Манифест научного централизма

Манифест научного централизма
14 мин.

I

Коммунист, где твоя Партия? Где авангард, который поведёт в бой железные батальоны пролетариата? Под чьим руководством человечество сбросит с себя оковы разделения труда? Кто поднимет знамя «Каждому — по потребности»?

Может, это те несгибаемые герои, что, невзирая на снег и зной, клеят стикеры на водосточные трубы? Может, это те блистательные ораторы, что без перерыва на сон и отдых ведут стримы на злобу дня? Может, это бравые защитники общежитий и дальнобойщиков? Может, это воины гендерного равенства и расового разнообразия? Может, создатели смешных мемов и аниме-картинок?

Коммунист, это твоя партия?

Нет. Это — левая шваль.

Оглянись назад. Что сделали предыдущие поколения левой швали? Тридцать лет тусовки и игр в политику. Тридцать лет предательства рабочего класса.

Мир в кризисе. Мир обливается кровью в многочисленных конфликтах. Мир идёт к большой войне. В России сейчас период глубокой реакции, но ближайшие потрясения Россия встретит без революционной партии.

Что делают левые?

Левые не создают Партию. Они соединяются в идиотские «союзы», «платформы», «движения» и «партии», но не в Партию!

В эпоху, когда шумели своими выходками отморозки Лимонова, а Удальцов ещё был молод и известен только в левой тусовке, на того, кто говорил о важности развития теории, смотрели с недоумением. Ещё пять-десять лет назад было модно называть революционной практикой танцы с красным бубном вокруг заурядного трудового или социального конфликта.

И сейчас эта дурь не вышла из левацких мозгов. Левые продолжают помогать профсоюзам подороже продавать рабочую силу, надеясь, что рабочие станут коммунистами из благодарности. Левые продолжают попытки отнять у либералов место в автозаке. Заслуги левых в области «революционной практики» — это «пометить» очередной протест, чтобы над головами пролетариев поднялись красные флаги прежде, чем на эти головы опустятся полицейские дубинки. Важно, чтоб дубинки били именно по «серпу и молоту и звезде», а не по жёлтой змее или чёрному орлу.

Теперь, впрочем, мода новая: создать в общем потоке информационных помоев, льющихся в головы пролетариата, свою струю разных оттенков красного, на деле отрабатывая социальный заказ на одебиливание рабочих.

Левые — эскапистская субкультура. Всё «левое», всё «политическое» у них — атрибуты тусовки, игры. Левые — слизь, стёкшая со сгнивших трупов компартий. И слизь эта склеивает хрупкие крепления подмостков буржуазной политической сцены.

Вся история левого движения последних тридцати лет — это история предательства коммунизма, предательства рабочего класса. И будущее у него одно — лежать и догнивать на свалке истории.

Коммунисты должны выдернуть себя за волосы из левого болота. Коммунисты должны вынести суровый урок из великого исторического позора постсоветских левых. Коммунисты должны соединиться в действительно коммунистическую партию, и лишь тогда они станут действительными коммунистами.

II

Практика — критерий истины. Но чтобы извлечь истину из практики, нужно иметь в голове что-то серьёзнее лозунгов и громких слов. А чтобы под болтовню о практике годами вставать на одни и те же грабли, достаточно и спинного мозга.

Всякая действительно успешная политическая практика берёт начало в научной теории. Только наука может выявить объективно существующие закономерности общественного бытия. Только материализм, пусть даже скрытый и стихийный, уберегает научное исследование от примесей, от прибавлений человеческой фантазии. Только диалектический материализм, вершина исторического развития научной мысли человечества, ставит науку в фундамент общественной и хозяйственной деятельности человека.

Исходная точка — главенство науки. Наука обогащает человечество знаниями для производящей деятельности. Наука добывает истину.

С одной стороны, каждое новое открытие даёт нам относительную истину, которая всегда неполна, а с другой — приближает к абсолютной истине. Относительная истина является истиной в некотором пределе, в своих исторических условиях развития науки и в своей области знания. Но движущее противоречие абсолютной и относительной истины таково: каждая относительная истина содержит в себе зерно абсолютной.

Только обогатив свой разум высшими достижениями науки и искусства, только познав истины, ради которых великие люди прошлого жертвовали бытом, здоровьем, а порой и жизнью, можно внести свой вклад в движение человечества к светлому будущему.

