Классовые противоречия как основной двигатель развития общества

Классовые противоречия как основной двигатель развития общества
~ 20 мин

Чем дальше по вре­мени мы уда­ля­емся от роко­вых собы­тий 1990-х годов, тем оче­вид­нее ста­но­вится банк­рот­ство идей­ных кон­струк­ций, взра­щён­ных на бла­го­дат­ной почве неве­же­ства. Тоталь­ный плю­ра­лизм в обла­сти мето­до­ло­гии, кото­рый уко­ре­нился в науке в резуль­тате огуль­ного отвер­же­ния марк­сизма, при­вёл к удру­ча­ю­щим послед­ствиям. Про­изо­шёл отход от изу­че­ния и выяв­ле­ния общих зако­но­мер­но­стей и вза­и­мо­свя­зей и, в част­но­сти, от мето­дов выве­де­ния кон­крет­ных фак­тов из этих зако­но­мер­но­стей и вза­и­мо­свя­зей. Иссле­до­ва­тели кон­цен­три­ру­ются на изу­че­нии раз­роз­нен­ных фак­тов без пони­ма­ния их смысла и вза­и­мо­за­ви­си­мо­сти. В такую фраг­мен­тар­ную кар­тину без труда встра­и­ва­ются сколь угодно неле­пые представления.

Не так давно и сам автор этой ста­тьи в своём дис­сер­та­ци­он­ном иссле­до­ва­нии писал:

«Ввиду осо­бен­но­стей, опре­де­лён­ных нами целей и задач, а также учи­ты­вая спе­ци­фику объ­екта дис­сер­та­ци­он­ного иссле­до­ва­ния, мы при­шли к выводу о необ­хо­ди­мо­сти ком­би­ни­ро­ван­ного мето­до­ло­ги­че­ского под­хода. Суть дан­ного под­хода при­ме­ни­тельно к нашему иссле­до­ва­нию заклю­ча­ется в исполь­зо­ва­нии отдель­ных эле­мен­тов несколь­ких тео­рий и под­хо­дов, наи­бо­лее про­дук­тив­ных для рас­кры­тия того или иного вопроса».

Подоб­ная фор­му­ли­ровка мето­до­ло­гии очень харак­терна для исто­ри­че­ских иссле­до­ва­ний пост­со­вет­ских исто­ри­ков. Как пра­вило, в раз­деле мето­до­ло­гии подоб­ных работ декла­ри­ру­ется, что марк­сист­ская мето­до­ло­гия позна­ния была зацик­лена на эко­но­ми­че­ских вопро­сах и при этом совсем не акцен­ти­ро­вала вни­ма­ние на дру­гих фак­то­рах обще­ствен­ного раз­ви­тия. На этом утвер­жде­нии кри­тика закан­чи­ва­ется, автор декла­ри­рует свою при­вер­жен­ность новым мето­до­ло­ги­че­ским схе­мам, а зача­стую про­сто утвер­ждает, что исполь­зо­вал всё «луч­шее» из раз­лич­ных тео­рий, несмотря на то, что они могут в корне про­ти­во­ре­чить друг другу.

Гос­под­ство эклек­тики в мето­до­ло­гии исто­ри­че­ских иссле­до­ва­ний не при­бли­жает иссле­до­ва­те­лей к истине, «мно­го­сто­рон­ность» ока­зы­ва­ется мни­мой, поскольку эклек­тика фор­мально соче­тает раз­ные при­знаки пред­мета, не выяс­няя их вза­и­мо­от­но­ше­ния, не умея выде­лить среди этих при­зна­ков глав­ного, определяющего.

