Империализм в XXI веке

Империализм в XXI веке
~ 38 мин

Ста­тья была опуб­ли­ко­вана в июле 2015 г. на сайте жур­нала «Monthly Review».

Пере­вод выпол­нен И. Кон­ча­ков­ским под редак­цией Д. Суб­бо­тина. Пере­вод был опуб­ли­ко­ван в жур­нале «Скеп­сис».


Введение 

Гло­ба­ли­за­ция про­из­вод­ства и его пере­ме­ще­ние в страны с дешё­вой рабо­чей силой явля­ется самым важ­ным и мощ­ным пре­об­ра­зо­ва­нием нео­ли­бе­раль­ной эры. Его глав­ной дви­жу­щей силой явля­ется то, что эко­но­ми­сты назы­вают «гло­баль­ным регу­ли­ро­ва­нием тру­до­вых ресур­сов»: попытки ком­па­ний в Европе, Север­ной Аме­рике и Япо­нии сни­зить издержки и уве­ли­чить при­были путём замены доро­го­сто­я­щего оте­че­ствен­ного труда более дешё­вым загра­нич­ным, что дости­га­ется либо через эми­гра­цию про­из­вод­ства, либо через имми­гра­цию рабо­чих. Сни­же­ние тари­фов и сня­тие огра­ни­че­ний, меша­ю­щих сво­бод­ному пере­те­ка­нию капи­тала, стали сти­му­лом для пере­носа про­из­вод­ства в страны с дешё­вой рабо­чей силой, в то время как мили­та­ри­за­ция гра­ниц и воз­рос­ший уро­вень ксе­но­фо­бии про­из­вели обрат­ный эффект на мигра­цию рабо­чих — она не пре­кра­ти­лась пол­но­стью, но была замед­лена, а за мигран­тами закре­пился ста­тус людей вто­рого сорта. В резуль­тате заводы сво­бодно пере­ме­ща­ются через американо-​мексиканскую гра­ницу и легко про­ни­кают сквозь стены евро­пей­ской твер­дыни, как и про­из­ве­дён­ные на них товары, и вла­де­ю­щие ими капи­та­ли­сты, однако у людей, рабо­та­ю­щих на этих пред­при­я­тиях, подоб­ная при­ви­ле­гия отсут­ствует. Это — кари­ка­тура на под­лин­ную гло­ба­ли­за­цию, это мир без гра­ниц для всех и вся, кроме людей труда.

Гло­баль­ные раз­ли­чия в зара­бот­ной плате, глав­ным обра­зом порож­да­е­мые огра­ни­че­нием на сво­бод­ное пере­дви­же­ние рабо­чей силы, дают иска­жён­ное пред­став­ле­ние о гло­баль­ных раз­ли­чиях в уровне экс­плу­а­та­ции (проще говоря, в раз­нице между сто­и­мо­стью, создан­ной рабо­чими, и тем, сколько они полу­чают за свою работу). Пере­ме­ще­ние про­из­вод­ства на Юг озна­чает, что при­быль ком­па­ний, рас­по­ло­жен­ных в Европе, Север­ной Аме­рике и Япо­нии, сто­и­мость всех финан­со­вых акти­вов, осно­ван­ных на этой при­были, а также уро­вень жизни граж­дан стали сильно зави­сеть от высо­кого уровня экс­плу­а­та­ции рабо­чих в так назы­ва­е­мых раз­ви­ва­ю­щихся стра­нах. Нео­ли­бе­раль­ная гло­ба­ли­за­ция поэтому должна пони­маться как новая импе­ри­а­ли­сти­че­ская ста­дия раз­ви­тия капи­та­лизма, эко­но­ми­че­скую основу кото­рой состав­ляет экс­плу­а­та­ция южной рабо­чей силы север­ными капиталистами.

В пер­вой части работы пред­став­лены резуль­таты ана­лиза гло­баль­ного пере­ме­ще­ния про­из­вод­ства в страны с дешё­вой рабо­чей силой и опре­де­лена его глав­ная осо­бен­ность — импе­ри­а­ли­сти­че­ская сверх­экс­плу­а­та­ция1 . Во вто­рой сде­лана попытка объ­яс­нить эти про­цессы в рам­ках марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти, сна­чала в свете дис­кус­сии 1960−70-х годов между сто­рон­ни­ками тео­рии зави­си­мого раз­ви­тия и кри­ти­ко­вав­шими её «орто­док­саль­ными» марк­си­стами, затем с при­вле­че­нием тео­рии импе­ри­а­лизма В. И. Ленина и кри­ти­че­ского пере­смотра «Капи­тала» Карла Маркса. 

Часть первая: Глобализация и империализм 

Глобализация производства и производителей

Гло­ба­ли­за­ция про­из­вод­ства отра­жа­ется в неве­ро­ят­ном рас­ши­ре­нии вла­сти и сферы вли­я­ния транс­на­ци­о­наль­ных кор­по­ра­ций, при­над­ле­жа­щих пре­иму­ще­ственно капи­та­ли­стам, про­жи­ва­ю­щим в импе­ри­а­ли­сти­че­ских стра­нах. По оценке ЮНК­ТАД (Кон­фе­рен­ции ООН по тор­говле и раз­ви­тию), «около 80% миро­вой тор­говли … свя­зано с меж­ду­на­род­ными про­из­вод­ствен­ными сетями транс­на­ци­о­наль­ных кор­по­ра­ций», либо при помощи внут­рен­них пря­мых ино­стран­ных инве­сти­ций (ПИИ), либо по прин­ципу «нестолк­но­ве­ния инте­ре­сов», уста­нов­лен­ному между «веду­щими ком­па­ни­ями» и их фор­мально неза­ви­си­мыми постав­щи­ками2 .

Экспортно-​ориентированная инду­стри­а­ли­за­ция (или, с север­ной точки зре­ния, деле­ги­ро­ва­ние про­из­вод­ствен­ных функ­ций) явля­ется един­ствен­ным вари­ан­том для бед­ных стран, не име­ю­щих доста­точ­ного коли­че­ства при­род­ных ресур­сов. Под её эги­дой доля «раз­ви­ва­ю­щихся стран» в миро­вом экс­порте про­мыш­лен­ных това­ров воз­росла с 5 до почти 30% с сере­дины 50-​х до конца про­шлого тыся­че­ле­тия (см. гра­фик 1). А доля про­мыш­лен­ных това­ров в экс­порте самого Юга утро­и­лась в тече­ние всего лишь при­мерно десятка лет, с начала 1990-​х годов оста­ва­ясь на уровне более 60%. Гра­фик 2 пока­зы­вает эти впе­чат­ля­ю­щие изме­не­ния с точки зре­ния импе­ри­а­ли­сти­че­ских стран. В 1970 году лишь 10% про­мыш­лен­ных това­ров постав­ля­лось туда из стран «тре­тьего мира»; к концу же нуле­вых этот пока­за­тель уве­ли­чился в пять раз3 .

1
Гра­фик 1. Доля «раз­ви­ва­ю­щихся стран» в миро­вом экс­порте про­мыш­лен­ных товаров
2
Гра­фик 2. Доля про­мыш­лен­ных това­ров из «раз­ви­ва­ю­щихся стран» в общем импорте раз­ви­тых стран4

Авто­мо­биль­ная про­мыш­лен­ность США наглядно иллю­стри­рует эту тен­ден­цию. В 1995 году импорт из Канады в 4 раза пре­вы­шал импорт из Мек­сики. Через десять лет — лишь на 10%. К 2009 году мек­си­кан­ской про­дук­ции вво­зи­лось уже на 48% больше5 . Пере­ме­ще­ние про­цесса про­из­вод­ства в страны с дешё­вой рабо­чей силой было столь же важ­ным для евро­пей­ских и япон­ских ком­па­ний, как и для их севе­ро­аме­ри­кан­ских кон­ку­рен­тов. Изу­че­ние тор­говли между ЕС и Китаем пока­зало, что «пере­нос более тру­до­ём­кого про­из­вод­ства и про­цес­сов сборки в Китай помо­гает нашим ком­па­ниям выжи­вать и раз­ви­ваться в усло­виях всё более жёст­кой кон­ку­рен­ции», а «япон­ские про­из­во­ди­тели элек­трон­ных това­ров про­дол­жают про­цве­тать на аме­ри­кан­ских рын­ках именно потому, что пере­несли свои сбо­роч­ные кон­вей­еры в Китай»6 7 .

