В. И. Ленин о сущности и основных признаках товарного производства

В. И. Ленин о сущности и основных признаках товарного производства
~ 426 мин

Монография Николая Владимировича Хессина напи­сана по мате­ри­а­лам док­тор­ской дис­сер­та­ции, защи­щён­ной на эко­но­ми­че­ском факуль­тете МГУ в июне 1967 года. В ней даётся раз­вёр­ну­тый ана­лиз взгля­дов В. И. Ленина на сущ­ность и основ­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства, а также политико-​экономическое содер­жа­ние товара и закона стоимости.

Автор иссле­дует ленин­скую мето­до­ло­гию ана­лиза про­блем товар­ного про­из­вод­ства и пока­зы­вает её зна­че­ние для прак­тики ком­му­ни­сти­че­ского стро­и­тель­ства. Важное место уде­лено рас­кры­тию ленин­ского тезиса о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме, пер­спек­тив его раз­ви­тия в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму, а также при социализме.

Работа, содер­жа­щая ряд дис­кус­си­он­ных поло­же­ний, широко обсуж­да­лась на кафедре поли­ти­че­ской эко­но­мии эко­но­ми­че­ского факуль­тета МГУ и выно­сится в насто­я­щее время на обсуж­де­ние широ­кого круга читателей.

Печатается по поста­нов­ле­нию Редакционно-​издательского совета Московского университета.


Оглавление скрыть

Введение

Постановка проблемы исследования

«…Коммунизма не может быть у людей, кото­рые не усво­или, не доби­лись объ­яс­не­ния, что такое ком­му­низм и что такое товар­ное хозяйство».

В. И. Ленин


В гени­аль­ных политико-​экономических иссле­до­ва­ниях В. И. Ленина исклю­чи­тельно важ­ное место зани­мают вопросы тео­рии товар­ного про­из­вод­ства и закона стоимости.

На основе марк­сист­ской тео­рии и мето­до­ло­гии ана­лиза новых фак­тов и явле­ний в новых исто­ри­че­ских усло­виях В. И. Ленин раз­вил строй­ную, внут­ренне свя­зан­ную во всех зве­ньях кон­цеп­цию товар­ного про­из­вод­ства, охва­ты­ва­ю­щую все реша­ю­щие сту­пени его воз­ник­но­ве­ния, раз­ви­тия и исто­ри­че­ских судеб.

В рабо­тах В. И. Ленина мы нахо­дим глу­бо­кий и раз­но­сто­рон­ний ана­лиз сле­ду­ю­щих клю­че­вых про­блем тео­рии товар­ного про­из­вод­ства: 1) пре­вра­ще­ние нату­раль­ного хозяй­ства в товар­ное, 2) законы раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства, 3) пре­вра­ще­ние товар­ного про­из­вод­ства в капи­та­ли­сти­че­ское, 4) под­рыв товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме, 5) исполь­зо­ва­ние товарно-​денежных отно­ше­ний в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму, 6) исто­ри­че­ские судьбы товар­ного про­из­вод­ства с пере­хо­дом к социализму.

В. И. Ленин, раз­ви­вая тео­рию К. Маркса, по каж­дому из этих пунк­тов внёс неоце­ни­мый вклад в науку.

А. И. Пашков, иссле­дуя работы В. И. Ленина 90-​х годов, отме­тил выда­ю­щийся вклад В. И. Ленина в ана­лиз про­блем мел­кого товар­ного производства.

«Оценивая обще­тео­ре­ти­че­ское зна­че­ние содер­жа­щихся в ленин­ских рабо­тах 90-​х годов поло­же­ний о мел­ком товар­ном про­из­вод­стве, можно ска­зать, что эти работы Ленина допол­няют создан­ную К. Марксом поли­ти­че­скую эко­но­мию новым важ­ным раз­де­лом — раз­вёр­ну­тым уче­нием о мел­ком товар­ном про­из­вод­стве и капи­та­ли­сти­че­ском раз­ло­же­нии его»1 .

Исключительную цен­ность пред­став­ляет ленин­ский ана­лиз зако­нов пре­вра­ще­ния товар­ного хозяй­ства в капи­та­ли­сти­че­ское. В тру­дах В. И. Ленина пока­зан не только про­цесс пре­вра­ще­ния мел­кого товар­ного про­из­вод­ства в капи­та­ли­сти­че­ское, но и про­цесс пре­вра­ще­ния поме­щи­чьего товар­ного хозяй­ства в капи­та­ли­сти­че­ское. Знаменитое ленин­ское уче­ние о двух путях раз­ви­тия капи­та­лизма в сель­ском хозяй­стве яви­лось круп­ней­шим вкла­дом в марк­сист­скую эко­но­ми­че­скую тео­рию и сыг­рало исклю­чи­тельно важ­ную роль при реше­нии практически-​политических вопро­сов о союз­ни­ках рабо­чего класса в буржуазно-​демократической и соци­а­ли­сти­че­ской революциях.

Особую цен­ность с точки зре­ния совре­мен­но­сти пред­став­ляет ленин­ский ана­лиз под­рыва товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме, исполь­зо­ва­ния товарно-​денежных отно­ше­ний в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму и исто­ри­че­ских судеб товар­ного про­из­вод­ства с пере­хо­дом к социализму.

Целый ряд отправ­ных пунк­тов для прин­ци­пи­аль­ного реше­ния этих вопро­сов дан уже в тру­дах Маркса и Энгельса. В. И. Ленин опи­ра­ется в своём ана­лизе на ука­за­ния осно­во­по­лож­ни­ков науч­ного ком­му­низма. Но Маркс и Энгельс жили в иных исто­ри­че­ских усло­виях. Они не оста­вили и не могли оста­вить раз­вёр­ну­того тео­ре­ти­че­ского ана­лиза дан­ных про­блем, ибо сама исто­ри­че­ская дей­стви­тель­ность ещё не давала доста­точ­ного мате­ри­ала для широ­ких и мно­го­пла­но­вых тео­ре­ти­че­ских обоб­ще­ний. Эта задача бле­стяще решена В. И. Лениным в новых исто­ри­че­ских усло­виях, на новом исто­ри­че­ском мате­ри­але, с обоб­ще­нием реаль­ной прак­тики стро­и­тель­ства нового обще­ства. Анализ этих про­блем пред­став­ляет собой вели­кий вклад В. И. Ленина в эко­но­ми­че­скую тео­рию марк­сизма вообще и тео­рию товар­ного про­из­вод­ства в осо­бен­но­сти. Ленинские реше­ния дан­ных про­блем сохра­няют всю свою силу в совре­мен­ных усло­виях и явля­ются путе­вод­ной нитью для всей прак­тики ком­му­ни­сти­че­ского стро­и­тель­ства. Вот почему на них должно быть обра­щено осо­бое внимание.

За послед­ние годы совет­скими эко­но­ми­стами мно­гое сде­лано для все­сто­рон­него осве­ще­ния ленин­ского вклада в эко­но­ми­че­скую тео­рию марк­сизма. В связи с 90-​летием со дня рож­де­ния В. И. Ленина издан целый ряд сбор­ни­ков, в кото­рых осве­ща­ются раз­лич­ные сто­роны тео­ре­ти­че­ской дея­тель­но­сти вождя про­ле­тар­ской рево­лю­ции. Вышли спе­ци­аль­ные сбор­ники, в кото­рых осве­ща­ются раз­лич­ные сто­роны тео­ре­ти­че­ской дея­тель­но­сти вождя про­ле­тар­ской рево­лю­ции. Вышли спе­ци­аль­ные сбор­ники, в кото­рых изу­ча­ется вклад В. И. Ленина в эко­но­ми­че­скую тео­рию2 . В обшир­ной моно­гра­фии А. И. Пашкова содер­жится ана­лиз тео­ре­ти­че­ского зна­че­ния ленин­ских эко­но­ми­че­ских работ 90-​х годов3 . Изданы иссле­до­ва­ния, посвя­щён­ные вкладу В. И. Ленина в реше­ние отдель­ных тео­ре­ти­че­ских про­блем поли­ти­че­ской эко­но­мии — про­блем вос­про­из­вод­ства, ренты, аграр­ных отно­ше­ний4 5 . Имеется спе­ци­аль­ная работа о ленин­ской мето­до­ло­гии эко­но­ми­че­ского ана­лиза6 .

Советские эко­но­ми­сты, зани­ма­ю­щи­еся про­бле­мами товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти, опи­ра­ются в своих ана­ли­зах на ленин­ские работы. В ряде име­ю­щихся работ более или менее подробно осве­щена ленин­ская пози­ция по отдель­ным раз­де­лам тео­рии товар­ного про­из­вод­ства. Так, в назван­ном иссле­до­ва­нии А. И. Пашкова уде­лено зна­чи­тель­ное вни­ма­ние взгля­дам В. И. Ленина на зако­но­мер­но­сти ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия мел­кого товар­ного про­из­вод­ства. В труде Н. А. Цаголова дан ана­лиз ленин­ского уче­ния о двух путях раз­ви­тия капи­та­лизма в сель­ском хозяй­стве7 . В работе Г. А. Козлова изу­ча­ются неко­то­рые сто­роны ленин­ских взгля­дов о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти при импе­ри­а­лизме8 . Характеристика ленин­ских взгля­дов на про­блемы исполь­зо­ва­ния товарно-​денежных отно­ше­ний в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму и на судьбы товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме дана в рабо­тах К. Островитянова, Я. Кронрода9 10 (правда, в весьма спор­ной интерпретации).

Однако до сих пор в нашей лите­ра­туре ещё нет спе­ци­аль­ных иссле­до­ва­ний, в кото­рых бы дава­лась вся ленин­ская кон­цеп­ция товар­ного про­из­вод­ства в целом.

Автор насто­я­щей работы не ста­вит перед собой подоб­ной задачи, она может быть решена лишь на основе кол­лек­тив­ных уси­лий совет­ских эко­но­ми­стов. Перед авто­ром постав­лена более узкая цель — осве­тить одно из важ­ных направ­ле­ний в ленин­ском ана­лизе товар­ного про­из­вод­ства, не полу­чив­шее ещё отра­же­ния в нашей лите­ра­туре, но име­ю­щее важ­ное зна­че­ние для тео­рии и прак­тики ком­му­ни­сти­че­ского строительства.

Вот уже свыше десяти лет между совет­скими эко­но­ми­стами идёт ожив­лён­ная поле­мика по вопросу о месте и роли товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме. Написано огром­ное коли­че­ство книг, бро­шюр, ста­тей. Обнаружилось мно­же­ство самых раз­но­об­раз­ных точек зре­ния. Но и до сих пор все совет­ские эко­но­ми­сты испы­ты­вают чув­ство неудо­вле­тво­рен­но­сти суще­ству­ю­щими тео­ре­ти­че­скими решениями.

Если бы речь шла о раз­но­гла­сиях по каким-​то вто­ро­сте­пен­ным вопро­сам, в этом не было бы ничего необыч­ного, ибо в любой период раз­ви­тия науки име­ется много спор­ных и нере­шён­ных про­блем. Но свое­об­ра­зие поло­же­ния заклю­ча­ется в том, что не достиг­нуто един­ство по самым корен­ным, осно­во­по­ла­га­ю­щим вопро­сам, име­ю­щим прин­ци­пи­аль­ное зна­че­ние для всей прак­тики ком­му­ни­сти­че­ского стро­и­тель­ства и пер­спек­тив даль­ней­шего раз­ви­тия нашего общества.

Первый корен­ной вопрос — это вопрос о том, явля­ется ли соци­а­ли­сти­че­ский спо­соб про­из­вод­ства по своей сущ­но­сти осо­бым родом товар­ного про­из­вод­ства или нет.

Если соци­а­лизм есть лишь осо­бый вид или род товар­ного про­из­вод­ства, то в прак­тике хозяй­ство­ва­ния необ­хо­димо опи­раться на законы товар­ного про­из­вод­ства, и в первую оче­редь — закон сто­и­мо­сти. Те эко­но­ми­сты, кото­рые пола­гают, что соци­а­лизм есть товар­ное про­из­вод­ство, пред­ла­гают дать пол­ный про­стор закону сто­и­мо­сти и пре­вра­тить его в регу­ля­тор соци­а­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства. Они стоят за созда­ние осо­бой тео­рии «соци­а­ли­сти­че­ского товар­ного про­из­вод­ства» со всеми выте­ка­ю­щими из неё прак­ти­че­скими рекомендациями.

Если же соци­а­лизм не явля­ется по своей сущ­но­сти товар­ным про­из­вод­ством, то в прак­тике хозяй­ство­ва­ния необ­хо­димо опи­раться не на законы товар­ного про­из­вод­ства, а на соб­ствен­ные законы соци­а­лизма, в первую оче­редь закон пла­но­мер­ного раз­ви­тия, основ­ной закон, закон рас­пре­де­ле­ния по труду и т. д. Из этого тео­ре­ти­че­ского реше­ния с неиз­беж­но­стью выте­кает иной под­ход к вопро­сам соче­та­ния плана и закона сто­и­мо­сти. Если при пер­вом под­ходе в той или иной форме прямо или кос­венно пред­ла­га­ется допол­нить пла­но­мер­ное регу­ли­ро­ва­ние соци­а­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства сти­хий­ным регу­ли­ро­ва­нием через рынок, пред­ла­га­ется посте­пенно сужи­вать круг пла­но­вых пока­за­те­лей, предо­став­лять пред­при­я­тиям все боль­шую и боль­шую само­сто­я­тель­ность в реше­нии вопроса о том, что, как и сколько про­из­во­дить; кому и когда про­да­вать, ори­ен­ти­ру­ясь лишь на рыноч­ную конъ­юнк­туру и т. п., то при вто­ром под­ходе на пер­вое место выдви­га­ется совер­шен­ство­ва­ние пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства, пре­одо­ле­ние вся­кого волюн­та­ризма и субъ­ек­ти­визма в пла­ни­ро­ва­нии народ­ного хозяй­ства, пере­ход к научно обос­но­ван­ному пла­ни­ро­ва­нию, поз­во­ля­ю­щему обес­пе­чить сла­жен­ную, гар­мо­нич­ную и высо­ко­эф­фек­тив­ную дея­тель­ность всего обще­ствен­ного про­из­вод­ствен­ного орга­низма. При таком под­ходе уже не оста­ется места и усло­вий для дей­ствия закона сто­и­мо­сти, а тем более для его регу­ли­ру­ю­щей роли.

Некоторые эко­но­ми­сты пред­ла­гают ком­про­мисс­ное реше­ние. С их точки зре­ния в прак­тике хозяй­ство­ва­ния необ­хо­димо опи­раться и на законы соци­а­лизма, и на законы товар­ного про­из­вод­ства. По их мне­нию эти законы не кон­флик­туют друг с дру­гом, а допол­няют друг друга и дей­ствуют в одном и том же направ­ле­нии. Фактически пред­ла­га­ется раз­ви­тие эко­но­мики на дуа­ли­сти­че­ской основе.

Имеет место и еще одна точка зре­ния, кото­рая сво­дится к тому, что, хотя надо опи­раться и на законы соци­а­лизма, и на законы товар­ного про­из­вод­ства, все же опре­де­ля­ю­щая роль должна оста­ваться за зако­нами соци­а­лизма, а законы товар­ного про­из­вод­ства должны исполь­зо­ваться лишь как допол­ни­тель­ная, под­чи­нен­ная и вре­мен­ная форма.

Несомненно, что столь суще­ствен­ные раз­ли­чия в реше­нии вопроса о при­роде соци­а­ли­сти­че­ского спо­соба про­из­вод­ства неиз­бежно ведут к раз­лич­ным прак­ти­че­ским реко­мен­да­циям и свя­заны с раз­лич­ными пред­став­ле­ни­ями о пер­спек­ти­вах раз­ви­тия нашего спо­соба производства.

С пер­вым корен­ным вопро­сом свя­зан и вопрос о необ­хо­ди­мо­сти товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме. И по этому вопросу было немало дис­кус­сий. Разные авторы видят необ­хо­ди­мость товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме в раз­ных при­чи­нах. В насто­я­щее время при ответе на дан­ный вопрос нередко дается целый набор раз­ных при­чин, эклек­ти­че­ски или меха­ни­сти­че­ски свя­зан­ных друг с дру­гом. Невозможность прийти к еди­ному мне­нию поро­дила свое­об­раз­ную реак­цию со сто­роны неко­то­рых эко­но­ми­стов. Они пред­ло­жили вообще пре­кра­тить дис­кус­сии о необ­хо­ди­мо­сти товар­ного про­из­вод­ства, исхо­дить из того, что нали­чие товар­ного про­из­вод­ства явля­ется «оче­вид­ным фак­том», и кон­цен­три­ро­вать глав­ное вни­ма­ние на выра­ботке кон­крет­ных реко­мен­да­ций по исполь­зо­ва­нию товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти. Нетрудно понять, сколь «эффек­тив­ными» будут прак­ти­че­ские реко­мен­да­ции, если не выяс­нен корен­ной вопрос об объ­ек­тив­ной необ­хо­ди­мо­сти товар­ного про­из­вод­ства при социализме.

Тот факт, что совет­ские эко­но­ми­сты не при­шли к един­ству в реше­нии вопро­сов о при­чи­нах сохра­не­ния товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме и вынуж­дены поль­зо­ваться при объ­яс­не­нии целым набо­ром при­чин, гово­рит о том, что в самой объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти недо­стает чего-​то самого суще­ствен­ного и глав­ного для обос­но­ва­ния тезиса о необ­хо­ди­мо­сти товар­ного про­из­вод­ства при социализме.

В ходе дис­кус­сий обна­ру­жи­лось, что раз­лич­ные авторы по-​разному пони­мают сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти. Каждый автор вкла­ды­вает в одни и те же тер­мины самый раз­лич­ный политико-​экономический смысл. Это обсто­я­тель­ство чрез­вы­чайно ослож­нило поиски истины, поро­дило излиш­нее коли­че­ство совер­шенно ненуж­ных сло­во­пре­ний. Эта пута­ница в исход­ных поня­тиях эко­но­ми­че­ской науки при­вела к тому, что за пред­ло­же­ни­ями «исполь­зо­вать закон сто­и­мо­сти и товар­ное про­из­вод­ство» у раз­лич­ных авто­ров скры­ва­ется самый раз­лич­ный, под­час про­ти­во­по­лож­ный смысл. Так, одни эко­но­ми­сты под исполь­зо­ва­нием закона сто­и­мо­сти пони­мают пла­но­вое уста­нов­ле­ние цен в соот­вет­ствии с затра­тами обще­ственно необ­хо­ди­мого труда. Другие пони­мают под исполь­зо­ва­нием закона сто­и­мо­сти уси­ле­ние роли рынка в учете и рас­пре­де­ле­нии обще­ствен­ного труда. И хотя обе сто­роны фор­мально при­зы­вают к исполь­зо­ва­нию закона сто­и­мо­сти, на деле речь идет об исполь­зо­ва­нии раз­лич­ных зако­нов учета и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда.

Нередко раз­ли­чие в оцен­ках политико-​экономической при­роды одних и тех же фак­тов соци­а­ли­сти­че­ской дей­стви­тель­но­сти порож­да­лось именно тем, что раз­ные эко­но­ми­сты поль­зо­ва­лись раз­ным пони­ма­нием сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти. Одни пола­гают, что глав­ный при­знак товар­ного про­из­вод­ства — про­из­вод­ство для про­дажи, — и с пози­ций подоб­ного пони­ма­ния при­хо­дят к одним политико-​экономическим оцен­кам нашей дей­стви­тель­но­сти. Другие счи­тают, что товар­ное про­из­вод­ство по своей сущ­но­сти есть строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных рын­ком, — и при­хо­дят к иным политико-​экономическим обоб­ще­ниям. Третьи создают свое соб­ствен­ное пони­ма­ние товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти. Результатом этого яви­лось рез­кое уси­ле­ние раз­но­гла­сий в реше­нии ряда корен­ных вопро­сов тео­рии и прак­тики ком­му­ни­сти­че­ского строительства.

В исто­рии эко­но­ми­че­ской мысли было немало слу­чаев, когда при оценке одних и тех же фак­тов одной и той же реаль­ной дей­стви­тель­но­сти раз­лич­ные авторы при­хо­дили к раз­ным выво­дам только потому, что имели раз­ные суж­де­ния о суще­стве тех или иных эко­но­ми­че­ских категорий.

Так, при ответе на вопрос о том, раз­ви­ва­ется капи­та­лизм в России или нет, марк­си­сты и народ­ники давали прин­ци­пи­ально раз­лич­ные ответы, хотя опи­ра­лись на мате­ри­алы одной и той же объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти. Ленин дока­зал, что в России идет раз­ви­тие капи­та­лизма. Народники пола­гали, что Россия идет по нека­пи­та­ли­сти­че­скому пути, в ней раз­ви­ва­ется осо­бый «общин­ный», «народ­ный» строй, а капи­та­лизм «не при­вьется». Если отвлечься от раз­ли­чий в клас­со­вых пози­циях, то столь про­ти­во­по­лож­ная оценка одной и той же дей­стви­тель­но­сти была в зна­чи­тель­ной мере вызвана раз­лич­ным пони­ма­нием капи­та­ли­сти­че­ского строя.

Возьмем, для при­мера, дис­кус­сию о том, явля­ются ли при соци­а­лизме сред­ства про­из­вод­ства това­рами или нет. Сталин, исходя из дан­ного им опре­де­ле­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара, пола­гал, что при соци­а­лизме сред­ства про­из­вод­ства явля­ются това­рами только по форме, но не по суще­ству. Они имеют лишь товар­ную обо­лочку. И с пози­ций ста­лин­ского пони­ма­ния сути товара ника­ких иных выво­дов было делать нельзя.

Те совет­ские эко­но­ми­сты, кото­рые счи­тали, что сред­ства про­из­вод­ства при соци­а­лизме явля­ются това­рами не только по форме, но и по суще­ству, пере­смот­рели ста­лин­ское пони­ма­ние политико-​экономической сущ­но­сти товара. И уже с пози­ций этого нового пони­ма­ния смогли сде­лать вывод о товар­ной сущ­но­сти средств про­из­вод­ства при соци­а­лизме. Реальная эко­но­ми­че­ская дей­стви­тель­ность оста­ва­лась одной и той же. Закономерности дви­же­ния средств про­из­вод­ства были одними и теми же. Но политико-​экономическая оценка изме­ни­лась только потому, что вме­сто одного пони­ма­ния сущ­но­сти товара было пред­ло­жено другое.

Вот почему, на наш взгляд, необ­хо­димо в первую оче­редь уста­но­вить, что такое товар­ное про­из­вод­ство и что такое закон сто­и­мо­сти и лишь после этого решать вопрос о их месте и роли при соци­а­лизме. В науке непоз­во­ли­тельно упо­треб­лять один и тот же тер­мин для харак­те­ри­стики совер­шенно раз­лич­ных, под­час про­ти­во­по­лож­ных по сво­ему харак­теру реаль­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Необходимо во всех политико-​экономических оцен­ках исхо­дить из того науч­ного пони­ма­ния дан­ных кате­го­рий, кото­рое выра­бо­тано К. Марксом, Ф. Энгельсом, В. И. Лениным.

Настоящая работа имеет своей целью дать раз­вер­ну­тую харак­те­ри­стику взгля­дов В. И. Ленина на сущ­ность, основ­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства и закона стоимости.

В насто­я­щее время в нашей эко­но­ми­че­ской лите­ра­туре вопрос о сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ках товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти вытес­ня­ется вопро­сом об осо­бен­но­стях товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти при соци­а­лизме. Мы пола­гаем, что вопрос об осо­бен­но­стях может быть пло­до­творно решен лишь после выяс­не­ния вопроса о сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и закона стоимости.

Акцентирование вни­ма­ния на осо­бен­но­стях товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти при соци­а­лизме при­вело к тому, что мно­гие эко­но­ми­сты стали вообще отри­цать пра­во­мер­ность при­зна­ния еди­ной сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти во всех общественно-​экономических фор­ма­циях. С их точки зре­ния, у товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти нет сво­его соб­ствен­ного содер­жа­ния, своей сущ­но­сти и обя­за­тель­ных для нее форм про­яв­ле­ния. Есть только «осо­бен­но­сти», раз­ные для раз­ных фор­ма­ций. Очень мод­ным стал тезис о том, что товар­ное про­из­вод­ство выра­жает самые раз­лич­ные типы про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, напол­ня­ется содер­жа­нием того спо­соба про­из­вод­ства, при кото­ром существует.

Из марк­сист­ского тезиса о том, что нали­чие тех или иных типов про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний ока­зы­вает то или иное вли­я­ние на раз­ви­тие товар­ного про­из­вод­ства, моди­фи­ци­рует формы его про­яв­ле­ния, дела­ется далеко иду­щий вывод, будто товар­ное про­из­вод­ство не имеет сво­его соб­ствен­ного политико-​экономического содер­жа­ния и может напол­няться самым раз­лич­ным содер­жа­нием. Фактически идет речь об устра­не­нии самого поня­тия «товар­ное про­из­вод­ство». В один и тот же тер­мин вкла­ды­ва­ется самое раз­лич­ное содержание.

Не слу­чайно ряд эко­но­ми­стов пола­гает, что нельзя дать какого-​то абстракт­ного, общего поня­тия товар­ного про­из­вод­ства. Есть раз­ные типы товар­ного про­из­вод­ства — про­стое, капи­та­ли­сти­че­ское и соци­а­ли­сти­че­ское. Но у этих раз­ных типов нет еди­ной сущ­но­сти. Точнее, нет еди­ной сущ­но­сти у пер­вых двух форм товар­ного про­из­вод­ства и соци­а­ли­сти­че­ской формы. При такой логике рас­суж­де­ний откры­ва­ется пол­ный про­стор для упо­треб­ле­ния тер­мина «товар­ное про­из­вод­ство» в самых раз­лич­ных смыслах.

В. И. Ленин в своих рабо­тах дает ана­лиз, с одной сто­роны, «товар­ного про­из­вод­ства вообще», а с дру­гой сто­роны, его раз­лич­ных исто­ри­че­ских форм: мел­кого, капи­та­ли­сти­че­ского, поме­щи­чьего. Ленин не отри­цает раз­ли­чий между раз­ными фор­мами товар­ного про­из­вод­ства, напро­тив, ярко пока­зы­вает их, вскры­вая те или иные моди­фи­ка­ции. Но в то же время В. И. Ленин вскры­вает законы раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства «вообще», т. е. законы, внут­ренне при­су­щие вся­кому типу товар­ного про­из­вод­ства и раз­ли­ча­ю­щи­еся лишь по фор­мам сво­его про­яв­ле­ния. Он выяв­ляет в первую оче­редь «соб­ствен­ное» содер­жа­ние товар­ного про­из­вод­ства, его сущ­ность и основ­ные при­знаки и лишь на этом фоне рас­смат­ри­вает те или иные моди­фи­ка­ции, свя­зан­ные с раз­ли­чием исто­ри­че­ских форм товар­ного производства.

В насто­я­щей работе мы ста­вим своей зада­чей осве­тить взгляды В. И. Ленина именно в этом плане, выявить соб­ствен­ное содер­жа­ние товар­ного про­из­вод­ства и свой­ствен­ные ему законы, рас­смот­реть вопрос о моди­фи­ка­циях, осо­бен­но­стях товар­ного про­из­вод­ства, вызы­ва­е­мых тем или иным типом про­из­вод­ствен­ных отношений.

Большая часть работы посвя­щена ленин­ским взгля­дам на товар­ное про­из­вод­ство и закон сто­и­мо­сти «вообще», т. е. выяв­ле­нию их соб­ствен­ной политико-​экономической при­роды, соб­ствен­ного содержания.

Исходя из ленин­ского пони­ма­ния товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти, мы попы­та­емся в конце работы выра­зить свое отно­ше­ние к вопросу об исто­ри­че­ских судь­бах товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти с пере­хо­дом к социализму.

Обычно при иссле­до­ва­нии взгля­дов какого-​либо мыс­ли­теля счи­та­ется необ­хо­ди­мым дать харак­те­ри­стику исто­ри­че­ских усло­вий, в кото­рых раз­вер­ты­ва­лась его тео­ре­ти­че­ская дея­тель­ность. Мы пола­гаем, что подоб­ный под­ход дей­стви­тельно необ­хо­дим, ибо он поз­во­ляет вскрыть направ­ле­ние тео­ре­ти­че­ских поис­ков мыс­ли­теля, глав­ные объ­екты тео­ре­ти­че­ского ана­лиза, их зна­чи­мость для тех или иных исто­ри­че­ских усло­вий, при тех или иных соот­но­ше­ниях клас­со­вых сил.

И тем не менее в дан­ной работе мы реша­емся опу­стить спе­ци­аль­ную поста­новку вопроса об исто­ри­че­ских усло­виях, в кото­рых раз­вер­ты­вал свою дея­тель­ность В. И. Ленин. Дело в том, что ана­лиз этой дей­стви­тель­но­сти широко и подробно осве­щен в работе А. И. Пашкова и в рабо­тах дру­гих совет­ских эко­но­ми­стов, зани­мав­шихся ана­ли­зом ленин­ского насле­дия. Мы не можем доба­вить к этим ана­ли­зам что-​либо новое. В дан­ной работе мы будем нередко ссы­латься на совре­мен­ную В. И. Ленину эко­но­ми­че­скую дей­стви­тель­ность, но лишь в той мере, в какой это необ­хо­димо для выяв­ле­ния его вклада в общую тео­рию товар­ного про­из­вод­ства и закона стоимости.

В. И. Ленин ана­ли­зи­ро­вал в своих рабо­тах совер­шенно опре­де­лен­ный, совре­мен­ный ему исто­ри­че­ский мате­риал. Но, полу­чив тот или иной тео­ре­ти­че­ский вывод на основе ана­лиза рус­ской дей­стви­тель­но­сти, В. И. Ленин обра­щался к ана­лизу запад­но­ев­ро­пей­ского опыта, стре­мясь найти под­твер­жде­ние полу­чен­ных обоб­ще­ний. Так при ана­лизе зако­но­мер­но­стей раз­ви­тия мел­кого товар­ного про­из­вод­ства и его пре­вра­ще­ния в капи­та­ли­сти­че­ское В. И. Ленин при­влек огром­ный ста­ти­сти­че­ский мате­риал по России, Германии, Дании, Америке. Это поз­во­лило ему вскрыть ряд общих зако­но­мер­но­стей, при­су­щих всем стра­нам, что обо­га­щало, кон­кре­ти­зи­ро­вало эко­но­ми­че­скую тео­рию Маркса, под­твер­ждало ее правоту и вме­сте с тем явля­лось даль­ней­шим твор­че­ским ее раз­ви­тием. В работе И. П. Суслова «Методология эко­но­ми­че­ского ана­лиза в тру­дах В. И. Ленина» содер­жится много цен­ного для харак­те­ри­стики этой сто­роны вопроса. И мы не будем на этом подробно останавливаться.

Для нас явля­ется важ­ным осве­тить ленин­ский вклад в общую тео­рию товар­ного про­из­вод­ства, кото­рая сохра­няет свое зна­че­ние для всех стран и всех наро­дов, у кото­рых налицо товар­ное про­из­вод­ство. Различие исто­ри­че­ских усло­вий может вне­сти ряд моди­фи­ка­ций в про­яв­ле­ние зако­нов товар­ного про­из­вод­ства, но оно не может отме­нить самого суще­ства товар­ного про­из­вод­ства и внут­рен­них тен­ден­ций его развития.

В. И. Ленин раз­ра­ба­ты­вал тео­ре­ти­че­ские про­блемы для ответа на вопросы, постав­лен­ные прак­ти­кой клас­со­вой борьбы про­ле­та­ри­ата. Для выра­ботки пра­виль­ной поли­ти­че­ской линии, пра­виль­ной про­граммы дей­ствий необ­хо­дим был самый глу­бо­кий, скру­пу­лез­ный и вме­сте с тем объ­ек­тив­ный ана­лиз зако­но­мер­но­стей раз­ви­тия реаль­ной дей­стви­тель­но­сти. Единство тео­рии и прак­тики поз­во­лило В. И. Ленину достичь вер­шин науч­ного анализа.

Анализ зако­но­мер­но­стей раз­ви­тия мел­кого товар­ного про­из­вод­ства поз­во­лил В. И. Ленину выра­бо­тать ясный стра­те­ги­че­ский и так­ти­че­ский план вза­и­мо­от­но­ше­ний между рабо­чим клас­сом и кре­стьян­ством на раз­лич­ных эта­пах буржуазно-​демократической и соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции. С этой же точки зре­ния имело огром­ное зна­че­ние его уче­ние о двух путях раз­ви­тия капи­та­лизма в сель­ском хозяй­стве. Любое тео­ре­ти­че­ское обоб­ще­ние, полу­чен­ное В. И. Лениным, было нераз­рывно свя­зано с выра­бот­кой тех или иных прак­ти­че­ских рекомендаций.

Поэтому, иссле­дуя тео­ре­ти­че­скую поста­новку вопроса о товар­ном про­из­вод­стве в рабо­тах В. И. Ленина, мы будем стре­миться пока­зы­вать и ее зна­че­ние для реаль­ной прак­тики ком­му­ни­сти­че­ского строительства.

Ленинский ана­лиз про­блем товар­ного про­из­вод­ства имеет огром­ное зна­че­ние не только для соци­а­ли­сти­че­ских стран, стро­я­щих новое обще­ство. Он важен и для тех стран, кото­рые ста­но­вятся на путь само­сто­я­тель­ного раз­ви­тия и в кото­рых в той или иной форме раз­ви­ва­ются товарно-​денежные отно­ше­ния. Мы не имеем воз­мож­но­стей в рам­ках дан­ной работы оста­но­виться на этой сто­роне вопроса. В насто­я­щем же иссле­до­ва­нии автор ста­вит перед собой более узкую цель — выявить взгляды В. И. Ленина на сущ­ность и основ­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства и пока­зать их зна­че­ние для прак­тики нашего ком­му­ни­сти­че­ского строительства.

Глава I. Обособление производителей на базе общественного разделения труда — общая основа и сущность товарного производства

О некоторых исходных методологических положениях, лежащих в основе ленинского подхода к научному определению товарного производства

В. И. Ленин был реши­тель­ным про­тив­ни­ком чисто тер­ми­но­ло­ги­че­ских спо­ров. Он тре­бо­вал, чтобы в эко­но­ми­че­ской науке было точно опре­де­лено, какое содер­жа­ние вкла­ды­ва­ется в тот или иной тер­мин, какой реаль­ный круг отно­ше­ний им охва­ты­ва­ется. Так, при ана­лизе моно­по­ли­сти­че­ской ста­дии капи­та­лизма В. И. Ленин писал:

«Спорить о сло­вах, конечно, не умно. Запретить упо­треб­лять „слово“ импе­ри­а­лизм так или иначе невоз­можно. Но надо выяс­нить точно поня­тия, если хотеть вести дис­кус­сию»11 .

Такой же мето­до­ло­ги­че­ский под­ход имеет место в ана­лизе поня­тия «товар­ное про­из­вод­ство». В одной из своих ран­них работ, при­сту­пая к иссле­до­ва­нию эко­но­ми­че­ских про­блем России, В. И. Ленин счёл необ­хо­ди­мым в первую оче­редь ясно опре­де­лить, что он пони­мает под товар­ным производством.

«Необходимо начать с выяс­не­ния содер­жа­ния тех поня­тий, о кото­рых идёт речь»12 .

И далее В. И. Ленин рас­кры­вает «содер­жа­ние поня­тия» «товар­ное производство».

Но прежде чем изу­чать ленин­ское пони­ма­ние содер­жа­ния товар­ного про­из­вод­ства, необ­хо­димо более подробно оста­но­виться на тех мето­до­ло­ги­че­ских прин­ци­пах, кото­рыми В. И. Ленин руко­вод­ство­вался при харак­те­ри­стике науч­ных, политико-​экономических понятий.

Всякий пред­мет науч­ного иссле­до­ва­ния обла­дает опре­де­лён­ной сово­куп­но­стью свойств, при­зна­ков, сто­рон. Некоторые из них ясно видны нево­ору­жён­ным взгля­дом. Для выяв­ле­ния дру­гих тре­бу­ется кро­пот­ли­вый и дли­тель­ный ана­лиз. Но в любом слу­чае иссле­до­ва­тель, харак­те­ри­зуя пред­мет, обя­зан ука­зать тот основ­ной круг свойств, при­зна­ков, пред­мета, кото­рый при­сущ именно дан­ному пред­мету и с устра­не­нием кото­рых пред­мет теряет свою каче­ствен­ную опре­де­лён­ность, пре­вра­ща­ется во что-​то другое.

Абстрактной истины нет, истина все­гда кон­кретна. Из этого исхо­дит марксистско-​ленинский диалектико-​материалистический метод иссле­до­ва­ния. Конкретность истины и озна­чает, в част­но­сти, что пред­мет ана­ли­зи­ру­ется все­сто­ронне, со всей сово­куп­но­стью при­су­щих ему свойств, признаков.

«Чтобы дей­стви­тельно знать пред­мет,

— писал В. И. Ленин, —

надо охва­тить, изу­чить все его сто­роны, все связи и „опо­сред­ство­ва­ния“. Мы нико­гда не достиг­нем этого пол­но­стью, но тре­бо­ва­ние все­сто­рон­но­сти предо­сте­ре­жёт нас от оши­бок и от омерт­ве­ния»13 .

Применительно к инте­ре­су­ю­щему нас пред­мету — товар­ному про­из­вод­ству — это озна­чает, что при его харак­те­ри­стике мы не имеем права огра­ни­читься ука­за­нием какого-​то одного или несколь­ких его при­зна­ков. Надо стре­миться к наи­бо­лее пол­ному выяв­ле­нию всей сово­куп­но­сти при­зна­ков и свойств, при­су­щих товар­ному производству.

Однако сама по себе все­сто­рон­ность рас­смот­ре­ния пред­мета ещё не гаран­ти­рует под­линно науч­ного под­хода. Можно пере­чис­лить все при­знаки и свой­ства пред­мета и тем не менее ничего не понять в его дей­стви­тель­ной при­роде. Эклектика именно тем и харак­те­ри­зу­ется, что она зани­ма­ется пере­чис­ле­нием свойств и при­зна­ков пред­мета, не заду­мы­ва­ясь над тем, в какой внут­рен­ней связи они нахо­дятся друг к другу. В луч­шем слу­чае выяв­ля­ется види­мая, поверх­ност­ная связь, кото­рая, как пра­вило, даёт пре­врат­ное пред­став­ле­ние о дей­стви­тель­ной сущ­но­сти изу­ча­е­мого предмета.

«Логика фор­маль­ная, кото­рой огра­ни­чи­ва­ются в шко­лах <…>,

— писал В. И. Ленин, —

берёт фор­маль­ные опре­де­ле­ния, руко­во­дясь тем, что наи­бо­лее обычно или что чаще всего бро­са­ется в глаза, и огра­ни­чи­ва­ется этим. Если при этом берутся два или более раз­лич­ных опре­де­ле­ния и соеди­ня­ются вме­сте совер­шенно слу­чайно <…>, то мы полу­чаем эклек­ти­че­ское опре­де­ле­ние, ука­зы­ва­ю­щее на раз­ные сто­роны пред­мета и только.
Логика диа­лек­ти­че­ская тре­бует того, чтобы мы шли дальше»
14 .

Диалектическая логика тре­бует, чтобы в сово­куп­но­сти при­зна­ков и свойств пред­мета мы ясно уста­но­вили, какие из них явля­ются корен­ными, реша­ю­щими, опре­де­ля­ю­щими, а какие — вто­рич­ными, про­из­вод­ными, под­чи­нён­ными. Необходимо выяс­нить, в чём состоит сущ­ность пред­мета и в каких фор­мах она про­яв­ля­ется. Между всеми при­зна­ками и свой­ствами пред­мета суще­ствует внут­рен­няя связь, сопод­чи­нён­ность. Они не оди­на­ковы по сво­ему месту и зна­че­нию. Задача науки в том и состоит, чтобы не огра­ни­чи­ва­ясь кон­ста­та­цией види­мых, поверх­ност­ных свя­зей, выявить дей­стви­тель­ные, внут­рен­ние связи и соот­вет­ству­ю­щие им формы внеш­него про­яв­ле­ния. Только в этом слу­чае можно ска­зать, что иссле­до­ва­тель познал при­роду дан­ного предмета.

Всякий пред­мет не явля­ется застыв­шим, непо­движ­ным, раз навсе­гда дан­ным. Он нахо­дится в про­цессе раз­ви­тия. Диалектическая логика тре­бует, чтобы пред­мет рас­смат­ри­вался в про­цессе дви­же­ния, раз­ви­тия изменений.

«Диалектическая логика,

— писал В. И. Ленин, —

тре­бует, чтобы брать пред­мет в его раз­ви­тии, „само­дви­же­нии“ (как гово­рит ино­гда Гегель), изме­не­нии»15 .

Отсюда сле­дует, что про­цесс ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия свойств и при­зна­ков пред­мета мы должны рас­смат­ри­вать не как одно­вре­мен­ный акт, а как после­до­ва­тельно про­хо­дя­щий ряд пре­вра­ще­ний и изме­не­ний. Не все черты, свой­ства и при­знаки пред­мета фор­ми­ру­ются одно­вре­менно. Имеется опре­де­лён­ная после­до­ва­тель­ность. Сначала фор­ми­ру­ются одни свой­ства и при­знаки, а затем на их основе — дру­гие. Только в раз­ви­том пред­мете все при­су­щие ему черты, при­знаки, свой­ства сосу­ще­ствуют одно­вре­менно. Если же рас­смат­ри­вать пред­мет в про­цессе его ста­нов­ле­ния, то обна­ру­жится, что одни при­знаки и свой­ства уже сфор­ми­ро­ва­лись, дру­гие нахо­дятся в заро­ды­ше­вой, нераз­ви­той форме, тре­тьи вообще ещё не заявили о своём существовании.

Внутренняя связь между при­зна­ками и свой­ствами пред­мета харак­те­ри­зу­ется как гене­ти­че­ская связь. Одно рож­да­ется из дру­гого, а дру­гое слу­жит осно­вой для воз­ник­но­ве­ния тре­тьего. Сущность пред­мета, раз­ви­ва­ясь, порож­дает всё новые, более слож­ные формы про­яв­ле­ния, раз­вёр­ты­ва­ясь в сово­куп­ность свойств, при­зна­ков, сто­рон дан­ного предмета.

Развитие свойств и при­зна­ков пред­мета осу­ществ­ля­ется на основе диа­лек­ти­че­ских пере­хо­дов одного в дру­гое, через един­ство и борьбу про­ти­во­по­лож­но­стей, пере­ход коли­че­ства в каче­ство, отри­ца­ние отри­ца­ния. Внутреннее про­ти­во­ре­чие, при­су­щее самой сущ­но­сти пред­мета, явля­ется дви­жу­щей силой, тре­бу­ю­щей появ­ле­ния всё новых и новых форм, слу­жа­щих сред­ством раз­ре­ше­ния исход­ного противоречия.

Вот почему при харак­те­ри­стике пред­мета нельзя пере­чис­лять при­су­щие ему при­знаки и свой­ства в любой после­до­ва­тель­но­сти. Они должны быть рас­по­ло­жены в строго опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти, отра­жа­ю­щей гене­ти­че­скую связь между ними. Из сущ­но­сти должны быть выве­дены соот­вет­ству­ю­щие ей формы проявления.

«Категории,

— писал В. И. Ленин, —

надо выве­сти (а не про­из­вольно или меха­ни­че­ски взять)»16 .

«Капитал» К. Маркса — бле­стя­щий обра­зец такого диалектико-​материалистического метода иссле­до­ва­ния. Маркс берёт в каче­стве исход­ного пункта в раз­ви­тии капи­та­лизма товар­ную форму про­дук­тов труда, рас­смат­ри­вая её в каче­стве «эко­но­ми­че­ской кле­точки» бур­жу­аз­ного обще­ства. В этой кле­точке в заро­ды­ше­вой форме даны все основ­ные черты и про­ти­во­ре­чия бур­жу­аз­ного обще­ства. Из этой кле­точки в опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти раз­ви­ва­ются более слож­ные формы. Внутренние про­ти­во­ре­чия товара тре­бует появ­ле­ния денег. Деньги, рож­да­ясь как форма раз­ре­ше­ния внут­рен­них про­ти­во­ре­чий товара, в свою оче­редь создают пред­по­сылки для раз­ви­тия капи­тала. Капитал, воз­ник­нув на базе раз­ви­тых товарно-​денежных отно­ше­ний, сам в свою оче­редь порож­дает новые формы. Всюду Маркс про­сле­жи­вает гене­ти­че­скую связь между свой­ствами и при­зна­ками капи­та­лизма и на этой основе дости­гает выс­шей сту­пени науч­ного позна­ния зако­нов раз­ви­тия капи­та­ли­сти­че­ского спо­соба производства.

При рас­смот­ре­нии каж­дой из кате­го­рий капи­та­лизма Маркс сле­дует этому же методу. Так, напри­мер, при харак­те­ри­стике денег он вскры­вает сна­чала их сущ­ность, а затем рас­смат­ри­вает функ­ции денег как формы про­яв­ле­ния этой сущ­но­сти. При этом функ­ции денег ана­ли­зи­ру­ются в строго опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти, кото­рая харак­те­ри­зует гене­ти­че­скую связь между ними.

Сущность денег состоит в том, что они явля­ются все­об­щим экви­ва­лен­том, слу­жат мате­ри­а­лом, в кото­ром выра­жают свою сто­и­мость все осталь­ные товары. Следовательно, сущ­ность денег про­яв­ляет себя прежде всего как мера сто­и­мо­сти, и эта функ­ция иссле­ду­ется Марксом в первую оче­редь. Из неё выво­дится функ­ция сред­ства обра­ще­ния. А эта послед­няя слу­жит необ­хо­ди­мым усло­вием для появ­ле­ния функ­ции сокро­вища, кото­рая, в свою оче­редь, под­го­тав­ли­вает необ­хо­ди­мые усло­вия для раз­ви­тия функ­ции сред­ства пла­тежа. Далее раз­ви­ва­ются миро­вые деньги, в кото­рых пред­став­лены все функ­ции денег в их единстве.

Сущность денег пол­но­стью раз­вёр­ты­ва­ется лишь тогда, когда разо­вьются все при­су­щие ей функ­ции. Сущность про­яв­ля­ется в функ­циях. Но эти функ­ции воз­ни­кают не все сразу, а в строго опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти. Эклектик огра­ни­чится переч­нем функ­ций. Диалектик пока­жет внут­рен­нюю, гене­ти­че­скую связь между этими функ­ци­ями, вскроет сущ­ность и формы её про­яв­ле­ния, пока­жет дей­стви­тель­ный про­цесс ста­нов­ле­ния тех или иных свойств и при­зна­ков изу­ча­е­мого предмета.

Диалектическая логика обя­за­тельно отра­жает под­лин­ную исто­рию ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия пред­мета. И в этом един­стве логи­че­ского и исто­ри­че­ского состоит одно из вели­чай­ших пре­иму­ществ диалектико-​материалистического метода исследования.

В. И. Ленин очень высоко ценил эту часть марк­сист­ского диалектико-​материалистического метода. Он после­до­ва­тельно при­дер­жи­вался этого прин­ципа в политико-​экономических иссле­до­ва­ниях. Достаточно сослаться на его зна­ме­ни­тый ана­лиз сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков импе­ри­а­лизма, кото­рый от начала до конца выдер­жан в духе един­ства логи­че­ского и исто­ри­че­ского. В. И. Ленин пока­зы­вает про­цесс ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия основ­ных при­зна­ков и свойств импе­ри­а­лизма как гене­ти­че­ский про­цесс. Признаки импе­ри­а­лизма рас­смат­ри­ва­ются в той после­до­ва­тель­но­сти, кото­рая отра­жает внут­рен­нюю, глу­бин­ную связь между ними. Из сущ­но­сти импе­ри­а­лизма — смены сво­бод­ной кон­ку­рен­ции гос­под­ством моно­по­лий — В. И. Ленин выво­дит в опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти все осталь­ные при­знаки, тща­тельно вскры­вая логи­че­скую и исто­ри­че­скую связь между ними. Этот же мето­до­ло­ги­че­ский приём исполь­зу­ется В. И. Лениным и при выяс­не­нии сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства. В после­ду­ю­щем изло­же­нии мы уви­дим, что В. И. Ленин рас­смат­ри­вает товар­ное про­из­вод­ство как сово­куп­ность ряда при­зна­ков, свойств, сто­рон. В этой сово­куп­но­сти Ленин ищет прежде всего пер­вич­ные, опре­де­ля­ю­щие при­знаки, харак­те­ри­зу­ю­щие сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства, а затем выво­дит из этой сущ­но­сти в опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти про­из­вод­ные формы про­яв­ле­ния. В. И. Ленин не стре­мится дать пол­ного перечня всех свойств и при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства. Подобная задача в прин­ципе нераз­ре­шима, ибо сам пред­мет нахо­дится в про­цессе раз­ви­тия и порож­дает всё новые формы. Но Ленин даёт самое глав­ное, самое суще­ствен­ное, то, что состав­ляет сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства и из чего с неиз­беж­но­стью раз­ви­ва­ется ряд социально-​экономических следствий.

Каждый пред­мет в про­цессе сво­его раз­ви­тия нахо­дится во вза­и­мо­дей­ствии с опре­де­лён­ной исто­ри­че­ской сре­дой. Эта среда не может не ока­зы­вать опре­де­лён­ного вли­я­ния на фор­ми­ро­ва­ние свойств и при­зна­ков изу­ча­е­мого пред­мета. При науч­ном иссле­до­ва­нии прин­ци­пи­ально важно уста­но­вить, какой круг свойств и при­зна­ков внут­ренне при­сущ дан­ному пред­мету, порож­дён его соб­ствен­ной сущ­но­стью, а какой круг обя­зан своим про­ис­хож­де­нием исто­ри­че­ски пре­вхо­дя­щим обстоятельствам.

Иначе говоря, при изу­че­нии пред­мета необ­хо­димо выяс­нить, что явля­ется внут­ренне необ­хо­ди­мым при­зна­ком дан­ного пред­мета, без чего он не может суще­ство­вать и раз­ви­ваться, а что при­вне­сено дру­гими при­чи­нами или явля­ется резуль­та­том вза­и­мо­дей­ствия дан­ного пред­мета с другими.

Для реше­ния этого вопроса марксистско-​ленинский метод тре­бует изу­че­ния пред­мета в про­цессе его непре­рыв­ного раз­ви­тия и вос­про­из­вод­ства. Всякий пред­мет в ходе раз­ви­тия вос­про­из­во­дит лишь то, что внут­ренне при­суще ему. Всё, что свя­зано с иными исто­ри­че­скими обсто­я­тель­ствами, в про­цессе раз­ви­тия пред­мета не вос­про­из­во­дится, отпа­дает по мере отпа­де­ния сопут­ству­ю­щих обсто­я­тельств. Сам пред­мет, в про­цессе сво­его раз­ви­тия, как бы очи­щает себя от всего нанос­ного, слу­чай­ного и сохра­няет только то, что состав­ляет усло­вия и при­чины его соб­ствен­ного суще­ство­ва­ния и раз­ви­тия. В раз­ви­том пред­мете все его внут­ренне необ­хо­ди­мые при­знаки и свой­ства могут быть зафик­си­ро­ваны с наи­боль­шей точностью.

«Развитое тело легче изу­чать, чем кле­точку тела» 17 ,

— писал Маркс в пре­ди­сло­вии к пер­вому изда­нию I тома «Капитала».

Если пред­мет раз­вит настолько, что все при­су­щие ему свой­ства и при­знаки налицо, изу­че­ние его зна­чи­тельно облег­ча­ется. Вместе с тем ана­лиз раз­ви­того пред­мета поз­во­ляет глубже понять исто­рию его ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия. Ведь в раз­ви­том пред­мете сохра­ня­ются только те при­знаки и свой­ства, кото­рые внут­ренне при­сущи ему. Исследователю нет надоб­но­сти скру­пу­лёзно изу­чать всю сово­куп­ность исто­ри­че­ских обсто­я­тельств, при кото­рых про­ис­хо­дило ста­нов­ле­ние пред­мета. Из всего исто­ри­че­ского мате­ри­ала он имеет право выде­лить только то, что состав­ляет дей­стви­тель­ные усло­вия и при­чины суще­ство­ва­ния дан­ного пред­мета, а эти усло­вия и при­чины ука­заны самим раз­ви­тым пред­ме­том, ибо он сохра­няет только то, что для него необ­хо­димо, и отсе­и­вает всё то, без чего он может суще­ство­вать и развиваться.

Развитый пред­мет как бы несёт в себе и соб­ствен­ную исто­рию в очи­щен­ной от слу­чай­но­стей форме18 . Эта его исто­рия выра­жена во внут­рен­ней связи тех свойств и при­зна­ков, кото­рые ему внут­ренне при­сущи. Если иссле­до­ва­тель посред­ством логи­че­ского ана­лиза вскрыл эту внут­рен­нюю связь в раз­ви­том пред­мете, он полу­чает воз­мож­ность соста­вить опре­де­лён­ное пред­став­ле­ние и об исто­рии ста­нов­ле­ния дан­ного предмета.

В. И. Ленин, оце­ни­вая взгляд Гегеля по дан­ному вопросу, заметил:

«„То, что есть пер­вое в науке, должно было ока­заться и исто­ри­че­ски пер­вым“ (Звучит весьма мате­ри­а­ли­стично!)»19

Это можно про­ил­лю­стри­ро­вать на том же при­мере ана­лиза Марксом функ­ций денег.

В раз­ви­том виде деньги выпол­няют все пять функ­ций. Эти функ­ции суще­ствуют одно­вре­менно. И кажется, что все они имеют рав­но­прав­ное зна­че­ние. Логический ана­лиз пока­зы­вает, что это не так. Сначала раз­ви­ва­ется функ­ция меры сто­и­мо­сти, затем сред­ства обра­ще­ния, сокро­вища, пла­тежа и миро­вых денег. Научная логика уста­нав­ли­вает строго опре­де­лён­ную сопод­чи­нён­ность функ­ций и после­до­ва­тель­ность их изу­че­ния. Но пра­вильно уста­нов­лен­ная нау­кой связь между раз­лич­ными функ­ци­ями денег в раз­ви­том целом одно­вре­менно ука­зы­вает и на дей­стви­тель­ную исто­рию их раз­ви­тия. Развитые деньги сами повест­вуют о своей исто­рии. Если бы иссле­до­ва­тель не мог про­сле­дить дей­стви­тель­ную исто­рию денег, напри­мер из-​за отсут­ствия точ­ных исто­ри­че­ских дан­ных, то он всё же имел бы опре­де­лён­ное пред­став­ле­ние об их исто­рии, руко­вод­ству­ясь лишь той внут­рен­ней свя­зью, кото­рая суще­ствует между функ­ци­ями денег в их раз­ви­том виде. Разумеется, подоб­ное пред­став­ле­ние, без дока­за­тельств на кон­крет­ных исто­ри­че­ских фак­тах, явля­лось бы лишь догад­кой. Чтобы пре­вра­тить догадку в научно досто­вер­ный факт, потре­бо­вался бы допол­ни­тель­ный ана­лиз исто­ри­че­ских мате­ри­а­лов. Логическое должно быть допол­нено и про­ве­дено исто­ри­че­ским. Сила марксистско-​ленинского диа­лек­ти­че­ского метода состоит, в част­но­сти, в том, что он опи­ра­ется на един­ство логи­че­ского и исто­ри­че­ского. Внутренние связи раз­ви­того целого, вскры­тые посред­ством логи­че­ского ана­лиза, про­ве­ря­ются на основе изу­че­ния огром­ного фак­ти­че­ского мате­ри­ала. В. И. Ленин в «Философских тет­ра­дях» обра­тил осо­бое вни­ма­ние на эту сто­рону марк­сист­ского метода исследования.

«Анализ дво­я­кий,

— писал он, —

дедук­тив­ный и индук­тив­ный, — логи­че­ский и исто­ри­че­ский (формы сто­и­мо­сти). Проверка фак­тами respective прак­ти­кой есть здесь в каж­дом шаге ана­лиза»20 .

Таким обра­зом, един­ство логи­че­ского и исто­ри­че­ского обес­пе­чи­вает под­линно науч­ные выводы при ана­лизе того или иного пред­мета. В. И. Ленин при ана­лизе про­блем товар­ного про­из­вод­ства активно исполь­зо­вал этот науч­ный приём, доби­ва­ясь новых резуль­та­тов и обо­га­щая эко­но­ми­че­скую тео­рию Маркса — Энгельса.

Маркс, как известно, ана­ли­зи­ро­вал капи­та­ли­сти­че­ский спо­соб про­из­вод­ства в его раз­ви­том виде, когда он уже нахо­дился на ста­дии круп­ного машин­ного про­из­вод­ства и обна­жил все при­су­щие ему основ­ные про­ти­во­ре­чия. Историческим мате­ри­а­лом в основ­ном слу­жил опыт Англии. Современная Марксу дей­стви­тель­ность не давала доста­точ­ного мате­ри­ала для ана­лиза зако­но­мер­но­стей ста­нов­ле­ния капи­та­лизма, осо­бенно его пер­во­на­чаль­ных форм — для Англии это был в основ­ном прой­ден­ный этап. Чтобы про­ве­рить на исто­ри­че­ском мате­ри­але логи­че­ский ход ана­лиза, тре­бо­ва­лось изу­чать про­шлую исто­рию Англии и дру­гих стран.

В. И. Ленин в своих иссле­до­ва­ниях изу­чал спе­ци­фи­че­скую исто­ри­че­скую дей­стви­тель­ность 90-​х годов про­шлого века. Здесь капи­та­лизм как бы одно­вре­менно нахо­дился на всех ста­диях сво­его раз­ви­тия. С одной сто­роны, ещё шёл про­цесс пре­вра­ще­ния нату­раль­ного хозяй­ства в товар­ное. Для изу­че­ния зако­но­мер­но­стей этого про­цесса не было необ­хо­ди­мо­сти обра­щаться к древ­ней исто­рии. Достаточно было ана­ли­зи­ро­вать тот мате­риал, кото­рый давала совре­мен­ная Ленину эко­но­ми­че­ская дей­стви­тель­ность. С дру­гой сто­роны, шёл про­цесс раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства и пре­вра­ще­ния его в капи­та­ли­сти­че­ское. Все ста­дии капи­та­лизма — коопе­ра­ция, ману­фак­тура и круп­ное машин­ное про­из­вод­ство, — сосу­ще­ство­вали рядом. Весь капи­та­лизм со всей своей исто­рией был одно­вре­менно пред­став­лен в тогдаш­ней России. Это обсто­я­тель­ство поз­во­лило В. И. Ленину, с одной сто­роны, дать новые под­твер­жде­ния пра­виль­но­сти марк­со­вого ана­лиза, а с дру­гой сто­роны, кон­кре­ти­зи­ро­вать тео­рию Маркса, допол­нить и обо­га­тить её, опи­ра­ясь на новый исто­ри­че­ский материал.

Один из гене­раль­ных мето­до­ло­ги­че­ских прин­ци­пов марксистско-​ленинской эко­но­ми­че­ской науки состоит в том, что сущ­ность тех или иных эко­но­ми­че­ских явле­ний необ­хо­димо искать в сфере про­из­вод­ства. Производство играет реша­ю­щую опре­де­ля­ю­щую роль по отно­ше­нию к рас­пре­де­ле­нию, обмену и потреб­ле­нию. Хотя рас­пре­де­ле­ние, обмен и потреб­ле­ние обла­дают извест­ной само­сто­я­тель­но­стью и могут ока­зы­вать обрат­ное воз­дей­ствие на про­из­вод­ство, не им при­над­ле­жит опре­де­ля­ю­щая роль. Они под­чи­нены в своём дви­же­нии про­из­вод­ству и с извест­ной точки зре­ния явля­ются момен­тами самого производства.

Изменения в спо­собе про­из­вод­ства неиз­бежно вызы­вают изме­не­ния в рас­пре­де­ле­нии, обмене и потреб­ле­нии. И хотя новый спо­соб про­из­вод­ства не сразу заво­ё­вы­вает соот­вет­ству­ю­щие ему спо­собы рас­пре­де­ле­ния, обмена и потреб­ле­ния, в конеч­ном итоге он всё же пре­об­ра­зует их.

В. И. Ленин в своих политико-​экономических иссле­до­ва­ниях исхо­дит из опре­де­ля­ю­щей роли про­из­вод­ства и на этой основе полу­чает воз­мож­ность бле­стяще решить слож­ней­шие эко­но­ми­че­ские вопросы.

Товарное производство — особая система общественного производства

В работе «Экономические про­блемы соци­а­лизма в СССР» Сталин харак­те­ри­зо­вал товар­ное про­из­вод­ство как «обмен через куплю-​продажу» (И. Сталин. Экономические про­блемы соци­а­лизма в СССР. М., Госполитиздат, 1952, стр. 18). Это опре­де­ле­ние дли­тель­ное время гос­под­ство­вало в нашей лите­ра­туре. Многие ком­мен­та­торы пола­гали, что оно пол­но­стью соот­вет­ствует взгля­дам Маркса, Энгельса и Ленина. Сам Сталин счи­тал, что он лишь вос­про­из­во­дит ленин­ское пони­ма­ние суще­ства товар­ного про­из­вод­ства, а не даёт каких-​то прин­ци­пи­ально новых определений.

В даль­ней­шем ста­лин­ское опре­де­ле­ние было при­знано недо­ста­точ­ным, так как в нём глав­ный и наи­бо­лее суще­ствен­ный при­знак товар­ного про­из­вод­ства усмат­ри­ва­ется в сфере обмена, а не во внут­рен­нем строе самого про­из­вод­ства. Сталинская фор­мула: товар­ное про­из­вод­ство — это «обмен через куплю-​продажу» — была заме­нена новой фор­му­лой: «товар­ное про­из­вод­ство — это про­из­вод­ство для обмена, для про­дажи». В насто­я­щее время во мно­гих попу­ляр­ных бро­шю­рах это опре­де­ле­ние товар­ного про­из­вод­ства явля­ется гос­под­ству­ю­щим. Возьмём для при­мера одно из послед­них учеб­ных посо­бий по поли­ти­че­ской эко­но­мии. В нём написано:

«Хозяйство, в кото­ром про­дукты про­из­во­дятся на обмен, назы­ва­ется товар­ным»21 .

В дру­гом учеб­ном посо­бии сказано:

«Производство про­дук­тов для про­дажи назы­ва­ется товар­ным про­из­вод­ством»22 .

Как видим, дан­ные опре­де­ле­ния отли­ча­ются от ста­лин­ского. По Сталину товар­ное про­из­вод­ство — это обмен через куплю-​продажу. Здесь же товар­ное про­из­вод­ство это про­из­вод­ство для обмена или для про­дажи. С фор­маль­ной сто­роны в харак­те­ри­стику пред­мета вво­дится «про­из­вод­ствен­ный» момент и как будто пре­одо­ле­ва­ется вся­кий крен в сто­рону мено­вой кон­цеп­ции, игно­ри­ру­ю­щей опре­де­ля­ю­щую роль про­из­вод­ства. Однако по суще­ству между ста­лин­ским опре­де­ле­нием и выше­при­во­див­ши­мися нет прин­ци­пи­аль­ных раз­ли­чий, ибо глав­ный и наи­бо­лее суще­ствен­ный при­знак товар­ного про­из­вод­ства по-​прежнему ука­зы­ва­ется в сфере обмена.

Разумеется, нельзя тре­бо­вать от авто­ров попу­ляр­ных книг, чтобы они в крат­ком опре­де­ле­нии дали все глав­ные при­знаки опре­де­ля­е­мого пред­мета. Но необ­хо­димо тре­бо­вать, чтобы в крат­ком опре­де­ле­нии было схва­чено самое глав­ное, самое суще­ствен­ное. Как раз этому тре­бо­ва­нию и не отве­чают цити­ро­вав­ши­еся выше опре­де­ле­ния товар­ного про­из­вод­ства, ибо в них акцент сде­лан на поверх­ност­ных фор­мах, а не на сущ­но­сти; на сфере обмена, а не на производстве.

В. И. Ленин рас­смат­ри­вает товар­ное про­из­вод­ство не только как спе­ци­фи­че­скую форму обмена между про­из­во­ди­те­лями. Он смот­рит на товар­ное про­из­вод­ство прежде всего как на осо­бую систему обще­ствен­ного про­из­вод­ства, харак­те­ри­зу­ю­щу­юся осо­бым внут­рен­ним строем про­из­вод­ства. В. И. Ленин неод­но­кратно гово­рит о товар­ном про­из­вод­стве как «системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства». Так, кри­ти­куя народ­ни­ков, он писал:

«Они даже и не упо­ми­нают об уни­что­же­нии товар­ного хозяй­ства: оче­видно, их широ­кие иде­алы не могут никак выйти из рамок этой системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства»23 .

Понятие «системы» с самого начала пред­по­ла­гает, что речь идёт не о каком-​то одном эле­менте, а о сово­куп­но­сти эле­мен­тов, обра­зу­ю­щих дан­ную систему и нахо­дя­щихся во внут­рен­ней связи.

В ряде слу­чаев В. И. Ленин харак­те­ри­зует товар­ное про­из­вод­ство как «систему обще­ствен­ных отно­ше­ний»24 . Здесь снова упо­треб­ля­ется тер­мин «система». Но если в пер­вом слу­чае речь шла о системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства, то теперь речь идёт о системе обще­ствен­ных отно­ше­ний, соот­вет­ству­ю­щих дан­ной системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства. По суще­ству гово­рится об одном и том же, только под иным углом зрения.

Наконец, в отдель­ных слу­чаях, В. И. Ленин назы­вает товар­ное про­из­вод­ство общественно-​экономической фор­ма­цией. Так, харак­те­ри­зуя пред­мет иссле­до­ва­ния в «Капитале» Маркса, Ленин пишет:

«Он берёт одну из общественно-​экономических фор­ма­ций — систему товар­ного хозяй­ства — и на осно­ва­нии гигант­ской массы дан­ных <…> даёт подроб­ней­ший ана­лиз зако­нов функ­ци­о­ни­ро­ва­ния этой фор­ма­ции и раз­ви­тия её. <…> Маркс даёт воз­мож­ность видеть, как раз­ви­ва­ется товар­ная орга­ни­за­ция обще­ствен­ного хозяй­ства, как пре­вра­ща­ется она в капи­та­ли­сти­че­скую»25 .

Под общественно-​экономической фор­ма­цией В. И. Ленин пони­мал «систему про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний» с соот­вет­ству­ю­щими над­строй­ками. Отсюда выте­кает внут­рен­няя связь между всеми пере­чис­лен­ными выше опре­де­ле­ни­ями товар­ного про­из­вод­ства, как: 1) системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства, 2) системы обще­ствен­ных отно­ше­ний, 3) общественно-​экономической формации.

Какими же при­зна­ками харак­те­ри­зу­ется товар­ное про­из­вод­ство в каче­стве осо­бой системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства? В чём сущ­ность и каковы формы её проявления?

