Источник: Lauesen T., Cope Z. Imperialism and the Transformation of Values into Prices // Monthly review. 2015. Volume 67, Issue 03 (July — August).

Перевод: Павел Чикаров

Введение

В этой ста­тье мы хотим про­де­мон­стри­ро­вать, что низ­кие цены на товары, про­из­во­ди­мые на гло­баль­ном Юге, и сопут­ству­ю­щий скром­ный вклад его экс­порта в ВВП Севера скры­вают реаль­ную зави­си­мость эко­но­мики послед­него от низ­ко­опла­чи­ва­е­мой рабо­чей силы Юга. Мы утвер­ждаем, что пере­ме­ще­ние про­мыш­лен­но­сти в страны гло­баль­ного Юга за послед­ние три деся­ти­ле­тия при­вело к мас­со­вому уве­ли­че­нию пере­носа сто­и­мо­сти на Север. Основными меха­низ­мами такого пере­носа явля­ются репа­три­а­ция при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти за счёт пря­мых ино­стран­ных инве­сти­ций, неэк­ви­ва­лент­ный обмен това­рами, вопло­ща­ю­щими нерав­ные объ­ёмы сто­и­мо­сти, и вымо­га­тель­ство за счёт обслу­жи­ва­ния долга.

Включение огром­ных южных эко­но­мик в капи­та­ли­сти­че­скую миро­вую систему, где доми­ни­руют север­ные транс­на­ци­о­наль­ные кор­по­ра­ции и финан­со­вые инсти­туты, поста­вило пер­вых в состо­я­ние соци­аль­ной отчуж­дён­но­сти и экс­порт­ной зави­си­мо­сти. Крайне низ­кие ставки зара­бот­ной платы в этих стра­нах обу­слов­лены: 1) дав­ле­нием, ока­зы­ва­е­мым их экс­пор­том, кото­рый вынуж­ден кон­ку­ри­ро­вать за огра­ни­чен­ные доли на рынке потре­би­тель­ских това­ров мет­ро­по­лии; 2) утеч­кой сто­и­мо­сти и при­род­ных ресур­сов, кото­рые в про­тив­ном слу­чае могли бы быть исполь­зо­ваны для нара­щи­ва­ния про­из­во­ди­тель­ных сил наци­о­наль­ной эко­но­мики; 3) нере­шен­но­стью земель­ного вопроса, созда­ю­щего пере­из­бы­ток рабо­чей силы; 4) подав­ле­нием рабо­чего дви­же­ния ком­пра­дор­скими пра­ви­тель­ствами, кото­рые встро­ены в нео­ли­бе­раль­ный поря­док и полу­чают от него выгоду, и, сле­до­ва­тельно, не могут и не желают повы­шать зара­бот­ную плату из-​за страха про­сти­му­ли­ро­вать работ­ни­ков к борьбе за свои права; 5) мили­та­ри­зо­ван­но­стью гра­ниц, предот­вра­ща­ю­щих эми­гра­цию рабо­чих в раз­ви­тые страны и, сле­до­ва­тельно, урав­ни­ва­ние оплаты труда.

Империалистическая глобализация производства

Дискуссия о пере­носе сто­и­мо­сти и неэк­ви­ва­лент­ном обмене не нова. Однако сего­дня всё более зна­чи­тель­ная доля това­ров, потреб­ля­е­мых в мире, про­из­во­дится на гло­баль­ном Юге. Производство, в отли­чие от 1970-​х гг., не огра­ни­чи­ва­ется сырьём и неслож­ными про­мыш­лен­ными това­рами, такими как нефть, мине­ралы, кофе и игрушки. Наоборот, несмотря на отно­си­тельно низ­кую добав­лен­ную сто­и­мость в про­мыш­лен­но­сти (о кото­рой подроб­нее речь пой­дёт ниже), прак­ти­че­ски все виды сырья и про­мыш­лен­ной про­дук­ции про­из­во­дятся на гло­баль­ном Юге: к ним отно­сятся хими­че­ские веще­ства, гото­вые метал­ли­че­ские изде­лия, машин­ное и элек­тро­обо­ру­до­ва­ние, элек­тро­ника, фур­ни­тура и транс­порт­ное обо­ру­до­ва­ние для тек­стиль­ных изде­лий, обуви, одежды, табака и топ­лива¹ . Но почему и как про­изо­шёл этот сдвиг в рас­по­ло­же­нии производства?

