Рабочее движение на территории США до и после их образования

Рабочее движение на территории США до и после их образования
~ 52 мин

Дан­ная работа посвя­щена исто­рии рабо­чего дви­же­ния на тер­ри­то­рии Соеди­нён­ных Шта­тов Аме­рики до обра­зо­ва­ния этого госу­дар­ства, то есть в севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ниях Англии, а также в пер­вый период после про­воз­гла­ше­ния неза­ви­си­мо­сти в 1776 году. Мы рас­смот­рим ран­ние заба­стовки, рабо­чие ассо­ци­а­ции и проф­со­юзы, обра­тим вни­ма­ние на при­чины и фак­торы их раз­ви­тия. В своих рас­суж­де­ниях и выво­дах мы осно­вы­ва­ется на трёх иссле­до­ва­ниях: во-пер­вых, на книге А. А. Фур­сенко «Аме­ри­кан­ская бур­жу­аз­ная рево­лю­ция XVIII века», во-вто­рых, на работе Уильяма Фостера «Очерк поли­ти­че­ской исто­рии Аме­рики» и, в-тре­тьих, на труде Филипа Фонера «Исто­рия рабо­чего дви­же­ния в США». К сожа­ле­нию, боль­шин­ство пер­во­ис­точ­ни­ков до сих пор суще­ствуют на языке ори­ги­нала, и поэтому факты мы чер­паем сугубо из пере­чис­лен­ных работ.

Упо­мя­ну­тые три книги дают исчер­пы­ва­ю­щее пред­став­ле­ние по иссле­ду­е­мому вопросу и реко­мен­ду­ются к про­чте­нию каж­дому инте­ре­су­ю­ще­муся аме­ри­кан­ским рабо­чим дви­же­нием. Стоит отме­тить, что Уильям Фостер не огра­ни­чи­ва­ется Соеди­нён­ными Шта­тами и иссле­дует как Север­ную, так и Южную Аме­рики, чем вызы­вает осо­бый инте­рес. «Исто­рия рабо­чего дви­же­ния в США» наи­бо­лее богата на факты: для её напи­са­ния автору при­шлось под­нять огром­ное коли­че­ство мате­ри­а­лов, к кото­рому, как пра­вило, до него никто не обра­щался. На теку­щий момент эта книга явля­ется наи­бо­лее пол­ной по рас­смат­ри­ва­е­мой проблеме.

Наша ста­тья не явля­ется чем-то прин­ци­пи­ально новым в раз­ра­ботке исто­рии рабо­чего дви­же­ния в Соеди­нён­ных Шта­тах, она пред­став­ляет собой обоб­ще­ние трёх фун­да­мен­таль­ных книг с опре­де­лён­ными допол­не­ни­ями, ком­мен­та­ри­ями и выво­дами. Если вы уже про­чли все три работы, на осно­ва­нии кото­рых мы пишем ста­тью, вы не най­дёте здесь ничего прин­ци­пи­ально нового.

Ста­тья делится на сле­ду­ю­щие части:

  1. Война за неза­ви­си­мость как бур­жу­аз­ная революция.
  2. Фак­торы, ока­зав­шие вли­я­ние на рабо­чее движение.
  3. Рабо­чее дви­же­ние до Войны за независимость.
  4. Тру­дя­щи­еся в армии Вашингтона.
  5. Рабо­чее дви­же­ние после Войны за независимость.
  6. Итоги клас­со­вой борьбы за рас­смот­рен­ный период.

Давайте же сразу при­сту­пим к ответу на пер­вый постав­лен­ный вопрос.

Почему Война за независимость США является буржуазной революцией?

Исчер­пы­ва­ю­щий ответ на постав­лен­ный вопрос крайне важен, поскольку отбра­сы­вает мишуру и про­кла­ды­вает путь к мате­ри­а­ли­сти­че­скому пони­ма­нию истории. 

Бур­жу­аз­ной рево­лю­цией Война за неза­ви­си­мость 13 севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ний явля­ется хотя бы потому, что в ходе непри­ми­ри­мой клас­со­вой борьбы наци­о­наль­ная бур­жу­а­зия буду­щих США свергла власть англий­ских коло­ни­за­то­ров, насаж­дав­ших в коло­ниях фео­даль­ные порядки. Поскольку власть пере­шла от одного класса к дру­гому, мы можем вести речь о рево­лю­ции, а исходя из того, что новый пра­вя­щий класс — бур­жу­а­зия, — то о бур­жу­аз­ной революции. 

Обще­ственно-поли­ти­че­ские пред­по­сылки рево­лю­ции в севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ниях, так же, как и в Европе, свя­заны с про­цес­сом пер­во­на­чаль­ного накоп­ле­ния и фор­ми­ро­ва­нием наци­о­наль­ной бур­жу­а­зии. Одними из основ­ных источ­ни­ков её обо­га­ще­ния явля­лись экс­плу­а­та­ция мел­ких про­из­во­ди­те­лей и спе­ку­ля­ция зем­лёй. Конечно, в Север­ной Аме­рике не про­во­ди­лось ого­ра­жи­ва­ний на англий­ский манер, хотя бы потому, что на то не было надоб­но­сти, тем не менее, с земель сго­ня­лось корен­ное насе­ле­ние — индейцы. 

Воз­глав­ляла борьбу за неза­ви­си­мость именно тор­гово-про­мыш­лен­ная бур­жу­а­зия, кото­рая в первую оче­редь была заин­те­ре­со­вана в отде­ле­нии от Англии по целому ряду причин: 

  1. Корона вся­че­ски пыта­лась затор­мо­зить раз­ви­тие про­мыш­лен­но­сти в коло­ниях: был вве­дён запрет на стро­и­тель­ство желе­зо­де­ла­тель­ных заво­дов, на про­из­вод­ство това­ров из шер­сти и т. д. и т. п. Регу­лярно вво­ди­лись запреты или огра­ни­че­ния на про­из­вод­ство про­мыш­лен­ных това­ров, так как по мне­нию англий­ского пра­ви­тель­ства «созда­ние ману­фак­тур в коло­ниях ведёт к умень­ше­нию их зави­си­мо­сти от Вели­ко­бри­та­нии»1 .
  2. Корона вся­че­ски пре­пят­ство­вала раз­ви­тию тор­говли, являв­шейся глав­ным сред­ством зара­ботка для севе­ро­аме­ри­кан­ской бур­жу­а­зии (тре­уголь­ная тор­говля2 ).
  3. Корона вво­дила непо­мер­ные налоги (напри­мер, в 1765 — гер­бо­вый сбор) и ничего не давала вза­мен. «Ника­ких нало­гов без пред­ста­ви­тель­ства» (то есть пред­ста­ви­тель­ства коло­ний в импер­ских орга­нах вла­сти) — один из важ­ней­ших лозун­гов аме­ри­кан­ской бур­жу­аз­ной революции.
  4. Корона пыта­лась вся­че­ски наса­дить фео­даль­ные порядки. Англий­ская знать, сто­рон­ники короля в пар­ла­менте и ряд лиц, от кото­рых зави­села корона, полу­чали в Север­ной Аме­рике землю на пра­вах фео­даль­ного пожа­ло­ва­ния от короля. Таким обра­зом, все про­жи­вав­шие на этой земле должны были пла­тить соб­ствен­нику фик­си­ро­ван­ную плату. Правда, уда­ва­лось собрать только поло­вину тре­бу­е­мой суммы. Коро­лев­ская власть упи­ра­лась в про­блему: вокруг огром­ное коли­че­ство ничей­ной земли; кре­стьяне про­сто пере­се­ля­лись, ста­но­вясь «скват­те­рами», но и тут корона пыта­лась пре­пят­ство­вать пере­се­ле­нию дальше опре­де­лён­ных гра­ниц. Напри­мер, ещё в 1683 корона ввела запрет част­ным лицам на покупку земель у индей­цев, а в 1730-е запре­тила само­вольно пере­се­ляться на новые тер­ри­то­рии, захва­ты­вать земли и выхо­дить за пре­делы погра­нич­ных посёл­ков. И в 1763 году бри­тан­ское пра­ви­тель­ство запре­тило коло­ни­стам селиться запад­нее Аппа­ла­чей. Стоит отме­тить, что помимо борьбы со скват­тер­ством эти запреты пре­сле­до­вали ещё одну цель: облег­че­ние сбора нало­гов, ибо с неболь­шой полосы вдоль побе­ре­жья орга­ни­за­ция денеж­ных сбо­ров зна­чи­тельно проще. 

В чём заклю­ча­ется осо­бен­ность аме­ри­кан­ской бур­жу­аз­ной рево­лю­ции XVIII века? 

  • Под эги­дой осво­бож­де­ния от Англии велась непри­ми­ри­мая клас­со­вая борьба между наци­о­наль­ной бур­жу­а­зией севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ний, с одной сто­роны, и земель­ной ари­сто­кра­тией и бур­жу­а­зией Англии, с другой;
  • Широ­кое рас­про­стра­не­ние дока­пи­та­ли­сти­че­ских мето­дов экс­плу­а­та­ции: исполь­зо­ва­ние труда рабов и «закон­трак­то­ван­ных» (при­мерно 70 % жите­лей севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ний к кануну рево­лю­ции раньше явля­лись или про­ис­хо­дили от «закон­трак­то­ван­ных»);
  • Недо­ста­ток рабо­чей силы. Именно этим и обу­слов­лено рас­про­стра­не­ние дока­пи­та­ли­сти­че­ских мето­дов при­нуж­де­ния к труду. Поскольку обез­зе­ме­ли­ва­ния кре­стьян не про­во­ди­лось, и сво­бод­ная от соб­ствен­но­сти рабо­чая сила не появи­лась, при­хо­ди­лось заво­зить её извне;
  • Малое коли­че­ство наём­ных работ­ни­ков. Исходя из того, что чело­век в любой момент мог занять сво­бод­ный уча­сток земли, люди пред­по­чи­тали ста­но­виться неза­ви­си­мыми фермерами;
  • Сла­бость церкви. Хотя боль­шин­ство лите­ра­туры в коло­ниях состав­ляла рели­ги­оз­ная, а свет­ские про­из­ве­де­ния счи­та­лись чем-то предо­су­ди­тель­ным, цер­ковь была зна­чи­тельно сла­бее, чем в Европе, так как там она явля­лась одним из круп­ней­ших феодалов.

