронный ресурс] URL: http://lib.ru/TROCKIJ/Trotsky.PortretyRev.txt
  183. И.Сталин. О задачах партии: Доклад на расширенном собрании Краснопресненского районного комитета РКП(б) с групповыми организаторами, членами дискуссионного клуба и бюро ячеек. 2 декабря 1923 г. [Электронный ресурс] URL: http://grachev62.narod.ru/stalin/t5/t5_29.htm
  184. Вспомним здесь, что и резолюция «О единстве партии» в качестве серьезной угрозы называла возможную смычку фракционных  групп в партии с контрреволюцией под «левыми» лозунгами –«белогвардейцы стремятся и умеют перекраситься в коммунистов и даже «левее» их, лишь бы ослабить и свергнуть оплот пролетарской революции в России»