Если систе­ма­ти­зи­ро­вать выска­зы­ва­ния В. И. Ленина о товар­ном про­из­вод­стве, то можно будет выде­лить четыре основ­ные группы опре­де­ле­ний, харак­те­ри­зу­ю­щих раз­лич­ные сто­роны изу­ча­е­мого предмета.

Первая группа опре­де­ле­ний харак­те­ри­зует товар­ное про­из­вод­ство с точки зре­ния его внут­рен­него строя. Товарное про­из­вод­ство опре­де­ля­ется как строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

Вторая группа опре­де­ле­ний акцен­ти­рует вни­ма­ние на выяв­ле­нии роли рынка в системе товар­ного хозяй­ства. Товарное про­из­вод­ство опре­де­ля­ется как про­из­вод­ство для рынка, для про­дажи, для обмена.

Третья группа опре­де­ле­ний даёт харак­те­ри­стику товар­ного про­из­вод­ства как опре­де­лён­ного един­ства про­из­вод­ства и обмена.

Четвёртая группа опре­де­ле­ний харак­те­ри­зует основ­ные свой­ства и законы раз­ви­тия товар­ного производства.

У В. И. Ленина встре­ча­ются и ком­плекс­ные опре­де­ле­ния товар­ного про­из­вод­ства, в кото­рых содер­жится раз­вёр­ну­тая харак­те­ри­стика товар­ного про­из­вод­ства как сово­куп­но­сти ряда внут­ренне свя­зан­ных признаков.

Мы обра­тим в первую оче­редь вни­ма­ние на самое крат­кое опре­де­ле­ние товар­ного про­из­вод­ства, кото­рое даётся В. И. Лениным, ибо крат­кие опре­де­ле­ния «поды­то­жи­вают глав­ное»26 , в них содер­жится самое существенное.

В работе «Экономическое содер­жа­ние народ­ни­че­ства и кри­тика его в книге г. Струве» В. И. Ленин пишет:

«…Товарное про­из­вод­ство, т. е. про­из­вод­ство обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных между собою рын­ком»27 .

Итак, с точки зре­ния внут­рен­него строя товар­ное про­из­вод­ство есть строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей. С точки зре­ния обмена оно есть такой тип обще­ствен­ного про­из­вод­ства, где связь между про­из­во­ди­те­лями уста­нав­ли­ва­ется посред­ством рынка. В. И. Ленин рас­смат­ри­вает про­из­вод­ство и обмен в един­стве. Но в этом един­стве опре­де­ля­ю­щим явля­ется про­из­вод­ство (обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей), а про­из­вод­ным — обмен (связь посред­ством рынка).

От крат­кого опре­де­ле­ния товар­ного про­из­вод­ства перей­дём к более раз­вёр­ну­тому, памя­туя ука­за­ние В. И. Ленина о том, что «слиш­ком корот­кие опре­де­ле­ния хотя и удобны, ибо поды­то­жи­вают глав­ное, — всё же недо­ста­точны, раз из них надо особо выво­дить весьма суще­ствен­ные черты того явле­ния, кото­рое надо опре­де­лить»28 . В своей ран­ней работе «По поводу так назы­ва­е­мого вопроса о рын­ках» В. И. Ленин даёт сле­ду­ю­щую, более раз­вёр­ну­тую харак­те­ри­стику основ­ных при­зна­ков товар­ного производства:

«Под товар­ным про­из­вод­ством разу­ме­ется такая орга­ни­за­ция обще­ствен­ного хозяй­ства, когда про­дукты про­из­во­дятся отдель­ными, обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями, при­чём каж­дый спе­ци­а­ли­зи­ру­ется на выра­ботке одного какого-​либо про­дукта, так что для удо­вле­тво­ре­ния обще­ствен­ных потреб­но­стей необ­хо­дима купля-​продажа про­дук­тов (ста­но­вя­щихся в силу этого това­рами) на рынке»29 .

Во-​первых, здесь ясно под­чёрк­нуто, что товар­ное про­из­вод­ство есть осо­бая «орга­ни­за­ция обще­ствен­ного хозяй­ства», что рав­но­значно упо­треб­ля­е­мому в дру­гих местах выра­же­нию — «система обще­ствен­ного про­из­вод­ства».

Во-​вторых, в каче­стве пер­вого при­знака этой орга­ни­за­ции обще­ствен­ного хозяй­ства названа обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей («про­дукты про­из­во­дятся отдель­ными, обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями»).

В-​третьих, в дан­ном опре­де­ле­нии содер­жится новый момент. Здесь гово­рится не про­сто об обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, а о такой обособ­лен­но­сти, кото­рая имеет место на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда («каж­дый спе­ци­а­ли­зи­ру­ется на выра­ботке одного какого-​либо про­дукта»). Этот новый момент весьма суще­ствен, ибо одна лишь обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей без обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, как и обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда без обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, ещё не даёт товар­ного производства.

В-​четвёртых, в дан­ном опре­де­ле­нии, из обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда выво­дится и такой суще­ствен­ный при­знак товар­ного про­из­вод­ства, как пре­вра­ще­ние про­дук­тов труда в товары, обмен через куплю-​продажу на рынке.

Как видим, и при раз­вёр­ну­той харак­те­ри­стике товар­ного про­из­вод­ства В. И. Ленин на пер­вое место ста­вит осо­бый строй про­из­вод­ства (обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда), а из него выво­дит и дру­гие при­знаки: пре­вра­ще­ние про­дук­тов труда в товары, обмен через куплю-​продажу, связь между про­из­во­ди­те­лями посред­ством рынка. Это поз­во­ляет сде­лать вывод о том, что самую глу­бо­кую сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства как осо­бой системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства В. И. Ленин видит в обособ­ле­нии про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Из этой сущ­но­сти выво­дятся и все осталь­ные при­знаки. В даль­ней­шем мы уви­дим, что из обособ­ле­ния про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда В. И. Ленин выво­дит и его суще­ствен­ные при­знаки: сти­хий­ность, анар­хич­ность, дис­про­пор­ци­о­наль­ность раз­ви­тия, кон­ку­рен­цию, гос­под­ство вещей над людьми, регу­ли­ру­ю­щая роль рынка и др.

Вскрывая самую глу­бо­кую сущ­ность про­цесса пре­вра­ще­ния нату­раль­ного хозяй­ства в товар­ное, В. И. Ленин писал:

«…Превращение совер­ша­ется в силу того, что появ­ля­ется обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда — спе­ци­а­ли­за­ция обособ­лен­ных [NB: это — непре­мен­ное усло­вие товар­ного хозяй­ства], отдель­ных про­из­во­ди­те­лей по заня­тию одной только отрас­лью про­мыш­лен­но­сти»30 .

Наличие обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей В. И. Ленин рас­смат­ри­вает как «непре­мен­ное усло­вие товар­ного про­из­вод­ства».

«Товарное про­из­вод­ство не могло бы и воз­ник­нуть в России, если бы не суще­ство­вало обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­тель­ных еди­ниц»31 .

Но наряду с этим «непре­мен­ным усло­вием» необ­хо­димо и дру­гое — обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда. Только един­ство этих момен­тов — обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда обра­зует сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства, порож­дает пре­вра­ще­ние про­дук­тов труда в товары, куплю-​продажу и все осталь­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства. Не слу­чайно В. И. Ленин в работе «Развитие капи­та­лизма в России» раз­ви­вал идею о том, что обособ­ле­ние про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда явля­ется осно­вой «всего про­цесса раз­ви­тия товар­ного хозяй­ства и капи­та­лизма»32 .

И капи­та­лизм, и товар­ное про­из­вод­ство В. И. Ленин харак­те­ри­зо­вал как «про­из­вод­ство обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на не извест­ный им миро­вой рынок»33 .

Политико-​экономическое содержание понятия «обособленный производитель»

При срав­не­нии крат­кого опре­де­ле­ния товар­ного про­из­вод­ства, дава­е­мого В. И. Лениным, и крат­кого опре­де­ле­ния, кото­рое нередко даётся в попу­ляр­ных изло­же­ниях, можно уви­деть суще­ствен­ные раз­ли­чия. У Ленина товар­ное про­из­вод­ство — это про­из­вод­ство обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей для про­дажи на неиз­вест­ном рынке. В попу­ляр­ных рабо­тах товар­ное про­из­вод­ство — это про­из­вод­ство для рынка, для обмена, для про­дажи. В этих опре­де­ле­ниях опу­щены две «мелочи»: во-​первых, то, что речь идёт о про­из­вод­стве обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, а во-​вторых, то, что про­из­вод­ство осу­ществ­ля­ется не про­сто для рынка, для про­дажи, а «на неиз­вест­ный рынок». Опустив эти моменты, авторы попу­ляр­ных изда­ний фак­ти­че­ски выбро­сили самые суще­ствен­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства. Вопрос о том, какую роль играет «неиз­вест­ность рынка» при науч­ном опре­де­ле­нии товар­ного про­из­вод­ства, мы рас­смот­рим в спе­ци­аль­ном пара­графе. Сейчас обра­тим осо­бое вни­ма­ние на поня­тие «обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей», ибо не под­ле­жит сомне­нию, что в ленин­ских харак­те­ри­сти­ках сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства оно имеет клю­че­вое, опре­де­ля­ю­щее значение.

В рабо­тах В. И. Ленина наряду с тер­ми­ном «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» ино­гда упо­треб­ля­ются и дру­гие: «изо­ли­ро­ван­ный», «неза­ви­си­мый», «само­сто­я­тель­ный», «отдель­ный». Однако во всех слу­чаях, когда тре­бо­ва­лось дать крат­кое опре­де­ле­ние товар­ного про­из­вод­ства, В. И. Ленин неиз­менно писал об «обособ­лен­ных» про­из­во­ди­те­лях: «товар­ное про­из­вод­ство, т. е. про­из­вод­ство обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей <…>»34 . Это поз­во­ляет сде­лать вывод о том, что В. И. Ленин отда­вал пред­по­чте­ние именно этому тер­мину, пола­гая, что он точ­нее дру­гих выра­жает суть дела.

Термин «изо­ли­ро­ван­ный» может создать впе­чат­ле­ние, будто речь идёт о каком-​то Робинзоне, изо­ли­ро­ван­ном от обще­ства и про­из­во­дя­щем вне обще­ства. Между тем «обособ­лен­ный» про­из­во­ди­тель не есть нечто изо­ли­ро­ван­ное от обще­ства, он обособ­лен внутри обще­ства и свя­зан с обществом.

Аналогичным обра­зом и тер­мин «неза­ви­си­мый» может поро­дить мне­ние, будто речь идёт о пол­ной неза­ви­си­мо­сти про­из­во­ди­теля от обще­ства, а это непра­вильно отра­жает дей­стви­тель­ное место това­ро­про­из­во­ди­теля в товар­ном хозяй­стве, ибо он лишь фор­мально неза­ви­сим от дру­гих, а на деле свя­зан с ними тыся­чами про­из­вод­ствен­ных нитей.

С этих же пози­ций недо­ста­то­чен и тер­мин «само­сто­я­тель­ный». Нет сомне­ний, что вся­кий обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель обла­дает и само­сто­я­тель­но­стью. Но это осо­бый вид само­сто­я­тель­но­сти. Его спе­ци­фику мы рас­смот­рим несколько ниже.

Термин «обособ­лен­ный» про­из­во­ди­тель точ­нее всего харак­те­ри­зует дей­стви­тель­ное место това­ро­про­из­во­ди­теля в системе товар­ного про­из­вод­ства, ибо он удачно схва­ты­вает, с одной сто­роны, отно­си­тель­ную само­сто­я­тель­ность и неза­ви­си­мость про­из­во­ди­те­лей, а с дру­гой сто­роны, их под­чи­нён­ность тому целому, внутри кото­рого про­изо­шло обособление.

Вспомним марк­сову поста­новку вопроса о тор­го­вом и ссуд­ном капи­тале как «обосо­бив­шихся» частях про­мыш­лен­ного капи­тала. Обособившиеся части дей­стви­тельно при­об­ре­тают отно­си­тель­ную само­сто­я­тель­ность и неза­ви­си­мость от целого. Но в то же время тер­мин «обосо­бив­ша­яся» часть озна­чает, что речь идёт об обособ­ле­нии внутри какого-​то целого и о под­чи­не­нии обосо­бив­шихся частей дви­же­нию всего целого.

После этих пред­ва­ри­тель­ных заме­ча­ний рас­смот­рим более детально политико-​экономическое содер­жа­ние поня­тия «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель»35 . Принципиально важ­ным здесь явля­ется выяс­не­ние двух вопро­сов: 1) что высту­пает в каче­стве объ­екта обособ­ле­ния, что и от чего обособ­ля­ется; 2) в чём политико-​экономический смысл обособ­ле­ния. Ответы на эти вопросы поз­во­лят далее раз­вер­нуть весь круг социально-​экономических след­ствий, неиз­бежно выте­ка­ю­щих из дан­ного типа обособ­ле­ния производителей.

Итак, рас­смот­рим пер­вый вопрос: что явля­ется объ­ек­том обособления?

Всякое обще­ствен­ное про­из­вод­ство как целое пред­став­ляет собой сово­куп­ность кон­крет­ных видов труда, про­из­во­дя­щих необ­хо­ди­мые для обще­ства потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти и в необ­хо­ди­мом коли­че­стве. Совокупность этих кон­крет­ных видов труда обра­зует слож­ную и раз­ветв­лён­ную систему обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, в кото­рой все зве­нья орга­ни­че­ски свя­заны друг с дру­гом, допол­няют друг друга, вза­и­мо­дей­ствуют, обес­пе­чи­вая непре­рыв­ный ход всего обще­ствен­ного производства.

Каждое звено в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда при­звано выпол­нять свою, строго опре­де­лён­ную функ­цию. Оно должно обес­пе­чить обще­ство опре­де­лён­ным видом потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей и в опре­де­лён­ном коли­че­стве. Оно суще­ствует лишь постольку, поскольку необ­хо­димо для нор­маль­ного функ­ци­о­ни­ро­ва­ния всех осталь­ных зве­ньев обще­ствен­ного про­из­вод­ства, поскольку оно про­из­во­дит сред­ства про­из­вод­ства или пред­меты потреб­ле­ния для удо­вле­тво­ре­ния сово­куп­ных обще­ствен­ных потреб­но­стей про­из­вод­ствен­ного и лич­ного характера.

Объектом обособ­ле­ния в товар­ном хозяй­стве явля­ются именно эти раз­лич­ные зве­нья раз­де­ле­ния труда в системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства. По харак­те­ри­стике Маркса в товар­ном хозяй­стве раз­лич­ные виды кон­крет­ного труда, состав­ля­ю­щие систему обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, ста­но­вятся «прочно обосо­бив­ши­мися функ­ци­ями раз­лич­ных инди­ви­ду­у­мов»36 . Обособленный про­из­во­ди­тель харак­те­ри­зу­ется прежде всего тем, что он при­ла­гает свой труд в строго опре­де­лён­ной сфере обще­ствен­ного про­из­вод­ства, спе­ци­а­ли­зи­ру­ется на про­из­вод­стве какого-​то одного или несколь­ких видов про­дук­тов, зани­ма­ется каким-​то опре­де­лён­ным видом кон­крет­ного труда. Этим пред­опре­де­ля­ется его зави­си­мость от раз­ви­тия всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства как целого, внутри кото­рого про­ис­хо­дит обособ­ле­ние его отдель­ных частей. С одной сто­роны, труд обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля вклю­ча­ется в сово­куп­ный обще­ствен­ный труд лишь постольку, поскольку он про­из­во­дит необ­хо­ди­мые для обще­ства про­дукты и в необ­хо­ди­мом для обще­ства коли­че­стве. А с дру­гой сто­роны, каж­дый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель зави­сит от дея­тель­но­сти дру­гих про­из­во­ди­те­лей, заня­тых в дру­гих сфе­рах обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Он может суще­ство­вать лишь постольку, поскольку дру­гие про­из­во­ди­тели в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда про­из­во­дят для него необ­хо­ди­мые ору­дия труда, сырьё, пред­меты потреб­ле­ния и т. д.

Объектом обособ­ле­ния в товар­ном хозяй­стве высту­пает, сле­до­ва­тельно, то или иное звено в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, тот или иной вид кон­крет­ного труда.

Но обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда все­гда суще­ство­вало и все­гда будет суще­ство­вать. В любом обще­стве сохра­ня­ется необ­хо­ди­мость в том, чтобы раз­лич­ные зве­нья в системе раз­де­ле­ния труда раз­ви­ва­лись на основе той или иной спе­ци­а­ли­за­ции про­из­во­ди­те­лей. И сама по себе спе­ци­а­ли­за­ция про­из­во­ди­те­лей ещё не ведёт к появ­ле­нию обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей. Классики марксизма-​ленинизма ука­зы­вали на глав­ный момент в этом вопросе — в товар­ном хозяй­стве каж­дое звено раз­ви­ва­ется не по еди­ному плану и не по созна­тель­ным ука­за­ниям со сто­роны обще­ствен­ных орга­нов, а по усмот­ре­нию самих про­из­во­ди­те­лей, на их соб­ствен­ный страх и риск, как их част­ное дело.

В обще­стве това­ро­про­из­во­ди­те­лей, — отме­чал К. Маркс, — раз­лич­ные виды кон­крет­ного труда «выпол­ня­ются неза­ви­симо друг от друга, как част­ное дело само­сто­я­тель­ных про­из­во­ди­те­лей»37 .

Политико-​экономическая сущ­ность обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля состоит в том, что он по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решает вопрос о том, в какой сфере обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда при­ло­жить свой труд, какие виды про­дук­тов про­из­во­дить и в каком коли­че­стве. Каждое звено в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда обособ­ля­ется и раз­ви­ва­ется не по зара­нее обду­ман­ному плану, а по усмот­ре­нию самих про­из­во­ди­те­лей, на их страх и риск, без согла­со­ва­ния соб­ствен­ной дея­тель­но­сти с дея­тель­но­стью дру­гих. В товар­ном хозяй­стве обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель, по харак­те­ри­стике В. И. Ленина, «хозяй­ни­чает каж­дый отдельно и неза­ви­симо от дру­гих; ведёт про­из­вод­ство про­дук­тов, посту­па­ю­щих в его част­ную соб­ствен­ность, на свой лично риск и страх; всту­пает в сно­ше­ние с „рын­ком“ пооди­ночке»38 .

Как видим, В. И. Ленин ука­зы­вает здесь сле­ду­ю­щие основ­ные при­знаки «обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля»: 1) каж­дый ведёт хозяй­ство «отдельно и неза­ви­симо от дру­гих», 2) каж­дый про­из­во­дит про­дукты «на свой лично риск и страх», 3) всту­пает в сно­ше­ние с рын­ком пооди­ночке, 4) про­дукт посту­пает в част­ную соб­ствен­ность производителя.

На пер­вый план выдви­га­ется тот при­знак, что обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель ведёт хозяй­ство отдельно и неза­ви­симо от дру­гих, на соб­ствен­ный страх и риск. И мы попы­та­емся прежде всего рас­крыть политико-​экономический смысл именно этого при­знака, а затем перей­дём к харак­те­ри­стике всех остальных.

В рабо­тах Маркса и Энгельса этот при­знак также выдви­га­ется на пер­вый план. Маркс прямо ука­зы­вал, что в капи­та­ли­сти­че­ском обще­стве «каж­дый рабо­тает за свой страх и риск»39 , и отсюда выво­дил основ­ное про­ти­во­ре­чие товар­ного про­из­вод­ства между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом. Ф. Энгельс давал сле­ду­ю­щую харак­те­ри­стику политико-​экономической сути обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля на при­мере капи­та­ли­сти­че­ского предпринимателя:

«В совре­мен­ном капи­та­ли­сти­че­ском обще­стве каж­дый про­мыш­лен­ный капи­та­лист про­из­во­дит на свой риск и страх — что, как и сколько хочет. Но обще­ствен­ная потреб­ность оста­ётся для него неиз­вест­ной вели­чи­ной, с точки зре­ния как каче­ства, рода тре­бу­е­мых пред­ме­тов, так и их коли­че­ства»40 .

Ф. Энгельс не только ука­зы­вает на то, что каж­дый про­из­во­дит на соб­ствен­ный страх и риск, но и рас­шиф­ро­вы­вает политико-​экономическое зна­че­ние этого поло­же­ния: каж­дый про­из­во­дит «что, как и сколько хочет». В этом суть обособ­лен­ного производителя.

В нашей эко­но­ми­че­ской лите­ра­туре поня­тие «обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля» ещё не полу­чило все­сто­рон­него рас­кры­тия, хотя ясно, что оно имеет клю­че­вое зна­че­ние для пони­ма­ния сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и его основ­ного про­ти­во­ре­чия. Термин «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» упо­треб­ля­ется в самых раз­лич­ных смыс­лах, что вно­сит пута­ницу в реше­ние тео­ре­ти­че­ских про­блем товар­ного про­из­вод­ства. Нередко «обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей» отож­деств­ля­ется с част­ной соб­ствен­но­стью на сред­ства про­из­вод­ства, хотя в реаль­ной дей­стви­тель­но­сти обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей может иметь место и при част­ной, и при кол­лек­тив­ной, и при госу­дар­ствен­ной, и даже обще­на­род­ной соб­ствен­но­сти на сред­ства про­из­вод­ства. Некоторые совет­ские эко­но­ми­сты отож­деств­ляют поня­тие «обособ­лен­ность» и «само­сто­я­тель­ность». Исходя из того, что сен­тябрь­ский (1965 г.) Пленум ЦК КПСС поста­вил вопрос о рас­ши­ре­нии само­сто­я­тель­но­сти соци­а­ли­сти­че­ских пред­при­я­тий, они делают вывод, будто рас­ши­ре­ние само­сто­я­тель­но­сти рав­но­значно раз­ви­тию эко­но­ми­че­ской обособ­лен­но­сти пред­при­я­тий — этой сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства. Вот почему мы счи­таем необ­хо­ди­мым более подробно оста­но­виться на харак­те­ри­стике «обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля», взяв за основу выска­зы­ва­ния Маркса, Энгельса и Ленина о том, что каж­дый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель про­из­во­дит отдельно, неза­ви­симо от дру­гих, на соб­ствен­ный страх и риск, что, как и сколько хочет.

Первая черта обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля состоит в том, что он про­из­во­дит «что хочет». Это озна­чает, прежде всего, что он по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решает вопрос о том, какие виды потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей про­из­во­дить, в какой сфере обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда при­ло­жить свой труд, какой вид кон­крет­ного труда избрать в каче­стве спе­ци­а­ли­за­ции. Он сам выби­рает вид дея­тель­но­сти, на соб­ствен­ный страх и риск, без согла­со­ва­ния с дру­гими чле­нами общества.

Отсюда выте­кает сле­ду­ю­щий прин­ци­пи­ально важ­ный вывод: в обще­стве обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей все зве­нья в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда воз­ни­кают и раз­ви­ва­ются не по еди­ному плану, а сти­хийно, по усмот­ре­нию самих про­из­во­ди­те­лей. Каждый из про­из­во­ди­те­лей может в любое время закрыть своё пред­при­я­тие и открыть новое, пере­клю­чив­шись на про­из­вод­ство дру­гого вида про­дук­тов. Никто не может запре­тить ему пере­ход из одной отрасли про­из­вод­ства в дру­гую. Никто не может заста­вить его пожиз­ненно зани­маться одним и тем же видом кон­крет­ного труда. В каж­дой из раз­ви­тых капи­та­ли­сти­че­ских стран еже­годно закры­ва­ются сотни тысяч пред­при­я­тий и одно­вре­менно появ­ля­ются новые пред­при­я­тия. В США, напри­мер, еже­годно закры­ва­ется свыше мил­ли­она мел­ких и сред­них заве­де­ний и ещё больше воз­ни­кает новых. Для закры­тия или откры­тия нового пред­при­я­тия не тре­бу­ется какого-​либо спе­ци­аль­ного раз­ре­ше­ния со сто­роны госу­дар­ствен­ных или мест­ных орга­нов. Достаточно лишь заре­ги­стри­ро­вать сам факт. Это ясно гово­рит о том, что вся струк­тура обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда фор­ми­ру­ется сти­хийно, бес­пла­ново, по усмот­ре­нию самих обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, руко­вод­ству­ю­щихся в своей дея­тель­но­сти рыноч­ной конъ­юнк­ту­рой. Это обсто­я­тель­ство имеет прин­ци­пи­ально важ­ное зна­че­ние для функ­ци­о­ни­ро­ва­ния всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Ведь все зве­нья обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда внут­ренне свя­заны друг с дру­гом, при­званы допол­нять одно дру­гое и если какое-​то из зве­ньев неожи­данно исче­зает или появ­ля­ется новое, ранее не суще­ство­вав­шее звено, — это неиз­бежно ска­зы­ва­ется на функ­ци­о­ни­ро­ва­нии дру­гих звеньев.

Если, напри­мер, в США еже­годно закры­ва­ется свыше мил­ли­она заве­де­ний, то с политико-​экономической точки зре­ния это неиз­бежно вызы­вает опре­де­лён­ные послед­ствия. Во-​первых, закры­тие этих пред­при­я­тий озна­чает уволь­не­ние заня­тых на них рабо­чих и слу­жа­щих, пере­ход их в ряды без­ра­бот­ных. Они пере­стают полу­чать зар­плату, а это озна­чает, что сокра­ща­ется спрос на пред­меты потреб­ле­ния. Производитель пред­ме­тов потреб­ле­ния теперь столк­нётся с про­бле­мой реа­ли­за­ции, не смо­жет сбыть часть своей про­дук­ции, будет тер­петь убытки. Во-​вторых, закрыв­ши­еся пред­при­я­тия пре­кра­тят спрос на сред­ства труда и пред­меты труда, кото­рый они предъ­яв­ляли прежде. Допустим, этот мил­лион пред­при­я­тий предъ­яв­лял спрос на 5 млрд долл. еже­годно. Теперь этот спрос исче­зает. Те постав­щики, кото­рые раньше легко сбы­вали свою про­дук­цию, теперь не смо­гут реа­ли­зо­вать её. Они ока­жутся в затруд­ни­тель­ном поло­же­нии и в свою оче­редь будут вынуж­дены сокра­щать объём про­из­вод­ства, а соот­вет­ственно и свой спрос на сырьё, ору­дия труда и т. д. у дру­гих, свя­зан­ных с ними производителей.

Но, может быть, воз­ник­но­ве­ние новых пред­при­я­тий (а их воз­ни­кает еже­годно больше, чем закры­ва­ется) поз­во­лит вос­ста­но­вить преж­ний спрос или даже рас­ши­рить его? Возникновение новых пред­при­я­тий дей­стви­тельно озна­чает и воз­ник­но­ве­ние нового спроса. Допустим, откры­лось 1 млн 200 новых пред­при­я­тий с общей сум­мой спроса на сред­ства про­из­вод­ства и пред­меты потреб­ле­ния 10 млн долл. Общая сумма спроса, несо­мненно, воз­росла. Но это отнюдь не озна­чает, что новый спрос — это спрос на те же самые виды средств труда и пред­ме­тов труда, кото­рые поку­па­лись прежде. Дело в том, что новые пред­при­я­тия, как пра­вило, спе­ци­а­ли­зи­ру­ются на про­из­вод­стве иных видов това­ров, чем их обанк­ро­тив­ши­еся или потер­пев­шие убытки пред­ше­ствен­ники. Производство новых видов това­ров тре­бует новых ору­дий труда, пред­ме­тов труда. Следовательно, хотя в денеж­ной форме спрос воз­рас­тает, он не явля­ется спро­сом на те же виды това­ров, с преж­ними потре­би­тель­ными сто­и­мо­стями. Этот новый спрос не смо­гут удо­вле­тво­рить преж­ние постав­щики, ибо они спе­ци­а­ли­зи­ро­ва­лись на про­из­вод­стве дру­гих видов това­ров. Аналогичным обра­зом новые пред­при­я­тия не обя­за­тельно при­вле­кут и тех рабо­чих, кото­рые были уво­лены с закрыв­шихся пред­при­я­тий. Напротив, про­из­вод­ство новых видов про­дук­тов потре­бует и дру­гой рабо­чей силы с иной спе­ци­а­ли­за­цией, ква­ли­фи­ка­цией и т. д.

Таким обра­зом, закры­тие одних пред­при­я­тий и откры­тие дру­гих, осу­ществ­ля­е­мое по усмот­ре­нию самих про­из­во­ди­те­лей, на их страх и риск неиз­бежно ведёт к сти­хий­ному фор­ми­ро­ва­нию системы обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, посто­ян­ным нару­ше­ниям преж­них соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния, раз­ви­тию анар­хии и дис­про­пор­ци­о­наль­но­сти в мас­штабе всего обще­ствен­ного производства.

Заботясь только о своих делах, каж­дый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель, поки­дая ту или иную сферу про­из­вод­ства и пере­ходя в дру­гую, даже и не подо­зре­вает о том, что его дей­ствия отра­зятся на поло­же­нии мно­гих дру­гих обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, заста­вят и их поду­мать о пере­ходе в дру­гие отрасли. Строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей неиз­бежно порож­дает сти­хий­ность, анар­хич­ность, бес­пла­но­вость и дис­про­пор­ци­о­наль­ность раз­ви­тия обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Из обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда с неиз­беж­но­стью раз­ви­ва­ется основ­ное про­ти­во­ре­чие товар­ного про­из­вод­ства между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом. Сущность товар­ного про­из­вод­ства и его основ­ное про­ти­во­ре­чие неот­де­лимы одно от другого.

Если пер­вый корен­ной при­знак обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля состоит в том, что он про­из­во­дит «что» хочет, по соб­ствен­ному усмот­ре­нию выби­рает род дея­тель­но­сти, спе­ци­а­ли­за­цию, кон­крет­ный вид труда и про­из­во­ди­мых потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей, то вто­рой при­знак заклю­ча­ется в том, что он про­из­во­дит «как» хочет. Это озна­чает, что он по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решает вопрос о том, как про­из­во­дить, какими ору­ди­ями труда, из какого сырья, с при­ме­не­нием каких при­ё­мов и мето­дов обра­ботки, орга­ни­за­ции труда, на основе какой тех­ники и т. д. Он при­ме­няет ту тех­нику, какую счи­тает для себя выгод­ной, исполь­зует труд в тех мас­шта­бах, кото­рые для него посильны, вво­дит спе­ци­а­ли­за­цию и раз­де­ле­ние труда в соот­вет­ствии с соб­ствен­ными рас­чё­тами. В своей внут­рен­ней дея­тель­но­сти не при­знаёт ника­кого вме­ша­тель­ства со сто­роны дру­гих лиц.

С внеш­ней сто­роны может пока­заться, что всё совер­ша­е­мое обособ­лен­ным про­из­во­ди­те­лем внутри пред­при­я­тия — это его лич­ное дело, не затра­ги­ва­ю­щее инте­ре­сов дру­гих чле­нов обще­ства. Однако фак­ти­че­ски, решая свои, каза­лось бы, чисто внут­рен­ние дела, обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель затра­ги­вает инте­ресы дру­гих про­из­во­ди­те­лей. Его внут­рен­няя дея­тель­ность неиз­бежно отра­жа­ется на раз­ви­тии дру­гих зве­ньев обще­ствен­ного про­из­вод­ства. С дру­гой сто­роны, он сам в своей внут­рен­ней дея­тель­но­сти испы­ты­вает вли­я­ние дру­гих производителей.

Если, напри­мер, обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель при­ни­мает реше­ние перейти к новым видам средств труда в целях повы­ше­ния про­из­во­ди­тель­но­сти труда, он сразу же меняет струк­туру сво­его спроса, раз­ры­вает связь с преж­ними постав­щи­ками, всту­пает в связь с дру­гими. Это неиз­бежно отра­жа­ется на дея­тель­но­сти постав­щи­ков, и в первую оче­редь на усло­виях сбыта их про­дук­ции и мас­шта­бах про­из­вод­ства. Аналогичны след­ствия и в том слу­чае, когда обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель при­ни­мает реше­ние о пере­ходе от одного вида сырья к дру­гому. И в этом слу­чае изме­ня­ется струк­тура его спроса, изме­ня­ются его связи с дру­гими про­из­во­ди­те­лями, что неиз­бежно отра­жа­ется на их дея­тель­но­сти, что в свою оче­редь вли­яет на функ­ци­о­ни­ро­ва­ние всех зве­ньев обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Таким обра­зом, внут­рен­няя дея­тель­ность обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля неиз­бежно отра­жа­ется на дея­тель­но­сти дру­гих про­из­во­ди­те­лей. Но само­сто­я­тель­ность обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля в реше­нии своих внут­рен­них дел носит не абсо­лют­ный, а отно­си­тель­ный харак­тер. Ведь в силу обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда каж­дый про­из­во­ди­тель не про­из­во­дит всего того, что ему необ­хо­димо для удо­вле­тво­ре­ния про­из­вод­ствен­ных и лич­ных потреб­но­стей. Он вынуж­ден при­об­ре­тать у дру­гих про­из­во­ди­те­лей сред­ства труда, сырьё, вспо­мо­га­тель­ные мате­ри­алы, пред­меты потреб­ле­ния и т. д. Если он не смо­жет найти необ­хо­ди­мые ему сред­ства про­из­вод­ства у дру­гих пред­при­ни­ма­те­лей, все его замыслы о повы­ше­нии про­из­во­ди­тель­но­сти труда, усо­вер­шен­ство­ва­нии про­из­вод­ства и т. д. будут сорваны. Его внут­рен­няя дея­тель­ность на деле тыся­чами нитей свя­зана с дея­тель­но­стью дру­гих обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, с про­пор­ци­о­наль­но­стью в раз­ви­тии раз­лич­ных отрас­лей обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Хотя каж­дый отдель­ный про­из­во­ди­тель явля­ется обосо­бив­шимся, неза­ви­си­мым, само­сто­я­тель­ным, он под­чи­нён в своей дея­тель­но­сти дви­же­нию всего целого, внутри кото­рого про­изо­шло обособ­ле­ние. Вне этого целого обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель не может ни воз­ник­нуть, ни развиваться.

Третий при­знак обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля состоит в том, что он по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решает вопрос о том, сколько про­из­во­дить. Он волен сокра­тить объём про­из­вод­ства или рас­ши­рить его, если сочтёт для себя выгод­ным. Это обсто­я­тель­ство тоже имеет прин­ци­пи­ально важ­ное зна­че­ние для функ­ци­о­ни­ро­ва­ния всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Общество на каж­дом этапе сво­его раз­ви­тия нуж­да­ется, во-​первых, в строго опре­де­лён­ном ассор­ти­менте потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей, а во-​вторых, в строго опре­де­лён­ном их коли­че­стве. Перепроизводство или недо­про­из­вод­ство тех или иных видов това­ров затруд­нит функ­ци­о­ни­ро­ва­ние тех или иных зве­ньев в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Но коль скоро вопрос о коли­че­стве про­из­во­ди­мых потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей реша­ется самими обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями, без зна­ния дей­стви­тель­ных потреб­но­стей обще­ства, неиз­бе­жен дефи­цит одних про­дук­тов и изли­шек дру­гих. В мас­шта­бах обще­ствен­ного про­из­вод­ства неиз­бежно воз­ник­но­ве­ние диспропорций.

Наконец, чет­вёр­тым и весьма суще­ствен­ным при­зна­ком обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля явля­ется то, что он по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решает вопрос, где про­да­вать товары, кому про­да­вать, когда реа­ли­зо­вать свою про­дук­цию и по каким ценам. Никто не может при­ну­дить его к тем или иным усло­виям сбыта, кроме самого рынка. Он может порвать связи с одними поку­па­те­лями и всту­пить в кон­такт с дру­гими, если сочтёт это для себя выгод­ным. В усло­виях посто­ян­ных пере­ли­вов труда из одной отрасли в дру­гую рыноч­ная конъ­юнк­тура всё время меня­ется, про­ис­хо­дят коле­ба­ния цен на рынке. Это при­во­дит к тому, что ника­ких проч­ных, устой­чи­вых свя­зей между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями нет и не может быть. Эти связи посто­янно нару­ша­ются, заме­ня­ются новыми, что ста­вит в затруд­ни­тель­ное поло­же­ние каж­дого из про­из­во­ди­те­лей, нару­шает все его пред­ва­ри­тель­ные замыслы, рас­чёты. В этой ситу­а­ции выжи­вают только сильнейшие.

Совокупность обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных с обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда, про­из­во­дя­щих «что, как и сколько хотят», реа­ли­зу­ю­щих товары на неиз­вест­ном рынке «когда, где, кому хотят», и харак­те­ри­зует сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства как осо­бой системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства, раз­ви­ва­ю­щейся по своим, только ей при­су­щим эко­но­ми­че­ским законам.

Нетрудно заме­тить, что строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей по самой своей сущ­но­сти несов­ме­стим с пла­но­вым нача­лом. Каждый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель высту­пает реши­тель­ным про­тив­ни­ком вся­кой регла­мен­та­ции его дея­тель­но­сти, он не тер­пит каких-​либо при­ну­ди­тель­ных рас­по­ря­же­ний со сто­роны каких-​либо обще­ствен­ных орга­нов. И не слу­чайно во всех бур­жу­аз­ных рево­лю­циях в числе глав­ней­ших тре­бо­ва­ний были тре­бо­ва­ния: сво­боды дея­тель­но­сти, сво­боды лич­но­сти и невме­ша­тель­ства госу­дар­ства в эко­но­ми­че­скую жизнь страны.

Наивысшего раз­ви­тия обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей дости­гает на базе част­ной соб­ствен­но­сти. Только соб­ствен­ник основ­ных средств про­из­вод­ства и про­из­во­ди­мых про­дук­тов может сво­бодно рас­по­ря­жаться своей дея­тель­но­стью, про­из­во­дить «что, как и сколько хочет», про­да­вать «кому хочет, когда и где хочет». Поэтому в своей раз­ви­той клас­си­че­ской форме товар­ное про­из­вод­ство пред­по­ла­гает, что каж­дый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель явля­ется и соб­ствен­ни­ком средств про­из­вод­ства и про­из­во­ди­мых про­дук­тов. Этот момент был под­чёрк­нут в рабо­тах Маркса, Энгельса и Ленина.

Мы уже при­во­дили выска­зы­ва­ние В. И. Ленина, в кото­ром харак­те­ри­стика обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля свя­зана с таким при­зна­ком, как поступ­ле­ние про­дук­тов «в его част­ную соб­ствен­ность»41 . В неопуб­ли­ко­ван­ных при жизни В. И. Ленина тези­сах ста­тьи «Анархизм и соци­а­лизм» содер­жится сле­ду­ю­щее положение:

«Частная соб­ствен­ность, как основа товар­ного хозяй­ства»42 .

К. Маркс в «Капитале» отмечал:

«Чтобы дан­ные вещи могли отно­ситься друг к другу как товары, това­ро­вла­дельцы должны отно­ситься друг к другу как лица, воля кото­рых рас­по­ря­жа­ется этими вещами. Следовательно, они должны при­зна­вать друг в друге част­ных соб­ствен­ни­ков»43 .

Таким обра­зом, несо­мненно, что обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель в его раз­ви­той клас­си­че­ской форме обя­за­тельно явля­ется и част­ным соб­ствен­ни­ком. Во всех бур­жу­аз­ных рево­лю­циях тре­бо­ва­ния сво­боды дея­тель­но­сти, сво­боды лич­но­сти, невме­ша­тель­ства госу­дар­ства в эко­но­ми­че­скую жизнь страны были нераз­рывно свя­заны с тре­бо­ва­нием «свя­щен­но­сти и непри­кос­но­вен­но­сти част­ной соб­ствен­но­сти». Это гово­рит о том, что обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей дости­гает сво­его пол­ного раз­ви­тия лишь с пере­хо­дом к част­ной собственности.

У В. И. Ленина, как мы видели, сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства состоит в обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. К. Маркс вме­сто тер­мина «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» упо­треб­ляет тер­мин «част­ный про­из­во­ди­тель». Однако с политико-​экономической точки зре­ния речь идёт об одном и том же, ибо обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель у В. И. Ленина и «част­ный про­из­во­ди­тель» у Маркса харак­те­ри­зу­ются одними и теми же при­зна­ками: каж­дый про­из­во­дит на соб­ствен­ный страх и риск, по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, «что, как и сколько» хочет, а про­дукты про­из­вод­ства посту­пают в его част­ную соб­ствен­ность. К тому же в рабо­тах Маркса, так же как и в рабо­тах В. И. Ленина, наряду с выра­же­ни­ями «част­ный про­из­во­ди­тель», «част­ное про­из­вод­ство», неод­но­кратно встре­ча­ются и выра­же­ния «обособ­лен­ный», «отдель­ный», «само­сто­я­тель­ный», «неза­ви­си­мый» про­из­во­ди­тель. Это гово­рит о том, что, харак­те­ри­зуя сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства, Маркс и Ленин ведут речь об одном и том же политико-​экономическом содер­жа­нии, хотя тер­ми­но­ло­ги­че­ски в ряде слу­чаев имеют место различия.

Соотношение обособленности производителей и различных юридических форм собственности

Юридически «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» не все­гда явля­ется част­ным соб­ствен­ни­ком. В каче­стве обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля может высту­пать и част­ный соб­ствен­ник, и кол­лек­тив­ный, и даже госу­дар­ство. Из исто­рии известно, что пер­во­на­чально товар­ный обмен воз­ни­кает между кол­лек­тив­ными собственниками-​общинами. Здесь ещё нет инсти­тута част­ной соб­ствен­но­сти, но налицо политико-​экономическая обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей. Одна община высту­пает по отно­ше­нию к дру­гой как част­ный, обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель, потому что каж­дая из общин осу­ществ­ляет про­из­вод­ство по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, не согла­суя свою дея­тель­ность с дея­тель­но­стью дру­гих общин.

Здесь ещё нет част­ной соб­ствен­но­сти в юри­ди­че­ском зна­че­нии этого слова, но уже воз­ни­кает обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, поскольку каж­дая из общин, спе­ци­а­ли­зи­ру­ясь на про­из­вод­стве тех или иных видов про­дук­тов, ста­но­вится частью еди­ного обще­ствен­ного про­из­вод­ства и раз­ви­вает избран­ное звено обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, на соб­ствен­ный страх и риск.

В товар­ном хозяй­стве мы ино­гда стал­ки­ва­емся и с таким фак­том: кол­лек­тивы тру­дя­щихся, объ­еди­нив свои денеж­ные сред­ства, орга­ни­зуют то или иное пред­при­я­тие. Это пред­при­я­тие юри­ди­че­ски явля­ется их кол­лек­тив­ной, а не част­ной соб­ствен­но­стью. Но по сво­ему политико-​экономическому зна­че­нию дан­ное кол­лек­тив­ное пред­при­я­тие явля­ется обособ­лен­ным, част­ным про­из­во­ди­те­лем, ибо оно по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, на свой страх и риск выби­рает спе­ци­а­ли­за­цию, про­из­во­дит «что, как и сколько хочет», не согла­суя свою дея­тель­ность с дея­тель­но­стью дру­гих пред­при­я­тий, дру­гих зве­ньев в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. И на этом при­мере ясно видно, что обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель с юри­ди­че­ской точки зре­ния не обя­за­тельно част­ный соб­ствен­ник, в дан­ном слу­чае это кол­лек­тив­ный собственник.

Возьмём еще один при­мер. В усло­виях совре­мен­ного капи­та­лизма неко­то­рые отрасли хозяй­ства наци­о­на­ли­зи­ро­ваны и с формально-​юридической точки зре­ния состав­ляют соб­ствен­ность всей нации. Но если наци­о­на­ли­зи­ро­ван­ное пред­при­я­тие осу­ществ­ляет про­цесс про­из­вод­ства по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, не согла­суя свою дея­тель­ность с дея­тель­но­стью всех осталь­ных пред­при­ни­ма­те­лей, заня­тых в дру­гих сфе­рах обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, то по сво­ему политико-​экономическому содер­жа­нию оно есть обособ­лен­ный, част­ный про­из­во­ди­тель, хотя и не част­ный соб­ствен­ник в юри­ди­че­ском смысле.

Наконец, обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей может раз­виться и на базе обще­ствен­ной соб­ствен­но­сти на сред­ства про­из­вод­ства при нали­чии вла­сти в руках про­ле­та­ри­ата. Когда, напри­мер, наци­о­на­ли­зи­ро­ван­ные пред­при­я­тия в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму сда­ва­лись в аренду част­ным пред­при­ни­ма­те­лям, то в этом слу­чае и при нали­чии наци­о­на­ли­зи­ро­ван­ных средств про­из­вод­ства фак­ти­че­ски раз­ви­ва­лось част­ное, обособ­лен­ное хозяй­ство, ибо каж­дый из арен­да­то­ров по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решал вопрос о том, что, как и сколько производить.

Если, напри­мер, в нашей стране мы допу­стим такое поло­же­ние, когда каж­дое пред­при­я­тие по соб­ствен­ному усмот­ре­нию будет решать вопрос о том, что, как и сколько про­из­во­дить, руко­вод­ству­ясь пока­за­ни­ями рынка, то мы полу­чим самый насто­я­щий строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, самое насто­я­щее товар­ное про­из­вод­ство со всеми его атри­бу­тами, хотя с юри­ди­че­ской точки зре­ния соб­ствен­ни­ком всех средств про­из­вод­ства и про­из­во­ди­мых про­дук­тов будет обще­ство в целом, а не отдель­ные лица или кол­лек­тивы лиц.

Отсюда сле­дует важ­ный вывод о том, что политико-​экономическая обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, состав­ля­ю­щая сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства, может воз­ник­нуть при самых раз­лич­ных юри­ди­че­ских фор­мах соб­ствен­но­сти — част­ной, кол­лек­тив­ной, госу­дар­ствен­ной, обще­на­род­ной. Сама по себе юри­ди­че­ская форма соб­ствен­но­сти ещё ничего не решает. Всё зави­сит от тех реаль­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, посред­ством кото­рых уста­нав­ли­ва­ется и регу­ли­ру­ется дей­стви­тель­ная связь между всеми зве­ньями обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда в системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Юридические формы раз­ви­ва­ются и изме­ня­ются в зави­си­мо­сти от изме­не­ний реаль­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. И с этой точки зре­ния прин­ци­пи­ально важно решить вопрос о том, в каком соот­но­ше­нии нахо­дятся обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей и юри­ди­че­ская форма соб­ствен­но­сти. Что чему пред­ше­ствует, что и чем определяется?

В лите­ра­туре мы нередко встре­чаем утвер­жде­ния о том, что част­ная соб­ствен­ность порож­дает и част­ное, обособ­лен­ное про­из­вод­ство. Частная соб­ствен­ность на сред­ства про­из­вод­ства — пер­вич­ное, обособ­ле­ние про­из­во­ди­те­лей — вто­рич­ное. Нередко отме­ча­ется, что част­ная соб­ствен­ность порож­дает част­ный труд и т. п. В одной из работ мы читаем:

«Частная соб­ствен­ность пре­вра­тила труд обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля в част­ный труд… Возникли про­ти­во­ре­чия между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом. Они порож­да­ются не товар­ным про­из­вод­ством, а про­ти­во­ре­чи­ями част­ной соб­ствен­но­сти и обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда»44 .

В этой цитате есть ряд утвер­жде­ний, каж­дое из кото­рых тре­бует самого при­сталь­ного рассмотрения.

Первое утвер­жде­ние сво­дится к тому, что труд обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля сам по себе не явля­ется тру­дом част­ным, он ста­но­вится тако­вым лишь с появ­ле­нием част­ной соб­ствен­но­сти. Частная соб­ствен­ность — пер­вич­ное, част­ный труд — производное.

Второе утвер­жде­ние заклю­ча­ется в том, что про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом воз­ни­кает лишь на базе част­ной соб­ствен­но­сти. Если нет част­ной соб­ствен­но­сти, нет и про­ти­во­ре­чия между обще­ствен­ным и част­ным трудом.

Наконец, тре­тье утвер­жде­ние состоит в том, что якобы товар­ное про­из­вод­ство может суще­ство­вать без сво­его основ­ного про­ти­во­ре­чия между обще­ствен­ным и част­ным трудом.

Рассмотрим каж­дое из этих положений.

Прежде всего, вызы­вает воз­ра­же­ния утвер­жде­ние, будто труд обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля сам по себе не явля­ется част­ным тру­дом, а ста­но­вится тако­вым лишь после появ­ле­ния част­ной соб­ствен­но­сти. Что такое част­ный труд? Это труд, осу­ществ­ля­е­мый про­из­во­ди­те­лем по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, неза­ви­симо от дру­гих. Что такое обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель? Это про­из­во­ди­тель, осу­ществ­ля­ю­щий про­цесс про­из­вод­ства по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, отдельно и неза­ви­симо от дру­гих. Следовательно, уже само поня­тие «обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля» озна­чает, что его труд — это част­ный труд. Частный про­из­во­ди­тель и обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель — это одно и то же с политико-​экономической точки зре­ния. И неза­ви­симо от того, явля­ется обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель част­ным соб­ствен­ни­ком, кол­лек­тив­ным или иным, его труд носит част­ный харак­тер. Этот част­ный харак­тер его труда опре­де­ля­ется не юри­ди­че­ской фор­мой соб­ствен­но­сти, а тем, что он обособ­лен внутри обще­ства и при­об­рёл извест­ную само­сто­я­тель­ность по отно­ше­нию ко всем осталь­ным производителям.

Обособленность про­из­во­ди­те­лей и част­ный харак­тер их труда исто­ри­че­ски воз­ни­кают до появ­ле­ния част­ной соб­ствен­но­сти. Более того, сама част­ная соб­ствен­ность фор­ми­ру­ется лишь в ходе раз­ви­тия обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и слу­жит как бы завер­ше­нием про­цесса обособ­ле­ния. Маркс, Энгельс и Ленин неод­но­кратно отме­чали, что харак­тер соб­ствен­но­сти сле­дует выво­дить из харак­тера труда, а не наобо­рот. Коллективный труд при­во­дит к кол­лек­тив­ной соб­ствен­но­сти. Частный труд вызы­вает к жизни и част­ную собственность.

В. И. Ленин ука­зы­вал, что инсти­тут част­ной соб­ствен­но­сти появ­ля­ется как выра­же­ние мате­ри­аль­ной обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и раз­ви­тия товар­ного обмена. В. И. Ленин рас­кры­вает сле­ду­ю­щую связь: мате­ри­аль­ная обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда — товар­ный обмен — част­ная собственность.

«На самом деле, инсти­тут наслед­ства пред­по­ла­гает уже част­ную соб­ствен­ность, а эта послед­няя воз­ни­кает только с появ­ле­нием обмена. В осно­ва­нии её лежит зарож­да­ю­ща­яся уже спе­ци­а­ли­за­ция обще­ствен­ного труда и отчуж­де­ние про­дук­тов на рынке. Пока, напри­мер, все члены пер­во­быт­ной индей­ской общины выра­ба­ты­вали сообща все необ­хо­ди­мые для них про­дукты, — невоз­можна была и част­ная соб­ствен­ность. Когда же в общину про­никло раз­де­ле­ние труда и члены её стали каж­дый в оди­ночку зани­маться про­из­вод­ством одного какого-​нибудь про­дукта и про­да­вать его на рынке, тогда выра­же­нием этой мате­ри­аль­ной обособ­лен­но­сти това­ро­про­из­во­ди­те­лей явился инсти­тут част­ной соб­ствен­но­сти. И част­ная соб­ствен­ность, и наслед­ство — кате­го­рии таких обще­ствен­ных поряд­ков, когда сло­жи­лись уже обособ­лен­ные, мел­кие семьи (моно­гам­ные) и стал раз­ви­ваться обмен»45 .

Как видим, по В. И. Ленину, общий труд исклю­чает част­ную соб­ствен­ность, он тре­бует кол­лек­тив­ной соб­ствен­но­сти. Частный же труд обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на опре­де­лён­ном этапе при­во­дит и к появ­ле­нию инсти­тута част­ной соб­ствен­но­сти. Частная соб­ствен­ность — про­из­вод­ное от обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, а не наобо­рот. Частный труд воз­ни­кает вме­сте с обособ­лен­но­стью про­из­во­ди­те­лей и сам слу­жит харак­те­ри­сти­кой этой обособ­лен­но­сти. Развитие част­ного, обособ­лен­ного труда завер­ша­ется фор­ми­ро­ва­нием инсти­тута част­ной соб­ствен­но­сти, а не начи­на­ется с него.

Но если част­ный труд воз­ни­кает раньше инсти­тута част­ной соб­ствен­но­сти, то ста­но­вится оче­вид­ной непра­виль­ность вто­рого утвер­жде­ния, будто про­ти­во­ре­чие между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом воз­ни­кает лишь при нали­чии част­ной собственности.

Независимо от того, суще­ствует в обще­стве част­ная, кол­лек­тив­ная, госу­дар­ствен­ная или какая-​либо иная форма соб­ствен­но­сти, появ­ле­ние про­ти­во­ре­чия между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом неиз­бежно, если про­цесс про­из­вод­ства осу­ществ­ля­ется обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Труд обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля — это част­ный труд, осу­ществ­ля­е­мый неза­ви­симо от дру­гих про­из­во­ди­те­лей, на соб­ствен­ный страх и риск. И если обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей соче­та­ется с обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда, то неиз­бежно про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом, выра­жа­ю­ще­еся в сти­хий­но­сти, анар­хич­но­сти, бес­пла­но­во­сти, дис­про­пор­ци­о­наль­но­сти раз­ви­тия. Правда, ино­гда обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей и част­ный труд могут суще­ство­вать и без про­ти­во­ре­чия между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом, свой­ствен­ного товар­ному хозяй­ству. Возьмём в каче­стве при­мера раз­ла­га­ю­щу­юся пер­во­быт­ную общину. Там наряду с кол­лек­тив­ным тру­дом уже имеет место и инди­ви­ду­аль­ный труд в рам­ках инди­ви­ду­аль­ного хозяй­ства. Каждый член общины начи­нает обособ­ляться от дру­гих, что выра­жа­ется в том, что он начи­нает вести своё соб­ствен­ное хозяй­ство. Его труд в этом хозяй­стве явля­ется част­ным тру­дом, ибо он про­из­во­дит «что, как и сколько хочет». Но этот част­ный труд не всту­пает в кон­фликт с обще­ствен­ным. И вот почему. Каждое инди­ви­ду­аль­ное хозяй­ство — это нату­раль­ное хозяй­ство. Здесь каж­дый про­из­во­дит лично для себя, а не для дру­гих. Он не явля­ется зве­ном в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и раз­ви­тие обще­ствен­ного про­из­вод­ства в целом не зави­сит от его дея­тель­но­сти. С этой точки зре­ния част­ный труд обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля не нахо­дится в про­ти­во­ре­чии с обще­ствен­ным. Но, как только обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей допол­ня­ется обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда, между ними неиз­бежно воз­ни­кает спе­ци­фи­че­ское про­ти­во­ре­чие между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом. В сов­мест­ном труде К. Маркса и Ф. Энгельса — «Немецкая идео­ло­гия» вопрос о воз­ник­но­ве­нии про­ти­во­ре­чия между обще­ствен­ным и част­ным инте­ре­сом свя­зы­ва­ется прежде всего с раз­де­ле­нием труда между отдель­ными индивидами.

«…Вместе с раз­де­ле­нием труда дано и про­ти­во­ре­чие между инте­ре­сом отдель­ного инди­вида или отдель­ной семьи и общим инте­ре­сом всех инди­ви­дов, нахо­дя­щихся в обще­нии друг с дру­гом; при­том этот общий инте­рес суще­ствует не только в пред­став­ле­нии, как „все­об­щее“, но прежде всего он суще­ствует в дей­стви­тель­но­сти в каче­стве вза­им­ной зави­си­мо­сти инди­ви­дов, между кото­рыми раз­де­лён труд»46 .

Общественное раз­де­ле­ние труда свя­зы­вает всех про­из­во­ди­те­лей в еди­ную систему обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Оно тре­бует стро­гой про­пор­ци­о­наль­но­сти в раз­ви­тии всех его зве­ньев. Между тем обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, выра­жа­ю­ща­яся в том, что каж­дый хозяй­ствует по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, неиз­бежно при­во­дит к нару­ше­нию пропорциональности.

Сущность товар­ного про­из­вод­ства, как мы отме­чали, состоит в обособ­ле­нии про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Этой сущ­но­сти внут­ренне при­суще про­ти­во­ре­чие между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом. И с этой точки зре­ния ясна несо­сто­я­тель­ность утвер­жде­ний, будто основ­ное про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом порож­да­ется не товар­ным про­из­вод­ством, а част­ной соб­ствен­но­стью. Товарное про­из­вод­ство — строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда — с неиз­беж­но­стью содер­жит в себе про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом, какая бы юри­ди­че­ская форма соб­ствен­но­сти при этом ни существовала.

Мы при­даём этим вопро­сам прин­ци­пи­ально важ­ное зна­че­ние. Формула: част­ная соб­ствен­ность — част­ный труд — про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом, на наш взгляд, даёт неточ­ную харак­те­ри­стику внут­рен­ней связи между этими кате­го­ри­ями. Более точно, эта связь может быть выра­жена фор­му­лой: обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей — част­ный труд — про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом — товар­ный обмен — част­ная соб­ствен­ность, как завер­ше­ние всего про­цесса фор­ми­ро­ва­ния обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Подобная внут­рен­няя связь отме­чена в при­во­див­шемся выше выска­зы­ва­нии В. И. Ленина, где инсти­тут част­ной соб­ствен­но­сти высту­пает как про­из­вод­ное от мате­ри­аль­ной обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, товар­ного обмена, а не наобо­рот. Эта внут­рен­няя связь под­твер­жда­ется и реаль­ным исто­ри­че­ским про­цес­сом. Достаточно сослаться на опыт раз­ви­тия первобытно-​общинного строя, его посте­пен­ное раз­ло­же­ние и появ­ле­ние част­ной собственности.

В своей пер­во­на­чаль­ной форме пер­во­быт­ная община не знает обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей. Каждый член общины про­из­во­дит не что ему забла­го­рас­су­дится, не по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, а по еди­ной воле кол­лек­тива. Здесь труд каж­дого явля­ется непо­сред­ственно обще­ствен­ным тру­дом. Здесь нет обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, а потому нет и част­ного труда. Коллективный труд нераз­рывно свя­зан и с кол­лек­тив­ной соб­ствен­но­стью. По мере раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил обще­ства внутри общины начи­нают скла­ды­ваться и новые формы труда. Наряду с кол­лек­тив­ным тру­дом начи­нает фор­ми­ро­ваться и неко­то­рая обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, а их труд начи­нает при­об­ре­тать эле­менты част­ного труда. Это выра­жа­ется в том, что внутри общины начи­нают появ­ляться инди­ви­ду­аль­ные хозяйства.

В пре­де­лах этих инди­ви­ду­аль­ных хозяйств каж­дый про­из­во­дит по соб­ствен­ному усмот­ре­нию. Община, напри­мер, выде­ляет каж­дой семье уча­сток земли, и на этом участке каж­дый может про­из­во­дить то, что сочтёт необ­хо­ди­мым для удо­вле­тво­ре­ния потреб­но­стей своей семьи. Сеять пше­ницу, горох, куку­рузу или овощи — это вопрос реша­ется каж­дым инди­ви­ду­аль­ным хозяй­ством по соб­ствен­ному усмот­ре­нию. Община не даёт каких-​либо ука­за­ний. Положение про­из­во­ди­теля в общине при­об­ре­тает двой­ствен­ный харак­тер. С одной сто­роны, он дол­жен участ­во­вать в выпол­не­нии кол­лек­тив­ных работ по воле всего кол­лек­тива, и его труд в дан­ном слу­чае есть непо­сред­ственно обще­ствен­ный труд. Но выпол­нив свои обя­зан­но­сти перед общи­ной, каж­дый про­из­во­ди­тель в своём хозяй­стве может дей­ство­вать уже по соб­ствен­ной воле: здесь он уже высту­пает как обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель, а его труд явля­ется тру­дом част­ным. Он не явля­ется уже непо­сред­ственно обще­ствен­ным тру­дом. Таким обра­зом, внутри общины на опре­де­лён­ном этапе раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил появ­ля­ются обособ­лен­ные, инди­ви­ду­аль­ные хозяй­ства, кото­рые, однако, не сразу ста­но­вятся и част­ной соб­ствен­но­стью. В слу­чае необ­хо­ди­мо­сти община может пере­рас­пре­де­лить землю, взять излишки про­дук­тов у про­из­во­ди­те­лей, пере­рас­пре­де­лить их в соот­вет­ствии с общими инте­ре­сами. В слу­чае необ­хо­ди­мо­сти община может заста­вить про­из­во­ди­теля зани­маться тем видом труда, кото­рый нужен общине, а не тем видом, каким хотел бы зани­маться каж­дый член общины. Следовательно, обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель в дан­ном слу­чае не может ещё сво­бодно рас­по­ря­жаться ни своей дея­тель­но­стью, ни про­дук­том своей дея­тель­но­сти. Его само­сто­я­тель­ность огра­ни­чена. Хотя это не отме­няет и того факта, что после выпол­не­ния своих обя­зан­но­стей перед общи­ной в рам­ках сво­его инди­ви­ду­аль­ного хозяй­ства он может про­из­во­дить «что, как и сколько хочет».

С про­грес­сом в раз­ви­тии про­из­во­ди­тель­ных сил и повы­ше­нием про­из­во­ди­тель­но­сти труда инди­ви­ду­аль­ные хозяй­ства дают всё больше и больше про­дук­тов. Коллективные формы труда отхо­дят на вто­рой план. По мере того как опре­де­ля­ю­щей фор­мой ста­но­вится инди­ви­ду­аль­ный труд в инди­ви­ду­аль­ном хозяй­стве, начи­нает раз­ла­гаться кол­лек­тив­ная форма соб­ствен­но­сти, усту­пая место част­ной. Этот про­цесс осу­ществ­ля­ется не сразу, он идёт через мно­го­чис­лен­ные пере­ход­ные формы. Но фор­ми­ро­ва­нию част­ной соб­ствен­но­сти пред­ше­ствует раз­ви­тие обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей внутри общины, раз­ви­тие инди­ви­ду­аль­ных хозяйств. Длительный период вре­мени обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей внутри общины ещё не была свя­зана с нали­чием част­ной соб­ствен­но­сти. Это, конечно, не отме­няет и того факта, что с появ­ле­нием част­ной соб­ствен­но­сти обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей раз­ви­ва­ется быст­рыми тем­пами, дости­гает вер­шин сво­его раз­ви­тия. Институт част­ной соб­ствен­но­сти, воз­ник­нув на базе обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, сам в свою оче­редь ста­но­вится могу­чим фак­то­ром даль­ней­шего раз­ви­тия обособ­лен­но­сти. Следствие ста­но­вится при­чи­ной, а при­чина след­ствием. Но отсюда отнюдь не сле­дует, что логи­че­ски и исто­ри­че­ски част­ная соб­ствен­ность пред­ше­ствует обособ­лен­но­сти. Наоборот, обособ­лен­ность пер­вична, част­ная соб­ствен­ность про­из­водна. В раз­ви­том виде обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель обя­за­тельно ста­но­вится соб­ствен­ни­ком средств про­из­вод­ства и про­из­во­ди­мых про­дук­тов. Здесь поня­тия «соб­ствен­ник» и «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» как бы сли­ва­ются, что даёт повод для их пол­ного отож­деств­ле­ния. Между тем когда мы смот­рим на этот же про­цесс исто­ри­че­ски, с точки зре­ния раз­ви­тия, то обна­ру­жи­ва­ется более слож­ная диа­лек­ти­че­ская связь между фор­ми­ро­ва­нием обособ­лен­но­сти и собственности.

Когда речь идёт о раз­ви­том товар­ном про­из­вод­стве, где уже сло­жи­лись и раз­ви­лись все при­су­щие ему при­знаки, то при харак­те­ри­стике обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля необ­хо­димо ука­зать на то, что он явля­ется и соб­ствен­ни­ком средств про­из­вод­ства, и про­из­во­ди­мых про­дук­тов. Когда же речь идёт об исто­ри­че­ском про­цессе ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства, то сле­дует строго раз­гра­ни­чи­вать поня­тия «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» и «соб­ствен­ник», ибо в реаль­ной дей­стви­тель­но­сти фор­ми­ро­ва­ние обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей может про­ис­хо­дить в рам­ках самых раз­лич­ных юри­ди­че­ских форм соб­ствен­но­сти. Оно пред­ше­ствует пре­вра­ще­нию про­из­во­ди­теля в собственника.

В. И. Ленин в своих опре­де­ле­ниях товар­ного про­из­вод­ства не упо­ми­нает о той или иной форме соб­ствен­но­сти. В. И. Ленин неустанно под­чёр­ки­вает, что товар­ное про­из­вод­ство есть строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Но явля­ется ли дан­ный обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель част­ным, кол­лек­тив­ным или иным соб­ствен­ни­ком, об этом Ленин не гово­рит. Почему же в опре­де­ле­ние сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства В. И. Ленин не счи­тает необ­хо­ди­мым вво­дить ука­за­ние на ту или иную форму соб­ствен­но­сти? По-​видимому, В. И. Ленин исхо­дил из воз­мож­но­сти раз­ви­тия сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства (обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей) при самых раз­лич­ных юри­ди­че­ских фор­мах соб­ствен­но­сти. В этом убеж­дает, во-​первых, тот факт, что появ­ле­ние инсти­тута част­ной соб­ствен­но­сти В. И. Ленин выво­дит из мате­ри­аль­ной обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, а не наобо­рот. Во-​вторых, В. И. Ленину был хорошо изве­стен отме­чен­ный Марксом и Энгельсом исто­ри­че­ский факт воз­ник­но­ве­ния товар­ного обмена между общи­нами, кото­рые явля­лись кол­лек­тив­ными, а не част­ными соб­ствен­ни­ками. Конечно, товар­ный обмен это ещё не товар­ное про­из­вод­ство. Но воз­ник­но­ве­ние товар­ного обмена уже явля­ется пока­за­те­лем начи­на­ю­ще­гося про­цесса обособ­ле­ния про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. В-​третьих, ана­ли­зи­руя про­цесс пре­вра­ще­ния нату­раль­ного хозяй­ства в товар­ное на при­мере России, В. И. Ленин отме­тил, что здесь в каче­стве обосо­бив­шихся хозяй­ствен­ных еди­ниц, пре­вра­ща­ю­щихся в това­ро­про­из­во­ди­те­лей, высту­пали не только част­ные кре­стьян­ские хозяй­ства, но и «при­ми­тив­ные сель­ские общины», и поме­щи­чьи хозяй­ства. Товаропроизводителями ста­но­ви­лись не только част­ные, но и кол­лек­тив­ные соб­ствен­ники. Следовательно, опыт России пока­зы­вал, что появ­ле­ние товар­ного про­из­вод­ства вызы­ва­ется не той или иной фор­мой соб­ствен­но­сти, а обособ­ле­нием про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Вот почему, на наш взгляд, при харак­те­ри­стике сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства В. И. Ленин не счи­тал необ­хо­ди­мым вво­дить в опре­де­ле­ние товар­ного про­из­вод­ства ту или иную форму собственности.