В резуль­тате скла­ды­ва­ется весьма свое­об­раз­ная кар­тина миро­вой тор­говли, в кото­рой одни север­ные фирмы кон­ку­ри­руют с дру­гими, и успех зави­сит от спо­соб­но­сти сокра­тить рас­ходы за счёт пере­носа про­из­вод­ства. Ком­па­нии в стра­нах с дешё­вой рабо­чей силой также всту­пают в жёст­кую гонку друг с дру­гом, стре­мясь вос­поль­зо­ваться одним и тем же «срав­ни­тель­ным пре­иму­ще­ством», а именно избыт­ком насе­ле­ния, отча­янно нуж­да­ю­ще­гося в работе. Однако север­ные ком­па­нии, как пра­вило, не всту­пают в кон­ку­рен­цию с южными8 . Этот про­стой и часто игно­ри­ру­е­мый факт хорошо иллю­стри­рует отно­ше­ния между глав­ным пред­при­я­тием и дочер­ними, нахо­дя­щи­мися в его пол­ной соб­ствен­но­сти. Это спра­вед­ливо и в слу­чае быстро наби­ра­ю­щего попу­ляр­ность прин­ципа «нестолк­но­ве­ния инте­ре­сов»: между мар­кой одежды «Primark» и её бан­гла­деш­скими постав­щи­ками, между «General Motors» и мек­си­кан­скими фир­мами, про­из­во­дя­щими для неё всё больше и больше дета­лей, отно­ше­ния ско­рее вза­и­мо­до­пол­ня­ю­щие, чем кон­ку­рент­ные, даже при огром­ном раз­ли­чии в пра­вах сто­рон. Конечно, суще­ствуют и важ­ные исклю­че­ния, а сама струк­тура раз­ди­ра­ется про­ти­во­ре­чи­ями, но общая кар­тина ясна: суще­ствует сопер­ни­че­ство Север-​Север и жесто­кое сорев­но­ва­ние Юг-​Юг, при­ни­ма­ю­щее форму гонки на износ, однако пря­мая кон­ку­рен­ция между ком­па­ни­ями Севера и Юга отсут­ствует. Между тем, работ­ники стал­ки­ва­ются с кон­ку­рен­цией в виде гло­баль­ного нера­вен­ства зара­бот­ной платы, уре­за­ния выплат и уско­рен­ного сокра­ще­нии доли труда в ВВП всех стран.

Гло­ба­ли­за­ция про­из­вод­ства затро­нула не только про­из­вод­ство това­ров, но и соци­аль­ные отно­ше­ния, осо­бенно опре­де­ля­ю­щие для капи­та­лизма отно­ше­ния между тру­дом и капи­та­лом. Теперь они всё больше при­ни­мают форму вза­и­мо­дей­ствия между север­ным капи­та­лом и южным тру­дом. Огром­ный рост числа про­мыш­лен­ных рабо­чих в «раз­ви­ва­ю­щихся стра­нах» пред­став­лен на гра­фике 3, кото­рый пока­зы­вает, что в 2010 году 79% или 541 мил­лион про­мыш­лен­ных рабо­чих всего мира про­жи­вали в «сла­бо­раз­ви­тых реги­о­нах». Для срав­не­ния, в 1950 и в 1980 годах их доля состав­ляла 34% и 53% соот­вет­ственно. В то время как всего 145 мил­ли­о­нов рабо­чих, или 21% от общего числа, при­хо­ди­лись на импе­ри­а­ли­сти­че­ские страны в 2010 году.

3
Гра­фик 3. Миро­вое рас­пре­де­ле­ние рабо­чей силы, заня­той в про­мыш­лен­но­сти9

Однако, за исклю­че­нием Китая, пред­став­ля­ю­щего част­ный слу­чай из-​за поли­тики «один ребё­нок на семью», необы­чайно быст­рого роста и ещё не завер­шён­ного пере­хода от «соци­а­лизма» к капи­та­лизму, ни одна южная эко­но­мика не выросла доста­точно быстро, чтобы обес­пе­чить рабо­чими местами мно­го­чис­лен­ную моло­дёжь, всту­па­ю­щую в тру­до­вые отно­ше­ния, и сель­ско­хо­зяй­ствен­ных работ­ни­ков, бегу­щих от сель­ской нищеты. 

«Глобальное регулирование трудовых ресурсов» — движущая сила глобализации производства

Отры­вая сотни мил­ли­о­нов южных работ­ни­ков про­мыш­лен­но­сти и сель­ского хозяй­ства от земли и работы в защи­щён­ных госу­дар­ством наци­о­наль­ных отрас­лях, нео­ли­бе­раль­ный капи­та­лизм рас­ши­рил при­ме­не­ние сверх­экс­плу­а­ти­ру­е­мого труда. Огра­ни­че­ние пере­дви­же­ния рабо­чей силы наряду с её пере­из­быт­ком выли­лись в рез­кое уве­ли­че­ние гло­баль­ного раз­рыва в зара­бот­ной плате, кото­рый, согласно иссле­до­ва­ниям Все­мир­ного банка, «на поря­док пре­вы­шает все осталь­ные меж­ду­на­род­ные сто­и­мост­ные раз­ли­чия»10 . Этот раз­рыв предо­став­ляет север­ным капи­та­ли­стам два спо­соба уве­ли­че­ния при­были — пере­нос про­из­вод­ства в страны с дешё­вой рабо­чей силой или имми­гра­цию рабо­чих из этих стран. Меж­ду­на­род­ный валют­ный фонд чётко сфор­му­ли­ро­вал этот сце­на­рий: «Страны с раз­ви­той эко­но­ми­кой могут полу­чить доступ к гло­баль­ному рынку труда через импорт или имми­гра­цию», — пока­за­тельно отме­чая, что «тор­говля явля­ется более важ­ным и быстро рас­ши­ря­ю­щимся кана­лом, так как имми­гра­ция во мно­гих стра­нах оста­ётся огра­ни­чен­ной»11 .

То, что МВФ назвал «досту­пом к гло­баль­ному рынку труда», дру­гие окре­стили «гло­баль­ным регу­ли­ро­ва­нием тру­до­вых ресур­сов», глав­ная черта коего, по сло­вам Сти­вена Роуча, заклю­ча­ется в замене «высо­ко­опла­чи­ва­е­мых рабо­чих дома в той же сте­пе­нии ква­ли­фи­ци­ро­ван­ными, но низ­ко­опла­чи­ва­е­мыми рабо­чими за рубе­жом»12 . Роуч, в то время воз­глав­ляв­ший ази­ат­ский филиал хол­динга «Morgan Stanley», утвер­ждал, что «уни­каль­ное и мощ­ное сли­я­ние трех тен­ден­ций обу­слов­ли­вает гло­баль­ное регу­ли­ро­ва­ние труда». Это «окон­ча­тель­ное оформ­ле­ние прак­тики пере­носа про­из­водств, элек­трон­ные сред­ства связи и кон­троль рас­хо­дов»13 . Из них «кон­троль рас­хо­дов», то есть низ­кая зара­бот­ная плата, — это «пус­ко­вое устрой­ство, застав­ля­ю­щее гло­баль­ное регу­ли­ро­ва­ние функ­ци­о­ни­ро­вать». Раз­ви­вая свою мысль, Роуч поясняет:

«В эпоху избы­точ­ного пред­ло­же­ния ком­па­ниям как нико­гда раньше не хва­тает воз­мож­но­сти уве­ли­чи­вать при­быль без фун­да­мен­таль­ных капи­та­ло­вло­же­ний. Поэтому они должны быть без­жа­лостны в поис­ках новых средств повы­ше­ния эффек­тив­но­сти. Неуди­ви­тельно, что глав­ной целью их уси­лий дол­жен являться труд, состав­ля­ю­щий основ­ную часть издер­жек про­из­вод­ства в раз­ви­тых стра­нах.… Поэтому прак­тика пере­носа про­из­водств, бла­го­даря кото­рой про­дук­ция созда­ётся руками отно­си­тельно низ­ко­опла­чи­ва­е­мых рабо­чих в раз­ви­ва­ю­щихся стра­нах, стала глав­ной так­ти­кой выжи­ва­ния ком­па­ний в стра­нах раз­ви­тых»14 .