Не помо­гает делу и вошед­шая в моду среди исто­ри­ков тео­рия модер­ни­за­ции. Дан­ная бур­жу­аз­ная без­де­лушка воз­никла в сере­дине ХХ века в каче­стве одной из мно­же­ства аль­тер­на­тив марк­сист­ской фор­ма­ци­он­ной тео­рии и исто­ри­че­ского мате­ри­а­лизма в целом. Тер­мин «модер­ни­за­ция» явля­ется рас­плыв­ча­тым и бес­со­дер­жа­тель­ным. Обычно его при­ме­няют в двух зна­че­ниях: 1) модер­ни­за­ция — дости­же­ние совре­мен­но­сти, пре­вра­ще­ния тра­ди­ци­он­ного или дотех­но­ло­ги­че­ского обще­ства, по мере его транс­фор­ма­ции, в обще­ство, для кото­рого харак­терна машин­ная тех­но­ло­гия; 2) тер­мин «модер­ни­за­ция» отно­сится к отста­лым или сла­бо­раз­ви­тым обще­ствам и опи­сы­вает их уси­лия, направ­лен­ные на то, чтобы догнать веду­щие, наи­бо­лее раз­ви­тые страны, кото­рые сосу­ще­ствуют с ними в одном исто­ри­че­ском вре­мени, в рам­ках еди­ного гло­баль­ного обще­ства1 .

Таким обра­зом, в основе тео­рии модер­ни­за­ции лежит при­ми­тив­ная дихо­то­ми­че­ская схема, в кото­рой тра­ди­ци­он­ное обще­ство транс­фор­ми­ру­ется в совре­мен­ное. Тео­рия модер­ни­за­ции при­звана зату­ше­вать все про­ти­во­ре­чия, содер­жа­щи­еся в капи­та­ли­сти­че­ских отно­ше­ниях. Игно­ри­руя борьбу клас­сов, она под­ме­няет рево­лю­ци­он­ный харак­тер пере­хода от одной фор­ма­ции к дру­гой эво­лю­ци­он­ной транс­фор­ма­цией тра­ди­ци­он­ного обще­ства в современное.

Отказ пост­со­вет­ских исто­ри­ков от при­ме­не­ния клас­со­вой тео­рии в ана­лизе исто­ри­че­ского про­цесса при­во­дит к тому, что при попытке син­теза накоп­лен­ного фак­ти­че­ского мате­ри­ала игно­ри­ру­ется основ­ной источ­ник раз­ви­тия любого обще­ства, а именно, клас­со­вые про­ти­во­ре­чия. Тогда как в реаль­но­сти обще­ство как выс­шая форма мате­рии с необ­хо­ди­мо­стью под­чи­ня­ется зако­нам её дви­же­ния. Раз­ви­тие обще­ствен­ного орга­низма про­ис­хо­дит через борьбу про­ти­во­по­лож­но­стей, кото­рая с момента воз­ник­но­ве­ния част­ной соб­ствен­но­сти про­яв­ля­ется в борьбе между анта­го­ни­сти­че­скими классами.

Если исклю­чить клас­со­вый под­ход из ана­лиза исто­ри­че­ских явле­ний, мы совер­шенно утра­чи­ваем спо­соб­ность понять сущ­ность того или иного исто­ри­че­ского факта и, соот­вет­ственно, явле­ния в целом. Про­ил­лю­стри­ро­вать это хоте­лось бы на мало­изу­чен­ной до сих пор теме, а именно — ста­нов­ле­нии меди­цин­ского обес­пе­че­ния завод­ских посе­ле­ний Замос­ков­ного гор­ного округа [Гор­ный округ — адми­ни­стра­тив­ный район кон­цен­тра­ции пред­при­я­тий гор­ной про­мыш­лен­но­сти доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии. Гор­ные округа созданы для управ­ле­ния казён­ными Гор­ными заво­дами и над­зора над част­ными. Гор­ные округа обра­зо­ваны с вве­де­нием в 1806 г. Про­екта Гор­ного поло­же­ния. Пер­вый гор­ный округ с прав­ле­нием в Перми вклю­чал гор­ные заводы «хребта Ураль­ского», вто­рой с прав­ле­нием в Москве — «замос­ков­ные». — Е. Р.] в пер­вой поло­вине XIX века.