Изменение меж­ду­на­род­ного раз­де­ле­ния труда явля­ется резуль­та­том посто­ян­ных поис­ков капи­та­лом более высо­ких при­бы­лей и осно­вано, во-​первых, на огром­ном росте числа про­ле­та­риев, инте­гри­ро­ван­ных в капи­та­ли­сти­че­скую миро­вую систему, и, во-​вторых, на суще­ствен­ной инду­стри­а­ли­за­ции Юга за послед­ние три деся­ти­ле­тия. Это стало воз­мож­ным бла­го­даря рас­паду СССР и восточ­но­ев­ро­пей­ских соци­а­ли­сти­че­ских эко­но­мик, откры­тию Китая для гло­баль­ного капи­та­лизма и аут­сор­сингу про­из­вод­ства в Индию, Индонезию, Вьетнам, Бразилию, Мексику и дру­гие новые про­мыш­лен­ные страны. Результатом стало уве­ли­че­ние числа про­ле­та­риев с низ­кой зара­бот­ной пла­той в рам­ках гло­баль­ного капи­та­лизма, по край­ней мере, на один мил­ли­ард. Сегодня более 80 % про­мыш­лен­ных рабо­чих в мире нахо­дятся на гло­баль­ном Юге, в то время как на Севере их число неуклонно падает (см. диа­грамму 1). Возможно, мы живём в пост­ин­ду­стри­аль­ных обще­ствах на Севере, но мир в целом более инду­стри­а­лен, чем когда-либо.

Индустриализация Юга не была спро­гно­зи­ро­вана тео­рией зави­си­мого раз­ви­тия 1960–70-х гг. Согласно этой тео­рии, капи­та­ли­сти­че­ский центр дол­жен бло­ки­ро­вать любое опе­ре­жа­ю­щее про­мыш­лен­ное раз­ви­тие так назы­ва­е­мой пери­фе­рии, чтобы она оста­ва­лась постав­щи­ком сырья, тро­пи­че­ских сель­ско­хо­зяй­ствен­ных про­дук­тов и про­дук­тов тру­до­ём­кого, но тех­ни­че­ски про­стого про­мыш­лен­ного про­из­вод­ства, кото­рое должно быть обме­нено на пере­до­вые про­мыш­лен­ные про­дукты цен­тра. Лишь немно­гие ана­ли­тики пред­ви­дели инду­стри­а­ли­за­цию Юга, дви­жи­мую тор­гов­лей и инве­сти­ци­ями капи­та­ли­сти­че­ской метрополии.

Тем не менее, инду­стри­а­ли­за­ция Юга стала вре­мен­ным реше­нием эко­но­ми­че­ских и поли­ти­че­ских про­блем капи­та­лизма 1970-​х гг., про­явив­шихся, с одной сто­роны, в сни­же­нии нормы при­были, неф­тя­ном кри­зисе и дав­ле­нии за всё более высо­кую зара­бот­ную плату со сто­роны рабо­чего дви­же­ния на Севере, а с дру­гой — в национально-​освободительной борьбе Юга. Однако инду­стри­а­ли­за­ция Юга не явля­ется уступ­кой его тре­бо­ва­ниям. Наоборот, вме­сто того, чтобы сде­лать шаг к более рав­но­прав­ному миру, она при­вела к углуб­ле­нию импе­ри­а­ли­сти­че­ской зави­си­мо­сти в гло­баль­ном масштабе.

