Из истории внутрипартийной борьбы в ВКП(б)  

Из истории внутрипартийной борьбы в ВКП(б)  
~ 38 мин

В дан­ной ста­тье затра­ги­ва­ются отно­си­тельно мало­изу­чен­ные аспекты внут­ри­пар­тий­ного про­ти­во­сто­я­ния в боль­ше­вист­ской пар­тии в сере­дине 1920-х годов, имев­шие при этом важ­ное зна­че­ние для пони­ма­ния кар­ди­наль­ного смысла поли­ти­че­ского сопер­ни­че­ства тех лет.

Троцкий в 1925 году 

Одним из «белых пятен» в исто­рии внут­ри­пар­тий­ной борьбы явля­ется период с января 1925 до апреля 1926 г. В этот период Л. Д. Троц­кий не только отхо­дит от поли­ти­че­ской борьбы, но и ока­зы­вает И. В. Ста­лину ряд важ­ней­ших услуг. Каковы были отно­ше­ния между Ста­ли­ным и Троц­ким в обо­зна­чен­ный нами период?

Ника­ких досто­вер­ных источ­ни­ков по дан­ной про­блеме прак­ти­че­ски нет. Все мел­кие хозяй­ствен­ные и лич­ные просьбы Троц­кого удо­вле­тво­ря­лись1 . Неко­то­рыми фак­тами из вза­и­мо­от­но­ше­ний И. В. Ста­лина и Л. Д. Троц­кого в тот период мы всё же рас­по­ла­гаем. Троц­кий сохра­нил своё место в Полит­бюро на январ­ском (1925 г.) пле­нуме исклю­чи­тельно бла­го­даря под­держке Ста­лина и его окру­же­ния2 . В мае 1925 г. Л. Д. Троц­кий ста­но­вится одно­вре­менно чле­ном Пре­зи­ди­ума ВСНХ (пред­се­да­те­лем научно-тех­ни­че­ского отдела и началь­ни­ком элек­тро­тех­ни­че­ского управ­ле­ния отдела ВСНХ) и пред­се­да­те­лем Глав­ного кон­цес­си­он­ного коми­тета3 .

В письме чле­нам ЦК и ЦКК РКП(б) от 23 октября 1923 г. Троц­кий обра­тился к исто­рии со ста­тьёй Ленина «Как нам реор­га­ни­зо­вать Рабкрин?»:

«Как же, однако, отнес­лось Полит­бюро к пред­ло­жен­ному Лени­ным про­екту реор­га­ни­за­ции Раб­крина? Буха­рин не решился печа­тать ста­тью т. Ленина, кото­рый, со своей сто­роны, наста­и­вал на её немед­лен­ном поме­ще­нии… На немед­ленно созван­ном по моему пред­ло­же­нию Полит­бюро все при­сут­ство­вав­шие: тт. Ста­лин, Моло­тов, Куй­бы­шев, Рыков, Кали­нин, Буха­рин были не только про­тив плана т. Ленина, но и про­тив самого напе­ча­та­ния ста­тьи… Ввиду настой­чи­вых тре­бо­ва­ний т. Ленина о том, чтобы ста­тья была ему пока­зана в напе­ча­тан­ном виде, т. Куй­бы­шев … пред­ло­жил на ука­зан­ном засе­да­нии Полит­бюро отпе­ча­тать в одном экзем­пляре спе­ци­аль­ный номер „Правды“ со ста­тьёй т. Ленина для того, чтобы успо­ко­ить его, скрыв в то же время ста­тью от пар­тии…»4

Летом 1925 г. Л. Д. Троц­кий вдруг резко меняет свои взгляды. В ста­тье «По поводу книги Ист­мена „После смерти Ленина“» (июль 1925 г.) Троц­кий пишет прямо противоположное:

«Не менее лож­ным явля­ется утвер­жде­ние Ист­мена, будто ЦК хотел замол­чать (т. е. не напе­ча­тать) ста­тью Ленина о Рабкрине…»

Троц­кий бук­вально раз­но­сит книгу аме­ри­кан­ского жур­на­ли­ста Ист­мена, изоб­ра­зив­шего ситу­а­цию в РКП(б) в том же духе, что и сам Троц­кий. Он встаёт теперь на совер­шенно иную пози­цию: ника­кого «ленин­ского заве­ща­ния» не было, как не было и усло­вий для рас­кола пар­тии5 . Сразу после этого было решено печа­тать собра­ние сочи­не­ний Троц­кого в 27 томах.

В 1925 г. Л. Д. Троц­кий пуб­лично не высту­пал ни про­тив бро­шен­ного Н. И. Буха­ри­ным лозунга «обо­га­щай­тесь», кото­рый в корне про­ти­во­ре­чил его воз­зре­ниям, ни про­тив даль­ней­шего «закру­чи­ва­ния гаек» внутри пар­тии И. В. Ста­ли­ным. И на XIV съезде ВКП(б) в раз­гар ост­рей­шей борьбы между Ста­ли­ным и «новой оппо­зи­цией» Троц­кий также не высту­пал, сохра­нив бла­го­же­ла­тель­ный для Ста­лина ней­тра­ли­тет. В январе 1926 г. К. Е. Воро­ши­лов прямо заявил, что Троц­кий сохра­няет своё место в полит­бюро за «мол­ча­ние» в 1925 году, осо­бенно в момент острой борьбы на XIV съезде пар­тии6 .

С чем же свя­заны такие пора­зи­тель­ные изме­не­ния во взгля­дах и пове­де­нии Л. Д. Троц­кого? Ника­кого улуч­ше­ния пла­ни­ро­ва­ния, а тем более рас­ши­ре­ния внут­ри­пар­тий­ной демо­кра­тии, за что он так рато­вал в 1923–1924 гг., не про­изо­шло. Наобо­рот, в пар­тии и стране про­ис­хо­дили обрат­ные процессы.

В зару­беж­ной и оте­че­ствен­ной исто­рио­гра­фии широко рас­про­стра­ни­лась вер­сия о том, что в 1925 г. между Ста­ли­ным и Троц­ким было заклю­чено тай­ное согла­ше­ние. Одни иссле­до­ва­тели пред­по­ла­гают о сбли­же­нии Троц­кого со Ста­ли­ным ещё с момента пуб­ли­ка­ции «Уро­ков Октября» осе­нью 1924 г., в кото­рых удар нано­сился не по Ста­лину, а по Зино­вьеву и Каме­неву за их пове­де­ние нака­нуне Октября7 . По дру­гой вер­сии, тай­ная встреча Троц­кого со Ста­ли­ным про­изо­шла на Кав­казе, где в начале 1925 г. жил Л. Д. Троц­кий. Ста­лин решил про­ти­во­по­ста­вить его Г. Е. Зино­вьеву и Л. Б. Каме­неву, сыг­рав на их лич­ной непри­язни, поскольку в это время уже суще­ство­вали серьёз­ные раз­но­гла­сия между ген­се­ком и его недав­ними союз­ни­ками по «тройке». Кроме того, И. В. Ста­лин боялся новых раз­об­ла­че­ний со сто­роны Троц­кого, каса­ю­щихся уже его лично, поэтому он пред­ло­жил Л. Д. Троц­кому мол­чать в даль­ней­шем, а за это пообе­щал в ско­ром вре­мени пост пред­се­да­теля ВСНХ8 . И ещё одна гипотеза.

«Через Лео­нида Сереб­ря­кова Хозяин даже пред­ло­жил заклю­чить „анти­зи­но­вьев­ский“ союз полу­раз­гром­лен­ной „оппо­зи­ции 1923 года“. Но Лев Троц­кий и его окру­же­ние отве­тили реши­тель­ным отка­зом. Мак­си­мум, на что можно было рас­счи­ты­вать, это ней­тра­ли­тет»9 .