В этот период в Рос­сии про­изо­шло серьёз­ное обостре­ние клас­со­вых про­ти­во­ре­чий между нарож­да­ю­щимся клас­сом про­ле­та­риев в лице масте­ро­вых метал­лур­ги­че­ских заво­дов и бур­жу­а­зией, в пост­со­вет­ской исто­ри­че­ской науке назы­ва­е­мой пред­при­ни­ма­те­лями, вла­дель­цами этих заво­дов. Про­ти­во­ре­чия эти выра­зи­лись в боль­шом коли­че­стве вол­не­ний и бун­тов завод­ских масте­ро­вых, соста­вить пред­став­ле­ние о кото­рых мы можем, открыв обшир­ный сбор­ник доку­мен­тов под назва­нием «Рабо­чее дви­же­ние в Рос­сии в 1800–1860 гг.»2 Эти доку­менты ярко сви­де­тель­ствуют о том, что в усло­виях раз­ло­же­ния фео­да­лизма, воз­ник­но­ве­ния и раз­ви­тия капи­та­лизма, когда про­ле­та­риат только зарож­дался, уже пер­вый этап его исто­ри­че­ского суще­ство­ва­ния сопро­вож­дался бур­ным про­те­стом рабо­чих всех кате­го­рий про­тив кре­пост­ни­че­ского гнёта и экс­плу­а­та­ции предпринимателями.

Есте­ственно, эти вол­не­ния жестоко подав­ля­лись. Так, в 1813–1816 гг. на заво­дах Урала про­изо­шёл ряд выступ­ле­ний масте­ро­вых. Наи­бо­лее резо­нанс­ным среди них было вол­не­ние кре­стьян и масте­ро­вых на Бело­риц­ком заводе пол­ков­ника Паш­кова. Из доне­се­ний Орен­бург­ского губер­на­тора М. А. Навра­зова мы узнаём о при­чи­нах вол­не­ния, он пишет:

«Кре­стьяне начально подвиг­нуты были обна­ру­жить ропот свой от непо­мерно дерз­кого и суро­вого управ­ле­ния быв­шего при сём заводе управ­ля­ю­щим слу­жи­теля Евграфа Полян­ского и сверх того несвое­вре­мен­ною выда­чею им зара­бо­тан­ных денег, хлеба, а частью и упо­треб­ле­нием их в работы без вся­кой платы, кроме того, что с них же в послед­ние пред сим три года чинены были неуме­рен­ные вычеты за недо­ра­ботку своих уро­ков, как-то: в ковке железа, в жже­нии и возке угля и про­чего»3 .

В резуль­тате, для подав­ле­ния вол­не­ний и при­нуж­де­ния к работе на Бело­риц­кий завод была направ­лена воин­ская команда.

К началу XIX века вза­и­мо­от­но­ше­ния между заво­до­вла­дель­цами и раз­ными кате­го­ри­ями масте­ро­вых регу­ли­ро­ва­лись целым рядом мани­фе­стов (1769 и 1779 гг.), а также имен­ным поста­нов­ле­нием Сената от 9 ноября 1800 г. «Об уком­плек­то­ва­нии гор­ных заво­дов непре­мен­ными рабо­чими»4 . Эти пра­во­вые нормы были лишь попыт­кой дво­рян­ского госу­дар­ства смяг­чить зре­ю­щие клас­со­вые про­ти­во­ре­чия, отра­жа­ю­щие объ­ек­тив­ные изме­не­ния соци­ально-эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний, свя­зан­ных с зарож­де­нием капи­та­лизма. Но так как в основе поли­тики цар­ского пра­ви­тель­ства было отста­и­ва­ние клас­со­вых инте­ре­сов прежде всего дво­рян­ского сосло­вия, не могло быть и речи об огра­ни­че­нии вла­сти поме­щи­ков над сво­ими крепостными.

Вол­не­ния стали резо­нанс­ным собы­тием и имели послед­ствия. Дело дошло до Алек­сандра I, кото­рый рас­по­ря­дился создать комис­сию для деталь­ного изу­че­ния поло­же­ния масте­ро­вых. Резуль­та­том её дея­тель­но­сти стало созда­ние «Поло­же­ния об улуч­ше­нии состо­я­ния нахо­дя­щихся при казён­ных и част­ных заво­дах масте­ро­вых и работ­ных людей», кото­рое состав­ля­лось в 1817–1821 гг. Несмотря на то, что дан­ный доку­мент не вошёл в дей­ству­ю­щее на тот момент Собра­ние зако­нов, а все его пункты носили реко­мен­да­тель­ный харак­тер, оно сыг­рало опре­де­лён­ную роль, в част­но­сти, в улуч­ше­нии меди­цин­ского обес­пе­че­ния завод­ских поселений.