К этому сле­дует доба­вить и ещё ряд важ­ных фак­тов, взя­тых из опыта раз­ви­того капи­та­ли­сти­че­ского хозяй­ства. Здесь соб­ствен­ник средств про­из­вод­ства не все­гда явля­ется и про­из­во­ди­те­лем. Например, соб­ствен­ник земли не обя­за­тельно сам ведёт хозяй­ство на этой земле. Он может сда­вать её в аренду. Собственник, сле­до­ва­тельно, может быть отде­лён от про­из­вод­ства и его нельзя рас­смат­ри­вать в каче­стве обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля. Обособленным про­из­во­ди­те­лем, веду­щим част­ное хозяй­ство, в дан­ном слу­чае будет не соб­ствен­ник, а арендатор.

Аналогичное поло­же­ние может сло­житься и в про­мыш­лен­но­сти, когда соб­ствен­ник того или иного пред­при­я­тия сдаёт его в аренду. Здесь соб­ствен­ник и обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель реально отде­лены один от дру­гого. Обособленным това­ро­про­из­во­ди­те­лем высту­пает арен­да­тор, а не собственник.

Наконец, в раз­ви­том капи­та­ли­сти­че­ском обще­стве широко рас­про­стра­нена акци­о­нер­ная форма пред­при­я­тий. Юридически эти пред­при­я­тия не явля­ются част­ной соб­ствен­но­стью отдель­ных лиц, они при­над­ле­жат всем акци­о­не­рам. Но с политико-​экономической точки зре­ния акци­о­нер­ное пред­при­я­тие явля­ется част­ным обособ­лен­ным про­из­во­ди­те­лем, ибо оно по соб­ствен­ному усмот­ре­нию раз­ви­вает то или иное звено в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Здесь видно, что сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства не в той или иной юри­ди­че­ской форме соб­ствен­но­сти, а в реаль­ном обособ­ле­нии раз­лич­ных хозяй­ствен­ных еди­ниц, обра­зу­ю­щих зве­нья еди­ной системы обще­ствен­ного производства.

Частное хозяй­ство может воз­ник­нуть и на базе госу­дар­ствен­ной соб­ствен­но­сти. Совокупность всех этих фак­тов гово­рит о том, что при науч­ном опре­де­ле­нии сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства совсем не обя­за­тельно гово­рить о той или иной форме соб­ствен­но­сти. Более того, вве­де­ние той или иной формы соб­ствен­но­сти в науч­ное опре­де­ле­ние сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства может создать непра­виль­ное пред­став­ле­ние о дей­стви­тель­ной сущ­но­сти опре­де­ля­е­мого предмета.

В. И. Ленин не слу­чайно в своих опре­де­ле­ниях товар­ного про­из­вод­ства опус­кал вопрос о фор­мах соб­ствен­но­сти. Хотя каж­дому оче­видно, что В. И. Ленин отнюдь не игно­ри­ро­вал роль формы соб­стве­нон­сти при ана­лизе кон­крет­ных форм товар­ного про­из­вод­ства. Он со всей силой под­чёр­ки­вал, что в усло­виях част­ной соб­ствен­но­сти обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей дости­гает наи­выс­шего раз­ви­тия, а все законы товар­ного про­из­вод­ства полу­чают пол­ный про­стор и дей­ствуют в пол­ную силу.

В тези­сах ста­тьи «Анархизм и соци­а­лизм», напи­сан­ных Лениным в 1901 г., име­ется одно место, где в каче­стве основы товар­ного про­из­вод­ства ука­зы­ва­ется част­ная собственность.

«1) Анархизм за 35–40 лет (Бакунин и Интернационал 1866–) сво­его суще­ство­ва­ния (а со Штирнера много больше лет) не дал ничего кроме общих фраз про­тив экс­плу­а­та­ции.
Более 2000 лет эти фразы в ходу. Недостаёт (α) пони­ма­ния
при­чин экс­плу­а­та­ции; (β) пони­ма­ния раз­ви­тия обще­ства, веду­щего к соци­а­лизму; (γ) пони­ма­ния клас­со­вой борьбы, как твор­че­ской силы осу­ществ­ле­ния соци­а­лизма.
2) Понимание
при­чин экс­плу­а­та­ции. Частная соб­ствен­ность, как основа товар­ного хозяй­ства. Общественная соб­ствен­ность на сред­ства про­из­вод­ства. Nil у анар­хизма.
Анархизм — выво­ро­чен­ный наизнанку бур­жу­аз­ный
инди­ви­ду­а­лизм. Индивидуализм как основа всего миро­воз­зре­ния анар­хизма.
Защита мел­кой соб­ствен­но­сти и 
мел­кого хозяй­ства на земле»47 .

В дан­ных тези­сах В. И. Ленин не ста­вит своей зада­чей дать науч­ное опре­де­ле­ние товар­ного про­из­вод­ства, эти опре­де­ле­ния уже были даны им в пред­ше­ству­ю­щих рабо­тах, опуб­ли­ко­ван­ных в 90-​х годах.

Вопрос о част­ной соб­ствен­но­сти под­ни­ма­ется В. И. Лениным в связи с реше­нием вопроса о при­чи­нах экс­плу­а­та­ции. Он кри­ти­кует анар­хи­стов именно за то, что они не пони­мают при­чин экс­плу­а­та­ции, не видят связи экс­плу­а­та­ции с част­ной соб­ствен­но­стью, товар­ным хозяй­ством. Они фак­ти­че­ски пред­ла­гают сохра­нить мел­кую соб­ствен­ность и мел­кое хозяй­ство, не пони­мая, что это неиз­бежно ведёт к воз­ник­но­ве­нию и раз­ви­тию экс­плу­а­та­ции. Таким обра­зом, выра­же­ние «част­ная соб­ствен­ность как основа товар­ного хозяй­ства», на наш взгляд, не сле­дует пони­мать в том смысле, будто В. И. Ленин счи­тал част­ную соб­ствен­ность обя­за­тель­ным при­зна­ком товар­ного про­из­вод­ства и не мыс­лил послед­него без част­ной соб­ствен­но­сти. В дан­ном слу­чае ука­за­ние на част­ную соб­ствен­ность дела­ется в связи с реше­нием вопроса о при­чи­нах экс­плу­а­та­ции, а для реше­ния дан­ного вопроса ука­за­ние на част­ную соб­ствен­ность прин­ци­пи­ально необходимо.

Позднее В. И. Ленин в ста­тье «Карл Маркс», напи­сан­ной в 1914 г., снова воз­вра­ща­ется к науч­ному опре­де­ле­нию товар­ного про­из­вод­ства. В опре­де­ле­нии, дан­ном в этой работе, В. И. Ленин опять-​таки не счи­тает необ­хо­ди­мым ука­зать на част­ную соб­ствен­ность. Он пишет:

«Производство това­ров есть система обще­ствен­ных отно­ше­ний, при кото­рой отдель­ные про­из­во­ди­тели сози­дают раз­но­об­раз­ные про­дукты (обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда), и все эти про­дукты при­рав­ни­ва­ются друг к другу при обмене»48 .

В ста­тье «Ещё одно уни­что­же­ние соци­а­лизма», опуб­ли­ко­ван­ной в 1914 г. и направ­лен­ной про­тив Струве, В. И. Ленин снова обра­щает вни­ма­ние на харак­те­ри­стику отно­ше­ний, при­су­щих товар­ному про­из­вод­ству. И снова он ничего не гово­рит о част­ной соб­ствен­но­сти. Анализируя отно­ше­ния, скры­ва­ю­щи­еся за мено­вым отно­ше­нием това­ров, он пишет:

«Если цена есть „реа­ли­зо­ван­ное мено­вое отно­ше­ние“, то поз­во­ли­тельно спро­сить: между кем суще­ствует это отно­ше­ние? Очевидно, между обме­ни­ва­ю­щи­мися хозяй­ствами. Если это „мено­вое отно­ше­ние“ не слу­чайно воз­ни­кает в виде исклю­че­ния, на корот­кий срок, а повто­ря­ется с неиз­мен­ной регу­ляр­но­стью, повсе­местно и каж­до­дневно, то оче­видно, что „мено­вое отно­ше­ние“ свя­зы­вает в один хозяй­ствен­ный строй сово­куп­ность хозяйств; оче­видно, что между этими хозяй­ствами есть упро­чен­ное раз­де­ле­ние труда.
<…>
Г-​н Струве выгнал в дверь поня­тие товар­ного про­из­вод­ства, чтобы тай­ком про­пус­кать его назад в окно»49 .

Здесь под товар­ным про­из­вод­ством В. И. Ленин пони­мает «хозяй­ствен­ный строй», харак­те­ри­зу­ю­щийся обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда между раз­лич­ными хозяй­ствами, всту­па­ю­щими друг с дру­гом в мено­вое отно­ше­ние. Является ли хозяй­ство част­ным, кол­лек­тив­ным или иным, об этом В. И. Ленин опять-​таки ничего не гово­рит. По суще­ству речь идёт о товар­ном про­из­вод­стве как строе обособ­лен­ных хозяйств, свя­зан­ных обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда и рын­ком. На наш взгляд, нет ника­ких осно­ва­ний для утвер­жде­ний, будто согласно Марксу, Энгельсу и Ленину товар­ное про­из­вод­ство порож­да­ется только част­ной соб­ствен­но­стью и без част­ной соб­ствен­но­сти не может воз­ник­нуть и раз­ви­ваться50 .

Является ли наличие разных собственников обязательным условием товарного производства?

В работе Сталина «Экономические про­блемы соци­а­лизма в СССР» в каче­стве при­чины товар­ного про­из­вод­ства ука­зы­ва­ется на нали­чие раз­лич­ных форм соб­ствен­но­сти (при­ме­ни­тельно к соци­а­лизму Сталин выво­дил товар­ное про­из­вод­ство из нали­чия колхозно-​групповой и обще­на­род­ной форм соб­ствен­но­сти). Ценным здесь явля­ется поло­же­ние о том, что товар­ное про­из­вод­ство может воз­ник­нуть не только при част­ной, но и при дру­гих фор­мах соб­ствен­но­сти. Однако Сталин пола­гал, что нали­чие раз­ных соб­ствен­ни­ков — это обя­за­тель­ный при­знак товар­ного про­из­вод­ства. Сталин исклю­чал воз­ник­но­ве­ние товар­ного про­из­вод­ства в рам­ках одной формы соб­ствен­но­сти. Так, он пола­гал, что в рам­ках обще­на­род­ной соб­ствен­но­сти не может быть товар­ного про­из­вод­ства. Оно воз­ни­кает лишь как отно­ше­ние раз­ных собственников.

Это ста­лин­ское поло­же­ние неко­то­рое время гос­под­ство­вало в нашей лите­ра­туре. Однако в даль­ней­шем оно было под­верг­нуто кри­тике. С пози­ций этого опре­де­ле­ния нельзя было научно объ­яс­нить целый ряд явле­ний, про­ис­хо­дя­щих в реаль­ной дей­стви­тель­но­сти. Жизнь пока­зала, что нали­чие раз­ных соб­ствен­ни­ков не так уж и необ­хо­димо для раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства. Следовательно, тре­бо­ва­лось дать какое-​то иное обос­но­ва­ние необ­хо­ди­мо­сти товар­ного производства.

С труд­но­стями столк­ну­лись и совет­ские эко­но­ми­сты при попыт­ках объ­яс­нить нали­чие товарно-​денежных форм в соци­а­ли­сти­че­ской эко­но­мике. Практика пока­зы­вала, что эти формы исполь­зу­ются не только в отно­ше­ниях между раз­лич­ными соб­ствен­ни­ками (кол­хо­зами и госу­дар­ством), но и в отно­ше­ниях между пред­при­я­ти­ями, при­над­ле­жа­щими одному соб­ствен­нику. Чтобы объ­яс­нить эти факты, мно­гие совет­ские эко­но­ми­сты стали утвер­ждать, что товар­ное про­из­вод­ство порож­да­ется не какой-​то одной при­чи­ной, а мно­же­ством при­чин. В числе этих при­чин назы­ва­лись: нали­чие раз­лич­ных соб­ствен­ни­ков (госу­дар­ствен­ная, кооперативно-​колхозная и лич­ная соб­ствен­ность), недо­ста­точ­ная зре­лость непосредственно-​общественного труда, соци­аль­ная неод­но­род­ность труда, необ­хо­ди­мость рас­пре­де­ле­ния по труду, сохра­не­ние эле­мен­тов ста­рой системы обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, хозяйственно-​оперативная само­сто­я­тель­ность соци­а­ли­сти­че­ских предприятий.

Однако при всей мно­же­ствен­но­сти ука­зы­ва­е­мых при­чин всё-​таки боль­шин­ство эко­но­ми­стов на пер­вый план выдви­гало нали­чие раз­лич­ных соб­ствен­ни­ков. К. В. Островитянов в каче­стве общей основы товар­ного про­из­вод­ства назы­вал обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда и нали­чие раз­лич­ных соб­ствен­ни­ков. На этих же пози­циях стоит и Э. Я. Брегель. Причём К. В. Островитянов пола­гает, что раз­ви­ва­е­мый им взгляд осно­ван на тео­рии В. И. Ленина. В работе «Строительство ком­му­низма и товарно-​денежные отно­ше­ния» он пишет:

«Из этих выска­зы­ва­ний Ленина сле­дует, что при рас­смот­ре­нии вопроса о при­чи­нах, вызы­ва­ю­щих необ­хо­ди­мость товарно-​денежных отно­ше­ний при соци­а­лизме, мы должны исхо­дить из двух форм соци­а­ли­сти­че­ской соб­ствен­но­сти: госу­дар­ствен­ной (обще­на­род­ной) и кооперативно-​колхозной.
Как пока­зы­вает исто­рия товарно-​денежных отно­ше­ний, для товар­ного про­из­вод­ства необ­хо­димо в подав­ля­ю­щем боль­шин­стве слу­чаев нали­чие раз­ных соб­ствен­ни­ков на обме­ни­ва­е­мые товары»
51 .

Заметим сразу же, что ника­ких «выска­зы­ва­ний Ленина» о том, будто необ­хо­ди­мость товар­ного про­из­вод­ства выте­кает из нали­чия раз­ных соб­ствен­ни­ков, К. В. Островитянов не при­во­дит. Он и не мог их при­ве­сти, ибо Ленин выво­дил необ­хо­ди­мость товарно-​денежных отно­ше­ний не из двух форм соб­ствен­но­сти, а из обособ­ле­ния про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. К. В. Островитянов пола­гает, что общей осно­вой и сущ­но­стью товар­ного про­из­вод­ства явля­ется обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда и нали­чие раз­ных соб­ствен­ни­ков. В. И. Ленин счи­тает, что общей осно­вой и сущ­но­стью товар­ного про­из­вод­ства слу­жит обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда и обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей. Первая часть фор­мулы — обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда — оди­на­кова. Однако вто­рая часть фор­мулы К. В. Островитянова отли­ча­ется от ленин­ской. У Ленина речь идёт об обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лях, у Островитянова — о раз­ных соб­ствен­ни­ках. Если бы поня­тия «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» и «соб­ствен­ник» были тож­де­ствен­ными, то мы могли бы ска­зать, что взгляд Островитянова соот­вет­ствует взгля­дам Ленина. Но, как мы ста­ра­лись дока­зать в пред­ше­ству­ю­щем изло­же­нии, эти поня­тия отнюдь не тож­де­ственны, хотя и свя­заны друг с другом.

Термин «обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель» харак­те­ри­зует место, зани­ма­е­мое про­из­во­ди­те­лем в системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства, его функ­ци­о­наль­ную роль. Термин «соб­ствен­ник» харак­те­ри­зует лишь отно­ше­ние дан­ного лица или кол­лек­тива к сред­ствам про­из­вод­ства и про­из­во­ди­мым про­дук­там, но ещё ничего не гово­рит о функ­ци­о­наль­ной его роли в системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Собственник, как мы видели, в ряде слу­чаев не явля­ется про­из­во­ди­те­лем. А про­из­во­ди­тель не все­гда явля­ется соб­ствен­ни­ком. Товарное про­из­вод­ство есть строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей. Именно из обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда вырас­тает весь круг социально-​экономических след­ствий, при­су­щих товар­ному про­из­вод­ству. Между тем из нали­чия раз­ных соб­ствен­ни­ков и обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда этого выве­сти нельзя. Но самое глав­ное состоит в том, что фор­мула К. В. Островитянова исклю­чает воз­мож­ность раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства в рам­ках одной формы соб­ствен­но­сти, в то время как ленин­ская фор­мула даёт бле­стя­щие воз­мож­но­сти для объ­яс­не­ния товар­ного про­из­вод­ства и в этих рамках.

Сам К. В. Островитянов чув­ствует, что фор­мула «раз­ных соб­ствен­ни­ков» не поз­во­ляет объ­яс­нить целого ряда фак­тов мно­го­слож­ной дей­стви­тель­но­сти. Поэтому он при­зы­вает «вне­сти соот­вет­ству­ю­щие изме­не­ния в фор­мулу товар­ного обмена»52 . Он пишет:

«Капиталистические моно­по­лии сосре­до­то­чи­вают в своих руках огром­ное коли­че­ство пред­при­я­тий, кото­рые свя­заны между собой товарно-​денежными отно­ше­ни­ями, хотя и при­над­ле­жат одному хозя­ину.
Поэтому, хотя типич­ным для товар­ных отно­ше­ний явля­ется нали­чие раз­ных соб­ствен­ни­ков на товары, но на ста­дии импе­ри­а­лизма, и в осо­бен­но­сти при соци­а­лизме, товар­ные отно­ше­ния воз­ни­кают между пред­при­я­ти­ями, при­над­ле­жа­щими одному соб­ствен­нику»
53 .

Итак, К. В. Островитянов отме­чает воз­мож­ность раз­ви­тия товарно-​денежных отно­ше­ний и в рам­ках одной соб­ствен­но­сти. Он видит, что эти факты нельзя объ­яс­нить ста­рой фор­му­лой «раз­ных соб­ствен­ни­ков». Он при­зы­вает к новой фор­муле «товар­ного обмена» и в то же время не отка­зы­ва­ется от ста­рой. Более того, он пола­гает, что объ­яс­не­ние новых фак­тов может быть дано в соот­вет­ствии со ста­рой фор­му­лой. К. В. Островитянов пола­гает, что пер­вич­ной при­чи­ной по-​прежнему оста­ётся нали­чие раз­ных соб­ствен­ни­ков, отсюда выво­дятся товарно-​денежные отно­ше­ния. Но если эти отно­ше­ния воз­никли между раз­ными соб­ствен­ни­ками, они должны полу­чить раз­ви­тие и в рам­ках отно­ше­ний между пред­при­я­ти­ями одного соб­ствен­ника, ибо этого тре­бует един­ство про­цесса воспроизводства.

Но как быть, если раз­ные соб­ствен­ники исчезли, их заме­нил еди­ный соб­ствен­ник, а отно­ше­ния внутри еди­ной соб­ствен­но­сти про­дол­жают быть товар­ными? К. В. Островитянов не даёт ответа на этот вопрос. А его и нельзя дать, поль­зу­ясь ста­рой фор­му­лой «раз­ных соб­ствен­ни­ков» как глав­ной при­чи­ной воз­ник­но­ве­ния и раз­ви­тия товарно-​денежных отношений.

К. В. Островитянов совер­шенно спра­вед­ливо ста­вит вопрос о необ­хо­ди­мо­сти «вне­сти соот­вет­ству­ю­щие изме­не­ния в фор­мулу товар­ного обмена». Но в какую фор­мулу? Очевидно, в ту фор­мулу, кото­рая сво­дит основу и сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства к обще­ствен­ному раз­де­ле­нию труда и нали­чию раз­ных соб­ствен­ни­ков. Кому при­над­ле­жит эта фор­мула? Она при­над­ле­жит Сталину и в даль­ней­шем активно под­дер­жи­ва­лась К. В. Островитяновым. Данная фор­мула не в состо­я­нии объ­яс­нить мно­гие про­цессы, раз­вёр­ты­ва­ю­щи­еся на наших гла­зах. Она должна быть заме­нена новой. Но какой? Нам пред­став­ля­ется, что за основу должно быть взято ленин­ское пони­ма­ние сущ­но­сти и основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства, нахо­дя­ще­еся в пол­ном соот­вет­ствии с тео­рией Маркса и Энгельса.

Ленин видит основу и сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства в обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Там, где налицо эта сущ­ность, там неиз­бежны и товарно-​денежные отно­ше­ния, там, где исче­зает эта сущ­ность, исче­зает и товар­ное про­из­вод­ство. С пози­ций такого пони­ма­ния сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства вполне могут быть объ­яс­нены новые факты раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства в рам­ках одной и той же формы собственности.

Глава II. Превращение продуктов труда в товары. Политико-​экономическое содержание категории «товар»

Внутренняя связь между обособленностью производителей на базе общественного разделения труда и превращением продуктов труда в товары

Из сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства (обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда) В. И. Ленин выво­дит и такой при­знак товар­ного про­из­вод­ства, как пре­вра­ще­ние про­дук­тов труда в товары. Эта внут­рен­няя связь ярко выра­жена им в том опре­де­ле­нии товар­ного про­из­вод­ства, кото­рое мы уже при­во­дили. Речь идёт о том, что «про­дукты про­из­во­дятся отдель­ными, обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями, при­чём каж­дый спе­ци­а­ли­зи­ру­ется на выра­ботке одного какого-​либо про­дукта, так что для удо­вле­тво­ре­ния обще­ствен­ных потреб­но­стей необ­хо­дима купля-​продажа про­дук­тов (ста­но­вя­щихся в силу этого това­рами) на рынке»54 .

Превращение про­дук­тов труда в товары рас­смат­ри­ва­ется здесь В. И. Лениным как след­ствие спе­ци­фи­че­ского строя обще­ствен­ного про­из­вод­ства — обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Это пол­но­стью соот­вет­ствует взгля­дам Маркса и Энгельса. К. Маркс, как известно, ука­зы­вал, что «только про­дукты само­сто­я­тель­ных, друг от друга не зави­си­мых част­ных работ про­ти­во­стоят один дру­гому как товары»55 . Здесь под «част­ными», «неза­ви­си­мыми», «само­сто­я­тель­ными» «рабо­тами» фак­ти­че­ски пони­ма­ется то же самое, что и у В. И. Ленина под «обособ­лен­но­стью производителей».

В дру­гом месте К. Маркс писал:

«Предметы потреб­ле­ния ста­но­вятся вообще това­рами лишь потому, что они суть про­дукты не зави­си­мых друг от друга част­ных работ. Комплекс этих част­ных работ обра­зует сово­куп­ный труд обще­ства <…>, част­ные работы фак­ти­че­ски осу­ществ­ля­ются как зве­нья сово­куп­ного обще­ствен­ного труда лишь через те отно­ше­ния, кото­рые обмен уста­нав­ли­вает между про­дук­тами труда, а при их посред­стве и между самими про­из­во­ди­те­лями»56 .

Маркс рас­смат­ри­вает пре­вра­ще­ние про­дук­тов труда в товары как след­ствие спе­ци­фи­че­ского строя обще­ствен­ного про­из­вод­ства, при кото­ром раз­лич­ные зве­нья сово­куп­ного обще­ствен­ного труда раз­ви­ва­ются по усмот­ре­нию част­ных про­из­во­ди­те­лей, как их част­ное дело.

В несколько иной форме эта же мысль раз­ви­ва­ется и Ф. Энгельсом в «Анти-​Дюринге»:

«Что такое товары? Это — про­дукты, про­из­ве­дён­ные в обще­стве более или менее обособ­лен­ных част­ных про­из­во­ди­те­лей, т. е. прежде всего част­ные про­дукты. Но эти част­ные про­дукты только тогда ста­но­вятся това­рами, когда они про­из­во­дятся не для соб­ствен­ного потреб­ле­ния, а для потреб­ле­ния дру­гими людьми, стало быть, для обще­ствен­ного потреб­ле­ния; они всту­пают в обще­ствен­ное потреб­ле­ние путём обмена. Частные про­из­во­ди­тели нахо­дятся, таким обра­зом, в обще­ствен­ной связи между собой, обра­зуют обще­ство. Поэтому их про­дукты, хотя и явля­ются част­ными про­дук­тами каж­дого в отдель­но­сти, явля­ются в то же время, но не наме­ренно и как бы про­тив воли про­из­во­ди­те­лей, также и обще­ствен­ными про­дук­тами»57 .

Здесь Энгельс под­чёр­ки­вает, что товар — это не про­сто про­дукт, про­из­ве­дён­ный для обмена, а част­ный про­дукт, про­из­ве­дён­ный обособ­лен­ным про­из­во­ди­те­лем и посту­па­ю­щий в обще­ствен­ное потреб­ле­ние через обмен. Первый при­знак товара отно­сится им к сфере про­из­вод­ства и выра­жает тот факт, что про­дукты про­из­во­дятся част­ными, обособ­лен­ными производителями.

Производится дан­ный про­дукт отдель­ным лицом или кол­лек­ти­вом лиц, лич­ным тру­дом или на основе экс­плу­а­та­ции чужого труда, не имеет прин­ци­пи­аль­ного зна­че­ния для пре­вра­ще­ния про­дук­тов в товары. Важно лишь то, что хозяй­ствен­ная еди­ница, про­из­во­дя­щая этот про­дукт, явля­ется зве­ном в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и раз­ви­ва­ется само­сто­я­тельно и неза­ви­симо от дру­гих хозяй­ствен­ных еди­ниц. Труд каж­дой такой еди­ницы явля­ется тру­дом част­ным. Чтобы полу­чить обще­ствен­ное при­зна­ние, про­дукт дан­ного част­ного труда дол­жен посту­пить на рынок и обме­няться на дру­гие продукты.

В каче­стве само­сто­я­тель­ных, неза­ви­си­мых, обосо­бив­шихся в рам­ках обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, хозяй­ствен­ных еди­ниц могут высту­пать и рабо­вла­дель­че­ские, и поме­щи­чьи, и капи­та­ли­сти­че­ские хозяй­ства, хозяй­ства мел­ких про­из­во­ди­те­лей, общин и коллективов.

Несомненно, что внутри каж­дой из хозяй­ствен­ных еди­ниц отно­ше­ния между людьми могут быть самыми раз­но­об­раз­ными — рабо­вла­дель­че­ские, фео­даль­ные, капи­та­ли­сти­че­ские и т. д. Но для пре­вра­ще­ния про­дук­тов труда в товары это обсто­я­тель­ство не имеет ника­кого значения.

Продукт пре­вра­ща­ется в товар не потому, что его про­из­вёл капи­та­лист, фео­дал или рабо­вла­де­лец на основе экс­плу­а­та­ции или мел­кий про­из­во­ди­тель на основе лич­ного труда, а потому, что раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные еди­ницы обособ­лены друг от друга на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и связь между ними может осу­ществ­ляться лишь путём товар­ного обмена.

Сущность товар­ного про­из­вод­ства не меня­ется от того, каков харак­тер отно­ше­ний внутри каж­дой хозяй­ствен­ной еди­ницы, ибо товар­ная орга­ни­за­ция обще­ствен­ного хозяй­ства харак­те­ри­зует не внут­рен­ний строй каж­дой хозяй­ствен­ной еди­ницы, а отно­ше­ния между раз­лич­ными хозяй­ствен­ными еди­ни­цами как зве­ньями сово­куп­ного обще­ствен­ного труда, допол­ня­ю­щими друг друга и обра­зу­ю­щими в своей сово­куп­но­сти еди­ное обще­ствен­ное производство.

Продукты труда ста­но­вятся това­рами при самых раз­лич­ных общественно-​экономических фор­ма­циях. Это объ­яс­ня­ется тем, что обособ­ле­ние про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда воз­можно и реально про­ис­хо­дило между самыми раз­но­об­раз­ными по сво­ему внут­рен­нему строю хозяй­ствен­ными еди­ни­цами: пер­во­быт­ными общи­нами, мел­кими хозяй­ствами, рабо­вла­дель­че­скими, фео­даль­ными, капи­та­ли­сти­че­скими и т. д. Отсюда, разу­ме­ется, не сле­дует, что внут­рен­ний строй хозяй­ствен­ных еди­ниц, обособ­ля­ю­щихся на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, не ока­зы­вает ника­кого вли­я­ния на раз­ви­тие товар­ного про­из­вод­ства. Напротив, раз­ли­чия во внут­рен­нем строе хозяй­ствен­ных еди­ниц неиз­бежно при­во­дят к тем или иным моди­фи­ка­циям товар­ного про­из­вод­ства и зако­нов его раз­ви­тия. Маркс пока­зал это при сопо­став­ле­нии капи­та­ли­сти­че­ского товар­ного про­из­вод­ства с про­стым. В. И. Ленин, опи­ра­ясь на выска­зы­ва­ния К. Маркса и Ф. Энгельса, на кон­крет­ном мате­ри­але вскрыл моди­фи­ка­ции товар­ного про­из­вод­ства, вызван­ные тем, что в каче­стве обособ­лен­ных хозяй­ствен­ных еди­ниц высту­пали поме­щи­чьи хозяй­ства. Но все эти моди­фи­ка­ции не изме­няют сути товар­ного про­из­вод­ства, ибо во всех слу­чаях речь идёт о спе­ци­фи­че­ских отно­ше­ниях между обосо­бив­ши­мися хозяй­ствен­ными еди­ни­цами на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

Это обсто­я­тель­ство имеет прин­ци­пи­ально важ­ное зна­че­ние для пони­ма­ния политико-​экономического содер­жа­ния товара. Иногда гово­рят, что товар может выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, имея в виду, что товар воз­ник при раз­ло­же­нии пер­во­быт­но­об­щин­ного строя, суще­ство­вал при раб­стве, фео­да­лизме, капи­та­лизме. Из этого факта дела­ется весьма спор­ный вывод о том, будто товар не имеет сво­его соб­ствен­ного политико-​экономического содер­жа­ния, а напол­ня­ется содер­жа­нием того спо­соба про­из­вод­ства, при кото­ром суще­ствует. Но есть ли у товара своё соб­ствен­ное эко­но­ми­че­ское содер­жа­ние, кото­рое сохра­ня­ется при всех общественно-​экономических фор­ма­циях? Должны ли мы гово­рить о «фео­даль­ном товаре», «рабо­вла­дель­че­ском товаре», «капи­та­ли­сти­че­ском товаре» как това­рах, име­ю­щих раз­лич­ное политико-​экономическое содер­жа­ние, или точ­нее гово­рить про­сто о товаре, кото­рый не явля­ется ни фео­даль­ным, ни рабо­вла­дель­че­ским, ни капи­та­ли­сти­че­ским, а имеет своё соб­ствен­ное, «товар­ное», содержание?

На наш взгляд, товар как эко­но­ми­че­ская кате­го­рия имеет своё соб­ствен­ное политико-​экономическое содер­жа­ние, кото­рое по своей сущ­но­сти не может быть ни рабо­вла­дель­че­ским, ни фео­даль­ным, ни капи­та­ли­сти­че­ским. Товар выра­жает спе­ци­фи­че­ские отно­ше­ния между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Эта его сущ­ность не может быть лик­ви­ди­ро­вана или заме­нена дру­гой. Различные общественно-​экономические фор­ма­ции могут моди­фи­ци­ро­вать формы про­яв­ле­ния сущ­но­сти товара, но не могут заме­нить его соб­ствен­ную сущность.

Чтобы разо­браться в дан­ном вопросе, рас­смот­рим более подробно, что такое товар в политико-​экономическом смысле.

Различия во взглядах советских экономистов на политико-​экономическую сущность товара

В работе «Экономические про­блемы соци­а­лизма в СССР» Сталин дал сле­ду­ю­щую харак­те­ри­стику политико-​экономической сущ­но­сти товара:

«Товар есть такой про­дукт про­из­вод­ства, кото­рый про­да­ётся любому поку­па­телю, при­чём при про­даже товара това­ро­вла­де­лец теряет право соб­ствен­но­сти на него, а поку­па­тель ста­но­вится соб­ствен­ни­ком товара, кото­рый может пере­про­дать, зало­жить, сгно­ить его»58 .

Здесь Сталин ука­зы­вает на два основ­ных при­знака товара в отли­чие от обыч­ных про­дук­тов труда. Во-​первых, это про­дукт, кото­рый пере­хо­дит из рук в руки посред­ством купли-​продажи; во-​вторых, дви­же­ние этого про­дукта обя­за­тельно свя­зано со сме­ной собственников.

Первый при­знак отно­сится к сфере обмена (купля-​продажа), вто­рой — к сфере про­из­вод­ства (раз­ные собственники).

С пози­ций такого пони­ма­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара Сталин под­хо­дил к реше­нию вопроса о нали­чии това­ров при соци­а­лизме. С его точки зре­ния, пред­меты потреб­ле­ния при соци­а­лизме явля­ются това­рами, ибо они про­да­ются и поку­па­ются, пере­хо­дят из рук одного соб­ствен­ника в руки дру­гого, обла­дают всеми реша­ю­щими при­зна­ками товара. Средства же про­из­вод­ства, по мне­нию Сталина, имеют «товар­ную обо­лочку» (цену), но не явля­ются това­рами по суще­ству, ибо они не про­да­ются, а рас­пре­де­ля­ются в пла­но­вом порядке и в своём дви­же­нии соб­ствен­ника не меняют, оста­ются в руках одного и того же соб­ствен­ника — государства.

Здесь про­во­дится прин­ци­пи­аль­ное раз­ли­чие между про­дук­тами, кото­рые имеют «товар­ную обо­лочку», но не явля­ются това­рами по суще­ству, и про­дук­тами, кото­рые по суще­ству и по форме есть товары в политико-​экономическом смысле. С обще­ме­то­до­ло­ги­че­ской точки зре­ния подоб­ное раз­гра­ни­че­ние не только пра­во­мерно, но и весьма полезно и пло­до­творно для оценки реаль­ных фак­тов эко­но­ми­че­ской дей­стви­тель­но­сти. Сталин при­зы­вает не обма­ны­ваться поверх­ност­ными фор­мами, а тре­бует идти в глубь явле­ний, к их сущ­но­сти, ибо одна и та же внеш­няя форма может скры­вать прин­ци­пи­ально раз­лич­ное эко­но­ми­че­ское содер­жа­ние. Требование Сталина дви­гаться в науч­ном ана­лизе от явле­ния к сущ­но­сти нахо­дится в пол­ном соот­вет­ствии с марксистско-​ленинской методологией.

Однако тот кон­крет­ный политико-​экономический кри­те­рий, кото­рый был поло­жен Сталиным в основу подоб­ного раз­гра­ни­че­ния, в ходе раз­ви­тия совет­ской эко­но­ми­че­ской мысли был под­верг­нут кри­тике. И что для нас важно, кри­тика ста­лин­ского опре­де­ле­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара раз­вёр­ты­ва­лась с прин­ци­пи­ально раз­лич­ных позиций.

Непосредственным пово­дом для дис­кус­сии о политико-​экономической при­роде товара послу­жил вопрос о том, можно ли рас­смат­ри­вать сред­ства про­из­вод­ства при соци­а­лизме в каче­стве това­ров только по внеш­нему виду, или они явля­ются также това­рами и по существу?

Большинство эко­но­ми­стов при­шли к выводу, что при соци­а­лизме сред­ства про­из­вод­ства явля­ются това­рами не только по форме, но и по суще­ству. Обоснование этого поло­же­ния потре­бо­вало пере­смотра преж­ней ста­лин­ской поста­новки вопроса о политико-​экономической при­роде товара. Почти все совет­ские эко­но­ми­сты были еди­но­душны в том, что ста­лин­ское опре­де­ле­ние товара недо­ста­точно. Но мне­ния суще­ственно рас­хо­ди­лись при реше­нии вопроса о недо­стат­ках этого опре­де­ле­ния. Если мы озна­ко­мимся с мате­ри­а­лами эко­но­ми­че­ской дис­кус­сии, про­ве­дён­ной в Московском госу­дар­ствен­ном уни­вер­си­тете в 1958 г., кото­рые опуб­ли­ко­ваны в виде сбор­ника «Закон сто­и­мо­сти и его роль при соци­а­лизме», то легко заме­тим, что почти каж­дый из участ­ни­ков дис­кус­сии имел своё соб­ствен­ное мне­ние по вопросу о том, что пред­став­ляет собой товар в политико-​экономическом смысле. Эта дис­кус­сия по суще­ству не завер­шена и на сего­дняш­ний день. В рабо­тах, вышед­ших за послед­нее деся­ти­ле­тие, мы не най­дём еди­ного, общего для всех совет­ских эко­но­ми­стов пони­ма­ния политико-​экономического содер­жа­ния товара.

В нашу задачу не вхо­дит деталь­ное рас­смот­ре­ние всех точек зре­ния по дан­ному вопросу. Мы огра­ни­чимся лишь рас­смот­ре­нием двух основ­ных направ­ле­ний в кри­тике ста­лин­ского опре­де­ле­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара.

Группа совет­ских эко­но­ми­стов, кото­рая обос­но­вы­вала товар­ную сущ­ность средств про­из­вод­ства при соци­а­лизме, под­вергла кри­тике в первую оче­редь поло­же­ние Сталина о том, что обя­за­тель­ным при­зна­ком товара явля­ется смена соб­ствен­ни­ков. Не рас­кри­ти­ко­вав этого поло­же­ния, нельзя было утвер­ждать, что сред­ства про­из­вод­ства явля­ются това­рами не только по форме, но и по существу.

Я. Кронрод в ряде ста­тей и в моно­гра­фии «Деньги в соци­а­ли­сти­че­ском обще­стве» (вто­рое изда­ние) раз­ви­вал мысль о том, что пере­ход про­дукта из рук одного соб­ствен­ника в руки дру­гого «не вскры­вает эко­но­ми­че­ского содер­жа­ния кате­го­рии товара, а фик­си­рует лишь пра­во­вое выра­же­ние товар­ных отно­ше­ний»59 . Вместо ста­лин­ской фор­мулы он пред­ло­жил иную, согласно кото­рой суть товара состоит в том, что он пред­став­ляет собой «только тот про­дукт, кото­рый посту­пает от про­из­во­ди­теля к потре­би­телю через обмен, т. е. на основе экви­ва­лент­ного воз­ме­ще­ния поку­па­те­лем про­давцу труда, заклю­чён­ного в этом про­дукте»60 . Как видим, здесь отсут­ствует упо­ми­на­ние о раз­ных соб­ствен­ни­ках, а политико-​экономическое содер­жа­ние товара сво­дится к тому, что он, во-​первых, пере­хо­дит из рук про­из­во­ди­теля в руки потре­би­теля через обмен, а во-​вторых, при обмене имеет место экви­ва­лент­ность. Я. А. Кронрод пола­гает, что он в дан­ном слу­чае изла­гает взгляды Маркса и Энгельса на сущ­ность товара.

Несколько ранее этот же взгляд раз­ви­вался и Э. Я. Брегелем, правда, без ссы­лок на то, что такая трак­товка сути товара при­над­ле­жит клас­си­кам марксизма-​ленинизма. В своём выступ­ле­нии на дис­кус­сии он говорил:

«Что пред­став­ляет собой товар? Если брать то общее, что свой­ственно товару при раз­ных спо­со­бах про­из­вод­ства <…>, то товар явля­ется таким про­дук­том обще­ствен­ного труда, кото­рый пере­хо­дит из про­из­вод­ства в потреб­ле­ние посред­ством обмена… При этом обмен пред­по­ла­гает пере­дачу това­ров одними лицами, пред­при­я­ти­ями или даже госу­дар­ствами (послед­нее отно­сится к внеш­ней тор­говле) дру­гим с полу­че­нием за них экви­ва­лента в товар­ной или денеж­ной форме»61 .

«Если при­нять эти исход­ные пункты, то нельзя не прийти к при­зна­нию средств про­из­вод­ства при соци­а­лизме това­рами»62 .

Если мы теперь срав­ним ста­лин­скую поста­новку вопроса со взгля­дами Я. А. Кронрода и Э. Я. Брегеля, то уви­дим, что глав­ное раз­ли­чие состоит в том, что из опре­де­ле­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара уда­лено упо­ми­на­ние о необ­хо­ди­мо­сти раз­ных соб­ствен­ни­ков. Остальные при­знаки (обмен через куплю-​продажу и экви­ва­лент­ность) сохранены.

С обще­ме­то­до­ло­ги­че­ской точки зре­ния Э. Я. Брегель и Я. А. Кронрод, на наш взгляд, делают шаг назад по срав­не­нию со Сталиным. У Сталина име­ется попытка искать сущ­ность товара не в сфере обмена, а в сфере про­из­вод­ства (раз­ные соб­ствен­ники). Названные авторы фак­ти­че­ски ищут самые суще­ствен­ные при­знаки товара только в сфере обмена. Они правы, когда кри­ти­куют Сталина за то, что он счи­тал обя­за­тель­ным при­зна­ком товара смену соб­ствен­ни­ков. Как мы уже отме­чали, для появ­ле­ния товар­ного отно­ше­ния доста­точно обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. А обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель не обя­за­тельно явля­ется соб­ствен­ни­ком. И с этой точки зре­ния точ­нее харак­те­ри­зо­вать товар­ное отно­ше­ние как отно­ше­ние между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда (не обя­за­тельно между раз­ными соб­ствен­ни­ками). Однако Я. Кронрод и Э. Брегель счи­тают, что политико-​экономическое поня­тие товара вообще отно­сится только к сфере обмена (отно­ше­ние между поку­па­те­лем и про­дав­цом с экви­ва­лент­ным воз­ме­ще­нием затрат труда), и потому не счи­тают необ­хо­ди­мым вво­дить в это поня­тие какие-​либо ука­за­ния на спе­ци­фи­че­ский строй про­из­вод­ства. Иначе говоря, они исхо­дят при опре­де­ле­нии политико-​экономической сущ­но­сти товара из обмена, а не из про­из­вод­ства. Их, по-​видимому, сму­щает то обсто­я­тель­ство, что исто­ри­че­ски товар суще­ство­вал при самых раз­лич­ных спо­со­бах про­из­вод­ства, и потому созда­ётся впе­чат­ле­ние, будто он без­раз­ли­чен к фор­мам про­из­вод­ства и при­об­ре­тает своё соб­ствен­ное содер­жа­ние лишь в сфере обмена. Между тем, хотя товар и суще­ствует при раз­ных спо­со­бах про­из­вод­ства, он тем не менее все­гда выра­жает одно и то же про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние: отно­ше­ние обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Глубокая сущ­ность товара заклю­чена в про­из­вод­стве, а не в обмене, хотя про­яв­ля­ется эта сущ­ность наи­бо­лее ярко лишь через обмен.

Следовательно, в мето­до­ло­ги­че­ском плане новое опре­де­ле­ние товара, дан­ное Э. Я. Брегелем и Я. А. Кронродом вме­сто ста­лин­ского, стра­дает суще­ствен­ными недостатками.

Другая группа эко­но­ми­стов кри­ти­ко­вала ста­лин­ское опре­де­ле­ние товара с несколько иных пози­ций. Эта группа тоже исхо­дила из того, что нельзя сво­дить сущ­ность товара к смене соб­ствен­ни­ков. Но в отли­чие от Э. Я. Брегеля и Я. А. Кронрода ука­зы­ва­лось, что нельзя искать сущ­ность товара только в сфере обмена. Необходимо искать эту сущ­ность в сфере про­из­вод­ства, и в первую оче­редь в выяв­ле­нии той осо­бой роли, какую играет товар в самом про­цессе про­из­вод­ства и вос­про­из­вод­ства. С наи­боль­шей силой и аргу­мен­ти­ро­ван­но­стью этот взгляд выра­жен Н. А. Цаголовым.

«Если товар­ные отно­ше­ния,

— отме­чает он, —

не явля­ются отно­ше­ни­ями, ока­зы­ва­ю­щими воз­дей­ствие на про­цесс вос­про­из­вод­ства, если про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния товар­ного типа не обла­дают ещё силой закона, воз­дей­ству­ю­щего на про­цесс вос­про­из­вод­ства (а этим зако­ном явля­ется закон сто­и­мо­сти), то их, соб­ственно говоря, нельзя по суще­ству назы­вать ещё товар­ными. Определение товара как про­дукта, пере­хо­дя­щего из рук одного соб­ствен­ника в руки дру­гого соб­ствен­ника, явля­ется чисто фор­маль­ным и мало помо­гает делу уяс­не­ния сути вопроса. Самым важ­ным в этом содер­жа­нии явля­ется то, что товар­ные отно­ше­ния начи­нают опре­де­лять обще­ствен­ный про­цесс вос­про­из­вод­ства, под­чи­нять его своим осо­бым зако­нам. Если этого под­чи­не­ния нет, то товар суще­ствует в основ­ном фор­мально»63 .

Как видим, Н. А. Цаголов тоже кри­ти­кует ста­лин­скую поста­новку вопроса о сущ­но­сти товара и товар­ного отно­ше­ния. С его точки зре­ния ука­за­ние на раз­лич­ных соб­ствен­ни­ков «мало помо­гает делу уяс­не­ния сути вопроса», «явля­ется чисто фор­маль­ным». Но в то же время Н. А. Цаголов раз­ви­вает взгляды на сущ­ность товара, отли­ча­ю­щи­еся от взгля­дов Я. А. Кронрода и Э. Я. Брегеля. Он не счи­тает доста­точ­ным огра­ни­читься ука­за­нием тех при­зна­ков товара, кото­рые ясно видны на поверх­но­сти явле­ний в сфере обмена. Главное, по его мне­нию, состоит в том, что товар, в отли­чие от обыч­ных про­дук­тов труда, выпол­няет осо­бую функ­ци­о­наль­ную роль в про­цессе про­из­вод­ства, воз­дей­ствует на про­цесс вос­про­из­вод­ства, начи­нает «опре­де­лять обще­ствен­ный про­цесс вос­про­из­вод­ства, под­чи­нять его своим зако­нам». Если про­дукт труда не выпол­няет этой функ­ци­о­наль­ной роли, то «товар суще­ствует в основ­ном фор­мально».

Н. А. Цаголов в прин­ципе раз­де­ляет взгляд Сталина о воз­мож­но­сти суще­ство­ва­ния това­ров по форме и товара по суще­ству. Но он даёт иной кри­те­рий для их раз­гра­ни­че­ния. «Формальный товар» может иметь цену, пере­хо­дить из рук в руки посред­ством обмена за деньги при экви­ва­лент­ном воз­ме­ще­нии затрат труда. Но он не будет това­ром по суще­ству, если не ока­зы­вает осо­бого воз­дей­ствия на про­цесс вос­про­из­вод­ства. Дело не в том, имеет место пере­ход про­дукта из рук одного соб­ствен­ника в руки дру­гого или нет, а в том, что дви­же­ние про­дукта от одной хозяй­ствен­ной еди­ницы к дру­гой «начи­нает опре­де­лять обще­ствен­ный про­цесс вос­про­из­вод­ства, под­чи­нять его своим осо­бым зако­нам», в первую оче­редь закону стоимости.

Подобный под­ход с мето­до­ло­ги­че­ской и тео­ре­ти­че­ской точек зре­ния, на наш взгляд, весьма пло­до­тво­рен. Он соот­вет­ствует тео­рии Маркса — Энгельса — Ленина и даёт воз­мож­ность для глу­бо­кой политико-​экономической оценки реаль­ных фак­тов эко­но­ми­че­ской дей­стви­тель­но­сти. Положение о том, что товар, в отли­чие от обыч­ных про­дук­тов труда, выпол­няет осо­бую функ­ци­о­наль­ную роль в системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства, все­сто­ронне раз­вито в «Капитале» Маркса, в ряде работ Ф. Энгельса и В. И. Ленина.

Н. А. Цаголов, выдви­гая на пер­вый план не сферу обмена, а функ­ци­о­наль­ную роль товара в про­цессе вос­про­из­вод­ства, даёт более точ­ный кри­те­рий для выяв­ле­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара. Однако в инте­ре­сах точ­но­сти мы должны заме­тить, что у Н. А. Цаголова функ­ци­о­наль­ная роль товара харак­те­ри­зу­ется в раз­ных смыс­лах. В одном слу­чае он гово­рит о том, что товар «воз­дей­ствует» на про­цесс вос­про­из­вод­ства, в дру­гом — о том, что товар «начи­нает опре­де­лять обще­ствен­ный про­цесс воспроизводства».

«Воздействовать» на про­из­вод­ство и «опре­де­лять про­цесс вос­про­из­вод­ства» — это далеко не одно и то же. Продукт труда в любых исто­ри­че­ских усло­виях так или иначе «воз­дей­ствует» на про­из­вод­ство. Общеизвестно поло­же­ние Маркса о том, что потреб­ле­ние ока­зы­вает обрат­ное вли­я­ние на про­из­вод­ство при любых систе­мах обще­ствен­ного про­из­вод­ства. А это и озна­чает, что про­дукт труда, пред­на­зна­чен­ный для потреб­ле­ния, «воз­дей­ствует» на про­из­вод­ство, вызы­вая его рас­ши­ре­ние или сокра­ще­ние. Но подоб­ная функ­ци­о­наль­ная роль при­суща вся­кому про­дукту труда, а не только товару. Специфика же товара заклю­ча­ется именно в том, что он, в отли­чие от обыч­ных про­дук­тов труда, не про­сто «воз­дей­ствует» на раз­ви­тие про­из­вод­ства, а «опре­де­ляет» его, регу­ли­рует раз­ви­тие про­из­вод­ства, что выра­жа­ется в том факте, что закон сто­и­мо­сти ста­но­вится регу­ля­то­ром обще­ствен­ного производства.

Маркс, Энгельс и Ленин, говоря об осо­бой функ­ци­о­наль­ной роли товара, имели в виду именно то обсто­я­тель­ство, что товар не про­сто «воз­дей­ствует» на про­из­вод­ство, а воз­дей­ствует осо­бым обра­зом — регу­ли­рует его раз­ви­тие. Чтобы убе­диться в этом, мы рас­смот­рим более детально взгляды Маркса, Энгельса и Ленина по дан­ному вопросу.

К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин о политико-​экономическом содержании категории «товар»

Маркс, как известно, не огра­ни­чи­вался каким-​то одним опре­де­ле­нием товара. Пользуясь мето­дом вос­хож­де­ния от абстракт­ного к кон­крет­ному в его диалектико-​материалистическом пони­ма­нии, Маркс на раз­лич­ных сту­пе­нях ана­лиза выяв­ляет то один, то дру­гой при­знак товара. И лишь взя­тые в сово­куп­но­сти и в опре­де­лён­ной внут­рен­ней связи друг с дру­гом, эти опре­де­ле­ния дают все­сто­рон­нюю харак­те­ри­стику политико-​экономического содер­жа­ния товара.

Сначала Маркс харак­те­ри­зует товар в том виде, как он пред­став­лен непо­сред­ственно на поверх­но­сти явле­ний в сфере обмена. Затем из сферы обмена он пере­но­сит центр тяже­сти ана­лиза в сферу про­из­вод­ства и именно здесь вскры­вает самую глу­бо­кую сущ­ность товара и его осо­бые обще­ствен­ные функ­ции. От сущ­но­сти Маркс снова воз­вра­ща­ется к фор­мам её про­яв­ле­ния на поверх­но­сти. Наконец, ана­ли­зи­рует сущ­ность и формы про­яв­ле­ния в един­стве, что поз­во­ляет дать ряд новых суще­ствен­ных опре­де­ле­ний товара.

Отсюда ясно, что про­стой «цитат­ный» метод пони­ма­ния марк­со­вого ана­лиза политико-​экономического содер­жа­ния товара не дости­гает цели. Маркс даёт не одно, а много опре­де­ле­ний товара, каж­дое из кото­рых харак­те­ри­зует ту или иную сто­рону при­роды товара. Причём в одних опре­де­ле­ниях даны наи­бо­лее суще­ствен­ные при­знаки товара, в дру­гих — поверх­ност­ные. И вполне понятно, что если мы огра­ни­чимся только одним опре­де­ле­нием товара, абсо­лю­ти­зи­руем его, то неиз­бежно при­дём к одно­сто­рон­нему, упро­щён­ному пони­ма­нию его политико-​экономической при­роды. Так, напри­мер, если мы оста­но­вимся на неод­но­кратно повто­ря­е­мом в рабо­тах Маркса, Энгельса и Ленина опре­де­ле­нии товара как про­дукта труда, про­из­ве­дён­ного для обмена, а не для лич­ного потреб­ле­ния, то оста­немся в рам­ках поверх­ност­ного пред­став­ле­ния о его дей­стви­тель­ной при­роде. Необходимо взять все опре­де­ле­ния товара в их един­стве. При этом прин­ци­пи­ально важно не огра­ни­чи­ваться про­стым переч­нем опре­де­ле­ний, а выявить внут­рен­нюю связь между ними, их сопод­чи­нён­ность. Изучая все опре­де­ле­ния товара, дава­е­мые Марксом, мы должны уста­но­вить, какие из этих опре­де­ле­ний харак­те­ри­зуют наи­бо­лее глу­бо­кую сущ­ность товара, а какие — его внеш­ний вид. Только на этом осно­ва­нии можно будет делать вывод о том, какие из при­зна­ков товара могут отпасть, не затра­ги­вая его сущ­но­сти, а какие из них явля­ются обя­за­тель­ными, корен­ными, отпа­де­ние кото­рых озна­чает уже пре­вра­ще­ние товара в нечто иное — в про­дукт, име­ю­щий уже дру­гое социально-​экономическое содер­жа­ние. После этого ста­нет совер­шен­ного оче­вид­ной недо­ста­точ­ность тех опре­де­ле­ний товара, кото­рые даны Я. А. Кронродом и Э. Я. Брегелем и кото­рые мы уже приводили.

Наиболее абстракт­ное опре­де­ле­ние товара у Маркса сво­дится к тому, что товар есть «обще­ствен­ная форма про­дукта труда»64 .

Уже это опре­де­ле­ние гово­рит о мно­гом. Оно направ­лено про­тив бур­жу­аз­ных пред­став­ле­ний, будто товар есть веч­ная и есте­ствен­ная форма про­дук­тов труда. С точки зре­ния Маркса, про­дукт не все­гда явля­ется това­ром. Его осо­бен­но­сти необ­хо­димо искать не в есте­ствен­ных свой­ствах про­дук­тов труда, а в осо­бых обще­ствен­ных отно­ше­ниях. Иначе говоря, товар­ная форма про­дук­тов труда порож­да­ется обще­ством, а не при­ро­дой, и носит не веч­ный, а исто­ри­че­ски пре­хо­дя­щий харак­тер. Она появ­ля­ется и исче­зает лишь с появ­ле­нием и исчез­но­ве­нием тех спе­ци­фи­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, кото­рые вызвали её к жизни.

От этого наи­бо­лее абстракт­ного опре­де­ле­ния Маркс пере­хо­дит к более кон­крет­ному. Он харак­те­ри­зует товар как един­ство двух свойств — потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти и мено­вой сто­и­мо­сти. Эти свой­ства видны на поверх­но­сти явле­ний и они были ука­заны ещё бур­жу­аз­ными эко­но­ми­стами до Маркса. С точки зре­ния кон­ста­та­ции факта, между Марксом и его пред­ше­ствен­ни­ками из числа клас­си­ков бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии рас­хож­де­ний нет. Но объ­яс­не­ние этого факта имеет прин­ци­пи­ально раз­лич­ный харак­тер. Для бур­жу­аз­ных эко­но­ми­стов свой­ства товара — это веч­ные и есте­ствен­ные свой­ства всех про­дук­тов труда во все исто­ри­че­ские эпохи. Для Маркса же эти свой­ства не веч­ные, и не есте­ствен­ные, а исто­ри­че­ски пре­хо­дя­щие, обще­ствен­ные свой­ства. Маркс впер­вые вво­дит в науч­ный оби­ход поня­тие обще­ствен­ных свойств вещей в отли­чие от их есте­ствен­ных свойств. И это ново­вве­де­ние имеет прин­ци­пи­ально важ­ное значение.

Понятие «обще­ствен­ные свой­ства» озна­чает у Маркса, во-​первых, то, что эти свой­ства обя­заны своим про­ис­хож­де­нием осо­бым отно­ше­ниям между людьми в про­цессе про­из­вод­ства (при­рода не имеет к ним ника­кого отно­ше­ния), во-​вторых, что эти свой­ства при­званы выпол­нять строго опре­де­лён­ные функ­ции в про­цессе обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Речь идёт, сле­до­ва­тельно, не только о том, что эти свой­ства порож­дены опре­де­лён­ным типом обще­ствен­ного про­из­вод­ства, но и о том, что эти свой­ства порож­дены для выпол­не­ния строго опре­де­лён­ных функ­ций. Когда отпа­дают те обще­ствен­ные отно­ше­ния, кото­рые поро­дили дан­ные свой­ства про­дукта, неиз­бежно исче­зает и свя­зан­ная с этими свой­ствами их осо­бая функ­ци­о­наль­ная роль.

Для пра­виль­ного пони­ма­ния политико-​экономического содер­жа­ния товара необ­хо­димо в первую оче­редь уяс­нить, какие именно спе­ци­фи­че­ские отно­ше­ния в про­из­вод­стве поро­дили эту форму про­дук­тов и для выпол­не­ния каких обще­ствен­ных функ­ций эта форма рождена.

Ответ на этот вопрос Маркс даёт своим гени­аль­ным уче­нием о двой­ствен­ном харак­тере труда в товар­ном хозяй­стве. Именно в спе­ци­фи­че­ском харак­тере обще­ствен­ного труда он видит ту при­чину, кото­рая при­даёт про­дук­там дво­я­кие свой­ства и вызы­вает их осо­бую функ­ци­о­наль­ную роль в про­цессе обще­ствен­ного производства.

В товар­ном хозяй­стве обще­ствен­ный труд скла­ды­ва­ется из сово­куп­но­сти труда част­ных, обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, раз­ви­ва­ю­щих то или иное звено обще­ствен­ного про­из­вод­ства по соб­ствен­ному усмот­ре­нию. Конкретный труд осу­ществ­ля­ется в част­ной форме. Из этого спе­ци­фи­че­ского стро­е­ния обще­ствен­ного про­из­вод­ства Маркс выво­дит при­су­щее ему про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом, а из него — необ­хо­ди­мость пре­вра­ще­ния про­дук­тов труда в товары, при­об­ре­те­ние ими осо­бых обще­ствен­ных свойств (потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти и сто­и­мо­сти). Оба свой­ства товара рож­да­ются основ­ным про­ти­во­ре­чием товар­ного про­из­вод­ства и при­званы слу­жить спе­ци­фи­че­ской фор­мой раз­ре­ше­ния этого про­ти­во­ре­чия. Здесь, в сфере про­из­вод­ства, в осо­бом харак­тере обще­ствен­ного труда, сле­дует искать самую глу­бо­кую сущ­ность товара. Не сфера обмена тре­бует пре­вра­ще­ния про­дук­тов труда в товары, а осо­бое стро­е­ние обще­ствен­ного про­из­вод­ства, осо­бый тип обще­ствен­ного труда, харак­те­ри­зу­ю­щийся про­ти­во­ре­чием между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом, вызы­вает необ­хо­ди­мость в том, чтобы про­дукт труда при­об­рёл дво­я­кие обще­ствен­ные свой­ства и выпол­нял осо­бые обще­ствен­ные функ­ции. Эти свой­ства не созда­ются в сфере обмена, а обна­ру­жи­ва­ются, проявляются.

При любом типе обще­ствен­ного про­из­вод­ства суще­ствует необ­хо­ди­мость в обес­пе­че­нии той или иной про­пор­ци­о­наль­но­сти в раз­ви­тии его раз­лич­ных зве­ньев, в про­из­вод­стве именно тех потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей, кото­рые в дан­ный момент необ­хо­димы для удо­вле­тво­ре­ния обще­ствен­ных потреб­но­стей и в таком коли­че­стве, кото­рое соот­вет­ствует объ­ёму этих потреб­но­стей. Всякие нару­ше­ния про­пор­ци­о­наль­но­сти отра­зятся на раз­ви­тии всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Это — «закон при­роды», по выра­же­нию Маркса, кото­рый не может быть отме­нён ни одной фор­мой обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Он сохра­няет всю свою силу и в товар­ном хозяй­стве. При этой форме обще­ствен­ного про­из­вод­ства про­пор­ци­о­наль­ность не может быть обес­пе­чена созна­тель­ным путём, в пла­но­вом порядке, ибо каж­дый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель хозяй­ствует по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, не зная дей­стви­тель­ных потреб­но­стей обще­ства. Вся «соль» бур­жу­аз­ного обще­ства, по харак­те­ри­стике Маркса, состоит в том, что здесь отсут­ствует какое-​либо пла­но­мер­ное, созна­тель­ное регу­ли­ро­ва­ние обще­ствен­ного производства.

Функции по учёту и рас­пре­де­ле­нию обще­ствен­ного труда в соот­вет­ствии с обще­ствен­ными потреб­но­стями, кото­рые в усло­виях соци­а­лизма выпол­ня­ются пла­но­выми орга­нами в товар­ном хозяй­стве, «пору­ча­ются» про­дук­там труда — това­рам. Речь идёт о том, что объ­ек­тивно, неза­ви­симо от воли и жела­ния людей, функ­цию регу­ли­ро­ва­ния обще­ствен­ного про­из­вод­ства, учёта и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда в товар­ном хозяй­стве выпол­няют сами вещи-​товары через при­су­щие им осо­бые обще­ствен­ные свой­ства — потре­би­тель­ную сто­и­мость и сто­и­мость. Эти свой­ства рож­да­ются именно потому, что в товар­ном хозяй­стве в силу при­су­щего ему основ­ного про­ти­во­ре­чия воз­ни­кает необ­хо­ди­мость в спе­ци­фи­че­ском регу­ля­торе обще­ствен­ного про­из­вод­ства и для того, чтобы обес­пе­чить дости­же­ние про­пор­ци­о­наль­но­сти в бес­пла­но­вом, сти­хийно и анар­хично раз­ви­ва­ю­щемся строе обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей. Причина, порож­да­ю­щая эти свой­ства, одно­вре­менно пред­опре­де­ляет и функ­ци­о­наль­ную роль това­ров в производстве.

Товарное про­из­вод­ство потому и назы­ва­ется товар­ным, что оно регу­ли­ру­ется дви­же­нием самих това­ров. Дело не только в том, что про­дукты труда, при­об­ре­тая осо­бые обще­ствен­ные свой­ства, регу­ли­руют раз­ви­тие всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Здесь про­дукт труда гос­под­ствует над про­из­во­ди­те­лем. Развитое Марксом уче­ние о товар­ном фети­шизме осно­вано в первую оче­редь на дока­за­тель­стве того, что в силу спе­ци­фи­че­ского стро­е­ния товар­ного про­из­вод­ства и при­су­щего ему основ­ного про­ти­во­ре­чия вещи, став­шие това­рами, выпол­няют осо­бые обще­ствен­ные функ­ции, гос­под­ствуют над людьми, управ­ляют их дви­же­нием и поступ­ками. Какая сила застав­ляет людей менять спе­ци­а­ли­за­цию, пере­хо­дить из одной отрасли про­из­вод­ства в дру­гую, пере­клю­чаться на про­из­вод­ство дру­гих това­ров? Этой силой явля­ются коле­ба­ния цен това­ров на рынке вокруг их сто­и­мо­сти. Подобные коле­ба­ния, разо­ряя одних и обо­га­щая дру­гих, ста­но­вятся при­ну­ди­тель­ной силой, застав­ля­ю­щей всех про­из­во­ди­те­лей при­спо­саб­ли­вать свою дея­тель­ность к изме­не­ниям рыноч­ной конъ­юнк­туры. Не люди, не пла­но­вые органы ука­зы­вают про­из­во­ди­те­лям, что и когда они должны про­из­во­дить и в каком коли­че­стве, а сами вещи-​товары через их свой­ства — потре­би­тель­ную сто­и­мость и стоимость.

Маркс под­чёр­ки­вает, что про­дукт, став това­ром, при­об­ре­тает осо­бую «обще­ствен­ную силу», «обще­ствен­ную власть», кото­рая в том и заклю­ча­ется, что товар гос­под­ствует над про­из­во­ди­те­лями, рас­по­ря­жа­ется их дея­тель­но­стью, «под­ска­зы­вает», что нужно про­из­во­дить и в каком объ­ёме. И не только «под­ска­зы­вает», но и застав­ляет с силой физи­че­ской необ­хо­ди­мо­сти дей­ство­вать в этом направ­ле­нии, обес­пе­чи­вая таким путём регу­ли­ро­ва­ние обще­ствен­ного про­из­вод­ства, дости­же­ние той или иной про­пор­ци­о­наль­но­сти в раз­ви­тии его раз­лич­ных отрас­лей. «Общественная сила» и «обще­ствен­ная власть» — товара — это та сила и та власть, кото­рая заме­няет силу и власть пла­ни­ру­ю­щих орга­нов, силу и власть непо­сред­ствен­ных отно­ше­ний между людьми.

«Отнимите эту обще­ствен­ную власть от вещи,

— писал К. Маркс, —

и вы должны будете дать эту власть [одним] лицам над [дру­гими] лицами»65 .

В 1857–1858 гг. К. Маркс писал:

«Сама необ­хо­ди­мость пред­ва­ри­тельно пре­вра­тить про­дукт или дея­тель­ность инди­ви­дов в форму мено­вой сто­и­мо­сти, в деньги, дабы в этой вещ­ной форме они при­об­рели и дока­зали свою обще­ствен­ную силу, дока­зы­вает: 1) что инди­виды про­из­во­дят только для обще­ства и в обще­стве, 2) что их про­из­вод­ство не носит непо­сред­ственно обще­ствен­ного харак­тера, не ведётся на нача­лах ассо­ци­а­ции, кото­рая рас­пре­де­ляет труд внутри себя. Индивиды под­чи­нены обще­ствен­ному про­из­вод­ству, кото­рое напо­до­бие рока суще­ствует вне их, а не обще­ствен­ное про­из­вод­ство под­чи­нено инди­ви­дам, кото­рые управ­ляли бы им как своим общим досто­я­нием. Поэтому не может быть ничего оши­боч­нее и неле­пее, нежели на основе мено­вой сто­и­мо­сти и денег пред­по­ла­гать кон­троль объ­еди­нён­ных инди­ви­дов над их сово­куп­ным про­из­вод­ством»66 .

Это выска­зы­ва­ние Маркса весьма крас­но­ре­чиво в том отно­ше­нии, что оно ясно пока­зы­вает прин­ци­пи­аль­ные раз­ли­чия между двумя регу­ля­то­рами обще­ствен­ного про­из­вод­ства — мено­вой сто­и­мо­стью (зако­ном сто­и­мо­сти) и пла­но­мер­но­стью. Первый регу­ля­тор дей­ствует там, где про­из­вод­ство «не ведётся на нача­лах ассо­ци­а­ции», где труд не носит непо­сред­ственно обще­ствен­ного харак­тера. Второй регу­ля­тор дей­ствует там, где «обще­ствен­ное про­из­вод­ство под­чи­нено инди­ви­дам», кото­рые управ­ляют им «как своим общим досто­я­нием».