Вне научного знания человек может лишь воспроизводить то, что уже стихийно произведено в нём общественными отношениями, то есть буржуазные предрассудки. Если кто-то создаёт партию с коммунистическим названием, отрицая при этом главенство науки как принцип партийного строительства, то в этой партии будет неизбежно воссоздано неразрешимое противоречие, выражающееся в подгонке «революционных» требований под стихийно-буржуазные лекала. Это противоречие проявляется в интригах, оппортунизме, соглашательстве и продажности.

Строительство коммунистической партии необходимо вести на основе главенства науки. Коммунистической партией должны руководить те, кто глубоко владеет теорией, кто может развивать теорию, кто может применять теорию на практике. У революции есть два фактора: объективный и субъективный. И если объективные закономерности капитализма нашей воле неподвластны, то субъективный фактор во многом формируется нашими действиями.

Мы не утописты и признаём ведущую роль материальных условий. Но мы и не дураки, чтобы уповать на стихийную сознательность масс. Возможно, что капитализм вынудит пролетариев прийти к осознанной борьбе за коммунизм без участия коммунистов, но только случайно, только при удачных условиях. И вероятность этого исчезающе мала. Полагаться на стихию и случайность могут только пораженцы и бездельники.

Новое поколение, идущее на смену выходцам из позднесоветской системы, уже кое-что осознаёт. Осознаёт, что методы борьбы, господствующие в левой среде, не несут никакой опасности для капиталистической системы. Осознаёт, что идеи, транслируемые крупнейшими левыми изданиями, бесплодны и непоследовательны. И массовое разочарование в бессмысленной деятельности присутствует не только среди «вольных марксистов», но и среди членов левых партий.

III

В 2012 году нашлись те, кто понял эти простые истины — авторы журнала «Прорыв». Они впервые заявили о новой концепции партийного строительства — научном централизме (НЦ). «Прорыв» верно определил, что главная проблема сегодняшнего дня — теоретическая неграмотность и практическое бессилие современных левых.

Но «Прорыв» так и не смог развить свою теорию. Более того, на практике прорывовцы действуют вразрез с принципами НЦ. Ключевые авторы «Прорыва» все как один показали самые худшие черты столь ненавистных им левых тусовок: сектантство, групповщину, пренебрежение истиной ради благосклонности вождя. Поэтому коллектив LC и прекратил взаимодействие с «Прорывом».

Главный идеолог «Прорыва» Валерий Подгузов довёл до абсурда требование к качеству кадров. Он считает, что «коммунист несовместим не только с ложью, но даже и с невольной ошибкой», что «человек, уличённый в ошибке, а тем более во лжи, объективно не является коммунистом».

Подгузов думает, что можно получить идеальных, никогда не ошибающихся марксистов, абсолютно не способных ко лжи и предательству. Но он игнорирует тот факт, что ошибались даже самые выдающиеся и гениальные марксисты.

Прорывовцы, исходя из этой теории «неошибающихся гениев», превращают научный централизм в объект насмешек. Они заменяют реальную историю КПСС на сказки про идеальных Ленина и Сталина и про «мерзавцев, всегда лишь вредивших партии изнутри» вроде Троцкого, Бухарина, Хрущёва и т. д.

Подгузов и компания под громкие слова про безошибочность, честность и «диаматическую совесть» своих вождей исповедуют совершенно дикие, антинаучные взгляды по множеству вопросов. Они опошляют и дискредитируют марксистский подход к истории, когда объявляют Аристотеля «фашистом» и выводят преемственность от него к Гитлеру и Бжезинскому. Они борются против естественных наук, исходя из придуманных Подгузовым «аксиом диаматики, доступных здоровому рассудку». Самое пошлое охранительство, поддержка власти путинского капитала как «меньшего зла по сравнению с либералами», истерика в лучших традициях прессы КПРФ ельцинских времён об американском фашизме и населяющих Запад «двуногих желудках» — вот к чему пришёл «Прорыв».

«Научный централизм» Подгузова — карикатурное преувеличение влияния субъективного фактора в партийном строительстве и революционном процессе. От идей Подгузова нужно было взять только рациональное зерно, освобождая его от идеалистических наслоений. Это рациональное зерно — отказ от демократизма при построении организации, замена выборов на кооптацию в руководство наиболее компетентных марксистов, ориентация пропаганды на передовых интеллигентов и рабочих.