Это гораздо более яркое опре­де­ле­ние дви­жу­щей силы нео­ли­бе­раль­ной гло­ба­ли­за­ции, чем дан­ное тех­но­кра­тами из МВФ. Однако воз­ни­кает вопрос, почему Роуч гово­рит «про­дук­ция созда­ётся» вме­сто «сто­и­мость созда­ётся» — капи­та­ли­сты, в конце кон­цов, заин­те­ре­со­ваны не в самом про­дукте труда, а в содер­жа­щейся в нём сто­и­мо­сти. Ответ, как нам кажется, заклю­ча­ется в том, что слова о «созда­нии сто­и­мо­сти» сде­лали бы более явным тот факт, что эти низ­ко­опла­чи­ва­е­мые рабо­чие создают гораздо больше богат­ства, чем полу­чают в виде зар­платы, дру­гими сло­вами, что они под­вер­га­ются экс­плу­а­та­ции — ере­ти­че­ское поня­тие для тра­ди­ци­он­ного эко­но­ми­ста. Из наблю­де­ния Роуча выво­дится вопрос — как «ком­па­нии в раз­ви­тых стра­нах» «извле­кают про­дукт» из рабо­чих в Бан­гла­деш, Китае, где бы то ни было? Их един­ствен­ный вклад в ито­го­вое сальдо ком­па­ний раз­ви­тых стран — репа­три­и­ро­ван­ная при­быль от пря­мых ино­стран­ных инве­сти­ций. Выхо­дит, что неза­ви­си­мые постав­щики в Бан­гла­деш или Мек­сике не при­но­сят ни цента «H&M» или «General Motors»; всё выгля­дит как сто­и­мость, добав­лен­ная их соб­ствен­ной дея­тель­но­стью. Эта голо­во­ломка, необъ­яс­ни­мая для тра­ди­ци­он­ной эко­но­ми­че­ской тео­рии и оттого игно­ри­ру­е­мая, может быть решена только путём пере­опре­де­ле­ния добав­лен­ной сто­и­мо­сти в каче­стве при­сво­ен­ной сто­и­мо­сти. Дру­гими сло­вами, «добав­лен­ная сто­и­мость» ком­па­нии — это не то, что она про­из­вела, а то, что она сумела при­сво­ить путём нерав­но­цен­ного обмена, вклю­чая сто­и­мость, извле­ка­е­мую из рабо­чей силы в отда­лён­ных стра­нах. При­сво­ен­ная сто­и­мость не только не иден­тична добав­лен­ной сто­и­мо­сти, как гово­рит клас­си­че­ская тео­рия, но и вся­кая вза­и­мо­связь между ними отсут­ствует — банки, напри­мер, не создают сто­и­мо­сти вообще, а лишь при­сва­и­вают её. И поскольку ВВП страны есть не что иное, как сумма добав­лен­ных сто­и­мо­стей её ком­па­ний, ста­ти­стика ВВП систе­ма­ти­че­ски умень­шает реаль­ный вклад южных стран в гло­баль­ное богат­ство и пре­уве­ли­чи­вает зна­че­ние «раз­ви­тых» госу­дарств, тем самым скры­вая всё более пара­зи­ти­че­ские, экс­плу­а­та­тор­ские со сто­роны Севера, импе­ри­а­ли­сти­че­ские отно­ше­ния между ними. Я назы­ваю это иллю­зией ВВП15 . 

Часть вторая: Теории эксплуатации 

Теория зависимого развития и её критика

Пер­вой и послед­ней настой­чи­вой попыт­кой обос­но­вать тео­рию импе­ри­а­лизма при помощи марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти стали дебаты о зави­си­мом раз­ви­тии в 1960−70-х годах. Тео­рия зави­си­мого раз­ви­тия пыта­лась объ­яс­нить, почему импе­ри­а­ли­сти­че­ская экс­плу­а­та­ция сохра­ни­лась после исчез­но­ве­ния тер­ри­то­ри­аль­ных импе­рий. Её воз­ник­но­ве­ние было вызвано анти­ко­ло­ни­аль­ной и анти­им­пе­ри­а­ли­сти­че­ской борь­бой, охва­тив­шей страны Африки, Азии и Латин­ской Аме­рики после Вто­рой миро­вой войны.

Эта тео­рия имела при­вер­жен­цев среди людей раз­ных взгля­дов: от социал-​демократов и бур­жу­аз­ных наци­о­на­ли­стов, таких как Аргири Эмма­ну­эль и Фер­нанду Энрики Кар­дозу (впо­след­ствии нео­ли­бе­раль­ный бра­зиль­ский пре­зи­дент), кото­рые хотели устра­нить пре­пят­ствия на пути само­сто­я­тель­ного капи­та­ли­сти­че­ского раз­ви­тия Юга, — до марк­си­стов вроде Самира Амина и Руя Мауру Марини, раз­лич­ными спо­со­бами дока­зы­вав­ших, что капи­та­лизм, явля­ясь импе­ри­а­ли­сти­че­ским по своей при­роде, сам явля­ется пре­гра­дой для раз­ви­тия этого реги­она. Были и те, кто вышел за рамки тео­ре­ти­че­ской кри­тики, чтобы вести рево­лю­ци­он­ную борьбу про­тив импе­ри­а­лизма и его лакеев внутри зави­си­мых стран — в первую оче­редь Фидель Кастро и Че Гевара,. Все эти рефор­ми­сты и рево­лю­ци­о­неры, несмотря на раз­ли­чие взгля­дов и мето­дов, имели общую точку зре­ния по двум вопро­сам. Во-​первых, «неэк­ви­ва­лент­ный обмен» между раз­ви­тыми импе­ри­а­ли­сти­че­скими стра­нами и теми, что тогда состав­ляли «тре­тий мир» («вто­рым миром», как известно, име­но­ва­лись страны соц­ла­геря), при­во­дит к круп­но­мас­штаб­ному изъ­я­тию богат­ства у послед­них; а во-​вторых, воз­рас­та­ю­щие раз­ли­чия в раз­ме­рах зара­бот­ной платы и уровне жизни рабо­чих из импе­ри­а­ли­сти­че­ских и экс­плу­а­ти­ру­е­мых стран отра­жают огром­ные меж­ду­на­род­ные раз­ли­чия в сте­пени экс­плу­а­та­ции (тео­ре­ти­че­ский вклад Марини осо­бенно важен в отно­ше­нии вто­рого тезиса).