Эта новая импе­ри­а­ли­сти­че­ская поли­ти­че­ская эко­но­мия опи­ра­ется на две основы. Во-​первых, раз­ви­тие новых про­из­во­ди­тель­ных сил в элек­тро­нике, связи, транс­порте, логи­стике и управ­ле­нии: ком­пью­теры, Интернет, мобиль­ные теле­фоны, кон­тей­нер­ные пере­возки и раз­ви­тие гло­баль­ных про­из­вод­ствен­ных цепо­чек с новыми режи­мами управ­ле­ния. Во-​вторых, раз­ви­тие нео­ли­бе­ра­лизма с устра­не­нием наци­о­наль­ных барье­ров для дви­же­ния капи­тала и това­ров, при­ва­ти­за­ция госу­дар­ствен­ной и обще­ствен­ной соб­ствен­но­сти, созда­ние новых гло­баль­ных инсти­ту­тов, таких как Всемирная тор­го­вая орга­ни­за­ция (ВТО), G-​встречи и дру­гие формы гло­баль­ного поли­ти­че­ского управ­ле­ния, а также новые воен­ные стра­те­гии, направ­лен­ные на сдер­жи­ва­ние и свёр­ты­ва­ние рас­про­стра­не­ния наци­о­наль­ного и соци­а­ли­сти­че­ского развития.

В рам­ках этого нового режима накоп­ле­ния не только капи­тал и тор­говля гото­вой про­дук­цией стали транс­на­ци­о­наль­ными; само про­из­вод­ство в производственно-​сбытовых цепоч­ках стало гло­ба­ли­зо­ван­ным. Подпроцессы в про­из­вод­ствен­ной цепочке рас­по­ло­жены в тех местах, где сто­и­мость про­из­вод­ства, инфра­струк­тура и нало­го­вое зако­но­да­тель­ство явля­ются опти­маль­ными для капи­тала. Автомобиль или ком­пью­тер про­из­во­дится с исполь­зо­ва­нием ресур­сов и ком­по­нен­тов сотен фирм, рас­по­ло­жен­ных во мно­гих стра­нах, и про­дукт может быть собран в раз­ных частях мира.

Неолиберализм при­вёл к новому гло­баль­ному раз­де­ле­нию труда, в кото­ром гло­баль­ный Юг стал «мастер­ской мира». Глобальный капи­та­лизм всё больше поля­ри­зует мир на Южные «эко­но­мики про­из­вод­ства» и Северные «эко­но­мики потреб­ле­ния». Основной дви­жу­щей силой этого про­цесса, без­условно, явля­ется низ­кий уро­вень зара­бот­ной платы на Юге. Таким обра­зом, струк­тура сего­дняш­ней гло­баль­ной эко­но­мики была сфор­ми­ро­вана путём рас­пре­де­ле­ния рабо­чей силы между про­мыш­лен­ными сек­то­рами в соот­вет­ствии с раз­лич­ными нор­мами экс­плу­а­та­ции на меж­ду­на­род­ном уровне.

Соблазн для круп­ного биз­неса про­во­дить аут­сор­синг про­из­вод­ства или инве­сти­ро­вать в новые про­екты на Юге довольно велик. Уровни зар­плат Юга и Севера соот­но­сятся не только как один к двум, но часто как один к десяти или пят­на­дцати³ . Действительно, в 2010 г. из трёх мил­ли­ар­дов рабо­чих в мире около 942 мил­ли­о­нов были клас­си­фи­ци­ро­ваны Международной орга­ни­за­цией труда (МОТ) как «рабо­та­ю­щие бед­ные» (почти каж­дый тре­тий работ­ник во всём мире живёт менее чем на 2 дол­лара в день)⁴ .

По сло­вам эко­но­ми­ста Всемирного банка Бранко Милановича (Branko Milanović) (см. диа­грамму 2), в 1870 г. гло­баль­ное нера­вен­ство между граж­да­нами мира было зна­чи­тельно меньше, чем сего­дня. Ещё более пора­зи­тельно, что если ранее нера­вен­ство опре­де­ля­лось пре­иму­ще­ственно клас­со­вой при­над­леж­но­стью (в немарк­сист­ской кон­цеп­ции Милановича, долей наци­о­наль­ного дохода), то сего­дня оно почти пол­но­стью зави­сит от места про­жи­ва­ния, послед­нее опре­де­ляет 80% гло­баль­ного нера­вен­ства. Он пишет:

«…гораздо важ­нее, грубо говоря, то, доста­точно ли вам повезло, чтобы родиться в бога­той стране, чем то, явля­ется ли доход класса, к кото­рому вы при­над­ле­жите, в бога­той стране высо­ким, сред­ним или низ­ким»⁵ .