Две послед­ние вер­сии не явля­ются вза­и­мо­ис­клю­ча­ю­щими: Троц­кий мог пойти на согла­ше­ние со Ста­ли­ным по неко­то­рым вопро­сам, но при этом отка­заться от борьбы про­тив «новой оппо­зи­ции», сохра­нив нейтралитет.

Пуб­ли­ка­ции такого рода бази­ру­ются, по-види­мому, на пись­мах Л. П. Сереб­ря­кова И. В. Ста­лину и Л. Д. Троц­кого Л. П. Сереб­ря­кову в марте — апреле 1926 г., а также на вос­по­ми­на­ниях одного из вид­ных пред­ста­ви­те­лей оппо­зи­ции И. Я. Вра­чева. Источ­ники ясно ука­зы­вают: кон­фи­ден­ци­аль­ные пере­го­воры между Ста­ли­ным и Троц­ким велись10 11 12 . Но об их харак­тере инфор­ма­ция отсутствует.

Сам Л. Д. Троц­кий позд­нее так объ­яс­нял при­чины компромисса:

«Поскольку вся руко­во­дя­щая группа оппо­зи­ции счи­тала в то время неце­ле­со­об­раз­ным под­ни­мать откры­тую поли­ти­че­скую борьбу из-за част­ного вопроса об Ист­мене … Во вся­ком слу­чае, моё тогдаш­нее заяв­ле­ние об Ист­мене может быть понятно только, как состав­ная часть тогдаш­ней нашей линии на согла­ше­ние и на уми­ро­тво­ре­ние»13 .

С одной сто­роны, Троц­кий объ­яс­нял своё пове­де­ние сооб­ра­же­ни­ями пар­тий­ной лояль­но­сти, с дру­гой — фак­ти­че­ски при­знал, что в 1925 г. борьба была пре­кра­щена из-за её «неце­ле­со­об­раз­но­сти» в то время, то есть в так­ти­че­ских целях.

Мысль о том, что Л. Д. Троц­кий пошёл на сбли­же­ние с И. В. Ста­ли­ным из-за стрем­ле­ния ценой усту­пок сохра­нить един­ство пар­тии, опро­вер­га­ется всей преды­ду­щей борь­бой Троц­кого, а также тем, что уже вес­ной 1926 г. он опять начи­нает вести ещё более жёст­кую и непри­кры­тую борьбу со ста­лин­ским боль­шин­ством ЦК. Истин­ные взгляды Ста­лина и Троц­кого по мно­гим вопро­сам были схожи. Однако «союз 1925 года» нельзя объ­яс­нить и идей­ной бли­зо­стью. И для одного, и для дру­гого лич­ные отно­ше­ния и поли­ти­че­ские амби­ции оста­ва­лись приоритетными.

Веро­ятно, вто­рая часть при­зна­ний Троц­кого ближе к истине. Пуб­ли­ка­ции и выступ­ле­ния «три­буна рево­лю­ции» в тот период иллю­стри­руют его выжи­да­ние: «что будет дальше?»14 Ско­рей всего, внут­ренне он согла­сился (по край­ней мере, на опре­де­лён­ное время) на воз­врат к преж­ним отно­ше­ниям в Полит­бюро, суще­ство­вав­шим до начала борьбы в пар­тии, на свое­об­раз­ный ста­тус-кво, при кото­ром он вновь будет «рав­ным среди рав­ных» в когорте пар­тийно-госу­дар­ствен­ных вождей. Отсюда — его отказ от защиты соб­ствен­ных взгля­дов, исклю­чи­тель­ная послуш­ность, ценой кото­рых Л. Д. Троц­кий и наде­ялся достичь жела­е­мого. В 1925 — начале 1926 гг. Троц­ким дви­жет одно: недо­уме­ние по поводу неопре­де­лён­но­сти и дву­смыс­лен­но­сти сво­его поло­же­ния, гра­ни­чив­шее под­час с апа­тией и безыс­ход­но­стью15 16 . Когда же надежды, искусно пода­ва­е­мые Ста­ли­ным, сме­ни­лись пол­ным разо­ча­ро­ва­нием в поли­тике при­ми­ре­ния, Троц­кий вновь и на сей раз окон­ча­тельно решил порвать с пар­тий­ным большинством.

Вопрос о том, была ли между Ста­ли­ным и Троц­ким фор­маль­ная дого­во­рён­ность, или Троц­кий дей­ство­вал само­сто­я­тельно, не явля­ется прин­ци­пи­аль­ным. Пойдя на гру­бую фаль­си­фи­ка­цию исто­рии РКП(б), отка­зав­шись, по сути, от своих преж­них взгля­дов, Л. Д. Троц­кий наглядно про­де­мон­стри­ро­вал, что его борьба с боль­шин­ством ЦК обу­слов­ли­ва­ется прежде всего не серьёз­ными идей­ными раз­но­гла­си­ями и стрем­ле­нием напра­вить стро­и­тель­ство соци­а­лизма по более вер­ному пути, а так­ти­че­скими сооб­ра­же­ни­ями, стрем­ле­ни­ями уси­лить соб­ствен­ное вли­я­ние в руко­вод­стве пар­тии17 .

Но этот ход Троц­кого ока­зался неудач­ным. Бес­прин­цип­ность дорого обо­шлась ему в буду­щем, на новом витке внут­ри­пар­тий­ной драмы. Он прак­ти­че­ски поте­рял и без того незна­чи­тель­ную под­держку в пар­тий­ных «низах», а на октябрь­ском объ­еди­нён­ном (1927 г.) пле­нуме ЦК и ЦКК, когда в послед­ний раз обсуж­дался вопрос о пуб­ли­ка­ции «заве­ща­ния», Ста­лин, зачи­тав выдержку из ста­тьи Троц­кого в «Боль­ше­вике», заявил:

«Кажется, ясно? Это пишет Троц­кий, а не кто-либо дру­гой. На каком же осно­ва­нии теперь Троц­кий, Зино­вьев и Каме­нев блу­дят язы­ком, утвер­ждая, что пар­тия и её ЦК „скры­вают“ „заве­ща­ние“ Ленина?»18

Ком­мен­та­рии здесь, как гово­рится, излишни… 

«Взгляд со стороны»

Обра­ща­ясь к исто­рии внут­ри­пар­тий­ной борьбы в боль­ше­вист­ской пар­тии в сере­дине 1920-х годов, необ­хо­димо осве­тить вопрос об отно­ше­нии совет­ского народа, а также оппо­нен­тов боль­ше­ви­ков к пери­пе­тиям про­ти­во­сто­я­ния в руко­вод­стве ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии. Свое­об­раз­ный «взгляд со сто­роны» под­твер­ждает тезис об отсут­ствии кар­ди­наль­ных идео­ло­ги­че­ских раз­но­гла­сий в пар­тии и пре­ва­ли­ро­ва­нии сопер­ни­че­ства за власть между всеми про­ти­во­сто­я­щими сто­ро­нами19

Партийная масса и внутрипартийная борьба

Про­ти­во­бор­ству­ю­щие сто­роны усмат­ри­вали при­чины внут­ри­пар­тий­ной борьбы в непре­одо­ли­мых идей­ных про­ти­во­ре­чиях. Такие про­ти­во­ре­чия должны были вско­лых­нуть пар­тий­ные «низы», рабоче-кре­стьян­скую массу в целом, ибо ВКП(б) явля­лась пра­вя­щей, госу­дар­ствен­ной пар­тией. Какое вли­я­ние ока­зала борьба в «вер­хах» на пар­тию; какую роль сыг­рали её рядо­вые члены во внут­ри­пар­тий­ном про­ти­во­бор­стве? Сек­рет­ные еже­ме­сяч­ные обзоры ГПУ поли­ти­че­ского поло­же­ния в стране (состав­лен­ные «не для печати», а зна­чит, досто­верно), письма граж­дан в высо­кие пар­тийно-госу­дар­ствен­ные инстан­ции, вождям СССР про­ли­вают свет на поло­же­ние в массах.

