Манифест

Манифест
~ 14 мин

Войны наш мир раз­ру­шают, но бро­дит уж между развалин

При­зрак вели­кий и вид­ный, еще до войны зарожденный.

Миру изве­стен он был, для вла­стей Пре­дер­жа­щих ужасен,

Но бла­го­скло­нен к жиль­цам город­ских зако­ул­ков. На кухнях

Часто гля­делся он, яро­сти пол­ный, в тарелки пустые.

Ждал измож­ден­ных тру­дом он у шахт и на верфях.

Часто загля­ды­вал в тюрьмы и не предъ­яв­лял документов.

Даже в кон­то­рах его узнают и в собра­ньях обширных.

Шляпу из стали порой на себя он надви­нет, в огромный

Танк зале­зает, летает, смер­тель­ные сея снаряды.

На язы­ках гово­рит он, на мно­гих. На мно­гих молчит.

Гость он почет­ный в тру­що­бах и глав­ное зло для богатых.

Все изме­нить он при­шел и навеки остаться, назвавшись

Ком­му­низм.

Много неправды о нем гово­рят и враги, и дру­зья, и

Ложь эту слы­шали вы. Некий клас­сик ска­зал бы вам только:

Пишут исто­рию в память о людях вели­ких; о том, как

Звезды вели их; об армиях мощ­ных, огром­ных; о взлетах

Царств и о том, как они раз­ру­ша­лись. Вели­кие ж люди

В кни­гах ста­рин­ных искали дру­гой подо­плеки, учили,

Что вся исто­рия - это исто­рия прежде всего

КЛАС­СО­ВЫХ рас­прей. Поскольку известна борьба им меж классов

Средь всех наро­дов. Рабы и пле­беи, equites еt patres,

Знать кре­стьяне, а также ремес­лен­ники; бур­жуа и

Все про­ле­та­рии, в доме одном ужи­ва­ясь, с ножами

Бро­ситься вмиг друг на друга готовы в борьбе всеохватной.

Муд­рые учи­теля пока­зали нам тем всю изнанку

Писан­ной ради гос­под исто­рии их подчиненных.

В раз­ное время по-​разному вла­сти себя проявляют:

Рим­ский пат­ри­ций с испанским-​то гран­дом едва ли похожи.

Бур­жу­а­зия с тече­нием лет изме­ни­лась немало:

Здесь целый класс сам поста­вил угод­ного дес­пота к власти,

Там управ­ля­ются с помо­щью тысяч чинуш; и кому-то

Любы кро­ва­вые войны, кому-​то - дого­вора, ведь

Все от страны и ее насе­ле­нья в итоге зависит.

Власть пре­дер­жа­щие только, увы, неиз­менны нисколько:

Так же все борются, сред­ства под­руч­ные в ход все пускают.

С ревом народы в атаку идут друг на друга; за полем

Битвы дру­гие, кон­фликты потише, вовсю назревают.

Рим­ские армии Понт столь дале­кий, холод­ный штурмуют.

Дома же в Риме род­ном уж пат­ри­ций с пле­беем дерутся

Немцы воют с фран­цу­зами, а города этих немцев

Кай­зер с вой­ною повел на кур­фюр­стов, ему неподвластных

Если ж все классы враж­деб­ные разом объединятся,

Чтобы враг внеш­ний ско­рей восво­яси убрался,

Празд­но­вать будет победу их общую тот класс, что выше:

Он и вер­нется с побе­дою‚ a осталь­ные сословья

Арки построят им, после поминки по роди­чам справят

Глубже и дольше, чем меж­до­усо­бицы раз­ных народов,.

В кни­гах опи­сан­ные, столк­но­ве­ния клас­сов различных,

Втайне ведо­мые или открыто, и не на чужбине,

A у себя в горо­дах, что кон­ча­ются переворотом;

Или сов­мест­ной поги­бе­лью тех, кто со вла­стью боролся.

После был век, что кон­ча­ется ныне, век буржуазии,

Прежде кре­стьяне теперь стали вдруг горо­жане, и стены

Креп­кие города их защи­тили от вся­ких напастей.

Город заметно раз­вился. Сукно потекло на торговлю,

И про­бу­ди­лась от спячки страна. А по синему морю

Вдаль кора­бпи побе­жали, до новых земель добираясь:

Африку быстро открыли, к Аме­рике пла­вали смело.