Для дан­ной ста­тьи имеет зна­че­ние тот факт, что в доку­менте было про­пи­сано тре­бо­ва­ние об учре­жде­нии при заво­дах гос­пи­та­лей и аптек с доста­точ­ным коли­че­ством меди­ка­мен­тов и «штат­ных лека­рей», а также бога­дельни для тех масте­ро­вых и работ­ных людей, у кото­рых нет род­ствен­ни­ков5 .

Чтобы оце­нить, имело ли это тре­бо­ва­ние какое-то реаль­ное вли­я­ние, необ­хо­димо срав­нить уро­вень раз­ви­тия меди­цин­ской инфра­струк­туры завод­ских посе­ле­ний Замос­ков­ного гор­ного округа до и после его при­ня­тия. Для этого обра­тимся к доку­мен­там, отно­ся­щимся к теме нашего иссле­до­ва­ния и хра­ня­щимся в Цен­траль­ном госу­дар­ствен­ном архиве Москвы.

В деле «…о рас­про­стра­не­нии по завод­ским сёлам при­ви­вок коро­вьей оспы» речь идёт об эпи­де­мии оспы, кото­рая сви­реп­ство­вала в начале XIX века в цен­траль­ных реги­о­нах Рос­сии. В 1807 году она унесла жизни 166 922 чело­век, а в 1808 году — 156 890 чело­век6 . Госу­дар­ство в этих усло­виях про­во­дило поли­тику по внед­ре­нию про­ти­во­оспен­ных при­ви­вок для всех родив­шихся мла­ден­цев, однако дан­ная ини­ци­а­тива натал­ки­ва­лась на ряд препятствий.

Во-пер­вых, в народе суще­ство­вали пред­рас­судки, гла­сив­шие, что «несо­об­разно с при­ро­дой чело­века заим­ство­вать оспен­ную мате­рию от живот­ного»;

Во-вто­рых, неиме­ние доста­точ­ного коли­че­ства меди­цин­ских чинов­ни­ков или дру­гих людей, спо­соб­ных сде­лать прививку;

В-тре­тьих, несо­вер­шен­ство над­зора и недо­ста­ток финан­си­ро­ва­ния со сто­роны вла­стей на местах7 .

Был пред­при­нят ряд мер для устра­не­ния этих пре­пят­ствий. Реко­мен­до­ва­лось в каж­дой губерн­ской сто­лице учре­дить коми­теты, зани­ма­ю­щи­еся про­бле­мой при­ви­ва­ния оспой, и поста­вить перед ними сле­ду­ю­щие задачи:

  • выявить число мало­лет­них детей, у кото­рых ещё не было оспы, и про­ве­сти их вакцинацию;
  • снаб­дить при­ви­ва­ю­щих необ­хо­ди­мым коли­че­ством лекарства;
  • орга­ни­зо­вать обу­че­ние специалистов.

Дан­ные меры рас­про­стра­ня­лись и на заводы, под­ве­дом­ствен­ные Мос­ков­скому гор­ному прав­ле­нию [Мос­ков­ское гор­ное прав­ле­ние — ведом­ство, под управ­ле­нием кото­рого нахо­ди­лись заводы Замос­ков­ного гор­ного округа. — Е. Р.]. Все част­ные заводы под­чи­ня­лись уезд­ным коми­те­там, однако те из них, на кото­рых име­лись соб­ствен­ные док­тора, должны были соста­вить соб­ствен­ные коми­теты на общих правилах.

В резуль­тате обсле­до­ва­ния гор­ных заво­дов Замос­ков­ного гор­ного округа в 1812 году было выяв­лено, что из 47 заво­дов лекари име­лись только на заво­дах стат­ской совет­ницы Пол­то­рац­кой и кол­леж­ских асес­со­ров Ивана и Андрея Бата­шё­вых. В общей слож­но­сти под меди­цин­ское обслу­жи­ва­ние под­па­дали 14 завод­ских посе­ле­ний. Вся система меди­цин­ского обес­пе­че­ния осталь­ных заво­дов заклю­ча­лась в вызове уезд­ных вра­чей8 .