Что не ска­зано, так это то, что гео­гра­фия нера­вен­ства явля­ется про­дук­том эко­но­ми­че­ских, пра­во­вых, воен­ных и поли­ти­че­ских струк­тур про­шлых сто­ле­тий коло­ни­а­лизма и послед­них лет нео­ко­ло­ни­а­лизма. Эти исто­ри­че­ские фак­торы состав­ляют основу клас­со­вой борьбы, опре­де­ля­ю­щей то, что Маркс назвал «исто­ри­че­ским и мораль­ным» аспек­том уровня зара­бот­ной платы.

Низкий уро­вень зара­бот­ной платы в стра­нах Юга создаёт не только более высо­кую гло­баль­ную норму при­были, чем она была бы на Севере; он также вли­яет на цену това­ров, про­из­во­ди­мых в стра­нах Юга. В рыноч­ной эко­но­мике фор­ми­ро­ва­ние рыноч­ной цены на пер­со­наль­ный ком­пью­тер через про­из­вод­ствен­ную цепочку можно оха­рак­те­ри­зо­вать как «улы­ба­ю­щу­юся кри­вую» добав­лен­ной сто­и­мо­сти (sic) (см. гра­фик 1)⁷ . Добавленная сто­и­мость, кото­рая в нео­клас­си­че­ской тео­рии про­сто экви­ва­лентна новому добав­лен­ному доходу, изме­рен­ному исходя из услов­ных цен, явля­ется высо­кой в пер­вой частью цепочки с высо­ко­опла­чи­ва­е­мыми иссле­до­ва­ни­ями и раз­ра­бот­ками, дизай­ном и финан­со­вым менедж­мен­том, рас­по­ло­жен­ными на Севере, в то время как кри­вая падает в сере­дине с низ­ко­опла­чи­ва­е­мой рабо­чей силой на Юге, про­из­во­дя­щей физи­че­ский про­дукт. Добавленная стоимость/​цена снова рас­тёт к концу кри­вой с брен­дин­гом, мар­ке­тин­гом и про­да­жами, про­ис­хо­дя­щими на Севере, несмотря на то, что зара­бот­ная плата для работ­ни­ков роз­нич­ной тор­говли явля­ется одной из самых низ­ких в этих странах.

В логике «улы­ба­ю­щейся кри­вой» основ­ная часть сто­и­мо­сти про­дукта добав­ля­ется на Севере, в то время как труд на Юге, кото­рый про­из­во­дит товары, вно­сит только мини­маль­ную часть. Согласно этой точке зре­ния, мно­го­на­ци­о­наль­ные кор­по­ра­ции ока­зы­вают услугу обще­ству, сни­жая цены на потре­би­тель­ские товары. Однако, по правде говоря, низ­кие рыноч­ные цены на такие товары скры­вают тот факт, что рабо­чие вынуж­дены жить в тяжё­лых усло­виях из-​за низ­кой зара­бот­ной платы и изну­ри­тель­ных усло­вий труда в южной части про­из­вод­ствен­ных цепочек.

В марк­сист­ской кон­цеп­ции, напро­тив, сто­и­мость пред­став­ляет собой сумму пря­мого и кос­вен­ного обще­ственно необ­хо­ди­мого рабо­чего вре­мени, кото­рое необ­хо­димо для про­из­вод­ства товара (в виде выпол­ня­е­мого в насто­я­щее время — «живого труда» и капи­тала — «мёрт­вого труда», соот­вет­ственно). Как мы уви­дим, рыноч­ная цена товара регу­лярно рас­хо­дится с его сто­и­мо­стью, хотя в конеч­ном счёте она опре­де­ля­ется сто­и­мо­стью. Таким обра­зом, если нари­со­вать кри­вую марк­сист­ской кон­цеп­ции добав­лен­ной сто­и­мо­сти в про­из­вод­ствен­ной цепочке для ком­пью­те­ров, то она при­мет более или менее про­ти­во­по­лож­ную форму «улы­ба­ю­щейся кри­вой» — сво­его рода «груст­ный смайл» (см. гра­фик 1). Но если суще­ствует кор­ре­ля­ция между сто­и­мо­стью в марк­сист­ском смысле и рыноч­ной ценой, как про­ис­хо­дит эта транс­фор­ма­ция от «груст­ного смайла» сто­и­мо­сти к «весё­лому смайлу» рыноч­ной цены?