Рынки Китая, Ост-​Индии, Нового Света узнали,

Деньги рекой потекли, и повы­сился спрос на товары,

Стала про­мыш­лен­ность на ноги и сво­его господина –

Бюр­гера - ввысь воз­несла до высот для него небывалых.

И ремесло отсту­пило под натис­ком мануфактуры.

Долго вид­не­лись еще золо­тые ключи, веретёна,

Только вот труд масте­ров стал отныне уже непригодным,

Ибо работа вся про­из­во­ди­лась на мануфактурах.

Рынки повсюду росли, и все шири­лись их аппетиты.

Даже и ману­фак­тур вдруг для рын­ков хва­тать перестало,

Пар и машины на смену в то время при­шли им поспешно,

Преж­них вла­дель­цев от дел отстра­няя, они утвердили

Круп­ных про­мыш­лен­ни­ков, тол­сто­су­мов И про­чих буржуев.

Учи­теля пока­зали доход­чиво, как изменился

Рынок, весь мир охва­тив, и как рынок всемирный

Меха­ни­за­цию дальше под­сте­ги­вал впредь неустанно,

Вплоть до того как про­мыш­лен­ник всюду до вла­сти добрался,

Стал глав­ным клас­сом во всех госу­дар­ствах класс буржуазии.

Про­чие вла­сти ему одному пота­кают, как могут,

Во всех делах неиз­менно его поощ­ряют и хвалят.

Бур­жу­а­зия пра­ви­тель­ни­цей ока­за­лась суровой.

Вся из металла, ступ­нею сталь­ною она раздавила

Пат­ри­ар­халь­ных идил­лий лени­вый оста­ток, порвала

Ста­рую пест­рую ленту протекционизма,заставив

Всех под­чи­няться людей праг­ма­ти­че­скому интересу.

«Рыцар­ство», «честь дво­ря­нина», «воз­вы­шен­ные идеалы»,

«Вер­ная челядь», «к отчизне любовь», «голос сердца», «при­зва­нье»,

«Чест­ным тру­дом зара­бо­тан­ный хлеб» и «слу­же­ние делу» -

Все это пере­оценке под­верг­лось холод­ной и трезвой.

Мено­вой сто­и­мо­сти не хва­тать стало мно­гим предметам,

Цен­ность людей стала рын­ком това­ров вдруг определяться.

Скры­тая экс­плу­а­та­ция суще­ство­вала и прежде;

Тут же она стала явной, бес­стыд­ной и при­знан­ной всеми.

Судей, уче­ных, свя­щен­ни­ков, и докторов,и поэтов,

Тех, к кому прежде испы­ты­вали ува­же­нье и трепет,

Бур­жу­а­зия в наем­ных рабо­чих зачис­лила сразу:

Док­тор к боль­ному идет как к кли­енту, рецепт продавая,

Можно за деньги купить и судью, и свя­тошу, и стража.

То, что уче­ный при­ду­мал для плуга, тор­го­вец сбывает

Ради гря­ду­щей войны. А худож­ник голод­ный поспешно

Живо­пи­сует все пре­ле­сти бур­жу­а­зии, умело

Дам при­уныв­ших он к жизни искус­ством своим пробуждает.

Зло ухмыль­нув­шись, поэта, а также фило­софа ловко

В мари­о­не­ток она обра­щает. А зна­ний обитель

В биржу, и даже свя­тые оплаты семейства

Быстро ста­но­вятся местом для сде­лок без­бож­ных и пошлых.

Что пира­миды для нас и что рим­ские нам виадуки,

Кёльн­ский собор, кре­сто­нос­цев и гун­нов походы не новы

Тем, кто дороги желез­ные видел и зда­ний громады,

Клас­сом постро­ен­ные, что извечно свои ж достиженья,

Тяжко тру­дясь, пре­вос­хо­дит и этим живет превосходством.

Без­оста­но­вочно новые сред­ства тот класс создает производству,

Воз­дух и воду на службу себе он давно уж поставил,

И создает мате­рьялы, кото­рых доселе не знали.

(Три­жды меняет свой род полотно совре­мен­ной одежды,

Вилку и нож по-​другому совсем научи­лись дер­жать мы,

Новые образы вечно наш глаз при­вле­кают и тешат.)