Мысль о том, что поле битвы за соци­а­лизм хоть вре­менно, но всё же пере­ме­сти­лось из импе­ри­а­ли­сти­че­ских стран в экс­плу­а­ти­ру­е­мые, вызвала сопро­тив­ле­ние со сто­роны «орто­док­саль­ных» марк­си­стов Европы и Север­ной Аме­рики. Они счи­тали, что богат­ство, извле­ка­е­мое из стран пери­фе­рии, имеет вто­ро­сте­пен­ное зна­че­ние, а также отри­цали, что про­мыш­лен­ные и сель­ско­хо­зяй­ствен­ные рабо­чие более интен­сивно экс­плу­а­ти­ру­ются на Юге, чем на Севере. Так, в деба­тах с Сами­ром Ами­ном в 1979 году Джон Уикс и Эли­за­бет Дор утвер­ждали, что «поскольку в раз­ви­тых капи­та­ли­сти­че­ских стра­нах про­из­во­ди­тель­ность труда выше, то разве не оче­видно, что высо­кий уро­вень жизни рабо­чих идёт рука об руку с высо­кими ценами на товары, кото­рые его опе­с­пе­чи­вают»16 . Шарль Бет­тель­хейм был менее осто­ро­жен, утвер­ждая в своей кри­тике «Неэк­ви­ва­лент­ного обмена» Эмма­ну­эля, что «чем больше раз­виты про­из­во­ди­тель­ные силы, тем больше экс­плу­а­ти­ру­ется про­ле­та­риат»17 . Най­джел Хар­рис ана­ло­гич­ным обра­зом утвер­ждал, что «при про­чих рав­ных усло­виях, чем выше про­дук­тив­ность труда, тем выше зар­плата у работ­ника (поскольку и издержки вос­про­из­вод­ства рабо­чей силы выше), и тем больше он экс­плу­а­ти­ру­ется, т. е. тем боль­шая доля про­из­ве­дён­ного им про­дукта при­сва­и­ва­ется рабо­то­да­те­лем»18 .

Раз­ви­тие и упа­док тео­рии зави­си­мого раз­ви­тия при­шлись на период, пред­ше­ству­ю­щий нео­ли­бе­раль­ной эпохе, на время, когда «раз­ви­ва­ю­щи­еся страны» экс­пор­ти­ро­вали сырьё и импор­ти­ро­вали про­мыш­лен­ные товары, и когда гло­ба­ли­за­ция про­из­вод­ства пре­бы­вала в заро­ды­ше­вом состо­я­нии. По иро­нии судьбы, про­цесс созре­ва­ния этого заро­дыша, а именно стре­ми­тель­ное раз­ви­тие ори­ен­ти­ро­ван­ных на экс­порт про­мыш­лен­но­сти Южной Кореи и Тай­ваня в 1970-​х годах, частично объ­яс­няет, почему, по сло­вам Гэри Хоу, «тео­рия зави­си­мого раз­ви­тия попала в затруд­ни­тель­ное поло­же­ние»: эти ран­ние при­меры про­мыш­лен­ных взлё­тов опро­вер­гали утвер­жде­ние о том, что импе­ри­а­ли­сти­че­ское гос­под­ство пре­пят­ствует эко­но­ми­че­скому раз­ви­тию стран Юга19 .

Тем не менее, тео­рия зави­си­мого раз­ви­тия оста­ётся важ­ной вехой на пути созда­ния тео­рии совре­мен­ного импе­ри­а­лизма. Изме­не­ния, про­ис­хо­дя­щие в нео­ли­бе­раль­ную эпоху, окон­ча­тельно опро­вер­гают аргу­менты евро­марк­си­стов. Нельзя серьёзно утвер­ждать, что гло­баль­ный пере­нос про­из­вод­ства в страны с низ­кой зара­бот­ной пла­той имеет вто­ро­сте­пен­ное зна­че­ние. Поэтому реак­ция евро­марк­си­стов заклю­ча­ется в пол­ном игно­ри­ро­ва­нии этих тен­ден­ций: пусть гло­баль­ные цепочки созда­ния сто­и­мо­сти и про­из­вод­ствен­ные сети изу­чают бур­жу­аз­ные социо­логи. Между тем, их аргу­мент, заклю­ча­ю­щийся в том, что высо­кая про­из­во­ди­тель­ность труда на Севере озна­чает не только высо­кую зара­бот­ную плату, но и высо­кую сте­пень экс­плу­а­та­ции, опро­вер­га­ется обще­из­вест­ным фак­том: товары, потреб­ля­е­мые рабо­чими на Севере, всё больше и больше про­из­во­дятся дешё­вым тру­дом южных рабо­чих. Именно их про­из­во­ди­тель­ность и их зара­бот­ная плата суще­ственно опре­де­ляют уро­вень жизни и сте­пень экс­плу­а­та­ции в импе­ри­а­ли­сти­че­ских странах.

Тем не менее, ряд подоб­ных аргу­мен­тов про­дол­жает выдви­гаться и по сей день. Так, Алекс Кал­ли­ни­кос утвер­ждает: «кри­ти­че­ская ошибка тео­рии зави­си­мого раз­ви­тия заклю­ча­ется в том, что она не учла важ­ность высо­кой про­из­во­ди­тель­но­сти труда в стра­нах с раз­ви­той эко­но­ми­кой», а Джо­зеф Чунара счи­тает, что «огром­ное заблуж­де­ние — думать, будто работ­ники в таких стра­нах, как Индия или Китай, экс­плу­а­ти­ру­ются больше, чем в США или Вели­ко­бри­та­нии»20 . Однако край­няя сте­пень экс­плу­а­та­ции на швей­ных фаб­ри­ках в Бан­гла­деш, на китай­ских заво­дах и пла­ти­но­вых руд­ни­ках в Южной Африке — это явный и неоспо­ри­мый факт, с кото­рым сотни мил­ли­о­нов рабо­чих стал­ки­ва­ются еже­дневно. «Ком­му­низм — не док­трина, а дви­же­ние; он исхо­дит не из прин­ци­пов, а из фак­тов», — гово­рил Фри­дрих Энгельс21 . Гло­баль­ные раз­ли­чия в сте­пени экс­плу­а­та­ции, пере­ме­ще­ние про­из­вод­ства туда, где этот пока­за­тель выше всего, и огром­ный рост числа про­мыш­лен­ных рабо­чих на Юге — вот те новые реа­лии, из кото­рых мы должны исхо­дить. Эти опре­де­ля­ю­щие черты нео­ли­бе­раль­ной эпохи явля­ются клю­чом к пони­ма­нию при­роды и дина­мики гло­баль­ных кри­зи­сов. Вме­сто того, чтобы отри­цать реаль­ность сверх­экс­плу­а­та­ции в XXI веке (и поко­я­ще­гося на ней импе­ри­а­ли­сти­че­ского порядка), опи­ра­ясь на заме­ча­ния Маркса по поводу про­из­вод­ства, сде­лан­ные в XIX веке, мы должны пере­смот­реть его тео­рию в свете новых реа­лий, исполь­зо­вать и кри­ти­че­ски раз­ви­вать её, чтобы понять новей­ший этап импе­ри­а­ли­сти­че­ского раз­ви­тия капи­та­лизма. 