После войны за неза­ви­си­мость всё же остался ряд пере­жит­ков фео­да­лизма, кото­рые неиз­бежно должны были при­ве­сти в даль­ней­шем к раз­ме­же­ва­нию бур­жу­а­зии с план­та­то­рами, что и про­изо­шло во время Граж­дан­ской войны (1861–1865). Во-пер­вых, это раб­ство. Его сохра­не­ние неиз­бежно должно было при­ве­сти к столк­но­ве­ниям с план­та­то­рами юга. Про­ти­во­ре­чия между ними и бур­жу­а­зией Севера в Аме­ри­кан­ской рево­лю­ции играли важ­ную роль. Под­твер­жде­нием тому явля­ется под­пи­са­ние Декла­ра­ции Неза­ви­си­мо­сти, кото­рое стало воз­мож­ным только после исклю­че­ния из про­екта, состав­лен­ного Джеф­фер­со­ном, пред­ло­же­ния о запрете раб­ства и рабо­тор­говли. Конечно, про­тив рабо­вла­де­ния высту­пали не только план­та­торы, но и купцы, участ­во­вав­шие в «тре­уголь­ной торговле».

Помимо всего про­чего декла­ра­ция обо­шла мол­ча­нием права корен­ного насе­ле­ния — индей­цев — и негров. Речь в ней велась лишь о пра­вах колонистов. 

Но несмотря ни на что Декла­ра­ция неза­ви­си­мо­сти оста­ва­лась для сво­его вре­мени самым про­грес­сив­ным про­грамм­ным доку­мен­том буржуазии. 

  • Она про­воз­гла­шала право народа на революцию:

«Если какое-либо пра­ви­тель­ство пре­пят­ствует дости­же­нию этих целей, то народ имеет право изме­нить или уни­что­жить его и учре­дить новое пра­ви­тель­ство на таких осно­ва­ниях и нача­лах, орга­ни­зуя его власть в таких фор­мах, кото­рые лучше всего должны обес­пе­чить его без­опас­ность и сча­стье»3 .

И далее:

«Но когда длин­ный ряд зло­упо­треб­ле­ний и наси­лий, неиз­менно пре­сле­ду­ю­щих ту же цель, обна­ру­жи­вает стрем­ле­ние под­чи­нить их пол­ному дес­по­тизму, то это их право, то это их долг — сверг­нуть такое пра­ви­тель­ство и уста­но­вить новые гаран­тии ограж­де­ния их буду­щей без­опас­но­сти»4 ;

  • Про­воз­гла­шала право коло­ний на отде­ле­ние от метрополий:

«Таково было дол­го­тер­пе­ние этих коло­ний, и такова насто­я­щая необ­хо­ди­мость, кото­рая при­нуж­дает их изме­нить их преж­нюю систему пра­ви­тель­ства»5 ;

  • Также она была пер­вым доку­мен­том, высту­пив­шим за рав­ные юри­ди­че­ские права для всех людей — основу бур­жу­аз­ной демократии:

«Мы счи­таем за оче­вид­ные истины, что все люди сотво­рены рав­ными, что им даны их Твор­цом неко­то­рые неотъ­ем­ле­мые права, в числе кото­рых нахо­дятся — жизнь, сво­бода и право на сча­стье»6 ;

  • И высту­пала за прин­цип: ника­ких нало­гов без пред­ста­ви­тель­ства. И хотя этот прин­цип ещё не был сфор­му­ли­ро­ван в доку­менте, тем не менее, там гово­рится, что король, пыта­ясь под­чи­нить аме­ри­кан­ские коло­нии своей юрис­дик­ции давал «согла­сие на акты мни­мого зако­но­да­тель­ства, в том числе „по обло­же­нию нас нало­гами, без нашего согла­сия“»7 .
  • Пер­вым под­пи­сав­шимся под декла­ра­цией стал «король кон­тра­бан­ди­стов» Хэн­кок. Почти три чет­вёр­тых под­пи­сав­шихся под декла­ра­цией Неза­ви­си­мо­сти — люди, сде­лав­шие своё состо­я­ние на тор­говле и кон­тра­банде. Из 56 под­пи­сей 13 при­над­ле­жит куп­цам, 8 — план­та­то­рам, 28 — адво­ка­там, кото­рые были план­та­то­рами или куп­цами, и 7 — пред­ста­ви­те­лям сво­бод­ных профессий. 

Фео­даль­ные пере­житки были в основ­ном уни­что­жены кон­сти­ту­ци­ями Шта­тов, кото­рые при­ни­ма­лись в раз­ных шта­тах с 1775 по 1778. Ими были лик­ви­ди­ро­ваны при­ви­ле­гии земель­ной ари­сто­кра­тии, они же запре­щали взыс­ки­вать фео­даль­ную ренту.

Новые отно­ше­ния соб­ствен­но­сти закреп­ля­лись Декла­ра­цией неза­ви­си­мо­сти, кон­сти­ту­ци­ями шта­тов, «ста­тьями Кон­фе­де­ра­ции» и затем уже Кон­сти­ту­цией США.

Факторы, оказавшие влияние на рабочее движение

Чтобы рабо­чее дви­же­ние заро­ди­лось, тре­бу­ется нали­чие самих рабо­чих. Давайте выяс­ним, откуда в севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ниях начала появ­ляться рабо­чая сила.

Пер­вой посто­ян­ной англий­ской коло­нией в Север­ной Аме­рике стал осно­ван­ный в 1607 году Джейм­стаун (Вир­ги­ния). С тех пор и встал вопрос о рабо­чей силе.

Лично сво­бод­ных коло­ни­стов было доста­точно сложно удер­жать в каче­стве наём­ных работ­ни­ков, при­том что на тысячи кило­мет­ров вокруг про­сти­ра­лись неза­ня­тые земли. Люди пред­по­чи­тали быть мел­кими, но соб­ствен­ни­ками, нежели рабо­тать «на дядю».

В первую оче­редь в голову при­хо­дит корен­ное насе­ле­ние Север­ной Аме­рики — индейцы. Однако пора­бо­тить их так и не уда­лось, поскольку индейцы ока­за­лись доста­точно сво­бо­до­лю­бивы, отлично знали мест­ность, а после побега обычно воз­вра­ща­лись вме­сте со своим пле­ме­нем и рас­прав­ля­лись с обид­чи­ками. Такие пер­спек­тивы не отве­чали инте­ре­сам коло­ни­стов. В Новом Амстер­даме город­ские вла­сти даже издали при­каз всем хозя­е­вам выпла­чи­вать индей­цам жалование. 

Про­блему с рабо­чей силой в конеч­ном итоге решили за счёт ввоза извне. Афри­кан­ским рабам, при­ве­зён­ным из-за оке­ана, при­хо­ди­лось зна­чи­тельно труд­нее, поскольку они не обла­дали пре­иму­ще­ствами индей­цев. В севе­ро­аме­ри­кан­ские коло­нии вво­зи­лось столько рабов, что к 1775 году они состав­ляли почти 20 % насе­ле­ния. Конечно, регу­лярно вспы­хи­вали бунты, но хозя­ева не ску­пи­лись на жесто­кую кару за вся­кое неповиновение. 

Непо­сред­ственно пора­бо­ще­ние негров нача­лось с 1660-х годов. До того они нахо­ди­лись в поло­же­нии слуг: по исте­че­нии кон­тракта афри­канцы ста­но­ви­лись сво­бод­ными людьми, спо­соб­ными на своё усмот­ре­ние рас­по­ря­жаться своей жиз­нью. Ситу­а­ция начала ради­каль­ным обра­зом меняться с 1664 по 1682 годы, когда почти всех слуг в боль­шин­стве англий­ских коло­ний обра­тили в раб­ство в соот­вет­ствии с новыми кодек­сами о рабовладении. 

Тре­тью группу под­не­воль­ных работ­ни­ков состав­ляли бед­няки из Англии и дру­гих евро­пей­ских стран. Насе­ле­ние коло­ний состо­яло при­мерно на две трети из англи­чан и на одну треть из нем­цев, фран­цу­зов и про­чих евро­пей­ских наци­о­наль­но­стей. Задав­лен­ным отвра­ти­тель­ными усло­ви­ями труда, мизер­ными зар­пла­тами, голо­дом, людям попро­сту было некуда деваться, и мно­гие под­да­ва­лись на рекламу «аме­ри­кан­ской мечты». Зазы­вали новых коло­ни­стов всеми воз­мож­ными спо­со­бами, вклю­чая под­дель­ные письма от род­ствен­ни­ков или зна­ко­мых, уплыв­ших в Аме­рику и опи­сы­вав­ших свою рай­скую жизнь. Поскольку билет до завет­ной «воль­ницы» стоил от 6 до 10 фун­тов стер­лин­гов — неподъ­ём­ная для тру­дя­ще­гося сумма, для его при­об­ре­те­ния боль­шин­ству жела­ю­щих уехать при­хо­ди­лось под­пи­сы­вать кон­тракт на отра­ботку по при­бы­тии на мате­рик. Отсюда и пошло назва­ние «закон­трак­то­ван­ные». Заклю­чался такой кон­тракт обычно на 7 лет. Усло­вия пере­езда можно срав­нить с достав­кой негров из Африки: тес­ные, наби­тые по мак­си­муму поме­ще­ния, тух­лая вода и пере­со­лен­ная еда — вот что ждало «путе­ше­ствен­ни­ков». Далеко не все пере­жи­вали пла­ва­ние, в связи с чем бывали слу­чаи дого­вора между хозя­и­ном корабля и выжив­шими, что послед­ние рас­пла­тятся за умер­ших. Как гово­рится, «это надо не мёрт­вым, это надо живым»

Поло­же­ние таких рабо­чих было не лучше, а порой даже хуже раб­ского, ибо хозяин пони­мал вре­мен­ность его пре­бы­ва­ния и пытался выжать все соки с мини­маль­ными затратами.

Помимо этого, широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­чила высылка пре­ступ­ни­ков. Учи­ты­вая англий­ские законы того вре­мени, под такую кате­го­рию лиц попа­дали очень мно­гие: не только воры или убийцы, но и про­стые бро­дяги, выска­зав­ши­еся дурно о хозя­ине и т. д.

Конечно, в Аме­рику были не про­тив при­е­хать ква­ли­фи­ци­ро­ван­ные мастера, кото­рые из-за нехватки рабо­чей силы дей­стви­тельно полу­чали жало­ва­ние на 30–100 % больше, чем в Европе.