Класс тот людей изме­няет, на фаб­рики гонит кре­стьян он,

Толпы ремес­лен­ни­ков к бере­гам при­зы­вает он новым.

Села рас­тут, города, где металл и руду добывают,

Про­чие же выми­рают, когда из них люди уходят.

Мно­гие там бога­теют, где прежде сидели без хлеба.

Сред­ства и спо­собы для про­из­вод­ства все­гда охранялись,

Вла­сти их тре­петно обе­ре­гали, теперь же и власти

Сами пошли на уступки, чтоб обще­ство не взбунтовалось.

Зда­ний гро­мады на зыб­кой от века земле воздвигая,

Класс тот стра­шится лишь ржав­чины, топи болот­ной, все время

Пре­вос­ходя обсто­я­тель­ства, нравы, устои, привычки.

Что засто­я­лось - падет, было свято - ана­фе­мой станет.

В веч­ном дви­же­нье теперь чело­век на земле закружился‚

Трез­вый свой взгляд нако­нец обра­тив к мирозданью.

Все это‚ кстати, не только в одном уголке происходит,

Ведь чтобы сбыть свой товар, все рас­ту­щий в объеме,

Бур­жу­а­зия весь свет обо­шла, загля­нула повсюду.

Там, где могла, закре­пи­лась, устро­и­лась, влезла, прижилась,

Вяз­кие нити свои повсе­местно она натянула

Выпуск това­ров и их потреб­ле­нье везде утвердились.

Всюду как дома она и нигде. Доро­гие ремесла

Ста­рых тра­ди­ций она умерщ­вляет не глядя, находит

B стра­нах дале­ких сырье. На заво­дах удовлетворяет

Нужды и при­хоти между собою раз­лич­ных народов.

В горы товары спе­шат, уже под облака устремляясь,

Сгнил там шлаг­баум давно, и про­хо­дят они без смущенья.

ДЕШЕВО - вот их пароль. Но седой там ста­рик! Неужели

Будут свя­щен­ники сыпать про­кля­тия? Нет, они купят.

Стены высо­кие и непри­ступ­ные! Хваты умелые

Сно­сят китай­ские стены заря­дами ярких нарядов

И ухмы­ля­ются. Им нипо­чем оке­аны и горы.

Нужен народу народ, убеж­дают тор­говцы. А блага

Духа есть общие цен­но­сти, ска­жет уче­ный. Как жадно

В Риме био­логи ждут пуб­ли­ка­ций из Прин­стона свежих.

Руки япон­цев допи­шут, чего не успеют датчане.

Вме­сте уче­ные мира опи­шут его и рассмотрят.

Раз­ных наро­дов пре­да­ния сло­жатся все воедино.

Тяжко дыша, из утробы судов загра­нич­ных вывозит

Kyли товары, кото­рых ни разу не видел, за ними

Сле­дом он катит станки, поро­див­шие эти товары.

Вар­ва­ров так бур­жуа в бур­жуа пре­вра­щают таких же,

По образцу сво­ему, сотво­ряя людей в этом мире.

Так города, раз­рас­та­ясь, стра­ной управ­лять начинают,

Иско­ре­няя тоску и печаль дере­вен­ского быта.

Taк же и страны, где бал пра­вит бур­жу­а­зия, всевластны

Над сырье­выми при­дат­ками и управ­ляться умеют

С вар­ва­рами - так на Западе пра­вят отста­лым Востоком.

И меха­низмы, и люди, и соб­ствен­ность существовали

Врозь, a теперь все сли­лись воедино. Быст­рее, быстрее

Копят ору­дья труда на заво­дах огром­ных, владенья

В руки немно­гих попали и мно­жатся с каж­дой минутой,

И соби­ра­ется много людей у боль­ших оча­гов производства.

Обла­сти новые в поле поли­тики вдруг появились.

В беше­ных схват­ках дерутся и те, что ходили в обнимку,

А реги­оны раз­лич­ные, все со сво­ими правами,

Объ­еди­ня­ются в нации, схожи у них интересы

Наци­о­наль­ные - все под­чи­нятся вер­хов­ному классу.

Прежде не знала земля лихо­радки такой производства,

Что появи­лась во время прав­ле­ния буржуазии.

Эта вла­ды­чица пар с элек­три­че­ством поработила.