Подав­ля­ю­щее боль­шин­ство кре­стьян­ской бед­ноты и часть серед­ня­ков были недо­вольны сель­хоз­на­ло­гом, суще­ство­вав­шим в деревне до осени 1926 г., кото­рый без учёта клас­со­вых раз­ли­чий был фак­ти­че­ски оди­на­ко­вым для всех соци­аль­ных слоёв кре­стьян­ства. Вслед­ствие такой поли­тики бед­няки во мно­гих обла­стях попро­сту голо­дали. Наряду с этим отме­ча­лось эко­но­ми­че­ское уси­ле­ние кула­че­ства, а также рост его поли­ти­че­ского вли­я­ния в низо­вой коопе­ра­ции и мест­ных орга­нах вла­сти. Всё это вызы­вало обостре­ние клас­со­вого анта­го­низма в деревне, про­ти­во­ре­чий между кре­стьян­ством и рабо­чим клас­сом. Зна­чи­тель­ная часть кре­стьян открыто гово­рила о том, что пар­тия не выра­жает их инте­ресы, о попра­ве­нии Совет­ской вла­сти и т. п.20 В то же время новый сель­ско­хо­зяй­ствен­ный налог, эко­но­ми­че­ски уда­ря­ю­щий по зажи­точ­ному насе­ле­нию деревни, был поло­жи­тельно встре­чен в бед­няцко-серед­няц­кой среде и, наобо­рот, обост­рил недо­воль­ство со сто­роны кула­че­ства21 .

В рабо­чей массе в связи с низ­ким уров­нем жизни были рас­про­стра­нены «антинэпов­ские» настро­е­ния. Немало рабо­чих счи­тало, что они ото­рваны от вла­сти, экс­плу­а­ти­ру­ются «новой бур­жу­а­зией» и новой вла­стью в лице бюро­кра­тии22 . Однако глав­ная при­чина недо­воль­ства, заба­сто­вок рабо­чих в 20-е годы — низ­кая зар­плата, задержки, сокра­ще­ние рабо­чих мест, без­ра­бо­тица, «нож­ницы» цен.

Как видно, зна­чи­тель­ная часть рабоче-кре­стьян­ской массы (той силы, на кото­рую могла опи­раться Совет­ская власть) соли­да­ри­зи­ро­ва­лась с левой оппо­зи­цией, прежде всего — с её эко­но­ми­че­ской про­грам­мой. (Точ­нее, оппо­зи­ция выра­жала настро­е­ния этих слоёв.) Чем тогда объ­яс­ня­ется тот факт, что гро­мад­ное боль­шин­ство пар­тии отвергло оппо­зи­цию? Аппа­рат­ные мани­пу­ля­ции, страх перед «орг­вы­во­дами», огра­ни­че­ние пар­тий­ной демо­кра­тии, бес­спорно, сыг­рали в этом нема­ло­важ­ную роль. По ито­гам дис­кус­сии 1923 г. за плат­форму оппо­зи­ции голо­со­вало 40–50 тыс. чело­век (10 % чле­нов пар­тии) — больше, чем в любой из после­ду­ю­щих дис­кус­сий. При этом на XIII парт­кон­фе­рен­цию не был избран с реша­ю­щим голо­сом ни один из ком­му­ни­стов-оппо­зи­ци­о­не­ров23 . Только в период после XIV съезда и до 15 ноября 1927 г. за оппо­зи­ци­он­ную дея­тель­ность было при­вле­чено к пар­тий­ной ответ­ствен­но­сти более 2 тыс. чело­век24 . Не слу­чайно поэтому, что во время послед­ней внут­ри­пар­тий­ной дис­кус­сии в ноябре 1927 г. за оппо­зи­цию про­го­ло­со­вало 4 тыс. чело­век (0,6 % чле­нов пар­тии)25 . Однако сво­дить под­держку мас­сами ста­лин­ского боль­шин­ства исклю­чи­тельно к дан­ным фак­то­рам пред­став­ля­ется недостаточным.

Крик­ли­вые жесты, склон­ность к позёр­ству, поку­ше­ние на един­ство пар­тии — всё это оттал­ки­вало от оппо­зи­ции массы. Пар­тия до невоз­мож­но­сти устала от веч­ных, начи­ная с 1923 г., поли­ти­че­ских драк, а так как ини­ци­а­то­ром дис­кус­сий было мень­шин­ство, то, есте­ственно, оно обви­ня­лось в орга­ни­за­ции склоки. Рабо­чие и осо­бенно кре­стьяне не под­дер­жали оппо­зи­цию ещё и потому, что пони­мали: любые неуря­дицы «наверху» нега­тив­ным обра­зом отра­жа­ются на их поло­же­нии. Ста­биль­ность — вот чего хотела масса, а победа боль­шин­ства её обес­пе­чи­вала. Ста­лин­ская док­трина постро­е­ния соци­а­лизма в СССР сво­ими соб­ствен­ными силами окры­ляла массы, все­ляла в них непод­дель­ную уверенность.

Кроме того, сле­дует учи­ты­вать поли­ти­че­скую негра­мот­ность общей массы, её низ­кий обра­зо­ва­тель­ный и куль­тур­ный уро­вень. К при­меру, 66 % деле­га­тов XIV съезда ВКП(б) имели низ­шее обра­зо­ва­ние, 22 % — сред­нее, и только 5 % деле­га­тов было с выс­шим26 27 , стало быть, порядка 7 % не имели ника­кого. Что же тогда гово­рить о рядо­вых чле­нах пар­тий­ных ячеек на местах?! Поэтому «низы» пар­тии нередко были по-дет­ски довер­чивы к дема­го­гии с высо­ких три­бун и вос­при­я­тию все­воз­мож­ных фаль­си­фи­ка­ций (для кото­рых у пра­вя­щего боль­шин­ства, есте­ственно, име­лось больше воз­мож­но­стей) и не были склонны к ана­лизу про­грамм оппонентов.

Раз­дво­ен­ность вос­при­я­тия (ещё вчера лидеры оппо­зи­ции — герои рево­лю­ции, а сего­дня — чуть ли не контр­ре­во­лю­ци­о­неры), помно­жен­ная на поли­ти­че­ское неве­же­ство, при­во­дила под­час к курьё­зам. На одном из ком­со­моль­ских собра­ний сто­рон­нику оппо­зи­ции не дали воз­мож­но­сти высту­пить, зато каж­дое появ­ле­ние Троц­кого на экране в фильме о рево­лю­ции и граж­дан­ской войне встре­ча­лось той же ауди­то­рией бур­ными апло­дис­мен­тами28 .

Собы­тия в верх­нем пар­тий­ном эше­лоне в силу, мягко говоря, неис­ку­шён­но­сти общей массы в мно­го­чис­лен­ных тео­ре­ти­че­ских и так­ти­че­ских нюан­сах, част­но­стях (отно­си­тельно кото­рых, соб­ственно, и шла ост­рая борьба), вызы­вали у рядо­вых пар­тий­цев недо­уме­ние, рас­те­рян­ность, непо­ни­ма­ние того, что про­ис­хо­дит. В этом отно­ше­нии харак­терно письмо кре­стья­нина ниже­го­род­ской губер­нии Троц­кому (декабрь 1927 г.).