Этим людям или же их потом­кам в буду­щем пред­сто­яло сфор­ми­ро­вать рабо­чее дви­же­ние. Мы можем выде­лить сле­ду­ю­щие фак­торы, ока­зав­шие на него наи­боль­шее влияние:

  1. Как известно, рост про­мыш­лен­но­сти неиз­бежно ведёт к появ­ле­нию и при­умно­же­нию про­ле­та­ри­ата. Поэтому пер­вый и реша­ю­щий фак­тор — это раз­ви­тие про­мыш­лен­но­сти. Как уже было ска­зано выше, мет­ро­по­лия вся­че­ски пыта­лась затор­мо­зить раз­ви­тие коло­ний путём ввода запрета на про­из­вод­ство и про­дажу целого перечня това­ров, в том числе изде­лий из шер­сти и железа. Плюс ко всему про­чему, вло­же­ния в ману­фак­туры были недо­ста­точны, и в обще­стве суще­ство­вали предубеж­де­ния по поводу роста про­мыш­лен­но­сти, мол, он ведёт к без­ду­хов­но­сти. После созда­ния Соеди­нён­ных Шта­тов к пре­пят­ствиям при­ба­ви­лись евро­пей­ский дем­пинг и отсут­ствие про­тек­ци­о­низма, хотя огра­ни­че­ния мет­ро­по­лии, само собой, отпали. Тем не менее, в «Север­ных» шта­тах быст­рыми тем­пами раз­ви­ва­лись тор­говля, ремёсла и ману­фак­туры, но тор­го­вые связи тор­мо­зи­лись отсут­ствием доста­точно хоро­ших путей сооб­ще­ния и недо­стат­ком денег: тор­го­вый баланс с мет­ро­по­лией обычно был отрицательным;
  2. После обра­зо­ва­ния США и до пер­вой поло­вины XIX века феде­раль­ное пра­ви­тель­ство нахо­ди­лось в руках план­та­то­ров-рабо­вла­дель­цев Юга;
  3. Дол­гое время капи­та­лизм в Север­ной Аме­рике мог раз­ви­ваться не только интен­сивно, но и экс­тен­сивно за счёт осво­е­ния бес­край­них территорий;
  4. Раз­де­ле­ние шта­тов на «Север­ные», в кото­рых про­мыш­лен­ность была более раз­вита, и на «Южные», где широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­чило план­та­тор­ское хозяй­ство. Соот­вет­ственно, на Юге система наём­ного труда раз­ви­ва­лась зна­чи­тельно мед­лен­нее, чем на Севере, так как затраты на рабов и «закон­трак­то­ван­ных» при работе на табач­ных, маи­со­вых и инди­го­вых план­та­циях (хло­пок и сахар стали выра­щи­вать не сразу) ниже, нежели на сво­бод­ных рабо­чих. План­та­торы, к слову, не явля­лись эда­кими «мах­ро­выми» фео­да­лами. Их хозяй­ства несли в себе капи­та­ли­сти­че­ский век­тор раз­ви­тия, так как несмотря на исполь­зо­ва­ние дока­пи­та­ли­сти­че­ских мето­дов экс­плу­а­та­ции, спо­соб­ство­вали раз­ви­тию внут­ри­а­ме­ри­кан­ского и миро­вого рын­ков. Более того, сами хозя­ева сель­хоз­уго­дий не брез­го­вали вкла­ды­ваться в тор­го­вые и финан­со­вые предприятия;
  5. Система раб­ства, про­цве­тав­шая в «Южных» шта­тах, ока­зы­вала нега­тив­ное вли­я­ние на зара­бот­ные платы в «Север­ных» коло­ниях, так как рабы счи­та­лись дешё­вой рабо­чей силой, и часть ремес­лен­ни­ков пред­по­чи­тала их наём­ным работ­ни­кам или «закон­трак­то­ван­ным», что умень­шало затраты на обу­че­ние новых рабо­чих рук;
  6. Семи­лет­няя война. Её зна­че­ние мы рас­смот­рим чуть позже;
  7. Также на раз­ви­тие рабо­чего дви­же­ния зна­чи­тельно ска­зы­ва­лись расо­вые пред­рас­судки рабо­чих: нетер­пи­мость к неграм и индейцам;
  8. Недо­ста­ток в рабо­чей силе и необ­хо­ди­мость её ввоза из дру­гих регионов;
  9. Боль­шое коли­че­ство неза­ня­той земли. Однако не стоит думать, что её мог взять любой жела­ю­щий. Засе­ле­ние неосво­ен­ных тер­ри­то­рий было тесно свя­зано с клас­со­вой борь­бой, поскольку на них уже пре­тен­до­вали мест­ные вла­сти и план­та­торы. Феде­раль­ное пра­ви­тель­ство не гну­ша­лось кара­тель­ных экспедиций
  10. Сла­бая раз­ви­тость инсти­тута найма рабо­чей силы. Исходя из оби­лия неза­ня­той Земли в Север­ной Аме­рике, для коло­ни­стов было пред­по­чти­тель­нее пере­се­литься в дру­гие места и ста­но­виться сво­бод­ными фермерами;
  11. Широ­кое рас­про­стра­не­ние нату­раль­ного хозяй­ства. Исходя из того, что боль­шин­ство жите­лей коло­ний явля­лись фер­ме­рами, а пути сооб­ще­ния раз­виты были очень слабо, обычно фер­мер­ские семей­ства обес­пе­чи­вали себя сами прак­ти­че­ски всем, в чём нуж­да­лись, вклю­чая одежду и изде­лия из железа;
  12. Помимо всего про­чего, бур­жу­а­зия раз­жи­гала и подо­гре­вала кон­фликты между рабо­чими, давно обос­но­вав­ши­мися в коло­ниях, и вновь при­быв­шими — мигрантами.

Наём­ные работ­ники начали появ­ляться в при­мор­ских тор­го­вых горо­дах. Основ­ными отрас­лями про­мыш­лен­но­сти на тот момент явля­лись кораб­ле­стро­е­ние, пиво­ва­ре­ние, муко­моль­ное дело, бочар­ное дело, дуб­ле­ние, шор­ное дело и обра­ботка железа. По ряду при­чин рабы и закон­трак­то­ван­ные не под­хо­дили для работы на ману­фак­ту­рах и в мастер­ских. Во-пер­вых, раба или слугу («закон­трак­то­ван­ного») нужно кор­мить все­гда, даже в слу­чае про­стоя, а наём­ного работ­ника можно про­сто уво­лить; во-вто­рых, если раб или слуга сбе­гали, это сулило боль­шие потери хозя­ину; в-тре­тьих, рабам и слу­гам обычно тре­бо­ва­лось обу­че­ние перед нача­лом работы, в то время как наём­ные работ­ники при­хо­дили уже с тре­бу­е­мыми навы­ками; и, в-чет­вёр­тых, раб или слуга имеют крайне низ­кую заин­те­ре­со­ван­ность в резуль­та­тах своей работы, в отли­чие от сво­бод­ного рабо­чего, чья зар­плата зави­сит от резуль­та­тов дея­тель­но­сти. В конеч­ном итоге, найм обхо­дился дешевле под­не­воль­ного труда.

Уже к 1715 году в коло­ни­аль­ных газе­тах не были дико­вин­кой пред­ло­же­ния о найме. А в 1770 г. в Нью-Йорке учре­дили бюро по найму. Всё это сви­де­тель­ствует о раз­ви­тии и укреп­ле­нии капи­та­ли­сти­че­ских спо­со­бов экс­плу­а­та­ции в каче­стве доминирующих.

Первые рабочие движения и организации

Ран­ние орга­ни­за­ции тру­дя­щихся начали появ­ляться ещё в конце XVII века в виде локаль­ного объ­еди­не­ния рабо­чих для дости­же­ния своих бли­жай­ших целей. Напри­мер, в 1734 году моло­дые слу­жанки из Нью-Йорка объ­еди­ни­лись для улуч­ше­ния усло­вий труда. В связи с чем была пуб­ли­ка­ция в газете «Нью-Йорк уикли джорнэл»:

«В городе есть много жен­щин, гото­вых в наши тяжё­лые дни пойти в услу­же­ние, но мы вынуж­дены поста­вить вам усло­вия. Мы по спра­вед­ли­во­сти счи­таем, что мужья хозяек не должны бить нас, поскольку они, как муж­чины, сильны и спо­собны нане­сти жен­щине телес­ные повре­жде­ния. Хозяйки, жела­ю­щие нанять слу­жанку и гото­вые дать пору­чи­тель­ство за своих мужей, смо­гут тако­вую полу­чить»8 .

Име­лось даже несколько гиль­дий, одна из кото­рых была обра­зо­вана в 1724 году — ассо­ци­а­ция плот­ни­ков в Фила­дель­фии. Конечно, они пыта­лись регу­ли­ро­вать зара­бот­ную плату, время и усло­вия труда, но из-за малого числа и раз­бро­сан­но­сти рабо­чих гиль­дии не могли эффек­тивно выпол­нять свою роль. К тому же часто в них вхо­дили только хозя­ева мастерских.

Опре­де­лён­ное рас­про­стра­не­ние в севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ниях Англии полу­чили бла­го­тво­ри­тель­ные обще­ства масте­ров-ремес­лен­ни­ков и под­ма­сте­рьев. Обычно они не зани­ма­лись вопро­сами зар­платы и усло­ви­ями труда, а своей целью ста­вили помощь чле­нам обще­ства в труд­ной ситу­а­ции, напри­мер, в слу­чае болезни, несов­ме­сти­мой с рабо­той, а также ока­за­ние финан­со­вой под­держки вдо­вам и сиро­там, чьи мужья и отцы состо­яли в обществе.

Пер­вые заба­стовки нача­лись уже к концу 17 века. Напри­мер, в 1684 году ломо­вые извоз­чики отка­за­лись выво­зить мусор до повы­ше­ния рас­це­нок. Однако это были ещё не насто­я­щие заба­стовки про­тив капи­та­ли­стов, а про­те­сты про­тив фик­си­ро­ва­ния рас­це­нок на работу мест­ными властями.

Пер­вым рабо­чим дви­же­нием в севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ниях Англии при­нято счи­тать вос­ста­ние в Виг­ри­нии под руко­вод­ством Ната­ни­эля Бэкона. Про­изо­шло оно в 1676 году. Его дви­жу­щей силой стали воз­му­щён­ные при­тес­не­ни­ями со сто­роны адми­ни­стра­ции бед­няки и фер­меры, живу­щие в при­гра­нич­ных рай­о­нах. Они доби­лись отмены закона, запре­щав­шего юри­ди­че­ски сво­бод­ным бед­ня­кам изби­рать чле­нов палаты пред­ста­ви­те­лей. Таким обра­зом, неза­ви­си­мые бед­няки полу­чили право изби­рать в при­ход­ский совет наравне с собственниками.