Ленин и империализм

Систе­ма­ти­че­ское нера­вен­ство между про­ле­та­ри­ями, выте­ка­ю­щее из систе­ма­ти­че­ского нера­вен­ства между наро­дами, было цен­траль­ной темой тру­дов Ленина, кото­рый утвер­ждал, что «раз­де­ле­ние наций на угне­та­ю­щие и угне­тён­ные, кото­рое состав­ляет суть импе­ри­а­лизма»22 . Его работа «Импе­ри­а­лизм как выс­шая ста­дия капи­та­лизма», напи­сан­ная в раз­гар Пер­вой миро­вой войны, была руко­вод­ством к дей­ствию, попыт­кой рас­крыть при­чины капи­ту­ля­ции мас­со­вых соци­а­ли­сти­че­ских пар­тий нака­нуне войны, пока­зать, что сама война не была откло­не­нием или слу­чай­но­стью, и что она дока­зала объ­ек­тив­ную необ­хо­ди­мость миро­вой соци­аль­ной рево­лю­ции и пере­хода к ком­му­ни­сти­че­скому спо­собу про­из­вод­ства. Ленин выде­лил те суще­ствен­ные харак­те­ри­стики импе­ри­а­ли­сти­че­ской ста­дии капи­та­лизма, кото­рые были оче­видны ещё при её зарож­де­нии, в част­но­сти, кон­цен­тра­цию богат­ства и рост финан­со­вого капи­тала, угне­те­ние и ограб­ле­ние менее раз­ви­тых наро­дов и без­удерж­ный мили­та­ризм. Он не мог вклю­чить в свою тео­рию кон­цеп­цию созда­ния сто­и­мо­сти в гло­ба­ли­зи­ро­ван­ном про­цессе про­из­вод­ства, потому что тот воз­ник только на более позд­ней ста­дии капи­та­ли­сти­че­ского раз­ви­тия. Резуль­та­том явля­ется про­ти­во­ре­чие, сохра­ня­ю­ще­еся и по сей день, между ленин­ской тео­рией импе­ри­а­лизма и марк­со­вой тео­рией сто­и­мо­сти. Пре­одо­ле­ние этого про­ти­во­ре­чия — важ­ная задача, однако здесь у нас есть место только для крат­кой заметки о том, что Ленин рас­смат­ри­вал как две опре­де­ля­ю­щие черты импе­ри­а­ли­сти­че­ской ста­дии капи­та­лизма: моно­по­лии и вывоз капи­тала.

Марк­си­сты в импе­ри­а­ли­сти­че­ских стра­нах часто игно­ри­ро­вали утвер­жде­ние Ленина о важ­но­сти раз­де­ле­ния мира на угне­тён­ные и угне­та­ю­щие нации. Вме­сто этого они обра­ти­лись к его идеям о межим­пе­ри­а­ли­сти­че­ском сопер­ни­че­стве и о том, что «по своей эко­но­ми­че­ской сущ­но­сти импе­ри­а­лизм есть моно­по­ли­сти­че­ский капи­та­лизм»23 . Тер­мин «моно­по­лия» исполь­зу­ется довольно бес­по­ря­дочно как в бур­жу­аз­ной, так и в марк­сист­ской лите­ра­туре для опи­са­ния явле­ний, отно­ся­щихся к про­из­вод­ству, рас­пре­де­ле­нию, культу тор­го­вой марки, финан­сам, кон­цен­тра­ции капи­тала, поли­ти­че­ской и воен­ной мощи и мно­гим дру­гим обла­стям. В боль­шин­стве слу­чаев речь идёт о рас­пре­де­ле­нии, а не созда­нии сто­и­мо­сти. Тео­рия же импе­ри­а­ли­сти­че­ской сто­и­мо­сти должна опи­раться на это раз­гра­ни­че­ние, а также при­зна­вать, что источ­ни­ком при­были явля­ется не моно­по­лия, какую бы огром­ную роль моно­по­лии ни играли в созда­нии усло­вий для при­были, а сверх­экс­плу­а­та­ция, кото­рая воз­вра­щает нас к угне­те­нию народов.

В «Импе­ри­а­лизме» Ленин утвер­ждал, что «вывоз капи­тала, одна из самых суще­ствен­ных эко­но­ми­че­ских основ импе­ри­а­лизма … нала­гает отпе­ча­ток пара­зи­тизма на всю страну, живу­щую экс­плу­а­та­цией труда несколь­ких заоке­ан­ских стран и коло­ний»24 . Это отчёт­ливо пере­кли­ка­ется с совре­мен­ным гло­баль­ным капи­та­лиз­мом, когда импе­ри­а­ли­сти­че­ские транс­на­ци­о­наль­ные кор­по­ра­ции делятся добы­чей с бес­чис­лен­ными постав­щи­ками услуг, со сво­ими сотруд­ни­ками и с госу­дар­ством, кото­рое полу­чает наи­бо­лее зна­чи­тель­ную часть. Однако есть оче­вид­ная про­блема в при­ме­не­нии про­ни­ца­тель­ной мысли Ленина к совре­мен­ному импе­ри­а­лизму. Такие ком­па­нии, как «Apple» и «H&M», не экс­пор­ти­руют капи­тал в Бан­гла­деш и Китай — их «Айфоны» и одежда про­из­во­дятся там по прин­ципу «нестолк­но­ве­ния инте­ре­сов»25 .

Загадка может быть решена путём сосре­до­то­че­ния на сущ­но­сти дела, а не на его форме (в дан­ном слу­чае на вывозе капи­тала). Импе­ри­а­ли­сты, утвер­ждал Ленин, вынуж­дены экс­пор­ти­ро­вать часть сво­его капи­тала, чтобы экс­плу­а­ти­ро­вать труд рабо­чих за гра­ни­цей, так как накоп­лен­ные богат­ства достигли таких раз­ме­ров, что гро­мад­ная масса при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти тре­бует пре­вра­ще­ния богат­ства в капи­тал, то есть богат­ство само­воз­рас­та­ю­щее, зна­чи­тельно пре­вы­ша­ю­щее то, что можно извлечь из рабо­чей силы на внут­рен­нем рынке. Энди Хиг­гин­бот­том пока­зы­вает тес­ную связь экс­порта капи­тала с угне­те­нием наций:

«Экс­порт капи­тала пред­по­ла­гает новый тип обще­ствен­ных отно­ше­ний, отно­ше­ний между север­ным капи­та­лом и южным тру­дом, он пред­по­ла­гает экс­порт отно­ше­ний труда и капи­тала на усло­виях наци­о­наль­ного гнёта»26 .

Новым явля­ется то, что эво­лю­ция капи­та­лизма, осо­бенно с 1980 года, обес­пе­чила транс­на­ци­о­наль­ным кор­по­ра­циям спо­собы при­сво­е­ния при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, извле­ка­е­мой из работ­ни­ков в стра­нах с дешё­вой рабо­чей силой, без необ­хо­ди­мо­сти «экс­пор­ти­ро­вать» капи­тал в эти страны.

В заклю­че­ние этого слиш­ком крат­кого обсуж­де­ния вклада Ленина в тео­рию импе­ри­а­лизма отме­тим, что важ­ней­шей зада­чей явля­ется выра­ботка кон­цеп­ции, объ­еди­ня­ю­щей «эко­но­ми­че­скую сущ­ность» (моно­по­ли­сти­че­ский капи­та­лизм) и поли­ти­че­скую сущ­ность (раз­де­ле­ние мира на угне­тён­ные и угне­та­ю­щие страны). Обе они должны быть выра­жены в рам­ках марк­со­вой тео­рией сто­и­мо­сти, раз­ви­той в «Капи­тале». Это путь к дости­же­нию того, что Хиг­гин­бот­том назвал новым син­те­зом марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти и ленин­ской тео­рии импе­ри­а­лизма. Потому мы должны вер­нуться ещё на пол­сто­ле­тия назад, чтобы обра­титься к глав­ному труду Маркса. 

«Капитал» Маркса и теория империализма

Марк­сист­ские кри­тики тео­рии зави­си­мо­сти были названы «орто­док­саль­ными», потому что они отри­цали факт сверх­экс­плу­а­та­ции и «неэк­ви­ва­лент­ного обмена», исполь­зуя цитаты из «Капи­тала», кото­рые при поверх­ност­ном про­чте­нии, по-​видимому, под­твер­ждают их точку зре­ния. Маркс посвя­щает корот­кую главу «наци­о­наль­ным раз­ли­чиям в зара­бот­ной плате». В ней он при­хо­дит к выводу, что, хотя англий­ские рабо­чие полу­чают более высо­кую зара­бот­ную плату, чем рабо­чие в Гер­ма­нии или Рос­сии, сте­пень их экс­плу­а­та­ции тоже может быть выше:

«…часто ока­зы­ва­ется, что днев­ная, недель­ная и т. д. зара­бот­ная плата у пер­вой нации выше, чем у вто­рой, тогда как отно­си­тель­ная цена труда, т. е. цена труда по срав­не­нию с при­ба­воч­ной сто­и­мо­стью и сто­и­мо­стью про­дукта, у вто­рой нации выше, чем у пер­вой»27 .