IV

Мы всё ещё работаем в условиях, когда те немногие сознательные коммунисты, кто упорно трудится над собственным образованием, остаются затянутыми в болото левого акционизма и пустословия. Они вступают в партии с коммунистическими названиями, где напрасно тратят время и силы в неравной борьбе за свои идеи: на любом голосовании малограмотное большинство побеждает их с помощью демократических процедур, потакая своему невежеству и увещеваниям вождей. О том, чтобы коммунисту избраться в руководство, речи не идёт вообще.

Единственное, что остаётся коммунистам — отказаться от демократического принципа организации, от демократического централизма.

Что такое демократический централизм (ДЦ)? Из устава ВКП (б) за 1934 г.:
«Руководящим принципом организационного строения партии является демократический централизм, означающий
а) выборность всех руководящих органов партии сверху донизу;
б) периодическую отчетность партийных органов перед своими партийными организациями;
в) строгую партийную дисциплину и подчинение меньшинства большинству;
г) безусловную обязательность решений высших органов для низших и для всех членов партии».

ДЦ был сформулирован Лениным в напряжённой борьбе с фракцией меньшевиков, пытавшейся навязать РСДРП модель типичной западноевропейской социалистической партии (по образцу СДПГ). Эта модель способствовала краху II Интернационала, так как партии в нём были не в состоянии очищаться от пробуржуазных элементов. Ленин и его сторонники использовали ДЦ, чтобы иметь возможность идти на компромисс с оппортунистами, не позволяя им перехватить руководство. Это было оправдано моментом.

У большевистских организационных принципов, однако, было слабое место: приём в партию лишь на условии «признания программы». Признание не означает понимания. Общей проблемой всех коммунистических партий, особенно пришедших к власти, становилось размывание собственных рядов в результате массового приема пусть субъективно честных и преданных коммунизму, но безграмотных в плане марксизма людей. В этих условиях демократический централизм становится своей противоположностью: такая партийная масса безропотно внимает лозунгам своих вождей. А вождём выбирают не того, кто способен им быть, а того, кто соответствует запросам безграмотной массы.

В статье «Троцкий, Сталин и коммунизм» В. Сарматов показал, как снижение планки для приёма в партию в 1930−40-х гг. и признание коммунистом любого хорошего работника, преданного Советской власти, стали условиями для победы ревизионистов и перерождения партии. И ДЦ послужил механизмом этого перерождения.

Ещё яснее мы видим, как посредством ДЦ идут процессы разложения современных левых организаций. Левые отказываются от строгих требований к теоретической подготовке кадров, тянут в партии кого попало. Обучение новичков проводится плохо. Партийная масса представляет собой жалкое зрелище. Тем не менее, вся эта солянка имеет право выбирать и отзывать своё руководство.

Неграмотная масса не способна научно оценивать и критиковать своих поводырей. Критерии отбора в руководство — наглость коммерса, репутация ветерана тусовки, харизма шарлатана или заискивающее дружелюбие. Но не компетентность марксиста.

Новые лидеры редко рождаются в левацкой массе, а старики засыхают на своих руководящих постах. Необученная масса, включая своих вождей, становится питательной средой для «бацилл оппортунизма», поскольку недоученный марксист — стихийный оппортунист.

Итог закономерен: организации левых в итоге вырождаются в секты или распадаются.

Опыт прошлого века учит нас, что внутри партии коммунистам необходимо противостоять как угрозе её размывания через демократические механизмы, так и угрозе её окостенения в секту во главе с руководством, которое объявляется «непогрешимым». Эти две угрозы противоречат друг другу, но и дополняют друг друга: неграмотное большинство часто и становится опорой произвола.