Вос­став­шие заняли сто­лицу штата — Джейм­стаун, и насто­яли на своих тре­бо­ва­ниях. Ната­ни­эль Бэкон не пла­ни­ро­вал оста­нав­ли­ваться на достиг­ну­том и хотел спро­во­ци­ро­вать рево­лю­ци­он­ные выступ­ле­ния во всех шта­тах с после­ду­ю­щим отде­ле­нием от Англии. Однако его пла­нам не суж­дено было сбыться: вне­зап­ная смерть Бэкона дез­ори­ен­ти­ро­вала вос­став­ших и вскоре все демо­кра­ти­че­ские заво­е­ва­ния были лик­ви­ди­ро­ваны реакцией.

Вслед за ним про­ис­хо­дили и дру­гие вос­ста­ния, к при­меру, в 1689 году в Нью-Йорке под руко­вод­ством Лей­слера, но повстанцы также были подав­лены. Однако эта борьба не про­шла напрасно и при­вела в даль­ней­шем к спло­че­нию рабо­чих и ремесленников.

Как уже вскользь упо­ми­на­лось выше, целый пере­чень про­дук­тов, в их числе: табак, шерсть, сахар и мно­гие дру­гие, — раз­ре­ша­лось экс­пор­ти­ро­вать сугубо в мет­ро­по­лию, а вывоз сви­нины, пше­ница, масла и т. д. был вовсе запре­щён. Однако запреты соблю­да­лись очень плохо вплоть до 1763 года, когда, завер­шив семи­лет­нюю войну (1756–1763), Англия обес­по­ко­и­лась лояль­но­стью своих севе­ро­аме­ри­кан­ских коло­ний. На тот момент почти 90 % аме­ри­кан­ских куп­цов участ­во­вали в кон­тра­банде. В 1764 году пар­ла­мент Вели­ко­бри­та­нии одоб­рил «Акты Грен­вилля», вво­див­шие стро­гое обло­же­ние целого ряда това­ров, в том числе сахара и патоки, что било по инте­ре­сам участ­ни­ков «тре­уголь­ной торговли».

Почему лояль­ность пона­до­би­лась именно после Семи­лет­ней войны? Во-пер­вых, Бри­та­ния устра­нила сво­его глав­ного сопер­ника в реги­оне — Фран­цию; во-вто­рых, после войны тре­бо­ва­лось попол­нить казну путём обло­же­ния нало­гами и пошли­нами коло­ний; и, в-тре­тьих, Англии тре­бо­ва­лись новые рынки сбыта. Конечно, послед­ний пункт свя­зан не с вой­ной, а с про­мыш­лен­ным пере­во­ро­том, но по вре­мени сов­пал с окон­ча­нием бое­вых действий.

Семи­лет­няя война дала силь­ный тол­чок для раз­ви­тия само­со­зна­ния жите­лей коло­ний, а, сле­до­ва­тельно, и рабо­чего дви­же­ния, поскольку:

  • Насе­ле­ние коло­ний при­ни­мало уча­стие в войне и пола­гало, что победа достиг­нута их усилиями;
  • Часть коло­ни­стов полу­чили воен­ную под­го­товку и бое­вой опыт;
  • Вовсю стала рабо­тать желе­зо­де­ла­тель­ная и ору­жей­ная про­мыш­лен­ность, кото­рая, хотя и была запре­щена мет­ро­по­лией, успешно раз­ви­ва­лась на постав­ках англий­ской армии;
  • По тем же при­чи­нам бур­ное раз­ви­тие полу­чила торговля.

Тем не менее, бла­го­дар­ность мет­ро­по­лии была весьма спе­ци­фич­ная: уси­ле­ние кон­троля, вве­де­ние посто­ян­ных войск, непо­мер­ное нало­го­об­ло­же­ние. Насе­ле­ние это никак не устра­и­вало. Дей­ствия англий­ского пра­ви­тель­ства при­вели к тому, что рево­лю­ци­он­ные обще­ства росли как грибы после дождя.

«Сыны сво­боды» стали одной из пер­вых бое­вых анти­ан­глий­ских орга­ни­за­ций, чья дея­тель­ность выхо­дила за рамки легаль­но­сти. Воз­никли они в 1765 году. Стро­и­лось обще­ство по-раз­ному в раз­ных коло­ниях и фак­ти­че­ски не было еди­ной орга­ни­за­цией. Состо­яло пре­иму­ще­ственно из ремес­лен­ни­ков, вла­дель­цев мастер­ских, масте­ро­вых, чер­но­ра­бо­чих, подён­ных рабо­чих, во главе кото­рых сто­яли купцы и ремес­лен­ные мастера. Бли­жай­шим своим союз­ни­ком «Сыны сво­боды» счи­тали фер­ме­ров. Таким обра­зом, это была пер­вая в Аме­рике орга­ни­за­ция пред­про­ле­та­ри­ата, полу­чив­шая широ­кое распространение.

В мир­ное время дея­тель­ность обще­ства в основ­ном заклю­ча­лась в аги­та­ции насе­ле­ния, под­дер­жа­нию бой­кота англий­ских това­ров и еже­не­дель­ной орга­ни­за­ции круж­ков для негра­мот­ных, на кото­рых зачи­ты­вали ста­тьи из газет, листовки и прокламации.

«Сыны сво­боды» стали пер­вой орга­ни­за­цией в Аме­рике, полу­чив­шей под­держку среди жен­щин, — «доче­рей сво­боды». Они спо­соб­ство­вали бой­коту англий­ских това­ров и сабо­тажу импорта из мет­ро­по­лии. Помимо них суще­ство­вали «сыны Неп­туна», состо­яв­шие из мат­ро­сов и про­чих тру­дя­щихся, свя­зан­ных с морем. Такое коли­че­ство орга­ни­за­ций с раз­ным назва­нием и при­мерно одной целью лиш­ний раз под­твер­ждает децен­тра­ли­зо­ван­ность «Сынов свободы».

Между про­чим, рас­смат­ри­ва­е­мая орга­ни­за­ция имела меж­ду­на­род­ную под­держку: в Дуб­лине появи­лась их ячейка, ока­зы­вав­шая финан­со­вую и мораль­ную помощь, а также вер­бо­вав­шая ирланд­ских либе­ра­лов и ради­ка­лов в кон­ти­нен­таль­ную армию Джор­джа Вашинг­тона. Ещё «сынов сво­боды» под­дер­жало лон­дон­ское кон­сти­ту­ци­он­ное обще­ство, помо­гав­шее день­гами вдо­вам и детям аме­ри­кан­цев, пав­ших в Кон­корд­ской битве.

Вто­рым вос­ста­нием, на кото­ром мы заост­рим вни­ма­ние, было выступ­ле­ние «регу­ля­то­ров» в 1765-1766 годах. «Регу­ля­торы» состо­яли в основ­ном из фер­ме­ров и наи­боль­шее рас­про­стра­не­ние полу­чили в Нью-Йорке. Высту­пали они про­тив фео­даль­ных инсти­ту­тов и отка­зы­ва­лись пла­тить ренту, то есть выра­жали инте­ресы фер­ме­ров в борьбе за землю. Боль­шое коли­че­ство неза­ня­той земли дол­гое время слу­жило отду­ши­ной, сби­ва­ю­щей рево­лю­ци­он­ный накал, но на тот момент из-за поли­тики мет­ро­по­лии и внут­рен­ней реак­ции ситу­а­ция начала выхо­дить из-под кон­троля власть иму­щих. Вос­став­шие даже пред­при­ни­мали попытки объ­еди­ниться с «сынами сво­боды», но без­успешно. Одной из глав­ных при­чин про­вала союза стала децен­тра­ли­за­ция рево­лю­ци­он­ных орга­ни­за­ций. В конеч­ном итоге, реак­ция ока­за­лась силь­нее демо­кра­ти­че­ского дви­же­ния, и вос­ста­ние было подавлено.

Но рево­лю­ци­о­неры не дре­мали ни до, ни после выступ­ле­ния «регу­ля­то­ров». Так, к 1 ноября 1765 года, когда закон о гер­бо­вом сборе дол­жен был всту­пить в силу, в Аме­рике не ока­за­лось ни гер­бо­вой бумаги, под­ле­жа­щей обло­же­нию, ни сбор­щи­ков. Бумагу либо уни­что­жали, либо отправ­ляли обратно в Англию, сбор­щи­ков же застав­ляли отречься от долж­но­сти, а несго­вор­чи­вых обва­ли­вали в дёгте и перьях.

Вслед за этим начался бой­кот англий­ских това­ров, кото­рый длился с пере­мен­ным успе­хом почти до окон­ча­ния Войны за неза­ви­си­мость. Для при­мера, ввоз англий­ских това­ров с 1768 по 1769 год упал с 2 378 000 фун­тов стер­лин­гов до 1 654 000. Важ­ную роль в бой­коте сыг­рало обще­ствен­ное мне­ние и повсе­мест­ный отказ от про­дук­ции мет­ро­по­лии, ибо купцы были вынуж­дены под­чи­ниться, так как товары из Англии никто не покупал.

Посте­пенно кон­фликты с англи­ча­нами стали при­ни­мать все­об­щий харак­тер и выхо­дить за рамки бой­кота. Так, 5 марта 1770 года в Бостоне про­изо­шло столк­но­ве­ние между рабо­чими и сол­да­тами, запом­нив­ше­еся как «Бостон­ская бойня». При­чина была доста­точно про­ста: рас­квар­ти­ро­ван­ные сол­даты для допол­ни­тель­ного зара­ботка устра­и­ва­лись в порт за мень­шую зар­плату, чем мест­ные рабо­чие, тем самым ухуд­шая усло­вия труда для населения.

Собы­тия в Бостоне пока­зали готов­ность народ­ных масс к рево­лю­ции, тем не менее, ещё целый год они тре­бо­вали прав и сво­бод, облег­че­ния сво­его поло­же­ния с ору­жием в руках.

После 1770 года рево­лю­ци­он­ное дви­же­ние воз­гла­вили план­та­торы, купцы и адво­каты, ото­дви­нув­шие масте­ро­вых на зад­ний план. Тем не менее, боль­шин­ством участ­ни­ков дви­же­ния оста­ва­лись фер­меры и рабочие.