«Вы вме­сте с ним [Лени­ным. — С. Ч.] прямо и смело смот­рели в глаза смерти за дело угне­тён­ных и обез­до­лен­ных рабо­чих и кре­стьян. Вы, не падая духом, упорно боро­лись со всеми невзго­дами и лише­ни­ями. И вот, когда только что про­шла эта борьба не на жизнь, а на смерть за укреп­ле­ние Совет­ской вла­сти со сво­ими вра­гами, когда вся страна стала только оправ­ляться от ран все­об­щей раз­рухи — стала вкра­ды­ваться раз­руха внутри нашей пар­тии. Ведь вы, или как вас назы­вают — оппо­зи­ци­о­неры, нам, бед­ноте, не враги, ведь и на вас были поку­ше­ния и кле­веты со сто­роны капи­та­ли­сти­че­ских госу­дарств и организаций».

И далее автор письма про­сит Троц­кого разъ­яс­нить при­чины всего про­ис­шед­шего29 .

Далеко не все члены пар­тии, опе­ра­тивно «пере­стро­ив­шись» в духе фрак­ци­он­ной нетер­пи­мо­сти, счи­тали своих недав­них това­ри­щей по общему делу чуть ли не «вра­гами народа». Инту­и­тивно масса вос­при­ни­мала и тех, и дру­гих вождей как «своих». Смя­те­ние вызы­вал и сле­ду­ю­щий факт: даже в тяже­лей­шие годы граж­дан­ской войны пар­тия, несмотря на все внут­рен­ние раз­но­гла­сия, сохра­няла спло­чён­ность и орга­ни­за­ци­он­ное един­ство, а теперь, в усло­виях мир­ного вре­мени, когда поло­же­ние посте­пенно улуч­ша­ется — всё больше вяз­нет в рас­ко­лах. Не раз­би­ра­ясь в тон­ко­стях тол­ко­ва­ния той или иной ленин­ской фор­му­ли­ровки, в общем под­ходе, в идео­ло­гии пар­тийцы не видели раз­ли­чий в про­грам­мах и лозун­гах сопер­ни­чав­ших лиде­ров. Поэтому инте­рес в парт­ячей­ках к поли­ти­че­ским деба­там на уровне ЦК и Полит­бюро был весьма незна­чи­тель­ным. В источ­ни­ках того вре­мени, за исклю­че­нием офи­ци­аль­ной хро­ники, крайне редко упо­ми­на­ется о внут­ри­пар­тий­ной борьбе как фак­торе вли­я­ния на уровне заво­дов, арте­лей, пер­ви­чек и т. п., как пред­мете обсуж­де­ния в мас­сах30 .

При этом сам про­цесс сопер­ни­че­ства и его итоги ока­зали глу­бо­кое нега­тив­ное воз­дей­ствие на пар­тию. Орга­ни­за­ци­он­ные репрес­сии, окон­ча­тель­ная лик­ви­да­ция внут­ри­пар­тий­ной демо­кра­тии при­вели к тому, что рядо­вые члены пар­тии стали послушно голо­су­ю­щими «вин­ти­ками». Пар­тий­ные массы были пол­но­стью устра­нены от управ­ле­ния пар­тией и страной. 

Взгляд эмиграции

Оценки рус­ской эми­гра­цией поли­ти­че­ской борьбы в боль­ше­вист­ской пар­тии 20-х годов, несо­мненно, пред­став­ляют науч­ный инте­рес. Во-пер­вых, «анти­со­вет­ская карта» была одним из козы­рей в про­ти­во­сто­я­нии в «вер­хах» ВКП(б). Обе про­ти­во­бор­ству­ю­щие сто­роны (ста­линцы — осо­бенно) обви­няли своих оппо­нен­тов в тож­де­ствен­но­сти или, в луч­шем слу­чае, бли­зо­сти их взгля­дов, пред­ло­же­ний, кон­цеп­ций с иде­ями про­тив­ни­ков Совет­ской вла­сти; в том, что они сво­ими выступ­ле­ни­ями и дей­стви­ями «льют воду на мель­ницу вра­гов». Во-вто­рых, взгляд «со сто­роны» помо­жет ярче высве­тить скры­тые пру­жины про­ти­во­сто­я­ния в пар­тии боль­ше­ви­ков, четче выде­лить спектр пред­по­сы­лок, ее породивших…

В «Письме к съезду» В. И. Ленин с тре­во­гой замечал:

«…Конечно, бело­гвар­деец в „Рус­ской мысли“ … был прав, когда, во-пер­вых, ста­вил ставку по отно­ше­нию к игре про­тив Совет­ской Рос­сии на рас­кол нашей пар­тии и когда, во-вто­рых, ста­вил ставку для этого рас­кола на серьёз­ней­шие раз­но­гла­сия в пар­тии»31 .

Ещё до начала откры­той борьбы за власть (а под «серьёз­ней­шими раз­но­гла­си­ями» Ленин пони­мал лич­ные отно­ше­ния, сопер­ни­че­ство «вождей») такая борьба рас­смат­ри­ва­лась не только как дето­на­тор акти­ви­за­ции всех анти­боль­ше­вист­ских сил, но и в каче­стве дви­жу­щей силы само­раз­ло­же­ния ком­му­ни­сти­че­ского режима.

Дей­стви­тельно, уме­рен­ная анти­со­вет­ская оппо­зи­ция (прежде всего, в лице мень­ше­ви­ков и эсе­ров) с радо­стью вос­при­няла появ­ле­ние оппо­зи­ции, рас­колы в РКП(б) как фак­тор лик­ви­да­ции ком­му­ни­сти­че­ской диктатуры.

«Будем бла­го­дарны оппо­зи­ции за то, что она так кра­сочно нари­со­вала кар­тину ужа­са­ю­щей мораль­ной кло­аки, кото­рая име­ну­ется РКП… Будем ей бла­го­дарны за то, что ее работа облег­чает дело всех тех, кто в свер­же­нии совет­ской вла­сти видит задачу соци­а­ли­сти­че­ской пар­тии»32 .

«Лик­ви­да­ция боль­ше­вист­ской дик­та­туры нача­лась. Она состав­ляет содер­жа­ние нового фазиса рус­ской рево­лю­ции, кото­рый отме­чен непре­рыв­ными кри­зи­сами внутри дик­та­тор­ству­ю­щей пар­тии и, веро­ятно, в неда­лё­ком буду­щем поро­дит и ряд поли­ти­че­ских кри­зи­сов в стране»33 .

Однако совер­шенно невер­ным было бы утвер­ждать, что рус­ские соци­а­ли­сты под­дер­жи­вали боль­ше­вист­скую оппо­зи­цию. В её дея­тель­но­сти они при­ни­мали сам факт раз­вя­зы­ва­ния (а точ­нее — огла­ше­ния) ею внут­ри­по­ли­ти­че­ской борьбы, а также тре­бо­ва­ния внут­ри­пар­тий­ной демо­кра­тии, кото­рые, помимо воли вождей оппо­зи­ции (что дея­тели эми­гра­ции неод­но­кратно под­чёр­ки­вали), должны рас­ша­тать устои боль­ше­вист­ской вла­сти. При этом мень­ше­вики и эсеры не обна­ру­жи­вали ни малей­шей склон­но­сти ори­ен­ти­ро­ваться на вну­т­ри­боль­ше­вист­ское мень­шин­ство. Глав­ный «грех» оппо­зи­ции — сохра­не­ние идео­ло­ги­че­ских форм боль­ше­визма: при­зывы к демо­кра­тии исклю­чи­тельно внутри пар­тии, уто­пич­ная эко­но­ми­че­ская плат­форма34 35 .