Преобразование стоимости в цену

Несмотря на раз­но­гла­сия между эко­но­ми­че­скими тео­ри­ями, они, как пра­вило, согла­ша­ются с тем, что цена про­из­вод­ства товара равна цене мате­ри­аль­ных затрат плюс воз­на­граж­де­ние тех, кто имеет пре­тен­зии на часть сто­и­мо­сти ука­зан­ной про­дук­ции. Эта вто­рая часть делится на начис­ле­ние зара­бот­ной платы и на доходы акци­о­не­ров: при­быль, рента, про­цент и т. д.

Но какой неза­ви­си­мый пере­мен­ный фак­тор эко­но­мики опре­де­ляет цены? В нео­клас­си­че­ской эко­но­мике опре­де­ля­ю­щим фак­то­ром явля­ется «рынок», то есть субъ­ек­тив­ные потреб­но­сти и пред­по­чте­ния потре­би­теля. Эти потреб­но­сти и пред­по­чте­ния опре­де­ляют цены на конеч­ные товары, а они, в свою оче­редь, опре­де­ляют затраты на зара­бот­ную плату и уро­вень при­были. Соответственно, цены выпол­няют функ­цию изме­ре­ния спроса на рынке и воз­ни­кают через обмен между кон­ку­рен­то­спо­соб­ными трейдерами.

Марксистская тео­рия сто­и­мо­сти, напро­тив, отдаёт опре­де­ле­ние цен про­из­вод­ствен­ной сто­роне эко­но­мики. Издержки про­из­вод­ства или себе­сто­и­мость — это шаг в пере­ходе от сто­и­мо­сти к рыноч­ной цене. Себестоимость про­дукта состоит из затрат на «посто­ян­ный» капи­тал (сырьё, машины, зда­ния и т. д.) и «пере­мен­ный» капи­тал (т. е. зара­бот­ная плата). В допол­не­ние к себе­сто­и­мо­сти рыноч­ная цена должна покры­вать, по край­ней мере, сред­нюю норму при­были. Это свя­зано с тем, что товары необ­хо­димо про­из­во­дить и вос­про­из­во­дить посто­янно, и если капи­та­ли­сты не вос­ста­нав­ли­вают себе­сто­и­мость про­из­вод­ства плюс при­быль при их про­даже, про­из­вод­ство оста­нав­ли­ва­ется. Поэтому в марк­сист­ской эко­но­мике рыноч­ная цена отра­жает издержки производства.

Как мы изме­ряем издержки про­из­вод­ства, то есть затраты, необ­хо­ди­мые для про­из­вод­ства товара? Мы не можем исполь­зо­вать цены в целом для изме­ре­ния затрат, поскольку цены — это то, что в первую оче­редь мы пыта­емся объ­яс­нить. Однако одна вещь явля­ется общей для любого товара: чело­ве­че­ский труд. Все рыноч­ные цены в капи­та­ли­сти­че­ской эко­но­мике в конеч­ном итоге свя­заны с объ­ё­мом потреб­ле­ния рабо­чей силы. То, что Маркс назы­вал «живым тру­дом» или рабо­чей силой, не явля­ется обыч­ным това­ром. Его цена — зара­бот­ная плата — опре­де­ля­ется не только издерж­ками вос­про­из­вод­ства (потреб­но­стями рабо­чего: про­дук­тами пита­ния, жильём, обра­зо­ва­нием и т. д.), но и столк­но­ве­нием поли­ти­че­ских инте­ре­сов — клас­со­вой борь­бой, отра­жа­ю­щей соот­но­ше­ние сил между клас­сами и груп­пами в обще­стве. Таким обра­зом, в то время как спрос и пред­ло­же­ние явля­ются над­стро­еч­ными эле­мен­тами, базис­ным фак­то­ром, лежа­щим в основе рыноч­ной цены, явля­ется себе­сто­и­мость про­из­вод­ства, а вме­сте с ней — и цена рабо­чей силы.