К этому вре­мени англий­ское пра­ви­тель­ство решило испро­бо­вать дру­гую так­тику борьбы с сепа­ра­тиз­мом. Были отме­нены печально извест­ные акты Таун­шенда, вве­дён­ные в 1767 году. Они вво­дили обло­же­ние пошли­нами краски, бумаги, стекла, свинца и чая. Плюс ко всему, чинов­ники начи­нали полу­чать зар­плату из фонда сбора пошлин. После их отмены объём тор­говли резко вырос почти в два раза. Отмена этих актов ока­за­лась доста­точ­ной для успо­ко­е­ния куп­цов, однако в насе­ле­нии уже пылала нена­висть к мет­ро­по­лии, и этими уступ­ками англи­чане ничего не добились.

Наи­бо­лее извест­ным собы­тием кам­па­нии бой­ко­тов стало «бостон­ское чае­пи­тие», орга­ни­зо­ван­ное не без уча­стия «сынов сво­боды». В декабре 1773 года жители Бостона, пере­одев­шись индей­цами, выбро­сили в море круп­ную пар­тию англий­ского чая в знак про­те­ста про­тив нало­го­об­ло­же­ния. В ответ пар­ла­мент одоб­рил 5 репрес­сив­ных актов:

  1. Закрыть бостон­ский порт;
  2. Лишить Мас­са­чу­сетс кон­сти­ту­ци­он­ной хар­тии (само­управ­ле­ния);
  3. Раз­ре­шить отправ­лять лиц, заме­шан­ных в анти­ан­глий­ской дея­тель­но­сти, под суд в Англию или в дру­гие колонии;
  4. Обя­зать мест­ных жите­лей в слу­чае отсут­ствия казарм раз­ме­щать англий­ские вой­ска у себя дома;
  5. При­со­еди­нить к про­вин­ции Кве­бек земли северо-запад­нее Аллеган.

Эти пять «нестер­пи­мых» актов, как про­звали их коло­ни­сты, не осла­били рево­лю­ци­он­ный накал, а, напро­тив, уси­лили его. В коло­ниях созда­лась рево­лю­ци­он­ная ситу­а­ция, когда «низы» не хотят по-ста­рому, а «верхи» не могут по-ста­рому. Широ­кие массы начали активно втя­ги­ваться в рево­лю­ци­он­ную борьбу.

Рас­ста­новка клас­со­вых сил была при­мерно такой: на сто­роне «лоя­ли­стов» сто­яли круп­ные зем­ле­вла­дельцы, южные план­та­торы, купцы, веду­щие легаль­ную тор­говлю с Англией, и духо­вен­ство англи­кан­ской церкви. В общей слож­но­сти за ними шла при­мерно треть населения.

На сто­роне «пат­ри­о­тов» были фер­меры, скват­теры, рабо­чие, земель­ные спе­ку­лянты, ремес­лен­ники, план­та­торы, заин­те­ре­со­ван­ные в работе на аме­ри­кан­ский рынок, мел­кая город­ская бур­жу­а­зия, боль­шая часть купе­че­ства, а также заня­тая во внут­рен­ней тор­говле и про­мыш­лен­но­сти наци­о­наль­ная буржуазия.

Недо­воль­ство план­та­то­ров вызы­ва­лось тем, что англий­ское пра­ви­тель­ство на своё усмот­ре­ние уста­нав­ли­вало цену на сель­ско­хо­зяй­ствен­ную про­дук­цию. Спе­ку­лянты зем­лёй были недо­вольны запре­том 1763 года на пере­се­ле­ние запад­нее Аппа­лач­ского хребта. Хотя стоит отме­тить, что мно­гие план­та­торы и тор­го­вая бур­жу­а­зия под­дер­жи­вали рево­лю­цию зача­стую из сооб­ра­же­ний спе­ку­ля­ции на воен­ных поставках.

Сто­рон­ники рево­лю­ции дели­лись на кон­сер­ва­тив­ное и ради­каль­ное кры­лья. К пер­вым отно­си­лись купцы, план­та­торы и т. п. А к послед­ним — рабо­чие и мел­кие фер­меры. Воз­глав­ляли кон­сер­ва­тив­ное крыло Вашинг­тон, Гамиль­тон, Ран­дольф, Дикин­сон, Рэт­ледж, Джей и Гэллоуэй.

Демо­кра­ти­че­ские слои воз­глав­ляли либе­рально настро­ен­ные план­та­торы и купцы, а также такие люди, как Джеф­фер­сон, Адамс, Фран­клин, Пэйн, Сирс, Генри Гад­сден и Лэмб. Вышед­шие из народа руко­во­ди­тели не имели клас­со­вой орга­ни­за­ции и про­граммы, поэтому место в кон­грессе для них было заказано. 

По боль­шому счёту, про­грамма рабо­чего дви­же­ния на тот момент заклю­ча­лась в осу­ществ­ле­нии поло­же­ний Декла­ра­ции неза­ви­си­мо­сти, кото­рую тру­дя­щи­еся встре­тили с вос­тор­гом. Во мно­гом это объ­яс­ня­ется клас­со­вым соста­вом насе­ле­ния: боль­шин­ство коло­ни­стов явля­лось мел­кими соб­ствен­ни­ками и более ради­каль­ных дей­ствий поз­во­лить себе не могло.

Трудящиеся в армии Вашингтона

Война за неза­ви­си­мость нача­лась в 1775 году. Кон­ти­нен­таль­ная армия под руко­вод­ством Джор­джа Вашинг­тона состо­яла почти пол­но­стью из фер­ме­ров, рабо­чих, ремес­лен­ни­ков, то есть из тех, кому было нечего терять, и кто сра­жался за свои кров­ные инте­ресы. По боль­шому счёту, армия Вашинг­тона была армией тру­дя­щихся под руко­вод­ством экс­плу­а­та­то­ров. Тот же Джордж Вашинг­тон являлся плантатором.

Также на сто­роне рево­лю­ции высту­пили мно­гие рабы. Пона­чалу, конечно, они под­дер­жали англи­чан, сулив­ших сво­боду, но вскоре штаты один за дру­гим пообе­щали сво­боду каж­дому, всту­пив­шему в рево­лю­ци­он­ную армию. Аме­ри­канцы пре­красно пони­мали, что воюют за свою сво­боду, бла­го­даря чему пере­жи­вали труд­но­сти и невзгоды, нехватку эле­мен­тар­ной одежды и бое­при­па­сов. Англи­чане же были демо­ра­ли­зо­ваны, вынуж­дены сра­жаться вда­леке от дома и не видели сво­его лич­ного инте­реса в войне.

Правда, не одним мораль­ным пре­вос­ход­ством была достиг­нута победа. Аме­ри­канцы обла­дали зна­чи­тельно луч­шей так­ти­кой: широко прак­ти­ко­вали пар­ти­зан­ские отряды, исполь­зо­вали рас­сып­ной бой вме­сто уста­рев­ших линей­ных постро­е­ний. Плюс ко всему, аме­ри­кан­ская армия долго укло­ня­лась от гене­раль­ного сра­же­ния, нанося посто­ян­ные удары по противнику.

Однако боль­шие труд­но­сти вызы­вала сла­бость цен­траль­ной госу­дар­ствен­ной вла­сти и силь­ные сепа­ра­тист­ские настро­е­ния в шта­тах: «моя хата с краю». Имели место слу­чаи неже­ла­ния объ­еди­няться и местеч­ко­вого наци­о­на­лизма. После выхода рево­лю­ци­он­ной армии за пре­делы штата немало бой­цов при­ни­мало реше­ние про­сто вер­нуться домой.

Ситу­а­ция с обес­пе­че­нием аме­ри­кан­ской армии была пла­чев­ной и усу­губ­ля­лась раз­гу­лом спе­ку­ля­ции и взвин­чи­ва­нием цен. Цен­траль­ная власть пыта­лась уре­гу­ли­ро­вать про­блемы, но всё тщетно. Дело дохо­дило даже до бунта в армии, тем не менее, на аги­та­цию англи­чан вой­ска не поддавались.

3 сен­тября 1783 в Вер­сале был под­пи­сан мир­ный дого­вор между Англией и США. По нему быв­шая мет­ро­по­лия при­зна­вала неза­ви­си­мость своих три­на­дцати коло­ний, остав­ляя за собой Канаду, Нью­фа­унд­ленд и Вест-Индию.

Борьба после победы буржуазной революции

Несмотря на победу аме­ри­кан­ской бур­жу­аз­ной рево­лю­ции, клас­со­вая борьба не ослабла, но напро­тив, только наби­рала обо­роты, что вызы­ва­лось рядом при­чин. Во-пер­вых, веде­ние войны тре­бо­вало серьёз­ных денеж­ных вли­ва­ний, однако Кон­гресс не обла­дал пра­вом вве­де­ния нало­гов и сбо­ров, поэтому он дей­ство­вал как мог: путём эмис­сии бумаж­ных денег, что при­вело к колос­саль­ной инфля­ции. Как след­ствие, выросли цены на все товары и уве­ли­чи­лись долги насе­ле­ния. Сред­няя задол­жен­ность соста­вила около 200 дол­ла­ров, пре­вы­шая сред­ний еже­год­ный доход на 150 дол­ла­ров. Более того, с окон­ча­нием войны на аме­ри­кан­ский рынок стали посту­пать дешё­вые англий­ские товары, нанося силь­ный удар по мест­ным про­из­во­ди­те­лям. Но и этим не огра­ни­чи­ва­лись про­блемы: казна опу­стела и выпла­чи­вать жало­ва­ние сол­да­там было попро­сту нечем.

После победы над Англией бур­жу­а­зия и план­та­торы пола­гали, что рево­лю­ция завер­ши­лась, однако народ­ные массы так не думали. Уже в июне 1783 года про­изо­шло вос­ста­ние в армей­ских рядах: повстанцы напра­ви­лись в Фила­дель­фию для истре­бо­ва­ния у Кон­гресса своих денег. Правда, все его члены бежали и коман­до­ва­нию уда­лось вре­менно успо­ко­ить сол­дат. В ноябре того же года после завер­ше­ния эва­ку­а­ции англий­ских войск руко­вод­ство страны при­няло реше­ние о роспуске армии.

В 1783 году по США про­ка­тился ряд вос­ста­ний долж­ни­ков и разо­рив­шихся фер­ме­ров, тре­бо­вав­ших даль­ней­ших демо­кра­ти­че­ских пре­об­ра­зо­ва­ний, выпуска «дешё­вых» бумаж­ных денег и права рас­пла­чи­ваться ими за долги. Выступ­ле­ния бед­ноты носили сти­хий­ный харак­тер, были неор­га­ни­зо­ван­ными и не имели чёт­кой цели. Вос­став­шие гро­мили суды и зако­но­да­тель­ные учре­жде­ния, про­ры­ва­лось сти­хий­ное недо­воль­ство масс.