Именно этот аргу­мент исполь­зуют Уикс, Дор, Чунара и дру­гие, но есть три при­чины, по кото­рым он непри­ме­ним к совре­мен­ным отно­ше­ниям Север-Юг.

Во-​первых, упо­мя­ну­тые Марк­сом страны (Англия, Гер­ма­ния и Рос­сия) явля­лись соперницами-​эксплуататорами, заня­тыми посто­ро­е­нием коло­ни­аль­ных импе­рий. Фор­мально сво­бод­ные народы сего­дняш­него гло­баль­ного Юга не могут рас­смат­ри­ваться про­сто как «менее раз­ви­тые» капи­та­ли­сти­че­ские страны, ана­ло­гич­ные Гер­ма­нии и Рос­сии в XIX веке. Во-​вторых, тор­говля между импе­ри­а­ли­сти­че­скими и «раз­ви­ва­ю­щи­мися» стра­нами конца XX века каче­ственно отли­ча­ется от тор­говли между Англией, Гер­ма­нией и Рос­сией в конце XIX века. В то время рабо­чий потреб­лял оте­че­ствен­ные товары, а капи­та­лист исполь­зо­вал внут­рен­ний рынок рабо­чей силы — это был период, пред­ше­ство­вав­ший созда­нию сто­и­мо­сти через цепочку суб­кон­трак­тов и сто­рон­них про­из­водств. В-​третьих, при­мер Маркса пред­по­ла­гал, что капи­та­ли­сты в таких стра­нах, как Гер­ма­ния и Англия, кон­ку­ри­ро­вали в про­из­вод­стве одних и тех же това­ров, однако, как отме­ча­лось выше, подоб­ное непри­ме­нимо к нынеш­ней тор­говле между Севе­ром и Югом. Послед­нее будет более подробно рас­смот­рено дальше.

В «Капи­тале» перед Марк­сом сто­яла цель осмыс­лить капи­та­ли­сти­че­скую форму отно­ше­ний сто­и­мо­сти, чтобы выяс­нить про­ис­хож­де­ние и при­роду при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, тогда как наша задача — тео­ре­ти­че­ски осмыс­лить её нынеш­нюю, импе­ри­а­ли­сти­че­скую ста­дию раз­ви­тия. Насколько высок уро­вень абстрак­ции у Маркса в этой работе, видно из его фразы:

«…если вырав­ни­ва­ние зара­бот­ной платы и про­дол­жи­тель­но­сти рабо­чего дня, а сле­до­ва­тельно и нормы при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти в раз­лич­ных сфе­рах про­из­вод­ства и даже между раз­лич­ными капи­та­ли­сти­че­скими пред­при­я­ти­ями в одной и той же сфере про­из­вод­ства, задер­жи­ва­ется мно­го­чис­лен­ными обсто­я­тель­ствами мест­ного зна­че­ния, то с про­грес­сом капи­та­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства и по мере под­чи­не­ния этому спо­собу про­из­вод­ства всех эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний это вырав­ни­ва­ние осу­ществ­ля­ется всё более и более полно»28 .

Маркс отно­сился к раз­ли­чиям в зара­бот­ной плате как к вре­мен­ным или слу­чай­ным фак­то­рам, кото­рые будут уни­что­жены посто­янно вза­и­мо­дей­ству­ю­щими тру­дом и капи­та­лом, и кото­рые могут быть бла­го­по­лучно исклю­чены из анализа:

«Как ни важно изу­че­ние подоб­ного рода ослож­ня­ю­щих момен­тов [ „обсто­я­тельств мест­ного зна­че­ния“, пре­пят­ству­ю­щих вырав­ни­ва­нию зара­бот­ной платы — Дж. С.] для каж­дой спе­ци­аль­ной работы о зара­бот­ной плате, в общем иссле­до­ва­нии капи­та­ли­сти­че­ского про­из­вод­ства ими можно пре­не­бречь как слу­чай­ными и несу­ще­ствен­ными»29 .

Такой уро­вень абстрак­ции явно не под­хо­дит для нашей задачи; в сего­дняш­нем раз­де­лён­ном мире пред­по­сылки все­об­щего равен­ства рабо­чих, допу­щен­ные Марк­сом, про­сто истреб­лены, и здесь не обой­дёшься ссыл­кой на «обсто­я­тель­ства мест­ного зна­че­ния». 

«Третий способ увеличения прибавочной стоимости»


Повтор­ное откры­тие этой тре­тьей формы при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти явля­ется круп­ным про­ры­вом, и это было сде­лано: Higginbottom A. The Third Form of Surplus Value Increase, paper at the Historical Materialism conference, London, November 27–29, 2009.


В пер­вом томе «Капи­тала» Маркс глу­боко про­ана­ли­зи­ро­вал два спо­соба, с помо­щью кото­рых капи­та­ли­сты стре­мятся уве­ли­чить сте­пень экс­плу­а­та­ции. Пер­вый состоит в уве­ли­че­нии про­дол­жи­тель­но­сти рабо­чего дня, и тем самым уве­ли­чи­ва­ется «абсо­лют­ная при­ба­воч­ная сто­и­мость». Вто­рой заклю­ча­ется в сокра­ще­нии необ­хо­ди­мого рабо­чего вре­мени за счёт роста про­из­во­ди­тель­но­сти работ­ни­ков, и тем самым уве­ли­чи­ва­ется «отно­си­тель­ная при­ба­воч­ная сто­и­мость». Однако в несколь­ких местах Маркс упо­ми­нает и тре­тий спо­соб: при­ба­воч­ное рабо­чее время также может быть уве­ли­чено «путём пони­же­ния зара­бот­ной платы ниже сто­и­мо­сти рабо­чей силы». Но он тут же добавляет:

«Хотя этот метод играет очень важ­ную роль в дей­стви­тель­ном дви­же­нии зара­бот­ной платы, здесь он дол­жен быть исклю­чён, так как по нашему пред­по­ло­же­нию все товары, — а, сле­до­ва­тельно, и рабо­чая сила, — про­да­ются и поку­па­ются по их пол­ной сто­и­мо­сти»30 .

«Пони­же­ние зара­бот­ной платы ниже сто­и­мо­сти рабо­чей силы» снова упо­ми­на­ется двумя гла­вами позже, в ходе обсуж­де­ния послед­ствий для рабо­чих того, что «машина посте­пенно овла­де­вает извест­ной сфе­рой про­из­вод­ства». В резуль­тате «часть рабо­чего класса, кото­рую машина пре­вра­щает таким обра­зом в излиш­нее насе­ле­ние, пере­пол­няет рынок труда и пони­жает поэтому цену рабо­чей силы ниже её сто­и­мо­сти»31 . Совре­мен­ная зна­чи­мость ска­зан­ного едва ли тре­бует кон­ста­та­ции. Огром­ная часть рабо­чего класса на гло­баль­ном Юге стала «излиш­ним насе­ле­нием» из-​за того, что совре­мен­ные методы про­из­вод­ства не спо­собны погло­щать доста­точ­ное для предот­вра­ще­ния без­ра­бо­тицы коли­че­ство рабо­чей силы. Уже одно это, даже если не брать во вни­ма­ние гораздо более жёст­кие усло­вия труда, создаёт мощ­ную тен­ден­цию, дела­ю­щую «цену рабо­чей силы ниже её сто­и­мо­сти».