Для Маркса цены на стан­дарт­ные товары опре­де­ля­ются их сто­и­мо­стью. Соревнуясь с кон­ку­рен­тами в соот­но­ше­нии долей при­были, фирмы должны сокра­тить рабо­чее время, необ­хо­ди­мое для про­из­вод­ства това­ров, внед­ряя новей­шие тех­но­ло­гии. Конкуренция внутри эко­но­ми­че­ского сек­тора при­во­дит к фор­ми­ро­ва­нию стан­дарт­ных цен на стан­дарт­ные товары, тогда как кон­ку­рен­ция между сек­то­рами при­во­дит к при­сво­е­нию сред­ней нормы при­были стан­дарт­ными про­из­во­ди­те­лями в каж­дом из них. Добавленная к издерж­кам про­из­вод­ства эта сред­няя норма при­были порож­дает цену про­из­вод­ства как «моди­фи­ци­ро­ван­ную» рыноч­ную сто­и­мость⁸ .

Однако цена про­из­вод­ства кон­крет­ного товара не сов­па­дает с его сто­и­мо­стью, хотя сово­куп­ная цена всех това­ров равна их сово­куп­ной сто­и­мо­сти. Работники в раз­ных фир­мах полу­чают оди­на­ко­вую зара­бот­ную плату и рабо­тают в одни и те же часы каж­дый день, созда­вая оди­на­ко­вые суммы при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, то есть раз­ницу между вре­ме­нем, кото­рое работ­ник тра­тит на вос­про­из­вод­ство своей соб­ствен­ной рабо­чей силы, и общим вре­ме­нем, кото­рое они заняты. Таким обра­зом, мы могли бы ожи­дать, что более тру­до­ём­кие фирмы созда­дут наи­боль­шую при­ба­воч­ную сто­и­мость и, сле­до­ва­тельно, полу­чат самые высо­кие пока­за­тели при­были. Вместе с тем дви­же­ние капи­тала между фир­мами и про­мыш­лен­ными сек­то­рами и обу­слов­лен­ные этим изме­не­ния в спросе и пред­ло­же­нии делают так, что уровни цен в конеч­ном счёте опре­де­ля­ются в той точке, в кото­рой норма при­были оди­на­кова во всех отраслях.

Поскольку капи­тал выво­дится из отрас­лей с низ­кими нор­мами при­были и инве­сти­ру­ется в отрасли с более высо­кими нор­мами, объём про­из­вод­ства (пред­ло­же­ние) в пер­вой из них сни­жа­ется, а цены рас­тут выше фак­ти­че­ских сумм сто­и­мо­сти и при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти, про­из­во­ди­мой кон­крет­ной отрас­лью, и наобо­рот. Таким обра­зом, капи­талы с раз­лич­ным орга­ни­че­ским соста­вом (соот­но­ше­ние между посто­ян­ным и пере­мен­ным капи­та­лом) в конеч­ном счёте про­дают товары по сред­ним ценам, а при­ба­воч­ная сто­и­мость рас­пре­де­ля­ется более или менее рав­но­мерно по отрас­лям про­из­вод­ства в соот­вет­ствии с общим аван­си­ро­ван­ным капи­та­лом (посто­ян­ным и пере­мен­ным)⁹ . Средняя норма при­были фор­ми­ру­ется за счёт непре­рыв­ного поиска кон­ку­ри­ру­ю­щими капи­та­лами более высо­ких при­бы­лей и бег­ства капи­тала из про­мыш­лен­ных сек­то­ров, кото­рые про­из­во­дят товары с высо­ким или низ­ким спро­сом. В целом, когда один товар про­да­ётся меньше своей сто­и­мо­сти, про­ис­хо­дит соот­вет­ству­ю­щая про­дажа дру­гого товара больше его стоимости.