В регу­ли­ро­ва­нии товар­ного про­из­вод­ства при­ни­мают уча­стие оба свой­ства товара. Это важно под­черк­нуть в связи с тем, что неко­то­рое время в нашей эко­но­ми­че­ской лите­ра­туре суще­ство­вало мне­ние, будто только сто­и­мость явля­ется обще­ствен­ным свой­ством вещи и выпол­няет осо­бые обще­ствен­ные функ­ции. Школа И. Рубина утвер­ждала, что потре­би­тель­ная сто­и­мость товара не выра­жает ника­ких про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний и потому не явля­ется пред­ме­том поли­ти­че­ской эко­но­мии. Равным обра­зом утвер­жда­лось, что и кон­крет­ный труд, созда­ю­щий потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти, носит веч­ный харак­тер, отно­сится к материально-​вещественной сто­роне про­из­вод­ства и не выра­жает каких-​либо про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. С точки зре­ния И. Рубина, только сто­и­мость и абстракт­ный труд выра­жают опре­де­лён­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния и потому вклю­ча­ются в пред­мет поли­ти­че­ской эко­но­мии. Только сто­и­мость пред­став­ляет собой обще­ствен­ное отно­ше­ние и выпол­няет осо­бую функ­ци­о­наль­ную роль. Потребительная сто­и­мость товара и кон­крет­ный труд, её созда­ю­щий, оста­ва­лись за бор­том поли­ти­че­ской эко­но­мии67 .

Этот взгляд был под­верг­нут кри­тике совет­скими эко­но­ми­стами. А. И. Пашков в одной из своих ста­тей, опи­ра­ясь на опуб­ли­ко­ван­ные в 1930 г. «Замечания на книгу А. Вагнера» К. Маркса, обос­но­вы­вал то поло­же­ние, что не только сто­и­мость, но и потре­би­тель­ная сто­и­мость товара носит спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ский, обще­ствен­ный харак­тер68 .

К. Маркс в назван­ной работе со всей реши­тель­но­стью под­черк­нул, что потре­би­тель­ная сто­и­мость товара тоже явля­ется пред­ме­том поли­ти­че­ской эко­но­мии, выра­жает опре­де­лен­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния и носит такой же исто­ри­че­ский харак­тер, как и стоимость.

«Потребительная сто­и­мость — как потре­би­тель­ная сто­и­мость „товара“ — сама обла­дает спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ским харак­те­ром»69 .

В дру­гом месте Маркс указывал:

«Если, таким обра­зом, „сто­и­мость“ товара есть лишь опре­де­лён­ная исто­ри­че­ская форма чего-​то суще­ству­ю­щего во всех обще­ствен­ных фор­мах, то это же отно­сится к „обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти“, поскольку она харак­те­ри­зует „потре­би­тель­ную сто­и­мость“ товара»70 .

Таким обра­зом, с точки зре­ния Маркса, оба свой­ства товара (потре­би­тель­ная сто­и­мость и сто­и­мость) носят обще­ствен­ный, исто­ри­че­ский харак­тер. Следовательно, каж­дое из этих свойств товара явля­ется обще­ствен­ным свой­ством и выпол­няет осо­бую обще­ствен­ную функ­цию регу­ли­ро­ва­ния товар­ного производства.

Маркс раз­ли­чал потре­би­тель­ную сто­и­мость вообще и потре­би­тель­ную сто­и­мость товара. Потребительная сто­и­мость вообще как полез­ность вещи, её спо­соб­ность удо­вле­тво­рять те или иные чело­ве­че­ские потреб­но­сти все­гда суще­ство­вала и все­гда будет суще­ство­вать. Она без­раз­лична к тем или иным типам про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Что же каса­ется потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара, то она обла­дает спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­скими, обще­ствен­ными каче­ствами, выра­жа­ю­щими не вся­кие, а осо­бые про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния между людьми.

Специфика потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара состоит в том, что она, во-​первых, явля­ется не про­сто потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью, а обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью, и, во-​вторых, она высту­пает в каче­стве веще­ствен­ного носи­теля сто­и­мо­сти. Это и делает её спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ской кате­го­рией, при­су­щей лишь осо­бому типу обще­ствен­ного про­из­вод­ства товар­ному производству.

Роль потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара в регу­ли­ро­ва­нии товар­ного хозяй­ства заклю­ча­ется в ряде суще­ствен­ных моментов.

Прежде всего, совер­шенно оче­видно, что сто­и­мо­стью могут обла­дать только те вещи, кото­рые имеют обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость. Вещественным носи­те­лем сто­и­мо­сти явля­ется не вся­кая потре­би­тель­ная сто­и­мость, а лишь та, кото­рая обла­дает каче­ством обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти. Частные, обособ­лен­ные про­из­во­ди­тели про­из­во­дят про­дукты не для себя, а для удо­вле­тво­ре­ния обще­ствен­ных потреб­но­стей. Но они нико­гда не знают, каков объём потреб­но­стей и каковы пер­спек­тивы изме­не­ния этих потреб­но­стей. Производимые ими вещи в раз­ное время имеют раз­лич­ное обще­ствен­ное зна­че­ние. Сегодня они объ­ек­тивно необ­хо­димы для удо­вле­тво­ре­ния обще­ствен­ных потреб­но­стей и потому обла­дают каче­ством обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти, при­ни­ма­ются в обмен, реа­ли­зу­ются как сто­и­мо­сти. Завтра эта же вещь может уста­реть, выйти из упо­треб­ле­ния, она теряет каче­ство обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти, не при­ни­ма­ется в обмен, за ней не при­зна­ётся и свой­ство сто­и­мо­сти. Труд част­ного про­из­во­ди­теля в этом слу­чае не имеет зна­че­ния обще­ственно необ­хо­ди­мого труда, он оста­ётся тру­дом част­ным. Через обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость товара каж­дый това­ро­про­из­во­ди­тель узнаёт, пра­виль­ное ли он занял место в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, зани­ма­ется ли он тем видом кон­крет­ного труда, кото­рый необ­хо­дим для обще­ства. Общественная потре­би­тель­ная сто­и­мость товара созда­ётся обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом в его кон­крет­ной форме. Если кон­крет­ный труд това­ро­про­из­во­ди­теля не явля­ется необ­хо­ди­мым зве­ном в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, то он не создаёт и обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти. В реаль­ной прак­тике товар­ного хозяй­ства подоб­ные слу­чаи не еди­ничны. Каждый това­ро­про­из­во­ди­тель может в дан­ный момент про­из­ве­сти ненуж­ную, бес­по­лез­ную с обще­ствен­ной точки зре­ния вещь. Когда, напри­мер, в резуль­тате про­гресса про­из­во­ди­тель­ных сил в про­из­вод­стве начи­нают при­ме­няться новые виды ору­дий труда и сырья, то спрос на ста­рые виды ору­дий труда и сырья сразу же сокра­ща­ется. Вчера они обла­дали каче­ством обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти, сего­дня утра­тили его, ибо при новом состо­я­нии про­из­во­ди­тель­ных сил они уже пере­стали удо­вле­тво­рять обще­ствен­ные потреб­но­сти про­из­вод­ствен­ного харак­тера. Те това­ро­про­из­во­ди­тели, кото­рые спе­ци­а­ли­зи­ро­ва­лись на про­из­вод­стве преж­них видов ору­дий труда и сырья, теперь ока­зы­ва­ются в поло­же­нии людей, кото­рые про­из­во­дят ненуж­ные обще­ству про­дукты. Продукты их част­ного труда теперь не только не при­ни­ма­ются в обмен, они теряют оба свой­ства товара (свой­ство сто­и­мо­сти и свой­ство обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти). Таким обра­зом, свой­ство потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара носит чисто обще­ствен­ный харак­тер. Оно зави­сит не от есте­ствен­ных свойств вещи, а от тех отно­ше­ний, кото­рые скла­ды­ва­ются между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями в системе товар­ного про­из­вод­ства. Всякие пере­груп­пи­ровки в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, вызы­ва­е­мые раз­ви­тием про­из­во­ди­тель­ных сил и про­ис­хо­дя­щие сти­хий­ным путём, меняют обще­ствен­ную зна­чи­мость про­дук­тов, про­из­во­ди­мых раз­лич­ными про­из­во­ди­те­лями. Примут ли вещь в обмен или нет, зави­сит не только от есте­ствен­ных свойств её, а ещё от того, обла­дает ли дан­ная вещь в дан­ный момент каче­ством обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти или нет.

Прогресс в раз­ви­тии про­из­во­ди­тель­ных сил и обще­ствен­ном раз­де­ле­нии труда идёт неза­ви­симо от воли и жела­ния отдель­ных про­из­во­ди­те­лей. Производитель нико­гда не может преду­га­дать, в каких видах това­ров воз­ник­нет повы­шен­ная потреб­ность, а какие виды това­ров ока­жутся ненужными.

«Разделение труда,

— писал К. Маркс, —

есть есте­ственно вырос­ший про­из­вод­ствен­ный орга­низм, нити кото­рого сотканы и ткутся далее за спи­ной това­ро­про­из­во­ди­те­лей… Сегодня дан­ный про­дукт удо­вле­тво­ряет извест­ной обще­ствен­ной потреб­но­сти. Завтра он, быть может, будет вполне или отча­сти вытес­нен с сво­его места дру­гим подоб­ным ему про­дук­том»71 .

Отсюда ясно, что ошибки това­ро­про­из­во­ди­те­лей в выборе спе­ци­а­ли­за­ции, того или иного вида кон­крет­ного труда вызы­ва­ются не субъ­ек­тив­ными про­счё­тами тех или иных лиц, а объ­ек­тивно обу­слов­лены самой систе­мой про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, обособ­лен­но­стью про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и выте­ка­ю­щим отсюда про­ти­во­ре­чием между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом. Вещь утра­чи­вает или при­об­ре­тает свой­ство обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти в зави­си­мо­сти от того, как скла­ды­ва­ется система обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, про­пор­ци­о­наль­ность в раз­ви­тии раз­лич­ных отрас­лей про­из­вод­ства. Более того, само свой­ство обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти рож­да­ется как спо­соб раз­ре­ше­ния основ­ного про­ти­во­ре­чия товар­ного про­из­вод­ства. Только через это свой­ство вещей това­ро­про­из­во­ди­тель полу­чает сиг­нал о том, пра­виль­ное ли он выбрал место в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, про­из­во­дит ли он именно те про­дукты, кото­рые нужны обще­ству и в том коли­че­стве, кото­рое соот­вет­ствует объ­ему обще­ствен­ных потреб­но­стей. Иначе говоря, потре­би­тель­ная сто­и­мость товара как обще­ствен­ная потре­би­тель­ная сто­и­мость играет важ­ную роль в регу­ли­ро­ва­нии товар­ного про­из­вод­ства, ибо через это свой­ство каж­дый това­ро­про­из­во­ди­тель полу­чает сиг­нал о том, в какой сфере при­ло­жить свой труд, какие товары про­из­во­дить, а какие снять с производства.

Чтобы вещь могла быть при­нята в обмен, она обя­за­тельно должна обла­дать обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью. Только при этой пред­по­сылке про­дукт труда может при­об­ре­сти и сто­и­мость. Следовательно, сто­и­мость немыс­лима вне обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара. Оба свой­ства пред­став­ляют внут­рен­нее един­ство. И это един­ство пред­опре­де­ля­ется тем, что оба свой­ства товара созда­ются одним и тем же фак­то­ром — обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом, взя­тым в его спе­ци­фи­че­ской форме, при­су­щей только товар­ному производству.

Некоторое время в нашей лите­ра­туре суще­ство­вало мне­ние, будто раз­ные свой­ства товара созда­ются двумя раз­лич­ными видами труда. Потребительная сто­и­мость товара созда­ётся кон­крет­ным тру­дом, а сто­и­мость — абстракт­ным тру­дом. Между кон­крет­ным и абстракт­ным тру­дом не видели един­ства, что при­во­дило к непра­во­мер­ному про­ти­во­по­став­ле­нию одного дру­гому. Между тем, согласно тео­рии Маркса, абстракт­ный и кон­крет­ный труд — это не два раз­ных вида труда, а один и тот же обще­ственно необ­хо­ди­мый труд, про­яв­ля­ю­щийся в дво­я­кой форме.

С одной сто­роны, обще­ственно необ­хо­ди­мый труд высту­пает как сово­куп­ность раз­лич­ных видов кон­крет­ного труда, допол­ня­ю­щих друг друга, обра­зу­ю­щих внут­ренне свя­зан­ную систему обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. И с этой точки зре­ния резуль­та­том обще­ственно необ­хо­ди­мого труда явля­ются раз­лич­ные обще­ствен­ные потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти. С дру­гой сто­роны, тот же обще­ственно необ­хо­ди­мый труд есть сово­куп­ность обще­ствен­ного рабо­чего вре­мени, необ­хо­ди­мого для про­из­вод­ства обще­ствен­ных потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей в соот­вет­ству­ю­щих про­пор­циях. В каж­дом про­дукте, име­ю­щем обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость, содер­жится опре­де­лён­ная доля сово­куп­ного обще­ствен­ного рабо­чего вре­мени. И как вопло­ще­ние этой доли обще­ственно необ­хо­ди­мого труда, про­дукт при­об­ре­тает сто­и­мость, обме­ни­ва­ется в опре­де­лён­ной про­пор­ции на дру­гие товары. Здесь обще­ственно необ­хо­ди­мый труд высту­пает уже в абстракт­ной форме, отвле­чён­ной от кон­крет­ных видов труда, взя­тый как затрата труда вообще в физио­ло­ги­че­ском смысле слова.

К. Маркс реши­тельно высту­пал про­тив сме­ше­ния кон­крет­ного труда, пред­став­лен­ного в потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара, с абстракт­ным тру­дом, вопло­щён­ным в сто­и­мо­сти товара. Но столь же реши­тельно он высту­пал и про­тив тех, кто раз­ры­вал внут­рен­нюю связь между ними, пытался пред­ста­вить их как два прин­ци­пи­ально раз­лич­ных вида труда, а не две формы про­яв­ле­ния одного и того же обще­ственно необ­хо­ди­мого труда.

В пер­вом изда­нии «Капитала» мы встре­чаем у Маркса сле­ду­ю­щее положение:

«Из изло­жен­ного сле­дует, что в товаре име­ются не два раз­лич­ных вида труда, но один и тот же труд опре­де­ля­ется раз­лич­ным и даже про­ти­во­по­лож­ным обра­зом, в зави­си­мо­сти от того, отно­сится ли он к потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти товара, как к сво­ему про­дукту, или к товар­ной сто­и­мо­сти, как к сво­ему вещ­ному выра­же­нию»72 .

Здесь с пол­ной опре­де­лён­но­стью гово­рится о том, что абстракт­ный и кон­крет­ный труд — это не два раз­лич­ных вида труда, а один и тот же труд в раз­ных фор­мах его проявления.

В несколько иной форме эта же мысль встре­ча­ется в «Теории при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти», где, кри­ти­куя Рикардо, Маркс пишет:

«Рикардо не про­во­дит над­ле­жа­щего раз­ли­чия между тру­дом, поскольку он пред­став­лен в потре­би­тель­ных сто­и­мо­стях, и тру­дом, поскольку он пред­став­лен в мено­вой сто­и­мо­сти. Труд как основа сто­и­мо­сти не есть осо­бый труд, не есть труд того или дру­гого осо­бого каче­ства. У Рикардо всюду про­хо­дит сме­ше­ние между тру­дом, поскольку он пред­став­лен в потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти, и тру­дом, поскольку он пред­став­лен в мено­вой сто­и­мо­сти. Правда, послед­няя форма труда есть лишь взя­тая в абстракт­ном виде пер­вая»73 .

Итак, с точки зре­ния Маркса, труд, пред­став­лен­ный в мено­вой сто­и­мо­сти, есть тот же труд, но только взя­тый в «абстракт­ном виде», т. е. с отвле­че­нием от целого ряда его при­зна­ков. Абстрактный труд выра­жает то общее, что име­ется между всеми видами кон­крет­ного труда, затраты труда вообще, в физио­ло­ги­че­ском смысле слова. Товаропроизводитель не затра­чи­вает свой труд два­жды: сна­чала в виде кон­крет­ного труда, а затем абстракт­ного. Его труд одно­вре­менно высту­пает и как кон­крет­ный, и как абстракт­ный. В каче­стве кон­крет­ного труда, явля­ю­ще­гося необ­хо­ди­мым зве­ном обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, он создаёт обще­ствен­ные потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти. Если про­дукт имеет обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость, это озна­чает, что част­ный труд това­ро­про­из­во­ди­теля явля­ется обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом, его про­дукт будет при­нят в обмен. Стоимость этого про­дукта будет опре­де­ляться коли­че­ством обще­ственно необ­хо­ди­мого труда, взя­того уже в абстракт­ной форме. Но если кон­крет­ный труд това­ро­про­из­во­ди­теля не явля­ется обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом, то про­дукт этого труда вообще не будет при­нят в обмен, за ним не будет при­знано свой­ство сто­и­мо­сти. Данный труд не будет одно­вре­менно иметь зна­че­ния обще­ственно необ­хо­ди­мого, абстракт­ного труда.

Эти един­ство и раз­ли­чия потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти и сто­и­мо­сти, кон­крет­ного и абстракт­ного труда ярко даны в работе Ф. Энгельса «Анти-​Дюринг».

«В чём же состоит обще­ствен­ный харак­тер этих част­ных про­дук­тов? Очевидно, в двух свой­ствах: во-​первых, в том, что все они удо­вле­тво­ряют какую-​нибудь чело­ве­че­скую потреб­ность, имеют потре­би­тель­ную сто­и­мость не только для про­из­во­ди­теля, но и для дру­гих людей; и, во-​вторых, в том, что они, хотя и явля­ются про­дук­тами самых раз­но­об­раз­ных видов част­ного труда, явля­ются одно­вре­менно и про­дук­тами чело­ве­че­ского труда вообще, обще­че­ло­ве­че­ского труда. Поскольку они обла­дают потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью также и для дру­гих людей, постольку они могут вообще всту­пать в обмен; поскольку же в них заклю­чён обще­че­ло­ве­че­ский труд, про­стая затрата чело­ве­че­ской рабо­чей силы, постольку они в про­цессе обмена могут быть срав­ни­ва­емы друг с дру­гом, при­зна­ва­емы рав­ными или нерав­ными, сооб­разно заклю­ча­ю­ще­муся в каж­дом из них коли­че­ству этого труда»74 .

В товар­ном хозяй­стве, в силу основ­ного про­ти­во­ре­чия, труд част­ных про­из­во­ди­те­лей не все­гда явля­ется обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом. Поэтому не вся­кий част­ный труд обла­дает спо­соб­но­стью созда­вать сто­и­мость. Стоимость созда­ётся только тру­дом тех част­ных про­из­во­ди­те­лей, кото­рые про­из­во­дят обще­ствен­ные потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти. В каж­дый дан­ный момент в обще­стве това­ро­про­из­во­ди­те­лей суще­ствует немало про­из­во­ди­те­лей, кото­рые про­из­во­дят ненуж­ные обще­ству вещи, не потому, что они созна­тельно этого хотели, а потому, что неза­ви­симо от их воли, в силу пере­груп­пи­ро­вок в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, их про­дукты, имев­шие ранее обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость, сей­час утра­тили её. Вчера они нор­мально про­да­вали свои товары. Сегодня их про­дукт не при­ни­ма­ется в обмен, за ним не при­зна­ётся сто­и­мость и обще­ствен­ная потре­би­тель­ная сто­и­мость. Свойство сто­и­мо­сти, сле­до­ва­тельно, имеет своим назна­че­нием удо­сто­ве­рить при­над­леж­ность част­ного труда к обще­ствен­ному труду. Если про­дукт имеет сто­и­мость, то это озна­чает, что создав­ший его труд явля­ется обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом. Если же про­дукт не при­ни­ма­ется в обмен, то этим дока­зы­ва­ется тот факт, что това­ро­про­из­во­ди­тель не вклю­чён в состав обще­ствен­ного труда, не явля­ется его необ­хо­ди­мой состав­ной частью и потому перед ним воз­ни­кает необ­хо­ди­мость ухода из дан­ной кон­крет­ной отрасли про­из­вод­ства и пере­клю­че­ния на про­из­вод­ство дру­гих видов товаров.

Таким обра­зом, оба свой­ства товара выпол­няют обще­ствен­ные функ­ции регу­ли­ро­ва­ния товар­ного про­из­вод­ства. Они, соб­ственно, и рож­дены для этой функ­ци­о­наль­ной роли. Если про­дукт труда не выпол­няет этих функ­ций, то он не может быть назван това­ром в науч­ном, политико-​экономическом смысле этого слова. Возможно такое поло­же­ние, когда про­дукт труда сохра­няет ряд внеш­них при­зна­ков товара, но он не явля­ется това­ром по суще­ству, если не выпол­няет функ­ции регу­ли­ро­ва­ния обще­ствен­ного производства.

И с этой точки зре­ния для нас пред­став­ляет боль­шой инте­рес ленин­ская харак­те­ри­стика социально-​экономической при­роды про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства, посту­пав­ших в обмен на кре­стьян­ское про­до­воль­ствие в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму. В «Наказе от СТО», напи­сан­ном в мае 1921 г. в связи с пере­хо­дом к новой эко­но­ми­че­ской поли­тике, В. И. Ленин указывал:

«Государственный про­дукт — про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики, обме­ни­ва­е­мый на кре­стьян­ское про­до­воль­ствие, не есть товар в политико-​экономическом смысле, во вся­ком слу­чае не только товар, уже не товар, пере­стаёт быть това­ром»75 .

Это выска­зы­ва­ние В. И. Ленина имеет прин­ци­пи­ально важ­ный мето­до­ло­ги­че­ский и тео­ре­ти­че­ский харак­тер для пра­виль­ного пони­ма­ния политико-​экономической сущ­но­сти товара. Обратим вни­ма­ние прежде всего на тот факт, что сна­чала В. И. Ленин в самой кате­го­ри­че­ской форме утвер­ждает, что про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики, обме­ни­ва­е­мый на кре­стьян­ское про­до­воль­ствие, уже «не есть товар в политико-​экономическом смысле». Затем В. И. Ленин ищет более гиб­кие фор­му­ли­ровки, ука­зы­вая, что это «не только товар, уже не товар, пере­стает быть това­ром». Эти добав­ле­ния вызваны, по-​видимому, тем, что в про­дукте ещё сохра­ня­лись отдель­ные при­знаки товара, и В. И. Ленин не счи­тал воз­мож­ным прямо и кате­го­ри­че­ски утвер­ждать, что про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики не имеет уже ника­ких при­зна­ков товара. Он под­би­рал более точ­ные фор­му­ли­ровки для пра­виль­ной харак­те­ри­стики социально-​экономической при­роды про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики. Но не под­ле­жит сомне­нию и тот факт, что во всех этих фор­му­ли­ров­ках мысль В. И. Ленина дви­жется именно в том направ­ле­нии, что про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики уже утра­тил ряд самых корен­ных при­зна­ков товара и именно потому В. И. Ленин счи­тает воз­мож­ным гово­рить, что он «не есть товар в политико-​экономическом смысле». И для нас важно уста­но­вить, какие при­знаки товара ещё сохра­ня­лись в то время в про­дук­тах соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики, а какие отпали; чем руко­вод­ство­вался В. И. Ленин, когда утвер­ждал, что эти про­дукты «уже не товары», «пере­стают быть товарами?»

Вспомним, на каких усло­виях пред­по­ла­га­лось осу­ществ­лять обмен между соци­а­ли­сти­че­скими пред­при­я­ти­ями и кре­стьян­ством? Во-​первых, име­лось в виду, что этот обмен будет иметь пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ный харак­тер. Крестьянин будет про­да­вать хлеб госу­дар­ству. Во-​вторых, пред­по­ла­га­лось, что при этом обмене будут иметь место денеж­ная оценка про­дук­тов труда и соблю­де­ние прин­ципа экви­ва­лент­но­сти. Но обмен осу­ществ­ля­ется не по колеб­лю­щимся рыноч­ным ценам, а по твёр­дым госу­дар­ствен­ным ценам. В-​третьих, име­лось в виду, что обме­ни­ва­е­мые про­дукты меняют собственников.

Если бы мы оце­ни­вали при­роду про­дук­тов с пози­ций ста­лин­ского опре­де­ле­ния товара, то мы должны были бы сде­лать один вывод: в дан­ном слу­чае про­дукты явля­ются самыми насто­я­щими това­рами в политико-​экономическом, т. е. науч­ном смысле этого слова, ибо налицо смена соб­ствен­ни­ков, купля-​продажа, экви­ва­лент­ность. Здесь не может быть ника­ких коле­ба­ний в оценке при­роды про­дукта как товара.

Если мы подой­дём к харак­те­ри­стике при­роды про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики с пози­ций тех опре­де­ле­ний товара, кото­рые даны К. Островитяновым, Э. Брегелем, Я. Кронродом, то мы должны безо вся­ких сомне­ний делать вывод о том, что перед нами самый насто­я­щий товар, ибо про­дукт пере­хо­дит от про­из­во­ди­теля к потре­би­телю посред­ством обмена и на основе экви­ва­лент­ного воз­ме­ще­ния затрат труда.

В. И. Ленин, оце­ни­вая при­роду дан­ного про­дукта, счёл необ­хо­ди­мым спе­ци­ально обра­тить вни­ма­ние на то, что это уже не товар в политико-​экономическом смысле, пере­стаёт быть това­ром. Это гово­рит о том, что В. И. Ленин в своих политико-​экономических оцен­ках исхо­дил из иного, более глу­бо­кого пони­ма­ния политико-​экономического содер­жа­ния товара и потому не счи­тал воз­мож­ным гово­рить о товар­ной сущ­но­сти про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства, обме­ни­ва­е­мых на кре­стьян­ское продовольствие.

Чтобы пра­виль­нее понять смысл ленин­ского выска­зы­ва­ния, мы должны обра­титься к его «Замечаниям на книгу Н. Бухарина „Экономика пере­ход­ного пери­ода“». Эти заме­ча­ния отно­сятся к 1920 г., они пред­ше­ствуют при­ве­дён­ному выше выска­зы­ва­нию В. И. Ленина и вме­сте с тем дают ключ для пони­ма­ния суще­ства дела.

В. И. Ленин под­черк­нул сле­ду­ю­щее место в работе Н. Бухарина:

«Поскольку на место сти­хии высту­пает созна­тель­ный обще­ствен­ный регу­ля­тор, постольку товар пре­вра­ща­ется в про­дукт и теряет свой товар­ный харак­тер».

К этому месту В. И. Ленин сде­лал пометку:

«Верно!»

А к сло­вам «товар пре­вра­ща­ется в про­дукт» сле­ду­ю­щее примечание:

«…неточно: пре­вра­ща­ется не в „про­дукт“, а как-​то иначе.
Etwa: в про­дукт, иду­щий на обще­ствен­ное потреб­ле­ние не через рынок»76 .

Смысл вто­рого заме­ча­ния мы рас­смот­рим несколько ниже. А сей­час обра­тим вни­ма­ние на первую часть заме­ча­ний. В. И. Ленин счи­тает пра­виль­ным поло­же­ние о том, что про­дукт теряет свой товар­ный харак­тер в силу того, что на место сти­хии высту­пает созна­тель­ный обще­ствен­ный регу­ля­тор. Поскольку не вещи коман­дуют над людьми, а сами люди созна­тельно управ­ляют дви­же­нием вещей, постольку про­дукт и теряет свой товар­ный харак­тер. Товар у Ленина свя­зы­ва­ется обя­за­тельно со сти­хийно раз­ви­ва­ю­щимся обще­ством, где нет пла­но­вого начала и где функ­цию регу­ли­ро­ва­ния выпол­няет рынок, дви­же­ние цен това­ров на рынке. Коль скоро сти­хия заме­ня­ется пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ным обме­ном про­дук­тами, налицо новый тип отно­ше­ний между людьми. А изме­не­ние про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, устра­не­ние обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, пла­но­мер­ное вклю­че­ние всех про­из­во­ди­те­лей в еди­ную систему обще­ствен­ного про­из­вод­ства озна­чает и изме­не­ние политико-​экономической при­роды про­дук­тов труда. Они пере­стают быть това­рами, не есть товары в политико-​экономическом смысле, хотя и сохра­няют ряд внеш­них при­зна­ков товара (цена, купля-​продажа, экви­ва­лент­ность обмена). Но даже в самом внеш­нем виде про­дукта труда налицо изме­не­ния. Хотя про­дукт имеет цену, эта цена уста­нав­ли­ва­ется не сти­хийно, не на рынке, а в пла­но­вом порядке, и явля­ется твёр­дой госу­дар­ствен­ной ценой. Сама купля-​продажа суще­ственно изме­ня­ется, ибо про­дукты про­да­ются не кому угодно, а строго опре­де­лён­ному потре­би­телю в пла­но­вом порядке. Принцип экви­ва­лент­но­сти суще­ственно меня­ется, ибо эта экви­ва­лент­ность скла­ды­ва­ется не на основе рыноч­ной сти­хии с её коле­ба­ни­ями цен, а на основе пла­но­мерно уста­нов­лен­ных в госу­дар­ствен­ном мас­штабе оце­нок затрат труда.

В. И. Ленин после­до­ва­тельно отста­и­вал поло­же­ние Маркса о том, что эко­но­ми­че­ские кате­го­рии носят такой же исто­ри­че­ский харак­тер, как и выра­жа­е­мые ими про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Они исче­зают вме­сте с исчез­но­ве­нием тех про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, выра­же­нием кото­рых они слу­жат. Применительно к кате­го­рии товар это озна­чает сле­ду­ю­щее. Экономическая кате­го­рия «товар» выра­жает спе­ци­фи­че­ские про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния между част­ными обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Коль скоро исче­зает дан­ный тип отно­ше­ний, исче­зает и товар, как выра­же­ние этого типа отношений.

В пере­ход­ный период, при обмене про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики на кре­стьян­ское про­до­воль­ствие, скла­ды­вался уже иной тип про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Речь шла о пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ном обмене, озна­ча­ю­щем посте­пен­ную лик­ви­да­цию обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей. И это новое отно­ше­ние уже не могло быть выра­жено через кате­го­рию «товар». Продукт труда при этих новых отно­ше­ниях поте­рял свой самый корен­ной при­знак товара, он пере­стал выпол­нять функ­цию сти­хий­ного регу­ля­тора обще­ствен­ного про­из­вод­ства. И именно это обсто­я­тель­ство, на наш взгляд, послу­жило осно­ва­нием для ленин­ских выво­дов о том, что про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики уже не есть товар в политико-​экономическом смысле, хотя и сохра­нил ряд внеш­них при­зна­ков товара.

Принципиально важно и при­во­див­ше­еся выше заме­ча­ние В. И. Ленина о том, что товар пре­вра­ща­ется не про­сто в про­дукт, а в про­дукт, иду­щий на обще­ствен­ное потреб­ле­ние не через рынок. Ясно, что В. И. Ленин счи­тал обя­за­тель­ным при­зна­ком товара тот факт, что он посту­пает в потреб­ле­ние через рынок. Товар — это такой про­дукт, кото­рый про­да­ётся на рынке кому угодно и на тех усло­виях, кото­рые дик­ту­ются состо­я­нием рынка. При обмене про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики на кре­стьян­ское про­до­воль­ствие про­дукт уже не посту­пает на рынок. Он обме­ни­ва­ется в пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ном порядке. В тех слу­чаях, когда кре­стьяне про­да­вали свои про­дукты не госу­дар­ству и не в пла­но­вом порядке, а на воль­ном рынке, их про­дукт при­об­ре­тал все при­знаки товара. Ибо здесь дви­же­ние про­дукта про­ис­хо­дит сти­хийно, не под кон­тро­лем обще­ства. Оценка про­дук­тов труда осу­ществ­ля­ется не в пла­но­вом порядке, а на основе рыноч­ных коле­ба­ний цен. Учёт обще­ствен­ного труда осу­ществ­ля­ется рын­ком и не нахо­дится под кон­тро­лем обще­ства. В дан­ном слу­чае каж­дый кре­стья­нин явля­ется обособ­лен­ным про­из­во­ди­те­лем, про­из­во­дит «что, как и сколько хочет», про­даёт про­дукты «кому и когда хочет», по ценам воль­ного рынка. Продукт его труда явля­ется самым насто­я­щим това­ром и регу­ли­рует раз­ви­тие про­из­вод­ства всех обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей. Закон сто­и­мо­сти дей­ствует в каче­стве регулятора.

Специфика пере­ход­ного пери­ода от капи­та­лизма к соци­а­лизму заклю­ча­лась, в част­но­сти, в том, что здесь сосу­ще­ство­вали и боро­лись два прин­ци­пи­ально раз­лич­ных сек­тора про­из­вод­ства — соци­а­ли­сти­че­ский и товарно-​капиталистический. В каж­дом из этих сек­то­ров дей­ство­вали свои законы. Но исто­ри­че­ская задача состо­яла в том, чтобы обес­пе­чить победу нового, соци­а­ли­сти­че­ского, пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ного типа отно­ше­ний над сти­хийно раз­ви­ва­ю­щимся товарно-​капиталистическим сек­то­ром. По мере того как соци­а­ли­сти­че­ский сек­тор одер­жи­вал победу, про­ис­хо­дило и отми­ра­ние тех эко­но­ми­че­ских кате­го­рий, кото­рые слу­жили выра­же­нием товарно-​капиталистических отно­ше­ний. К числу этих кате­го­рий отно­сится кате­го­рия товара и стоимости.

В. И. Ленин ясно ука­зал не только на то, что про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики пере­стаёт быть това­ром, но и на то, что кате­го­рия сто­и­мо­сти уже в пере­ход­ный период начи­нает терять свое зна­че­ние. С этой точки зре­ния весьма важно его отно­ше­ние к сле­ду­ю­щему поло­же­нию Н. Бухарина:

«Ценность, как кате­го­рия товарно-​капиталистической системы в её рав­но­ве­сии, менее всего при­годна в пере­ход­ный период, где в зна­чи­тель­ной сте­пени исче­зает товар­ное про­из­вод­ство».

В. И. Ленин два­жды под­черк­нул слова «в зна­чи­тель­ной сте­пени исче­зает товар­ное про­из­вод­ство», а ко всему абзацу сде­лал примечание:

«Верно!»77

Как видим, В. И. Ленин раз­де­ляет взгляд о том, что «цен­ность» (сто­и­мость) есть кате­го­рия товарно-​капиталистической системы и что она «менее всего при­годна в пере­ход­ный период». Этот взгляд внут­ренне свя­зан с тем поло­же­нием, что уже в пере­ход­ный период «в зна­чи­тель­ной сте­пени исче­зает товар­ное про­из­вод­ство».

Ленинский тезис о том, что про­дукт соци­а­ли­сти­че­ской фаб­рики пере­стаёт быть това­ром, орга­ни­че­ски соче­та­ется с тези­сом о том, что сто­и­мость как кате­го­рия тоже теряет своё зна­че­ние. Планомерное регу­ли­ро­ва­ние обще­ствен­ного про­из­вод­ства неиз­бежно при­во­дит к отми­ра­нию товара и сто­и­мо­сти, а соот­вет­ственно и выпол­ня­е­мых ими функ­ций регу­ли­ро­ва­ния обще­ствен­ного производства.

Трудно пере­оце­нить исклю­чи­тель­ное мето­до­ло­ги­че­ское и тео­ре­ти­че­ское зна­че­ние ленин­ских оце­нок политико-​экономической при­роды про­дук­тов соци­а­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства уже в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму. В. И. Ленин учит нас не обма­ны­ваться внеш­но­стью явле­ний, а дви­гаться к глу­бо­кому позна­нию сущ­но­сти. С точки зре­ния внеш­него вида про­дукт сохра­нил ряд при­зна­ков товара (цена, купля-​продажа, экви­ва­лент­ность). Но это ещё недо­ста­точ­ное осно­ва­ние для выво­дов, будто он явля­ется това­ром и по своей сущ­но­сти. Сущность товара состоит в спе­ци­фи­че­ском типе про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний и выпол­ня­е­мой им осо­бой обще­ствен­ной функ­ции. С устра­не­нием этих отно­ше­ний отпа­дает и осо­бая функ­ци­о­наль­ная роль товара, про­дукт труда теряет свою товар­ную сущ­ность и его дви­же­ние регу­ли­ру­ется уже не зако­ном сто­и­мо­сти, а пла­но­мер­ной орга­ни­за­цией обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Сохранение отдель­ных внеш­них при­зна­ков товара не все­гда озна­чает и сохра­не­ние его сущ­но­сти. Если мы возь­мём в каче­стве кри­те­рия рас­смот­рен­ные выше ленин­ские взгляды на политико-​экономическую при­роду товара, то полу­чим руко­во­дя­щую нить для пра­виль­ной оценки совре­мен­ной нам эко­но­ми­че­ской дей­стви­тель­но­сти. Забвение же ленин­ских ука­за­ний может при­ве­сти к самым оши­боч­ным политико-​экономическим оцен­кам всего того, что про­ис­хо­дит в прак­тике ком­му­ни­сти­че­ского стро­и­тель­ства. В послед­нем раз­деле работы мы уде­лим этому осо­бое вни­ма­ние. Сейчас же необ­хо­димо рас­смот­реть ещё один важ­ный мето­до­ло­ги­че­ский и тео­ре­ти­че­ский вопрос, свя­зан­ный с пра­виль­ным пони­ма­нием политико-​экономической при­роды товара и стоимости.

Правомерно ли говорить о том, что категория «товар» может выражать различные производственные отношения?

Недавно в нашей эко­но­ми­че­ской лите­ра­туре воз­никла поле­мика по вопросу о том, какие про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния выра­жены в кате­го­риях «товар» и «деньги». Одни эко­но­ми­сты утвер­ждали, что товар и деньги выра­жают только товарно-​капиталистические про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Наиболее ярко этот взгляд выра­жен в рабо­тах И. С. Малышева и В. А. Соболя. Другие счи­тают, что товар и деньги могут выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния (рабо­вла­дель­че­ские, фео­даль­ные, капи­та­ли­сти­че­ские и соци­а­ли­сти­че­ские). С раз­вёр­ну­той аргу­мен­та­цией в защиту этого поло­же­ния высту­пил К. В. Островитянов в работе «Строительство ком­му­низма и товарно-​денежные отно­ше­ния». Развитые им взгляды полу­чили довольно широ­кое рас­про­стра­не­ние. В учеб­ни­ках и учеб­ных посо­биях мы стал­ки­ва­емся с утвер­жде­ни­ями, что товар, сто­и­мость, деньги выра­жают самые раз­лич­ные типы про­из­вод­ствен­ных отношений.

Если товар, сто­и­мость, деньги выра­жают самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, то легко напра­ши­ва­ется вывод, что сами по себе они не имеют сво­его соб­ствен­ного политико-​экономического содер­жа­ния, а напол­ня­ются содер­жа­нием того спо­соба про­из­вод­ства, при кото­ром суще­ствуют. Или в луч­шем слу­чае, созда­ется впе­чат­ле­ние, что товар имеет соб­ствен­ное содер­жа­ние только в сфере обмена, а не в сфере про­из­вод­ства. Если видеть наи­бо­лее суще­ствен­ные при­знаки товара только в сфере обмена (цена, обмен через куплю-​продажу, экви­ва­лент­ность), то подоб­ные выводы могут ока­заться неоспо­ри­мыми. Но если политико-​экономическую сущ­ность товара искать в сфере про­из­вод­ства, то меня­ется и под­ход к вопросу и его решение.

Рассмотрим сна­чала аргу­менты, выдви­га­е­мые К. В. Островитяновым в защиту поло­же­ния о том, что товар и деньги могут выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Эти аргу­менты носят дво­я­кий харак­тер: с одной сто­роны, ссылки на Маркса, с дру­гой — на исто­ри­че­ский опыт раз­ви­тия товарно-​денежных отношений.

К. В. Островитянов пола­гает, что изла­га­е­мый им взгляд при­над­ле­жит К. Марксу, и в дока­за­тель­ство при­во­дит сле­ду­ю­щее высказывание:

«Производство това­ров и обра­ще­ние това­ров пред­став­ляют собой явле­ния, свой­ствен­ные самым раз­но­об­раз­ным спо­со­бам про­из­вод­ства, хотя, объём и зна­че­ние их далеко не оди­на­ковы. Мы, сле­до­ва­тельно, ровно ничего не знаем о differentia specifica [харак­тер­ных осо­бен­но­стях] дан­ных спо­со­бов про­из­вод­ства, не можем ничего ска­зать о них, если нам известны только общие им всем абстракт­ные кате­го­рии товар­ного обра­ще­ния»78 .

Подчёркнутые К. В. Островитяновым слова К. Маркса и при­званы слу­жить «убий­ствен­ным» дово­дом про­тив тех, кто пола­гает, что товар и деньги выра­жают не вся­кие про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, а лишь отно­ше­ния строго опре­де­лён­ного типа.

Из при­ве­дён­ной цитаты К. В. Островитянов делает сле­ду­ю­щие выводы:

«Маркс гово­рит здесь не только о том, что товар­ное про­из­вод­ство суще­ствует при раз­ных спо­со­бах про­из­вод­ства, но и о том, что товар­ные отно­ше­ния могут выра­жать в раз­ных фор­ма­циях раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Причём их роль в раз­ных фор­ма­циях опре­де­ля­ется глав­ным обра­зом фор­мами соб­ствен­но­сти на сред­ства про­из­вод­ства.
<…>
Эти поло­же­ния Маркса под­твер­жда­ются всей исто­рией товар­ных отно­ше­ний на раз­ных сту­пе­нях обще­ствен­ного раз­ви­тия»79 .

Выясним теперь, что из этих утвер­жде­ний дей­стви­тельно при­над­ле­жит Марксу, а что при­над­ле­жит самому К. Островитянову. Прежде всего, бес­спорно, что в «Капитале» Маркс при­знает нали­чие товар­ного про­из­вод­ства и товар­ного обра­ще­ния при самых раз­лич­ных спо­со­бах про­из­вод­ства. О том, что Маркс при­дер­жи­вался именно таких взгля­дов, вряд ли может быть спор, ибо можно при­ве­сти ещё десятки цитат, в кото­рых эта же мысль выра­жена с ещё боль­шей опре­де­лён­но­стью. Если бы К. В. Островитянов огра­ни­чился только этим выво­дом, то отпала бы вся­кая необ­хо­ди­мость поле­мики. Но он делает из цитаты Маркса ряд дру­гих прин­ци­пи­аль­ных выво­дов, кото­рые никак не выте­кают из дан­ного выска­зы­ва­ния К. Маркса.

Во-​первых, нельзя согла­ситься с выво­дом, будто, по Марксу, роль товарно-​денежных отно­ше­ний в раз­ных фор­ма­циях «опре­де­ля­ется глав­ным обра­зом фор­мами соб­ствен­но­сти на сред­ства про­из­вод­ства». В при­во­див­шейся цитате Маркса ничего подоб­ного не содер­жится. К. В. Островитянов, по-​видимому, пола­гает, что Маркс объ­яс­нял товар­ное про­из­вод­ство нали­чием раз­ных соб­ствен­ни­ков и из форм соб­ствен­но­сти на сред­ства про­из­вод­ства выво­дил раз­лич­ное содер­жа­ние товарно-​денежных отно­ше­ний. Но это ещё тре­бу­ется дока­зать. Во вся­ком слу­чае из цитаты Маркса, кото­рую при­вёл К. В. Островитянов, подоб­ный вывод никак не выте­кает. Маркс гово­рит о том, что «объём и зна­че­ние» товар­ного про­из­вод­ства и товар­ного обра­ще­ния в раз­ных фор­ма­циях «далеко не оди­на­ковы». Но чем опре­де­ля­ется их раз­ви­тие, этого вопроса Маркс вообще здесь не ставит.

Во-​вторых, К. В. Островитянов утвер­ждает, будто в цити­ро­ван­ном выска­зы­ва­нии Маркса содер­жится мысль о том, что «товар­ные отно­ше­ния могут выра­жать в раз­ных фор­ма­циях раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния». Если мы вни­ма­тельно вчи­та­емся в текст цитаты, то уви­дим, что Маркс утвер­ждает здесь прямо про­ти­во­по­лож­ное тому, что гово­рит К. В. Островитянов.

Категории товар­ного про­из­вод­ства и обра­ще­ния, по Марксу, не выра­жают ника­ких спе­ци­фи­че­ских осо­бен­но­стей тех или иных спо­со­бов про­из­вод­ства, а, сле­до­ва­тельно, они не могут выра­жать ни рабо­вла­дель­че­ских, ни фео­даль­ных, ни капи­та­ли­сти­че­ских, ни соци­а­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Если в том или ином обще­стве, на том или ином этапе его раз­ви­тия суще­ствуют товар и деньги, то в дан­ном обще­стве име­ются обособ­лен­ные про­из­во­ди­тели, свя­зан­ные обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда и обме­ни­ва­ю­щи­еся друг с дру­гом това­рами. Но нам неиз­вестно, явля­ется ли этим про­из­во­ди­те­лем рабо­вла­дель­че­ское, фео­даль­ное, капи­та­ли­сти­че­ское или какое-​либо иное хозяй­ство. Товарно-​денежные отно­ше­ния выра­жают отно­ше­ния между обособ­лен­ными хозяй­ствами, но они совер­шенно ничего не гово­рят о том, каков внут­рен­ний строй каж­дой из этих хозяй­ствен­ных еди­ниц, какой тип отно­ше­ний скла­ды­ва­ется внутри каж­дой из хозяй­ствен­ных еди­ниц. В этом, по суще­ству, состоит основ­ная мысль Маркса.

Таким обра­зом, между поло­же­нием К. В. Островитянова о том, что товар­ные отно­ше­ния могут выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, и поло­же­нием Маркса о том, что абстракт­ные кате­го­рии товар­ного обра­ще­ния (товар и деньги) не выра­жают ника­ких спе­ци­фи­че­ских осо­бен­но­стей тех спо­со­бов про­из­вод­ства, при кото­рых они суще­ствуют, есть прин­ци­пи­аль­ное различие.

Маркс, на наш взгляд, никак не мог прийти к утвер­жде­ниям, будто товар и деньги выра­жают самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Это про­ти­во­ре­чило бы самой сути его соб­ствен­ной мето­до­ло­гии. Ведь именно Марксу при­над­ле­жит обос­но­ва­ние поло­же­ния о том, что эко­но­ми­че­ские кате­го­рии носят исто­ри­че­ский харак­тер, что каж­дая из них выра­жает строго опре­де­лён­ное про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние и исче­зает вме­сте с исчез­но­ве­нием этого отно­ше­ния. Это отно­сится и к кате­го­риям «товар» и «деньги». Эти кате­го­рии, как мы отме­чали, порож­дены спе­ци­фи­че­ским про­из­вод­ствен­ным отно­ше­нием — обособ­лен­но­стью про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Они выра­жают отно­ше­ния между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями и суще­ствуют лишь постольку, поскольку есть подоб­ное отно­ше­ние. Политико-​экономическое содер­жа­ние товара как раз и сво­дится к тому, что он есть выра­же­ние спе­ци­фи­че­ских отно­ше­ний между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Сказать же, что товар выра­жает самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, — зна­чит пре­вра­тить его в веч­ную, не-​историческую кате­го­рию, пре­вра­тить в нечто, не име­ю­щее сво­его соб­ствен­ного содер­жа­ния и напол­ня­ю­ще­еся самым раз­лич­ным содержанием.

Ссылки на Маркса в дан­ном слу­чае совер­шенно неоправ­данны. Но может быть, исто­ри­че­ский опыт раз­ви­тия товарно-​денежных отно­ше­ний дока­зы­вает то, что они могут выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отношения?

Рассмотрим при­меры, при­во­ди­мые К. В. Островитяновым.

«В рабо­вла­дель­че­ском обще­стве,

— пишет он, —

товарно-​денежные отно­ше­ния не могли не отра­жать про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, свя­зан­ных с экс­плу­а­та­цией рабов рабо­вла­дель­цами.
Товарно-​денежные отно­ше­ния фео­даль­ного обще­ства отра­жали экс­плу­а­та­цию кре­пост­ных кре­стьян поме­щи­ками и иерар­хи­че­скую орга­ни­за­ци­он­ную струк­туру фео­даль­ного обще­ства»
80 .

Как видим, здесь товарно-​денежные отно­ше­ния выра­жают, во-​первых, два раз­ных типа экс­плу­а­та­ции (рабо­вла­дель­че­скую и фео­даль­ную), а во-​вторых, они отра­жают даже «иерар­хи­че­скую орга­ни­за­ци­он­ную струк­туру фео­даль­ного обще­ства». У товарно-​денежных отно­ше­ний ока­зы­ва­ется таким обра­зом несколько социально-​экономических содер­жа­ний, раз­ли­ча­ю­щихся весьма суще­ственно друг от друга.

К. В. Островитянов гово­рит далее о товарно-​денежных отно­ше­ниях, выра­жа­ю­щих капи­та­ли­сти­че­скую экс­плу­а­та­цию, и о товарно-​денежных отно­ше­ниях при соци­а­лизме, выра­жа­ю­щих отно­ше­ния осво­бож­дён­ных от экс­плу­а­та­ции тру­же­ни­ков соци­а­ли­сти­че­ского обще­ства. Следовательно, товарно-​денежные отно­ше­ния могут выра­жать, с одной сто­роны, самые раз­лич­ные типы экс­плу­а­та­тор­ских отно­ше­ний, а с дру­гой сто­роны, не-​эксплуататорские соци­а­ли­сти­че­ские отно­ше­ния. Одна и та же социально-​экономическая форма напол­ня­ется самым раз­лич­ным содер­жа­нием и всё это идёт под назва­нием «товарно-​денежных отно­ше­ний». Легко напра­ши­ва­ется вывод, что товарно-​денежные отно­ше­ния не имеют сво­его соб­ствен­ного спе­ци­фи­че­ского содержания.

Товарное отно­ше­ние, как мы неод­но­кратно отме­чали, есть отно­ше­ние между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. По сво­ему содер­жа­нию оно не может быть ни экс­плу­а­та­тор­ским, ни не-​эксплуататорским. Это отно­ше­ние рав­ных това­ро­про­из­во­ди­те­лей, исклю­ча­ю­щее отно­ше­ния гос­под­ства и под­чи­не­ния, наси­лия и экс­плу­а­та­ции. Каждый отчуж­дает про­из­ве­дён­ный им про­дукт по соб­ствен­ной воле и при­об­ре­тает чужие про­дукты только в обмен на свой соб­ствен­ный по зако­нам рынка. Если в отно­ше­ния между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями втор­га­ются отно­ше­ния наси­лия или пря­мого при­нуж­де­ния, то в дан­ном слу­чае нару­ша­ется сама при­рода товар­ного отно­ше­ния. Специфической фор­мой отно­ше­ний между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями явля­ется сво­бод­ная кон­ку­рен­ция, сво­бода дея­тель­но­сти, сво­бода пере­ли­вов труда из одной сферы в дру­гую и т. д. Товарное отно­ше­ние не явля­ется по своей при­роде экс­плу­а­та­тор­ским отно­ше­нием, хотя оно несо­мненно выра­жает борьбу инте­ре­сов на базе сво­бод­ной кон­ку­рен­ции. Оно не может быть далее ни рабо­вла­дель­че­ским, ни фео­даль­ным, ни капи­та­ли­сти­че­ским, ни соци­а­ли­сти­че­ским, оно имеет своё соб­ствен­ное содер­жа­ние как спе­ци­фи­че­ское отно­ше­ние обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда и рын­ком, и выра­жа­ю­ще­еся в сво­бод­ной конкуренции.

К. В. Островитянов пола­гает, что в рабо­вла­дель­че­ском обще­стве товарно-​денежные отно­ше­ния выра­жали экс­плу­а­та­цию рабов рабо­вла­дель­цами, а в фео­даль­ном обще­стве — кре­стьян фео­да­лами. С этими утвер­жде­ни­ями трудно согла­ситься. Совершенно непо­нятно, каким обра­зом товар­ное отно­ше­ние, явля­ю­ще­еся отно­ше­нием обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, само­сто­я­тель­ных и неза­ви­си­мых друг от друга, может стать выра­же­нием отно­ше­ний между рабо­вла­дель­цем и рабом, фео­да­лом и кре­пост­ным кре­стья­ни­ном. Ведь товарно-​денежные отно­ше­ния при раб­стве и фео­да­лизме суще­ство­вали не между рабо­вла­дель­цем и рабом, фео­да­лом и кре­стья­ни­ном, а между раз­лич­ными обособ­лен­ными хозяй­ствен­ными еди­ни­цами с самым раз­лич­ным внут­рен­ним строем.

Отношение между рабо­вла­дель­цем и рабом, равно как и между фео­да­лом и поме­щи­ком по самой своей сути не может быть товарно-​денежным отно­ше­нием. Если оно ста­нет тако­вым, то это будет озна­чать, что исчезли рабо­вла­дельцы и рабы, фео­далы и кре­стьяне, а их место заняли само­сто­я­тель­ные, неза­ви­си­мые друг от друга про­из­во­ди­тели. Возьмём для при­мера фео­даль­ное отно­ше­ние и срав­ним его с товар­ным отношением.

Совершенно оче­видно, прежде всего, что отно­ше­ния между фео­да­лом и кре­стья­ни­ном — это отно­ше­ния вне­эко­но­ми­че­ского при­нуж­де­ния и экс­плу­а­та­ции на базе моно­по­лии земель­ной соб­ствен­но­сти. Феодал при­сва­и­вает про­дукты кре­стьян отнюдь не путём товар­ного отно­ше­ния. Здесь нет ника­кого экви­ва­лент­ного обмена. Есть при­ну­ди­тель­ное изъ­я­тие части про­дук­тов или денег у кре­стья­нина. Назвать фео­даль­ное отно­ше­ние товар­ным отно­ше­нием — зна­чит ска­зать нечто совер­шенно несов­ме­сти­мое. Если между фео­да­лом и кре­стья­ни­ном уста­но­вятся товар­ные отно­ше­ния, то это будет озна­чать, что исчезло фео­даль­ное отно­ше­ние, ибо фео­дал, про­да­ю­щий кре­стья­нину товары или поку­па­ю­щий у него по зако­нам рынка, уже не может вне­эко­но­ми­че­ским путём при­сва­и­вать резуль­таты чужого труда. И фео­дал и кре­стья­нин высту­пают в этом слу­чае как обособ­лен­ные това­ро­про­из­во­ди­тели, обме­ни­ва­ю­щи­еся по зако­нам рынка, а отнюдь не по зако­нам фео­даль­ного отно­ше­ния. Товарное отно­ше­ние и фео­даль­ное отно­ше­ние это суще­ственно раз­лич­ные виды про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, и одно из них никак не может быть выра­же­нием дру­гого. Феодальное отно­ше­ние не может быть товар­ным, а товар­ное — фео­даль­ным. Аналогичным обра­зом и отно­ше­ния между рабо­вла­дель­цем и рабом по самой своей сути не могут быть товар­ными отношениями.

Возможно, К. В. Островитянов, говоря о том, что товарно-​денежные отно­ше­ния выра­жают рабо­вла­дель­че­ские и фео­даль­ные отно­ше­ния, имел в виду не отно­ше­ния между рабо­вла­дель­цем и рабом, фео­да­лом и кре­стья­ни­ном, а нечто дру­гое? Может быть, он имел в виду такое поло­же­ние, когда фео­дал, при­своив без­воз­мездно про­дукт труда кре­стьян, затем про­да­вал его на рынке. А этот товар, вышед­ший из фео­даль­ного поме­стья, про­из­ве­дён­ный тру­дом кре­пост­ных, выра­жает отно­ше­ния фео­даль­ной экс­плу­а­та­ции. Однако и при такой интер­пре­та­ции это поло­же­ние не может быть принято.

Согласно Марксу, для товара без­раз­лично, кто его про­из­вёл (раб, кре­пост­ной, наём­ный рабо­чий или члены пер­во­быт­ной общины). Свойства товара, в том числе и сто­и­мость, созда­ются не наём­ным или кре­пост­ным тру­дом, а про­сто тру­дом. Стоимость товара харак­те­ри­зует коли­че­ство обще­ственно необ­хо­ди­мого, абстракт­ного труда, вопло­щён­ного в товаре, но она совер­шенно ничего не гово­рит о том, какой труд был затра­чен — труд раба, кре­пост­ного или наём­ного рабо­чего. Маркс писал об этом:

«Производственный про­цесс уга­сает в товаре. Тот факт, что на про­из­вод­ство товара израс­хо­до­вана рабо­чая сила, пред­став­ля­ется теперь как вещ­ное свой­ство товара, — как свой­ство товара обла­дать сто­и­мо­стью; вели­чина этой сто­и­мо­сти изме­ря­ется вели­чи­ной израс­хо­до­ван­ного труда; ни на что дру­гое товар­ная сто­и­мость не раз­ла­га­ется и не состоит из чего-​либо дру­гого.
<…>
В этом отно­ше­нии товар, про­из­ве­дён­ный капи­та­ли­стом, ничем не отли­ча­ется от това­ров, про­из­ве­дён­ных само­сто­я­тель­ным работ­ни­ком, общи­нами тру­дя­щихся
[Arbeitergemeinden] или рабами»81 .

Несколько раньше, харак­те­ри­зуя сто­и­мость товара, созда­ва­е­мую кре­пост­ным тру­дом, Маркс отмечал:

«Субстанцией сто­и­мо­сти все­гда явля­ется только израс­хо­до­ван­ная рабо­чая сила, т. е. труд, неза­ви­симо от осо­бен­ного полез­ного харак­тера этого труда, а про­из­вод­ство сто­и­мо­сти есть не что иное, как про­цесс этого рас­хо­до­ва­ния рабо­чей силы. Так, напри­мер, кре­пост­ной кре­стья­нин в тече­ние шести дней недели рас­хо­дует свою рабо­чую силу, т. е. рабо­тает в тече­ние шести дней, и по отно­ше­нию к самому факту этого рас­хо­до­ва­ния рабо­чей силы совер­шенно без­раз­лично, что из этих рабо­чих дней кре­пост­ной рабо­тает, напри­мер, три дня на себя, на своём соб­ствен­ном поле, а три дру­гих дня на сво­его поме­щика на его поле. Как доб­ро­воль­ный труд на себя, так и при­ну­ди­тель­ный труд на барина в оди­на­ко­вой мере пред­став­ляют собой труд. Если мы будем рас­смат­ри­вать шести­днев­ный труд кре­пост­ного по отно­ше­нию к создан­ным им сто­и­мо­стям или по отно­ше­нию к создан­ным им полез­ным про­дук­там, то в этом труде мы не най­дём ника­ких раз­ли­чий»82 .

Мысль Маркса совер­шенно ясна и не может вызы­вать ника­ких кри­во­тол­ков. Товар и сто­и­мость выра­жают лишь тот факт, что на их про­из­вод­ство затра­чено опре­де­лён­ное коли­че­ство труда. Но какой труд затра­чен (раб­ский, кре­пост­ной, наём­ный или сво­бод­ный), об этом товар и сто­и­мость ничего не гово­рят, ибо для их соб­ствен­ного содер­жа­ния это совер­шенно без­раз­лично. Здесь мы видим ещё одно под­твер­жде­ние тому, что товар и сто­и­мость не выра­жают ника­ких спе­ци­фи­че­ских осо­бен­но­стей тех или иных спо­со­бов про­из­вод­ства. Утверждения К. В. Островитянова, будто товарно-​денежные отно­ше­ния выра­жают рабо­вла­дель­че­скую, фео­даль­ную, капи­та­ли­сти­че­скую экс­плу­а­та­цию, на наш взгляд, неправомерны.

Могут воз­ра­зить: разве при капи­та­лизме товар не выра­жает капи­та­ли­сти­че­ских отно­ше­ний экс­плу­а­та­ции? Ведь при­ба­воч­ная сто­и­мость реа­ли­зу­ется через про­дажу това­ров и, сле­до­ва­тельно, в самом товаре выра­жена экс­плу­а­та­ция наем­ного труда капиталом.

Ответ на эти вопросы дан Марксом. Маркс про­вёл раз­ли­чия, во-​первых, между день­гами и денеж­ным капи­та­лом, а, во-​вторых, между това­ром и товар­ным капи­та­лом. Товар и деньги сами по себе не выра­жают ника­ких отно­ше­ний экс­плу­а­та­ции, они выра­жают лишь отно­ше­ния сво­бод­ных, неза­ви­си­мых друг от друга, обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей. Нередко Маркс ука­зы­вал, что товар и деньги порож­дены про­стым товар­ным про­из­вод­ством, где нет экс­плу­а­та­ции чело­века чело­ве­ком. Но когда деньги пре­вра­ща­ются в денеж­ный капи­тал, то поло­же­ние суще­ственно меня­ется. Категория «денеж­ного капи­тала», в отли­чие от кате­го­рии «денег», дей­стви­тельно выра­жает отно­ше­ния не про­стых това­ро­про­из­во­ди­те­лей, а отно­ше­ния между соб­ствен­ни­ком средств про­из­вод­ства, с одной сто­роны, и лишён­ным средств про­из­вод­ства наём­ным рабо­чим, с дру­гой. Денежный капи­тал выра­жает капи­та­ли­сти­че­ские про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния. Но денеж­ный капи­тал — это уже не про­сто деньги, хотя он и выпол­няет функ­ции денег.

Аналогичным обра­зом нельзя отож­деств­лять кате­го­рии «товар» и «товар­ный капи­тал». Товар не выра­жает и не может выра­жать отно­ше­ний экс­плу­а­та­ции. Товарный капи­тал, напро­тив, с самого начала харак­те­ри­зу­ется как капи­та­ли­сти­че­ское про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние, в нём содер­жится при­ба­воч­ная сто­и­мость, он выра­жает отно­ше­ния капи­та­ли­сти­че­ской экс­плу­а­та­ции. Но то, что свой­ственно товар­ному капи­талу, отнюдь не явля­ется обя­за­тель­ным для про­стого товара. Обоснованию раз­ли­чий между день­гами и денеж­ным капи­та­лом, това­ром и товар­ным капи­та­лом Маркс уде­лил немало вни­ма­ния. И утвер­ждать после этого, будто, по Марксу, товар и деньги могут выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния — зна­чит закрыть глаза на то, что напи­сано Марксом. Тот факт, что товар и деньги суще­ствуют при самых раз­лич­ных общественно-​экономических фор­ма­циях, ещё не озна­чает, что эти кате­го­рии выра­жают спе­ци­фи­че­ские отно­ше­ния этих фор­ма­ций. Они выра­жают лишь свои соб­ствен­ные отно­ше­ния. И нельзя в науч­ные поня­тия «товар» и «деньги» вли­вать самое раз­лич­ное, не свой­ствен­ное им политико-​экономическое содержание.

Если согла­ситься с мне­нием, будто товарно-​денежные отно­ше­ния выра­жают раз­лич­ные типы про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, то нам при­дётся столк­нуться с рядом труд­но­стей при реше­нии кон­крет­ных вопро­сов реаль­ной дей­стви­тель­но­сти. Например, на миро­вом рынке раньше и теперь обме­ни­ва­ются товары, про­из­ве­дён­ные при самых раз­лич­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ниях (капи­та­ли­сти­че­ских, фео­даль­ных, рабо­вла­дель­че­ских и т. п.). В насто­я­щее время здесь много това­ров, про­из­ве­дён­ных на основе соци­а­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Возникает вопрос: как опре­де­лить при­роду товар­ных отно­ше­ний, напри­мер, в том слу­чае, когда капи­та­лист обме­ни­вает свой товар на товары, про­из­ве­дён­ные путем экс­плу­а­та­ции рабов или кре­пост­ных, или на товары, про­из­ве­дён­ные в соци­а­ли­сти­че­ских стра­нах? Должны ли мы ска­зать, что в этом слу­чае товар­ное отно­ше­ние выра­жает одно­вре­менно и фео­даль­ные, и рабо­вла­дель­че­ские, и капи­та­ли­сти­че­ские, и соци­а­ли­сти­че­ские отно­ше­ния? Или точ­нее ска­зать, что здесь имеет место не фео­даль­ное, не капи­та­ли­сти­че­ское, не рабо­вла­дель­че­ское, не соци­а­ли­сти­че­ское, а товар­ное отно­ше­ние, обла­да­ю­щее своим соб­ствен­ным содер­жа­нием и харак­те­ри­зу­ю­ще­еся как отно­ше­ние обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда?

В несколько иной форме этот вопрос был постав­лен Марксом в «Капитале». При ана­лизе кру­го­обо­рота про­мыш­лен­ного капи­тала Маркс рас­смат­ри­вает именно тот слу­чай, когда на миро­вом рынке стал­ки­ва­ются товары, про­из­ве­дён­ные при самых раз­лич­ных спо­со­бах производства.

Маркс делает выводы:

«Являются ли товары про­дук­том про­из­вод­ства, осно­ван­ного на раб­стве, или про­дук­том про­из­вод­ства кре­стьян (китайцы, индий­ские рай­яты), или общин­ного про­из­вод­ства (гол­ланд­ская Ост-​Индия), или госу­дар­ствен­ного про­из­вод­ства (как, напри­мер, осно­ван­ное на кре­пост­ном праве про­из­вод­ство, встре­чав­ше­еся в преж­ние эпохи рус­ской исто­рии), или про­из­вод­ства полу­ди­ких охот­ни­чьих наро­дов и т. д., — всё равно: день­гам или това­рам, в виде кото­рых высту­пает про­мыш­лен­ный капи­тал, они про­ти­во­стоят как товары и деньги… Характер про­цесса про­из­вод­ства, резуль­та­том кото­рого они явля­ются, не имеет зна­че­ния; в каче­стве това­ров они функ­ци­о­ни­руют на рынке и в каче­стве това­ров всту­пают в кру­го­обо­рот про­мыш­лен­ного капи­тала… Сказанное о чужих това­рах в рав­ной мере отно­сится и к чужим день­гам; подобно тому как товар­ный капи­тал про­ти­во­стоит им только как товар, так и эти деньги по отно­ше­нию к нему функ­ци­о­ни­руют только в каче­стве денег»83 .

Маркс отме­чает, во-​первых, что на миро­вом рынке «товар­ный капи­тал про­ти­во­стоит день­гам только как товар», сле­до­ва­тельно, в нём пога­ша­ются его спе­ци­фи­че­ские при­знаки как капи­тала и выра­жа­ются только те при­знаки, кото­рые соот­вет­ствуют ему как обыч­ному товару, во-​вторых, при обмене това­ров на миро­вом рынке «харак­тер про­цесса про­из­вод­ства, резуль­та­том кото­рого они явля­ются, не имеет зна­че­ния». Следовательно, в этом товар­ном отно­ше­нии не выра­жа­ется спе­ци­фика раз­лич­ных спо­со­бов про­из­вод­ства. Все товары есть про­дукты част­ных, обособ­лен­ных работ на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда (в рам­ках миро­вого хозяй­ства). И это лиш­ний раз гово­рит о том, что товар имеет своё соб­ствен­ное политико-​экономическое содер­жа­ние и потому не может одно­вре­менно выра­жать самые раз­лич­ные про­из­вод­ствен­ные отношения.