Сви­де­тель­ством того, что «Поло­же­ние…» сыг­рало опре­де­лён­ную поло­жи­тель­ную роль, можно счи­тать тот факт, что после его опуб­ли­ко­ва­ния Гор­ный депар­та­мент сразу обес­по­ко­ился про­бле­мой отсут­ствия на заво­дах ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных вра­чей. В 1821 году всем заво­до­вла­дель­цам всех завод­ских окру­гов было разо­слано пред­пи­са­ние «оза­бо­титься поис­ком для своих заво­дов опыт­ных вра­чей»9 . Есте­ственно, все завод­чики начали писать отписки с уве­ре­ни­ями, что их глав­ная цель — это забота о масте­ро­вых, что они уже имеют опыт­ных врачей.

Тем же годом дати­ро­ван дру­гой важ­ный доку­мент10 , кото­рый затра­ги­вает инте­ре­су­ю­щий меня вопрос. Из него можно почерп­нуть подроб­ные све­де­ния о системе попе­че­ния над увеч­ными, пре­ста­ре­лыми и без­дом­ными, кото­рая сло­жи­лась в рам­ках Замос­ков­ного гор­ного округа до 1821 года.

Круп­ные завод­ские цен­тры, такие, как Вык­сун­ская и Гусев­ская группы заво­дов, при­над­ле­жав­шие наслед­ни­кам Бата­шё­вых, могли себе поз­во­лить выде­лять зна­чи­тель­ные сред­ства для орга­ни­за­ции пен­си­он­ного обес­пе­че­ния. Исходя из отчё­тов, при­сы­ла­е­мых завод­ской кон­то­рой гг. Шепе­ле­вых (вла­дель­цев Вык­сун­ской группы) в Мос­ков­ское гор­ное прав­ле­ние, система была постро­ена сле­ду­ю­щим образом:

  • Вдовы с сиро­тами, остав­ши­еся после умер­ших масте­ро­вых, полу­чали пен­сию поме­сячно, как и пре­ста­ре­лые и увеч­ные масте­ро­вые. Они либо имели свои дома, либо при­над­ле­жали к семей­ствам рабо­та­ю­щих масте­ро­вых, нахо­ди­лись на их попе­че­нии. Рас­ходы на их пен­си­он­ное обес­пе­че­ние состав­ляли в год по всем заво­дам Шепе­лева до 12 115 рублей.
  • Пре­ста­ре­лые масте­ро­вые, не совсем ещё поте­ряв­шие зре­ние и здо­ро­вье, устра­и­ва­лись на работу в кара­уль­щики и полу­чали жало­ва­нье, часть кото­рого предо­став­ля­лась в каче­стве пен­сии за их мно­го­лет­нюю службу. Рас­ходы на их пен­си­он­ное обес­пе­че­ние состав­ляли в год до 26 326 рублей.
  • Бога­дельня нахо­ди­лась только при Вык­сун­ском заводе. Туда со всех заво­дов поме­ща­лись пре­ста­ре­лые и без­род­ные жен­щины: число их было неве­лико, потому что боль­шин­ство про­жи­вало при своих род­ствен­ни­ках. На содер­жа­ние бога­дельни выда­ва­лось еже­годно без учёта отоп­ле­ния и осве­ще­ния по 440 руб. 40 к.11 .

На заво­дах (Гусев­ском, Верх­не­ун­жен­ском, Ерем­шин­ском, Илев­ском, Мер­ду­шен­ском, Воз­не­сен­ском, Сын­туль­ском) наслед­ни­ков Ивана Роди­о­но­вича Бата­шёва для тех, кто не мог зара­бо­тать себе на про­пи­та­ние, а также вдо­вам и мало­лет­ним сиро­там, про­из­во­ди­лась выдача хлеба и по 1 рублю в месяц на каждого.