Именно через их транс­фор­ма­цию в рыноч­ные цены сто­и­мость и при­ба­воч­ная сто­и­мость рас­пре­де­ля­ются между капи­та­ли­стами внутри сек­то­ров и между ними. Неравномерное рас­пре­де­ле­ние сто­и­мо­сти про­ис­хо­дит из-​за высокого/​низкого орга­ни­че­ского и сто­и­мост­ного стро­е­ния капи­тала, ренты, добы­ва­е­мой как за счёт моно­по­лии, так и моноп­со­нии, отно­си­тельно высо­кой про­из­во­ди­тель­но­сти и тен­ден­ции к вырав­ни­ва­нию норм при­были. Это про­ис­хо­дит между капи­та­лом и тру­дом через соот­вет­ству­ю­щие доли — при­быль и зара­бот­ную плату каж­дый полу­чает в резуль­тате рас­ста­новки клас­со­вых сил в дан­ный момент. Важно отме­тить, что это же про­ис­хо­дит между стра­нами из-​за раз­ли­чий между наци­о­наль­ной рыноч­ной ценой рабо­чей силы (зара­бот­ной пла­той) и рыноч­ной ценой тех това­ров, кото­рые потреб­ляет рабо­чая сила (про­дук­то­вая корзина).

Глобальная система

Сегодня цены на про­дук­цию опре­де­ля­ются в гло­баль­ном мас­штабе, поскольку капи­тал имеет воз­мож­ность цир­ку­ли­ро­вать транс­на­ци­о­нально, по всему миру, чтобы обес­пе­чить мак­си­маль­ную при­быль от своих инве­сти­ций. Мобильность капи­тала между наци­о­наль­ными гра­ни­цами и тен­ден­ция к вырав­ни­ва­нию нормы при­были, несмотря на силь­ные рас­хож­де­ния в тем­пах экс­плу­а­та­ции (соот­но­ше­ние между тру­до­ём­ко­стью, необ­хо­ди­мой для про­из­вод­ства рабо­чей силы, и затра­чи­ва­е­мой кон­крет­ной рабо­чей силой), явля­ются пред­по­сыл­кой для фор­ми­ро­ва­ния миро­вых цен на про­дук­цию. Как отме­тил марк­сист­ский эко­но­мист Генрик Гроссман (Henryk Grossman):

«По сути, цено­об­ра­зо­ва­ние на миро­вом рынке регу­ли­ру­ется теми же прин­ци­пами, кото­рые при­ме­ня­ются при кон­цеп­ту­ально изо­ли­ро­ван­ном капи­та­лизме. Последнее, так или иначе, явля­ется лишь тео­ре­ти­че­ской моде­лью, а миро­вой рынок, как един­ство кон­крет­ных наци­о­наль­ных эко­но­мик, — чем-​то реаль­ным и кон­крет­ным. Сегодня цены на важ­ней­шее сырьё и конеч­ную про­дук­цию опре­де­ля­ются на меж­ду­на­род­ном, миро­вом рынке. Мы больше не стал­ки­ва­емся с наци­о­наль­ным уров­нем цен, а с уров­нем, опре­де­лён­ным на миро­вом рынке»¹⁰ .

Накопление капи­тала про­ис­хо­дит в миро­вом мас­штабе в той мере, в какой ему не мешают пра­во­вые или поли­ти­че­ские усло­вия для сво­бод­ной тор­говли и инве­сти­ций. По мере даль­ней­шего раз­ви­тия капи­та­ли­сти­че­ских отно­ше­ний про­из­вод­ства, созда­ва­е­мая тру­дом сто­и­мость на миро­вом уровне ста­но­вится свя­зан­ной с миро­вым «сред­ним» уров­нем раз­ви­тия про­из­во­ди­тель­ных сил. По сло­вам Николаса (Nicholas):

«По Марксу, как только товар ста­но­вится неотъ­ем­ле­мой частью вос­про­из­вод­ства эко­но­ми­че­ской системы, осно­ван­ной на обмене, труд, затра­чен­ный на его про­из­вод­ство, ста­но­вится частью труда, необ­хо­ди­мого для вос­про­из­вод­ства всей системы и каче­ственно экви­ва­лент­ного всему дру­гому труду, затра­чен­ному на про­из­вод­ство всех дру­гих това­ров, кото­рые ана­ло­гично явля­ются неотъ­ем­ле­мой частью вос­про­из­вод­ства эко­но­ми­че­ской системы»¹¹ .