Глава III. Товарное производство — производство на неизвестный и свободный рынок

Рынок и его функциональная роль в товарном хозяйстве

Принципиально важ­ное зна­че­ние В. И. Ленин при­даёт такому суще­ствен­ному при­знаку товар­ного про­из­вод­ства, как про­из­вод­ство на неиз­вест­ный и сво­бод­ный рынок. Этот при­знак в рабо­тах В. И. Ленина отме­ча­ется неоднократно.

«Товарное про­из­вод­ство,

— писал он, —

есть работа на неиз­вест­ный и сво­бод­ный рынок»84 .

В этом опре­де­ле­нии под­чёрк­нуты три момента: 1) товар­ное про­из­вод­ство есть про­из­вод­ство для рынка; 2) оно есть про­из­вод­ство на неиз­вест­ный рынок; 3) оно есть про­из­вод­ство на сво­бод­ный рынок. Каждый из этих момен­тов имеет само­сто­я­тель­ное зна­че­ние и в то же время они внут­ренне свя­заны друг с дру­гом и необ­хо­димы для пра­виль­ного уяс­не­ния суще­ства товар­ного про­из­вод­ства. Рассмотрим каж­дый из этих момен­тов в назван­ной после­до­ва­тель­но­сти. Сначала выяс­ним, что такое рынок, какова его функ­ци­о­наль­ная роль в товар­ном хозяй­стве, затем решим вопрос о том, в чём заклю­ча­ется «неиз­вест­ность» рынка, харак­тер­ная для товар­ного хозяй­ства, и, нако­нец, рас­смот­рим, что озна­чает «сво­бод­ный рынок» и какое это имеет зна­че­ние для функ­ци­о­ни­ро­ва­ния товар­ного производства.

«Рынок,

— писал В. И. Ленин, —

есть кате­го­рия товар­ного хозяй­ства»85 .

Этим опре­де­ле­нием В. И. Ленин с самого начала выяв­ляет внут­рен­нюю связь между рын­ком и товар­ным про­из­вод­ством и тем самым пока­зы­вает исто­ри­че­ский харак­тер дан­ной кате­го­рии. Рынок появ­ля­ется вме­сте с товар­ным про­из­вод­ством и исче­зает вме­сте с его исчезновением.

Рынком обычно назы­вают место, где про­ис­хо­дит купля-​продажа това­ров (базар, рынок). С науч­ной, политико-​экономической точки зре­ния, рынок есть сово­куп­ность отно­ше­ний, при кото­рых про­ис­хо­дит реа­ли­за­ция (купля-​продажа) това­ров. Категория рынка отно­сится к сфере обра­ще­ния. Она харак­те­ри­зует соот­но­ше­ния спроса и пред­ло­же­ния, коле­ба­ния рыноч­ных цен, основ­ные направ­ле­ния в дви­же­нии това­ров и т. п.

Главным содер­жа­нием отно­ше­ний, харак­тер­ных для рынка, явля­ется реа­ли­за­ция това­ров (купля-​продажа). Реализация това­ров в свою оче­редь как бы рас­щеп­ля­ется на два про­цесса: во-​первых, пере­ме­ще­ние потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей из рук про­из­во­ди­те­лей в руки потре­би­те­лей и, во-​вторых, смена форм сто­и­мо­сти или реа­ли­за­ции сто­и­мо­сти, пере­ход её из товар­ной формы в денеж­ную и наобо­рот. Иначе говоря, на рынке про­ис­хо­дит реа­ли­за­ция товара как един­ства двух его свойств — потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти и сто­и­мо­сти. В этом заклю­ча­ется и глав­ная функ­ци­о­наль­ная роль рынка.

В ходе реа­ли­за­ции това­ров каж­дый из про­из­во­ди­те­лей, с одной сто­роны, про­даёт свои товары, а с дру­гой — при­об­ре­тает необ­хо­ди­мые ему для про­дол­же­ния про­цесса про­из­вод­ства сред­ства про­из­вод­ства и пред­меты потреб­ле­ния. В ходе реа­ли­за­ции това­ров про­ис­хо­дит воз­ме­ще­ние потреб­лён­ных средств про­из­вод­ства, при­об­ре­та­ются сред­ства про­из­вод­ства для рас­ши­ре­ния мас­шта­бов про­из­вод­ства. Следовательно, рынок, явля­ясь свя­зу­ю­щим зве­ном между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием, играет важ­ную роль в про­цессе обще­ствен­ного вос­про­из­вод­ства. Проблема реа­ли­за­ции есть одна из цен­траль­ных про­блем вос­про­из­вод­ства в обще­ствен­ном мас­штабе. Ход реа­ли­за­ции так или иначе отра­жа­ется на раз­ви­тии всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства, вызы­вая его рас­ши­ре­ние или сокра­ще­ние, сти­му­ли­руя раз­ви­тие одних отрас­лей и задер­жи­вая раз­ви­тие других.

В про­цессе реа­ли­за­ции това­ров на рынке про­ис­хо­дит сти­хий­ный учёт обще­ствен­ного труда, вопло­щён­ного в това­рах. Хотя сто­и­мость това­ров созда­ётся в сфере про­из­вод­ства, она может себя обна­ру­жить и про­явить только на рынке, в сфере обра­ще­ния. До реаль­ного обмена това­рами на рынке ещё неиз­вестно, обла­дают ли они обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью и сто­и­мо­стью. Ведь каж­дый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель про­из­во­дит всле­пую, ничего не зная о дей­стви­тель­ных потреб­но­стях обще­ства. И только через рынок он может узнать: нужен ли его про­дукт обще­ству, содер­жится ли в его про­дукте обще­ственно необ­хо­ди­мый труд и обла­дает ли этот про­дукт стоимостью.

Рынок при­ни­мает в обмен только про­дукты тех про­из­во­ди­те­лей, кото­рые про­из­во­дят обще­ствен­ные потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти, а соот­вет­ственно и стоимости.

Если про­из­во­ди­тель пред­ла­гает ненуж­ную, вышед­шую из упо­треб­ле­ния вещь, или пред­ла­гает нуж­ную вещь, но в чрез­мер­ном коли­че­стве, то рынок не при­ни­мает этих вещей, не приз­нёет за ними обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти и сто­и­мо­сти. Подобные про­дукты не могут реа­ли­зо­ваться ни как потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти, ни как стоимости.

Рынок тем самым гово­рит как бы това­ро­про­из­во­ди­телю, что затра­чен­ный им труд на про­из­вод­ство дан­ных вещей явля­ется бес­по­лез­ным с обще­ствен­ной точки зре­ния, он не обла­дает каче­ством обще­ственно необ­хо­ди­мого труда и потому не создаёт ника­кой сто­и­мо­сти, а про­дукт этого труда вообще не обла­дает свой­ством обме­ни­ва­е­мо­сти. Таким путём рынок как бы отсе­и­вает из сово­куп­ной массы про­дук­тов те про­дукты, кото­рые про­из­ве­дены не в соот­вет­ствии с обще­ствен­ными потреб­но­стями, а потому и не обла­дают каче­ствами товара.

С дру­гой сто­роны, рынок про­из­во­дит обще­ствен­ный учёт труда, вопло­щён­ного в тех това­рах, кото­рые в дан­ный момент необ­хо­димы обще­ству, обла­дают обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью и сто­и­мо­стью. Одинаковые по каче­ству товары содер­жат в себе неоди­на­ко­вое коли­че­ство инди­ви­ду­аль­ного рабо­чего вре­мени. Рынок в каж­дый дан­ный момент уста­нав­ли­вает, какие усло­вия про­из­вод­ства явля­ются сред­ними, обще­ственно нор­маль­ными и регу­ли­руют вели­чину сто­и­мо­сти. Только кон­ку­рен­ция всех това­ров на рынке поз­во­ляет выявить сред­ние усло­вия про­из­вод­ства, а вме­сте с ними и рыноч­ную, обще­ствен­ную сто­и­мость това­ров. Обменявшись на деньги, товары тем самым дока­зы­вают, что в них содер­жится обще­ственно необ­хо­ди­мый, абстракт­ный труд, что они имеют сто­и­мость. Деньги слу­жат фор­мой выра­же­ния сто­и­мо­сти. А про­дажа за деньги осу­ществ­ля­ется на рынке. Следовательно, рынок выпол­няет функ­цию сти­хий­ного учёта обще­ствен­ного труда.

Эту роль рынка В. И. Ленин под­черк­нул в сле­ду­ю­щей форме:

«Продукт отдель­ного про­из­во­ди­теля, пред­на­зна­чен­ный на чужое потреб­ле­ние, может дойти до потре­би­теля и дать право про­из­во­ди­телю на полу­че­ние дру­гого обще­ствен­ного про­дукта только при­нявши форму денег, т. е. под­верг­шись пред­ва­ри­тельно обще­ствен­ному учёту как в каче­ствен­ном, так и в коли­че­ствен­ном отно­ше­ниях. А учёт этот про­из­во­дится за спи­ной про­из­во­ди­теля, посред­ством рыноч­ных коле­ба­ний»86 .

Вне рынка учёт обще­ствен­ного труда в товар­ном хозяй­стве вообще не мыс­лим. Но рынок не только учи­ты­вает обще­ствен­ный труд, он регу­ли­рует и рас­пре­де­ле­ние обще­ствен­ного труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства. В. И. Ленин прямо ука­зы­вал, что в товар­ном хозяй­стве «регу­ля­то­ром обще­ствен­ного про­из­вод­ства явля­ется рынок»87 . И это понятно, ибо только через рынок каж­дый това­ро­про­из­во­ди­тель узнаёт, пра­виль­ное ли он выбрал место в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, про­из­во­дит ли он именно те виды това­ров, кото­рые нужны обще­ству. Колебания цен това­ров на рынке застав­ляют про­из­во­ди­те­лей поки­дать одни отрасли про­из­вод­ства и пере­хо­дить в дру­гие. Рынок сти­му­ли­рует про­из­вод­ство одних това­ров и одно­вре­менно застав­ляет сокра­щать про­из­вод­ство дру­гих това­ров. Реализация това­ров, состав­ля­ю­щая основ­ное содер­жа­ние рыноч­ных отно­ше­ний, есть вме­сте с тем и форма учёта и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда. Рынок слу­жит свое­об­раз­ным баро­мет­ром, кото­рый пока­зы­вает состо­я­ние обще­ствен­ного про­из­вод­ства, про­пор­ци­о­наль­ность в раз­ви­тии его раз­лич­ных отрас­лей, соот­но­ше­ние спроса и пред­ло­же­ния на товары, уро­вень их цен. Но он не только реги­стри­рует поло­же­ние дел в про­из­вод­стве, но и застав­ляет исправ­лять те или иные нару­ше­ния в рас­пре­де­ле­нии труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства, сти­му­ли­рует при­ток труда в одни отрасли, вынуж­дает под угро­зой разо­ре­ния сокра­щать про­из­вод­ство в дру­гих сферах.

Не про­ти­во­ре­чит ли ленин­ская фор­мула о рынке как регу­ля­торе товар­ного про­из­вод­ства обще­при­ня­той точке зре­ния о том, что регу­ля­то­ром товар­ного про­из­вод­ства слу­жит закон сто­и­мо­сти? На наш взгляд, ника­ких про­ти­во­ре­чий нет. Ведь закон сто­и­мо­сти выпол­няет функ­цию регу­ли­ро­ва­ния обще­ствен­ного про­из­вод­ства через коле­ба­ния цен това­ров на рынке. Без этих коле­ба­ний он вообще не может дей­ство­вать. А коле­ба­ния цен това­ров про­ис­хо­дят на рынке, в ходе реа­ли­за­ции това­ров. Закон сто­и­мо­сти, сле­до­ва­тельно, может выпол­нять свою регу­ли­ру­ю­щую роль только через рынок. И с этой точки зре­ния ленин­ский тезис о том, что рынок явля­ется регу­ля­то­ром товар­ного про­из­вод­ства, лишь кон­кре­ти­зи­рует поло­же­ние о том, что этим регу­ля­то­ром слу­жит закон стоимости.

В. И. Ленин рас­смат­ри­вал рынок как спе­ци­фи­че­скую форму связи между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Именно рынок свя­зы­вает воедино всех раз­роз­нен­ных, раз­об­щён­ных про­из­во­ди­те­лей, делает их необ­хо­ди­мыми зве­ньями сово­куп­ного обще­ствен­ного производства.

«Разве товар­ное хозяй­ство,

— писал В. И. Ленин, —

не есть уже связь между производителями,связь, уста­нав­ли­ва­е­мая рын­ком88

В дру­гом месте он отмечал:

«…обмен тоже выра­жает осо­бую форму обще­ствен­ного хозяй­ства, что он, сле­до­ва­тельно, не только разъ­еди­няет <…>, но и соеди­няет людей, застав­ляя их всту­пать в сно­ше­ния между собой при посред­стве рынка»89 .

В. И. Ленин счи­тал, что рыноч­ная форма связи по срав­не­нию со всеми пред­ше­ству­ю­щими фор­мами более про­грес­сивна, ибо она содей­ствует обоб­ществ­ле­нию труда и про­из­вод­ства в мас­штабе всей страны, сти­му­ли­рует раз­ви­тие про­из­во­ди­тель­ных сил, рост про­из­во­ди­тель­но­сти труда, свя­зы­вает раз­дроб­лен­ные про­цессы про­из­вод­ства в еди­ный обще­ствен­ный про­цесс про­из­вод­ства. И в то же время он со всей силой вскры­вал «анта­го­ни­сти­че­ский, пол­ный коле­ба­ний и про­ти­во­ре­чий харак­тер этой связи»90 , дока­зы­вая её исто­ри­че­ски пре­хо­дя­щий характер.

В товар­ном хозяй­стве связь между людьми уста­нав­ли­ва­ется посред­ством рынка. Рынок явля­ется здесь «основ­ной орга­ни­зу­ю­щей силой»91 , регу­ля­то­ром про­из­вод­ства. При соци­а­лизме же, согласно В. И. Ленину, связь между про­из­во­ди­те­лями будет осу­ществ­ляться посред­ством пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства, кото­рая явится и «основ­ной орга­ни­зу­ю­щей силой»92 и регу­ля­то­ром обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Рыночная форма связи про­ти­во­по­став­ля­ется пла­но­мер­ной форме связи и, как мы уви­дим в даль­ней­шем, В. И. Ленин счи­тал, что эти формы связи по самой своей сущ­но­сти диа­мет­рально про­ти­во­по­ложны и несов­ме­стимы друг с дру­гом. Первая форма связи соот­вет­ствует товар­ному про­из­вод­ству как строю обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных рын­ком. Вторая форма связи соот­вет­ствует строю ассо­ци­и­ро­ван­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ной соб­ствен­но­сти на сред­ства про­из­вод­ства. Каждая из этих форм связи рож­дает свой спе­ци­фи­че­ский круг социально-​экономических следствий.

Что означает «неизвестность» рынка?

По В. И. Ленину, товар­ное про­из­вод­ство есть про­из­вод­ство не про­сто на рынок, а на неиз­вест­ный рынок. Это ука­за­ние на неиз­вест­ность рынка повто­ря­ется В. И. Лениным мно­го­кратно и необ­хо­димо вду­маться в политико-​экономический смысл этого поло­же­ния. Почему при харак­те­ри­стике товар­ного про­из­вод­ства В. И. Ленин так настой­чиво под­чёр­ки­вает при­су­щую ему неиз­вест­ность рынка, чем порож­да­ется эта неиз­вест­ность и может ли вообще быть «извест­ный» рынок в рам­ках товар­ного производства?

Развитие рынка В. И. Ленин выво­дит из про­из­вод­ства, и в первую оче­редь из обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда между обособ­лен­ными производителями.

«Внутренний рынок,

— пишет он, —

появ­ля­ется, когда появ­ля­ется товар­ное хозяй­ство; он созда­ётся раз­ви­тием этого товар­ного хозяй­ства, и сте­пень дроб­но­сти обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда опре­де­ляет высоту его раз­ви­тия»93 .

Итак, «сте­пень дроб­но­сти обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда опре­де­ляет высоту» раз­ви­тия рынка.

В дру­гом месте В. И. Ленин указывал:

«При товар­ном хозяй­стве созда­ются раз­но­род­ные хозяй­ствен­ные еди­ницы, уве­ли­чи­ва­ется число отдель­ных отрас­лей хозяй­ства, умень­ша­ется число хозяйств, про­из­во­дя­щих одну и ту же хозяй­ствен­ную функ­цию. Этот про­грес­сив­ный рост обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и явля­ется основ­ным момен­том в про­цессе созда­ния внут­рен­него рынка для капи­та­лизма»94 .

И здесь про­грес­сив­ный рост обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда между хозяй­ствен­ными еди­ни­цами рас­смат­ри­ва­ется В. И. Лениным как «основ­ной момент» в фор­ми­ро­ва­нии внут­рен­него рынка.

Это же под­чёр­ки­вал в своих тру­дах К. Маркс. В. И. Ленин в работе «Развитие капи­та­лизма в России» при­во­дит сле­ду­ю­щее выска­зы­ва­ние К. Маркса:

«Рынок для этих това­ров раз­ви­ва­ется вслед­ствие обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда; раз­де­ле­ние про­из­во­ди­тель­ных работ пре­вра­щает их про­дукты вза­имно в товары, в экви­ва­ленты друг для друга, застав­ляя их слу­жить один для дру­гого рын­ком»95 .

В «Теориях при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти» мы встре­чаем не менее яркие выска­зы­ва­ния Маркса, из кото­рых сле­дует, что сте­пень раз­ви­тия рынка он ста­вил в пря­мую зави­си­мость от раз­ви­тия обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

«Например, когда пря­де­ние и тка­че­ство отде­ля­ются от домаш­ней про­мыш­лен­но­сти и зем­ле­де­лия, все зем­ле­дельцы ста­но­вятся рын­ком для пря­диль­щи­ков и тка­чей. Точно так же и эти послед­ние обра­зуют теперь друг для друга рынок в резуль­тате раз­де­ле­ния их заня­тий. Разделение труда внутри обще­ства пред­по­ла­гает прежде всего дру­гое такое обособ­ле­ние друг от друга раз­лич­ных видов труда, что их про­дукты по необ­хо­ди­мо­сти про­ти­во­стоят друг другу как товары и про­хо­дят через обмен, про­де­лы­вают мета­мор­фоз това­ров; отно­сятся друг к другу как товары»96 .

Таким обра­зом, и Маркс исхо­дит из того, что именно обще­ствен­ное раз­де­ле­ние труда между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями фор­ми­рует соот­вет­ству­ю­щий рынок, его объём, величину.

Каждая обосо­бив­ша­яся хозяй­ствен­ная еди­ница высту­пает одно­вре­менно и как источ­ник спроса, и как источ­ник пред­ло­же­ния. С одной сто­роны, для нор­маль­ного функ­ци­о­ни­ро­ва­ния она предъ­яв­ляет спрос на опре­де­лён­ные виды ору­дий труда, сырья, вспо­мо­га­тель­ных мате­ри­а­лов, а также на пред­меты потреб­ле­ния для лиц, заня­тых в дан­ном пред­при­я­тии. Объём этого спроса опре­де­ля­ется сум­мой сто­и­мо­сти, созда­ва­е­мой на дан­ном пред­при­я­тии. Часть этой сто­и­мо­сти слу­жит для воз­ме­ще­ния потреб­лён­ных средств про­из­вод­ства (С), дру­гая часть идёт в каче­стве зар­платы заня­тых рабо­чих (V), тре­тья часть (М) может исполь­зо­ваться как для покупки пред­ме­тов потреб­ле­ния, так и для при­об­ре­те­ния средств про­из­вод­ства в слу­чае рас­ши­ре­ния мас­шта­бов про­из­вод­ства. Следовательно, каж­дая хозяй­ствен­ная еди­ница имеет строго опре­де­лён­ную вели­чину спроса как в денеж­ной, так и в нату­раль­ной форме.

С дру­гой сто­роны, эта же хозяй­ствен­ная еди­ница явля­ется источ­ни­ком пред­ло­же­ния, ибо она про­из­во­дит для рынка опре­де­лён­ный вид това­ров и в опре­де­лён­ном коли­че­стве, с опре­де­лён­ной вели­чи­ной стоимости.

В пла­но­вой соци­а­ли­сти­че­ской эко­но­мике струк­тура обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда фор­ми­ру­ется по зара­нее состав­лен­ному плану. Общество имеет воз­мож­ность на деся­ти­ле­тия впе­рёд научно преду­смат­ри­вать изме­не­ния в соот­но­ше­ниях спроса и пред­ло­же­ния. Вводя в строй новое пред­при­я­тие или закры­вая ста­рое, обще­ство зара­нее знает, что в обоих слу­чаях будут иметь место изме­не­ния в соот­но­ше­ниях спроса и пред­ло­же­ния. Оно имеет воз­мож­ность в пла­но­вом порядке воз­дей­ство­вать на фор­ми­ро­ва­ние струк­туры спроса и пред­ло­же­ния, осу­ществ­лять про­из­вод­ство в соот­вет­ствии с объ­ё­мом обще­ствен­ных потреб­но­стей на том или ином этапе развития.

Иное поло­же­ние в товар­ном хозяй­стве, обще­стве обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, где каж­дый про­из­во­дит по соб­ствен­ному усмот­ре­нию. Там струк­тура обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда фор­ми­ру­ется сти­хийно, а это вызы­вает и сти­хий­ность в раз­ви­тии соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния. Открытие новых пред­при­я­тий и закры­тие ста­рых зара­нее не пла­ни­ру­ется. Перемещение про­из­во­ди­те­лей из одной сферы про­из­вод­ства в дру­гую не нахо­дится под кон­тро­лем обще­ства. Направление капи­та­ло­вло­же­ний опре­де­ля­ется самими обособ­лен­ными производителями.

Каждый про­из­во­ди­тель, исходя из состо­я­ния рынка, может соста­вить пред­став­ле­ние о том, что тре­бу­ется про­из­во­дить сего­дня. Но он не может судить о соот­но­ше­нии спроса и пред­ло­же­ния на рынке, кото­рое будет через год или тем более 10 лет. Если капи­та­лист при­ни­мает сего­дня реше­ние стро­ить обув­ную фаб­рику, исходя из того, что на обувь име­ется высо­кий спрос, то он всё равно оста­ётся в неве­де­нии, будет ли сохра­нён этот спрос через два года, когда, напри­мер, его фаб­рика всту­пит в строй и нач­нёт пред­ла­гать свой про­дукт на рынке.

Вполне воз­можно, что наряду с дан­ным капи­та­ли­стом, через два года зай­мутся про­из­вод­ством обуви ещё 100 капи­та­ли­стов, а это вызо­вет пере­пол­не­ние рынка. Следовательно, при обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей неиз­бежно такое поло­же­ние, когда фор­ми­ро­ва­ние струк­туры обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда осу­ществ­ля­ется сти­хийно, что пред­опре­де­ляет сти­хий­ность фор­ми­ро­ва­ния соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния. А это и озна­чает, что вели­чина, объём, пер­спек­тивы раз­ви­тия рынка оста­ются неиз­вест­ной величиной.

Неизвестность рынка, таким обра­зом, внут­ренне при­суща товар­ному про­из­вод­ству. В товар­ном хозяй­стве в прин­ципе не может быть «извест­ного» рынка. Вот почему, харак­те­ри­зуя товар­ное про­из­вод­ство, В. И. Ленин неустанно под­чёр­ки­вал такой его при­знак, как неиз­вест­ность рынка. Этот при­знак орга­ни­че­ски свя­зан с самой глу­бо­кой сущ­но­стью товар­ного про­из­вод­ства — обособ­лен­но­стью про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и с необ­хо­ди­мо­стью раз­ви­ва­ется из неё. Товарное про­из­вод­ство и «извест­ный» рынок — это совер­шенно несов­ме­сти­мые поня­тия. «Неизвестность» рынка есть лишь иное выра­же­ние обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей. Она даёт как бы допол­ни­тель­ную харак­те­ри­стику сущ­но­сти обособ­лен­ного про­из­во­ди­теля, кото­рый не только про­из­во­дит «что, как и сколько хочет», но и про­даёт «кому, как, когда и сколько хочет».

«Известный рынок» может появиться только там, где обще­ство зара­нее пла­ни­рует раз­ви­тие всех зве­ньев в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Но такое поло­же­ние уже будет озна­чать, что исчезла сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства — обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей. Планируемое обще­ствен­ное про­из­вод­ство и про­из­вод­ство, раз­ви­ва­ю­ще­еся по усмот­ре­нию самих обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, — это прин­ци­пи­ально раз­лич­ные типы обще­ствен­ного про­из­вод­ства, с прин­ци­пи­ально раз­лич­ным кру­гом социально-​экономических следствий.

Весьма харак­терно, что В. И. Ленин счи­тал необ­хо­ди­мым вве­сти ука­за­ние на неиз­вест­ность рынка и при политико-​экономической харак­те­ри­стике при­роды товара. Товар, с его точки зре­ния, это не про­сто про­дукт, пред­на­зна­чен­ный для про­дажи, а про­дукт, «про­из­во­ди­мый на неиз­вест­ного потре­би­теля, под­ле­жа­щий реа­ли­за­ции на неиз­вест­ном рынке»97 .

Различия между производством на рынок и производством по заказу потребителя

Если про­дукт про­из­во­дится на «извест­ного потре­би­теля», напри­мер по заказу, то, хотя он и пере­хо­дит из рук в руки посред­ством про­дажи за деньги, он ещё не обла­дает всеми необ­хо­ди­мыми при­зна­ками товара, ибо этот про­дукт не посту­пает на рынок.

И с этой точки зре­ния для нас пред­став­ляет боль­шой инте­рес то раз­ли­чие, кото­рое В. И. Ленин про­во­дил между ремес­лен­ни­ком, рабо­та­ю­щим на заказ потре­би­теля, и това­ро­про­из­во­ди­те­лем, рабо­та­ю­щим на рынок, вели­чина кото­рого никому неиз­вестна. В обоих слу­чаях имеет место пере­ход про­дукта из рук в руки за деньги. И с точки зре­ния тех эко­но­ми­стов, кото­рые пони­мают под товар­ным про­из­вод­ством про­из­вод­ство для про­дажи, в обоих слу­чаях имеет место товар­ное про­из­вод­ство. Между тем, с точки зре­ния В. И. Ленина, ремес­лен­ник, хотя и про­даёт про­дукт за деньги, ещё не явля­ется това­ро­про­из­во­ди­те­лем. Он ста­но­вится тако­вым лишь с того момента, когда от про­из­вод­ства на заказ потре­би­теля пере­хо­дит к про­из­вод­ству на рынок. В пер­вом слу­чае имеет место товар­ное обра­ще­ние, но ещё нет товар­ного про­из­вод­ства, во вто­ром слу­чае налицо товар­ное про­из­вод­ство. Вот что пишет В. И. Ленин:

«Первой фор­мой про­мыш­лен­но­сти, отры­ва­е­мой от пат­ри­ар­халь­ного зем­ле­де­лия, явля­ется ремесло, т. е. про­из­вод­ство изде­лий по заказу потре­би­теля.
<…>
В этой форме про­мыш­лен­но­сти нет ещё товар­ного про­из­вод­ства; здесь появ­ля­ется лишь товар­ное обра­ще­ние в том слу­чае, когда ремес­лен­ник полу­чает плату день­гами или про­даёт полу­чен­ную за работу долю про­дукта, поку­пая себе сырые мате­ри­алы и ору­дия про­из­вод­ства. Продукт труда ремес­лен­ника не появ­ля­ется на рынке, почти не выходя из обла­сти нату­раль­ного хозяй­ства кре­стья­нина…»98

«Мы уже заме­тили, что ремес­лен­ник появ­ля­ется на рынке, хотя и не с тем про­дук­том, кото­рый он про­из­во­дит. Естественно, что, придя раз в сопри­кос­но­ве­ние с рын­ком, он пере­хо­дит со вре­ме­нем и к про­из­вод­ству на рынок, т. е. дела­ется това­ро­про­из­во­ди­те­лем. Переход этот совер­ша­ется посте­пенно…»99

Здесь, как видим, В. И. Ленин даёт совер­шенно ясные кри­те­рии для про­ве­де­ния раз­ли­чий между ремес­лен­ни­ком и това­ро­про­из­во­ди­те­лем, с одной сто­роны, товар­ным про­из­вод­ством и товар­ным обра­ще­нием, с другой.

В. И. Ленин кри­ти­ко­вал зем­скую ста­ти­стику за то, что она вклю­чала в одну группу и ремес­лен­ни­ков, и наём­ных рабо­чих, и мел­ких това­ро­про­из­во­ди­те­лей. Ленин ука­зы­вал, что «с политико-​экономической точки зре­ния это сме­ше­ние совер­шенно непра­вильно». Разумеется, «отли­чить сель­ского ремес­лен­ника от мел­кого това­ро­про­из­во­ди­теля или от наем­ного рабо­чего не все­гда легко»100 , но подоб­ное раз­гра­ни­че­ние в прин­ципе необ­хо­димо, ибо речь идёт о раз­лич­ных социально-​экономических фигу­рах, име­ю­щих свои спе­ци­фи­че­ские эко­но­ми­че­ские интересы.

В. И. Ленин пока­зы­вает, на основе каких политико-​экономических кри­те­риев это раз­гра­ни­че­ние может быть про­ве­дено. От наём­ного рабо­чего ремес­лен­ник отли­ча­ется тем, что он про­из­во­дит про­дукт посред­ством соб­ствен­ных ору­дий труда, имеет соб­ствен­ное хозяй­ство. От мел­кого това­ро­про­из­во­ди­теля его отли­чает то, что он рабо­тает по заказу потре­би­теля, а не на неиз­вест­ный рынок. И ремес­лен­ник и мел­кий това­ро­про­из­во­ди­тель имеют соб­ствен­ное хозяй­ство, соб­ствен­ные сред­ства про­из­вод­ства. Оба про­дают про­из­ве­дён­ные про­дукты, как пра­вило, за деньги, сле­до­ва­тельно, имеет место акт купли-​продажи. Это объ­еди­няет их. Но ремес­лен­ник рабо­тает по заказу потре­би­теля, а това­ро­про­из­во­ди­тель — на рынок. И именно это обсто­я­тель­ство, с точки зре­ния В. И. Ленина, явля­ется реша­ю­щим для политико-​экономического раз­ли­чия ремес­лен­ника и товаропроизводителя.

Разграничение между рабо­той на заказ потре­би­теля и рабо­той на неиз­вест­ный рынок имеет боль­шой политико-​экономический смысл, ибо речь идёт о раз­лич­ных фор­мах связи между людьми в про­цессе производства.

Когда ремес­лен­ник рабо­тает по заказу потре­би­теля, его про­дукту нет надоб­но­сти про­хо­дить рыноч­ную про­верку его обще­ствен­ной зна­чи­мо­сти. Связь между про­из­во­ди­те­лем и потре­би­те­лем непо­сред­ствен­ная. Особой про­блемы реа­ли­за­ции про­из­ве­дён­ного про­дукта перед ремес­лен­ни­ком не воз­ни­кает, ибо он с самого начала про­из­во­дит только то и в таком коли­че­стве, на что име­ется пред­ва­ри­тель­ный заказ и что обя­за­тельно будет куп­лено (разу­ме­ется, при каче­ствен­ном выпол­не­нии заказа). При такой форме связи ост­рых кон­флик­тов между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием не может воз­ник­нуть, ибо про­из­во­дится только то, на что уже име­ется точ­ная заявка. Равным обра­зом не могут воз­ник­нуть и дис­про­пор­ции в раз­ви­тии раз­лич­ных отрас­лей, ибо каж­дая раз­ви­ва­ется в соот­вет­ствии с посту­пив­шими зака­зами. Нарушения могут воз­ник­нуть лишь в слу­чаях несвое­вре­мен­ного выпол­не­ния заказа или когда заказ­чик в силу тех или иных при­чин не может выку­пить заказа. Хотя ремес­лен­ник явля­ется соб­ствен­ни­ком средств про­из­вод­ства и про­из­во­ди­мых про­дук­тов, он ещё не явля­ется обособ­лен­ным про­из­во­ди­те­лем в пол­ном смысле этого слова, ибо про­из­во­дит не на соб­ствен­ный страх и риск, а по опре­де­лён­ному обще­ствен­ному заказу.

Однако при работе на заказ воз­ни­кают свои спе­ци­фи­че­ские труд­но­сти. Количество заказ­чи­ков огра­ни­чено. Постоянных, проч­ных, устой­чи­вых зака­зов на всё время нет, есть лишь пери­о­ди­че­ские заказы. При этих усло­виях ремес­лен­ник не может пол­но­стью спе­ци­а­ли­зи­ро­ваться на про­из­вод­стве для заказ­чи­ков. Часть вре­мени он рабо­тает по заказу. Но в силу незна­чи­тель­но­сти и пери­о­дич­но­сти этих зака­зов он не полу­чает такой суммы дохо­дов, кото­рая бы поз­во­ляла ему нор­мально суще­ство­вать, воз­ме­щать издержки про­из­вод­ства. Поэтому ремес­лен­ники, наряду с рабо­той на заказ, как пра­вило, ведут ещё своё соб­ствен­ное нату­раль­ное хозяй­ство на земле. По срав­не­нию с това­ро­про­из­во­ди­те­лями у ремес­лен­ни­ков боль­шой удель­ный вес имеет соб­ствен­ное нату­раль­ное зем­ле­дель­че­ское хозяйство.

«Сравнительно с мел­кими това­ро­про­из­во­ди­те­лями,

— отме­чал В. И. Ленин, —

ремес­лен­ники отли­ча­ются наи­бо­лее креп­кой свя­зью с зем­лёй: на 100 ремес­лен­ни­ков при­хо­дится 80,6 зем­ле­дель­цев»101 .

Мелкий това­ро­про­из­во­ди­тель, так же как и ремес­лен­ник, может про­из­во­дить часть про­дук­тов по заказу потре­би­те­лей. Но так как коли­че­ство заказ­чи­ков огра­ни­чено, то дру­гую и бóль­шую часть про­дук­тов он про­из­во­дит на неиз­вест­ный рынок. И его судьба скла­ды­ва­ется по-​разному в зави­си­мо­сти от того, рабо­тает ли он по заказу потре­би­теля или на рынок, какую долю в общем объ­ёме про­из­вод­ства состав­ляют эти раз­ные виды работ. При работе на рынок судьба това­ро­про­из­во­ди­теля, как пра­вило, зави­сит от рыноч­ных коле­ба­ний цен, неве­до­мых ему соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния. Он может неожи­данно обо­га­титься, а может и быстро разориться.

«Эти неве­до­мые про­из­во­ди­телю, неза­ви­си­мые от него рыноч­ные коле­ба­ния не могут не порож­дать нера­вен­ства между про­из­во­ди­те­лями, не могут не уси­ли­вать этого нера­вен­ства, разо­ряя одних и давая дру­гим в руки деньги = про­дукты обще­ствен­ного труда»102 .

Каждый ремес­лен­ник, пре­вра­ща­ясь в това­ро­про­из­во­ди­теля, т. е. пере­ходя от работы на заказ к работе на неиз­вест­ный рынок, сразу же начи­нает остро чув­ство­вать изме­не­ние сво­его эко­но­ми­че­ского поло­же­ния, его шат­кость, неустой­чи­вость, под­вер­жен­ность воле слу­чая. Он попа­дает под власть вещей това­ров и денег. Перед ним сразу же воз­ни­кает целый ряд новых про­блем, кото­рых не воз­ни­кало прежде, в первую оче­редь про­блема реа­ли­за­ции. Его труд ста­но­вится тру­дом част­ным со всеми выте­ка­ю­щими последствиями.

Необходимо заме­тить, что когда В. И. Ленин про­во­дил раз­ли­чие между ремес­лен­ни­ком и мел­ким това­ро­про­из­во­ди­те­лем, то он имел в виду, что ремес­лен­ник рабо­тает по заказу потре­би­теля. Если же ремес­лен­ник начи­нает рабо­тать по заказу тор­говца, то в этом слу­чае он по суще­ству рабо­тает на неиз­вест­ный рынок, ибо про­дукт, посту­пив­ший в руки тор­говца, ещё не дошёл до потре­би­теля и перед этим про­дук­том воз­ни­кают все спе­ци­фи­че­ские про­блемы, свя­зан­ные с реа­ли­за­цией товара на неиз­вест­ном рынке. При работе на заказ тор­говца ещё нет непо­сред­ствен­ной связи между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием. Поэтому дан­ный тип связи суще­ственно отли­ча­ется от про­из­вод­ства на заказ непо­сред­ствен­ного потре­би­теля. И в тех слу­чаях, когда В. И. Ленин уста­нав­ли­вал факт работы про­из­во­ди­теля по заказу тор­говца, скуп­щика, он при­рав­ни­вал его к обыч­ной работе на неиз­вест­ный рынок.

Различие между рабо­той на заказ потре­би­теля и рабо­той на неиз­вест­ный рынок В. И. Ленин настой­чиво про­во­дил на про­тя­же­нии всей своей тео­ре­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Он поль­зо­вался им при политико-​экономической харак­те­ри­стике про­цес­сов, про­ис­хо­дя­щих, напри­мер, при импе­ри­а­лизме. В тех слу­чаях, когда работа на рынок сме­ня­лась рабо­той по заказу, В. И. Ленин счи­тал необ­хо­ди­мым сразу же отме­тить, что речь идёт об изме­не­нии хозяй­ствен­ного строя, о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства. Приведём один из примеров.

В ста­тье «Введение соци­а­лизма или рас­кры­тие каз­но­крад­ства», отно­ся­щейся к июню 1917 г., оце­ни­вая поли­ти­ко­эко­но­ми­че­ский смысл работы капи­та­ли­стов на обо­рону по заказу казны, В. И. Ленин счёл необ­хо­ди­мым отме­тить, что работа по заказу уже не есть товар­ное про­из­вод­ство, это «осо­бый вид народ­ного хозяй­ства». Вот что он писал:

«Когда капи­та­ли­сты рабо­тают на обо­рону, т. е. на казну, это уже — ясное дело — не „чистый“ капи­та­лизм, а осо­бый вид народ­ного хозяй­ства. Чистый капи­та­лизм есть товар­ное про­из­вод­ство. Товарное про­из­вод­ство есть работа на неиз­вест­ный и сво­бод­ный рынок. А „рабо­та­ю­щий“ на обо­рону капи­та­лист „рабо­тает“ вовсе не на рынок, а по заказу казны, сплошь и рядом даже на деньги, полу­чен­ные им в ссуду от казны»103 .

На пер­вый взгляд, если исхо­дить из пред­став­ле­ний, что товар­ное про­из­вод­ство — это про­из­вод­ство для про­дажи, дан­ное выска­зы­ва­ние В. И. Ленина может пока­заться непо­нят­ным. Ведь капи­та­лист про­из­во­дит товары, про­даёт их за деньги, выру­чает при­быль, совер­шает акт купли-​продажи. Ленин, не отри­цая нали­чия актов купли-​продажи в сделке между госу­дар­ством и капи­та­ли­стами, счи­тает, что в дан­ном слу­чае имеет место не товар­ное про­из­вод­ство, а «осо­бый вид народ­ного хозяй­ства». Почему? Потому, что В. И. Ленин раз­ли­чает про­из­вод­ство на заказ потре­би­теля и про­из­вод­ство на неиз­вест­ный рынок. Последнее есть обя­за­тель­ный при­знак товар­ного про­из­вод­ства. В дан­ном же слу­чае «неиз­вест­ность» рынка отпа­дает, ибо капи­та­лист рабо­тает по заказу госу­дар­ства. Он рабо­тает не на соб­ствен­ный страх и риск, а по точ­ному обще­ствен­ному заказу. Его труд в дан­ном слу­чае не явля­ется част­ным тру­дом. Конечно, если госу­дар­ство пре­кра­тит заказ и капи­та­лист ста­нет про­из­во­дить на неиз­вест­ный рынок, он будет самым насто­я­щим това­ро­про­из­во­ди­те­лем. Но если про­из­вод­ство ведётся на заказ, налицо под­рыв обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, иная форма связи между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием, под­рыв товар­ного про­из­вод­ства, при сохра­не­нии всех его внеш­них атри­бу­тов (купли-​продажи, пере­ход про­дук­тов посред­ством экви­ва­лент­ного воз­ме­ще­ния и т. п.).

Различие между рабо­той на заказ и рабо­той на неиз­вест­ный рынок В. И. Ленин про­во­дит для того, чтобы глубже решить вопрос, с одной сто­роны, о гене­зисе товар­ного про­из­вод­ства, а с дру­гой сто­роны, о сту­пе­нях его отми­ра­ния. На ран­них эта­пах про­из­вод­ство на заказ потре­би­теля слу­жит пере­ход­ной фор­мой от чистого нату­раль­ного про­из­вод­ства к товар­ному. Это ещё не товар­ное про­из­вод­ство, но уже шаг на пути к нему. Настоящее товар­ное про­из­вод­ство скла­ды­ва­ется лишь с того момента, когда про­из­вод­ство на заказ усту­пает место про­из­вод­ству на неиз­вест­ный рынок.

С пере­хо­дом к импе­ри­а­лизму наблю­да­ется обрат­ный про­цесс: про­из­вод­ство на неиз­вест­ный рынок начи­нает посте­пенно усту­пать место про­из­вод­ству на заказ, но, разу­ме­ется, на иной эко­но­ми­че­ской базе, при каче­ственно новой сту­пени в раз­ви­тии обоб­ществ­ле­ния труда и про­из­вод­ства. Производство на заказ, ста­но­вясь широко рас­про­стра­нён­ной, гос­под­ству­ю­щей и устой­чи­вой фор­мой связи, озна­чает под­рыв товар­ного про­из­вод­ства, пере­ход от товар­ного про­из­вод­ства в его чистой, клас­си­че­ской форме к новому народ­но­хо­зяй­ствен­ному строю. Здесь уже речь идёт о фор­ми­ро­ва­нии нового типа свя­зей между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием, под­го­тав­ли­ва­ю­щего мате­ри­аль­ные пред­по­сылки для рево­лю­ци­он­ного пере­хода к пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ному соци­а­ли­сти­че­скому про­из­вод­ству, не-​товарному по своей сущности.

В. И. Ленин обра­щает осо­бое вни­ма­ние на то, что товар­ное про­из­вод­ство есть про­из­вод­ство «на сво­бод­ный рынок». Свобода рынка рас­смат­ри­ва­ется им как обя­за­тель­ный при­знак товар­ного производства.

Что такое «сво­бод­ный рынок» и почему он необ­хо­дим для нор­маль­ного функ­ци­о­ни­ро­ва­ния товар­ного производства?

Свобода рынка озна­чает прежде всего, что каж­дый из обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей может про­да­вать свой про­дукт кому хочет, когда хочет и на тех усло­виях, кото­рые сочтёт для себя при­ем­ле­мыми. Никто не имеет права запре­тить ему доступ на тот или иной рынок, при­ну­дить его к тем или иным ценам, кроме самого рынка.

Свобода рынка озна­чает сво­бод­ную игру цен под вли­я­нием изме­ня­ю­щихся соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния. Цена никем не уста­нав­ли­ва­ется зара­нее, она выяв­ля­ется на рынке в ходе сво­бод­ной купли-​продажи. Каждый про­из­во­ди­тель может отка­заться от сделки, если сочтёт её для себя невы­год­ной. Если он высту­пает в каче­стве поку­па­теля, то стре­мится купить у того, кто про­даёт дешевле. Никаких проч­ных, устой­чи­вых свя­зей между постав­щи­ками и потре­би­те­лями, про­дав­цами и поку­па­те­лями нет. Каждый волен разо­рвать связь с одним и всту­пить в связь с дру­гим, если сочтёт это необходимым.

Свободный рынок, с одной сто­роны, уси­ли­вает при­су­щую товар­ному хозяй­ству анар­хич­ность и дис­про­пор­ци­о­наль­ность. А с дру­гой сто­роны, он высту­пает и в каче­стве спе­ци­фи­че­ского регу­ля­тора товар­ного хозяй­ства, ибо через рынок и коле­ба­ния цен на рынке това­ро­про­из­во­ди­тели узнают, что необ­хо­димо про­из­во­дить в дан­ный момент, а что должно быть снято с про­из­вод­ства. Ликвидация сво­бод­ного рынка закроет глаза всем про­из­во­ди­те­лям, не даст им воз­мож­но­сти ори­ен­ти­ро­ваться и опре­де­лять, что нужно обществу.

Глава IV. Свободная конкуренция — основное свойство товарного производства

Сущность свободной конкуренции и формы её проявления

Характеризуя суще­ствен­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства, В. И. Ленин неиз­менно выде­лял в их числе сво­бод­ную кон­ку­рен­цию. Он рас­смат­ри­вал сво­бод­ную кон­ку­рен­цию, во-​первых, как спе­ци­фи­че­скую форму отно­ше­ний, при­су­щих товар­ному про­из­вод­ству, во-​вторых, как «закон» раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства, в-​третьих, как «основ­ное свой­ство капи­та­лизма и товар­ного про­из­вод­ства вообще»104 .

Каждое из этих опре­де­ле­ний кон­ку­рен­ции имеет свой смысл. Все опре­де­ле­ния внут­ренне свя­заны друг с другом.

Прежде всего обра­тим вни­ма­ние на тот факт, что кон­ку­рен­ция свя­зы­ва­ется В. И. Лениным с нали­чием рас­смот­рен­ных выше при­зна­ков обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и неиз­вест­но­сти рынка и рас­смат­ри­ва­ется им как спе­ци­фи­че­ская форма отно­ше­ний между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями в товар­ном хозяйстве.

В. И. Ленин пишет в работе «По поводу так назы­ва­е­мого вопроса о рынках»:

«…каж­дый про­из­во­ди­тель являлся уже това­ро­про­из­во­ди­те­лем… каж­дый про­из­во­дил отдельно, особ­ня­ком, неза­ви­симо от дру­гих про­из­во­ди­те­лей, про­из­во­дил на рынок, вели­чина кото­рого не была, разу­ме­ется, известна ни одному из них. Это отно­ше­ние обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, рабо­та­ю­щих на общий рынок, назы­ва­ется кон­ку­рен­цией»105 .

Итак, кон­ку­рен­цией В. И. Ленин назы­вает отно­ше­ние обособ­лен­ных, отдель­ных, неза­ви­си­мых про­из­во­ди­те­лей, рабо­та­ю­щих на неиз­вест­ный им общий рынок. Важно заме­тить, что поня­тие кон­ку­рен­ции свя­зы­ва­ется В. И. Лениным с самой глу­бо­кой сущ­но­стью товар­ного про­из­вод­ства — обособ­лен­но­стью про­из­во­ди­те­лей. И с этой точки зре­ния совер­шенно неверны утвер­жде­ния, будто товар­ное про­из­вод­ство может суще­ство­вать и без кон­ку­рен­ции. Там, где нет кон­ку­рен­ции, нет и товар­ного про­из­вод­ства, ибо кон­ку­рен­ция есть не что иное, как спе­ци­фи­че­ская форма отно­ше­ний между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями, и она харак­те­ри­зует не только внеш­ние при­знаки товар­ного про­из­вод­ства, но и его сущность.

Когда В. И. Ленин назы­вал кон­ку­рен­цию «зако­ном» товар­ного про­из­вод­ства, то тем самым он под­чёр­ки­вал её внут­рен­нюю, нераз­рыв­ную связь с товар­ным про­из­вод­ством. Что такое закон в его ленин­ском пони­ма­нии? Это проч­ная, повто­ря­ю­ща­яся, внут­ренне необ­хо­ди­мая, устой­чи­вая связь явле­ний. Конкуренция как закон товар­ного про­из­вод­ства и озна­чает, что этот вид отно­ше­ний внут­ренне при­сущ, необ­хо­дим, посто­я­нен и устой­чив, с неиз­беж­но­стью повто­ря­ется, вос­про­из­во­дится в рам­ках товар­ного про­из­вод­ства. Подрыв сво­бод­ной кон­ку­рен­ции озна­чает и под­рыв товар­ного про­из­вод­ства, его сущ­но­сти, ибо кон­ку­рен­ция есть отно­ше­ние обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей и она может исчез­нуть лишь вме­сте с исчез­но­ве­нием этой обособленности.

С ещё боль­шей силой эта внут­рен­няя связь выра­жена В. И. Лениным в его зна­ме­ни­той фор­муле о том, что «сво­бод­ная кон­ку­рен­ция есть основ­ное свой­ство капи­та­лизма и товар­ного про­из­вод­ства вообще»106 (т. е. вся­кого типа товар­ного про­из­вод­ства). Что такое «основ­ное свой­ство» в обще­фи­ло­соф­ском смысле? Это свой­ство, без кото­рого дан­ный пред­мет или явле­ние теряет свою каче­ствен­ную опре­де­лён­ность. Это не вто­ро­сте­пен­ное свой­ство, кото­рое может отпасть, не затро­нув каче­ства, а именно основ­ное, харак­те­ри­зу­ю­щее самое глав­ное и суще­ствен­ное в дан­ном пред­мете, и без чего пред­мет пре­вра­ща­ется в нечто дру­гое. Применительно к товар­ному про­из­вод­ству это озна­чает, что с отпа­де­нием его основ­ного свой­ства (сво­бод­ной кон­ку­рен­ции), оно пере­стаёт быть товар­ным про­из­вод­ством, пре­вра­ща­ется в дру­гой тип обще­ствен­ного про­из­вод­ства, с новой сущ­но­стью, новым каче­ством и новыми свойствами.

Свободная кон­ку­рен­ция охва­ты­вает все сферы обще­ствен­ного вос­про­из­вод­ства (про­из­вод­ство, рас­пре­де­ле­ние, обмен и потребление).

В непо­сред­ствен­ном про­цессе про­из­вод­ства она озна­чает, во-​первых, сво­боду при­ло­же­ния труда в любой отрасли обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Каждый обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель по соб­ствен­ному усмот­ре­нию может выбрать спе­ци­а­ли­за­цию, вид про­из­во­ди­мых продуктов.

В каж­дой отрасли про­из­вод­ства сосре­до­то­чи­ва­ется ино­гда больше, а ино­гда меньше про­из­во­ди­те­лей, чем это нужно для покры­тия обще­ствен­ного спроса. Внутри каж­дой отрасли между про­из­во­ди­те­лями идет оже­сто­чён­ная кон­ку­рент­ная борьба, назы­ва­е­мая внут­ри­о­т­рас­ле­вой конкуренцией.

Во-​вторых, сво­бод­ная кон­ку­рен­ция в сфере про­из­вод­ства озна­чает сво­боду пере­ли­вов труда из одной отрасли про­из­вод­ства в дру­гую. Каждый про­из­во­ди­тель не обя­зан пожиз­ненно зани­маться тем или иным видом кон­крет­ного труда. Он может в любое время поки­нуть дан­ную сферу про­из­вод­ства и перейти в дру­гую, может одно­вре­менно зани­маться про­из­вод­ством самых раз­лич­ных потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей, если сочтёт это выгодным.

В раз­лич­ных отрас­лях про­из­вод­ства в одно и то же время скла­ды­ва­ются раз­лич­ные усло­вия: в одних уста­нав­ли­ва­ются высо­кие цены, высо­кий уро­вень дохо­дов: в дру­гих — низ­кие цены, сокра­ще­ние спроса, убы­точ­ность про­из­вод­ства. Между про­из­во­ди­те­лями раз­вёр­ты­ва­ется оже­сто­чён­ная борьба из-​за более выгод­ных сфер при­ло­же­ния труда и средств про­из­вод­ства. На почве пере­ли­вов труда из одной сферы в дру­гую раз­ви­ва­ется так назы­ва­е­мая меж­от­рас­ле­вая конкуренция.

В-​третьих, сво­бод­ная кон­ку­рен­ция в сфере про­из­вод­ства озна­чает, что каж­дый про­из­во­ди­тель имеет воз­мож­ность при­ме­нять в про­из­вод­стве те при­ёмы и методы обра­ботки, вво­дить ту тех­но­ло­гию про­из­вод­ства, кото­рая, на его взгляд, в дан­ный момент выгодна. Каждый про­из­во­ди­тель дер­жит в «сек­рете» свои нововведения.

Свобода при­ло­же­ния и пере­ли­вов труда — это объ­ек­тивно необ­хо­ди­мое усло­вие для нор­маль­ного функ­ци­о­ни­ро­ва­ния товар­ного про­из­вод­ства. Оно необ­хо­димо прежде всего для под­дер­жа­ния той или иной про­пор­ци­о­наль­но­сти в раз­ви­тии раз­лич­ных зве­ньев обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

Без сво­бод­ных пере­ли­вов труда не может быть обес­пе­чено дости­же­ние того или иного рав­но­ве­сия между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием, спро­сом и пред­ло­же­нием. Это рав­но­ве­сие может быть достиг­нуто лишь на время: под вли­я­нием тех же сти­хий­ных пере­ли­вов труда оно будет нару­шаться вновь и вновь.

Свободная кон­ку­рен­ция в сфере обмена выра­жа­ется в том, что каж­дый това­ро­про­из­во­ди­тель имеет право наравне с дру­гими про­дать свой товар на любом рынке.

Далее, сво­бод­ная кон­ку­рен­ция в про­цессе обмена выра­жа­ется в том, что каж­дый про­даёт кому хочет и когда хочет. Продавец не имеет проч­ных и устой­чи­вых свя­зей с тем или иным поку­па­те­лем, он про­даёт тому, кто больше даст денег. В любое время связи между постав­щи­ком и потре­би­те­лем могут быть пре­рваны либо по усмот­ре­нию постав­щика, кото­рый нашёл более выгод­ного поку­па­теля, либо по усмот­ре­нию поку­па­теля, кото­рый нашёл более выгод­ного продавца.

Не менее важно и то, что про­из­во­ди­тель имеет право про­да­вать свой товар когда хочет. Если рыноч­ная конъ­юнк­тура сего­дня небла­го­при­ятна, а зав­тра сулит боль­шие доходы, про­из­во­ди­тель может при­дер­жать вре­менно про­дажу това­ров в ожи­да­нии высо­ких цен. Он не думает о запро­сах потре­би­те­лей, его цель — про­дать товар дороже.

Конкуренция раз­вёр­ты­ва­ется между про­дав­цами, поку­па­те­лями, между про­дав­цами и поку­па­те­лями, охва­ты­вая, сле­до­ва­тельно, всех участ­ни­ков обмена.

Свободная кон­ку­рен­ция харак­те­ри­зу­ется далее как сво­бод­ная игра цен на рынке. Здесь никто не имеет права уста­нав­ли­вать моно­поль­ных или при­ну­ди­тель­ных цен. Лишь коле­ба­ния спроса и пред­ло­же­ния, регу­ли­ру­е­мые зако­ном сто­и­мо­сти, опре­де­ляют уро­вень цен. Цена товара зави­сит от кон­ку­рен­ции между про­дав­цами, между поку­па­те­лями, между про­дав­цами и поку­па­те­лями. Нередко скла­ды­ва­ется такое поло­же­ние, что на один и тот же товар в тече­ние дня, недели и т. д. цена меня­ется. Каждый из обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей вни­ма­тельно сле­дит за изме­не­ни­ями цен и стре­мится пред­ло­жить свой товар именно в тот момент, когда сло­жи­лись наи­бо­лее выгод­ные для него усло­вия. Покупатели же, напро­тив, выжи­дают такого соот­но­ше­ния, при кото­ром пред­ло­же­ние пре­вы­шает спрос и цена това­ров падает.

Свободная игра цен на рынке явля­ется необ­хо­ди­мым усло­вием для дей­ствия закона сто­и­мо­сти. Классики марксизма-​ленинизма еди­но­душно отме­чали, что закон сто­и­мо­сти может полу­чить пол­ный про­стор для сво­его дей­ствия лишь в рам­ках сво­бод­ной кон­ку­рен­ции. К. Маркс прямо ука­зы­вал, что «закон сто­и­мо­сти для сво­его пол­ного раз­ви­тия пред­по­ла­гает обще­ство с круп­ным про­мыш­лен­ным про­из­вод­ством и сво­бод­ной кон­ку­рен­цией…»107

Ф. Энгельс, харак­те­ри­зуя роль сво­бод­ной кон­ку­рен­ции в дей­ствии закона сто­и­мо­сти, писал:

«…посто­ян­ные откло­не­ния цен това­ров от их сто­и­мо­стей состав­ляют необ­хо­ди­мое усло­вие, при кото­ром и в силу кото­рого только и может про­яв­ляться сама сто­и­мость товара. Только бла­го­даря коле­ба­ниям кон­ку­рен­ции, а тем самым и товар­ных цен, про­кла­ды­вает себе путь закон сто­и­мо­сти товар­ного про­из­вод­ства, и ста­но­вится дей­стви­тель­но­стью опре­де­ле­ние сто­и­мо­сти товара общественно-​необходимым рабо­чим вре­ме­нем»108 .

Ф. Энгельс, как видим, не мыс­лил закона сто­и­мо­сти без коле­ба­ний цен на базе сво­бод­ной кон­ку­рен­ции. Он высме­и­вал тех авто­ров, кото­рые пола­гали, будто можно сохра­нить закон сто­и­мо­сти, устра­нив при этом коле­ба­ния цен и конкуренцию.

«…Тот, кто в обще­стве това­ро­про­из­во­ди­те­лей, обме­ни­ва­ю­щихся сво­ими това­рами, хочет уста­но­вить опре­де­ле­ние сто­и­мо­сти рабо­чим вре­ме­нем, запре­щая кон­ку­рен­ции осу­ществ­лять это опре­де­ле­ние сто­и­мо­сти путем дав­ле­ния на цены, то есть един­ствен­ным путём, каким это вообще может быть достиг­нуто, — дока­зы­вает только, что, по край­ней мере в этой обла­сти, он усвоил себе обыч­ное для уто­пи­стов пре­не­бре­же­ние эко­но­ми­че­скими зако­нами»109 .

Энгельс ука­зы­вал далее, что именно «кон­ку­рен­ция при­во­дит в дей­ствие при­су­щий товар­ному про­из­вод­ству закон сто­и­мо­сти, она этим самым осу­ществ­ляет такую орга­ни­за­цию и такой поря­док обще­ствен­ного про­из­вод­ства, кото­рые явля­ются един­ственно воз­мож­ными при дан­ных обсто­я­тель­ствах»110 .

«Только обес­це­не­ние или чрез­мер­ное вздо­ро­жа­ние про­дук­тов воочию пока­зы­вают отдель­ным про­из­во­ди­те­лям, что и в каком коли­че­стве тре­бу­ется или не тре­бу­ется для обще­ства»111 .

Наконец, кри­ти­куя Родбертуса за непо­ни­ма­ние внут­рен­ней связи между зако­ном сто­и­мо­сти и коле­ба­ни­ями цен на базе кон­ку­рен­ции, Ф. Энгельс подчёркивал:

«Запретить же кон­ку­рен­ции посред­ством повы­ше­ния или пони­же­ния цен ста­вить отдель­ных про­из­во­ди­те­лей в извест­ность о состо­я­нии миро­вого рынка — зна­чит совер­шенно закрыть им глаза»112 .

Таким обра­зом, сво­бод­ная кон­ку­рен­ция рас­смат­ри­ва­ется клас­си­ками марксизма-​ленинизма как объ­ек­тивно необ­хо­ди­мая форма отно­ше­ний, в рам­ках кото­рой только и могут полу­чить раз­ви­тие все законы товар­ного про­из­вод­ства, и прежде всего закон стоимости.

Свободная кон­ку­рен­ция озна­чает также сво­боду пере­дви­же­ния про­из­во­ди­те­лей. Конкуренция про­из­во­дит такие пере­груп­пи­ровки в раз­ме­ще­нии насе­ле­ния по раз­лич­ным рай­о­нам, кото­рые необ­хо­димы для дан­ного уровня про­из­во­ди­тель­ных сил. Перемещение насе­ле­ния, сти­хий­ное рас­пре­де­ле­ние труда по раз­лич­ным родам дея­тель­но­сти про­ис­хо­дит безо вся­кого плана, по воле самих про­из­во­ди­те­лей, руко­вод­ству­ю­щихся кон­ку­рен­цией и коле­ба­ни­ями цен на рынке. Только в ходе таких пере­ме­ще­ний обес­пе­чи­ва­ется дости­же­ние той или иной про­пор­ци­о­наль­но­сти в раз­ви­тии обще­ствен­ного про­из­вод­ства. При этом неиз­бежно идёт про­цесс диф­фе­рен­ци­а­ции, разо­ре­ния одних, обо­га­ще­ния дру­гих, воз­ник­но­ве­ния и раз­ви­тия капи­та­ли­сти­че­ских отношений.

«Понятно само собою,

— писал В. И. Ленин, —

что рав­но­ве­сие между про­из­вод­ством и потреб­ле­нием (пред­ло­же­нием и спро­сом), при этих усло­виях, дости­га­ется только рядом коле­ба­ний. Более искус­ный, пред­при­им­чи­вый, силь­ный про­из­во­ди­тель уси­лится ещё более вслед­ствие этих коле­ба­ний, — сла­бый и неис­кус­ный будет раз­дав­лен ими. Обогащение немно­гих лич­но­стей и обни­ща­ние массы — таковы неиз­беж­ные след­ствия закона кон­ку­рен­ции. Дело кон­ча­ется тем, что разо­рив­ши­еся про­из­во­ди­тели теряют хозяй­ствен­ную само­сто­я­тель­ность и посту­пают наём­ными рабо­чими в рас­ши­рен­ное заве­де­ние сво­его счаст­ли­вого сопер­ника»113 .

Свободная конкуренция — специфическая форма производственных отношений товарного производства

Свободная кон­ку­рен­ция как спе­ци­фи­че­ская форма про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями по сво­ему содер­жа­нию не явля­ется ни капи­та­ли­сти­че­ской, ни фео­даль­ной, ни рабо­вла­дель­че­ской фор­мой. Она имеет своё соб­ствен­ное содер­жа­ние. Сама по себе кон­ку­рен­ция не выра­жает и не может выра­жать отно­ше­ний экс­плу­а­та­ции, ибо она есть отно­ше­ние между само­сто­я­тель­ными, неза­ви­си­мыми, обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Один обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель не экс­плу­а­ти­рует дру­гого. Если же появ­ля­ется подоб­ная экс­плу­а­та­ция, то это будет озна­чать, что исчезло отно­ше­ние обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей и их место заняло дру­гое отношение.

Отношения, выра­жа­е­мые сво­бод­ной кон­ку­рен­цией, нельзя также рас­смат­ри­вать и как отно­ше­ния сотруд­ни­че­ства между сво­бод­ными от экс­плу­а­та­ции про­из­во­ди­те­лями. Это спе­ци­фи­че­ские отно­ше­ния, кото­рые назы­ва­ются сво­бод­ной кон­ку­рен­цией. Для них харак­терна суро­вая борьба и рознь инте­ре­сов. На базе этих отно­ше­ний неиз­бежно раз­вёр­ты­ва­ется диф­фе­рен­ци­а­ция про­из­во­ди­те­лей, под­го­тав­ли­ва­ются усло­вия для воз­ник­но­ве­ния и раз­ви­тия экс­плу­а­та­тор­ских отно­ше­ний. Свободная кон­ку­рен­ция есть спе­ци­фи­че­ская форма про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, внут­ренне при­су­щая товар­ному про­из­вод­ству, порож­дён­ная им и харак­те­ри­зу­ю­щая тип отно­ше­ний между обособ­лен­ными производителями.

По мере того как раз­ви­ва­ется товар­ное про­из­вод­ство, все обособ­лен­ные про­из­во­ди­тели реши­тельно высту­пают за после­до­ва­тель­ное осу­ществ­ле­ние прин­ци­пов сво­бод­ной кон­ку­рен­ции и её юри­ди­че­ское закреп­ле­ние. Знаменитые лозунги всех бур­жу­аз­ных рево­лю­ций — «сво­бода дея­тель­но­сти», «сво­бода лич­но­сти», «невме­ша­тель­ство госу­дар­ства в эко­но­ми­че­скую жизнь», «част­ная соб­ствен­ность» — не были изоб­ре­те­нием чистого разума. Они выра­жали те объ­ек­тив­ные эко­но­ми­че­ские потреб­но­сти, кото­рые воз­никли в связи с раз­ви­тием товар­ного производства.

Экономические законы товар­ного про­из­вод­ства вхо­дили в кон­фликт с фео­даль­ной систе­мой отно­ше­ний, в рам­ках кото­рой шло раз­ви­тие товар­ного хозяй­ства. Эта система отно­ше­ний по всем пунк­там была прямо про­ти­во­по­ложна отно­ше­ниям сво­бод­ной кон­ку­рен­ции, кото­рые необ­хо­димы для функ­ци­о­ни­ро­ва­ния товар­ного производства.

Товарное про­из­вод­ство тре­бует сво­боды при­ло­же­ния и пере­ли­вов труда. Феодальное же про­из­вод­ство бази­ро­ва­лось на стро­гой регла­мен­та­ции труда и про­из­вод­ства. Производитель в первую оче­редь выпол­нял тот круг работ, кото­рый навя­зы­вался фео­да­лом. Крестьянин не мог выби­рать тот или иной вид кон­крет­ного труда, фео­дал при­нуж­дал его к тому или иному виду деятельности.

Товарное про­из­вод­ство тре­бует сво­боды пере­дви­же­ния про­из­во­ди­те­лей. Феодальное же про­из­вод­ство при­креп­ляло про­из­во­ди­те­лей к строго опре­де­лён­ному месту. Производитель был лично несво­бо­ден, под­вер­гался вне­эко­но­ми­че­скому при­нуж­де­нию. Он не мог без раз­ре­ше­ния фео­дала выехать в тот или иной район, не мог про­да­вать товары когда, где и кому хочет. Он был огра­ни­чен во всех зве­ньях своей тру­до­вой дея­тель­но­сти. И эта система отно­ше­ний нахо­ди­лась в кон­фликте с теми отно­ше­ни­ями, кото­рые объ­ек­тивно тре­бо­ва­лись для раз­ви­тия товар­ного про­из­вод­ства. Чем силь­нее втя­ги­ва­лись кре­стьяне в товарно-​денежные, рыноч­ные отно­ше­ния, тем ост­рее они чув­ство­вали ско­вы­ва­ю­щие путы фео­даль­ных отно­ше­ний. Буржуазные рево­лю­ции, про­воз­гла­сив­шие сво­боду лич­но­сти, сво­боду дея­тель­но­сти, сво­боду пере­дви­же­ния, част­ной соб­ствен­но­сти, по суще­ству при­вели к раз­ви­тию сво­бод­ной кон­ку­рен­ции, отно­ше­ний, соот­вет­ству­ю­щих внут­рен­нему строю товар­ного про­из­вод­ства и необ­хо­ди­мых для его нор­маль­ного функ­ци­о­ни­ро­ва­ния. И не слу­чайно в числе глав­ных дви­жу­щих сил этих рево­лю­ций высту­пали мно­го­мил­ли­он­ные массы мел­ких това­ро­про­из­во­ди­те­лей города и деревни, меч­тав­шие о том, чтобы покон­чить с фео­даль­ной экс­плу­а­та­цией и полу­чить воз­мож­ность для раз­ви­тия своих соб­ствен­ных хозяйств в соот­вет­ствии с тре­бо­ва­ни­ями рынка. Этим лиш­ний раз дока­зы­ва­ется, что сво­бод­ная кон­ку­рен­ция, к кото­рой при­зы­вали идео­логи бур­жу­а­зии, пред­став­ляет собой спе­ци­фи­че­ский вид про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, свой­ствен­ных только товар­ному про­из­вод­ству и ника­кому иному типу обще­ствен­ного производства.