Одно­вре­менно социал-демо­краты хва­лили Цен­траль­ный Коми­тет ВКП(б) за «эко­но­ми­че­ский реа­лизм, уступки кре­стьян­ству, фак­ти­че­ский отказ от комин­тер­нов­ских уто­пий»36 . Суть успе­хов пра­вя­щего боль­шин­ства трак­то­ва­лась сле­ду­ю­щим образом:

«Ста­лин может тор­же­ство­вать победу капи­та­ли­сти­че­ского реа­лизма над ком­му­ни­сти­че­ским уто­пиз­мом, победу мужика над Комин­тер­ном, победу жизни над начёт­ни­че­ством»37 .

Вообще «нэпо­в­ская» эко­но­ми­че­ская поли­тика, про­во­див­ша­яся боль­ше­вист­ским ЦК (осо­бенно, в 1925 г.) и интер­пре­ти­ро­вав­ша­яся про­тив­ни­ками ком­му­низма как «курс на кулака», «курс на укреп­ле­ние капи­та­ли­сти­че­ского хозяй­ства», при­вет­ство­ва­лась. Не слу­чайно, что мно­гие мень­ше­вики, рабо­тав­шие в сере­дине 20-х годов в совет­ских хозяй­ствен­ных орга­нах, хотя и не испы­ты­вали сим­па­тий к Ста­лину, высту­пали про­тив оппо­зи­ции38 39 .

Но и о про­ста­лин­ских настро­е­ниях в лево­эми­грант­ских кру­гах гово­рить абсо­лютно без­осно­ва­тельно. При всём одоб­ре­нии эко­но­ми­че­ских меро­при­я­тий, про­во­ди­мых ста­лин­ско-буха­рин­ской груп­пой, ука­зы­ва­лось, что соче­та­ние эко­но­ми­че­ского «либе­ра­лизма» и одно­пар­тий­ной дик­та­туры — это тер­ми­дор, кото­рый логи­че­ски ведёт к бона­пар­тизму40 41 . Квинт­эс­сен­цию мень­ше­вист­ского отно­ше­ния к борьбе в ЦК ВКП(б) можно выра­зить сле­ду­ю­щей цитатой:

«На [XIV. — С. Ч.] съезде Ста­лин­ская клика побе­дила клику Зино­вьев­скую. Но и побеж­дён­ным, и побе­ди­те­лям оди­на­ково нане­сена неиз­ле­чи­мая рана. Вся пар­тия в целом поко­леб­лена в своей устой­чи­во­сти»42 .

Все «сим­па­тии» «Соци­а­ли­сти­че­ского вест­ника» в дан­ном фраг­менте на поверхности.

Хорошо инфор­ми­ро­ван­ные о заку­лис­ных интри­гах среди боль­ше­вист­ской вер­хушки, соци­а­ли­сты в общем верно оце­ни­вали харак­тер внут­ри­пар­тий­ной борьбы, её при­чины, воз­мож­но­сти про­ти­во­бор­ству­ю­щих сто­рон. Каса­ясь соот­но­ше­ния сил, один из лиде­ров РСДРП Р. Абра­мо­вич отмечал:

«Она [Оппо­зи­ция. — С. Ч.] не может побе­дить уже по одному тому, что сама не знает, чего хочет, что у нее нет ника­кой поло­жи­тель­ной, твор­че­ской про­граммы. Силь­ные в своей кри­тике, непо­ко­ле­би­мые, когда вскры­вают „обо­рот­ную сто­рону“ „без­раз­дель­ной дик­та­туры“ и „моно­по­лии легаль­но­сти“, оппо­зи­ци­о­неры начи­нают бес­по­мощно лепе­тать и про­из­но­сить нечле­но­раз­дель­ные звуки, когда твер­до­ка­мен­ные „аппа­рат­чики“ начи­нают их допра­ши­вать с при­стра­стием об их поло­жи­тель­ных тре­бо­ва­ниях»43 .

Вопрос об идей­ных раз­но­гла­сиях в ВКП(б) также под­ни­мался на стра­ни­цах лево­эми­грант­ской печати. При­вет­ствуя идео­ло­ги­че­ские тре­ния среди боль­ше­вист­ских лиде­ров, кото­рые вели к более быст­рому и глу­бо­кому ослаб­ле­нию пар­тии, нежели чисто орга­ни­за­ци­он­ные склоки, одно­вре­менно, соци­а­ли­сты отме­чали, что все лидеры ВКП(б) строят свои кон­цеп­ции, исходя исклю­чи­тельно из боль­ше­вист­ской идео­ло­гии. А оже­сто­чён­ный харак­тер про­ти­во­сто­я­ния объ­яс­няли не идей­ной поля­ри­за­цией сто­рон, а борь­бой за пар­тийно-госу­дар­ствен­ную власть.

«…Боль­ше­вики всех окра­сок — и боль­шин­ство, и оппо­зи­ция, — несмотря на глу­бо­кую непри­ми­ри­мость их вражды, всё же объ­еди­нены ещё общ­но­стью основ миро­со­зер­ца­ния и оди­на­ково испо­ве­ды­вают сим­вол веры дик­та­то­ри­аль­ного … ком­му­низма. <…> Идейно-про­грамм­ные раз­но­гла­сия, раз­ди­ра­ю­щие боль­ше­визм, вызы­ва­ются лишь раз­лич­ной оцен­кой, с точки зре­ния ком­му­ни­сти­че­ской идео­ло­гии и опре­де­ля­е­мых ею целей, тех усло­вий, кото­рые сло­жи­лись в Рос­сии…»44

Объ­ек­тив­ное в целом осве­ще­ние внут­ри­по­ли­ти­че­ских кол­ли­зий в СССР эсеро-мень­ше­вист­ская печать порой «раз­бав­ляла» непро­ве­рен­ными фак­тами, слу­хами и явными небы­ли­цами. Так, на про­тя­же­нии вто­рой поло­вины 1925 г. в «Соци­а­ли­сти­че­ском вест­нике» регу­лярно пуб­ли­ко­ва­лись сооб­ще­ния о том, что Л. Д. Троц­кий вошёл «тре­тьим» в ста­лин­ско-буха­рин­ский «дуум­ви­рат», посте­пенно воз­вра­щает себе былую власть и вскоре заме­нит Ф. Э. Дзер­жин­ского на посту пред­се­да­теля ВСНХ.

В отли­чие от мень­ше­ви­ков и эсе­ров, сме­но­ве­ховцы рас­смат­ри­вали НЭП как тер­ми­дор, обу­слов­лен­ный объ­ек­тив­ными при­чи­нами, кото­рый все­цело ими одоб­рялся. Внут­ри­пар­тий­ные отно­ше­ния боль­ше­ви­ков раз­ра­ба­ты­ва­лись в кон­тек­сте этого «пере­рож­де­ния». Отсюда — под­держка «пра­виль­ных» дей­ствий И. В. Ста­лина и Н. И. Буха­рина, кото­рые, конечно, несо­зна­тельно, но бес­по­во­ротно тол­кают страну на новый путь раз­ви­тия. Н. Устря­лов прямо заключал:

«…Мы сей­час [Осе­нью 1926 г. — С. Ч.] не только „про­тив Зино­вьева“, но и опре­де­ленно „за Ста­лина“» 45 .

В пра­во­эми­грант­ских кру­гах тема внут­ри­пар­тий­ной борьбы в СССР раз­ра­ба­ты­ва­лась менее осно­ва­тельно. Лидеры пра­вой эми­гра­ции в своих постро­е­ниях не при­да­вали ей реша­ю­щего зна­че­ния. Они не соли­да­ри­зи­ро­ва­лись с соци­а­ли­стами в том, что это сопер­ни­че­ство послу­жит одной из глав­ных при­чин краха боль­ше­визма, и не раз­де­ляли энту­зи­азма устря­лов­цев на пред­мет мир­ного и без­бо­лез­нен­ного, внут­рен­него пере­рож­де­ния Сове­тов. Бело­гвар­дейцы — от П. Милю­кова до П. Струве — больше ори­ен­ти­ро­ва­лись на борьбу с Совет­ской вла­стью извне (будь то анти­со­вет­ские выступ­ле­ния в самом СССР, будь то воору­жён­ное вме­ша­тель­ство из-за рубежа)46 .