V

Научный централизм исходит из диалектического материализма. Основные философские тезисы, лежащие в основе НЦ, можно сформулировать так:

  1. Индивидуальное человеческое сознание — это форма отражения человеком прежде всего объективной реальности. Но в своём развитии человек постигает и собственное сознание — субъективную реальность.
  2. Индивидуальное человеческое сознание обусловлено спецификой социальной формы движения материи: общественным бытием и общественным сознанием.
  3. Сознание и материя не противостоят друг другу как две субстанции: сознание есть свойство высокоорганизованной материи.
  4. Материя познаваема, доступна для отражения в сознании.
  5. Общество — часть материального мира, оно развивается по объективным законам. Эти законы познаваемы.
  6. Точное отражение материи в сознании — объективная истина. Истина — это особое качество знания о предмете, когда отражение (знание) в сущности соответствует отражаемому (предмету).
  7. Критерием истины является практика — осознанная деятельность человека, преобразующего материю.
  8. Материя бесконечна вширь и вглубь: всю материю отдельное сознание познать (отразить) не может.
  9. Человек знает как относительные, так и абсолютные истины. Но абсолютные, вечные, окончательные истины в последней инстанции установлены лишь при отражении определённых фрагментов действительности.
  10. В своём историческом развитии общество непрерывно накапливает множество относительных истин, очищая их от сопутствующих заблуждений. Так в общественном познании снимается его относительность, историческая обусловленность и преодолевается ограниченность индивидуального познания.
  11. Отдельный человек приобщается к абсолютной истине двояко. Он узнаёт её как результат: через приобщение к общественному знанию; он развивает её как процесс: через собственный труд исследователя.

Истина одна. Нельзя знать несколько истин по одному вопросу в одно и то же время в одном и том же отношении. Нельзя схватить суть общественной жизни двумя, тремя или десятью разными истинами — только одной.

От этого и отталкивается идея научного централизма: марксисты, понимающие, как работает общество, освоившие диалектику, в результате исследования и научной дискуссии должны прийти к одной истине. А значит, разногласий по самым важным вопросам быть не должно.

Это долженствование объективно, оно следует из общности известных законов для материи и сознания. Субъективизм же в научном исследовании препятствует продвижению к истине. А значит, разногласия по самым важным вопросам появляются из-за неполноты, ограниченности исследования.

VI

Научный централизм — подход к организации коммунистов, при котором главным принципом выступает допуск членов организации к принятию решений в соответствии с уровнем их марксистской компетентности. Вместе с тем организация должна требовать от каждого участника непрерывного повышения его качества как учёного-марксиста, теоретика и пропагандиста.

Научный централизм предполагает особое разделение труда. Состоять в коммунистической организации могут компетентные марксисты, образованные и способные к литературной деятельности люди. Управлять коммунистической организацией должны наиболее компетентные марксисты, составляющие научный центр или ядро организации.

Ядро пополняется путем кооптации товарищей, подтвердивших свою компетентность и профессиональную пригодность практической работой в организации.

Решения ядра: теоретические, организационные или кадровые — обязательны к исполнению всеми членами организации.

Решения должны приниматься по результатам научной дискуссии единогласно.

VII

Каждый коммунист обязан бросить все силы на собственное самообразование, чтобы, когда революционная партия появится, с готовностью пополнить её ряды и выполнить высокие требования к кадрам. Самообразование коммунистов, с одной стороны, и, с другой, количественный рост высокообразованных кадров будущей партии — это сегодняшний фронт классовой борьбы.

Коммунистическая литература, научная публицистика — основное оружие коммунистической организации на этом фронте. Компетентность коммуниста должна проявляться в литературном творчестве, а значит, каждый коммунист обязан быть писателем и публицистом. Следовательно, в программу самообразования коммунист должен включить литературные упражнения. Коммунист должен постоянно повышать качество содержания своей литературы. Должно быть стёрто различие между научной статьёй и коммунистической пропагандой.

Коммунист должен воспитывать в себе лучшие личные качества: работоспособность, ответственность, стрессоустойчивость, чувство локтя, честность. Товарищ может быть сколь угодно умён и иметь какие угодно навыки, но какой в этом прок, если он не умеет работать в коллективе или может опозорить его своим поведением?

Успешная массовая агитация на сегодняшнем этапе невозможна. Во-первых, грамотных кадров попросту не хватит, чтобы вести мощную пропаганду, сочетающую в себе глубокий марксистский анализ, злободневность и форму подачи, не уступающую средствам массовой информации. Во-вторых, успех массовой агитации даже при титанических усилиях небольшой группы марксистов не найдёт отклика, поскольку объективные условия в России ещё не дозрели для того, чтобы массы ощущали нужду в коммунистических идеях.