Мы рас­смот­рели основ­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства, ука­зан­ные в рабо­тах В. И. Ленина: 1) обособ­ле­ние про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда (общая основа и сущ­ность товар­ного про­из­вод­ства), 2) про­ти­во­ре­чие между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом (основ­ное про­ти­во­ре­чие товар­ного про­из­вод­ства, 3) пре­вра­ще­ние про­дук­тов труда в товары и их осо­бая функ­ци­о­наль­ная роль, выте­ка­ю­щая из спе­ци­фи­че­ского строя товар­ного про­из­вод­ства и его основ­ного про­ти­во­ре­чия, 4) фор­ми­ро­ва­ние и раз­ви­тие неиз­вест­ного рынка, 5) гос­под­ству­ю­щая, регу­ли­ру­ю­щая роль рынка над про­из­во­ди­те­лями, 6) сво­бод­ная кон­ку­рен­ция как основ­ное свой­ство товар­ного про­из­вод­ства; 7) сти­хий­ность, анар­хич­ность, дис­про­пор­ци­о­наль­ность развития.

Все эти при­знаки рас­смат­ри­ва­ются В. И. Лениным в диа­лек­ти­че­ском един­стве. Все при­знаки раз­ви­ва­ются из одной и той же сущ­но­сти — обособ­ле­ния про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и слу­жат объ­ек­тивно необ­хо­ди­мыми фор­мами про­яв­ле­ния этой сущ­но­сти. С устра­не­нием сущ­но­сти отпа­дут и все осталь­ные при­знаки. Не все формы про­яв­ле­ния воз­ни­кают одно­вре­менно, они раз­вёр­ты­ва­ются в опре­де­лён­ной после­до­ва­тель­но­сти, отра­жая про­цесс фор­ми­ро­ва­ния обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Завершение про­цесса фор­ми­ро­ва­ния обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда свя­зано с раз­ви­тием всех отме­чен­ных форм про­яв­ле­ния. Но начало фор­ми­ро­ва­ния обособ­лен­но­сти может иметь место и при отсут­ствии неко­то­рых форм её про­яв­ле­ния. Так, напри­мер, при зарож­де­нии товар­ного обмена между двумя общи­нами налицо начало фор­ми­ро­ва­ния обособ­лен­но­сти, но ещё нет сво­бод­ной кон­ку­рен­ции, гос­под­ства рынка над про­из­во­ди­те­лями, в заро­дыше нахо­дится неиз­вест­ность рынка и основ­ное про­ти­во­ре­чие. Развитие обособ­лен­но­сти неиз­бежно ведёт к посте­пен­ному фор­ми­ро­ва­нию всех свя­зан­ных с ней форм проявления.

Мы рас­смот­рели сущ­ность и основ­ные при­знаки товар­ного про­из­вод­ства в его наи­бо­лее раз­ви­той, клас­си­че­ской форме. Такой вид оно имеет только при капи­та­лизме. В рам­ках пред­ше­ству­ю­щих фор­ма­ций мно­гие черты и при­знаки товар­ного про­из­вод­ства нахо­ди­лись в нераз­ви­той форме, а само товар­ное про­из­вод­ство суще­ство­вало лишь в каче­стве одного из укла­дов, оно не охва­ты­вало всей системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства и само играло под­чи­нён­ную роль. Лишь с пере­хо­дом к бур­жу­аз­ному строю товар­ное про­из­вод­ство при­об­ре­тает все­об­щий харак­тер и ста­но­вится осно­вой всей капи­та­ли­сти­че­ской общественно-​экономической формации.

Однако с науч­ной точки зре­ния рас­смот­ре­ние пред­мета в его раз­ви­том виде играет весьма важ­ную роль. Изучив раз­ви­тый пред­мет, легче про­сле­дить его дей­стви­тель­ную исто­рию, ибо в раз­ви­том товар­ном про­из­вод­стве, во-​первых, сохра­ня­ются лишь те его при­знаки, кото­рые внут­ренне необ­хо­димы для него и кото­рые посто­янно вос­про­из­во­дятся им как усло­вия соб­ствен­ного суще­ство­ва­ния и раз­ви­тия, а во-​вторых, в раз­ви­том товар­ном про­из­вод­стве ярко обна­ру­жи­ва­ется внут­рен­няя связь между всеми его при­зна­ками, их сопод­чи­нён­ность, что поз­во­ляет нам глубже понять исто­ри­че­ский про­цесс ста­нов­ле­ния и раз­ви­тия товар­ного производства.

Глава V. Закон стоимости — основной закон развития товарного производства

К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин об историзме категории «стоимость»

К. Маркс и Ф. Энгельс, харак­те­ри­зуя роль закона сто­и­мо­сти в товар­ном про­из­вод­стве, назы­вали его «основ­ным законом».

В работе «Анти-​Дюринг» Ф. Энгельс писал:

«…закон сто­и­мо­сти — основ­ной закон как раз товар­ного про­из­вод­ства, сле­до­ва­тельно, также и выс­шей его формы — капи­та­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства»114 .

Этого же мне­ния при­дер­жи­вался и К. Маркс115 .

В. И. Ленин в своих тру­дах прямо нигде не назы­вает закон сто­и­мо­сти «основ­ным зако­ном». Но он пол­но­стью раз­де­ляет взгляды Маркса и Энгельса на роль закона сто­и­мо­сти в товар­ном хозяй­стве. Об этом сви­де­тель­ствует кос­венно хотя бы тот факт, что Ленин, как и Маркс, рас­смат­ри­вает товар в каче­стве «эко­но­ми­че­ской кле­точки» бур­жу­аз­ного обще­ства, а товар­ное отно­ше­ние оце­ни­вает как «основ­ное» отно­ше­ние бур­жу­аз­ного обще­ства116 . Но товар­ное отно­ше­ние регу­ли­ру­ется зако­ном сто­и­мо­сти, сле­до­ва­тельно, и закон, кото­рый регу­ли­рует «основ­ное» отно­ше­ние, может быть назван основ­ным законом.

Все клас­сики марксизма-​ленинизма исхо­дят из того, что закон сто­и­мо­сти носит исто­ри­че­ский харак­тер. Он внут­ренне свя­зан с опре­де­лён­ной систе­мой про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний — товар­ным про­из­вод­ством и исче­зает вме­сте с исчез­но­ве­нием товар­ного производства.

Товарное про­из­вод­ство есть про­из­вод­ство част­ных обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных обще­ствен­ным раз­де­ле­нием труда и рын­ком. Следовательно, и закон сто­и­мо­сти суще­ствует только там, где есть дан­ный тип про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. С устра­не­нием обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда отми­рают и необ­хо­ди­мые усло­вия для дей­ствия закона сто­и­мо­сти, он исче­зает, усту­пая место дру­гим законам.

Маркс, Энгельс и Ленин со всей силой под­чёр­ки­вали исто­ризм сто­и­мо­сти и закона сто­и­мо­сти, ведя неустан­ную борьбу с попыт­ками бур­жу­аз­ных эко­но­ми­стов объ­явить сто­и­мость веч­ной кате­го­рией, при­су­щей любой форме обще­ствен­ного производства.

«Единственная сто­и­мость, кото­рую знает поли­ти­че­ская эко­но­мия,

— писал Энгельс, —

есть сто­и­мость това­ров»117 .

Но товары — это «про­дукты, про­из­ве­дён­ные в обще­стве более или менее обособ­лен­ных част­ных про­из­во­ди­те­лей»118 . Следовательно, сто­и­мость как кате­го­рия товар­ного про­из­вод­ства при­суща только такому обще­ству, где про­цесс про­из­вод­ства осу­ществ­ля­ется част­ными обособ­лен­ными производителями.

Маркс неод­но­кратно отме­чал, что сто­и­мость есть про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние, пред­став­лен­ное в вещи и высту­па­ю­щее как свой­ство вещи. Специфическая черта этого отно­ше­ния состоит в том, что про­дукты про­из­во­дятся част­ными, неза­ви­си­мыми друг от друга про­из­во­ди­те­лями, всту­па­ю­щими в обмен друг с дру­гом. Стоимость — это спе­ци­фи­че­ское свой­ство товара. А това­рами явля­ются «только про­дукты само­сто­я­тель­ных, друг от друга не зави­си­мых част­ных работ»119 . Следовательно, и у Маркса кате­го­рия сто­и­мо­сти свя­зы­ва­ется со строго опре­де­лён­ным типом про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Она суще­ствует лишь постольку, поскольку суще­ствует дан­ный тип отношений.

На этих же пози­циях стоял и В. И. Ленин. Он также свя­зы­вал кате­го­рию сто­и­мо­сти со спе­ци­фи­че­скими про­из­вод­ствен­ными отношениями.

«Стоимость,

— писал он, —

есть <…> отно­ше­ние, при­кры­тое вещ­ной обо­лоч­кой. Только с точки зре­ния системы обще­ствен­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний одной опре­де­лён­ной исто­ри­че­ской фор­ма­ции обще­ства, при­том отно­ше­ний, про­яв­ля­ю­щихся в мас­со­вом, мил­ли­арды раз повто­ря­ю­щемся явле­нии обмена, можно понять, что такое сто­и­мость»120 .

Подчёркнутые нами слова ясно пока­зы­вают, что Ленин рас­смат­ри­вает сто­и­мость как исто­ри­че­скую кате­го­рию, при­су­щую только «одной опре­де­лён­ной исто­ри­че­ской фор­ма­ции».

Мы акцен­ти­руем вни­ма­ние на исто­ризме кате­го­рии сто­и­мо­сти потому, что не только ранее в исто­рии совет­ской эко­но­ми­че­ской мысли, но и в насто­я­щее время мы ещё встре­чаем утвер­жде­ния, будто сто­и­мость и закон сто­и­мо­сти свой­ственны всем фор­ма­циям неза­ви­симо от того, суще­ствует товар­ное про­из­вод­ство или нет. В про­шлом эта мысль после­до­ва­тельно защи­ща­лась Богдановым. В наши дни в несколько изме­нён­ном виде её отста­и­вают С. Струмилин и Л. Леонтьев.

Например, С. Струмилин пола­гает, что необ­хо­димо раз­ли­чать закон сто­и­мо­сти и закон мено­вой сто­и­мо­сти. Закон мено­вой сто­и­мо­сти есть лишь одна из воз­мож­ных форм про­яв­ле­ния закона тру­до­вой сто­и­мо­сти. Эта форма при­суща только товар­ному про­из­вод­ству и носит исто­ри­че­ский харак­тер. Что каса­ется закона тру­до­вой сто­и­мо­сти, то он носит веч­ный харак­тер и при­сущ всем формациям.

«И в этой своей про­из­вод­ствен­ной функ­ции,

— пишет С. Струмилин, —

в роли регу­ля­тора тру­до­вых про­пор­ций, зна­чи­мость тру­до­вой сто­и­мо­сти благ заве­домо выхо­дит уже за рамки какой-​либо одной хозяй­ствен­ной фор­ма­ции»121 .

У С. Струмилина сто­и­мость не свя­зана с каким-​либо опре­де­лён­ным типом про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Он выво­дит необ­хо­ди­мость этой кате­го­рии не из про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, а из про­из­во­ди­тель­ных сил и потому сохра­няет её во всех фор­ма­циях, вклю­чая и ком­му­низм. Классики марксизма-​ленинизма отме­чали, что эко­но­ми­че­ские кате­го­рии — это науч­ные поня­тия, тео­ре­ти­че­ские выра­же­ния реаль­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Каждая кате­го­рия, каж­дое науч­ное поня­тие выра­жает какую-​то строго опре­де­лён­ную сто­рону реаль­ных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. И вполне понятно, что если устра­ня­ется дан­ное про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние, то теряет свой смысл и выра­жа­ю­щая его эко­но­ми­че­ская категория.

Разумеется, слово «сто­и­мость» тот или иной автор может при­ме­нять в самых раз­лич­ных смыс­лах, ого­во­рив­шись при этом, что под сто­и­мо­стью он имеет в виду опре­де­лён­ный реаль­ный круг отно­ше­ний. Запретить подоб­ное сло­во­упо­треб­ле­ние невоз­можно. Но когда клас­сики марксизма-​ленинизма вво­дили в науч­ный оби­ход то или иное науч­ное поня­тие, то они вкла­ды­вали в него строго опре­де­лён­ное содер­жа­ние и избе­гали его упо­треб­ле­ния при харак­те­ри­стике иных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Это отно­сится и к кате­го­рии «сто­и­мость».

Слово «сто­и­мость», как отме­чал Маркс, воз­никло в оби­ходе ещё задолго до того, как про­дукты труда стали това­рами. Оно упо­треб­ля­лось для харак­те­ри­стики полез­но­сти вещей, того, что сей­час в науке мы назы­ваем потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью. Возможно, слово «сто­и­мость» сохра­нится и при ком­му­низме для харак­те­ри­стики, напри­мер, коли­че­ства труда, тре­бу­ю­ще­гося для изго­тов­ле­ния тех или иных про­дук­тов. Но оба эти обсто­я­тель­ства не имеют ничего общего с эко­но­ми­че­ской кате­го­рией сто­и­мо­сти, кото­рая свя­зы­ва­ется клас­си­ками только с товар­ным про­из­вод­ством и имеет свой строго опре­де­лён­ный социально-​экономический смысл.

Критикуя бур­жу­аз­ных эко­но­ми­стов, Маркс писал:

«Единственное, что явно лежит в основе всей этой немец­кой чепухи, заклю­ча­ется в том, что слова: сто­и­мость [Wert] или досто­ин­ство [Würde] при­ме­ня­лись пер­во­на­чально к самим полез­ным вещам, кото­рые суще­ство­вали, даже в каче­стве „про­дук­тов труда“, задолго до того, как они сде­ла­лись това­рами. Но с науч­ным опре­де­ле­нием товар­ной „сто­и­мо­сти“ это имеет так же мало общего, как то обсто­я­тель­ство, что слово соль при­ме­ня­лось у древ­них наро­дов пер­во­на­чально для пова­рен­ной соли, а впо­след­ствии, со вре­мени Плиния, сахар и про­чие тела фигу­ри­руют как раз­но­вид­но­сти соли {indeed все бес­цвет­ные твёр­дые тела, рас­тво­ри­мые в воде и обла­да­ю­щие спе­ци­фи­че­ским вку­сом}, поэтому это обсто­я­тель­ство не озна­чает, что хими­че­ская кате­го­рия „соль“ вклю­чает в себя сахар и т. п.»122

Маркс под­чёр­ки­вает, что слово «сто­и­мость» и «науч­ное опре­де­ле­ние товар­ной „сто­и­мо­сти“» — далеко не одно и тоже. В своих рабо­тах он обсто­я­тельно рас­кры­вает науч­ное поня­тие сто­и­мо­сти, выра­жа­ю­щей спе­ци­фи­че­ский круг реаль­ных про­из­вод­ствен­ных отношений.

Основные черты закона стоимости

Подобно тому как при харак­те­ри­стике товар­ного про­из­вод­ства и товара клас­сики марксизма-​ленинизма не огра­ни­чи­ва­лись каким-​то одним опре­де­ле­нием, а давали ком­плекс опре­де­ле­ний, внут­ренне свя­зан­ных друг с дру­гом, так и при харак­те­ри­стике закона сто­и­мо­сти они ука­зы­вают на целый ряд его при­зна­ков, дают мно­же­ство опре­де­ле­ний, доби­ва­ясь все­сто­рон­но­сти ана­лиза. В сово­куп­но­сти опре­де­ле­ний они вскры­вают самое глав­ное, суще­ствен­ное, отме­чают вто­ро­сте­пен­ное или про­из­вод­ное, пока­зы­вают сущ­ность закона сто­и­мо­сти и формы его про­яв­ле­ния, уста­нав­ли­вают стро­гую сопод­чи­нён­ность между всеми его при­зна­ками. И было бы гру­бой ошиб­кой, если бы мы взяли какое-​то одно из опре­де­ле­ний закона сто­и­мо­сти, абсо­лю­ти­зи­ро­вали его и выдали за един­ственно воз­мож­ное. Так, напри­мер, в рабо­тах Маркса, Энгельса и Ленина закон сто­и­мо­сти нередко харак­те­ри­зу­ется как закон обмена това­рами в соот­вет­ствии с коли­че­ством вопло­щён­ного в них обще­ственно необ­хо­ди­мого, абстракт­ного труда. Это опре­де­ле­ние легко усва­и­ва­ется, запо­ми­на­ется. Оно харак­те­ри­зует одну из важ­ных сто­рон закона сто­и­мо­сти. Но если мы огра­ни­чимся только этим опре­де­ле­нием, то неиз­бежно полу­чим одно­бо­кое, одно­сто­рон­нее осве­ще­ние важ­ного закона товар­ного производства.

Закон сто­и­мо­сти не есть только закон обмена. Он, прежде всего, закон про­из­вод­ства. Он охва­ты­вает своим дей­ствием весь про­цесс обще­ствен­ного вос­про­из­вод­ства, вклю­чая все его фазы (про­из­вод­ство, рас­пре­де­ле­ние, обмен и потреб­ле­ние). Ограничить закон сто­и­мо­сти только рам­ками обмена — зна­чит дать поверх­ност­ную его характеристику.

Маркс, Энгельс и Ленин неустанно под­чёр­ки­вали, что все эко­но­ми­че­ские законы явля­ются зако­нами обще­ствен­ного про­из­вод­ства в целом, а не его отдель­ных фаз. Они реши­тельно воз­ра­жали про­тив попы­ток деле­ния эко­но­ми­че­ских зако­нов на само­сто­я­тель­ные законы про­из­вод­ства, законы рас­пре­де­ле­ния, законы обмена и законы потреб­ле­ния. Все эко­но­ми­че­ские законы порож­да­ются спе­ци­фи­че­ским строем обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Они могут иметь свои спе­ци­фи­че­ские формы про­яв­ле­ния в сфере рас­пре­де­ле­ния, обмена и потреб­ле­ния, но это не озна­чает, что могут быть само­сто­я­тель­ные законы обмена, рас­пре­де­ле­ния и потреб­ле­ния, неза­ви­си­мые от про­из­вод­ства и порож­да­е­мые не про­из­вод­ством, а именно каж­дой из фаз обще­ствен­ного вос­про­из­вод­ства в отдель­но­сти. И с этой точки зре­ния харак­те­ри­стика закона сто­и­мо­сти только как закона обмена вхо­дит в кон­фликт с мето­до­ло­гией марксизма-​ленинизма, тре­бу­ю­щей исхо­дить из опре­де­ля­ю­щей роли про­из­вод­ства. Категории «сто­и­мость» и «закон сто­и­мо­сти» есть прежде всего кате­го­рии про­из­вод­ства, их сущ­ность сле­дует искать в про­из­вод­стве, в спе­ци­фике про­из­вод­ствен­ных отношений.

В сово­куп­но­сти опре­де­ле­ний закона сто­и­мо­сти клас­сики марксизма-​ленинизма все­гда выдви­гали на пер­вый план его осо­бую роль в про­цессе про­из­вод­ства. Закон сто­и­мо­сти, с их точки зре­ния, это прежде всего закон, регу­ли­ру­ю­щий раз­ви­тие товар­ного про­из­вод­ства в целом. Его основ­ная функ­ция состоит в рас­пре­де­ле­нии труда и средств про­из­вод­ства по раз­лич­ным отрас­лям в соот­вет­ствии с объ­ё­мом пла­тё­же­спо­соб­ных потреб­но­стей. Через закон сто­и­мо­сти дости­га­ется та или иная про­пор­ци­о­наль­ность в раз­ви­тии товар­ного хозяйства.

Закон сто­и­мо­сти свя­зы­ва­ется клас­си­ками марксизма-​ленинизма с основ­ным про­ти­во­ре­чием товар­ного про­из­вод­ства между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом и рас­смат­ри­ва­ется ими как спе­ци­фи­че­ская обще­ствен­ная форма раз­ре­ше­ния этого про­ти­во­ре­чия. Он порож­да­ется основ­ным про­ти­во­ре­чием и именно для того, чтобы спе­ци­фи­че­ским обра­зом раз­ре­шить это противоречие.

Закон сто­и­мо­сти харак­те­ри­зу­ется как сти­хий­ный регу­ля­тор товар­ного про­из­вод­ства, дей­ству­ю­щий за спи­ной това­ро­про­из­во­ди­те­лей и не под­да­ю­щийся какому-​либо пла­но­вому воз­дей­ствию, про­яв­ля­ю­щийся как сле­пая, раз­ру­ши­тель­ная Сила.

Закон сто­и­мо­сти при­зван обес­пе­чить ту или иную про­пор­ци­о­наль­ность в бес­пла­ново раз­ви­ва­ю­щемся обще­стве част­ных про­из­во­ди­те­лей. Он выпол­няет эту функ­цию, но уже после того, как част­ные про­из­во­ди­тели про­из­вели по соб­ствен­ному усмот­ре­нию про­дукты и вынесли их на рынок. Что нужно про­из­во­дить и в каком коли­че­стве, в какой сфере обще­ствен­ного про­из­вод­ства при­ло­жить свой труд, они узнают только через рынок.

Совокупность пере­чис­лен­ных выше момен­тов ярко под­чёрк­нута Марксом:

«В ману­фак­туре желез­ный закон строго опре­де­лён­ных про­пор­ций и отно­ше­ний рас­пре­де­ляет рабо­чие массы между раз­лич­ными функ­ци­ями; наобо­рот, при­хот­ли­вая игра слу­чая и про­из­вола опре­де­ляет собой рас­пре­де­ле­ние това­ро­про­из­во­ди­те­лей и средств их про­из­вод­ства между раз­лич­ными отрас­лями обще­ствен­ного труда. Правда, раз­лич­ные сферы про­из­вод­ства посто­янно стре­мятся к рав­но­ве­сию, потому что, с одной сто­роны, каж­дый това­ро­про­из­во­ди­тель дол­жен про­из­во­дить потре­би­тель­ную сто­и­мость, т. е. удо­вле­тво­рять опре­де­лён­ной обще­ствен­ной потреб­но­сти, — при­чём раз­меры этих потреб­но­стей коли­че­ственно раз­личны и раз­лич­ные потреб­но­сти внут­ренне свя­заны между собой в одну есте­ствен­ную систему, — с дру­гой сто­роны, закон сто­и­мо­сти това­ров опре­де­ляет, какую часть нахо­дя­ще­гося в его рас­по­ря­же­нии рабо­чего вре­мени обще­ство в состо­я­нии затра­тить на про­из­вод­ство каж­дого дан­ного вида товара. Однако эта посто­ян­ная тен­ден­ция раз­лич­ных сфер про­из­вод­ства к рав­но­ве­сию явля­ется лишь реак­цией про­тив посто­ян­ного нару­ше­ния этого рав­но­ве­сия. Правило, дей­ству­ю­щее при раз­де­ле­нии труда внутри мастер­ской a priori [зара­нее] и пла­но­мерно, при раз­де­ле­нии труда внутри обще­ства дей­ствует лишь a posteriori [зад­ним чис­лом], как внут­рен­няя, сле­пая есте­ствен­ная необ­хо­ди­мость, пре­одо­ле­ва­ю­щая бес­по­ря­доч­ный про­из­вол това­ро­про­из­во­ди­те­лей и вос­при­ни­ма­е­мая только в виде баро­мет­ри­че­ских коле­ба­ний рыноч­ных цен»123 .

Маркс гово­рит о том, что закон сто­и­мо­сти при­зван обес­пе­чить рав­но­ве­сие, про­пор­ци­о­наль­ность в обще­стве част­ных, обособ­лен­ных това­ро­про­из­во­ди­те­лей, что он дей­ствует сти­хийно, как сле­пая раз­ру­ши­тель­ная сила. Здесь отме­чен и новый момент, а именно, что закон сто­и­мо­сти дей­ствует и про­яв­ляет себя через «баро­мет­ри­че­ское коле­ба­ние рыноч­ных цен».

Классики марксизма-​ленинизма еди­но­душно под­чёр­ки­вали, что коле­ба­ние цен вокруг сто­и­мо­сти явля­ется обя­за­тель­ным при­зна­ком закона сто­и­мо­сти, что без этих коле­ба­ний закон сто­и­мо­сти не может дей­ство­вать и выпол­нять своей регу­ли­ру­ю­щей роли в сфере производства.

Закон сто­и­мо­сти харак­те­ри­зу­ется далее как спе­ци­фи­че­ская форма выра­же­ния затрат труда на про­из­вод­ство товара. Стоимость, ука­зы­вал Маркс, «есть лишь опре­де­лён­ный обще­ствен­ный спо­соб выра­жать труд, затра­чен­ный на про­из­вод­ство вещи»124 . Специфика этой формы выра­же­ния состоит в том, что, во-​первых, затраты обще­ствен­ного труда выра­жа­ются не в часах рабо­чего вре­мени, а кос­венно, через мено­вые про­пор­ции обмена; во-​вторых, учёт обще­ствен­ного труда осу­ществ­ля­ется сти­хийно, за спи­ной про­из­во­ди­те­лей не в сфере непо­сред­ствен­ного про­из­вод­ства, а на рынке, в про­цессе обмена. Хотя сто­и­мость созда­ётся в про­из­вод­стве, про­яв­ля­ется она лишь в сфере обмена и только через рынок и цены това­ров каж­дый узнаёт, какова обще­ствен­ная оценка, обще­ствен­ная зна­чи­мость его труда.

Тот спе­ци­фи­че­ский спо­соб, каким закон сто­и­мо­сти учи­ты­вает, изме­ряет и рас­пре­де­ляет обще­ствен­ный труд по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства, нераз­рывно свя­зан с социально-​экономическими послед­стви­ями дво­я­кого харак­тера. С одной сто­роны, неиз­бежно идёт про­цесс диф­фе­рен­ци­а­ции това­ро­про­из­во­ди­те­лей ввиду про­ти­во­ре­чия между инди­ви­ду­аль­ным и обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом и коле­ба­ни­ями цен вокруг сто­и­мо­сти. С дру­гой сто­роны, в силу тех же обсто­я­тельств обес­пе­чи­ва­ется более быст­рое раз­ви­тие про­из­во­ди­тель­ных сил обще­ства, ибо закон сто­и­мо­сти застав­ляет всех ста­но­виться на путь тех­ни­че­ских усо­вер­шен­ство­ва­ний, роста про­из­во­ди­тель­но­сти труда. Одних при­нуж­дает к этому угроза разо­ре­ния, дру­гих сти­му­ли­рует воз­мож­ность полу­че­ния допол­ни­тель­ных дохо­дов в связи с повы­ше­нием про­из­во­ди­тель­но­сти труда и сни­же­нием инди­ви­ду­аль­ной сто­и­мо­сти по срав­не­нию с общественной.

Регулируя про­пор­ции рас­пре­де­ле­ния труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства, закон сто­и­мо­сти в то же время регу­ли­рует и мено­вые про­пор­ции обмена. Но при этом важно отме­тить, что про­пор­ции обмена явля­ются про­из­вод­ными от про­из­вод­ствен­ных про­пор­ций, а не наобо­рот. Хотя они и могут ока­зы­вать обрат­ное вли­я­ние на про­из­вод­ствен­ные про­пор­ции, тем не менее в своём дви­же­нии они под­чи­нены про­пор­циям про­из­вод­ства и опре­де­ля­ются ими.

Нередко в лите­ра­туре утвер­жда­ется, что глав­ное тре­бо­ва­ние закона сто­и­мо­сти состоит в обес­пе­че­нии экви­ва­лент­но­сти обмена. Если цены не соот­вет­ствуют сто­и­мо­сти, то налицо «нару­ше­ние тре­бо­ва­ний закона стоимости».

Маркс в «Капитале» исхо­дит из равен­ства спроса и пред­ло­же­ния, а соот­вет­ственно из пред­по­сылки, что цены равны сто­и­мо­сти това­ров. Этот науч­ный приём весьма важен для иссле­до­ва­ния закона сто­и­мо­сти в его наи­бо­лее чистом виде, для выяв­ле­ния суб­стан­ции сто­и­мо­сти, её вели­чины и формы сто­и­мо­сти. Но Маркс отнюдь не утвер­ждает этим, что только равен­ство цен сто­и­мо­стям соот­вет­ствует тре­бо­ва­ниям закона сто­и­мо­сти, а откло­не­ния цен от сто­и­мо­сти нару­шают эти тре­бо­ва­ния. Напротив, в целом ряде работ он под­чёр­ки­вал, что коле­ба­ние цен вокруг сто­и­мо­сти — это обя­за­тель­ный при­знак самого закона сто­и­мо­сти, не нару­ше­ние его, а един­ствен­ная форма, посред­ством кото­рой он только и может дей­ство­вать. Соответствие цены сто­и­мо­сти рас­смат­ри­ва­ется им как ред­кий, исклю­чи­тель­ный слу­чай в прак­тике товар­ного про­из­вод­ства. Можно гово­рить лишь о тен­ден­ции в этом направ­ле­нии и о том, что сто­и­мость явля­ется цен­тром, вокруг кото­рого колеб­лются цены. Но непра­во­мерно утвер­ждать, будто откло­не­ние цен от сто­и­мо­сти есть «нару­ше­ние» тре­бо­ва­ния закона сто­и­мо­сти. В реаль­ной дей­стви­тель­но­сти товар­ного про­из­вод­ства цены почти нико­гда не сов­па­дают со сто­и­мо­стью. И. Маркс писал:

«…воз­мож­ность коли­че­ствен­ного несов­па­де­ния цены с вели­чи­ной сто­и­мо­сти, или воз­мож­ность откло­не­ния цены от вели­чины сто­и­мо­сти, заклю­чена уже в самой форме цены. И это не явля­ется недо­стат­ком этой формы, — наобо­рот, именно эта отли­чи­тель­ная черта делает её адек­ват­ной фор­мой такого спо­соба про­из­вод­ства, при кото­ром пра­вило может про­кла­ды­вать себе путь сквозь бес­по­ря­доч­ный хаос только как слепо дей­ству­ю­щий закон сред­них чисел»125 .

В каче­стве суще­ствен­ного при­знака закона сто­и­мо­сти клас­сики марксизма-​ленинизма назы­вали ове­ществ­ле­ние про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний и гос­под­ству­ю­щую роль вещей над людьми. Закон сто­и­мо­сти нераз­рывно свя­зан с товар­ным фети­шиз­мом и неот­де­лим от него. Стоимость, по Марксу, есть ове­ществ­лён­ное про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние. И именно поэтому она неот­де­лима от гос­под­ству­ю­щей роли вещей над людьми.

Поскольку отно­ше­ния между людьми опо­сред­ству­ются отно­ше­ни­ями между вещами, а не высту­пают как непо­сред­ствен­ные отно­ше­ния между людьми, постольку неиз­бежно гос­под­ство вещей над людьми и свя­зан­ные с этим объ­ек­тив­ные и субъ­ек­тив­ные формы товар­ного фети­шизма. Характер заня­тий, уро­вень бла­го­со­сто­я­ния людей, выбор ими про­фес­сии, спе­ци­а­ли­за­ции и даже места житель­ства зави­сят от вещей, от их сто­и­мо­сти и цен. Падение или повы­ше­ние цен вызы­вает те или иные пере­ливы труда, те или иные пере­движки насе­ле­ния, тот или иной уро­вень их дохо­дов. Люди дви­жутся вслед за дви­же­нием вещей, а не наобо­рот. Ведь сто­и­мость това­ров и их цены зави­сят от сло­жив­ше­гося рас­пре­де­ле­ния труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства, от уровня про­из­во­ди­тель­но­сти труда, от коли­че­ства про­из­во­ди­мых това­ров и т. д. Эти моменты не под­кон­трольны отдель­ным про­из­во­ди­те­лям, дей­ствуют неза­ви­симо от их воли, за их спи­ной, про­яв­ля­ясь лишь через коле­ба­ния цен. Изменения в обще­ствен­ных отно­ше­ниях обна­ру­жи­ва­ются через пове­де­ние това­ров на рынке, через их цены. Всякие пере­груп­пи­ровки в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда вызы­вают изме­не­ние мено­вых про­пор­ций обмена. Меновая сто­и­мость в своих коле­ба­ниях отра­жает раз­лич­ные ком­би­на­ции в системе отно­ше­ний между част­ными обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями. Следовательно, сто­и­мость и её формы есть не что иное, как пред­став­лен­ное в вещи и высту­па­ю­щее как свой­ство вещи про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние. Это ове­ществ­лён­ное отно­ше­ние, при­во­дя­щее с неиз­беж­но­стью к гос­под­ству­ю­щей роли вещей над про­из­во­ди­те­лями. Поэтому не может быть закона сто­и­мо­сти, кото­рый бы не был свя­зан с товар­ным фетишизмом.

В чём заключается самая глубокая сущность закона стоимости?

В нашу задачу не вхо­дит рас­смот­ре­ние всех аспек­тов дей­ствия закона сто­и­мо­сти. Этот вопрос более детально осве­щён в нашей спе­ци­аль­ной работе126 . Здесь же необ­хо­димо выяс­нить, какой из пере­чис­лен­ных при­зна­ков закона сто­и­мо­сти явля­ется наи­бо­лее важ­ным, наи­бо­лее суще­ствен­ным, где нахо­дится сущ­ность этого закона, из кото­рой с неиз­беж­но­стью раз­ви­ва­ются все осталь­ные формы проявления.

Одни эко­но­ми­сты пола­гают, что глав­ное содер­жа­ние закона сто­и­мо­сти и его сущ­ность состоят в обес­пе­че­нии им экви­ва­лент­но­сти обмена това­рами в соот­вет­ствии с коли­че­ством вопло­щён­ного в них обще­ственно необ­хо­ди­мого, абстракт­ного труда. Они ссы­ла­ются при этом на мно­го­чис­лен­ные выска­зы­ва­ния Маркса, Энгельса и Ленина, в кото­рых ярко под­чёрк­нута именно эта сто­рона закона стоимости.

Другие пола­гают, что самая глу­бо­кая сущ­ность закона сто­и­мо­сти состоит в том, что он пред­став­ляет собой осо­бую обще­ствен­ную форму учёта и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства, выпол­няет функ­ции регу­ля­тора обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Регулирование мено­вых про­пор­ций рас­смат­ри­ва­ется ими как про­из­вод­ное от пер­вого. Закон сто­и­мо­сти регу­ли­рует и про­пор­ции про­из­вод­ства, и про­пор­ции обмена. Причём про­пор­ции обмена есть обо­рот­ная сто­рона про­пор­ций про­из­вод­ства, их отра­же­ние в сфере обмена.

Первые счи­тают, что закон сто­и­мо­сти может суще­ство­вать, даже если он регу­ли­рует только мено­вые про­пор­ции, не регу­ли­руя про­из­вод­ствен­ные про­пор­ции. Вторые пола­гают, что закон сто­и­мо­сти вообще не может регу­ли­ро­вать про­пор­ции обмена, если он одно­вре­менно не регу­ли­рует рас­пре­де­ле­ние труда и средств про­из­вод­ства по раз­лич­ным отрас­лям, если он не регу­ли­рует про­из­вод­ствен­ные пропорции.

Первая группа эко­но­ми­стов пола­гает, что в сфере про­из­вод­ства может дей­ство­вать один закон, регу­ли­ру­ю­щий про­из­вод­ствен­ные про­пор­ции, а в сфере обмена — дру­гой, регу­ли­ру­ю­щий мено­вые про­пор­ции. Наиболее ярко этот взгляд выра­жен в работе Сталина «Экономические про­блемы соци­а­лизма в СССР», где ука­зы­ва­ется, что при соци­а­лизме роль регу­ля­тора про­из­вод­ствен­ных про­пор­ций выпол­няет закон пла­но­мер­ного про­пор­ци­о­наль­ного раз­ви­тия, а роль регу­ля­тора мено­вых про­пор­ций — закон сто­и­мо­сти. В сфере про­из­вод­ства дей­ствует один закон, в сфере обмена — дру­гой. Регулирование про­из­вод­ствен­ных про­пор­ций отры­ва­ется от регу­ли­ро­ва­ния мено­вых про­пор­ций и выпол­ня­ется как бы раз­лич­ными эко­но­ми­че­скими законами.

Другая группа эко­но­ми­стов высту­пает про­тив такого поло­же­ния, когда один закон управ­ляет про­из­вод­ством, а дру­гой — обме­ном. Закон, кото­рый управ­ляет про­из­вод­ством, с неиз­беж­но­стью дол­жен регу­ли­ро­вать и мено­вые про­пор­ции, иначе он не смо­жет регу­ли­ро­вать и про­из­вод­ствен­ных про­пор­ций. Если закон сто­и­мо­сти не регу­ли­рует про­из­вод­ствен­ных про­пор­ций, то он не может регу­ли­ро­вать и мено­вых отно­ше­ний. Этот взгляд осо­бенно ярко выра­жен в рабо­тах С. Г. Струмилина.

«Тот, кто взду­мал бы, скажем,

— пишет он, —

пла­ни­ро­вать цены по одному „депар­та­менту“, а про­из­вод­ствен­ные про­пор­ции — по дру­гому, не доби­ва­ясь пол­ного соот­вет­ствия мено­вых про­пор­ций про­из­вод­ствен­ным, напло­дил бы лишь весьма непри­ят­ную „нераз­бе­риху“ и излиш­ние про­счёты в той и в дру­гой обла­сти. Именно поэтому нельзя „закон сто­и­мо­сти“ и „закон пла­но­мерно про­пор­ци­о­наль­ного раз­ви­тия“ в усло­виях соци­а­лизма про­ти­во­по­став­лять друг другу, как два раз­лич­ных закона. Требования их тож­де­ственны, ибо нельзя регу­ли­ро­вать мено­вые про­пор­ции, не воз­дей­ствуя на про­из­вод­ствен­ные, и, обратно, невоз­можно уста­нав­ли­вать про­из­вод­ствен­ные про­пор­ции без того, чтобы это не отра­зи­лось на сто­и­мо­сти или откло­не­нии цен от сто­и­мо­сти. Поэтому до тех пор, пока сохра­ня­ется ещё товар­ное про­из­вод­ство и свой­ствен­ный ему закон сто­и­мо­сти, за ним сле­дует при­знать всю пол­ноту его дей­ствия»127 .

Таким обра­зом, по мне­нию С. Струмилина, при­зна­ние дей­ствия закона сто­и­мо­сти нераз­рывно свя­зано и с при­зна­нием его регу­ли­ру­ю­щей роли в про­из­вод­стве. Если же этот закон не дей­ствует в про­из­вод­стве, то нет ника­ких осно­ва­ний и для того, чтобы при­зна­вать его регу­ли­ру­ю­щую роль в обмене.

Эта точка зре­ния С. Г. Струмилина пло­до­творна и соот­вет­ствует взгля­дам Маркса, Энгельса и Ленина на сущ­ность закона сто­и­мо­сти и его основ­ные функ­ции. Если мы обра­тимся к тру­дам клас­си­ков марксизма-​ленинизма, то уви­дим, что у них с осо­бен­ной силой под­чёрк­нута именно эта сто­рона вопроса.

В. И. Ленин реко­мен­до­вал для пра­виль­ного пони­ма­ния тео­рии сто­и­мо­сти Маркса поль­зо­ваться его зна­ме­ни­тым пись­мом к Кугельману от 11 июля 1868 г. Характеризуя тео­ре­ти­че­ское зна­че­ние этого письма, В. И. Ленин писал:

«Выдающийся инте­рес, с точки зре­ния более пол­ного и глу­бо­кого уяс­не­ния марк­сизма, пред­став­ляет письмо от 11 июля 1868 г. Маркс изла­гает здесь, в форме поле­ми­че­ских заме­ча­ний про­тив вуль­гар­ных эко­но­ми­стов, чрез­вы­чайно отчёт­ливо своё пони­ма­ние так назы­ва­е­мой „тру­до­вой“ тео­рии сто­и­мо­сти. Именно те воз­ра­же­ния про­тив тео­рии сто­и­мо­сти Маркса, кото­рые всего есте­ствен­нее воз­ни­кают у наи­ме­нее под­го­тов­лен­ных чита­те­лей „Капитала“ и кото­рые всего усерд­нее под­хва­ты­ва­ются поэтому дюжин­ными пред­ста­ви­те­лями „про­фес­сор­ской“, бур­жу­аз­ной „науки“, — разо­браны здесь Марксом коротко, про­сто, заме­ча­тельно ясно. Маркс пока­зы­вает здесь, каким путём он шёл и каким путём надо идти к объ­яс­не­нию закона сто­и­мо­сти. Он учит, на при­мере самых обы­ден­ных воз­ра­же­ний, сво­ему методу.
<…>
Остаётся поже­лать, чтобы вся­кий, начи­на­ю­щий изу­чать Маркса и читать „Капитал“, читал и пере­чи­ты­вал назван­ное нами письмо вме­сте с шту­ди­ро­ва­нием пер­вых и наи­бо­лее труд­ных глав „Капитала“»
128 .

Письмо Маркса к Кугельману напи­сано после выхода в свет I тома «Капитала», когда появи­лись уже пер­вые отклики на этот труд. И как пока­зали эти пер­вые отклики, мно­гие не поняли суще­ства марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти. Автор одной из рецен­зий упре­кал Маркса в том, что он «не дока­зал» поня­тия сто­и­мо­сти. Именно в связи с этой рецен­зией Маркс и разъ­яс­няет в письме к Кугельману свои исход­ные мето­до­ло­ги­че­ские и тео­ре­ти­че­ские пози­ции для пра­виль­ного пони­ма­ния стоимости.

Прежде всего Маркс под­чёр­ки­вает, что при любом типе обще­ствен­ного про­из­вод­ства суще­ствует глу­бо­кая необ­хо­ди­мость в про­пор­ци­о­наль­но­сти между раз­лич­ными отрас­лями про­из­вод­ства. Эту необ­хо­ди­мость про­пор­ци­о­наль­но­сти он назы­вает «зако­ном при­роды», кото­рый не может быть устра­нён ни при какой форме обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Те или иные спо­собы про­из­вод­ства могут изме­нить форму про­яв­ле­ния этой необ­хо­ди­мо­сти, но они не могут устра­нить её существа.

«Всякий ребё­нок знает,

— писал Маркс, —

что каж­дая нация погибла бы, если бы она при­оста­но­вила работу не то что на год, а хотя бы на несколько недель. Точно так же известно всем, что для соот­вет­ству­ю­щих раз­лич­ным мас­сам потреб­но­стей масс про­дук­тов тре­бу­ются раз­лич­ные и коли­че­ственно опре­де­лён­ные массы обще­ствен­ного сово­куп­ного труда. Очевидно само собой, что эта необ­хо­ди­мость рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда в опре­де­лён­ных про­пор­циях никоим обра­зом не может быть уни­что­жена опре­де­лён­ной фор­мой обще­ствен­ного про­из­вод­ства, — изме­ниться может лишь форма её про­яв­ле­ния. Законы при­роды вообще не могут быть уни­что­жены. Измениться, в зави­си­мо­сти от исто­ри­че­ски раз­лич­ных состо­я­ний обще­ства, может лишь форма, в кото­рой эти законы про­кла­ды­вают себе путь»129 .

Это поло­же­ние Маркса слу­жит исход­ным с мето­до­ло­ги­че­ской точки зре­ния для пра­виль­ного пони­ма­ния закона сто­и­мо­сти. Он начи­нает иссле­до­ва­ние с про­из­вод­ства, выяв­ляет объ­ек­тив­ную необ­хо­ди­мость про­пор­ци­о­наль­но­сти в самом про­из­вод­стве и уже из этой необ­хо­ди­мо­сти выво­дит ту или иную форму её про­яв­ле­ния. Закон про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства Маркс назы­вает здесь «зако­ном при­роды», а не «эко­но­ми­че­ским зако­ном». Почему?

Дело в том, что эко­но­ми­че­ские законы есть законы, в кото­рых выра­жено един­ство про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Закон же про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда выте­кает только из про­из­во­ди­тель­ных сил, его необ­хо­ди­мость дик­ту­ется тем, что вся­кое обще­ствен­ное про­из­вод­ство пред­по­ла­гает ту или иную сово­куп­ность про­из­во­ди­тель­ных сил, соот­вет­ству­ю­щую ей систему обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда с соот­вет­ству­ю­щими про­пор­ци­ями рас­пре­де­ле­ния труда. Необходимость про­пор­ци­о­наль­но­сти, сле­до­ва­тельно, вырас­тает прямо из состо­я­ния про­из­во­ди­тель­ных сил обще­ства. И она сохра­ня­ется при любом типе про­из­вод­ствен­ных отношений.

Но эта объ­ек­тив­ная необ­хо­ди­мость по-​разному реа­ли­зу­ется в раз­ных общественно-​экономических фор­ма­циях. Каждая система про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний по-​своему обес­пе­чи­вает дости­же­ние про­пор­ци­о­наль­но­сти. Политическая эко­но­мия изу­чает именно те спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ские эко­но­ми­че­ские формы, посред­ством кото­рых реально осу­ществ­ля­ется про­пор­ци­о­наль­ность при том или ином спо­собе про­из­вод­ства. И с этой точки зре­ния закон сто­и­мо­сти высту­пает как одна из исто­ри­че­ских форм реа­ли­за­ции этой необ­хо­ди­мо­сти. Эта форма при­суща только товар­ному про­из­вод­ству. Экономический закон сто­и­мо­сти есть закон обес­пе­че­ния про­пор­ци­о­наль­но­сти в усло­виях, когда про­цесс про­из­вод­ства осу­ществ­ля­ется част­ными обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Необходимость дости­же­ния про­пор­ци­о­наль­но­сти суще­ствует и при соци­а­лизме, будет суще­ство­вать и при ком­му­низме. В усло­виях соци­а­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний она реа­ли­зу­ется по-​иному. При соци­а­лизме эко­но­ми­че­ским зако­ном осу­ществ­ле­ния про­пор­ци­о­наль­но­сти явля­ется закон пла­но­мер­ного раз­ви­тия, кото­рый выпол­няет те же функ­ции, что и закон сто­и­мо­сти: учи­ты­вает и рас­пре­де­ляет обще­ствен­ный труд по раз­лич­ным отрас­лям. Но выпол­няет он эти функ­ции иным обще­ствен­ным спо­со­бом. В законе пла­но­мер­ного раз­ви­тия выра­жено иное соче­та­ние про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, чем в законе сто­и­мо­сти, хотя каж­дый из них порож­дён одной и той же необ­хо­ди­мо­стью — про­пор­ци­о­наль­но­стью рас­пре­де­ле­ния труда.

Мы пол­но­стью согласны с утвер­жде­нием С. Струмилина, что функ­ции закона сто­и­мо­сти и функ­ции закона пла­но­мер­ного раз­ви­тия тож­де­ственны. Мы не согласны лишь с тем, что С. Струмилин рас­смат­ри­вает сто­и­мость как веч­ную кате­го­рию, при­су­щую всем общественно-​экономическим фор­ма­циям. То, что Маркс назы­вает зако­ном про­пор­ци­о­наль­но­сти, С. Струмилин — зако­ном сто­и­мо­сти. Исходя из поло­же­ния Маркса о том, что закон про­пор­ци­о­наль­но­сти дей­ствует во всех фор­ма­циях, он и делает вывод, что закон сто­и­мо­сти при­сущ всем фор­ма­циям и меняет лишь форму сво­его про­яв­ле­ния. С его точки зре­ния, закон пла­но­мер­ного, про­пор­ци­о­наль­ного раз­ви­тия при соци­а­лизме есть лишь форма про­яв­ле­ния закона стоимости.

Нам пред­став­ля­ется, что из при­ве­дён­ных выше выска­зы­ва­ний Маркса подоб­ный вывод не сле­дует. У Маркса речь идёт о том, что во всех фор­ма­циях суще­ствует необ­хо­ди­мость про­пор­ци­о­наль­но­сти, что эта необ­хо­ди­мость явля­ется «зако­ном при­роды», но это ещё не есть закон сто­и­мо­сти. Закон сто­и­мо­сти — это одна из исто­ри­че­ских форм про­яв­ле­ния этой необ­хо­ди­мо­сти, а закон пла­но­мер­ного раз­ви­тия — дру­гая обще­ствен­ная форма про­яв­ле­ния той же необ­хо­ди­мо­сти. Поскольку закон сто­и­мо­сти и закон пла­но­мер­ного раз­ви­тия при­званы решать одну и ту же задачу, реа­ли­зо­вать одну и ту же необ­хо­ди­мость, их функ­ции тож­де­ственны. Но отсюда не сле­дует вывод о тож­де­ствен­но­сти этих эко­но­ми­че­ских зако­нов, ибо каж­дый из них решает эту задачу по-​разному, при иных про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ниях и с иным кру­гом социально-​экономических следствий.

Закон сто­и­мо­сти и закон пла­но­мер­ного раз­ви­тия — это два раз­лич­ных эко­но­ми­че­ских закона, выра­жа­ю­щих раз­лич­ное един­ство про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, при­су­щих раз­лич­ным типам обще­ствен­ного производства.

В письме к Кугельману Маркс ука­зы­вал, что мено­вая сто­и­мость това­ров — это спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ская форма про­яв­ле­ния закона про­пор­ци­о­наль­но­сти, при­су­щая только товар­ному про­из­вод­ству, а то, что отно­сится к мено­вой сто­и­мо­сти, на наш взгляд, при­ме­нимо и к сто­и­мо­сти, ибо мено­вая сто­и­мость, по Марксу, есть не что иное, как форма стоимости.

«А форма,

— пишет Маркс, —

в кото­рой про­кла­ды­вает себе путь это про­пор­ци­о­наль­ное рас­пре­де­ле­ние труда, при том состо­я­нии обще­ства, когда связь обще­ствен­ного труда суще­ствует в виде част­ного обмена инди­ви­ду­аль­ных про­дук­тов труда, — эта форма и есть мено­вая сто­и­мость этих про­дук­тов»130 .

Меновая сто­и­мость рас­смат­ри­ва­ется как форма про­яв­ле­ния закона «про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда», с одной сто­роны, и как спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ская форма, при­су­щая лишь строю част­ных про­из­во­ди­те­лей, с дру­гой сто­роны. Меновая сто­и­мость высту­пает как кате­го­рия, харак­те­ри­зу­ю­щая спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­ское един­ство про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отношений.

С. Струмилин счи­тает, что только мено­вая сто­и­мость явля­ется исто­ри­че­ской кате­го­рией. Что каса­ется сто­и­мо­сти, под кото­рой он пони­мает про­пор­ци­о­наль­ное рас­пре­де­ле­ние труда, то она не отно­сится к числу исто­ри­че­ских кате­го­рий и суще­ствует во всех фор­ма­циях131 . С. Струмилин ссы­ла­ется при этом на то же письмо Маркса к Кугельману. Если огра­ни­чи­ваться только этим пись­мом, то для подоб­ного вывода име­ются извест­ные осно­ва­ния. Сначала Маркс гово­рит о том, что мено­вая сто­и­мость есть форма про­яв­ле­ния про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда. Затем он ука­зы­вает, что «задача науки состоит именно в том, чтобы рас­крыть, как закон сто­и­мо­сти про­кла­ды­вает себе путь»132 . Эта фраза сле­дует сразу же за выше­при­ве­дён­ной, в кото­рой мено­вая сто­и­мость харак­те­ри­зо­ва­лась как «форма, в кото­рой про­кла­ды­вает себе путь это про­пор­ци­о­наль­ное рас­пре­де­ле­ние труда».

Внешне созда­ётся впе­чат­ле­ние, что под зако­ном сто­и­мо­сти Маркс пони­мает про­пор­ци­о­наль­ное рас­пре­де­ле­ние труда, а мено­вую сто­и­мость рас­смат­ри­вает как одну из исто­ри­че­ских форм про­яв­ле­ния про­пор­ци­о­наль­но­сти, а сле­до­ва­тельно, и закона сто­и­мо­сти. Но мы рас­по­ла­гаем и дру­гими выска­зы­ва­ни­ями Маркса, кото­рые отно­сятся к более позд­нему пери­оду и в кото­рых он с пол­ной опре­де­лён­но­стью гово­рит, что не только мено­вая сто­и­мость, но и сто­и­мость явля­ются исто­ри­че­скими категориями.

В «Замечаниях на книгу А. Вагнера», отно­ся­щихся к 1879–1880 гг., Маркс ука­зы­вал, что «„сто­и­мость“ товара есть лишь опре­де­лён­ная исто­ри­че­ская форма чего-​то суще­ству­ю­щего во всех обще­ствен­ных фор­мах»133 . Здесь сто­и­мость прямо рас­смат­ри­ва­ется как «исто­ри­че­ская форма» и одно­вре­менно ука­зы­ва­ется, что в этой форме содер­жится и нечто общее всем фор­ма­циям. В чём же состоит то общее, по отно­ше­нию к кото­рому сто­и­мость высту­пает лишь как «исто­ри­че­ская форма»? Маркс даёт ясный ответ на этот вопрос. Он пишет:

«…„сто­и­мость“ товара лишь выра­жает в исто­ри­че­ски раз­ви­той форме то, что суще­ствует также, хотя и в дру­гой форме, во всех дру­гих исто­ри­че­ских обще­ствен­ных фор­мах, а именно обще­ствен­ный харак­тер труда, поскольку послед­ний суще­ствует как затрата обще­ствен­ной рабо­чей силы»134 .

Итак, общее состоит в том, что во всех общественно-​экономических фор­ма­циях имеет место обще­ствен­ный харак­тер
труда и на про­из­вод­ство про­дук­тов затра­чи­ва­ется опре­де­лён­ное коли­че­ство обще­ствен­ного рабо­чего вре­мени. Но это общее исто­ри­че­ски про­яв­ляет себя в раз­лич­ных фор­мах при раз­ных фор­ма­циях. Стоимость есть одна из исто­ри­че­ских форм выра­же­ния затрат обще­ствен­ного труда, при­су­щая исто­ри­че­ски опре­де­лён­ной форме производства.

Когда Маркс гово­рит, что мено­вая сто­и­мость есть форма про­яв­ле­ния общего закона про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда в усло­виях товар­ного про­из­вод­ства, а сто­и­мость есть исто­ри­че­ская форма выра­же­ния обще­ствен­ного харак­тера труда и затрат обще­ствен­ной рабо­чей силы, то в обоих слу­чаях по суще­ству речь идёт об одном и том же.

Из при­ве­дён­ных выска­зы­ва­ний Маркса сле­дует, что он при­зна­вал раз­лич­ные формы выра­же­ния затрат обще­ствен­ного труда. Стоимость явля­ется лишь одной из этих исто­ри­че­ских форм. И потому нет осно­ва­ний объ­яв­лять сто­и­мость веч­ной кате­го­рией, отож­деств­лять её с тру­дом вообще или с про­пор­ци­о­наль­ным рас­пре­де­ле­нием труда.

Далее рас­смот­рим, что озна­чает тезис Маркса о том, что мено­вая сто­и­мость есть форма про­яв­ле­ния про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда, при­су­щая обще­ству част­ных производителей.

Меновая сто­и­мость в её раз­ви­том виде при­ни­мает форму цены това­ров. Поэтому связь между про­пор­ци­о­наль­но­стью и мено­вой сто­и­мо­стью, отме­чен­ная Марксом, пред­став­ляет собой связь между про­пор­ци­о­наль­но­стью и ценами.

Известно, что в товар­ном хозяй­стве цены това­ров под­вер­жены посто­ян­ным коле­ба­ниям. Вопрос о том, чем вызы­ва­ются коле­ба­ния цен, почему одна и та же вещь в раз­ное время имеет раз­ные цены, был постав­лен бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мией задолго до Маркса, ибо его реше­ние имело не только тео­ре­ти­че­ское, но и прак­ти­че­ское зна­че­ние для бур­жу­а­зии, жаж­ду­щей обо­га­ще­ния и меч­тав­шей о проч­ных, устой­чи­вых мето­дах этого обогащения.

При реше­нии дан­ного вопроса бур­жу­аз­ная поли­ти­че­ская эко­но­мия создала несколько тео­рий сто­и­мо­сти. Классики бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии А. Смит, В. Петти, Д. Рикардо яви­лись созда­те­лями тру­до­вой тео­рии сто­и­мо­сти. Они объ­яс­няли изме­не­ния цен това­ров изме­не­нием коли­че­ства труда, затра­чен­ного на их про­из­вод­ство. Теоретики вуль­гар­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии объ­яс­няли коле­ба­ния цен раз­лич­ной полез­но­стью вещей, их ред­ко­стью или изоби­лием, издерж­ками про­из­вод­ства, соот­но­ше­нием спроса и пред­ло­же­ния. Имели место и эклек­ти­че­ские тео­рии, объ­яс­няв­шие дви­же­ние цен сово­куп­но­стью всех отме­чен­ных факторов.

Если исхо­дить из поверх­ност­ных явле­ний, то все вуль­гар­ные тео­рии сто­и­мо­сти имели право на суще­ство­ва­ние, ибо трудно было отри­цать тот бес­спор­ный факт, что в ряде слу­чаев цена зави­сит от соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния, или от ред­ко­сти пред­ла­га­е­мых това­ров, или их изоби­лия, ино­гда от полез­но­сти вещи, от вели­чины издер­жек про­из­вод­ства и т. д.

Маркс не отри­цал вли­я­ния на дви­же­ние цен ни одного из фак­то­ров, отме­чен­ных ещё до него бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мией. И в то же время он создал такую тео­рию тру­до­вой сто­и­мо­сти, кото­рая с пол­ной оче­вид­но­стью пока­зала поверх­ность бур­жу­аз­ных трак­то­вок и дала един­ственно пра­виль­ный путь к пони­ма­нию зако­но­мер­но­стей дви­же­ния цен.

Формула Маркса о том, что мено­вая сто­и­мость, или цена, есть форма про­яв­ле­ния про­пор­ци­о­наль­но­сти рас­пре­де­ле­ния труда, сразу поста­вила всё на свое место и дала отправ­ной пункт для пра­виль­ного реше­ния вопроса о сто­и­мо­сти, о цене и о законе их движения.

На поверх­но­сти явле­ний дело пред­став­ля­ется таким обра­зом, будто самой глав­ной при­чи­ной изме­не­ния цен явля­лись соот­но­ше­ния спроса и предложения.

Маркс уста­но­вил, что изме­не­ние спроса и пред­ло­же­ния явля­ется про­из­вод­ным от изме­не­ний в рас­пре­де­ле­нии обще­ствен­ного труда по раз­лич­ным отрас­лям про­из­вод­ства. Нарушение в соот­но­ше­ниях спроса и пред­ло­же­ния озна­чает, что про­из­вод­ство одних това­ров пре­вы­шает потреб­но­сти обще­ства, дру­гих това­ров про­из­во­дится в недо­ста­точ­ном коли­че­стве. Это и озна­чает, что изме­не­ние соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния слу­жит фор­мой про­яв­ле­ния более глу­бо­кой сущ­но­сти — изме­не­ний про­пор­ций в рас­пре­де­ле­нии обще­ствен­ного труда.

В обще­стве това­ро­про­из­во­ди­те­лей рас­пре­де­ле­ние труда и средств про­из­вод­ства по раз­лич­ным отрас­лям осу­ществ­ля­ется сти­хийно, на базе пере­ли­вов труда из одной сферы в дру­гую. При част­ном про­из­вод­стве новые зве­нья в системе раз­де­ле­ния труда воз­ни­кают безо вся­кого плана, по усмот­ре­нию самих про­из­во­ди­те­лей. Таким же обра­зом осу­ществ­ля­ется устра­не­ние ста­рых зве­ньев. В каж­дой из отрас­лей про­из­вод­ства может ока­заться как изли­шек про­из­во­ди­те­лей, так и их недостаток.

«Вся соль бур­жу­аз­ного обще­ства,

— отме­чал Маркс в письме к Кугельману, —

состоит как раз в том, что в нём a priori не суще­ствует ника­кого созна­тель­ного обще­ствен­ного регу­ли­ро­ва­ния про­из­вод­ства»135 .

Стихийное фор­ми­ро­ва­ние струк­туры обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда в товар­ном хозяй­стве неиз­бежно вле­чёт за собой и сти­хий­ное фор­ми­ро­ва­ние соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния, а это послед­нее выра­жа­ется в сти­хий­ных коле­ба­ниях товар­ных цен. Это при­во­дит к раз­ви­тию так назы­ва­е­мого паде­ния «полез­но­сти» вещей или её повы­ше­нию, «ред­ко­сти» вещей или их «изоби­лию». При пере­про­из­вод­стве това­ров они име­ются в «изоби­лии», их «полез­ность» убы­вает, ибо, выра­жа­ясь тер­ми­но­ло­гией Маркса, они начи­нают утра­чи­вать свою обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость. Все поверх­ност­ные моменты, зафик­си­ро­ван­ные вуль­гар­ной бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мией, на деле порож­да­ются более глу­бо­кими при­чи­нами — нару­ше­нием про­пор­ци­о­наль­но­сти в рас­пре­де­ле­нии обще­ствен­ного труда. Нарушения этой про­пор­ци­о­наль­но­сти неиз­бежно порож­да­ются самим внут­рен­ним строем товар­ного про­из­вод­ства, обособ­лен­но­стью про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда и раз­ви­ва­ю­щимся на этой основе основ­ным про­ти­во­ре­чием товар­ного про­из­вод­ства между обще­ствен­ным и част­ным трудом.

Установление Марксом глу­бо­кой внут­рен­ней связи между дви­же­нием цен и про­пор­ци­о­наль­но­стью в рас­пре­де­ле­нии труда по раз­лич­ным сфе­рам поз­во­лило дать новую, глу­боко науч­ную трак­товку кате­го­рии сто­и­мо­сти. Марксу при­над­ле­жит зна­ме­ни­тое поло­же­ние о том, что сто­и­мость есть про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние, пред­став­лен­ное в вещи и высту­па­ю­щее как свой­ство вещи. Суть этого поло­же­ния можно пра­вильно понять лишь на основе уста­нов­лен­ной им связи между дви­же­нием цен и рас­пре­де­ле­нием обще­ствен­ного труда по раз­лич­ным отрас­лям производства.

Стихийные пере­ливы труда из одной сферы в дру­гую, сти­хий­ное фор­ми­ро­ва­ние струк­туры обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, посто­ян­ные пере­груп­пи­ровки внутри системы обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда пред­став­ляют собой реаль­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния товар­ного хозяй­ства. И вот именно эти про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, их изме­не­ния отра­жа­ются прежде всего в дви­же­нии товар­ных цен. Меновая сто­и­мость слу­жит фор­мой, через кото­рую про­яв­ля­ются реаль­ные отно­ше­ния част­ных това­ро­про­из­во­ди­те­лей. Вещи через их обще­ствен­ное свой­ство мено­вой сто­и­мо­сти как бы отра­жают все пере­груп­пи­ровки в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, кото­рые про­ис­хо­дят по усмот­ре­нию част­ных про­из­во­ди­те­лей. Повышение цены, напри­мер, выра­жает тот факт, что про­из­вод­ством дан­ного вида това­ров занято мало про­из­во­ди­те­лей, что в этой сфере при­ла­га­ется меньше труда, чем это необ­хо­димо для удо­вле­тво­ре­ния обще­ствен­ных потреб­но­стей. Падение цен, напро­тив, отра­жает факт пере­про­из­вод­ства дан­ных това­ров, сосре­до­то­че­ние в дан­ной отрасли слиш­ком боль­шого коли­че­ства това­ро­про­из­во­ди­те­лей. Меновая сто­и­мость или цена слу­жит зер­ка­лом, в кото­ром отра­жа­ются сти­хийно скла­ды­ва­ю­щи­еся, реаль­ные отно­ше­ния това­ро­про­из­во­ди­те­лей, та или иная про­пор­ци­о­наль­ность в рас­пре­де­ле­нии обще­ствен­ного труда.

Комбинация обще­ствен­ных отно­ше­ний между обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями не оста­ётся неиз­мен­ной, ибо всё время про­ис­хо­дят пере­ливы труда из одной сферы в дру­гую. Это обсто­я­тель­ство при­во­дит к суще­ствен­ным изме­не­ниям обще­ствен­ной зна­чи­мо­сти тех или иных вещей. Одна и та же вещь при раз­лич­ных ком­би­на­циях обще­ствен­ных отно­ше­ний «стоит» больше или меньше. Более того, при опре­де­лён­ной ком­би­на­ции вещь может вообще утра­тить потре­би­тель­ную сто­и­мость и сто­и­мость. Если дан­ная вещь про­из­ве­дена в излиш­нем коли­че­стве или про­из­во­дятся вещи, кото­рые вчера имели спрос, а сего­дня уста­рели, вышли из упо­треб­ле­ния, то эти вещи теряют вообще обще­ствен­ную потре­би­тель­ную сто­и­мость, а соот­вет­ственно и сто­и­мость. Следовательно, свой­ство вещей иметь сто­и­мость цели­ком и пол­но­стью зави­сит от обще­ствен­ных отно­ше­ний. Стоимостью обла­дают только те вещи, кото­рые обла­дают обще­ствен­ной потре­би­тель­ной сто­и­мо­стью и на про­из­вод­ство кото­рых затра­чен обще­ственно необ­хо­ди­мый труд, т. е. труд, явля­ю­щийся необ­хо­ди­мым зве­ном в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Если труд част­ного про­из­во­ди­теля не явля­ется необ­хо­ди­мой частью сово­куп­ного обще­ствен­ного труда, он не создаёт ника­кой сто­и­мо­сти, сколько бы муску­лов, нер­вов и мозга ни было затра­чено част­ным про­из­во­ди­те­лем на про­из­вод­ство ненуж­ной обще­ству в дан­ный момент вещи. Способностью созда­вать сто­и­мость обла­дает лишь труд тех част­ных про­из­во­ди­те­лей, кото­рые обра­зуют необ­хо­ди­мые зве­нья в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Вещь имеет сто­и­мость лишь постольку, поскольку вопло­щён­ный в ней труд явля­ется обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом, пред­став­ляет необ­хо­ди­мую долю сово­куп­ного обще­ствен­ного рабо­чего вре­мени. А вели­чина сто­и­мо­сти опре­де­ля­ется коли­че­ством обще­ственно необ­хо­ди­мого рабо­чего вре­мени. Категория сто­и­мо­сти выра­жает, сле­до­ва­тельно, тот факт, что в вещи пред­став­лена необ­хо­ди­мая часть сово­куп­ного обще­ствен­ного труда. Цена соот­вет­ствует вели­чине сто­и­мо­сти тогда, когда в обще­стве суще­ствует про­пор­ци­о­наль­ность, рав­но­ве­сие между раз­лич­ными зве­ньями в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. При этих пред­по­сыл­ках спрос равен пред­ло­же­нию. Следовательно, кате­го­рия сто­и­мо­сти харак­те­ри­зует состо­я­ние про­пор­ци­о­наль­но­сти, рав­но­ве­сия. Отклонения цен от сто­и­мо­сти отра­жают факт воз­ник­но­ве­ния дис­про­пор­ций. Цены всё время колеб­лются вокруг сто­и­мо­сти. Они почти нико­гда не сов­па­дают со сто­и­мо­стью. Но сто­и­мость оста­ётся цен­тром, к кото­рому тяго­теют цены. Стоимость и колеб­лю­щи­еся вокруг неё цены слу­жат той исто­ри­че­ской обще­ствен­ной фор­мой, через кото­рую про­яв­ля­ется и дей­ствует закон про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда в усло­виях товар­ного производства.