Ана­ло­гич­ный харак­тер носило вос­ста­ние фер­ме­ров и ремес­лен­ни­ков Мас­са­чу­сетса осе­нью 1786 года под руко­вод­ством вете­рана Войны за неза­ви­си­мость Дани­еля Шейса. Число вос­став­ших дости­гало 8-10 тысяч чело­век. Они назы­вали себя «регу­ля­то­рами», пока­зы­вая пре­ем­ствен­ность с дви­же­нием 1765–1766 гг. Это были наи­бо­лее после­до­ва­тель­ные бур­жу­аз­ные демо­краты. Их основ­ные тре­бо­ва­ния можно сфор­му­ли­ро­вать так:

  • Рав­ное рас­пре­де­ле­ние земли и богатства;
  • Отмена дол­гов;
  • Спра­вед­ли­вое судопроизводство.

Исхо­дили вос­став­шие из того, что раз соб­ствен­ность коло­ний защи­ща­лась всеми её жите­лями, то и при­над­ле­жать должна каж­дому граж­да­нину США на рав­ных условиях.

В декабре 1786 года вос­став­шие создали Коми­тет сем­на­дцати — вер­хов­ное коман­до­ва­ние. Это была попытка кон­со­ли­ди­ро­вать всё дви­же­ние, кото­рая не увен­ча­лась успе­хом. Ряд пора­же­ний, в том числе неудач­ная попытка овла­деть арсе­на­лом в Спринг­филде, при­вели к серьёз­ному мораль­ному и физи­че­скому ущербу дви­же­нию. В фев­рале 1787 года «регу­ля­то­рам» было нане­сено пора­же­ние, от кото­рого они уже не смогли окле­маться: повстанцы раз­би­лись на мел­кие группки, и вскоре вос­ста­ние пода­вили. Коми­тет сем­на­дцати был аре­сто­ван, пре­дан суду и три­на­дцать его участ­ни­ков при­го­во­рены к смерт­ной казни, в их числе и Шейс. Правда, позже их помиловали.

Дви­же­ние Шейса воз­никло в пик подъ­ёма демо­кра­ти­че­ского дви­же­ния и стало его куль­ми­на­цией. Оно выдви­гало наи­бо­лее «левые» тре­бо­ва­ния за всё время бур­жу­аз­ной рево­лю­ции, а его участ­ники явля­лись наи­бо­лее после­до­ва­тель­ными бур­жу­аз­ными демо­кра­тами, рево­лю­ци­он­ными демо­кра­тами, если так будет угодно. Их уклон «влево» вызы­вался клас­со­вым соста­вом: дере­вен­ская бед­нота, обед­нев­шие фер­меры, неко­то­рое число рабо­чих и ремесленников.

Тру­дя­щи­еся после войны оста­лись у раз­би­того корыта, но бур­жу­а­зия и план­та­торы обо­га­ти­лись за их счёт. После заво­е­ва­ния неза­ви­си­мо­сти отпали огра­ни­че­ния, ско­вав­шие про­мыш­лен­ность, начался эко­но­ми­че­ский рас­цвет США.

Ито­гом клас­со­вой борьбы на том этапе стала победа бур­жу­а­зии в союзе с план­та­то­рами. 25 мая 1787 года открылся кон­сти­ту­ци­он­ный кон­вент, от кото­рого тре­бо­ва­лось выра­бо­тать кон­сти­ту­цию вза­мен «ста­тей Кон­фе­де­ра­ции», кото­рые раз­лич­ные штаты рати­фи­ци­ро­вали с 1777 по 1781 годы.

В част­но­сти, засе­да­ние кон­сти­ту­ци­он­ного кон­вента решило:

  • Все долги должны быть оплачены;
  • Уплату должны про­из­ве­сти в золоте или серебре, а не «дешё­выми» бумаж­ными деньгами;
  • Отдель­ным шта­там запре­тили эмис­сию денег;
  • Сбе­жав­шие лица, свя­зан­ные услу­гами или рабо­той, под­ле­жат воз­вра­ще­нию по тре­бо­ва­нию хозяина;
  • Кон­гресс полу­чил право вво­дить тамо­жен­ные пошлины;
  • Запрет ввоза рабов может быть вве­дён, только начи­ная с 1808 года, однако рабо­тор­говля может обла­гаться нало­гами и пошлинами.

Кон­вент пре­кра­тил свою работу 17 сен­тября 1787 года. По новой кон­сти­ту­ции из-за иму­ще­ствен­ного ценза пра­вом голоса обла­дали только 120 000 чело­век из трёх миллионов.

Правда, несмотря на лик­ви­да­цию мно­гих демо­кра­ти­че­ских начи­на­ний, новая кон­сти­ту­ция США явля­лась наи­бо­лее про­грес­сив­ной ещё очень долго. Она, конечно, была шагом назад от «Декла­ра­ции неза­ви­си­мо­сти», но в мас­шта­бах Земли (осо­бенно после при­ня­тия 25 сен­тября 1791 года «Билля о пра­вах») стала самой передовой.

Война за неза­ви­си­мость ока­зала огром­ное вли­я­ние на всё чело­ве­че­ство: и на Фран­цуз­скую рево­лю­цию, и на рево­лю­ции в запад­ном полу­ша­рии. Ради­щев под впе­чат­ле­нием от собы­тий в Север­ной Аме­рике напи­сал оду «Воль­ность». Уже в 1790–1803 годах про­изо­шла рево­лю­ция в Гаити, в 1809–1825 волна вос­ста­ний про­ка­ти­лась по испан­ским коло­ниям от Мек­сики до Арген­тины, в 1822 году Бра­зи­лия объ­явила свою неза­ви­си­мость от Пор­ту­га­лии, а в 1837 о своём суве­ре­ни­тете заявила Канада. Все рево­лю­ции про­яв­ляли соли­дар­ность: побе­див­шие англи­чан аме­ри­канцы стали ока­зы­вать под­держку дру­гим зака­ба­лён­ным мет­ро­по­ли­ями странам.

Аме­ри­кан­ская бур­жу­аз­ная рево­лю­ция стала пер­вой рево­лю­цией в Запад­ном полу­ша­рии, вообще пер­вой рево­лю­цией 18 века, пер­вой рево­лю­цией без рели­ги­оз­ных требований.

Рабочее движение в США и ранние тред-юнионы

Рабо­чее дви­же­ние стало зако­но­мер­ным резуль­та­том раз­ви­тия про­мыш­лен­но­сти, что вызы­вало даль­ней­шую про­ле­та­ри­за­цию мел­ких соб­ствен­ни­ков и обо­га­ще­ние капи­та­ли­стов. В 1790-е в США начала раз­ви­ваться фаб­рич­ная система, что дало начало насто­я­щему рабо­чему дви­же­нию. Пер­вая тек­стиль­ная фаб­рика США нахо­ди­лась в Поутук­кете и при­над­ле­жала Самю­элю Слей­теру. Однако это была ещё не вполне фаб­рика, ибо машины при­ме­ня­лись только для пре­вра­ще­ния хлопка-сырца в пряжу.

В 1815 году в Вальт­геме, штат Мас­са­чуcетс, появи­лась пер­вая фаб­рика в нашем совре­мен­ном пони­ма­нии. Тогда же в тек­стиль­ной про­мыш­лен­но­сти нача­лось мас­со­вое производство.

С укруп­не­нием про­из­вод­ства стали появ­ляться и пер­вые капи­та­ли­сти­че­ские кор­по­ра­ции, захва­ты­вав­шие все сферы про­из­вод­ства. Для победы в борьбе за пра­ви­тель­ствен­ные заказы тре­бо­ва­лось иметь зна­чи­тель­ные про­из­вод­ствен­ные мощ­но­сти, ибо лако­мый кусок доста­вался тем, кто в кон­ку­рент­ной борьбе поби­вал своих сопер­ни­ков, вводя в экс­плу­а­та­цию всё новые и новые машины, что тре­бо­вало огром­ных денеж­ных вливаний.

Появ­ле­ние проф­со­ю­зов по вре­мени при­мерно сов­пало с вве­де­нием фаб­рич­ной системы. Их появ­ле­ние объ­яс­ня­ется, во-пер­вых, осо­зна­нием боль­шин­ством тру­дя­щихся невоз­мож­но­сти в оди­ночку добиться улуч­ше­ния сво­его поло­же­ния: только объ­еди­нив­шись, можно про­ти­во­сто­ять алч­ным пред­при­ни­ма­те­лям; во-вто­рых, от зара­ботка рабо­чего зави­село само его суще­ство­ва­ние: прак­ти­че­ски никто из наём­ных работ­ни­ков не вла­дел земель­ными участ­ками, спо­соб­ными слу­жить хотя бы неболь­шим под­спо­рьем; и, в-тре­тьих, отвра­ти­тель­ные усло­вия труда, тру­до­вой день 14–16 часов летом и 9-12 часов зимой при зара­бот­ных пла­тах ниже про­жи­точ­ного мини­мума. Фонер в своей книге при­во­дит сле­ду­ю­щую таблицу:

Годы179117921793179417951796179717981799
Номи­наль­ная зара­бот­ная плата232527293333313329
Сто­и­мость про­жи­точ­ного минимума424649536165606057
Реаль­ная зара­бот­ная плата555455555451525551
Таб­лица 1. Отно­ше­ние зара­бот­ной платы к сто­и­мо­сти про­жи­точ­ного мини­мума в период, когда созда­ва­лись пер­вые тред-юни­оны; 1900 г. берётся за 100 %9 .

Как можно уви­деть из таб­лицы, за рас­смат­ри­ва­е­мое деся­ти­ле­тие про­жи­точ­ный мини­мум вырос на 35,71 % при паде­нии реаль­ной зар­платы на 7,27 %, что ста­вило тру­дя­щихся на грань выживания.

Помимо про­чего, широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­чило исполь­зо­ва­ние дет­ского и жен­ского труда, поскольку им можно было выпла­чи­вать поло­вину оклада, что вело к эко­но­мии пред­при­ни­ма­те­лей и сби­вало уро­вень зар­плат. Почти поло­вину фаб­рич­ных рабо­чих состав­ляли дети, так как раз­де­ле­ние труда поз­во­лило нани­мать их для про­стых одно­тип­ных операций.

Ката­ли­за­то­ром появ­ле­ния проф­со­ю­зов сыг­рал тор­го­вый капи­та­лист, кото­рый пре­вра­тил ремес­лен­ника в обык­но­вен­ного под­ряд­чика, а сам зани­мался покуп­кой сырья и поис­ком рын­ков сбыта для гото­вой про­дук­ции. По сути, про­изо­шло фор­ми­ро­ва­ние децен­тра­ли­зо­ван­ной мануфактуры.