А потому сегодня следует ориентироваться не на массы. Нужно сосредотачивать свою работу точечно. Нужно повышать уровень статей, обращённых прежде всего к передовым рабочим и интеллигентам, зарабатывая тем самым авторитет у наиболее сознательной части общества и увеличивая число не только сторонников, но и потенциальных партийцев.

VIII

Сегодня в России коммунисты и левые группируются в структуры нескольких типов:

  • Кружки, читательские клубы для новичков в марксизме;
  • Публицистические интернет-журналы и блоги;
  • Организации партийного типа;
  • Организации типа союзов.

Научный централизм в первую очередь нацелен на организацию работы партии. Но и сейчас, когда партии ещё нет, коммунисты должны использовать НЦ, насколько это возможно.

Коммунистическая группа должна быть разделена на ряд ступеней: высшее руководство (ядро), местное руководство и/или руководство по направлениям работы, рядовые члены. Кроме того, должны быть и «буферы» за пределами группы, среди сочувствующей массы: кандидаты и сторонники. Эти люди также могут быть объединены в организацию, связанную с коммунистической группой, но с другими правами и обязанностями, с менее жёсткой дисциплиной.

Верхние буферы пополняются за счёт нижних путём кооптации. Основной критерий продвижения в руководство — высокий теоретический уровень, доказанный на практике исследовательской и пропагандистской работой. Профессиональные и личные качества кандидатов также необходимо учитывать.

Возможность отстранения людей от руководства путём голосования рядовых членов недопустима. Низы могут только поставить вопрос об этом, но решение остаётся за ядром.

В то же время руководство несёт ответственность перед рядовыми членами. Политика руководства должна быть прозрачной, насколько это возможно, и не допускать обмана товарищей. Те, кто считает, что руководящий коллектив переродился и ведёт оппортунистическую политику, должны выходить из группы и разворачивать критику извне.

Модель коммунистической группы на примере марксистского кружка была описана Романом Голобиани в работе «Дорогу осилит идущий». Сегодня уже мы утверждаем, что нет смысла зацикливаться на форме кружка. Научный централизм актуален для многих форм сотрудничества коммунистов. Все требования НЦ можно и нужно применять к любым коммунистическим группам предпартийного этапа.

Руководство группы первоначально является самоназначенным. Это люди, которых при формировании новой группы признали грамотными марксистами их товарищи. В этом есть демократизм: когда человек вступает в организацию, он фактом своего вступления голосует за текущий состав ядра, выражает своим вступлением поддержку действиям ядра.

«Демократические» критиканы вечно забывают, что руководство и в большинстве демцентралистских организаций самоназначенное. Основателей никто не выбирает. Основатели строят организацию вокруг себя и сами назначают себя руководителями. Часто они строят организацию так, чтобы пресечь всякую конкуренцию. И здесь вульгарно-демократические механизмы служат средством неявной легитимизации самоназначенной верхушки.

Чтобы коммунистическая группа могла привлекать новичков, необходимо, чтобы в ней были руководители, которые способны излагать основы марксистской теории и развенчивать заблуждения товарищей. Новичкам необходимо задавать письменные работы, литературные упражнения. По результатам таких работ будет отсекаться балласт в лице бездельников и бестолочей. Периодическая работа с первоисточниками, творческий подход к рассмотрению обозначенной проблемы и строгая проверка будут приобщать людей к науке и прививать искренний интерес к научному познанию.

К ошибкам новичков нужно подходить с педагогической критикой. Ошибаться может каждый, но дело товарища — вовремя указать на ошибку.

Коммунистические группы должны избавляться от излишне ярых «сторонников», деятельность которых состоит в основном из прославления верного курса организации и восхваления её лидеров. Такие сторонники сейчас совершенно бесполезны. Они создают организации сектантский образ, чем, безусловно, только вредят.

IX

Истину можно найти только путём добросовестного и бескомпромиссного научного исследования. Раз истина одна, то и исследователи, если у них единый и верный метод, должны в итоге приходить к одним выводам. Если же выводы разные и дискуссия не может это изменить, то решение обычно принимают большинством голосов. Но это не метод науки, это лишь средство компромисса со своим или чужим незнанием.