В ран­них рабо­тах К. Маркс ещё не про­во­дил раз­ли­чий между сто­и­мо­стью и мено­вой сто­и­мо­стью. Иногда он упо­треб­лял оба тер­мина в одном и том же зна­че­нии, напри­мер в работе «К кри­тике поли­ти­че­ской эко­но­мии». Но и в этой работе Марксом со всей силой под­чёрк­нута внут­рен­няя связь между про­пор­ци­о­наль­но­стью в рас­пре­де­ле­нии труда и дви­же­нием мено­вой сто­и­мо­сти. Маркс пока­зал, что мено­вая сто­и­мость и сто­и­мость опре­де­ля­ются коли­че­ством обще­ственно необ­хо­ди­мого рабо­чего вре­мени, вопло­щён­ного в това­рах. В «Капитале» Маркс счёл необ­хо­ди­мым про­ве­сти чёт­кое раз­ли­чие между сто­и­мо­стью и мено­вой сто­и­мо­стью, чтобы отме­же­ваться от бур­жу­аз­ной поли­ти­че­ской эко­но­мии, кото­рая нередко отож­деств­ляла эти кате­го­рии или при­зна­вала только мено­вую сто­и­мость, отри­цая суще­ство­ва­ние сто­и­мо­сти. Категория сто­и­мо­сти харак­те­ри­зует состо­я­ние рав­но­ве­сия, про­пор­ци­о­наль­но­сти и фик­си­рует коли­че­ство обще­ственно необ­хо­ди­мого рабо­чего вре­мени, вопло­щён­ного в това­рах именно в усло­виях рав­но­ве­сия и про­пор­ци­о­наль­но­сти. Меновая же сто­и­мость слу­жит фор­мой про­яв­ле­ния сто­и­мо­сти как при состо­я­нии рав­но­ве­сия, так и при изме­ня­ю­щейся ком­би­на­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний, при раз­лич­ных пере­груп­пи­ров­ках в системе обще­ствен­ного производства.

При состо­я­нии равен­ства спроса и пред­ло­же­ния дви­же­ние мено­вой сто­и­мо­сти зави­сит исклю­чи­тельно от сто­и­мо­сти, а сто­и­мость изме­ня­ется в зави­си­мо­сти от изме­не­ний в про­из­во­ди­тель­но­сти обще­ствен­ного труда, падает с её повы­ше­нием и рас­тёт с её пони­же­нием. При нару­ше­ниях же рав­но­ве­сия и воз­ник­но­ве­нии дис­про­пор­ций мено­вая сто­и­мость отра­жает в себе не только изме­не­ния в про­из­во­ди­тель­но­сти обще­ствен­ного труда, но и изме­не­ния в ком­би­на­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний. Перегруппировки в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда в свою оче­редь ока­зы­вают вли­я­ние не только на мено­вую сто­и­мость, но и в ряде слу­чаев на стоимость.

Величина сто­и­мо­сти това­ров, по Марксу, опре­де­ля­ется усло­ви­ями про­из­вод­ства тех про­из­во­ди­те­лей, кото­рые выбра­сы­вают на рынок основ­ную массу това­ров дан­ного рода. При раз­лич­ной ком­би­на­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний вели­чина сто­и­мо­сти может регу­ли­ро­ваться как сред­ними, так и луч­шими и худ­шими усло­ви­ями про­из­вод­ства. Если в силу пере­груп­пи­ро­вок в системе раз­де­ле­ния труда спрос на тот или иной вид това­ров пре­вы­шает пред­ло­же­ние, то вели­чина сто­и­мо­сти будет регу­ли­ро­ваться худ­шими усло­ви­ями про­из­вод­ства. Если спрос сокра­ща­ется, а пред­ло­же­ние резко воз­рас­тает, то вели­чина сто­и­мо­сти будет опре­де­ляться усло­ви­ями про­из­вод­ства на луч­ших пред­при­я­тиях. Следовательно, от той или иной ком­би­на­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний в рас­пре­де­ле­нии труда по раз­лич­ным сфе­рам будет зави­сеть соот­но­ше­ние спроса и пред­ло­же­ния, а соот­вет­ственно и какие усло­вия про­из­вод­ства (луч­шие, худ­шие или сред­ние) будут опре­де­лять вели­чину сто­и­мо­сти товаров.

Положение Маркса о том, что сто­и­мость есть про­из­вод­ствен­ное отно­ше­ние, пред­став­лен­ное в вещи и высту­па­ю­щее как свой­ство вещи, может быть рас­крыто в дво­я­ком плане.

Во-​первых, оно озна­чает, что свой­ство сто­и­мо­сти не явля­ется при­род­ным свой­ством вещи, а высту­пает как обще­ствен­ное свой­ство. Оно появ­ля­ется только при строго опре­де­лён­ных отно­ше­ниях между людьми, исче­зает с их исчез­но­ве­нием. Хотя труд все­гда затра­чи­вался и будет затра­чи­ваться на про­из­вод­ство вещей, он не все­гда создаёт сто­и­мость. Созидателем сто­и­мо­сти он ста­но­вится только в товар­ном хозяй­стве. Стоимость есть отно­ше­ние част­ных обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

Чтобы глубже понять смысл марк­со­вого тезиса о сто­и­мо­сти как ове­ществ­лён­ном про­из­вод­ствен­ном отно­ше­нии, обра­тим вни­ма­ние на вто­рую сто­рону вопроса. Из того факта, что сто­и­мость есть кате­го­рия товар­ного хозяй­ства, ино­гда дела­ется непра­виль­ный вывод, будто в товар­ном хозяй­стве труд любого част­ного про­из­во­ди­теля создаёт сто­и­мость. Между тем в рам­ках товар­ного про­из­вод­ства сози­да­те­лем сто­и­мо­сти явля­ется только труд тех част­ных про­из­во­ди­те­лей, кото­рые обра­зуют необ­хо­ди­мые зве­нья сово­куп­ного обще­ствен­ного труда. Если част­ный про­из­во­ди­тель в силу изме­не­ния ком­би­на­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний ока­зы­ва­ется за пре­де­лами обще­ствен­ного труда, пере­стаёт быть необ­хо­ди­мой частью обще­ствен­ного труда, то его труд не создаёт ника­кой сто­и­мо­сти, а создан­ный про­дукт вообще не при­ни­ма­ется в обмен.

На прак­тике часто встре­ча­ются факты, когда одна и та же вещь, с одними и теми же есте­ствен­ными каче­ствами то имеет сто­и­мость, при­ни­ма­ется в обмен, то теряет свой­ство сто­и­мо­сти, её никто не поку­пает, а затра­чен­ный на её про­из­вод­ство труд ока­зы­ва­ется напрасно затра­чен­ным тру­дом. По харак­те­ри­стике Маркса, сто­и­мость пред­став­ляет собой нечто «неуло­ви­мое». То она име­ется в вещи, то вдруг поки­дает её. Хотя в дан­ной вещи все­гда пред­став­лено опре­де­лён­ное коли­че­ство част­ного труда, отсюда ещё не сле­дует, что в дан­ной вещи име­ется сто­и­мость. Стоимость созда­ётся не част­ным, а обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом. Лишь в том слу­чае, когда част­ный труд одно­вре­менно явля­ется необ­хо­ди­мой частью обще­ствен­ного труда, создан­ный дан­ным тру­дом про­дукт при­об­ре­тает свой­ство сто­и­мо­сти, обме­ни­ва­ется в той или иной про­пор­ции на дру­гие товары или деньги. Продажа про­дукта за деньги слу­жит обще­ствен­ным при­зна­нием того, что про­дукт имеет сто­и­мость, в нем вопло­щён обще­ственно необ­хо­ди­мый труд. Если же част­ный труд не вклю­чён в состав обще­ствен­ного труда, не явля­ется его необ­хо­ди­мой частью, то про­дукт дан­ного труда не имеет сто­и­мо­сти, не при­ни­ма­ется в обмен. В силу изме­не­ния ком­би­на­ции обще­ствен­ных отно­ше­ний, сти­хий­ных пере­ли­вов труда труд одного и того же про­из­во­ди­теля может ока­заться как вклю­чён­ным в состав обще­ствен­ного труда, так и выклю­чен­ным из него.

Свойство сто­и­мо­сти, таким обра­зом, и в рам­ках самого товар­ного про­из­вод­ства при­суще не всем про­дук­там труда, а лишь тем, кото­рые про­из­во­дятся обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом и в обще­ственно необ­хо­ди­мом коли­че­стве. Свойство сто­и­мо­сти имеет своим назна­че­нием удо­сто­ве­рить обще­ствен­ную зна­чи­мость част­ных про­дук­тов. Оно при­звано раз­ре­шить основ­ное про­ти­во­ре­чие между обще­ствен­ным и част­ным тру­дом, обес­пе­чить дости­же­ние про­пор­ци­о­наль­ного рас­пре­де­ле­ния труда в рам­ках бес­пла­ново раз­ви­ва­ю­ще­гося товар­ного хозяйства.

Хотя сто­и­мость созда­ётся и опре­де­ля­ется обще­ственно необ­хо­ди­мым тру­дом, было бы непра­виль­ным отож­деств­лять её с тру­дом. Стоимость — это не труд, а свой­ство товара, кото­рое он при­об­ре­тает в силу того, что в нём содер­жится обще­ственно необ­хо­ди­мый труд.

Подводя итоги выше­из­ло­жен­ному, мы можем ска­зать, что под зако­ном сто­и­мо­сти клас­сики марксизма-​ленинизма пони­мали спе­ци­фи­че­ски исто­ри­че­скую обще­ствен­ную форму учёта и рас­пре­де­ле­ния труда, при­су­щую товар­ному про­из­вод­ству, строю обособ­лен­ных производителей.

Специфика этой формы состоит в том, что, во-​первых, учёт и рас­пре­де­ле­ние обще­ствен­ного труда по раз­лич­ным отрас­лям осу­ществ­ля­ется сти­хийно, за спи­ной това­ро­про­из­во­ди­те­лей, через рыноч­ный меха­низм цен на базе сво­бод­ной кон­ку­рен­ции производителей.

Во-​вторых, учёт ведётся не непо­сред­ственно в часах рабо­чего вре­мени, а кос­вен­ным, околь­ным путём, через свой­ство това­ров — их сто­и­мость и мено­вую сто­и­мость. Этот учёт про­из­во­дится не непо­сред­ственно в сфере про­из­вод­ства, а через рынок, в ходе реаль­ных мено­вых отно­ше­ний това­ров. Хотя сто­и­мость созда­ётся в про­из­вод­стве, обна­ру­жи­ва­ется и про­яв­ля­ется она только в обмене, через мено­вую сто­и­мость и цены.

В-​третьих, учёт осу­ществ­ля­ется зад­ним чис­лом, уже после того, как про­дукт про­из­ве­дён и пред­ла­га­ется на рынке.

В-​четвёртых, при этой обще­ствен­ной форме учёта и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда, про­пор­ци­о­наль­ность дости­га­ется лишь на время через посто­ян­ные нару­ше­ния этой про­пор­ци­о­наль­но­сти. Закон сто­и­мо­сти дей­ствует как сле­пая, раз­ру­ши­тель­ная сила, не нахо­дя­ща­яся под кон­тро­лем общества.

Этот обще­ствен­ный спо­соб учёта и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда при­сущ только строю обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, хозяй­ству­ю­щих по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, не под­чи­ня­ю­щихся ника­кому плану и руко­вод­ству­ю­щихся только рыноч­ными коле­ба­ни­ями цен.

Необходимость подоб­ного типа учёта и рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­ного труда воз­ни­кает только там, где воз­ни­кает и раз­ви­ва­ется обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

Там, где лик­ви­ди­ро­вана обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей и свя­зан­ные с нею неиз­вест­ность и сво­бода рынка, сво­бод­ная кон­ку­рен­ция, сво­бод­ные пере­ливы труда и т. д., там нет усло­вий для дей­ствия закона сто­и­мо­сти. Его место зани­мает иной закон, кото­рый учи­ты­вает и рас­пре­де­ляет обще­ствен­ный труд иным обще­ствен­ным спо­со­бом при иных про­из­вод­ствен­ных отношениях.

При любом типе обще­ствен­ного про­из­вод­ства люди обя­заны учи­ты­вать и рас­пре­де­лять труд. Они все­гда должны будут счи­таться с затра­тами труда на про­из­вод­ство тех или иных про­дук­тов. Но это отнюдь не озна­чает, что все­гда будет суще­ство­вать и закон стоимости.

«Использовать закон сто­и­мо­сти» — это зна­чит прежде всего обес­пе­чить необ­хо­ди­мые для его дей­ствия усло­вия — обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, сво­бод­ную кон­ку­рен­цию, сво­бод­ную игру цен на рынке, а для этого необ­хо­димо посте­пенно отка­зы­ваться от пла­но­мер­ного регу­ли­ро­ва­ния эко­но­мики, предо­ста­вив выпол­не­ние этих функ­ций рынку с при­су­щими ему коле­ба­ни­ями цен.

В том слу­чае, когда учёт и рас­пре­де­ле­ние обще­ствен­ного труда осу­ществ­ля­ются пла­но­мерно, когда лик­ви­ди­ро­вана обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей и каж­дое звено раз­ви­ва­ется по еди­ному плану, для дей­ствия закона сто­и­мо­сти нет объ­ек­тив­ных эко­но­ми­че­ских усло­вий и он не может выпол­нять ни одной из своих функ­ций, эти функ­ции выпол­ня­ются дру­гим эко­но­ми­че­ским зако­ном — зако­ном пла­но­мер­ного развития.

Глава VI. Социализм и товарное производство

Защита В. И. Лениным положений К. Маркса и Ф. Энгельса о диаметральной противоположности социализма и товарного производства

Теория науч­ного ком­му­низма, создан­ная гением Маркса и Энгельса, исхо­дит из того, что соци­а­лизм и товар­ное про­из­вод­ство — это диа­мет­рально про­ти­во­по­лож­ные типы обще­ствен­ного про­из­вод­ства, раз­ви­ва­ю­щи­еся по прин­ци­пи­ально раз­лич­ным эко­но­ми­че­ским зако­нам и порож­да­ю­щие прин­ци­пи­ально раз­лич­ный круг социально-​экономических следствий.

К. Маркс прямо рас­смат­ри­вал соци­а­лизм как «форму про­из­вод­ства, диа­мет­рально про­ти­во­по­лож­ную товар­ному про­из­вод­ству»136 . Переход к соци­а­лизму озна­чает лик­ви­да­цию товар­ного про­из­вод­ства и всех свя­зан­ных с ним зако­нов, в первую оче­редь закона стоимости.

«Непосредственно обще­ствен­ное производство,

— отме­чал Ф. Энгельс, —

как и пря­мое рас­пре­де­ле­ние, исклю­чает вся­кий товар­ный обмен, сле­до­ва­тельно, и пре­вра­ще­ние про­дук­тов в товары (по край­ней мере внутри общины), а зна­чит и пре­вра­ще­ние их в сто­и­мо­сти»137 .

С точки зре­ния Маркса и Энгельса, товар есть «эко­но­ми­че­ская кле­точка бур­жу­аз­ного обще­ства». В этой кле­точке в заро­ды­ше­вой форме содер­жатся все основ­ные черты и про­ти­во­ре­чия капи­та­ли­сти­че­ского спо­соба производства.

«В форме сто­и­мо­сти про­дук­тов,

— писал Ф. Энгельс, —

уже содер­жится в заро­дыше вся капи­та­ли­сти­че­ская форма про­из­вод­ства, про­ти­во­по­лож­ность между капи­та­ли­стами и наём­ными рабо­чими, про­мыш­лен­ная резерв­ная армия, кри­зисы»138 .

«Капитал» К. Маркса посвя­щён науч­ному обос­но­ва­нию того поло­же­ния, что товар­ное про­из­вод­ство в про­цессе сво­его раз­ви­тия неиз­бежно пре­вра­ща­ется в капи­та­ли­сти­че­ское про­из­вод­ство и в силу при­су­щих ему внут­рен­них про­ти­во­ре­чий на опре­де­лён­ном этапе сво­его раз­ви­тия должно погиб­нуть, усту­пив место новому типу обще­ствен­ного про­из­вод­ства — соци­а­лизму. По Марксу, про­цесс обще­ствен­ного вос­про­из­вод­ства, осу­ществ­ля­е­мый на товарно-​стоимостной основе, неиз­бежно при­во­дит к нарас­та­нию кон­фликта между про­из­во­ди­тель­ными силами и про­из­вод­ствен­ными отно­ше­ни­ями, обост­ряет социально-​классовые про­ти­во­ре­чия и на опре­де­лён­ном этапе с неиз­беж­но­стью при­во­дит к соци­а­ли­сти­че­ской революции.

К. Маркс и Ф. Энгельс вели неустан­ную борьбу с тео­ре­ти­ками так назы­ва­е­мого «соци­а­ли­сти­че­ского товар­ного про­из­вод­ства» — Прудоном, Родбертусом, Дюрингом. К. Маркс и Ф. Энгельс высме­и­вали их за непо­ни­ма­ние внут­рен­ней связи между товар­ным про­из­вод­ством и капи­та­лиз­мом, за их уто­пи­че­ские попытки объ­явить закон сто­и­мо­сти основ­ным зако­ном социализма.

Мелкобуржуазный соци­а­лизм Прудона, Дюринга и Родбертуса, бази­ру­ю­щийся на сохра­не­нии товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти, диа­мет­рально про­ти­во­по­ло­жен науч­ному ком­му­низму Маркса и Энгельса, исход­ной осно­вой кото­рого явля­ется устра­не­ние товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти, орга­ни­за­ция нового типа про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, нето­вар­ных по своей сущности.

В. И. Ленин в своих тру­дах после­до­ва­тельно защи­щает одно из корен­ных поло­же­ний тео­рии науч­ного ком­му­низма о несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным про­из­вод­ством, о диа­мет­раль­ной про­ти­во­по­лож­но­сти этих систем обще­ствен­ного производства.

Ему при­над­ле­жит зна­ме­ни­тая формула:

«Что каса­ется соци­а­лизма, то известно, что он состоит в уни­что­же­нии товар­ного хозяй­ства»139 .

Эта фор­мула выра­жает суть пози­ции В. И. Ленина на всех эта­пах его тео­ре­ти­че­ской дея­тель­но­сти и носит про­грамм­ный харак­тер. И в этом нетрудно убе­диться, если мы рас­смот­рим взгляды В. И. Ленина по дан­ной про­блеме, отно­ся­щи­еся к раз­лич­ным исто­ри­че­ским пери­о­дам его науч­ного творчества.

В ста­тье «Проект про­граммы нашей пар­тии», напи­сан­ной в 1899 г., В. И. Ленин сле­ду­ю­щим обра­зом харак­те­ри­зует цель, кото­рую ста­вит перед собой пролетариат:

«…„пере­ход всех средств и пред­ме­тов про­из­вод­ства в обще­ствен­ную соб­ствен­ность“, „устра­не­ние товар­ного про­из­вод­ства“ и „замена его новой систе­мой обще­ствен­ного про­из­вод­ства“»140 .

Здесь речь идёт не о сов­ме­ще­нии соци­а­лизма с товар­ным про­из­вод­ством, а о замене товар­ного про­из­вод­ства с пере­хо­дом к соци­а­лизму. Одна система про­из­вод­ства — товар­ное про­из­вод­ство про­ти­во­по­став­ля­ется дру­гой «системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства» — соци­а­ли­сти­че­ской. Обе эти системы рас­смат­ри­ва­ются как про­ти­во­по­лож­но­сти, исклю­ча­ю­щие друг друга.

Весьма инте­ресны заме­ча­ния В. И. Ленина на пер­вый про­ект про­граммы, состав­лен­ный Плехановым.

Плеханов, харак­те­ри­зуя цель соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции, отме­чает сле­ду­ю­щие моменты:

«…уни­что­же­ние капи­та­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, <…> пере­ход средств про­из­вод­ства и обра­ще­ния про­дук­тов в обще­ствен­ную соб­ствен­ность».

В. И. Ленин счи­тает такую фор­му­ли­ровку недо­ста­точ­ной и делает сле­ду­ю­щее замечание:

«…уни­что­же­ние капи­та­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний? — Замена товар­ного про­из­вод­ства соци­а­ли­сти­че­ским»141 .

Как видим, с точки зре­ния В. И. Ленина, в ходе соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции недо­ста­точно только лик­ви­да­ции капи­та­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний и пере­хода средств про­из­вод­ства в обще­ствен­ную соб­ствен­ность. Необходима ещё замена товар­ного про­из­вод­ства соци­а­ли­сти­че­ским про­из­вод­ством. И здесь речь идёт не о сов­ме­ще­нии соци­а­лизма с товар­ным про­из­вод­ством, а о замене одного типа про­из­вод­ства другим.

В работе «Что такое «дру­зья народа» и как они воюют про­тив социал-​демократов?», харак­те­ри­зуя меры, необ­хо­ди­мые для стро­и­тель­ства соци­а­лизма, В. И. Ленин пишет:

«Ведь для орга­ни­за­ции круп­ного про­из­вод­ства без пред­при­ни­ма­те­лей нужно, во-​первых, уни­что­же­ние товар­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного хозяй­ства и замена её орга­ни­за­цией общин­ной, ком­му­ни­сти­че­ской, когда бы регу­ля­то­ром про­из­вод­ства был не рынок, как теперь, а сами про­из­во­ди­тели, само обще­ство рабо­чих, когда бы сред­ства про­из­вод­ства при­над­ле­жали не част­ным лицам, а всему обще­ству»142 .

На пер­вый план В. И. Лениным выдви­га­ется тре­бо­ва­ние «уни­что­же­ния товар­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного хозяй­ства» и «замена её орга­ни­за­цией общин­ной, ком­му­ни­сти­че­ской».

Приведённые выше выска­зы­ва­ния В. И. Ленина отно­сятся к ран­нему пери­оду его тео­ре­ти­че­ской дея­тель­но­сти (1890–1900 гг.), к моменту выра­ботки пер­вой про­граммы пар­тии. Но заме­тим сразу же, что вопрос о товар­ном про­из­вод­стве и соци­а­лизме В. И. Ленин отно­сит к числу про­грамм­ных поло­же­ний пар­тии и тео­рии науч­ного ком­му­низма. Он счи­тает необ­хо­ди­мым вклю­чить его в текст про­граммы партии.

Если мы рас­смот­рим теперь взгляды В. И. Ленина на эту же про­блему после пере­хода вла­сти в руки про­ле­та­ри­ата и в связи с выра­бот­кой новой про­граммы пар­тии, то уви­дим, что В. И. Ленин отста­и­вает те же прин­ци­пи­аль­ные позиции.

Выступая с заклю­чи­тель­ным сло­вом по докладу о пар­тий­ной про­грамме на VIII съезде пар­тии, В. И. Ленин со всей силой под­черк­нул важ­ность вклю­че­ния в про­грамму вопроса об осно­вах товар­ного про­из­вод­ства и капитализма.

«Программа, кото­рая не ска­жет об осно­вах товар­ного хозяй­ства и капитализма,

— гово­рил он,

— не будет марк­сист­ской интер­на­ци­о­наль­ной про­грам­мой»143 .

В. И. Ленин тре­бо­вал от чле­нов пар­тии ясного и чёт­кого пони­ма­ния, что такое ком­му­низм и что такое товар­ное хозяй­ство. В этом же заклю­чи­тель­ном слове он говорил:

«…ком­му­низма не может быть у людей, кото­рые, не усво­или, не доби­лись объ­яс­не­ния, что такое ком­му­низм и что такое товар­ное хозяй­ство»144 .

Если в пер­вой про­грамме пар­тии вопрос о замене товар­ного про­из­вод­ства ста­вился в самой общей форме, то теперь В. И. Ленин наме­чает кон­крет­ную систему мер по осу­ществ­ле­нию дан­ного про­грамм­ного положения.

«(5) В обла­сти рас­пре­де­ле­ния задача Советской вла­сти в насто­я­щее время состоит в том, чтобы неуклонно про­дол­жать замену тор­говли пла­но­мер­ным, орга­ни­зо­ван­ным в обще­го­су­дар­ствен­ном мас­штабе, рас­пре­де­ле­нием про­дук­тов…»145

«(6) Сразу уни­что­жить деньги в пер­вое время пере­хода от капи­та­лизма к ком­му­низму пред­став­ля­ется невоз­мож­ным.
<…>
РКП будет стре­миться к воз­можно более быст­рому про­ве­де­нию самых ради­каль­ных мер, под­го­тов­ля­ю­щих уни­что­же­ние денег…»146

И после Октябрьской рево­лю­ции В. И. Ленин после­до­ва­тельно отста­и­вает пози­ции, что пере­ход к соци­а­лизму обя­за­тельно пред­по­ла­гает лик­ви­да­цию товар­ного про­из­вод­ства. Он наме­чает кон­крет­ную систему эко­но­ми­че­ских меро­при­я­тий в этом направ­ле­нии. В. И. Ленин не счи­тает, что подоб­ная замена может быть про­ве­дена немед­ленно, еди­но­вре­мен­ным актом. Требуется дли­тель­ный период вре­мени и боль­шая работа по орга­ни­за­ции нового типа про­из­вод­ствен­ных отношений.

«…Деньги уни­что­жить сразу нельзя. Чтобы их уни­что­жить, нужно нала­дить орга­ни­за­цию рас­пре­де­ле­ния про­дук­тов для сотен мил­ли­о­нов людей»147 .

Но это не отме­няет того факта, что пере­ход к соци­а­лизму рас­смат­ри­ва­ется В. И. Лениным как лик­ви­да­ция товар­ного про­из­вод­ства со всеми его атри­бу­тами. Тезис Маркса и Энгельса о несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным про­из­вод­ством лежит в основе прак­ти­че­ских мер, раз­ра­бо­тан­ных В. И. Лениным после пере­хода вла­сти в руки пролетариата.

Можно было бы при­ве­сти ещё очень много выска­зы­ва­ний В. И. Ленина в этом плане. Но в этом нет необ­хо­ди­мо­сти. Важно выяс­нить и дру­гой вопрос: почему В. И. Ленин счи­тал, что соци­а­лизм и товар­ное про­из­вод­ство несов­ме­стимы, в чём он видел диа­мет­раль­ную про­ти­во­по­лож­ность этих систем обще­ствен­ного про­из­вод­ства и почему он столь кате­го­ри­че­ски заяв­лял, что соци­а­лизм есть «уни­что­же­ние товар­ного производства»?

Для отве­тов на эти вопросы недо­ста­точно при­ве­сти отдель­ные цитаты. Следует брать всю сово­куп­ность взгля­дов В. И. Ленина по дан­ному вопросу.

В начале работы мы очень подробно оста­нав­ли­ва­лись на ленин­ской харак­те­ри­стике сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и его основ­ных при­зна­ков. Если теперь сопо­ста­вить эту харак­те­ри­стику с той харак­те­ри­сти­кой, кото­рую даёт В. И. Ленин соци­а­лизму как осо­бой системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства, то нетрудно будет уста­но­вить, в чём именно, в каких политико-​экономических при­зна­ках В. И. Ленин видел диа­мет­раль­ную про­ти­во­по­лож­ность и несов­ме­сти­мость соци­а­лизма с товар­ным производством.

Первое, самое корен­ное, глу­бин­ное раз­ли­чие между соци­а­лиз­мом и товар­ным про­из­вод­ством заклю­ча­ется в пря­мой про­ти­во­по­лож­но­сти тех основ, на кото­рых поко­ятся соци­а­лизм и товар­ное про­из­вод­ство. Речь идёт о про­ти­во­по­лож­ных сущ­но­стях соци­а­лизма и товар­ного производства.

Товарное про­из­вод­ство есть про­из­вод­ство обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных рын­ком. Социализм есть про­из­вод­ство ассо­ци­и­ро­ван­ных про­из­во­ди­те­лей, свя­зан­ных еди­ным пла­ном на базе обще­ствен­ной соб­ствен­но­сти. Из этой про­ти­во­по­лож­но­сти раз­ви­ва­ется и про­ти­во­по­лож­ность всех осталь­ных при­зна­ков. Фактически речь идёт о корен­ных раз­ли­чиях во внут­рен­нем строе обще­ствен­ного про­из­вод­ства, порож­да­ю­щих весь осталь­ной ком­плекс раз­ли­чий. Не форма обмена отли­чает соци­а­лизм от товар­ного про­из­вод­ства, а в первую оче­редь спе­ци­фи­че­ский строй самого про­из­вод­ства. Форма обмена неко­то­рое время может сохра­нить ста­рые черты, хотя в самом про­из­вод­стве про­изо­шли корен­ные изменения.

Товарное про­из­вод­ство, будучи про­из­вод­ством обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, по самой своей сущ­но­сти не допус­кает ника­кого пла­но­вого воз­дей­ствия на про­цесс эко­но­ми­че­ского раз­ви­тия. Каждая хозяй­ствен­ная еди­ница про­из­во­дит что, как и сколько хочет, реа­ли­зует свою про­дук­цию кому, когда и где захо­чет, и на тех усло­виях, кото­рые сочтёт для себя при­ем­ле­мыми. Здесь дви­же­ние обще­ствен­ного про­из­вод­ства и про­дукта не нахо­дится и не может нахо­диться под пла­но­мер­ным кон­тро­лем обще­ства. Напротив, сами про­из­во­ди­тели нахо­дятся под вла­стью своих продуктов.

Социализм, напро­тив, с самого начала, по самой своей сущ­но­сти пред­по­ла­гает, что все сред­ства про­из­вод­ства и все про­из­во­ди­мые про­дукты состав­ляют соб­ствен­ность всего обще­ства, а дви­же­ние всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства и сово­куп­ного обще­ствен­ного про­дукта нахо­дится под кон­тро­лем обще­ства, под­чи­ня­ется еди­ному народ­но­хо­зяй­ствен­ному плану.

Стихийность, анар­хич­ность, дис­про­пор­ци­о­наль­ность раз­ви­тия обще­ствен­ного про­из­вод­ства есть внут­ренне необ­хо­ди­мая, имма­нент­ная черта товар­ного про­из­вод­ства. Она неустра­нима без лик­ви­да­ции самых глу­бо­ких основ товар­ного про­из­вод­ства (обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда).

Для соци­а­лизма, напро­тив, харак­терна пла­но­мер­ность как исход­ная и все­об­щая форма дви­же­ния обще­ствен­ного про­из­вод­ства, осно­ван­ного на обще­ствен­ной собственности.

В. И. Ленин с исклю­чи­тель­ной силой под­чёр­ки­вал в своих рабо­тах, что без пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства ещё нет соци­а­лизма. Даже в том слу­чае, если обще­ство наци­о­на­ли­зи­ро­вало все реша­ю­щие сред­ства про­из­вод­ства, но ещё не при­вело их в дви­же­ние на базе пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции, рано гово­рить о нали­чии соци­а­ли­сти­че­ского спо­соба про­из­вод­ства. Если, напри­мер, соци­а­ли­сти­че­ское госу­дар­ство сдаёт в аренду капи­та­ли­стам неко­то­рые наци­о­на­ли­зи­ро­ван­ные пред­при­я­тия, то в этом слу­чае ещё нет соци­а­ли­сти­че­ских про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, хотя имеет место обще­ствен­ная соб­ствен­ность на сред­ства про­из­вод­ства. Более того, В. И. Ленин счи­тал непра­виль­ным назы­вать соци­а­лиз­мом такой строй, при кото­ром пря­мыми или кос­вен­ными соб­ствен­ни­ками фаб­рик и заво­дов будут кол­лек­тивы рабо­чих, хозяй­ству­ю­щие по соб­ствен­ному усмот­ре­нию и не под­чи­ня­ю­щи­еся цен­тра­ли­зо­ван­ному госу­дар­ствен­ному управлению.

«…Полным отка­зом от соци­а­лизма,

— писал он, —

явля­ется вся­кое, пря­мое или кос­вен­ное уза­ко­не­ние соб­ствен­но­сти рабо­чих отдель­ной фаб­рики или отдель­ной про­фес­сии на их осо­бое про­из­вод­ство, или их права ослаб­лять или тор­мо­зить рас­по­ря­же­ния обще­го­су­дар­ствен­ной вла­сти»148 .

Социалистический спо­соб про­из­вод­ства начи­нает своё раз­ви­тие только с того момента, когда наци­о­на­ли­зи­ро­ван­ные сред­ства про­из­вод­ства при­во­дятся в дви­же­ние на основе пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства и когда дви­же­ние про­из­во­ди­мых про­дук­тов осу­ществ­ля­ется по еди­ному плану.

«Социализм,

— писал В. И. Ленин, —

немыс­лим <…> без пла­но­мер­ной госу­дар­ствен­ной орга­ни­за­ции, под­чи­ня­ю­щей десятки мил­ли­о­нов людей стро­жай­шему соблю­де­нию еди­ной нормы в деле про­из­вод­ства и рас­пре­де­ле­ния про­дук­тов. Об этом мы, марк­си­сты, все­гда гово­рили, и с людьми, кото­рые даже этого не поняли (анар­хи­сты и доб­рая поло­вина левых эсе­ров), не стоит тра­тить даже и двух секунд на раз­го­вор»149 .

Как видим, В. И. Ленин не счи­тает воз­мож­ным «тра­тить даже двух секунд» на раз­го­вор с людьми, кото­рые не поняли места пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции в системе социализма.

По мысли В. И. Ленина, сама по себе наци­о­на­ли­за­ция реша­ю­щих средств про­из­вод­ства без пла­но­мер­ного их исполь­зо­ва­ния ещё не озна­чает, что воз­ник новый, соци­а­ли­сти­че­ский спо­соб про­из­вод­ства. Если соци­а­ли­сти­че­ская рево­лю­ция, писал В. И. Ленин, «не вый­дет на дорогу созда­ния дей­стви­тельно пла­но­мер­ной еди­ной орга­ни­за­ции, вме­сто рос­сий­ского бес­тол­ко­вого хаоса и неле­по­сти,— тогда эта рево­лю­ция оста­нется рево­лю­цией бур­жу­аз­ной»150 . Здесь ярко под­чёрк­нуто, что вся оценка соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции с политико-​экономической точки зре­ния будет зави­сеть от того, сумеет ли про­ле­та­риат создать пла­но­мер­ную орга­ни­за­цию обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Если это не удастся сде­лать, то рево­лю­ция «оста­нется бур­жу­аз­ной». Без пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции нет соци­а­лизма, — такова по суще­ству мысль В. И. Ленина.

Теория науч­ного ком­му­низма Маркса — Энгельса — Ленина исхо­дит из того, что постро­е­ние обще­ства без экс­плу­а­та­ции чело­века чело­ве­ком воз­можно только в том слу­чае, если про­ле­та­риат, взяв власть в свои руки и наци­о­на­ли­зи­ро­вав реша­ю­щие сред­ства про­из­вод­ства, смо­жет пла­но­мерно управ­лять раз­ви­тием про­из­во­ди­тель­ных сил и про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний, а через них воз­дей­ство­вать и на раз­ви­тие всех осталь­ных отно­ше­ний между людьми, пре­об­ра­зо­вы­вать их на новых началах.

Пролетариат ста­вит своей целью лик­ви­ди­ро­вать экс­плу­а­та­цию, устра­нить про­ти­во­по­лож­ность между горо­дом и дерев­ней, умствен­ным и физи­че­ским тру­дом, вос­пи­тать все­сто­ронне раз­ви­того чело­века, обес­пе­чить удо­вле­тво­ре­ние воз­рас­та­ю­щих мате­ри­аль­ных и духов­ных потреб­но­стей всех чле­нов обще­ства. Но эта цель недо­сти­жима без обще­ствен­ной соб­ствен­но­сти и пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Планомерность есть исход­ная и все­об­щая форма раз­ви­тия ком­му­ни­сти­че­ского спо­соба про­из­вод­ства в целом и его низ­шей ста­дии — соци­а­лизма. Без неё нет ни соци­а­лизма, ни воз­мож­но­стей пере­хода к коммунизму.

Но пла­но­мер­ность несов­ме­стима с товар­ным про­из­вод­ством. Об этом Маркс, Энгельс и Ленин писали с пол­ной опре­де­лён­но­стью. И речь идёт не об отдель­ных или слу­чай­ных выска­зы­ва­ниях или пред­по­ло­же­ниях, а о все­сто­ронне обос­но­ван­ной, научно аргу­мен­ти­ро­ван­ной системе дока­за­тельств этого корен­ного поло­же­ния тео­рии науч­ного коммунизма.

Мы уже отме­чали, что суть товар­ного про­из­вод­ства состоит в обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. А обособ­лен­ный про­из­во­ди­тель, хозяй­ству­ю­щий по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, явля­ется реши­тель­ным вра­гом вся­кой регла­мен­та­ции, вся­кого плана, вся­кого вме­ша­тель­ства в его эко­но­ми­че­скую дея­тель­ность. Он под­чи­ня­ется только рынку с его сти­хий­ными коле­ба­ни­ями цен.

Чтобы полу­чить воз­мож­ность пла­но­мер­ного регу­ли­ро­ва­ния эко­но­мики, необ­хо­димо устра­нить обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, вклю­чить труд каж­дого в еди­ный план. А подоб­ное пре­одо­ле­ние обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и озна­чает лик­ви­да­цию самой сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства. С этой точки зре­ния ста­но­вится совер­шенно оче­видно, что соци­а­лизм с его пла­но­мер­ной орга­ни­за­цией по сво­ему внут­рен­нему строю — анти­под товар­ного про­из­вод­ства и несов­ме­стим с ним. Либо сохра­ня­ется товар­ное про­из­вод­ство (строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей), и тогда ста­но­вится невоз­мож­ным пла­но­мер­ное раз­ви­тие эко­но­мики, а сле­до­ва­тельно, и прак­ти­че­ское осу­ществ­ле­ние всей про­граммы науч­ного ком­му­низма; либо пре­одо­ле­ва­ется, устра­ня­ется обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, эко­но­мика раз­ви­ва­ется по еди­ному народ­но­хо­зяй­ствен­ному плану, но в этом слу­чае мы уже не имеем права назы­вать дан­ный тип про­из­вод­ства товар­ным про­из­вод­ством, ибо здесь нет места самой глу­бо­кой сущ­но­сти товар­ного производства.

К. Маркс назы­вал пла­но­мер­ность «пер­вым эко­но­ми­че­ским зако­ном на основе кол­лек­тив­ного про­из­вод­ства». Вместе с тем К. Маркс со всей реши­тель­но­стью заяв­лял, что пла­но­мер­ность невоз­можна на базе товар­ного про­из­вод­ства. При товар­ном про­из­вод­стве, отме­чал он, «про­из­вод­ство не носит непосредственно-​общественного харак­тера, не ведется на нача­лах ассо­ци­а­ции, кото­рая рас­пре­де­ляет труд внутри себя». При этой форме про­из­вод­ства, по Марксу, «инди­виды под­чи­нены обще­ствен­ному про­из­вод­ству, кото­рое напо­до­бие рока суще­ствует вне их, а не обще­ствен­ное про­из­вод­ство под­чи­нено инди­ви­дам, кото­рые бы управ­ляли им как своим общим досто­я­нием».

«Поэтому,

— заклю­чает Маркс, —

не может быть ничего оши­боч­нее и неле­пее, нежели на основе мено­вой сто­и­мо­сти и денег пред­по­ла­гать кон­троль объ­еди­нён­ных инди­ви­дов над их сово­куп­ным про­из­вод­ством»151 .

Подчёркнутые нами слова Маркса наи­бо­лее рельефно харак­те­ри­зуют суть его пози­ции, заклю­ча­ю­щу­юся в том, что сов­ме­стить товар­ное про­из­вод­ство с пла­но­мер­но­стью в прин­ципе невозможно.

Эту же мысль раз­ви­вает и В. И. Ленин в целом ряде своих работ. Одна из наи­бо­лее ярких поста­но­вок вопроса содер­жится в его ста­тье «Перлы народ­ни­че­ского прожектёрства».

Один из народ­ни­ков — Южаков пред­ла­гал пре­вра­тить все гим­на­зии в мас­шта­бах всей страны в про­из­во­ди­тель­ные еди­ницы, зани­ма­ю­щи­еся про­из­вод­ством и обес­пе­чи­ва­ю­щие своё раз­ви­тие за счёт дохо­дов от соб­ствен­ного про­из­вод­ства. По его мне­нию, все гим­на­зии России должны быть объ­еди­нены еди­ным пла­ном, под­чи­няться еди­ной пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции. Вместе с тем Южаков пред­ла­гал, чтобы эти «пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ные» гим­на­зии про­из­во­дили свою про­дук­цию на рынок, были това­ро­про­из­во­ди­те­лями. Он, сле­до­ва­тельно, пред­ла­гал сов­ме­стить пла­но­мер­ную орга­ни­за­цию с товар­ным про­из­вод­ством. Подобную идею В. И. Ленин назвал «бур­жу­аз­ной утопией».

В. И. Ленин при­со­еди­ня­ется к тезису Южакова о том, что одним из основ­ных при­зна­ков соци­а­лизма явля­ется пла­но­мер­ная орга­ни­за­ция обще­ствен­ного производства.

«„Один из основ­ных при­зна­ков науч­ного поня­тия соци­а­лизма — пла­но­мер­ное регу­ли­ро­ва­ние обще­ствен­ного производства“,

— спра­вед­ливо гово­рит цити­ро­ван­ный сей­час автор»152 ,

— пишет В. И. Ленин.

Но когда Южаков пред­ла­гает сов­ме­стить пла­но­мер­ность с товар­ным про­из­вод­ством, В. И. Ленин назы­вает это «уто­пией» и не про­сто уто­пией, а «бур­жу­аз­ной утопией».

«В — 4-​х, — и это самое глу­бо­кое осно­ва­ние, чтобы назвать „уто­пию“ бур­жу­аз­ной, — в ней остав­лено рядом с попыт­кой пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства и товар­ное про­из­вод­ство. Гимназии про­из­во­дят про­дукты на рынок. Следовательно, обще­ствен­ным про­из­вод­ством будут управ­лять законы рынка, кото­рым должны будут под­чи­няться и „гим­на­зии“!»153

Итак, сов­ме­ще­ние пла­но­мер­но­сти с товар­ным про­из­вод­ством В. И. Ленин прямо назы­вает «уто­пией», т. е. тем, что в жизни неосу­ще­ствимо, невоз­можно. Почему? Ответ ста­нет ясным, если мы вспом­ним о ленин­ских харак­те­ри­сти­ках основ­ных при­зна­ков товар­ного про­из­вод­ства и социализма.

Социалистическое про­из­вод­ство есть пла­но­мер­ное про­из­вод­ство на извест­ного потре­би­теля. Товарное про­из­вод­ство это про­из­вод­ство на неиз­вест­ный, сти­хийно раз­ви­ва­ю­щийся рынок. Может ли быть состав­лен и выпол­нен план, если неиз­ве­стен объём спроса, его струк­тура и тен­ден­ции изме­не­ния? Очевидно, нет. Планировать про­из­вод­ство, рас­счи­тан­ное на неиз­вест­ный рынок, невоз­можно. Не план будет опре­де­лять, что, когда и сколько должно быть про­из­ве­дено, а рынок со сво­ими посто­ян­ными коле­ба­ни­ями будет опре­де­лять раз­меры, мас­штабы и струк­туру про­из­вод­ства. Не обще­ство будет пла­но­мерно управ­лять дви­же­нием про­из­вод­ства и про­дук­тов, а рынок; не про­из­во­ди­тель будет гос­под­ство­вать над про­дук­том, а про­дукт над производителем.

Какой бы «хоро­ший» план ни соста­вили «пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ные гим­на­зии», он будет сорван сти­хией и неиз­вест­но­стью рынка. Под вли­я­нием рынка пер­во­на­чаль­ные планы будут всё время кор­рек­ти­ро­ваться. Эта «кор­рек­ти­ровка» в конце кон­цов при­ве­дёт к нару­ше­нию ранее состав­лен­ных пла­нов и к раз­ви­тию про­из­вод­ства в тех направ­ле­ниях, кото­рые тре­бу­ются рын­ком. Иначе говоря, при такой ситу­а­ции ника­кой план, состав­лен­ный на ряд лет, не может быть выпол­нен. Вместо пла­но­вого хозяй­ства полу­чится бес­пла­но­вое. Все так назы­ва­е­мые «планы» будут под­чи­нены тре­бо­ва­ниям рынка. Не рынок будет на службе плана, а план на службе рынка. Планирование на неиз­вест­ный рынок уже не есть пла­ни­ро­ва­ние в строго науч­ном смысле этого слова. Вот почему, на наш взгляд, В. И. Ленин назы­вал «бур­жу­аз­ной уто­пией» вся­кие попытки сов­ме­стить пла­но­мер­ность с товар­ным производством.

И с этой точки зре­ния вызы­вает серьёз­ное недо­уме­ние появ­ля­ю­щи­еся в нашей печати утвер­жде­ния, будто «план не только не исклю­чает, а, наобо­рот, пред­по­ла­гает нали­чие товар­ного про­из­вод­ства»154 .

Подобные утвер­жде­ния с науч­ной точки зре­ния не выдер­жи­вают ника­кой кри­тики. Либо автор пони­мает под товар­ным про­из­вод­ством совсем не то, что пони­мает под этим марксистско-​ленинская наука, либо он про­сто пыта­ется вве­сти в заблуж­де­ние неис­ку­шён­ных чита­те­лей. Для прак­тики народ­но­хо­зяй­ствен­ного пла­ни­ро­ва­ния подоб­ные «тео­ре­ти­че­ские» реко­мен­да­ции могут нане­сти огром­ный вред. А с тео­ре­ти­че­ской точки зре­ния они вно­сят путаницу.

Автор этих утвер­жде­ний идёт ещё дальше. Он выдви­гает предложение:

«Остаётся поже­лать, чтобы <…> пред­став­ле­ние о „необя­за­тель­но­сти“ товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме исчезло из лите­ра­туры, в част­но­сти учеб­ной, при­зван­ной фор­ми­ро­вать эко­но­ми­че­ские взгляды сту­ден­тов — буду­щих коман­ди­ров и стро­и­те­лей про­из­вод­ства»155 .

Кому же при­над­ле­жит «пред­став­ле­ние» о «необя­за­тель­но­сти» товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме? Чьи взгляды пред­ла­га­ется устра­нить из лите­ра­туры при под­го­товке «сту­ден­тов — буду­щих коман­ди­ров» производства?

Представление о «необя­за­тель­но­сти» товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме при­над­ле­жит Марксу, Энгельсу и Ленину. И это не «пред­став­ле­ние», а одно из про­грамм­ных поло­же­ний всей тео­рии науч­ного ком­му­низма. Им же при­над­ле­жит науч­ное обос­но­ва­ние поло­же­ния об «оши­боч­но­сти» и «неле­по­сти» сов­ме­ще­ния плана с товар­ным про­из­вод­ством. И вот эти гене­раль­ные идеи клас­си­ков марксизма-​ленинизма пред­ла­га­ется изъ­ять из учеб­ной лите­ра­туры при эко­но­ми­че­ской под­го­товке кадров.

Подобные пред­ло­же­ния со сто­роны неко­то­рых совет­ских эко­но­ми­стов кажутся про­сто невероятными.

Классики марксизма-​ленинизма видели диа­мет­раль­ную про­ти­во­по­лож­ность между соци­а­лиз­мом и товар­ным про­из­вод­ством не только в том, что пер­вый раз­ви­ва­ется пла­но­мерно на базе обще­ствен­ной соб­ствен­но­сти, а вто­рому внут­ренне при­сущи сти­хий­ность, анар­хич­ность и дис­про­пор­ци­о­наль­ность. Эти системы обще­ствен­ного про­из­вод­ства про­ти­во­стоят друг другу и по целям производства.

Планомерно орга­ни­зо­ван­ное соци­а­ли­сти­че­ское про­из­вод­ство есть про­из­вод­ство для удо­вле­тво­ре­ния мате­ри­аль­ных и духов­ных потреб­но­стей всех чле­нов обще­ства. Товарное про­из­вод­ство — это про­из­вод­ство ради сто­и­мо­сти. Оно «удо­вле­тво­ряет» потреб­но­сти тех, у кого есть деньги, кто предъ­яв­ляет пла­тё­же­спо­соб­ный спрос. Этот тип про­из­вод­ства менее всего рас­счи­тан на все­сто­рон­нее удо­вле­тво­ре­ние потреб­но­стей всех чле­нов обще­ства. Здесь неиз­бежна диф­фе­рен­ци­а­ция про­из­во­ди­те­лей, соци­аль­ное нера­вен­ство. Вся струк­тура обще­ствен­ного про­из­вод­ства, соот­но­ше­ния между I и II под­раз­де­ле­ни­ями фор­ми­ру­ются под вли­я­нием сти­хийно раз­ви­ва­ю­ще­гося рынка. Следовательно, товар­ное про­из­вод­ство как по сво­ему внут­рен­нему строю, так и по целям про­из­вод­ства диа­мет­рально про­ти­во­по­ложно соци­а­ли­сти­че­скому производству.

Основным свой­ством товар­ного про­из­вод­ства, по В. И. Ленину, явля­ется сво­бод­ная кон­ку­рен­ция. Каждый стре­мится вытес­нить дру­гого. Здесь чело­век чело­веку враг. Один стре­мится вырваться впе­ред за счет дру­гого, не оста­нав­ли­ва­ясь ни перед чем. Денежные рас­четы подав­ляют вся­кие мораль­ные и нрав­ствен­ные прин­ципы. Власть денег, жажда наживы вызы­вают к жизни самые низ­мен­ные стра­сти чело­ве­че­ской души.

Товарное про­из­вод­ство как осо­бая система обще­ствен­ного про­из­вод­ства с при­су­щей ей кон­ку­рен­цией фор­ми­рует и соот­вет­ству­ю­щую нрав­ствен­ность людей, тип дельца-​предпринимателя, вза­им­ную вражду.

Социалистическое про­из­вод­ство, устра­няя товар­ное про­из­вод­ство с его сво­бод­ной кон­ку­рен­цией, создаёт новый тип отно­ше­ний между людьми — това­ри­ще­ской вза­и­мо­по­мощи и сотруд­ни­че­ства, фор­ми­рует новую мораль и нрав­ствен­ность, вос­пи­ты­вает нового человека.

Следовательно, и в этом плане между соци­а­лиз­мом и товар­ным про­из­вод­ством суще­ствуют корен­ные различия.

В нашу задачу не вхо­дит подроб­ное рас­смот­ре­ние всех пунк­тов раз­ли­чий между соци­а­лиз­мом и товар­ным про­из­вод­ством. Достаточно оста­но­виться на выше­ска­зан­ном, чтобы яснее и глубже понять смысл марксистско-​ленинского тезиса о диа­мет­раль­ной про­ти­во­по­лож­но­сти и несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным производством

Ленинский план стро­и­тель­ства соци­а­лизма исхо­дит из того, что необ­хо­димо через ряд пере­ход­ных мер обес­пе­чить замену товар­ного про­из­вод­ства новым типом обще­ствен­ного про­из­вод­ства — соци­а­ли­сти­че­ским. Более подробно мы оста­но­вимся на этом в сле­ду­ю­щих параграфах.

За послед­ние годы в нашей эко­но­ми­че­ской лите­ра­туре всё чаще появ­ля­ются работы, в кото­рых утвер­жда­ется, что В. И. Ленин после Октябрьской рево­лю­ции в связи с пере­хо­дом к новой эко­но­ми­че­ской поли­тике пере­смот­рел взгляды Маркса и Энгельса о несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным про­из­вод­ством. В этом усмат­ри­ва­ется прин­ци­пи­ально новый вклад В. И. Ленина в тео­рию науч­ного коммунизма.

В одной из работ мы читаем:

«Гениальная про­зор­ли­вость Ленина, как наи­бо­лее яркого пред­ста­ви­теля твор­че­ского марк­сизма, ска­за­лась в том, что, когда опыт воен­ного ком­му­низма пока­зал невоз­мож­ность постро­е­ния соци­а­лизма без исполь­зо­ва­ния товарно-​денежных отно­ше­ний, он не оста­но­вился перед пере­смот­ром уста­рев­шей догмы о несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным хозяй­ством»156 .

Здесь «твор­че­ский вклад» В. И. Ленина свя­зан с «пере­смот­ром уста­рев­шей догмы [Которая, как пока­зал цити­ру­е­мый автор, при­над­ле­жит Марксу и Энгельсу. — Н. X.] о несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным хозяй­ством».

Автор дру­гой работы пишет:

«В. И. Ленин впер­вые в поли­ти­че­ской эко­но­мии соци­а­лизма пока­зал и научно обос­но­вал исто­ри­че­ски обу­слов­лен­ную необ­хо­ди­мость сохра­не­ния товар­ного про­из­вод­ства на весь период пере­хода от капи­та­лизма к соци­а­лизму и при соци­а­лизме»157 .

Нет сомне­ний в том, что В. И. Ленин обос­но­вал необ­хо­ди­мость исполь­зо­ва­ния товарно-​денежных отно­ше­ний в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму и тем самым внёс неоце­ни­мый вклад в тео­рию и прак­тику стро­и­тель­ства нового обще­ства. Но спра­вед­ливо ли счи­тать В. И. Ленина авто­ром тео­рии товар­ного про­из­вод­ства при социализме?

Ответ на эти вопросы имеет прин­ци­пи­ально важ­ный харак­тер. Речь идёт не о каких-​то мел­ких, вто­ро­сте­пен­ных вопро­сах марксистско-​ленинской тео­рии, а об одном из самых кар­ди­наль­ных поло­же­ний всей тео­рии науч­ного коммунизма.

В обос­но­ва­ние тезиса о том, что Ленин «не оста­но­вился перед пере­смот­ром уста­рев­шей догмы о несов­ме­сти­мо­сти соци­а­лизма с товар­ным про­из­вод­ством»158 , К. В. Островитянов при­во­дит ленин­ские выска­зы­ва­ния из работ, напи­сан­ных при пере­ходе к новой эко­но­ми­че­ской поли­тике. В этих рабо­тах ста­вится вопрос о необ­хо­ди­мо­сти исполь­зо­ва­ния товарно-​денежных отно­ше­ний в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму. Ни в одной из них не идёт речи об исполь­зо­ва­нии товарно-​денежных отно­ше­ний при соци­а­лизме.

Ни в одной из этих работ В. И. Ленин не зани­ма­ется пере­смот­ром взгля­дов Маркса и Энгельса о судь­бах товар­ного про­из­вод­ства с пере­хо­дом к соци­а­лизму. В пол­ном соот­вет­ствии со взгля­дами Маркса и Энгельса, кото­рые пола­гали, что в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму ещё сохра­нятся товар­ное про­из­вод­ство и товарно-​денежные отно­ше­ния, В. И. Ленин раз­вёр­ты­вает кон­крет­ную про­грамму их исполь­зо­ва­ния в целях стро­и­тель­ства соци­а­ли­сти­че­ского обще­ства. В. И. Ленин не оспа­ри­вает ни взгля­дов Маркса и Энгельса на исполь­зо­ва­ние товарно-​денежных отно­ше­ний в пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму, ни их взгля­дов об уни­что­же­нии товар­ного про­из­вод­ства с пере­хо­дом к социализму.

Те выска­зы­ва­ния В. И. Ленина, кото­рые при­во­дит К. В. Островитянов, не под­твер­ждают выдви­ну­того им тезиса. Одна из цитат, на кото­рую опи­ра­ется автор, взята из плана бро­шюры «О про­до­воль­ствен­ном налоге» и зву­чит так:

«Ни раз­вёрстки, ни налога, а обмен про­дук­тов круп­ной („соци­а­ли­зи­ро­ван­ной“) про­мыш­лен­но­сти на кре­стьян­ские про­дукты, такова эко­но­ми­че­ская суть соци­а­лизма, его база»159 .

Можно ли из этой цитаты делать вывод о том, будто Ленин, в отли­чие от Маркса и Энгельса, счи­тает необ­хо­ди­мым сохра­нить товар­ное про­из­вод­ство и при соци­а­лизме? Несомненно, что в дан­ном слу­чае Ленин ста­вит вопрос об «эко­но­ми­че­ской сути соци­а­лизма». Нет сомне­ний также и в том, что, по мысли Ленина, при соци­а­лизме не будет «ни раз­вёрстки, ни налога», а будет «обмен про­дук­тов круп­ной про­мыш­лен­но­сти на кре­стьян­ские про­дукты». Но где здесь хотя бы малей­ший намёк на сохра­не­ние товар­ного про­из­вод­ства? Разве поня­тия «обмен» и «товар­ное про­из­вод­ство» тож­де­ственны? Если бы мы под­ме­нили поня­тие обмена поня­тием товар­ного про­из­вод­ства, то можно было бы при­пи­сать Ленину мысль о сохра­не­нии товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме. Но ведь это было бы пря­мым извра­ще­нием того, что напи­сано вождём про­ле­тар­ской революции.

В бро­шюре «О про­до­воль­ствен­ном налоге» В. И. Ленин дал точ­ную рас­шиф­ровку сво­его тезиса о харак­тере обмена при соци­а­лизме. Суть ленин­ского взгляда такова. В период воен­ного ком­му­низма у кре­стьян брали в порядке раз­вёрстки все излишки про­дук­тов, а ино­гда даже и часть необ­хо­ди­мого про­дукта. При пере­ходе к прод­на­логу поло­же­ние изме­ня­ется. Теперь часть кре­стьян­ских про­дук­тов берётся без­воз­мездно в порядке про­до­воль­ствен­ного налога, дру­гая часть, остав­ша­яся у кре­стьян­ства, обме­ни­ва­ется по экви­ва­ленту на про­дукты соци­а­ли­сти­че­ской про­мыш­лен­но­сти. При соци­а­лизме не будет ни раз­вёрстки, ни налога и весь кре­стьян­ский про­дукт будет обме­ни­ваться по экви­ва­ленту на про­дукты соци­а­ли­сти­че­ской про­мыш­лен­но­сти. Обмен при соци­а­лизме мыс­лится как «соци­а­ли­сти­че­ский про­дук­то­об­мен» (этот тер­мин неод­но­кратно упо­треб­ля­ется самим В. И. Лениным), а не как обмен между обособ­лен­ными това­ро­про­из­во­ди­те­лями по зако­нам рынка и товар­ного про­из­вод­ства. Продналог рас­смат­ри­ва­ется Лениным как пере­ход­ная форма к пра­виль­ному соци­а­ли­сти­че­скому про­дук­то­об­мену. Но чтобы не быть голо­слов­ными, мы при­ве­дём пря­мые выска­зы­ва­ния В. И. Ленина:

«Своеобразный „воен­ный ком­му­низм“,

— пишет он, —

состоял в том, что мы фак­ти­че­ски брали от кре­стьян все излишки и даже ино­гда не излишки, а часть необ­хо­ди­мого для кре­стьян­ства про­до­воль­ствия, брали для покры­тия рас­хо­дов на армию и на содер­жа­ние рабо­чих. Брали боль­шей частью в долг, за бумаж­ные деньги.
<…>
Правильной поли­ти­кой про­ле­та­ри­ата, осу­ществ­ля­ю­щего свою дик­та­туру в мел­ко­кре­стьян­ской стране, явля­ется обмен хлеба на про­дукты про­мыш­лен­но­сти, необ­хо­ди­мые кре­стья­нину. Только такая про­до­воль­ствен­ная поли­тика отве­чает зада­чам про­ле­та­ри­ата, только она спо­собна укре­пить основы соци­а­лизма и при­ве­сти к его пол­ной победе.
Продналог есть пере­ход к ней. Мы всё ещё так разо­рены, <…> что не можем дать кре­стья­нину за
весь нуж­ный нам хлеб про­дукты про­мыш­лен­но­сти. Зная это, мы вво­дим прод­на­лог, то есть мини­мально необ­хо­ди­мое (для армии и для рабо­чих) коли­че­ство хлеба берём как налог, а осталь­ное будем обме­ни­вать на про­дукты про­мыш­лен­но­сти»160 .

В тези­сах доклада на III кон­грессе Коминтерна В. И. Ленин при­во­дит эту же мысль:

«Вполне пра­виль­ным и устой­чи­вым, с соци­а­ли­сти­че­ской точки зре­ния, союз мел­ких кре­стьян и про­ле­та­ри­ата может стать лишь тогда, когда вполне вос­ста­нов­лен­ные транс­порт и круп­ная про­мыш­лен­ность поз­во­лят про­ле­та­ри­ату давать кре­стья­нам в обмен на про­до­воль­ствие все необ­хо­ди­мые для них и для улуч­ше­ния их хозяй­ства про­дукты. При гро­мад­ном разо­ре­нии страны этого никак нельзя было достиг­нуть сразу.
<…>
Продналог явля­ется пере­хо­дом от рек­ви­зи­ции всех хлеб­ных излиш­ков кре­стья­нина к пра­виль­ному соци­а­ли­сти­че­скому про­дук­то­об­мену между про­мыш­лен­но­стью и зем­ле­де­лием»
161 .

Всё это не остав­ляет ника­ких сомне­ний в том, что для соци­а­лизма В. И. Ленин счи­тал объ­ек­тивно необ­хо­ди­мой фор­мой связи между про­мыш­лен­но­стью и зем­ле­де­лием соци­а­ли­сти­че­ский про­дук­то­об­мен, а не товар­ное производство.

Ленинский тезис о подрыве товарного производства при империализме. Его значение для правильного решения вопроса о судьбах товарного производства в переходный период от капитализма к социализму и при социализме

Ленинская поста­новка вопроса о замене товар­ного про­из­вод­ства соци­а­ли­сти­че­ским про­из­вод­ством бази­ру­ется на глу­боко науч­ном ана­лизе объ­ек­тив­ных тен­ден­ций общественно-​экономического раз­ви­тия. В. И. Ленин исхо­дит из того, что все необ­хо­ди­мые мате­ри­аль­ные пред­по­сылки для посте­пен­ной лик­ви­да­ции товар­ного про­из­вод­ства созда­ются уже в рам­ках капи­та­лизма на его моно­по­ли­сти­че­ской ста­дии раз­ви­тия. При импе­ри­а­лизме про­ис­хо­дит под­рыв товар­ного про­из­вод­ства. Пролетариат, взяв власть в свои руки, застаёт уже подо­рван­ное товар­ное про­из­вод­ство. В ходе соци­а­ли­сти­че­ских пре­об­ра­зо­ва­ний на про­тя­же­нии пере­ход­ного пери­ода про­ис­хо­дит даль­ней­ший про­цесс под­рыва товар­ного про­из­вод­ства, завер­ша­ю­щийся его окон­ча­тель­ной ликвидацией.

Сущность товар­ного про­из­вод­ства, с точки зре­ния В. И. Ленина, состоит в обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Из этой сущ­но­сти раз­ви­ва­ются все осталь­ные его суще­ствен­ные при­знаки. Поэтому лик­ви­да­ция товар­ного про­из­вод­ства по своей политико-​экономической сущ­но­сти озна­чает не что иное, как устра­не­ние обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, под­чи­не­ние всех зве­ньев обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда еди­ной воле, управ­ле­ние всем про­цес­сом даль­ней­шего раз­ви­тия из еди­ного цен­тра по плану. Преодоление обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и созда­ние еди­ного про­из­вод­ствен­ного орга­низма, в кото­ром все зве­нья раз­ви­ва­ются согла­со­ванно, гар­мо­нично, по плану, озна­чает лик­ви­да­цию про­ти­во­ре­чия между част­ным и обще­ствен­ным тру­дом, пре­вра­ще­ние труда каж­дой про­из­вод­ствен­ной еди­ницы в непо­сред­ственно обще­ствен­ный труд. На этой основе неиз­бежно устра­ня­ются анар­хич­ность, сти­хий­ность, дис­про­пор­ци­о­наль­ность раз­ви­тия, кон­ку­рен­ция, гос­под­ство вещей над людьми, осо­бая функ­ци­о­наль­ная роль про­дук­тов труда в про­цессе вос­про­из­вод­ства и все осталь­ные суще­ствен­ные при­знаки товар­ного производства.

Процесс под­рыва товар­ного про­из­вод­ства и посте­пен­ной его лик­ви­да­ции может про­ис­хо­дить и дей­стви­тельно про­ис­хо­дил при одно­вре­мен­ном сохра­не­нии ряда его внеш­них атри­бу­тов в сфере обмена (деньги и денеж­ная оценка про­дук­тов труда, пере­ход про­дук­тов труда из рук в руки посред­ством обмена при соблю­де­нии извест­ной экви­ва­лент­но­сти, сохра­не­ние формы тор­говли и т. п.).

Огромное зна­че­ние иссле­до­ва­ний В. И. Ленина заклю­ча­лось в том, что при ана­лизе объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти он не обма­ны­вался сохра­не­нием поверх­ност­ных форм, а акцен­ти­ро­вал глав­ное вни­ма­ние на выяв­ле­нии глу­бин­ных про­цес­сов, раз­вёр­ты­ва­ю­щихся прежде всего в сфере про­из­вод­ства и отра­жа­ю­щихся в пре­вра­щён­ных фор­мах на поверх­но­сти явле­ний. Его диа­лек­ти­че­ский под­ход ярко про­явился в том, что он уви­дел про­цесс изме­не­ния содер­жа­ния при сохра­не­нии внеш­них форм. И чтобы пра­виль­нее понять направ­ле­ние тео­ре­ти­че­ских поис­ков В. И. Ленина и мето­до­ло­гию его под­хода к ана­лизу вопроса о судь­бах товар­ного про­из­вод­ства при соци­а­лизме, мы рас­смот­рим сна­чала его поста­новку и реше­ние вопроса о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при империализме.

Анализируя новей­шие явле­ния в раз­ви­тии капи­та­лизма на моно­по­ли­сти­че­ской ста­дии, В. И. Ленин при­шёл к сле­ду­ю­щему, прин­ци­пи­ально важ­ному выводу:

«В пере­воде на чело­ве­че­ский язык это зна­чит: раз­ви­тие капи­та­лизма дошло до того, что, хотя товар­ное про­из­вод­ство по-​прежнему „царит“ и счи­та­ется осно­вой всего хозяй­ства, но на деле оно уже подо­рвано, и глав­ные при­были доста­ются „гениям“ финан­со­вых про­де­лок»162 .

Здесь ясно фор­му­ли­ру­ется тезис о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при империализме.

С чисто внеш­ней точки зре­ния и при импе­ри­а­лизме товарно-​денежная форма отно­ше­ний оста­ётся все­об­щей фор­мой отно­ше­ний между людьми. Более того, эта форма дости­гает более высо­кой сту­пени, чем при капи­та­лизме сво­бод­ной кон­ку­рен­ции. Акты купли-​продажи неиз­ме­римо рас­ши­ря­ются, охва­ты­вая все страны капи­та­ли­сти­че­ской системы. Развиваются кре­дит, тор­говля; про­из­вод­ство ради извле­че­ния мак­си­маль­ной при­были опре­де­ляет все сто­роны раз­ви­тия. И напра­ши­ва­ется вывод не о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме, а, наобо­рот, о его даль­ней­шем расцвете.