В тре­тьем томе «Капи­тала», обсуж­дая «про­ти­во­дей­ству­ю­щие при­чины», пре­пят­ству­ю­щие сни­же­нию нормы при­были, Маркс ещё раз кратко упо­ми­нает этот тре­тий спо­соб уве­ли­че­ния при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти. Одна из про­ти­во­дей­ству­ю­щих при­чин — «пони­же­ние зара­бот­ной платы ниже сто­и­мо­сти рабо­чей силы». Она опи­сана всего лишь в двух корот­ких предложениях:

«Мы здесь только эмпи­ри­че­ски ука­зы­ваем на это обсто­я­тель­ство, так как в дей­стви­тель­но­сти оно, как и мно­гое дру­гое, что здесь можно было бы при­ве­сти, отно­сится не к общему ана­лизу капи­тала, а к иссле­до­ва­нию кон­ку­рен­ции, кото­рое не вхо­дит в задачу насто­я­щей работы. Однако оно явля­ется одной из зна­чи­тель­ней­ших при­чин, кото­рые задер­жи­вают тен­ден­цию нормы при­были к пони­же­нию»32 .

Мало того, что Маркс оста­вил в сто­роне сни­же­ние зара­бот­ной платы ниже её сто­и­мо­сти, он сде­лал абстрак­цию ещё отвле­чён­нее. Пусть она необ­хо­дима для «общего ана­лиза капи­тала», но её сле­дует кон­кре­ти­зи­ро­вать, если мы хотим про­ана­ли­зи­ро­вать нынеш­нюю ста­дию раз­ви­тия капитализма:

«Раз­ли­чия норм при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти в раз­лич­ных стра­нах, т. е. наци­о­наль­ные раз­ли­чия в сте­пени экс­плу­а­та­ции труда, для насто­я­щего иссле­до­ва­ния не имеют зна­че­ния»33 .

Но именно это должно стать отправ­ной точ­кой для тео­рии совре­мен­ного импе­ри­а­лизма. Гло­ба­ли­за­ция про­из­вод­ства, осно­ван­ная на гло­баль­ном регу­ли­ро­ва­нии труда, не согла­су­ется с абсо­лют­ной при­ба­воч­ной сто­и­мо­стью. Про­дол­жи­тель­ный рабо­чий день свой­стве­нен стра­нам с низ­кой зара­бот­ной пла­той, но про­дол­жи­тель­ность рабо­чего дня не явля­ется глав­ной при­вле­ка­тель­но­стью пери­фе­рий­ных фирм. Нет здесь соот­вет­ствия и с отно­си­тель­ной при­ба­воч­ной сто­и­мо­стью. Необ­хо­ди­мый труд в основ­ном не сокра­ща­ется за счёт при­ме­не­ния новых тех­но­ло­гий. Да и вообще пере­нос про­из­вод­ства часто рас­смат­ри­ва­ется именно как аль­тер­на­тива инве­сти­циям в новые тех­но­ло­гии. Всё это даёт нам повод гово­рить о сверх­экс­плу­а­та­ции. Как утвер­ждает Хиг­гин­бот­том, «Сверх­экс­плу­а­та­ция — это скры­тая суть импе­ри­а­лизма … Кар­тина такова не потому, что южный рабо­чий класс создает мень­шую сто­и­мость, а потому что он более угне­тён и под­вер­жен более жесто­кой экс­плу­а­та­ции»34 .

Заключение

Ана­лиз тен­ден­ций нео­ли­бе­раль­ной гло­ба­ли­за­ции пока­зы­вает, что гло­баль­ное регу­ли­ро­ва­ние труда явля­ется её основ­ным дви­жу­щим фак­то­ром. Оно стало воз­мож­ным бла­го­даря высо­кому уровню экс­плу­а­та­ции в стра­нах с дешё­вой рабо­чей силой. Глав­ный вывод из нашего обзора «Капи­тала» Маркса состоит в том, что это соот­вет­ствует тре­тьему спо­собу повы­ше­ния при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, зна­че­ние кото­рого было под­чёрк­нуто Марк­сом, но кото­рый он исклю­чил из своей общей тео­рии. Вот един­ственно воз­мож­ный проч­ный фун­да­мент для воз­рож­де­ния марк­сизма в миро­вом мас­штабе. Этот цен­траль­ный вывод также поз­во­ляет нам уви­деть роль нео­ли­бе­ра­лизма в истории.

В «Эко­но­ми­че­ских руко­пи­сях 1857−1859 годов» Маркс заявляет:

«До тех пор, пока капи­тал слаб, он ещё пыта­ется опи­раться на костыли про­шлых, или с его при­хо­дом отмер­ших про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний. Но лишь почуяв себя силь­ным, он отбра­сы­вает костыли и идёт дальше своим соб­ствен­ным ходом. Когда же капи­тал нач­нёт осо­зна­вать себя как пре­пят­ствие к даль­ней­шему раз­ви­тию, и без­условно быть тако­вым реально, то он вопло­тится в формы, кото­рые, посред­ством сво­бод­ной кон­ку­рен­ции, должны были бы при­ве­сти его к окон­ча­тель­ному вла­ды­че­ству, явля­ясь в то же время про­воз­вест­ни­ками его исчез­но­ве­ния, равно как и исчез­но­ве­ния на нём осно­вы­ва­ю­ще­гося спо­соба про­из­вод­ства»35 .

Это пора­зи­тельно напо­ми­нает довод Ленина о том, что «капи­та­лизм стал капи­та­ли­сти­че­ским импе­ри­а­лиз­мом лишь на опре­де­лён­ной, очень высо­кой сту­пени сво­его раз­ви­тия, когда неко­то­рые основ­ные свой­ства капи­та­лизма стали пре­вра­щаться в свою про­ти­во­по­лож­ность, когда по всей линии сло­жи­лись и обна­ру­жи­лись черты пере­ход­ной эпохи от капи­та­лизма к более высо­кому общественно-​экономическому укладу»36 .

Воз­ник­но­ве­ние капи­та­лизма зави­село от самых вар­вар­ских форм «пер­во­на­чаль­ного накоп­ле­ния», таких как пере­возка мил­ли­о­нов афри­кан­ских рабов, коло­ни­аль­ный гра­бёж и тор­говля опи­умом. Когда капи­та­лизм достиг своей зре­лой ста­дии и при­об­рёл пол­ный кон­троль над про­цес­сами про­из­вод­ства, про­цве­тала кон­ку­рен­ция и внут­рен­ние законы капи­тала функ­ци­о­ни­ро­вали наи­бо­лее полно. Нако­нец, в эпоху сво­его упадка капи­та­лизм всё больше пола­га­ется на формы, отлич­ные от сво­бод­ной кон­ку­рен­ции — моно­по­лии, широ­кое вме­ша­тель­ство госу­дар­ства во все аспекты эко­но­ми­че­ской жизни, «накоп­ле­ние за счёт разо­ре­ния», импе­ри­а­лизм. Всё это дела­ется ради выжи­ва­ния, но ценой иска­же­ния соб­ствен­ных же зако­нов и созда­ния новых барье­ров про­тив рас­ши­ре­ния про­из­во­ди­тель­ных сил.