Пер­вые проф­со­юзы были созданы ремес­лен­ни­ками вскоре после бур­жу­аз­ной рево­лю­ции. Фаб­рич­ные рабо­чие не орга­ни­зо­вы­ва­лись на тот момент в тред-юни­оны, так как в боль­шин­стве своём были детьми и жен­щи­нами. Послед­ние зача­стую имели воз­мож­ность в край­нем слу­чае уехать в деревню. А вот ква­ли­фи­ци­ро­ван­ным масте­ро­вым деваться было некуда: либо бороться за улуч­ше­ние усло­вий труда и повы­ше­ние зар­платы, либо уми­рать голод­ной смертью.

Пер­выми посто­ян­ными орга­ни­за­ци­ями рабо­чих явля­лись сов­мест­ные с пред­при­ни­ма­те­лями «обще­ства вза­и­мо­по­мощи», ста­вив­шие перед собой цель помо­гать поте­ряв­шим кор­мильца или же лишив­шимся воз­мож­но­сти рабо­тать в резуль­тате тяжё­лой болезни. Однако празд­ник клас­со­вого мира длился недолго: уже в 1790-е годы про­изо­шёл пер­вый раз­рыв отно­ше­ний между экс­плу­а­ти­ру­е­мыми и экс­плу­а­та­то­рами: рабо­чие стали выхо­дить из «обществ вза­и­мо­по­мощи», в кото­рых состо­яли пред­при­ни­ма­тели, и созда­вать свои клас­со­вые орга­ни­за­ции для борьбы про­тив жад­но­сти капи­та­ли­стов и помощи друг другу.

До орга­ни­за­ции пер­вых проф­со­ю­зов тру­дя­щи­еся объ­еди­ня­лись во вре­мен­ные ассо­ци­а­ции. Они созда­ва­лись на время заба­сто­вок и руко­во­дили ими, а после дости­же­ния постав­лен­ных задач рас­пус­ка­лись. Правда, уже вскоре после лик­ви­да­ции вре­мен­ной ассо­ци­а­ции усло­вия труда вновь начи­нали ухуд­шаться. Так, в 1778 году под­ма­сте­рья-печат­ники Нью-Йорка, объ­еди­нив­шись, потре­бо­вали повы­ше­ния зар­плат. После удо­вле­тво­ре­ния своих тре­бо­ва­ний печат­ники более не видели смысла в ассо­ци­а­ции и рас­пу­стили её.

А в 1786 году состо­я­лась пер­вая насто­я­щая заба­стовка. Теперь борьба шла не с рас­цен­ками, утвер­ждён­ными орга­нами вла­сти, а непо­сред­ственно с пред­при­ни­ма­те­лем. Опять под­ма­сте­рья-печат­ники, только на сей раз из Фила­дель­фии, тре­бо­вали уста­но­вить оклад не ниже 6 дол­ла­ров в неделю. В при­ня­той резо­лю­ции гово­ри­лось, что они «не при­сту­пят к работе ни в одной типо­гра­фии этого города и граф­ства, если им будут пла­тить меньше 6 дол­ла­ров в неделю»10 . После отказа капи­та­ли­стов в удо­вле­тво­ре­нии тре­бо­ва­ний печат­ники бро­сили работу и начали заба­стовку, чем, в конеч­ном итоге, доби­лись успеха. Вскоре после­до­вали и дру­гие заба­стовки. Конечно, не все из них увен­ча­лись успехом.

В 1790-х годах зако­но­да­тель­ные органы ряда шта­тов при­няли нор­ма­тивно-пра­во­вые акты, запре­щав­шие рабо­чим исполь­зо­вать свои ассо­ци­а­ции вза­и­мо­по­мощи для фик­си­ро­ва­ния уровня зара­бот­ной платы. Отве­том на это послу­жило их пре­об­ра­зо­ва­ние в посто­ян­ные проф­со­юзы, кото­рые ста­вили перед собой сле­ду­ю­щие задачи:

  • Борьба за уве­ли­че­ние зара­бот­ной платы;
  • Борьба за умень­ше­ние рабо­чего дня;
  • Помощь своим чле­нам в слу­чае потери тру­до­спо­соб­но­сти, тяжё­лой болезни и т. д.

Пер­вый тред-юнион осно­вали сапож­ники Фила­дель­фии в 1792 году. Затем в 1794 году было орга­ни­зо­вано Феде­раль­ное обще­ство сапож­ни­ков Фила­дель­фии, про­су­ще­ство­вав­шее до 1806 года. Свою первую заба­стовку они про­вели в 1799 году. Дли­лась она почти 10 недель, но не увен­ча­лась успехом.

Вскоре за сапож­ни­ками начали орга­ни­зо­вы­ваться и рабо­чие дру­гих отрас­лей. Ран­ние проф­со­юзы суще­ство­вали недолго и обычно рас­пус­ка­лись в слу­чае неудач­ной заба­стовки, а ино­гда и после удач­ной, из сооб­ра­же­ний, что цели уже достиг­нуты. Правда, мно­гие тред-юни­оны вновь созда­ва­лись под новым названием.

Ран­ние проф­со­юз­ные орга­ни­за­ции явля­лись мест­ными ремес­лен­ными сою­зами, они не имели посто­ян­ных свя­зей с рабо­чими дру­гих отрас­лей или горо­дов, явля­лись неболь­шими объ­еди­не­ни­ями, дей­ство­вав­шими в рам­ках одной про­из­вод­ствен­ной отрасли. При­чи­ной этому слу­жило незна­чи­тель­ное на тот момент раз­де­ле­ние труда, что делало вполне есте­ствен­ным такие замкну­тые объединения.

Пона­чалу члены сою­зов боро­лись за сохра­не­ние сек­рета сво­его мастер­ства, про­те­стуя про­тив найма уча­щихся, бег­лых уче­ни­ков и полу­под­ма­сте­рьев. Однако их борьба была обре­чена на про­вал. На тот момент капи­та­ли­сты стали всё больше и больше при­вле­кать к работе уче­ни­ков, чья зар­плата была ниже, чем у ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных под­ма­сте­рьев. К тому же в ремес­лен­ные мастер­ские стало про­ни­кать раз­де­ле­ние труда, что вынуж­дало ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных рабо­чих обу­чать уче­ни­ков отдель­ным опе­ра­циям. Всё это при­вело к тому, что вскоре мастера вынуж­дены были доволь­ство­ваться окла­дом уче­ника. Мас­со­вое при­вле­че­ние менее ква­ли­фи­ци­ро­ван­ной рабо­чей силы объ­яс­ня­ется недо­стат­ком това­ров на рынке: капи­та­ли­сту было зна­чи­тельно важ­нее коли­че­ство про­из­ве­дён­ной про­дук­ции, нежели её каче­ство — всё равно купят.

Подоб­ное поло­же­ние вызы­вало чув­ство него­до­ва­ния у ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных под­ма­сте­рьев, кото­рые напра­вили свой гнев не про­тив пред­при­ни­ма­те­лей, а про­тив уче­ни­ков. Вскоре стало ясно, что удер­жать зар­плату ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных рабо­чих воз­можно лишь при­вле­че­нием уче­ни­ков в тред-юнионы.

Проф­со­юзы изна­чально созда­ва­лись для борьбы за права, что неми­ну­емо при­во­дило к появ­ле­нию дис­ци­плины и обя­зан­но­стей члена проф­со­юза, к кото­рым относились:

  • Обя­за­тель­ное посе­ще­ние еже­ме­сяч­ных собраний;
  • Уплата взно­сов;
  • Уплата штра­фов за непо­се­ще­ние собра­ний или за непри­стой­ное пове­де­ние на них;
  • Доб­ро­со­вест­ное выпол­не­ние своей работы;
  • Штрейк­бре­хер­ство счи­та­лось самым страш­ным пре­ступ­ле­нием для члена тред-юни­она, за кото­рое под­ле­жало немед­лен­ное исключение.

Опыт научил рабо­чих не допус­кать в свои ряды капи­та­ли­стов, чьё член­ство в сою­зах объ­яс­ня­лось двумя обстоятельствами:

  1. Рабо­чие пола­гали, что пред­при­ни­ма­тель, лично рабо­та­ю­щий в мастер­ской, был чле­ном про­из­во­дя­щего класса, а не эксплуататором;
  2. В неко­то­рых отрас­лях наблю­да­лось «сли­я­ние клас­сов»: пре­бы­ва­ние чело­века в союзе опре­де­ля­лось его зара­бот­ной пла­той. Он мог оста­ваться чле­ном тред-юни­она, даже если ста­но­вился предпринимателем.

В 1817 году Нью-Йорк­ское обще­ство печат­ни­ков стало пер­вым рабо­чим сою­зом, при­знав­шим, что допуск в орга­ни­за­цию пред­при­ни­ма­те­лей ослаб­ляет её, ибо «опыт учит нас, что поступки людей опре­де­ля­ются почти исклю­чи­тельно их инте­ре­сами, и если члены обще­ства дей­ствуют под вли­я­нием про­ти­во­ре­чи­вых инте­ре­сов и сугубо лич­ных моти­вов, то такое обще­ство не может иметь твёр­дого руко­вод­ства и ста­но­вится бес­по­лез­ным. Наш союз есть союз рабо­чих-печат­ни­ков, а поскольку инте­ресы рабо­чих отличны, а в неко­то­рых отно­ше­ниях прямо про­ти­во­по­ложны инте­ре­сам пред­при­ни­ма­те­лей, мы счи­таем неумест­ным предо­став­лять им право голоса или допус­кать их вли­я­ние на наших собра­ниях»11 .

Ран­няя так­тика рабо­чих объ­еди­не­ний заклю­ча­лась в сов­мест­ной выра­ботке шкалы тре­бу­е­мой зар­платы и зароке не согла­шаться рабо­тать за мень­шую сумму. К 1802 году рабо­чие стали изби­рать комис­сии, пред­ла­гав­шие капи­та­ли­сту шкалу тре­бу­е­мых окла­дов. В слу­чае согла­сия пред­при­ни­ма­тели ино­гда отме­ча­лись бла­го­дар­но­стью в спе­ци­аль­ных резо­лю­циях. А при отказе нередки были слу­чаи заба­сто­вок, при­чём басто­вав­шие полу­чали посо­бие из спе­ци­аль­ного фонда.