Тем не менее, печать изоби­ло­вала инфор­ма­цией и оцен­ками внут­ри­пар­тий­ной кол­ли­зии в СССР.

«…Совет­чина при­бли­жа­ется к сво­ему неиз­беж­ному концу… Внут­рен­ние раз­доры в ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии вскрыли пол­ное кру­ше­ние … псевдо-марк­сист­ской идео­ло­гии, извест­ной под наиме­но­ва­нием „лени­низма“…»47

Внут­ри­пар­тий­ное сопер­ни­че­ство, а также НЭП, хотят того боль­ше­вики или нет, неми­ну­емо ведут к «раз­маг­ни­чи­ва­нию» пар­тии, её краху. При ана­лизе непо­сред­ствен­ной меха­ники борьбы в ВКП(б) белая эми­гра­ция была настро­ена более пес­си­ми­стично. Всё то, что про­ис­хо­дит у боль­ше­ви­ков — это мел­кие лич­ност­ные дрязги, так­ти­че­ские увёртки, борьба за власть. В пра­вых кру­гах отри­ца­лась воз­мож­ность окон­ча­тель­ного рас­кола боль­ше­вист­ских «вер­хов» и, тем более кру­тых мер по отно­ше­нию к оппо­зи­ции: Ста­лин хорошо пом­нит уроки Фран­цуз­ской рево­лю­ции и знает, к чему при­ве­дут репрес­сии про­тив своих сорат­ни­ков48 49

Пра­вая эми­гра­ция осве­щала собы­тия в Совет­ском Союзе непо­сле­до­ва­тельно и про­ти­во­ре­чиво. Мысли о внут­рен­нем, идей­ном един­стве всех боль­ше­ви­ков, поверх­ност­ном харак­тере их борьбы пере­пле­та­лись с явными домыс­лами о рас­стреле в начале 1925 г. восьми воен­но­слу­жа­щих мос­ков­ского гар­ни­зона за отказ участ­во­вать в антит­роц­кист­ской демон­стра­ции и т. п.50 51

В конце 1927 г. в запад­ной бур­жу­аз­ной прессе рас­про­стра­ни­лись выдержки из т. н. «ста­тей Ста­лина», где гово­ри­лось о при­ми­ре­нии Совет­ской вла­сти с пра­во­слав­ной цер­ко­вью, воз­вра­ще­нии зару­беж­ным капи­та­ли­стам неф­тя­ных вла­де­ний в СССР, отказе от миро­вой рево­лю­ции. И. В. Ста­лин реши­тельно отме­же­вался от этих фаль­си­фи­ка­ций52 . При­ме­ча­тельны направ­лен­ность под­лож­ных ста­тей и их вре­мен­ной кон­текст, в силу чего Ста­лин вынуж­ден был офи­ци­ально опро­вер­гать зару­беж­ные источники.

Пар­тий­ные склоки вну­шали надежды и уве­рен­ность и внут­рен­ним про­тив­ни­кам Сове­тов. В созна­нии зажи­точ­ных кре­стьян выри­со­вы­ва­лась такая картина:

«По свя­щен­ному писа­нию в 1927 году обя­за­тельно должна быть война, кото­рая охва­тит весь мир, этой вой­ной будут уни­что­жены все неве­ру­ю­щие, в том числе и крас­ные <…> теперь легко сши­бить боль­ше­ви­ков потому, что пар­тия рас­ко­ло­лась на два лагеря, к тому же вожди уми­рают, или их бьют, как в Польше пол­преда Вой­кова…»53

На осно­ва­нии при­ве­дён­ных источ­ни­ков мы можем опро­верг­нуть ещё один миф (активно внед­ряв­шийся в созна­ние чле­нов пар­тии) внут­ри­пар­тий­ной борьбы — о сход­стве взгля­дов одной из про­ти­во­бор­ству­ю­щих сто­рон с контр­ре­во­лю­ци­о­не­рами, ори­ен­та­ции про­тив­ни­ков Совет­ской рес­пуб­лики на одну из про­ти­во­бор­ству­ю­щих группировок.

Враги боль­ше­визма поло­жи­тельно оце­ни­вали и поли­тику усту­пок кре­стьян­ству, про­во­ди­мую пра­вя­щем боль­шин­ством, и тре­бо­ва­ния оппо­зи­ции о рас­ши­ре­нии внут­ри­пар­тий­ной демо­кра­тии, счи­тая, что и то, и дру­гое объ­ек­тивно ведёт к раз­ло­же­нию и гибели ком­му­низма. Похвала и в адрес ЦК, и в адрес оппо­зи­ции обу­слав­ли­ва­лась конъ­юнк­тур­ными сооб­ра­же­ни­ями, стра­те­ги­че­ской целью лик­ви­да­ции ком­му­ни­сти­че­ского режима в СССР. В этом и заклю­ча­ется смысл отдель­ных, фраг­мен­тар­ных сов­па­де­ний в пози­циях анти­со­вет­ской эми­гра­ции и той или иной про­ти­во­бор­ство­вав­шей боль­ше­вист­ской фрак­ции. Ни о какой про­грамм­ной, идей­ной бли­зо­сти не может быть и речи!

Лидеры рус­ской эми­гра­ции усмат­ри­вали для себя гро­мад­ное зна­че­ние в самом про­цессе поли­ти­че­ских склок в ВКП(б) как фак­торе ослаб­ле­ния и низ­вер­же­ния пар­тии. Неоспо­ри­мые досто­ин­ства этого про­цесса и меха­низм его исполь­зо­ва­ния пре­красно опи­сал один из кадет­ских лиде­ров В. Маклаков.

«Но рядом с этими убеж­дён­ными ком­му­ни­стами [Оппо­зи­цией. — С. Ч.] пошли все те, кото­рые разо­ча­ро­ва­лись уже в инте­граль­ном ком­му­низме, кото­рые хотели бы гораздо ско­рее, чем это делала зна­ме­ни­тая „тройка“ [Ста­лин, Зино­вьев, Каме­нев. — С. Ч.], пере­хо­дить на бур­жу­аз­ные рельсы; все эти люди, не имея общей опре­де­лён­ной про­граммы, или, по край­ней мере, не реша­ясь её защи­щать, спря­та­лись под фор­маль­ный флаг демо­кра­тизма <…> Все эти люди отлично пони­мают, что когда им дадут выска­заться, то с преж­ним ком­му­низ­мом будет покон­чено, и не могли не нара­до­ваться, что Троц­кий вме­сте с ними. Нако­нец, все недо­воль­ные тем, что дела­ется в Рос­сии, гос­под­ством ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, совет­ским режи­мом, сло­вом, все те, кото­рые радо­ва­лись вся­кому рас­колу и непо­рядку в среде гос­под­ству­ю­щего мень­шин­ства <…> вся насто­я­щая контр­ре­во­лю­ция, кото­рая бы пове­сила Троц­кого на дру­гой день после его успеха, всё-таки … стала за него тогда, когда он высту­пал как враг их общего дела»54 .