Как же хро­но­ло­гия раз­ви­тия капи­та­лизма свя­зана с тремя спо­со­бами уве­ли­че­ния при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, обсуж­дён­ными в этой ста­тье? При ран­нем капи­та­лизме пре­об­ла­да­ю­щим было уве­ли­че­ние абсо­лют­ной при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти — про­дле­ние рабо­чего дня до физи­че­ских пре­де­лов. После того, как капи­тал взял на себя кон­троль над про­цес­сами про­из­вод­ства, пре­об­ла­да­ю­щей фор­мой стала отно­си­тель­ная при­ба­воч­ная сто­и­мость — совер­шен­ство­ва­ние тех­но­ло­гии ради умень­ше­ния вре­мени, необ­хо­ди­мого для про­из­вод­ства потре­би­тель­ских това­ров, — хотя во все вре­мена полу­че­ние при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти зави­село от живу­че­сти более жесто­ких и арха­ич­ных форм при­нуж­де­ния, осо­бенно в экс­плу­а­ти­ру­е­мых стра­нах. В нео­ли­бе­раль­ную эпоху всё более пре­об­ла­да­ю­щей фор­мой отно­ше­ний между капи­та­лом и тру­дом явля­ется гло­баль­ное регу­ли­ро­ва­ние тру­до­вых ресур­сов, т. е. спо­соб при­сво­е­ния, посред­ством кото­рого капи­та­лизм может при помощи наци­о­наль­ного гнёта сни­жать сто­и­мость рабо­чей силы в «раз­ви­ва­ю­щихся стра­нах». Здесь обна­ру­жи­ва­ется тре­тья форма уве­ли­че­ния при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, кото­рая в насто­я­щее время всё более и более опре­де­ляет отно­ше­ния между капи­та­лом и тру­дом. Про­ле­та­рии полу­ко­ло­ни­аль­ных стран явля­ются её пер­выми жерт­вами, но широ­кие массы тру­дя­щихся в импе­ри­а­ли­сти­че­ских стра­нах также стал­ки­ва­ются с нище­той. Уси­ле­ние сверх­экс­плу­а­та­ции дет­ского и жен­ского труда в стра­нах с дешё­вой рабо­чей силой спасло капи­та­лизм от той ямы, в кото­рой он ока­зался в 1970-​х годах. Теперь, вме­сте с рабо­чими в импе­ри­а­ли­сти­че­ских стра­нах, задача про­ле­та­риев гло­баль­ного Юга — выко­пать ещё одну яму — могилу, в кото­рой можно похо­ро­нить капи­та­лизм, и тем самым обес­пе­чить буду­щее чело­ве­че­ской цивилизации.

Нашли ошибку? Выде­лите фраг­мент тек­ста и нажмите Ctrl+Enter.

При­ме­ча­ния

  1. В этой ста­тье сло­вом «сверх­экс­плу­а­та­ция» обо­зна­ча­ется уро­вень экс­плу­а­та­ции, пре­вы­ша­ю­щий сред­ние миро­вые пока­за­тели. Он, как здесь пока­зано, пре­об­ла­дает в стра­нах с дешё­вой рабо­чей силой.
  2. UNCTAD. World Investment Report 2013. Switzerland: United Nations, 2013.
  3. Дан­ные по Европе пред­став­ляют собой цифры ввоза про­дук­ции в страны ЕС за выче­том внут­рен­него союз­ного импорта. Отсчёт начи­на­ется с 1995 года, так как только после чет­вёр­того рас­ши­ре­ния ЕС появи­лись посто­ян­ные цифры.
  4. UNCTAD Statistical Handbook. Дан­ные за 1955−1995 годы взяты из UNCTAD, Handbook of Statistics — Archive: Network of Exports by Region and Commodity Group—Historical Series. Дата обра­ще­ния: 18 июля 2009 года. Больше недо­ступны онлайн (при­над­ле­жат автору выкладки).
  5. OECD. Trade in Value Added.
  6. Ari Van Assche, Chang Hong, Veerle Slootmaekers. China’s International Competitiveness: Reassessing the Evidence. LICOS Discussion Paper Series, Discussion Paper 205/2008, 15.
  7. The great unbundling // Economist, January 18, 2007.
  8. См.: Ricardo Hausmann, César Hidalgo, et al. The Atlas of Economic Complexity, 2011.
  9. Дан­ные за период с 1995 по 2008 гг. взяты из: LABORSTA и Key Indicators of the Labour Market (KILM). В пер­вом источ­нике содер­жатся све­де­ния об эко­но­ми­че­ски актив­ном насе­ле­нии в целом, отрас­ле­вые коэф­фи­ци­енты вто­рого поз­во­ляют рас­счи­тать число заня­тых в про­мыш­лен­но­сти; дан­ные за 2010 г. полу­чены путем экс­тра­по­ля­ции. Дан­ные за 1950−1990 гг.: ILO, Population and Economically Active Population; дата обра­ще­ния: 2004 г.; больше недо­ступны онлайн (при­над­ле­жат автору выкладки). Кате­го­рии «сла­бо­раз­ви­тый» и «высо­ко­раз­ви­тый» в отно­ше­нии реги­о­нов мира при­бли­зи­тельно соот­вет­ствуют нынеш­ним поня­тиям «раз­ви­ва­ю­щийся» и «раз­ви­тый».
  10. Michael Clemens, Claudio Montenegro, Lant Pritchett. The Place Premium: Wage Differences for Identical Workers across the US Border. Policy Research Working Paper 4671.New York: World Bank, 2008, 33.
  11. International Monetary Fund. World Economic Outlook, April 2007.Washington, DC: IMF, 2007.
  12. Stephen Roach. More Jobs, Worse Work // New York Times, July 22, 2004.
  13. Stephen Roach. Outsourcing, Protectionism, and the Global Labor Arbitrage // Morgan Stanley Special Economic Study, 2003.
  14. Там же; выде­ле­ние моё.
  15. Смит Д. Иллю­зия ВВП // LC. 2017.
  16. John Weeks, Elizabeth Dore. International Exchange and the Causes of Backwardness // Latin American Perspectives 6, no. 2,1979.
  17. Charles Bettelheim. Some Theoretical Comments. При­ло­же­ние к: Arghiri Emmanuelю Unequal Exchange: A Study in the Imperialism of Tradeю London: NLB, 1972, 302.
  18. Nigel Harris. Theories of Unequal Exchange // International Socialism, no. 33,986.
  19. Gary Howe, Dependency Theory, Imperialism, and the Production of Surplus Value on a World Scale // Latin American Perspectives 8, nos. ¾, 1981.
  20. Alex Callinicos.Imperialism and Global Political Economy. Cambridge: Polity Press, 2009, 179–80; Joseph Choonara. Unravelling Capitalism. London: Bookmarks Publications, 2009, 34.
  21. Энгельс Ф. «Ком­му­ни­сты и Карл Гейн­цен. Ста­тья вто­рая».
  22. Ленин В. И. «Рево­лю­ци­он­ный про­ле­та­риат и право наций на само­опре­де­ле­ние».
  23. Ленин В. И. «Импе­ри­а­лизм как выс­шая ста­дия капи­та­лизма. Попу­ляр­ный очерк».
  24. Там же.
  25. Экс­порт капи­тала осу­ществ­ля­ется в трёх фор­мах: ПИИ, порт­фель­ные инве­сти­ции (акции и финан­со­вое обес­пе­че­ние, кото­рые, в отли­чие от ПИИ, не предо­став­ляют инве­стору клю­че­вого вли­я­ния и заем­ный капи­тал).
  26. Andy Higginbottom.The System of Accumulation in South Africa: Theories of Imperialism and Capital // Économies et Sociétés 45, no. 2, 2011.
  27. Маркс К. Капи­тал (Том I) / Сочи­не­ния. М., 1960. Т. 23.
  28. Маркс К. Капи­тал (Том III, часть 1) / Сочи­не­ния. М., 1961. Т. 25. Ч. 1.
  29. Там же.
  30. Маркс К. Капи­тал (Том I) / Сочи­не­ния. М., 1960. Т. 23.
  31. Там же.
  32. Маркс К. Капи­тал (Том III, часть 1) / Сочи­не­ния. М., 1961. Т. 25. Ч. 1.
  33. Там же.
  34. Higginbottom. The System of Accumulation in South Africa. 284.
  35. Karl Marx, Grundrisse (London: Penguin, 1973), 651. Я бла­го­да­рен Уол­теру Дому за то, что он обра­тил мое вни­ма­ние на акту­аль­ность этих слов.
  36. Ленин В. И. «Импе­ри­а­лизм как выс­шая ста­дия капи­та­лизма. Попу­ляр­ный очерк».