Сложно судить о досто­вер­но­сти дан­ных из этого дела: боль­шин­ство из них напо­ми­нает про­стую отписку. Прак­ти­че­ски все завод­ские кон­торы в своих отве­тах, при­слан­ных в Мос­ков­ское гор­ное прав­ле­ние, утвер­ждали, что все нуж­да­ю­щи­еся живут при своих семьях, кото­рым выда­ётся опре­де­лён­ное доволь­ствие в виде денег или про­ви­анта. Подоб­ные дан­ные было сложно пере­про­ве­рить и в боль­шин­стве слу­чаев им нельзя было дове­рять — это при­зна­вали и сами чинов­ники Замос­ков­ного гор­ного прав­ле­ния в доне­се­ниях в Депар­та­мент гор­ных и соля­ных дел12 .

В каче­стве при­мера тоталь­ного обмана и кор­руп­ции, кото­рая царила в Рос­сии в пер­вой поло­вине XIX века, можно при­ве­сти исто­рию Вин­дре­ев­ского завода, при­над­ле­жа­щего купе­че­ской жене Очки­ной. Исто­рия о нём заслу­жи­вает отдель­ного мате­ри­ала, так как пред­став­ляет собой вопи­ю­щий слу­чай зло­упо­треб­ле­ния чинов­ни­ками цар­ской Рос­сии своим поло­же­нием и в целом явля­ется сви­де­тель­ством того, что и заво­до­вла­дель­цам, и чинов­ни­кам было абсо­лютно напле­вать на судьбы про­стых рабо­чих людей.

Из мате­ри­а­лов дела, хра­ня­ще­гося в фон­дах РГИА под загла­вием «По пред­став­ле­нию Мос­ков­ского гор­ного прав­ле­ния об осво­бож­де­нии от пла­тежа пода­тей не дей­ству­ю­щего Вин­дре­ев­ского завода Гене­рала-май­ора Ера­кова», видна затяж­ная чинов­ни­чья воло­кита, длив­ша­яся не один деся­ток лет. Залож­ни­ками кото­рой стали почти 1000 кре­стьян, про­жи­вав­ших в име­нии при Вин­дре­ев­ском заводе, лишён­ных работы, земли и нахо­див­шихся в таком поло­же­нии более 30 лет.

Несмотря на то, что Вин­дре­ев­ский завод зна­чился в доку­мен­тах и опи­сях Замос­ков­ного гор­ного прав­ле­ния как суще­ству­ю­щий вплоть до 60-х годов XIX века, ни завода, ни стро­е­ний, к нему при­над­ле­жа­щих, в дей­стви­тель­но­сти не было с 1825 года. Пло­тина была про­рвана, пруд спу­щен, так что завод суще­ство­вал только фор­мально. Чинов­ники должны были знать не только о без­дей­ствии завода, но и о том, что его не было, потому что на осно­ва­нии ста­тей 493-501-503 Гор­ного Устава о состо­я­нии завода дол­жен был посы­латься отчёт, и, кроме того, несколько раз на завод посы­ла­лись чинов­ники гор­ного ведом­ства. Однако, несмотря на это, в 1859 году они умуд­ри­лись про­дать несу­ще­ству­ю­щий завод гене­рал-лей­те­нанту Ера­кову. В итоге только 14 авгу­ста 1884 года, после дол­гой воло­киты, Вин­дре­ев­ский завод был нако­нец-то исклю­чён из списка гор­ных заво­дов13 .

Воз­вра­ща­ясь к нашей теме, мы должны ска­зать, что из дан­ных, каса­ю­щихся бла­го­устрой­ства бога­де­лен, при­слан­ных завод­скими кон­то­рами Замос­ков­ного гор­ного округа, сле­дует, что в 1821 году бога­дельня дей­ство­вала только при Вык­сун­ском заводе.

Слу­чаи, опи­сан­ные выше, явля­ются пря­мой реак­цией чинов­ни­ков на уже упо­мя­ну­тые пункты «Поло­же­ния…» Из при­ве­дён­ных дан­ных мы можем кон­ста­ти­ро­вать, что до при­ня­тия «Поло­же­ния…» меди­цин­ской инфра­струк­туры завод­ских посе­ле­ний прак­ти­че­ски не суще­ство­вало. Это яви­лось одной из при­чин уси­ле­ния клас­со­вой борьбы в начале XIX века.