Сле­ду­ю­щими шагами в так­тике стали согла­ше­ния с пред­при­ни­ма­те­лями по типу кол­лек­тив­ных дого­во­ров и тре­бо­ва­ние «закры­той мастер­ской»: рабо­тать на пред­при­я­тии могут исклю­чи­тельно члены проф­со­юза. Проф­со­юзы запре­щали своим участ­ни­кам под стра­хом исклю­че­ния рабо­тать на хозя­ина, среди работ­ни­ков кото­рого хотя бы один не состоял в тред-юнионе.

За пер­вые 20 лет функ­ци­о­ни­ро­ва­ния проф­со­ю­зов рабо­чие стали про­дви­гать прин­ципы кол­лек­тив­ного дого­вора и мини­маль­ной зар­платы, пред­при­ни­ма­лись даже попытки уста­но­вить «закры­тую мастер­скую», были учре­ждены заба­сто­воч­ные фонды, вве­дены списки штрейк­бре­хе­ров и обмен ими с дру­гими рабо­чими орга­ни­за­ци­ями, было обес­пе­чено един­ство ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных и неква­ли­фи­ци­ро­ван­ных тру­дя­щихся, вве­дены взносы, и в жизнь стала про­во­диться клас­со­вая соли­дар­ность чле­нов тред-юни­о­нов раз­ных отрас­лей и городов.

Резуль­та­том работы пер­вых проф­со­ю­зов стало уве­ли­че­ние окла­дов. Так, напри­мер, зар­плата Мас­са­чу­сет­ских плот­ни­ков выросла с 74 цен­тов в день в 1791 году до 1,13 дол­лара в 1820 году, а зар­плата маля­ров с 1,15 дол­лара в день в 1800 году до 1,34 дол­лара в 1820 году.

Однако все эти дости­же­ния были достиг­нуты в жесто­кой клас­со­вой борьбе, вопреки сопро­тив­ле­нию судов и пред­при­ни­ма­те­лей. Послед­ние объ­еди­ня­лись в свои клас­со­вые орга­ни­за­ции с целью сни­же­ния зар­плат, вве­де­ния чёр­ных спис­ков «небла­го­на­дёж­ных» рабо­чих. Рабо­чие же орга­ни­за­ции ква­ли­фи­ци­ро­ва­лись в каче­стве заго­во­ров. Именно в такой обста­новке тру­дя­щи­еся Соеди­нён­ных Шта­тов пыта­лись отста­и­вать свои права.

Поло­же­ние о заго­во­рах нано­сило удар по кол­лек­тив­ным дого­во­рам, а, сле­до­ва­тельно, и по всему проф­со­юз­ному дви­же­нию. Так, в ноябре 1805 года глав­ный судья Фила­дель­фии обви­нил вось­ме­рых сапож­ни­ков в сго­воре для повы­ше­ния зара­бот­ной платы. Основ­ным аргу­мен­том про­тив рабо­чих стало мне­ние, будто про­мыш­лен­ники поки­нут Фила­дель­фию, если сохра­нятся рабо­чие орга­ни­за­ции. В каче­стве нака­за­ния им выпи­сали штрафы по 8 дол­ла­ров каж­дому. При­го­вор был пред­опре­де­лён самим соста­вом суда: два содер­жа­теля гости­ниц, два купца, три бакалейщика. 

При­ве­дён­ное дело послу­жило пре­це­ден­том для ана­ло­гич­ных про­цес­сов: из шести дел над сапож­ни­ками в 1806 — 1815 годах, по кото­рым сохра­ни­лись отчёты, четыре были решены не в пользу рабо­чих. В про­то­коле Питтс­бург­ского суда над сапож­ни­ками за 1815 год име­ется сле­ду­ю­щая запись:

«При­го­вор суда явля­ется крайне важ­ным для про­мыш­лен­ни­ков нашей мест­но­сти, ибо он кла­дёт конец ассо­ци­а­циям, кото­рые были столь пагубны для пред­при­я­тий капи­та­ли­стов в Запад­ной Европе»12

Поло­же­ние о заго­воре явля­лось частью англий­ского обыч­ного права, оста­вав­ше­гося руди­мен­том вли­я­ния мет­ро­по­лии. Дей­ствия судов и бур­жу­а­зии смогли засто­по­рить раз­ви­тие рабо­чего дви­же­ния, однако пода­вить его пол­но­стью они ока­за­лись не в силах.

В те годы назре­вали про­ти­во­ре­чия в стане экс­плу­а­та­то­ров. Выде­ли­лись окон­ча­тельно два про­ти­во­бор­ству­ю­щих лагеря: феде­ра­ли­сты, в чьих руках нахо­ди­лись судеб­ные органы, и джеф­фер­со­нов­ские демо­краты — рес­пуб­ли­канцы. При­ход к вла­сти послед­них при­зван был ути­хо­ми­рить тру­дя­щихся, пере­нёс­ших на себе все тяготы войны и после­во­ен­ного времени.

Актив­ная борьба между феде­ра­ли­стами и рес­пуб­ли­кан­цами при­вела к про­буж­де­нию поли­ти­че­ской актив­но­сти тру­дя­щихся, кото­рые стали созда­вать в 1790-е годы свои поли­ти­че­ские орга­ни­за­ции по всей стране. Также рабо­чие пыта­лись полу­чить места в ассам­блеях шта­тов. Фран­цуз­ская рево­лю­ция подо­грела накал стра­стей, заста­вив быв­ших «сынов сво­боды» вновь собраться для отста­и­ва­ния заво­е­ва­ний революции. 

В 1790-е активно созда­ва­лись демо­кра­ти­че­ско-рес­пуб­ли­кан­ские обще­ства. Их руко­вод­ство обычно состав­ляли интел­ли­генты и хорошо обес­пе­чен­ные люди, однако основ­ной мас­сой явля­лись рабо­чие и мел­кие фер­меры. На собра­ниях про­во­ди­лись лек­ции, дис­кус­сии, про­хо­дила выра­ботка и при­ня­тие реше­ний, обра­ще­ний к народу, пре­зи­денту, кон­грессу и пала­там штатов.

Про­грамма этих обществ обычно сво­ди­лись к следующему:

  • Запрет закры­тых сес­сий кон­гресса и палат штатов;
  • Отказ судей и испол­ни­те­лей от непо­нят­ной и уста­рев­шей фразеологии;
  • Бес­плат­ное народ­ное образование;
  • При­ме­не­ние на прак­тике тео­рий вос­пи­та­ния Томаса Джефферсона;
  • Созда­ние еже­ме­сяч­ного рабо­чего жур­нала и еже­не­дель­ной газеты. 

Конечно, феде­ра­ли­сты пус­кали в ход все сред­ства борьбы про­тив демо­кра­ти­че­ских орга­ни­за­ций, вклю­чая угрозы уволь­не­ния и обви­не­ния в спон­си­ро­ва­нии фран­цу­зами (что-то зна­ко­мое, не правда ли?). Но этим дело не обо­шлось: феде­ра­ли­сты пере­шли к тер­рору, про­ведя закон об осед­ло­сти, нату­ра­ли­за­ции и пре­сле­до­ва­ния за под­стре­ка­тель­ство к мятежу.

Победа на выбо­рах Джеф­фер­сона в 1801 году стала воз­мож­ной лишь за счёт широ­кой под­держки среди трудящихся.

По боль­шому счёту, рабо­чее дви­же­ние нельзя назвать само­сто­я­тель­ным на тот момент: оно раз­ви­ва­лось пол­но­стью под вли­я­нием про­грес­сив­ных бур­жу­аз­ных демо­кра­тов, и его про­грамму можно сфор­му­ли­ро­вать как при­ня­тие и испол­не­ние Кон­сти­ту­ции вме­сте с Бил­лем о пра­вах. Так рабо­чие и масте­ро­вые отклик­ну­лись на при­зыв Томаса Джеф­фер­сона под­дер­жать кон­сти­ту­цию. В начале 1788 года масте­ро­вые Бостона под руко­вод­ством Пауля Ривера и Бен­джа­мина Рос­селя еди­но­душно голо­со­вали за рати­фи­ка­цию Конституции.

Несмотря на уча­стие в поли­ти­че­ской жизни, рабо­чие ещё не пред­став­ляли собой отдель­ной силы. Да, соб­ственно говоря, и не могли этого, поскольку объ­ек­тив­ные усло­вия раз­ви­тия ещё не при­вели к доста­точ­ному уровню раз­ви­тия про­мыш­лен­но­сти и про­ле­та­ри­за­ции населения.

Рекомендованная литература

  1. А. А. Фур­сенко. Аме­ри­кан­ская бур­жу­аз­ная рево­лю­ция XVIII века. Изда­тель­ство Ака­де­мии наук СССР. Москва. 1960 год. Ленинград.
  2. Уильям Фостер. Очерк поли­ти­че­ской исто­рии Аме­рики. Очерк поли­ти­че­ской исто­рии Аме­рики. Изда­тель­ство ино­стран­ной лите­ра­туры. Москва. 1955 год.
  3. Филип Фонер. Исто­рия рабо­чего дви­же­ния в США. Изда­тель­ство ино­стран­ной лите­ра­туры. Москва. 1949 год.

Нашли ошибку? Выде­лите фраг­мент тек­ста и нажмите Ctrl+Enter.

При­ме­ча­ния

  1. Цитата по А. А. Фур­сенко. Аме­ри­кан­ская бур­жу­аз­ная рево­лю­ция XVIII века. Изда­тель­ство Ака­де­мии наук СССР. Москва. 1960 год. Ленин­град. J. F. Jameson. The American Revolution considered as a social movement. Boston, 1956, стр. 53.
  2. Она полу­чила такое назва­ние, так как купцы при­об­ре­тали англий­ские про­мыш­лен­ные товары и пере­во­зили на Афри­кан­ский кон­ти­нент в каче­стве платы афри­кан­ским фео­да­лам и рабо­тор­гов­цам за поимку рабов. Затем из Африки купцы направ­ля­лись в аме­ри­кан­ские коло­нии Англии, дабы сбыть рабов и при­об­ре­сти сырьё, кото­рое, в свою оче­редь, направ­ля­лось в Англию.
  3. Декла­ра­ция неза­ви­си­мо­сти США.
  4. Там же.
  5. Там же.
  6. Там же.
  7. Там же.
  8. Уильям Фостер. Очерк поли­ти­че­ской исто­рии Аме­рики. Очерк поли­ти­че­ской исто­рии Аме­рики. Изда­тель­ство ино­стран­ной лите­ра­туры. Москва. 1955 год. Стра­ница 38.
  9. Там же, стра­ница 83.
  10. Там же, стра­ница 87.
  11. Там же, стра­ница 92.
  12. Там же, стра­ница 100.