Про­тив­ники боль­ше­визма в боль­шин­стве своём не питали осо­бых иллю­зий отно­си­тельно транс­фор­ма­ции пар­тий­ной идео­ло­гии как одного из послед­ствий борьбы в пар­тии. Все лидеры боль­ше­визма, по их мне­нию, были оди­на­ково при­вер­жены ленин­ской док­трине, а их борьба между собой была обу­слов­лена в первую оче­редь лич­ными моти­вами. Уже по окон­ча­нии внут­ри­пар­тий­ной смуты один из наи­бо­лее про­ни­ца­тель­ных и непред­взя­тых фило­со­фов и пуб­ли­ци­стов рус­ской эми­гра­ции Г. Федо­тов отме­чал, что раз­ве­дён­ные борь­бой «по раз­ные сто­роны бар­ри­кад» вожди боль­ше­ви­ков сохра­няли (в то время) вер­ность своей идеологии.

«По-види­мому, Ста­лин и Троц­кий ока­за­лись един­ствен­ными из стаи Ленина, кото­рые не поже­лали „гнить“. Их не пре­льщало пре­вра­ще­ние в демо­кра­ти­че­ских мини­стров или в наци­о­наль­ных героев рево­лю­ци­он­ной Рос­сии. Они одни пред­по­чли бы смерть бес­сла­вию тер­ми­дора»55 .

Несмотря на пре­уве­ли­че­ние сте­пени раз­ло­же­ния и отри­ца­тель­ных послед­ствий рас­кола в ВКП(б), про­тив­ники боль­ше­ви­ков ока­за­лись правы. Внут­ри­пар­тий­ная борьба и осо­бенно её послед­ствия (гене­зис тота­ли­та­ризма) стали одной из при­чин краха ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, хотя и про­ис­шед­шего зна­чи­тельно позже и в иной форме, нежели это про­гно­зи­ро­ва­лось анти­по­дами коммунизма.

Литература

  1. Архив Троц­кого. Ком­му­ни­сти­че­ская оппо­зи­ция в СССР. 1923–1927 гг. М.,1990. Т. 1.
  2. Боль­ше­вик. 1925. № 16.
  3. Боль­ше­вист­ское руко­вод­ство. Пере­писка. 1912–1927. М.,1996. 
  4. Вален­ти­нов Н. НЭП и кри­зис пар­тии. Нью-Йорк,1991.
  5. Васец­кий Н. А. Троц­кий. М.,1992.
  6. Воз­рож­де­ние. 1927. 24 мая.
  7. Воля Рос­сии. 1927. № 11–12.
  8. Голос народа. Письма и отклики рядо­вых совет­ских граж­дан о собы­тиях 1918–1932 гг. М.,1997.
  9. Изве­стия ЦК КПСС. 1990. № 5.
  10. Кун М. Буха­рин: его дру­зья и враги. М.,1992.
  11. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 45.
  12. Наза­ров О. Г. Внут­ри­пар­тий­ная борьба в боль­ше­вист­ской пар­тии (1923–1927). (Дис­сер­та­ция на соис­ка­ние учё­ной сте­пени кан­ди­дата исто­ри­че­ских наук.) М.,1995.
  13. Послед­ние ново­сти. 1925. 24 января.
  14. Послед­ние ново­сти. 1927. 31 октября.
  15. РГАСПИ. Ф. 17, оп. 71, д. 22, л. 10.
  16. РГАСПИ. Ф. 17, оп. 87, д. 177, л. 3, 74, 75, 77; д. 181, л. 3.
  17. РГАСПИ. Ф. 17, оп. 87, д. 200-А, л. 117.
  18. РГАСПИ. Ф. 326, оп. 2, д. 4, л. 96–101.
  19. Рого­вин В. З. Была ли аль­тер­на­тива? «Троц­кизм»: взгляд через годы. М.,1992.
  20. Родина. 1996. № 10.
  21. Руль. 1925. 24 января.
  22. Руль. 1926. 5, 10, 17 января.
  23. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1924. № 1.
  24. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1925. № 2.
  25. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1925. № 10.
  26. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1925. № 19.
  27. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1926. № 1.
  28. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1926. № 17–18.
  29. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1927. № 20.
  30. Ста­лин И. В. Соч. Т. 10.
  31. Стар­цев В. И. От «необъ­ят­ной вла­сти» к еди­но­вла­стию в пар­тии (1922–1929) // Поли­ти­че­ское обра­зо­ва­ние. 1989. № 11.
  32. Устря­лов Н. В. Под зна­ком рево­лю­ции. Хар­бин, 1927.
  33. Федо­тов Г. П. Судьба и грехи Рос­сии. СПб. Т. 1. 1991.
  34. Цаку­нов С. В. В лаби­ринте док­трины. М.,1994.
  35. Чер­ня­ков С. Вопросы дог­ма­тизма. Тео­рия и поли­тика в исто­рии внут­ри­пар­тий­ной борьбы в боль­ше­вист­ской пар­тии в 1923–1927 гг. // Аль­тер­на­тивы. 2019. № 1.
  36. XIV съезд ВКП(б). 18–31 декабря 1925 г. Сте­ногр. отчёт. М.-Л.,1926.

Нашли ошибку? Выде­лите фраг­мент тек­ста и нажмите Ctrl+Enter.