Однако, под­чи­ня­ясь ско­рее необ­хо­ди­мо­сти, чем сооб­ра­же­ниям филан­тро­пии, чинов­ники и заво­до­вла­дельцы вынуж­дены были идти на опре­де­лён­ные уступки, реа­ги­руя на уча­стив­ши­еся слу­чаи вол­не­ний масте­ро­вых. В каче­стве сви­де­тель­ства этому можно при­ве­сти дан­ные о меди­цин­ской инфра­струк­туре завод­ских посе­ле­ний Замос­ков­ного гор­ного округа за 1835 год (см. Таб­лица 1).

Согласно пред­став­лен­ным дан­ным, из 33 завод­ских посе­ле­ний хоть какое-то меди­цин­ское обслу­жи­ва­ние име­лось теперь на тер­ри­то­рии 21. Мы видим, что коли­че­ство меди­цин­ского пер­со­нала, про­жи­ва­ю­щего при заво­дах, зна­чи­тельно воз­росло и соста­вило 23 чело­века (среди них 9 меди­цин­ских чинов­ни­ков), в сово­куп­но­сти обслу­жи­вав­ших 19 завод­ских посе­ле­ний. Каса­тельно системы попе­че­ния над увеч­ными, пре­ста­ре­лыми и без­дом­ными можно сде­лать вывод о том, что она не пре­тер­пела зна­чи­тель­ных изме­не­ний. За рас­смат­ри­ва­е­мый период бога­дельня была постро­ена только при Авгур­ском и Сивинь­ском заводах.

Назва­ние заводаНали­чие меди­цин­ского персоналаГос­пи­та­лей и аптекБога­де­ленЧис­лен­ность завод­ского поселения
Истин­ско- ЗалипяжскийОдин меди­цин­ский чинов­ник— штаб-лекарь Гернст374 души
Мышег­скийОдин меди­цин­ский чинов­ник 12 класса Гос­по­дин Кротков1144 души
Ибер­дец­кий
Чере­пет­ский
Люди­нов­ский и Сукременский1 штаб-лекарьПри обоих заво­дах и дерев­нях 2217 душ
Бог­дано- Петровский1062 души
Вык­сун­скийВелет­мен­скийСно­вид­скийВерхне-Желез­ниц­кий,Желез­ниц­кий,Унжен­ский1 штаб-лекарь 6 уче­ни­ков и 6 помощников1 боль­ница и 6 аптек1 при Вык­сун­ском заводеПри всех заво­дах 7526 душ
Кириц­кий1 при­ез­жает по найму на время
Дуг­нен­ский308 душ
Авгур­ский и Сивинь­скийОдин меди­цин­ский чиновник1760 масте­ро­вых, 324 крестьян
Песо­чен­ский и Серен­скийПри обоих заво­дах 651 души
Гусев­скийВерх­не­ун­жен­скийЕрем­шин­скийИлев­ский,Мер­ду­шен­ский,Воз­не­сен­скийСын­туль­скийМеди­цин­ских чинов­ни­ков при Гусев­ском — 2, при Ерем­шин­ском — 1, на Воз­не­сен­ском 1 меди­цин­ский работник1 гос­пи­таль и 1 аптекаНа всех заво­дах всего 12 384 души
Ханин­ский2182 души
Ряб­кин­ский1106 душ
Неплож­ский1 лекар­ский ученик407 душ
Быто­шов­ский488 душ
Вин­дре­ев­ский833 душ
Дубен­ский201 душа
Сенет­ско-Ива­нов­ский370 душ
Таб­лица 1. Меди­цин­ская инфра­струк­тура завод­ских посе­ле­ний Замос­ков­ного гор­ного округа (1835 г.)14 .