Русла рас­ши­рила рек, целину под­няла и вспахала,

Нефть, из земли нака­чала, чтоб дви­гать суда и машины,

Уголь добыла, высо­кие горы его взгромоздила,

Да и железо, что тысячи лет под зем­лею лежало,

В депо пошло на мосты под­вес­ные, валы и турбины,

Реки с озе­рами свет в города и деревни приводят‚

Лес пре­вра­тился в бумагу про­зрач­ную - в книги, в газеты.

Деся­ти­ле­тья спу­стя, как у нас появи­лось желанье

Сразу на всех кон­ти­нен­тах про­жить отве­ден­ное время,

Стал сам эфир нам помощ­ни­ком. Также впер­вые поднялись

В воз­дух людьми пило­ти­ру­е­мые машины. А прежде

Люди и знать-​то не знали, что ждут их сво­боды такие,

В сне закос­не­лом своем о про­грессе таком не мечтали.

Знати вла­де­нья внутри госу­дарств абсо­лют­ных монархов

Сдер­жи­вали про­из­вод­ство това­ров в мас­шта­бах ничтожных,

С этим активно и жестко покон­чила буржуазия.

Как ура­ганы бушуют теперь очаги производства,

Уни­что­жая издревле заве­щан­ный миропорядок.

Классы, что прежде на службе гос­под состо­яли, на части

Рвут доку­менты свои, при­ви­ле­гии не признавая.

Преж­нее право бес­правно, а муд­рость глупа, изменилось

Все. Храмы тыся­че­ле­тья сто­яли, нисколько угроз не пугаясь,

Нынче же мно­гие рушатся, поступь побед­ную чуя.

Te, что стоят и поныне, вне­запно обли­чье сменили

И уди­ви­тельно стали на новые вла­сти похожи!

Cил про­из­вод­ствен­ных натиск вели­кие внес измененья.

Неко­гда сбро­сив дво­рян, видит бур­жу­а­зия сегодня

Мощ­ные бури, что ей уж не в шутку самой угрожают

Класс этот, к вла­сти при­шед­ший‚ сме­нив­ший систему правленья,

Сил про­из­вод­ствен­ных мощь так наглядно явивший,

Сход с тем вол­шеб­ни­ком, что закли­нает под­зем­ные силы,

После же оста­но­вить их и снять закли­на­нья не может.

Дождь так посевы сперва оро­шает, рас­тит и лелеет,

Не пере­став же, зато­пит, погу­бит - так и производства

Быстро вла­де­ния бур­жу­а­зии они умножают,

Ho под­вер­гают ее же при­том они рис­кам великим.

Ныне исто­рия круп­ной про­мыш­лен­но­сти и торговли

Стала исто­рией бун­тов работ­ни­ков на производствах.

Про­тив гос­под­ства и само­управ­ства струк­тур буржуазных.

Кри­зисы мощ­ные, вновь воз­вра­ща­ясь, похожи на руки,

Ощу­пью все насти­га­ю­щие - и тор­говлю, и рынки,

В яро­сти тихой они и заводы, и про­сто дома потрясают.

Голод людей умерщ­влял, если вдруг пусто­вали амбары –

Ныне же мы голо­даем, поскольку еды слиш­ком много.

Нечем сего­дня кор­мить мате­рям своих бед­ных детишек,

Лишь потому, что зерна слиш­ком много хра­нится впустую.

Вся­кого рода мате­рии без при­ме­не­нья томятся,

Cемьям же бед­ных уж нечем при­крыть свои члены нагие,

Их про­го­няют с квар­тир, и пустуют квар­тиры немые.

Экс­плу­а­ти­ро­вать больше никто уже бед­ных не хочет.

Прежде тру­ди­лись они, от отча­я­нья изнемогая,

Ныне отча­янно ищут работу. Так что же случилось?

Зда­ние обще­ства, столь­кими муками дан­ное жизни,

Рушится к вар­вар­ским нра­вам опять нас, людей, возвращая.

Не ЛИШЕНЫ мы чего-​то, а НАДЕ­ЛЕНЫ слиш­ком многим.

Дом для житья непри­го­ден, мате­рии – не для одежды,

Хлеб лишь один для еды: пусть же выгоду он и приносит.

Пере­вод С. Городецкий. 

Нашли ошибку? Выде­лите фраг­мент тек­ста и нажмите Ctrl+Enter.