При­ме­ча­ния

  1. Наза­ров О. Г. Внут­ри­пар­тий­ная борьба в боль­ше­вист­ской пар­тии (1923–1927). (Дис­сер­та­ция на соис­ка­ние учё­ной сте­пени кан­ди­дата исто­ри­че­ских наук.) М.,1995, с. 233.
  2. XIV съезд ВКП(б). 18–31 декабря 1925 г. Сте­ногр. отчёт. М.-Л.,1926, с. 502.
  3. Вален­ти­нов Н. НЭП и кри­зис пар­тии. Нью-Йорк, 1991, с. 197–198.
  4. Изве­стия ЦК КПСС. 1990. № 5, с. 172.
  5. Боль­ше­вик. 1925. № 16, с. 68.
  6. Архив Троц­кого. Ком­му­ни­сти­че­ская оппо­зи­ция в СССР. 1923–1927 гг. М.,1990. Т. 1, с. 172–173.
  7. Наза­ров О. Г. Внут­ри­пар­тий­ная борьба в боль­ше­вист­ской пар­тии (1923–1927). (Дис­сер­та­ция на соис­ка­ние учё­ной сте­пени кан­ди­дата исто­ри­че­ских наук.) М.,1995, с. 81–82.
  8. Вален­ти­нов Н. НЭП и кри­зис пар­тии. Нью-Йорк,1991. с. 197–198, 223–227.
  9. Кун М. Буха­рин: его дру­зья и враги. М.,1992, с. 157.
  10. Боль­ше­вист­ское руко­вод­ство. Пере­писка. 1912–1927. М.,1996, с. 324–325.
  11. Архив Троц­кого. Ком­му­ни­сти­че­ская оппо­зи­ция в СССР. 1923–1927 гг. М.,1990. Т. 1, с. 187–188.
  12. Цаку­нов С. В. В лаби­ринте док­трины. М.,1994, с. 169.
  13. Рого­вин В. З. Была ли аль­тер­на­тива? «Троц­кизм»: взгляд через годы. М.,1992, с. 206.
  14. Подоб­ное пове­де­ние Л. Д. Троц­кого про­смат­ри­ва­лось и ранее, в 1922–1923 гг. Троц­кий, с одной сто­роны, был на сто­роне В. И. Ленина отно­си­тельно моно­по­лии внеш­ней тор­говли, идей, изло­жен­ных Лени­ным в ста­тье «Как нам реор­га­ни­зо­вать Раб­крин», в «гру­зин­ском вопросе»; с дру­гой — заиг­ры­вал в этих вопро­сах с боль­шин­ством Полит­бюро, про­яв­лял непо­сле­до­ва­тель­ность, нере­ши­тель­ность, поло­вин­ча­тость; не ока­зы­вал В. И Ленину долж­ной под­держки. (Логи­нов В. Т. Заветы Ильича. Сим побе­дивши. М.,2017. С. 438, 457–458, 471–478.) Из кон­тек­ста дей­ствий и мыс­лей Троц­кого на про­тя­же­нии тех лет ясно, что подоб­ная «соли­дар­ность» с Лени­ным в ука­зан­ных вопро­сах обу­слав­ли­ва­лась не раз­ли­чием точек зре­ния, поис­ком ком­про­мисса и проч., а соб­ствен­ной игрой в раз­го­рав­шейся внут­ри­пар­тий­ной борьбе. Мотивы Л. Д. Троц­кого до конца не ясны; веро­ятно, он ожи­дал выздо­ров­ле­ния В. И. Ленина, отно­сив­ше­гося к нему в послед­ние годы жизни с явной сим­па­тией, и пока не хотел обост­рять отно­ше­ния с пра­вя­щей груп­пи­ров­кой, явно демон­стри­ро­вать свою враж­деб­ность к ней.
  15. РГАСПИ. Ф. 326, оп. 2, д. 4, л. 96–101.
  16. Васец­кий Н. А. Троц­кий. М.,1992, с. 225–226.
  17. То, что Л. Д. Троц­кий стре­мился к лич­ной вла­сти не меньше, чем И. В. Ста­лин, под­твер­жда­ется даже его бли­жай­шими сто­рон­ни­ками. В письме Троц­кому от 12 авгу­ста 1927 г. А. А. Иоффе кон­ста­ти­ро­вал, что борьба за власть, фрак­ци­он­ные методы её веде­ния, зажим демо­кра­тии при при­ня­тии реше­ний харак­терны для оппо­зи­ции так же, как и для ЦК. (Архив Троц­кого… Т. 4. С. 80–81.)
  18. Ста­лин И. В. Соч. Т. 10, с. 175.
  19. Чер­ня­ков С. Вопросы дог­ма­тизма. Тео­рия и поли­тика в исто­рии внут­ри­пар­тий­ной борьбы в боль­ше­вист­ской пар­тии в 1923–1927 гг. // Аль­тер­на­тивы. 2019. № 1, с. 82–103.
  20. РГАСПИ. Ф. 17, оп. 87, д. 177, л. 3, 74, 75, 77; д. 181, л. 3.
  21. РГАСПИ. Ф. 17, оп. 87, д. 200-А, л. 117.
  22. Голос народа. Письма и отклики рядо­вых совет­ских граж­дан о собы­тиях 1918–1932 гг. М.,1997, с. 202–203.
  23. Рого­вин В. З. Была ли аль­тер­на­тива? «Троц­кизм»: взгляд через годы. М.,1992, с. 140, 145.
  24. Васец­кий Н. А. Троц­кий. М., 1992, с. 245.
  25. Стар­цев В. И. От «необъ­ят­ной вла­сти» к еди­но­вла­стию в пар­тии (1922–1929) // Поли­ти­че­ское обра­зо­ва­ние. 1989. № 11, с. 73.
  26. XIV съезд ВКП(б). 18–31 декабря 1925 г. Сте­ногр. отчёт. М.-Л.,1926, с. 810.
  27. В пар­тий­ной среде Москвы и Ленин­града, осо­бенно в сту­ден­че­ской, слу­жа­щей и воен­ной среде, вли­я­ние левой оппо­зи­ции было боль­шим, чем в пар­тии в целом. Это объ­яс­ня­ется, в первую оче­редь, более высо­ким уров­нем обра­зо­ва­ния и доступа к оппо­зи­ци­он­ным доку­мен­там и выступ­ле­ниям. Кроме того, именно среди интел­ли­ген­ции, в моло­дёж­ных, сту­ден­че­ских кру­гах при­зывы к внут­ри­пар­тий­ной демо­кра­тии, широ­кого при­вле­че­ния на руко­во­дя­щие долж­но­сти моло­дые кадры нахо­дили отклик.
  28. Боль­ше­вист­ское руко­вод­ство. Пере­писка. 1912–1927. М., 1996, с. 356.
  29. Голос народа. Письма и отклики рядо­вых совет­ских граж­дан о собы­тиях 1918–1932 гг. М., 1997, с. 200.
  30. Под­черк­нём, что в дан­ном слу­чае мы имеем в виду объ­ек­тив­ный инте­рес, объ­ек­тив­ные идей­ные раз­но­гла­сия. Поли­ти­че­ская жизнь парт­со­бра­ний 20-х годов была насы­щена спо­рами; и мно­гие боль­ше­вики искренне верили, что они голо­суют за линию ЦК по идей­ным сооб­ра­же­ниям. Но подоб­ные дис­путы и подоб­ное вос­при­я­тие искусно инспи­ри­ро­ва­лось «сверху», что, в силу ука­зан­ных при­чин, нахо­дило бла­го­дат­ную почву в мас­сах. А отсут­ствие реаль­ных идей­ных про­ти­во­ре­чий в пар­тии сохра­нило ее отно­си­тель­ную устой­чи­вость и ста­биль­ность, вопреки ката­клиз­мам и посте­пен­ной транс­фор­ма­ции, на зна­чи­тельно боль­ший срок, чем пред­по­ла­гали оппо­зи­ция и про­тив­ники боль­ше­визма. Отсюда поня­тие «рас­кол» при­ме­нимо, глав­ным обра­зом, к пар­тий­ной вер­хушке, а не ко всей орга­ни­за­ции в целом.
  31. Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 45, с. 344.
  32. Вален­ти­нов Н. НЭП и кри­зис пар­тии. Нью-Йорк, 1991, с. 77.
  33. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1925. № 2, с. 3.
  34. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1926. № 17–18, с. 6.
  35. Воля Рос­сии. 1927. № 11–12, с. 201.
  36. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1926. № 17–18, с. 4.
  37. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1926. № 1, с. 16.
  38. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1925. № 10, с. 1.
  39. Вален­ти­нов Н. НЭП и кри­зис пар­тии. Нью-Йорк, 1991, с. 78–82.
  40. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1925. № 19, с. 3–5.
  41. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1927. № 20, с. 5.
  42. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1926. № 1, с. 1–2.
  43. Соци­а­ли­сти­че­ский вест­ник. 1924. № 1, с. 4.
  44. Воля Рос­сии. 1927. № 11–12, с. 188.
  45. Устря­лов Н. В. Под зна­ком рево­лю­ции. Хар­бин, 1927, с. 239.
  46. Дан­ный вывод не сле­дует экс­тра­по­ли­ро­вать на более позд­ний период. В 30-е годы, когда пово­рот Ста­лина к дер­жав­ной идео­ло­гии обо­зна­чился более отчёт­ливо, часть наци­о­на­ли­сти­че­ской рус­ской эми­гра­ции при­вет­ствует совет­ского вождя, побе­див­шего «анти­на­ци­о­наль­ный троц­кизм». При этом ста­лин­ская дик­та­тура рас­смат­ри­ва­лась не в каче­стве иде­ала, а как «мостик», веду­щий к наци­о­наль­ной импе­рии. (Одна из пер­вых работ в этом ключе: Дмит­ри­ев­ский С. Ста­лин. Стокгольм,1931. С. 14–17, 311.)
  47. Воз­рож­де­ние. 1927. 24 мая.
  48. Руль. 1926. 5, 10, 17 января.
  49. Послед­ние ново­сти. 1927. 31 октября.
  50. Послед­ние ново­сти. 1925. 24 января.
  51. Руль. 1925. 24 января.
  52. Ста­лин И. В. Соч. Т. 10, с. 372–375.
  53. РГАСПИ. Ф. 17, оп. 71, д. 22, л. 10.
  54. Родина. 1996. № 10, с. 61.
  55. Федо­тов Г. П. Судьба и грехи Рос­сии. СПб. Т. 1. 1991, с. 228.