Нужно обра­тить вни­ма­ние на то, что я опе­ри­рую в основ­ном коли­че­ствен­ными пока­за­те­лями, за неиме­нием источ­ни­ков остав­ляя без вни­ма­ния каче­ство меди­цин­ского обес­пе­че­ния. Однако и при­ве­дён­ных дан­ных доста­точно, чтобы под­твер­дить, что клас­со­вое обще­ство раз­ви­ва­ется бла­го­даря нали­чию анта­го­ни­сти­че­ских про­ти­во­ре­чий между клас­сами. Появ­ле­ние зачат­ков меди­цин­ского обес­пе­че­ния и меди­цин­ской инфра­струк­туры в рам­ках завод­ских посе­ле­ний Замос­ков­ного гор­ного округа в пер­вой поло­вине XIX века нераз­рывно свя­зано с обостре­нием клас­со­вых про­ти­во­ре­чий, выра­зив­шихся в вол­не­ниях масте­ро­вых. Для под­дер­жа­ния ста­биль­но­сти системы дво­рян­ское госу­дар­ство было вынуж­дено высту­пать в каче­стве арбитра в этом кон­фликте. Огра­ни­чить поме­щи­чье право оно не могло, однако, пыта­ясь сгла­дить кон­фликт посред­ством регла­мен­та­ции отно­ше­ний между заво­до­вла­дель­цами и рабо­чими, всё же спо­соб­ство­вало дви­же­нию впе­рёд в рас­смат­ри­ва­е­мой нами обла­сти. Конечно, этих ини­ци­а­тив ока­за­лось недо­ста­точно, вся система тре­бо­вала кар­ди­наль­ной пере­стройки, но это уже отдель­ная тема.

При отказе от клас­со­вого под­хода выше­опи­сан­ные связи явле­ний оста­лись бы для нас туман­ными и навер­няка были бы истол­ко­ваны пре­вратно. На этом при­мере хорошо чув­ству­ется необ­хо­ди­мость исполь­зо­ва­ния марк­сист­ской мето­до­ло­гии позна­ния. Отсут­ствие её при­ме­не­ния при­во­дит к тому, что исто­ри­че­ская наука пре­вра­ща­ется в миф о «доб­рых хозя­е­вах» и «есте­ствен­ном про­грессе», посред­ством кото­рого тра­ди­ци­он­ные обще­ства чудес­ным обра­зом пре­вра­ща­ются в современные.

Нашли ошибку? Выде­лите фраг­мент тек­ста и нажмите Ctrl+Enter.

При­ме­ча­ния

  1. Ерма­ха­нова С. А. Тео­рия модер­ни­за­ции: исто­рия и совре­мен­ность.
  2. Рабо­чее дви­же­ние в Рос­сии в 1800—1860 гг. М.: Гос­по­ли­т­из­дат, 1951. 1040 с.
  3. Там же. С. 296.
  4. Более подробно о пра­во­вом регу­ли­ро­ва­нии вза­и­мо­от­но­ше­ний заво­до­вла­дель­цев и масте­ро­вых см.: Арсен­тьев Н. М. Пра­во­вое поло­же­ние рабо­чих Замос­ков­ного гор­ного округа конца XVIII — пер­вой поло­вине XIX века в ретро­спек­тиве модер­ни­за­ци­он­ной пара­дигмы Рос­сии // Эко­но­ми­че­ская исто­рия. 2013. № 2 (21). С. 8–18.
  5. Арсен­тьев Н. М. Пра­во­вое поло­же­ние рабо­чих Замос­ков­ного гор­ного округа конца XVIII — пер­вой поло­вине XIX века в ретро­спек­тиве модер­ни­за­ци­он­ной пара­дигмы Рос­сии // Эко­но­ми­че­ская исто­рия. 2013. № 2 (21). С. 12.
  6. ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 1248. Л. 3.
  7. ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 1248. Л. 7.
  8. ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 1248. Л. 21.
  9. См.: РГИА. Ф. 37. Оп. 5. Д. 117.
  10. ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 137. Л. 1–35.
  11. ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 137. Л. 30–31.
  12. См.: ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 137.
  13. См.: РГИА. Ф. 37. Оп. 73. Д. 28.
  14. ГБУ «ЦГА Москвы» ОХД до 1917 г. Ф. 2199. Оп. 1. Д. 1562. Л. 31–71.