В. И. Ленин сде­лал вывод о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства, потому что он исхо­дил из под­линно науч­ного пони­ма­ния сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и его основ­ных при­зна­ков, поль­зо­вался мето­дом диа­лек­ти­че­ского мате­ри­а­лизма, кото­рый тре­бует не обма­ны­ваться поверх­но­стью явле­ний, а про­ни­кать в самую сущ­ность про­цес­сов, про­ис­хо­дя­щих в сфере производства.

За сохра­не­нием внеш­них форм В. И. Ленин уви­дел каче­ственно новые про­цессы в самом внут­рен­нем строе капи­та­лизма на импе­ри­а­ли­сти­че­ской ста­дии. Он уви­дел, что в рам­ках ста­рой формы начи­нает вызре­вать новое содер­жа­ние. И именно это послу­жило осно­ва­нием для выво­дов о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме, несмотря на сохра­не­ние и даже «рас­цвет» целого ряда его внеш­них атрибутов.

Суть этих изме­не­ний состоит в фор­ми­ро­ва­нии каче­ственно нового типа отно­ше­ний между раз­лич­ными хозяй­ствен­ными еди­ни­цами в системе обще­ствен­ного про­из­вод­ства. В. И. Ленин прямо обра­тил вни­ма­ние на «изме­ня­ю­щи­еся обще­ствен­ные отно­ше­ния про­из­вод­ства»163 , что нахо­дит своё выра­же­ние в том факте, что с пере­хо­дом к гос­под­ству моно­по­лий отно­ше­ния между раз­лич­ными зве­ньями в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния суще­ственно изме­ня­ются. По-​иному скла­ды­ва­ются отно­ше­ния между пред­при­я­ти­ями, вхо­дя­щими в состав моно­по­лии, между моно­по­ли­ями, между моно­по­ли­зи­ро­ван­ным и немо­но­по­ли­зи­ро­ван­ным сек­то­рами. Этот новый тип отно­ше­ний в отдель­ных слу­чаях свя­зан с пол­ной лик­ви­да­цией обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, в боль­шин­стве же слу­чаев он озна­чает под­рыв обособ­лен­но­сти в той или иной степени.

Выдвигая тезис о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме, В. И. Ленин имеет в виду в первую оче­редь под­рыв его сущ­но­сти — обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей на базе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. В резуль­тате под­рыва этой сущ­но­сти Ленин пока­зы­вает и про­цесс под­рыва всех осталь­ных свя­зан­ных с ней при­зна­ков. Он неод­но­кратно отме­чает под­рыв «неиз­вест­но­сти» рынка, ибо моно­по­лии начи­нают делить рынки сбыта и про­из­во­дить при­бли­зи­тель­ный учёт его объ­ёма. Ленин пишет о том, что «сво­бод­ный рынок всё более отхо­дит в область про­шлого, моно­по­ли­сти­че­ские син­ди­каты и тресты с каж­дым днём уре­зы­вают его»164 , что с пере­хо­дом к моно­по­лии под­ры­ва­ется сво­бод­ная кон­ку­рен­ция, сво­бод­ная игра цен на рынке. Политика моно­поль­ных цен озна­чает и под­рыв закона сто­и­мо­сти. Он пишет далее о том, что отно­ше­ния рав­ных, неза­ви­си­мых про­из­во­ди­те­лей посте­пенно заме­ня­ются отно­ше­ни­ями гос­под­ства и под­чи­не­ния, пря­мого наси­лия в рам­ках всё той же внеш­ней формы товарно-​денежных отно­ше­ний. Так назы­ва­е­мая «сво­бод­ная кон­ку­рен­ция» сме­ня­ется новым типом отно­ше­ний, при кото­ром силь­ней­шие моно­по­ли­сти­че­ские союзы навя­зы­вают свои усло­вия аут­сай­де­рам, при­ме­няя самые раз­но­об­раз­ные методы эко­но­ми­че­ского и поли­ти­че­ского «уду­ше­ния», принуждения.

Иначе говоря, про­цесс под­рыва товар­ного про­из­вод­ства ана­ли­зи­ру­ется В. И. Лениным в самом широ­ком и мно­го­сто­рон­нем плане, охва­ты­ва­ю­щем под­рыв сущ­но­сти товар­ного про­из­вод­ства и всех выте­ка­ю­щих из неё форм проявления.

Ключевое зна­че­ние имеет сле­ду­ю­щее тео­ре­ти­че­ское обоб­ще­ние В. И. Ленина, кото­рое пред­ше­ствует поло­же­нию о под­рыве товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме и по суще­ству разъ­яс­няет его смысл:

«Это уже совсем не то, что ста­рая сво­бод­ная кон­ку­рен­ция раз­дроб­лен­ных и не зна­ю­щих ничего друг о друге хозяев, про­из­во­дя­щих для сбыта на неиз­вест­ном рынке. Концентрация дошла до того, что можно про­из­ве­сти при­бли­зи­тель­ный учёт всем источ­ни­кам сырых мате­ри­а­лов (напри­мер, желе­зо­руд­ные земли) в дан­ной стране и даже, как уви­дим, в ряде стран, во всём мире. Такой учёт не только про­из­во­дится, но эти источ­ники захва­ты­ва­ются в одни руки гигант­скими моно­по­ли­сти­че­скими сою­зами. Производится при­бли­зи­тель­ный учёт раз­ме­ров рынка, кото­рый „делят“ между собою, по дого­вор­ному согла­ше­нию, эти союзы. Монополизируются обу­чен­ные рабо­чие силы, нани­ма­ются луч­шие инже­неры, захва­ты­ва­ются пути и сред­ства сооб­ще­ния — желез­ные дороги в Америке, паро­ход­ные обще­ства в Европе и в Америке».

«Капитализм в его импе­ри­а­лист­ской ста­дии вплот­ную под­во­дит к самому все­сто­рон­нему обоб­ществ­ле­нию про­из­вод­ства, он втас­ки­вает, так ска­зать, капи­та­ли­стов, вопреки их воли и созна­ния, в какой-​то новый обще­ствен­ный поря­док, пере­ход­ный от пол­ной сво­боды кон­ку­рен­ции к пол­ному обоб­ществ­ле­нию»165 .

Здесь ярко пока­заны основ­ные направ­ле­ния под­рыва товар­ного про­из­вод­ства при импе­ри­а­лизме и одно­вре­менно сде­лан вывод о том, что скла­ды­ва­ю­щийся при импе­ри­а­лизме строй про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний пред­став­ляет собой «новый обще­ствен­ный поря­док, пере­ход­ный от пол­ной сво­боды кон­ку­рен­ции к пол­ному обоб­ществ­ле­нию».

Несколько ниже В. И. Ленин указывает:

«Общие рамки фор­мально при­зна­ва­е­мой сво­бод­ной кон­ку­рен­ции оста­ются, и гнёт немно­гих моно­по­ли­стов над осталь­ным насе­ле­нием ста­но­вится во сто раз тяже­лее, ощу­ти­тель­нее, невы­но­си­мее»166 .

Наконец, В. И. Ленин прямо отме­чает, что «отно­ше­ния гос­под­ства и свя­зан­ного с ним наси­лия — вот что типично для „новей­шей фазы в раз­ви­тии капи­та­лизма“, вот что с неиз­беж­но­стью должно было про­ис­течь и про­ис­текло из обра­зо­ва­ния все­силь­ных эко­но­ми­че­ских моно­по­лий»167 .

Уже сам факт объ­еди­не­ния ряда ранее само­сто­я­тель­ных, обособ­лен­ных пред­при­я­тий в моно­по­ли­сти­че­ский союз озна­чает огра­ни­че­ние их про­из­вод­ствен­ной и ком­мер­че­ской само­сто­я­тель­но­сти. При раз­лич­ных фор­мах моно­по­ли­сти­че­ских объ­еди­не­ний (кар­тели, син­ди­каты, тресты, кон­церны) сте­пень огра­ни­че­ния раз­лична, но она существует.

При кар­тель­ных согла­ше­ниях каж­дый из участ­ни­ков теряет право про­да­вать про­из­ве­дён­ные про­дукты где хочет, кому и как хочет, и по ценам, кото­рые сочтёт для себя при­ем­ле­мыми. Происходит раз­дел рынка. Каждый полу­чает свою зону реа­ли­за­ции това­ров и не имеет права втор­гаться в «чужие» зоны. Каждый про­даёт по ценам, кото­рые уста­нав­ли­вает кар­тель. В первую оче­редь под­ры­ва­ется ком­мер­че­ская само­сто­я­тель­ность пред­при­я­тий, вхо­дя­щих в дан­ное моно­по­ли­сти­че­ское объ­еди­не­ние. Но это не озна­чает, что форма кар­теля свя­зана только с под­ры­вом ком­мер­че­ской само­сто­я­тель­но­сти. В раз­ви­тых кар­те­лях имеет место под­рыв и про­из­вод­ствен­ной само­сто­я­тель­но­сти. Это выра­жа­ется, во-​первых, в том, что при кар­тель­ных согла­ше­ниях для каж­дого пред­при­я­тия уста­нав­ли­ва­ется опре­де­лён­ная квота, доля про­из­вод­ства. Теперь уже дан­ное пред­при­я­тие не может про­из­во­дить сколько хочет. Оно про­из­во­дит по зара­нее уста­нов­лен­ному согла­ше­нию. Во-​вторых, при кар­тель­ных согла­ше­ниях нередко имеет место еди­ная тех­ни­че­ская поли­тика. Каждый про­из­во­дит не как хочет, а в соот­вет­ствии с при­ня­тыми согла­ше­ни­ями. Картели нередко ску­пают патенты и при­ни­мают реше­ние или реа­ли­зо­вать новые пред­ло­же­ния в про­из­вод­стве, или поло­жить их под сукно. Имеют место слу­чаи, когда делёж при­были между отдель­ными пред­при­я­ти­ями осу­ществ­ля­ется также по согла­ше­нию. Следовательно, при кар­тель­ной форме ранее пол­но­стью обособ­лен­ные про­из­во­ди­тели теряют зна­чи­тель­ную часть своей преж­ней само­сто­я­тель­но­сти не только в ком­мер­че­ской, но и в про­из­вод­ствен­ной дея­тель­но­сти. Налицо под­рыв обособ­лен­но­сти. Характеризуя кар­тели, В. И. Ленин писал:

«Картели дого­ва­ри­ва­ются об усло­виях про­дажи, сро­ках пла­тежа и пр. Они делят между собой обла­сти сбыта. Они опре­де­ляют коли­че­ство про­из­во­ди­мых про­дук­тов. Они уста­нав­ли­вают цены. Они рас­пре­де­ляют между отдель­ными пред­при­я­ти­ями при­быль и т. д.»168

В син­ди­ка­тах про­ис­хо­дит ещё боль­шее огра­ни­че­ние ком­мер­че­ской само­сто­я­тель­но­сти вхо­дя­щих в его состав пред­при­я­тий. Фактически каж­дое из ранее обособ­лен­ных пред­при­я­тий теперь вообще теряет право зани­маться реа­ли­за­цией про­из­ве­дён­ной по согла­ше­нию про­дук­ции. Эти функ­ции выпол­няет еди­ная син­ди­кат­ская кон­тора. Если при кар­те­лях про­ис­хо­дит делёж рынка, рас­пре­де­ле­ние зон реа­ли­за­ции, но при этом каж­дое из пред­при­я­тий само решает вопрос о путях доставки това­ров на рынок, транс­пор­ти­ровке и т. п., то при син­ди­ка­тах весь круг вопро­сов, свя­зан­ных с реа­ли­за­цией, реша­ется самим син­ди­ка­том, через общую кон­тору по сбыту.

Синдикат уста­нав­ли­вает цены, места реа­ли­за­ции, спо­собы доставки това­ров потре­би­телю. Вместе с тем син­ди­кат уста­нав­ли­вает долю про­из­вод­ства для каж­дого пред­при­я­тия, вхо­дя­щего в его состав, может вести еди­ную тех­ни­че­скую поли­тику, лишая в этом отно­ше­нии пред­при­я­тия их преж­них прав. Здесь огра­ни­че­ние ком­мер­че­ской само­сто­я­тель­но­сти тоже свя­зано с под­ры­вом про­из­вод­ствен­ной самостоятельности.

А. Л. Цукерник в иссле­до­ва­нии «Синдикат „Продамет“», осно­ван­ном на мно­го­чис­лен­ных архив­ных мате­ри­а­лах, счи­тав­шихся ранее «сек­рет­ными», харак­те­ри­зуя отно­ше­ния между участ­ни­ками, вхо­дя­щими в состав син­ди­ката, писал:

«Контрагент предо­став­лял син­ди­кату исклю­чи­тель­ное право про­дажи всех дого­вор­ных пред­ме­тов. Практически это озна­чало, что контр­агент лишался права, помимо син­ди­ката, при­ни­мать заказы как на дого­вор­ные пред­меты, так и на пере­ра­ботку мате­ри­а­лов заказ­чика в изде­лия, пред­став­ля­ю­щие собой дого­вор­ные пред­меты.
<…>
Из общей суммы еже­год­ных зака­зов на дого­вор­ные пред­меты, полу­чен­ные в тече­ние срока дей­ствия согла­ше­ния, син­ди­кат пере­да­вал каж­дому контр­агенту опре­де­лён­ный про­цент всех зака­зов (доля уча­стия или квота), уста­нав­ли­ва­е­мый дого­во­ром.
Установление квот сопро­вож­да­лось оже­сто­чён­ной борь­бой между участ­ни­ками моно­по­лии, про­ис­хо­див­шей не только в момент заклю­че­ния новых дого­во­ров или их воз­об­нов­ле­ния, но и в ходе выпол­не­ния тако­вых.
<…>
Под угро­зой выплаты боль­шой неустойки и непо­лу­че­ния от син­ди­ката пре­мий они обя­зы­ва­лись совер­шенно не про­из­во­дить на своих заво­дах опре­де­лён­ной про­дук­ции до исте­че­ния срока заклю­чён­ного дого­вора. Они обя­зы­ва­лись также никому не про­да­вать и не предо­став­лять в поль­зо­ва­ние уста­нов­лен­ного на их пред­при­я­тиях про­кат­ного обо­ру­до­ва­ния и даже не при­ни­мать ни от кого зака­зов на пере­дел мате­ри­а­лов заказ­чика в изде­лия, пред­став­ля­ю­щие собой дого­вор­ную про­дук­цию»169 .

Нетрудно заме­тить, что здесь идёт речь не только об устра­не­нии ком­мер­че­ской само­сто­я­тель­но­сти, но и о суще­ствен­ном огра­ни­че­нии про­из­вод­ствен­ной само­сто­я­тель­но­сти пред­при­я­тий, вхо­дя­щих в моно­по­ли­сти­че­ское объединение.

В усло­виях совре­мен­ного капи­та­лизма сохра­ня­ются мно­гие из тех момен­тов, кото­рые отме­чены Л. А. Цукерником. В работе «Английские моно­по­лии», при­над­ле­жа­щей кол­лек­тиву англий­ских авто­ров, указывается:

«Действующая в рас­смат­ри­ва­е­мой отрасли про­мыш­лен­но­сти система квот осно­вана на том прин­ципе, что каж­дый член ассо­ци­а­ции дол­жен полу­чать опре­де­лён­ную долю про­из­вод­ства и сбыта. Эта доля уста­нав­ли­ва­ется на деся­ти­лет­ний срок и не меня­ется в соот­вет­ствии с изме­не­нием в эффек­тив­но­сти про­из­вод­ства одних ком­па­ний по срав­не­нию с дру­гими. Если какая-​либо ком­па­ния пре­вы­шает свою квоту, с неё взи­ма­ется штраф»170 .

Однако под­рыв обособ­лен­но­сти при обеих фор­мах объ­еди­не­ний не озна­чает лик­ви­да­цию обособ­лен­но­сти. Дело в том, что еди­ная норма уста­нав­ли­ва­ется только по отно­ше­нию к ряду това­ров, про­из­во­ди­мых пред­при­я­ти­ями, вхо­дя­щими в состав объ­еди­не­ния, но не охва­ты­вает все виды това­ров. Каждое из пред­при­я­тий, наряду с про­из­вод­ством про­дук­ции, регу­ли­ру­е­мым кар­те­лем или син­ди­ка­том, про­из­во­дит и дру­гие виды това­ров, на кото­рые не рас­про­стра­ня­ются согла­ше­ния. В этом слу­чае каж­дое пред­при­я­тие сохра­няет пол­ную само­сто­я­тель­ность в про­из­вод­стве и реа­ли­за­ции дан­ного вида про­дук­тов, не преду­смот­рен­ного в моно­по­ли­сти­че­ских согла­ше­ниях. Оно может про­из­во­дить их сколько хочет, как хочет и про­да­вать по соб­ствен­ному усмот­ре­нию на любом рынке и по любым ценам.

Возможны и такие слу­чаи, когда одно и то же пред­при­я­тие по про­из­вод­ству одних видов про­дук­тов вхо­дит в один син­ди­кат или кар­тель, а по про­из­вод­ству дру­гих — в дру­гой. Одно и то же пред­при­я­тие может ока­заться участ­ни­ком двух и более раз­лич­ных моно­по­ли­сти­че­ских объ­еди­не­ний. Так, напри­мер, южно-​русские ком­би­наты вхо­дили в син­ди­каты «Продамет», «Продруда» и син­ди­кат «Продуголь». На этих ком­би­на­тах про­из­во­ди­лись метал­ли­че­ские изде­лия (рельсы, листо­вое железо и т. п.). Но чтобы обес­пе­чить их изго­тов­ле­ние, каж­дый из ком­би­на­тов имел свои уголь­ные и желе­зо­руд­ные шахты. При этом угля и руды про­из­во­ди­лось зна­чи­тельно больше, чем тре­бо­ва­лось для покры­тия соб­ствен­ных нужд ком­би­ната. Излишки реа­ли­зо­ва­лись сна­чала на сво­бод­ном рынке, а в даль­ней­шем через син­ди­кат «Продруда» и «Продуголь». Таким путём одни и те же пред­при­я­тия вклю­ча­лись в раз­ные моно­по­ли­сти­че­ские союзы в зави­си­мо­сти от ассор­ти­мента про­из­во­ди­мой про­дук­ции. Представители этих пред­при­я­тий вхо­дили в прав­ле­ние обоих син­ди­ка­тов. А это не могло не отра­зиться на более тес­ных свя­зях между обе­ими син­ди­ка­тами и про­ве­де­нии ими сов­мест­ной поли­тики по ряду инте­ре­су­ю­щих их вопросов.

В усло­виях совре­мен­ного капи­та­лизма моно­поль­ные согла­ше­ния имеют место по каж­дому отдель­ному виду това­ров. Если пред­при­я­тие про­из­во­дит раз­ные виды това­ров, то оно может ока­заться участ­ни­ком не одного, а мно­гих согла­ше­ний. Происходит слож­ное пере­пле­те­ние инте­ре­сов. О каж­дом отдель­ном пред­при­я­тии, про­из­во­дя­щем раз­но­об­раз­ные виды про­дук­тов, трудно ска­зать, что оно при­над­ле­жит одному опре­де­лён­ному моно­по­ли­сти­че­скому союзу. Оно может по одним видам това­ров под­чи­няться одному моно­по­ли­сти­че­скому объ­еди­не­нию, а по дру­гим видам — дру­гому, тре­тьему и т. д.

При обра­зо­ва­нии тре­стов вхо­дя­щие в их состав пред­при­я­тия пол­но­стью теряют свою про­из­вод­ствен­ную и ком­мер­че­скую само­сто­я­тель­ность. Они пере­стают быть обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями, ибо каж­дое из них уже не может по соб­ствен­ному усмот­ре­нию решать, что, как и сколько про­из­во­дить, кому и когда про­да­вать и по каким ценам. Деятельность всех пред­при­я­тий регу­ли­ру­ется из еди­ного тре­стов­ского цен­тра. Между всеми пред­при­я­ти­ями суще­ствует точ­ное раз­гра­ни­че­ние функ­ций. Продукты, ранее ста­но­вив­ши­еся това­рами, теперь пере­хо­дят от одного пред­при­я­тия к дру­гому не как товары, хотя и имеют денеж­ную оценку. Движение этих про­дук­тов, про­пор­ции их про­из­вод­ства регу­ли­ру­ются тре­стом в целом. Как пра­вило, тресты имеют форму акци­о­нер­ного обще­ства. Отношения между пред­при­я­ти­ями, вхо­дя­щими в состав тре­ста, регу­ли­ру­ются прин­ци­пи­ально по-​иному, в отли­чие от того пери­ода, когда каж­дое из них было обособленным.

Ф. Энгельс ука­зы­вал, что в тре­стах уже исче­зает част­ное, обособ­лен­ное про­из­вод­ство и «отсут­ствие пла­но­мер­но­сти».

«Если мы от акци­о­нер­ных обществ пере­хо­дим к тре­стам, кото­рые под­чи­няют себе и моно­по­ли­зи­руют целые отрасли про­мыш­лен­но­сти, то тут пре­кра­ща­ется не только част­ное про­из­вод­ство, но и отсут­ствие пла­но­мер­но­сти»171 .

Это поло­же­ние Энгельса весьма при­ме­ча­тельно. В. И. Ленин в своих рабо­тах неод­но­кратно цити­рует его при ана­лизе моно­по­ли­сти­че­ской ста­дии производства.

Ещё К. Маркс, как известно, отме­чал, что в рам­ках капи­та­лизма суще­ствуют два раз­лич­ных типа раз­де­ле­ния труда. Один тип — это раз­де­ле­ние труда в обще­стве между част­ными, обособ­лен­ными про­из­во­ди­те­лями. Этот тип неиз­бежно свя­зан с пре­вра­ще­нием про­дук­тов труда в товары и товар­ным про­из­вод­ством. Другой тип — ману­фак­тур­ное раз­де­ле­ние труда. Он скла­ды­ва­ется внутри капи­та­ли­сти­че­ского пред­при­я­тия. При этом типе раз­де­ле­ния труда про­дукты труда, про­из­во­ди­мые внутри пред­при­я­тия, не явля­ются това­рами. Вместо анар­хии, харак­тер­ной для обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда на базе обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, здесь гос­под­ствует «желез­ный закон про­пор­ций», пла­но­мер­ное раз­гра­ни­че­ние функ­ции и управ­ле­ние ими. По мере того как с кон­цен­тра­цией про­из­вод­ства укруп­ня­ются мас­штабы пред­при­я­тий, рас­ши­ря­ется и тот тип раз­де­ле­ния труда, кото­рый не тре­бует пре­вра­ще­ния про­дук­тов труда в товары. На капи­та­ли­сти­че­ской фаб­рике про­дукт, про­из­во­ди­мый в одном цехе, пере­хо­дит в дру­гой цех не как товар. Чем круп­нее пред­при­я­тие, чем раз­ветв­лён­нее раз­де­ле­ние труда внутри него, тем ост­рее необ­хо­ди­мость в пла­но­мер­ном регу­ли­ро­ва­нии соот­но­ше­ний между всеми зве­ньями раз­де­ле­ния труда.

С обра­зо­ва­нием тре­стов каж­дое из ранее обособ­лен­ных пред­при­я­тий ста­но­вится как бы цехом одного и того же предприятия.

Одно пред­при­я­тие про­из­во­дит про­дукт для дру­гого пред­при­я­тия, вхо­дя­щего в состав тре­ста. Но этот про­дукт уже не явля­ется това­ром по своей сущ­но­сти, хотя он и пере­хо­дит из рук в руки на основе денеж­ного воз­ме­ще­ния. Движение про­дук­тов от одного пред­при­я­тия к дру­гому здесь пла­но­мерно орга­ни­зо­вано и нахо­дится под кон­тро­лем тре­ста. Лишь про­дукт, выхо­дя­щий за пре­делы тре­ста и пред­ла­га­е­мый на неиз­вест­ном рынке, ста­но­вится това­ром и обла­дает всеми его признаками.

Внутри тре­стов, таким обра­зом, скла­ды­ва­ется прин­ци­пи­ально новый тип отно­ше­ний между пред­при­я­ти­ями, хотя он и сохра­няет внеш­ние черты преж­них отно­ше­ний. В товарно-​денежной форме скрыто не-​товарное по своей сути дви­же­ние про­из­ве­ден­ного продукта.

Здесь налицо раз­де­ле­ние труда между раз­лич­ными пред­при­я­ти­ями, но нет обособ­лен­но­сти пред­при­я­тий, вхо­дя­щих в еди­ный трест. И именно этот тип связи, по мере того как раз­ви­ва­ется кон­цен­тра­ция про­из­вод­ства, всё более рас­ши­ря­ется, вклю­чая всё новые, ранее обособ­лен­ные пред­при­я­тия, под­ры­вая товар­ное про­из­вод­ство и при­водя к гигант­скому обоб­ществ­ле­нию про­из­вод­ства, под­го­тав­ли­вая необ­хо­ди­мые пред­по­сылки для пере­хода к еди­ному, пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ному соци­а­ли­сти­че­скому производству.

«Когда круп­ное пред­при­я­тие,

— писал В. И. Ленин, —

ста­но­вится гигант­ским и пла­но­мерно, на осно­ва­нии точ­ного учёта мас­со­вых дан­ных, орга­ни­зует доставку пер­во­на­чаль­ного сырого мате­ри­ала в раз­ме­рах: ⅔ или ¾ всего необ­хо­ди­мого для десят­ков мил­ли­о­нов насе­ле­ния; когда систе­ма­ти­че­ски орга­ни­зу­ется пере­возка этого сырья в наи­бо­лее удоб­ные пункты про­из­вод­ства, отде­лён­ные ино­гда сот­нями и тыся­чами вёрст один от дру­гого; когда из одного цен­тра рас­по­ря­жа­ются всеми ста­ди­ями после­до­ва­тель­ной обра­ботки мате­ри­ала вплоть до полу­че­ния целого ряда раз­но­вид­но­стей гото­вых про­дук­тов; когда рас­пре­де­ле­ние этих про­дук­тов совер­ша­ется по одному плану между десят­ками и сот­нями мил­ли­о­нов потре­би­те­лей (сбыт керо­сина и в Америке и в Германии аме­ри­кан­ским „Керосиновым тре­стом“); — тогда ста­но­вится оче­вид­ным, что перед нами налицо обоб­ществ­ле­ние про­из­вод­ства, <…> что част­но­хо­зяй­ствен­ные и част­но­соб­ствен­ни­че­ские отно­ше­ния состав­ляют обо­лочку, кото­рая уже не соот­вет­ствует содер­жа­нию…»172

По мере раз­ви­тия моно­по­ли­сти­че­ского сек­тора в эко­но­мике страны ста­но­вится выше уро­вень обоб­ществ­ле­ния про­из­вод­ства, силь­нее под­рыв обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, больше мате­ри­аль­ных пред­по­сы­лок для пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции всего обще­ствен­ного производства.

Разумеется, гос­под­ство моно­по­лий не в состо­я­нии обес­пе­чить пла­но­мер­ного раз­ви­тия всей эко­но­мики. Элементы пла­но­мер­но­сти фор­ми­ру­ются лишь в рам­ках моно­по­ли­сти­че­ских объ­еди­не­ний. В отно­ше­ниях же между ними и с немо­но­по­ли­зи­ро­ван­ными пред­при­я­ти­ями по-​прежнему про­яв­ля­ется сти­хий­ность и анар­хич­ность, ибо здесь ещё сохра­няет свою силу обособ­лен­ность производителей.

Господство моно­по­лий при­во­дит к суще­ствен­ным изме­не­ниям в отно­ше­ниях между моно­по­ли­зи­ро­ван­ными и немо­но­по­ли­зи­ро­ван­ными пред­при­я­ти­ями. По форме это обыч­ное товарно-​денежное отно­ше­ние купли-​продажи на рынке. Но по суще­ству мы здесь видим прин­ци­пи­ально новые явле­ния. Это уже не отно­ше­ние рав­ных, неза­ви­си­мых друг от друга про­из­во­ди­те­лей, сво­бодно кон­ку­ри­ру­ю­щих друг с дру­гом. За ста­рой товарно-​денежной фор­мой скры­ва­ются отно­ше­ния гос­под­ства и под­чи­не­ния, пря­мого насилия.

Монополии, захва­тив в свои руки основ­ные источ­ники сырья, сред­ства транс­порта, про­из­вод­ство средств про­из­вод­ства, кредитно-​банковскую систему, рынки сбыта и сферы при­ло­же­ния капи­та­лов, моно­по­ли­зи­ро­вав даже ква­ли­фи­ци­ро­ван­ную рабо­чую силу, ока­зы­ва­ются все­силь­ными и дик­туют свою волю всем немо­но­по­ли­зи­ро­ван­ным предпринимателям.

Господство моно­по­лий самым суще­ствен­ным обра­зом под­ры­вает сво­боду при­ло­же­ния труда и капи­та­лов, сво­боду пере­ли­вов труда из одной сферы в дру­гую. Монополии стре­мятся либо уду­шить совсем своих кон­ку­рен­тов, либо заста­вить их дей­ство­вать по усмот­ре­нию моно­по­лий и в их инте­ре­сах. Здесь уже не идёт речи о «нор­маль­ной», «здо­ро­вой» кон­ку­рен­ции между про­из­во­ди­те­лями на основе зако­нов рынка. Монополии дик­туют немо­но­по­ли­зи­ро­ван­ным про­из­во­ди­те­лям свою волю, застав­ляя их под угро­зой пол­ного уду­ше­ния либо под­чи­ниться воле моно­по­лий и дей­ство­вать по её ука­за­ниям, либо быть разо­рён­ным пол­но­стью и погло­щён­ным моно­по­ли­сти­че­скими гигантами.

Формально-​юридически при импе­ри­а­лизме каж­дый пред­при­ни­ма­тель сохра­няет право про­из­во­дить что, как и сколько хочет, про­да­вать когда, кому и где хочет. Он имеет право при­ла­гать свой труд в любой отрасли. И тем не менее прак­ти­че­ская реа­ли­за­ция дан­ного права воз­можна далеко не для всех и не в пол­ном объёме.

Поскольку все клю­че­вые пози­ции уже заняты моно­по­ли­ями, каж­дый пред­при­ни­ма­тель уже лишён «сво­бод­ного выбора». Он вынуж­ден искать сферы при­ло­же­ния в тех же сфе­рах, где уже сло­жи­лись моно­по­лии. Но как только пред­при­ни­ма­тель откры­вает своё пред­при­я­тие в избран­ной сфере, он сразу же начи­нает остро чув­ство­вать, что его наме­ре­ния про­из­во­дить отдельно и неза­ви­симо от дру­гих тер­пят крах. Он сразу же попа­дает в орбиту вни­ма­ния моно­по­лий и начи­нает под­вер­гаться их воздействию.

Чтобы про­из­ве­сти избран­ный вид потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей, он дол­жен при­об­ре­сти необ­хо­ди­мые ору­дия труда и сырьё. Но сырьё, как и про­из­вод­ство реша­ю­щих средств про­из­вод­ства, моно­по­ли­зи­ро­вано. Приобрести их можно только на тех усло­виях, кото­рые дик­ту­ются монополиями.

В про­цессе про­из­вод­ства и кру­го­обо­рота капи­тала пред­при­ни­ма­тель нуж­да­ется в кре­дите. Но кре­дит моно­по­ли­зи­ро­ван и его можно полу­чить только на тех усло­виях, кото­рые дик­ту­ются моно­по­ли­ями. В про­тив­ном слу­чае пред­при­ни­ма­тель будет вообще лишён кре­дита и не смо­жет про­дол­жать своей деятельности.

Чтобы реа­ли­зо­вать свою про­дук­цию, пред­при­ни­ма­тель нуж­да­ется в сред­ствах транс­порта. Но они тоже моно­по­ли­зи­ро­ваны. И поль­зо­ваться ими можно лишь по воле моно­по­лий. Если он не под­чи­нится дик­тату моно­по­лий, он вообще может быть лишён средств транспорта.

Даже в найме рабо­чей силы сво­бод­ный пред­при­ни­ма­тель стал­ки­ва­ется с гос­под­ством моно­по­лий, кото­рые заклю­чают дого­воры с рабо­чими, ого­ва­ри­вая в каче­стве одного из усло­вий обя­зан­ность рабо­чих рабо­тать только на пред­при­я­тиях монополий.

При сбыте своих про­дук­тов пред­при­ни­ма­тель вынуж­ден счи­таться с волей моно­по­лий, ибо в про­тив­ном слу­чае его могут разо­рить путём поли­тики низ­ких моно­поль­ных цен.

Если пред­при­ни­ма­тель начи­нает вести «само­сто­я­тель­ную» линию, то пред­ста­ви­тели моно­по­лий обя­зы­вают его под­чи­ниться дик­тату моно­по­лий и осу­ществ­лять свою дея­тель­ность не по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, а так, как это необ­хо­димо для монополий.

Характеризуя спо­собы под­чи­не­ния кон­ку­рен­тов воле моно­по­лий, В. И. Ленин писал:

«Поучительно взгля­нуть про­сто хотя бы на пере­чень тех средств совре­мен­ной, новей­шей, циви­ли­зо­ван­ной, борьбы за „орга­ни­за­цию“, к кото­рым при­бе­гают союзы моно­по­ли­стов: 1) лише­ние сырых мате­ри­а­лов („…один из важ­ней­ших при­ё­мов для при­нуж­де­ния к вступ­ле­нию в кар­тель“); 2) лише­ние рабо­чих рук посред­ством „аль­ян­сов“ (т. е. дого­во­ров капи­та­ли­стов с рабо­чими сою­зами о том, чтобы послед­ние при­ни­мали работу только на кар­те­ли­ро­ван­ных пред­при­я­тиях); 3) лише­ние под­воза; 4) лише­ние сбыта; 5) дого­вор с поку­па­те­лем о веде­нии тор­го­вых сно­ше­ний исклю­чи­тельно с кар­те­лями; 6) пла­но­мер­ное сби­ва­ние цен (для разо­ре­ния „посто­рон­них“, т. е. пред­при­я­тий, не под­чи­ня­ю­щихся моно­по­ли­стам, рас­хо­ду­ются мил­ли­оны на то, чтобы извест­ное время про­да­вать ниже себе­сто­и­мо­сти: в бен­зин­ной про­мыш­лен­но­сти бывали при­меры пони­же­ния цен с 40 до 22-​х марок, т. е. почти вдвое!); 7) лише­ние кре­дита; 8) объ­яв­ле­ние бой­кота»173 .

Ясно, что это уже не «сво­бод­ная кон­ку­рен­ция» и не обыч­ное товар­ное отно­ше­ние. Это «…уду­ше­ние моно­по­ли­стами тех, кто не под­чи­ня­ется моно­по­лии, её гнету, её про­из­волу»174 .

Ясно также, что подоб­ный харак­тер отно­ше­ний озна­чает суще­ствен­ный под­рыв обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей. Лишь формально-​юридически каж­дый про­из­во­дит по соб­ствен­ному усмот­ре­нию. В дей­стви­тель­но­сти каж­дый новый пред­при­ни­ма­тель вклю­ча­ется в обще­ствен­ную связь как под­чи­нён­ная часть моно­по­лии, и он может суще­ство­вать лишь постольку, поскольку выпол­няет волю монополий.

При таких усло­виях рынок начи­нает утра­чи­вать свою регу­ли­ру­ю­щую роль. Объём рынка в той или иной мере ока­зы­ва­ется под кон­тро­лем монополий.

Монополии под­чи­няют сво­ему вли­я­нию опто­вых и роз­нич­ных тор­гов­цев, застав­ляя их реа­ли­зо­вать про­дук­цию на усло­виях, кото­рые дик­ту­ются моно­по­ли­ями. Типичную кар­тину такого под­чи­не­ния рисует П. Фрайер в ста­тье «Монополистический гра­бёж оста­ётся безнаказанным»:

«Горе тому роз­нич­ному тор­говцу, кото­рый отка­жется под­чи­ниться моно­по­лии. Подобно аме­ри­кан­ским гангстерам-​рэкетирам, моно­по­лия сразу же даёт почув­ство­вать свою мощь. Непослушный тор­го­вец зано­сится в чёр­ный спи­сок. Его пере­стают снаб­жать това­рами.
Заключаются тор­го­вые согла­ше­ния, огра­ни­чи­ва­ю­щие или уста­нав­ли­ва­ю­щие менее выгод­ные усло­вия снаб­же­ния неко­то­рых тор­гов­цев.
Торговцы, раз­ме­ща­ю­щие свои заказы исклю­чи­тельно у одной группы постав­щи­ков, полу­чают раз­лич­ные льготы и скидки»
175 .

Прямой под­куп или угроза разо­ре­ния — ору­жие, кото­рым поль­зу­ются моно­по­лии для того, чтобы заста­вить каж­дого из так назы­ва­е­мых «сво­бод­ных пред­при­ни­ма­те­лей» дей­ство­вать по усмот­ре­нию монополий.

Монополизация бан­ков­ского капи­тала, сли­я­ние бан­ков­ского капи­тала с про­мыш­лен­ным и обра­зо­ва­ние финан­со­вого капи­тала при­во­дят к ещё боль­шему обоб­ществ­ле­нию про­из­вод­ства и под­рыву обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей. В руках неболь­шого числа круп­ней­ших бан­ков сосре­до­то­чи­ва­ются денеж­ные сред­ства и капи­талы огром­ных масс насе­ле­ния. Банки полу­чают воз­мож­ность сле­дить за дви­же­нием капи­та­лов, их пере­ли­вами из одной отрасли в дру­гую. Они не только знают состо­я­ние дел на каж­дом из пред­при­я­тий, полу­ча­ю­щих кре­дит, но и начи­нают активно вли­ять на дела пред­при­я­тий. Они ста­но­вятся как бы цен­трами «обще­ствен­ного сче­то­вод­ства». Через систему «уча­стия» кон­тро­ли­ру­ется дея­тель­ность круп­ных и мел­ких пред­при­я­тий. Ранее обособ­лен­ные пред­при­ни­ма­тели, дей­ству­ю­щие по соб­ствен­ному усмот­ре­нию, теперь вклю­ча­ются в еди­ную обще­ствен­ную связь и под­чи­ня­ются в своей дея­тель­но­сти моно­по­лиям. Крупнейшие финан­со­вые группы дер­жат в своих руках кон­троль за дея­тель­но­стью целых отрас­лей про­мыш­лен­но­сти, транс­порта, тор­говли. Они уже имеют воз­мож­ность преду­смат­ри­вать пред­сто­я­щие пере­груп­пи­ровки в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, пред­по­ла­га­е­мые изме­не­ния в соот­но­ше­ниях спроса и пред­ло­же­ния. Они полу­чают широ­кие воз­мож­но­сти для спе­ку­ля­ций на цен­ных бума­гах, акциях и обли­га­циях. Поскольку состо­я­ние дел на тех или иных пред­при­я­тиях, под­чи­нён­ных дан­ной финан­со­вой группе или кон­тро­ли­ру­е­мых ею, хорошо известно, поскольку можно пред­по­ло­жи­тельно судить о пер­спек­ти­вах раз­ви­тия каж­дого из пред­при­я­тий, «гении» финан­со­вых про­де­лок имеют воз­мож­ность преду­смат­ри­вать изме­не­ния курса акций и спе­ку­ли­ро­вать на этом. Они нередко раньше дру­гих про­дают акции, курс кото­рых дол­жен упасть, ску­пают акции тех пред­при­я­тий, курс кото­рых дол­жен под­няться в связи с пред­сто­я­щим рас­ши­ре­нием или усо­вер­шен­ство­ва­нием про­из­вод­ства, и т. д. Они прак­ти­куют также скупку акций тех пред­при­я­тий, кото­рые пред­по­ла­гают в тот или иной период повы­сить диви­денд, рас­пре­де­лить накоп­лен­ный резерв­ный капи­тал и т. д.

Для рядо­вого дер­жа­теля акции, так же как к для сред­него или даже более или менее круп­ного, состо­я­ние дел на раз­лич­ных акци­о­нер­ных пред­при­я­тиях неиз­вестно, они вынуж­дены поль­зо­ваться слу­хами, кото­рые нередко ока­зы­ва­ются лож­ными. Между тем круп­ней­шие финан­со­вые тузы, вхо­дя­щие в состав прав­ле­ния самых раз­лич­ных акци­о­нер­ных обществ, имеют точ­ную инфор­ма­цию о пер­спек­ти­вах раз­ви­тия каж­дого из них. И потому они могут свое­вре­менно ску­пить одни акции или про­дать дру­гие, нажи­ва­ясь на раз­нице курса, с одной сто­роны, и на ожи­да­е­мом уве­ли­че­нии диви­ден­дов по куп­лен­ным акциям — с другой.

Финансовые группы имеют воз­мож­ность не только преду­смат­ри­вать пред­сто­я­щие изме­не­ния в фор­ми­ро­ва­нии струк­туры раз­де­ле­ния труда, соот­но­ше­ний спроса и пред­ло­же­ния. Они обла­дают воз­мож­но­стью в той или иной мере регу­ли­ро­вать эти изме­не­ния. Через бан­ков­скую систему обес­пе­чи­ва­ется льгот­ный кре­дит ряду пред­при­я­тий, раз­ви­тие кото­рых выгодно финан­си­стам, и одно­вре­менно ста­вятся пре­пят­ствия для кре­ди­то­ва­ния дру­гих пред­при­я­тий, раз­ви­тие кото­рых неже­ла­тельно вер­хушке моно­по­ли­сти­че­ских кру­гов. Происходит так назы­ва­е­мое «оздо­ров­ле­ние» одних акци­о­нер­ных пред­при­я­тий и одно­вре­менно затруд­ня­ется дея­тель­ность других.

Таким обра­зом, вся эко­но­мика моно­по­ли­сти­че­ского капи­та­лизма ока­зы­ва­ется под­чи­нён­ной вер­хушке моно­по­ли­сти­че­ских кру­гов и в той или иной сте­пени регу­ли­ру­ется ими. Обособленность про­из­во­ди­те­лей под­ры­ва­ется, и скла­ды­ва­ется «пере­ход­ный строй» от сво­бод­ной кон­ку­рен­ции к «пол­ному обобществлению».

Этот про­цесс в зна­чи­тель­ной мере уси­ли­ва­ется при пере­ходе к государственно-​монополистическому капи­та­лизму. С одной сто­роны, сра­щи­ва­ясь с госу­дар­ством, моно­по­лии уси­ли­вают своё вли­я­ние на ход эко­но­ми­че­ского раз­ви­тия. À с дру­гой сто­роны, само госу­дар­ство, наци­о­на­ли­зи­ро­вав ряд отрас­лей, ста­но­вится «пред­при­ни­ма­те­лем», орга­ни­зует про­цесс про­из­вод­ства на этих пред­при­я­тиях по извест­ному «плану», кото­рый, хотя и сры­ва­ется часто рын­ком, всё же озна­чает под­рыв обособ­лен­но­сти пред­при­я­тий в рам­ках госу­дар­ствен­ного сек­тора. В насто­я­щее время в раз­ви­тых капи­та­ли­сти­че­ских стра­нах дела­ются попытки «пла­ни­ро­ва­ния», «регу­ли­ро­ва­ния», «про­грам­ми­ро­ва­ния» всей экономики.

В усло­виях моно­по­ли­сти­че­ского капи­та­лизма широ­кое раз­ви­тие полу­чает про­из­вод­ство по заказу потре­би­теля. Неизвестный рынок под­ры­ва­ется. Каждое моно­по­ли­сти­че­ское объ­еди­не­ние при­ни­мает заказы потре­би­те­лей и осу­ществ­ляет про­из­вод­ство в соот­вет­ствии с этими зака­зами, рас­ши­ряя или огра­ни­чи­вая его. Монополии полу­чают воз­мож­ность хорошо изу­чить спрос на дан­ный вид товара и пер­спек­тивы его изме­не­ний. Становится воз­мож­ным «про­гно­зи­ро­ва­ние» раз­ви­тия спроса и пред­ло­же­ния на опре­де­лён­ные пери­оды. Более того, моно­по­лии ока­зы­ва­ются в состо­я­нии вли­ять на раз­ви­тие спроса. Они могут вызвать искус­ствен­ный голод на тот или иной вид това­ров в тот или иной период вре­мени для взвин­чи­ва­ния цен. Они могут резко рас­ши­рить мас­штабы про­из­вод­ства, если сочтут это выгодным.

Производство на заказ, при­ни­мая проч­ные и устой­чи­вые формы, озна­чает под­рыв товар­ного про­из­вод­ства, ибо теперь про­из­вод­ство ведётся не на неиз­вест­ный рынок, а на зара­нее извест­ного заказчика-​потребителя. Однако про­из­вод­ство на заказ отнюдь ещё не озна­чает, что тем самым дости­га­ется пла­но­мер­ное раз­ви­тие обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Форма про­из­вод­ства на заказ нередко при­во­дит к про­ти­во­по­лож­ным резуль­та­там. Если моно­по­лия при­ни­мает заказ, то это ещё не озна­чает, что дан­ный заказ будет выпол­нен в точно уста­нов­лен­ные сроки. Л. Цукерник при­во­дит факты, когда син­ди­кат «Продамет» задер­жи­вал выпол­не­ние зака­зов на 6–8 и даже 12 меся­цев176 . Ясно, что пред­при­я­тие, дав­шее заказ и не полу­чив­шее свое­вре­менно зака­зан­ных това­ров, будет испы­ты­вать серьёз­ные труд­но­сти в орга­ни­за­ции сво­его про­из­вод­ствен­ного про­цесса. Синдикат исполь­зо­вал свою силу для того, чтобы под­чи­нить себе заказ­чи­ков, заста­вить их идти на допол­ни­тель­ные уступки, упла­чи­вать более высо­кие цены и т. п. Менее всего он думал о том, чтобы обес­пе­чить чёт­кую, бес­пе­ре­бой­ную работу всех зве­ньев в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда.

Производство на заказ не озна­чает также, что пол­но­стью устра­ня­ется про­из­вод­ство на неиз­вест­ный рынок. В слу­чае сокра­ще­ния зака­зов моно­по­лии ищут новые рынки. Иногда ока­зы­ва­ется более выгод­ным отка­заться от заказа, упла­тить неустойку и реа­ли­зо­вать про­дук­цию по более выгод­ным ценам на вновь обра­зо­вав­шемся рынке.

Но несо­мненно, что про­из­вод­ство на заказ, осу­ществ­ля­е­мое моно­по­ли­ями, под­го­тав­ли­вает мате­ри­аль­ные пред­по­сылки для пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства с пере­хо­дом вла­сти в руки про­ле­та­ри­ата. Оно поз­во­ляет осу­ществ­лять про­из­вод­ство не всле­пую, а по зара­нее состав­лен­ному плану, с учё­том реально име­ю­щихся зака­зов на про­из­вод­ство тех или иных видов про­дук­тов в том или ином количестве.

В усло­виях государственно-​монополистического капи­та­лизма широ­кое раз­ви­тие при­об­ре­тает про­из­вод­ство моно­по­лий по заказу «казны», госу­дар­ства. Как пра­вило, этот вид свя­зан с мили­та­ри­за­цией эко­но­мики и раз­ви­тием воен­ных отрас­лей про­из­вод­ства. Монополии полу­чают выгод­ные заказы, кото­рые отли­ча­ются устой­чи­во­стью на ряд лет, что поз­во­ляет рас­ши­рять мас­штабы производства.

Монополии, полу­чив­шие заказ от госу­дар­ства, в свою оче­редь делают более или менее проч­ные и устой­чи­вые заказы дру­гим моно­по­лиям на те виды това­ров, кото­рые им самим необ­хо­димы для выпол­не­ния госу­дар­ствен­ных заказов.

Система «зака­зов», таким обра­зом, под­ры­вает обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, неиз­вест­ность рынка. Но эта система ещё не устра­няет анар­хич­но­сти и сти­хий­но­сти в раз­ви­тии всего обще­ствен­ного про­из­вод­ства. Всякие изме­не­ния рыноч­ной конъ­юнк­туры могут легко нару­шить всю эту систему зака­зов. В усло­виях част­но­хо­зяй­ствен­ной дея­тель­но­сти и погони за при­бы­лью про­из­вод­ство на заказ не может быть проч­ной и устой­чи­вой фор­мой, оно нераз­рывно свя­зано с про­из­вод­ством на неиз­вест­ный рынок и соче­та­ется с ним в тех или иных ком­би­на­циях. Монополия пере­пле­та­ется со сво­бод­ной кон­ку­рен­цией, порож­дая тем самым осо­бенно ост­рые кон­фликты и противоречия.

Господство моно­по­лий и свя­зан­ная с этим поли­тика моно­поль­ных цен под­ры­вают закон сто­и­мо­сти. Принципы цено­об­ра­зо­ва­ния суще­ственно изменяются.

Подрыв закона сто­и­мо­сти выра­жа­ется в ряде момен­тов. Закон сто­и­мо­сти регу­ли­рует раз­ви­тие обще­ствен­ного про­из­вод­ства через меха­низм сво­бод­ной игры цен на рынке в ходе сво­бод­ной кон­ку­рен­ции. Цена слу­жит выра­же­нием дви­же­ния обще­ствен­ного труда. Через цену улав­ли­ва­ются и выра­жа­ются те или иные изме­не­ния в про­пор­ци­о­наль­но­сти раз­ви­тия раз­лич­ных отрас­лей, в про­из­во­ди­тель­но­сти обще­ствен­ного труда.

В усло­виях моно­поль­ных цен поло­же­ние суще­ственно изме­ня­ется. Во-​первых, цены пере­стают быть точ­ным выра­же­нием изме­не­ний в про­пор­ци­о­наль­но­сти рас­пре­де­ле­ния труда по раз­лич­ным сфе­рам. Какие бы пере­движки ни про­ис­хо­дили в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, моно­по­лии стре­мятся удер­жать цены на опре­де­лён­ном уровне в тече­ние дли­тель­ного пери­ода вре­мени. Механизм цен пере­стаёт быть точ­ным баро­мет­ром того, в каких отрас­лях про­из­вод­ства сосре­до­то­чено больше труда, чем необ­хо­димо обще­ству, а в каких меньше. Единые моно­поль­ные цены, под­дер­жи­ва­е­мые ряд лет, зату­шё­вы­вают, скры­вают дей­стви­тель­ные пере­груп­пи­ровки в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда. Правда, подоб­ное поло­же­ние не может оста­ваться посто­ян­ным. Рано или поздно закон сто­и­мо­сти даёт о себе знать, вызы­вая соот­вет­ству­ю­щие изме­не­ния и в поли­тике моно­поль­ных цен. И моно­поль­ная цена в конеч­ном итоге должна при­спо­со­биться к тре­бо­ва­ниям закона сто­и­мо­сти. Но несо­мненно и то, что при моно­поль­ных ценах закон сто­и­мо­сти начи­нает терять тот меха­низм, через кото­рый он только и может нор­мально дей­ство­вать. При моно­поль­ных ценах имеет место дли­тель­ное откло­не­ние цен от сто­и­мо­сти, что неиз­бежно при­во­дит к посте­пен­ному накап­ли­ва­нию про­из­вод­ствен­ных дис­про­пор­ций. За неиз­мен­ной моно­поль­ной ценой могут скры­ваться суще­ствен­ные изме­не­ния в про­пор­циях рас­пре­де­ле­ния труда по раз­лич­ным отрас­лям. Иначе говоря, при моно­поль­ных ценах функ­ция цены — отра­жать состо­я­ние про­пор­ци­о­наль­но­сти и исправ­лять дис­про­пор­ции резко под­ры­ва­ется. Определение сто­и­мо­сти рабо­чим вре­ме­нем тоже начи­нает под­ры­ваться. При моно­поль­ных ценах цена товара может дли­тельно быть выше сто­и­мо­сти или ниже её. В усло­виях сво­бод­ной кон­ку­рен­ции пред­при­я­тия с более высо­кой про­из­во­ди­тель­но­стью труда и низ­кими издерж­ками про­из­вод­ства имеют воз­мож­ность сни­жать цены про­да­ва­е­мых това­ров в целях вытес­не­ния кон­ку­рен­тов. Если на этих пред­при­я­тиях про­из­во­дится бóль­шая масса това­ров дан­ного рода, то усло­вия их про­из­вод­ства будут регу­ли­ро­вать вели­чину сто­и­мо­сти дан­ных това­ров. Другие пред­при­я­тия, у кото­рых ниже про­из­во­ди­тель­ность труда и выше издержки про­из­вод­ства, не смо­гут выдер­жать кон­ку­рент­ной борьбы. Перед ними встаёт про­блема либо встать на путь тех­ни­че­ских усо­вер­шен­ство­ва­ний, роста про­из­во­ди­тель­но­сти труда и сни­же­ния издер­жек про­из­вод­ства, либо разо­риться или поки­нуть дан­ную отрасль про­из­вод­ства. Здесь меха­низм цен слу­жит сти­му­лом к росту про­из­во­ди­тель­но­сти труда.

В усло­виях гос­под­ства моно­по­лий поло­же­ние меня­ется. Все пред­при­я­тия, неза­ви­симо от издер­жек про­из­вод­ства, про­дают товары по моно­поль­ной цене. Поскольку моно­по­лии при­ни­мают неко­то­рые меры к урав­не­нию при­бы­лей для пред­при­я­тий, вхо­дя­щих в состав моно­по­ли­сти­че­ского объ­еди­не­ния, пред­при­я­тия с более низ­кой про­из­во­ди­тель­но­стью труда и высо­кими издерж­ками про­из­вод­ства, про­дол­жают суще­ство­вать. Их не ожи­дает немед­лен­ное разо­ре­ние. Монополистическое объ­еди­не­ние в целом может вре­менно даже задер­жи­вать тех­ни­че­ский про­гресс, ибо цены про­да­ва­е­мых това­ров могут сохра­няться на высо­ком уровне и при преж­нем уровне про­из­во­ди­тель­но­сти труда. Нет опас­но­сти, что эти цены могут быть сни­жены, ибо кон­ку­рен­ция устра­нена или резко подо­рвана. Цена в дан­ном слу­чае пере­стаёт быть выра­же­нием изме­не­ний в про­из­во­ди­тель­но­сти труда. Одна и та же цена может скры­вать за собой и повы­ша­ю­щу­юся и пони­жа­ю­щу­юся про­из­во­ди­тель­ность труда.

Правда при этом сле­дует иметь в виду, что при обра­зо­ва­нии моно­по­ли­сти­че­ских объ­еди­не­ний в их состав вхо­дят прежде всего наи­бо­лее круп­ные, тех­ни­че­ски осна­щён­ные пред­при­я­тия, с наи­бо­лее высо­кой про­из­во­ди­тель­но­стью труда. Худшие пред­при­я­тия нередко закры­ва­ются по рас­по­ря­же­нию самого моно­по­ли­сти­че­ского объ­еди­не­ния. Тем не менее, и в рам­ках моно­по­ли­сти­че­ского союза раз­ли­чия между пред­при­я­ти­ями по уровню про­из­во­ди­тель­но­сти труда оста­ются ино­гда более или менее зна­чи­тель­ные. Это про­яв­ля­ется в раз­лич­ных издерж­ках про­из­вод­ства одних и тех же това­ров. В усло­виях сво­бод­ной кон­ку­рен­ции пред­при­я­тия с наи­бо­лее высо­кой про­из­во­ди­тель­но­стью труда могли бы сни­жать цены и рас­ши­рять мас­штабы про­из­вод­ства. В усло­виях моно­по­ли­сти­че­ского объ­еди­не­ния они не могут этого сде­лать, ибо уста­нав­ли­ва­ется еди­ная цена, и доля про­из­вод­ства каж­дого пред­при­я­тия строго регулируется.

Английская комис­сия по моно­по­лиям в июне 1952 г. опуб­ли­ко­вала доклад о поло­же­нии на рынке изо­ли­ро­ван­ного элек­тро­про­вода и кабеля. В докладе кон­ста­ти­ру­ется нали­чие «боль­ших раз­ли­чий в издерж­ках про­из­вод­ства оди­на­ко­вых това­ров»177 .

Комиссия счи­тает, что «подоб­ная раз­ница сви­де­тель­ствует о воз­мож­но­сти сни­зить цены».

«Ныне же дей­ству­ю­щая система еди­ных цен мешает этому, так как она не даёт про­из­во­ди­те­лям с низ­кими издерж­ками про­из­вод­ства воз­мож­но­сти сни­зить свои цены»178 .

Ясно, что при таких усло­виях цены пере­стают отра­жать дей­стви­тель­ные изме­не­ния в про­из­во­ди­тель­но­сти обще­ствен­ного труда. Закон сто­и­мо­сти под­ры­ва­ется. Механизм цен начи­нает выпол­нять иные функ­ции. Он всё больше слу­жит ору­дием пере­рас­пре­де­ле­ния сто­и­мо­сти в инте­ре­сах монополий.

Разумеется, под­рыв товар­ного про­из­вод­ства и закона сто­и­мо­сти при импе­ри­а­лизме не озна­чает их лик­ви­да­ции. В. И. Ленин неустанно под­чёр­ки­вал, что моно­по­лии дей­ствуют в «общей обста­новке товар­ного про­из­вод­ства». Переплетение моно­по­лии и кон­ку­рен­ции порож­дает осо­бенно ост­рые про­ти­во­ре­чия в экономике.

Подрыв обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей, хотя и создаёт мате­ри­аль­ные пред­по­сылки для пла­но­мер­ного регу­ли­ро­ва­ния эко­но­мики, но ещё не озна­чает, что в рам­ках капи­та­лизма раз­ви­ва­ется пла­но­мер­ность. Борьба внутри моно­по­лий, между моно­по­ли­ями, между моно­по­ли­ями и аут­сай­де­рами нераз­рывно свя­зана с раз­ви­тием сти­хий­но­сти и анар­хич­но­сти раз­ви­тия. Одни моно­по­ли­сти­че­ские объ­еди­не­ния рас­па­да­ются, дру­гие созда­ются вновь. Здесь ещё нет проч­ных и устой­чи­вых, дли­тель­ных свя­зей. В погоне за при­бы­лью капи­та­ли­сты готовы нару­шать все ранее при­ня­тые на себя обя­за­тель­ства и при слу­чае могут выйти из объ­еди­не­ния. Вот почему В. И. Ленин реши­тельно вёл борьбу с тео­ри­ями так назы­ва­е­мого «орга­ни­зо­ван­ного», «регу­ли­ру­е­мого», «пла­но­вого» капи­та­лизма. Подрыв обособ­лен­но­сти и гигант­ский рост обоб­ществ­ле­ния про­из­вод­ства создаёт мате­ри­аль­ные пред­по­сылки для пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции обще­ствен­ного про­из­вод­ства, он вно­сит извест­ный эле­мент «орга­ни­за­ции» в раз­ви­тие эко­но­мики, осо­бенно в усло­виях государственно-​монополистического капи­та­лизма. Но от этой «орга­ни­за­ции», име­ю­щей своей целью при­сво­е­ние моно­поль­ных при­бы­лей, до дей­стви­тельно пла­но­мер­ной орга­ни­за­ции, обес­пе­чи­ва­ю­щей пла­но­мер­ное раз­ви­тие эко­но­мики в целях все­сто­рон­него удо­вле­тво­ре­ния мате­ри­аль­ных и куль­тур­ных потреб­но­стей всего обще­ства, — дистан­ция огром­ного раз­мера. Государственно-​монополистический капи­та­лизм, гигант­ски обоб­ще­ствив про­из­вод­ство, подо­рвав строй обособ­лен­ных про­из­во­ди­те­лей, создав новый тип свя­зей между всеми зве­ньями в системе обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, под­го­то­вил все необ­хо­ди­мые мате­ри­аль­ные пред­по­сылки для рево­лю­ци­он­ного пере­хода к пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ному соци­а­ли­сти­че­скому спо­собу производства.

«…Государственно-​монополистический капи­та­лизм,

— писал В. И. Ленин, —

есть пол­ней­шая мате­ри­аль­ная под­го­товка соци­а­лизма, есть пред­две­рие его, есть та сту­пенька исто­ри­че­ской лест­ницы, между кото­рой (сту­пень­кой) и сту­пень­кой, назы­ва­е­мой соци­а­лиз­мом, ника­ких про­ме­жу­точ­ных сту­пе­ней нет»179 .

Отметив, что «ника­кое вос­ста­ние не создаст соци­а­лизма, если он не созрел эко­но­ми­че­ски…»180 , В. И. Ленин со всей силой под­черк­нул, что именно государственно-​монополистический капи­та­лизм всем ходом сво­его раз­ви­тия эко­но­ми­че­ски под­го­тав­ли­вает пере­ход к новому, соци­а­ли­сти­че­скому обще­ствен­ному строю.

В отдель­ных выска­зы­ва­ниях В. И. Ленина про­во­дится идея о том, что уже пере­ход вла­сти в руки про­ле­та­ри­ата при создан­ной моно­по­ли­ями связи между всеми зве­ньями обще­ствен­ного про­из­вод­ства поз­во­лит успешно осу­ще­ствить соци­а­ли­сти­че­ское строительство.

Постепенное преодоление товарного производства в переходный период от капитализма к социализму и его замена социалистическим производством

Классики марксизма-​ленинизма под­чёр­ки­вали, что после пере­хода вла­сти в руки про­ле­та­ри­ата необ­хо­дим пере­ход­ный период от капи­та­лизма к соци­а­лизму. Его суть состоит в том, что на про­тя­же­нии этого пери­ода сосу­ще­ствуют и борются два начала — воз­ник­ший, но ещё не окреп­ший соци­а­ли­сти­че­ский сек­тор, уми­ра­ю­щий, но ещё не лик­ви­ди­ро­ван­ный част­но­ка­пи­та­ли­сти­че­ский сек­тор. Эта борьба в конеч­ном итоге должна завер­шиться пол­ной побе­дой соци­а­лизма, лик­ви­да­цией всех остат­ков капи­та­лизма в эко­но­мике. Но на про­тя­же­нии извест­ного пери­ода необ­хо­димо сохра­не­ние товар­ного про­из­вод­ства, капи­та­лизма, товарно-​денежных отно­ше­ний. В зави­си­мо­сти от сте­пени обоб­ществ­ле­ния про­из­вод­ства эле­менты товар­ного про­из­вод­ства и капи­та­лизма в раз­лич­ных стра­нах могут иметь раз­ное зна­че­ние. В тех стра­нах, где под­рыв обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей зашёл наи­бо­лее далеко и где осо­бенно сильно был раз­вит государственно-​монополистический капи­та­лизм, сте­пень сохра­не­ния товар­ного про­из­вод­ства и капи­та­лизма будет мень­шей, чем в тех стра­нах, где уро­вень обоб­ществ­ле­ния ниже.

С пере­хо­дом вла­сти в руки про­ле­та­ри­ата осу­ществ­ля­ется наци­о­на­ли­за­ция реша­ю­щих средств про­из­вод­ства, бан­ков. Создаётся соци­а­ли­сти­че­ский сек­тор. Ключевые пози­ции, кото­рые ранее нахо­ди­лись в руках моно­по­лий, теперь зани­мает про­ле­тар­ское госу­дар­ство. Оно полу­чает в наслед­ство от капи­та­лизма опре­де­лён­ный строй обще­ствен­ного про­из­вод­ства с опре­де­лён­ной струк­ту­рой обще­ствен­ного раз­де­ле­ния труда, с опре­де­лён­ными свя­зями между его раз­лич­ными зве­ньями. Все те рычаги, посред­ством кото­рых моно­по­лии осу­ществ­ляли регу­ли­ро­ва­ние эко­но­мики в своих инте­ре­сах, теперь посту­пают в рас­по­ря­же­ние про­ле­та­ри­ата, кото­рый исполь­зует их для сози­да­ния нового, соци­а­ли­сти­че­ского обще­ства. Совокупность наци­о­на­ли­зи­ро­ван­ных средств про­из­вод­ства, бан­ков, транс­порта даёт в руки про­ле­та­ри­ата огром­ную эко­но­ми­че­скую силу, посред­ством кото­рой он может воз­дей­ство­вать на раз­ви­тие всей эко­но­мики в нуж­ном направ­ле­нии. Эти сред­ства исполь­зу­ются прежде всего для посте­пен­ного огра­ни­че­ния, вытес­не­ния и лик­ви­да­ции капи­та­ли­сти­че­ских эле­мен­тов, устра­не­ния обособ­лен­но­сти про­из­во­ди­те­лей и созда­ния еди­ной, пла­но­мерно орга­ни­зо­ван­ной системы обще­ствен­ного производства.

Пролетариат не может сразу же после рево­лю­ции лик­ви­ди­ро­вать обособ­лен­ность про­из­во­ди­те­лей, товар­ное про­из­вод­ство и товарно-​денежные отно­ше­ния. Он при­ни­мает от капи­та­лизма опре­де­лён­ный народ­но­хо­зяй­ствен­ный строй, при кото­ром товар­ное про­из­вод­ство уже подо­рвано, но ещё не уни­что­жено. Пролетарское госу­дар­ство ста­вит своей целью посте­пенно, исполь­зуя име­ю­щи­еся в его рас­по­ря­же­нии рычаги, уси­лить под­рыв товар­ного про­из­вод­ства, а затем и пол­но­стью лик­ви­ди­ро­вать его.

При извест­ных конкретно-​исторических усло­виях про­ле­тар­ское госу­дар­ство может даже вре­менно стать на путь ожив­ле­ния товар­ного про­из­вод­ства. Но это не озна­чает, что подоб­ное ожив­ле­ние явля­ется его конеч­ной целью. В России после пере­хода вла­сти в руки про­ле­та­ри­ата и осу­ществ­ле­ния им пер­вых социально-​экономических меро­при­я­тий сло­жи­лась мно­го­уклад­ная эко­но­мика пере­ход­ного пери­ода. Сосуществовали и нахо­ди­лись во вза­им­ной связи 5 укла­дов обще­ствен­ного хозяй­ства: соци­а­ли­сти­че­ский, государственно-​капиталистический, част­но­ка­пи­та­ли­сти­че­ский, мел­ко­то­вар­ный и пат­ри­ар­халь­ный. Последний уклад не имел боль­шого зна­че­ния. Не полу­чил долж­ного раз­ви­тия и госу­дар­ствен­ный капи­та­лизм. Однако в своих пер­во­на­чаль­ных намет­ках В. И. Ленин отво­дил важ­ную роль этому укладу, пола­гая, что его раз­ви­тие поз­во­лит быст­рее под­го­то­вить пере­ход всей эко­но­мики на рельсы социализма.

«Если бы, при­мерно, через пол­года у нас уста­но­вился госу­дар­ствен­ный капи­та­лизм, это было бы гро­мад­ным успе­хом и вер­ней­шей гаран­тией того, что через год у нас окон­ча­тельно упро­чится и непо­бе­ди­мым ста­нет соци­а­лизм»181 .

По уровню обоб­ществ­ле­ния про­из­вод­ства доре­во­лю­ци­он­ная Россия зна­чи­тельно отста­вала от раз­ви­тых стран Европы и Америки. Хотя по отдель­ным пока­за­те­лям обоб­ществ­ле­ния, напри­мер по кон­цен­тра­ции рабо­чих на пред­при­я­тиях, она даже опе­ре­жала евро­пей­ские страны, в целом уро­вень обоб­ществ­ле­ния был ниже. И это выра­жа­лось в том, что государственно-​монополистический капи­та­лизм ещё не успел под­чи­нить себе вс