Поэтому научные централисты провозглашают основным принципом принятия решений единогласие, а не мнение большинства. Но навсегда отказаться от голосования невозможно. Голосованию нужно определить место крайней, чрезвычайной, экстренной и вынужденной меры. Его использование — это отступление от принципов НЦ, но бывают обстоятельства, оправдывающие такое отступление.

Принятие решений большинством привлекает своей лёгкостью. Но плата за лёгкость велика. Эта вынужденная мера отравляет дух товарищества. Проигравшие в голосовании могут затаить обиду. Кто-то останется на проигравшей позиции и дальше, но уже исподтишка исполняя решения победителей вполсилы. Кто-то попытается вести фракционную борьбу или саботаж. Другие проигравшие сломаются морально: постепенно они будут терять инициативу, отвыкать от борьбы за свою точку зрения.

А ведь проигравшее меньшинство могло быть право. Для такого меньшинства требование единогласия — это ещё и возможность получить трибуну, отстоять непопулярную точку зрения, навязать дискуссию и убедить большинство в своей правоте.

Коммунисты должны говорить на одном языке — на языке науки. Коммунист обязан глубоко понимать теоретическую основу своих идей. Основные положения должны быть утверждены в программе организации. Но и эти положения — не догма, а руководство к действию. Даже самая верная программа должна подвергаться сомнению и закаляться под ударами критики.

X

Нужно отличать принципы управления от принципов совместной работы. Обсуждение важных вопросов должно быть делом как можно более широкого круга участников организации, когда это возможно. Как бы умны и опытны ни были вожди, они не могут знать всего. Нельзя запрещать дискуссии, опросы мнений и критику снизу. Это может предотвратить ошибки и упущения, предпосылки которых сверху могли быть просто не видны.

Нас, сторонников НЦ, обвиняют в конструировании сект. Говорят, что НЦ обуславливает консервацию и вырождение руководящей верхушки и не позволяет предотвратить это выражением недоверия снизу.

В этом утверждении есть просчёт. Борцы за «глас народа» исходят из того, что проблема всегда в верхушке, что рыба гниёт с головы. Но вырождение может идти и «снизу», когда в движение принимают кого попало. Обычно перерождается организация в целом, и вырождение верхушки концентрирует и проявляет это общее вырождение.

Но мы не хотим затыкать людям рот. Мы декларируем главенство науки, а значит, и то, что каждый коммунист не только имеет право, но и обязан бороться за истину. Скрывать несогласие недопустимо и преступно. Сокрытие несогласия — предательство.

Если после дискуссии и принятия решения остаются несогласные, то они обязаны выразить несогласие в письменной форме, сопроводив добросовестным научным обоснованием своей позиции. С этим документом нужно ознакомить всю организацию. Несогласные с принятым решением и при этом сознательно не уведомляющие о своей позиции участники должны быть исключены. Такое поведение должно приравниваться к подрывной деятельности. Все противоречия должны решаться дискуссионным путём, не давая причин затушёвывать разногласия, которые со временем неизбежно приведут к созданию противоборствующих фракций.

Если кризис зашёл слишком далеко и критика изнутри невозможна, надо организованно отделяться от руководства и развивать критику извне. Как правило, отделяются не люди, а группы, участники которых вместе работали, решали те или иные вопросы, а потому эти группы достаточно сплочены и организованы для выхода.

Ядро может уменьшаться или увеличиваться относительно размеров организации. Малая структура, перед которой не стоят сложные задачи, может управляться двумя-тремя людьми. Когда организация растёт, а работа усложняется, ядро нужно расширить. В то же время нельзя снижать планку компетентности ради управленческих соображений.

Авторитет ядра создаётся и подтверждается практикой, когда стратегические и тактические решения оказываются успешными, когда растет количество и качество публицистики. Чем серьёзнее выдвигаются требования к теоретическому уровню кандидатов в организацию, тем вероятнее, что действия руководства будут поняты и поддержаны.

НЦ-организация существует в развитии. Разные времена ставят разные задачи. Мы не знаем точно, что ждёт нас в будущем, какие вызовы история бросит коммунистическому движению.

Но мы должны быть честными перед собой: научная истина — это наше самое верное оружие, которое мы больше никогда не должны выпускать из рук.

Нашли ошибку? Выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.