Это спра­вед­ливо как для наци­о­наль­ной, так и для меж­ду­на­род­ной эко­но­мики. Однако цена рабо­чей силы — зара­бот­ная плата — сильно отли­ча­ется на гло­баль­ном уровне между Севером и Югом.

В мире, где рыноч­ные цены на товары имеют тен­ден­цию быть гло­баль­ными, в то время как рыноч­ные цены на рабо­чую силу варьи­ру­ются из-​за клас­со­вой борьбы — как исто­ри­че­ской, так и совре­мен­ной — резуль­та­том явля­ется пере­рас­пре­де­ле­ние сто­и­мо­сти из стран с низ­кой рыноч­ной ценой рабо­чей силы в страны с высо­кой рыноч­ной ценой. Таким обра­зом, импе­ри­а­лизм дол­жен быть объ­яс­нён в кон­тек­сте пре­об­ра­зо­ва­ния сто­и­мо­сти в цену. Однако утвер­ждать, что это сме­щает кон­цеп­цию экс­плу­а­та­ции со сферы про­из­вод­ства на сферу обра­ще­ния, неуместно.

Человеческий труд создаёт сто­и­мость, а при­ба­воч­ный — при­ба­воч­ную сто­и­мость. Однако при­ба­воч­ная сто­и­мость не явля­ется физи­че­ским свой­ством, кото­рое труд добав­ляет к това­рам, как какая-​то моле­кула, встро­ен­ная и хра­ня­ща­яся в про­дукте. Стоимость и пре­об­ра­зо­ва­ние сто­и­мо­сти в рыноч­ную цену ско­рее явля­ются резуль­та­том соци­аль­ных отно­ше­ний между тру­дом и капи­та­лом и между раз­лич­ными капи­та­лами. Именно пере­ход от сто­и­мо­сти к рыноч­ной цене обес­пе­чи­вает про­дол­же­ние про­цесса накоп­ле­ния в рас­ши­рен­ном мас­штабе. Этот рас­ши­рен­ный кру­го­во­рот капи­тала пред­по­ла­гает пре­об­ра­зо­ва­ние сто­и­мо­сти и при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти в при­быль, а также пере­нос сто­и­мо­сти с Юга на Север в соот­вет­ствии с низ­кими ценами, упла­чи­ва­е­мыми за товары, про­из­ве­дён­ные в конеч­ном счёте Югом. Таким обра­зом, экс­плу­а­та­ция не про­ис­хо­дит в каком-​либо кон­крет­ном сек­торе про­из­вод­ства или наци­о­наль­ной эко­но­мики; она явля­ется резуль­та­том общего гло­баль­ного про­цесса накоп­ле­ния капитала.

Теперь мы можем перейти от этих тео­ре­ти­че­ских сооб­ра­же­ний к кон­крет­ному при­меру этого про­цесса, а именно к гло­ба­ли­зи­ро­ван­ному про­из­вод­ству вез­де­су­щих айфонов.

В чём суть

На основе подроб­ных иссле­до­ва­ний, про­ве­дён­ных Кремером (Kraemer), Линденом (Linden) и Дедриком (Dedrich)¹² в про­из­вод­ствен­ных цепоч­ках Apple, Дональд Клелланд (Donald A. Clelland) про­ана­ли­зи­ро­вал раз­мер и пере­дачу сто­и­мо­сти в рам­ках миро­вой системы через меха­низм рыноч­ной цены¹³ .

IPad выпус­ка­ется ком­па­нией Apple, рас­по­ло­жен­ной в США. В период с сере­дины 2010 г. по сере­дину 2011 г. Apple про­дала чуть более 100 мил­ли­о­нов штук. Apple — образ­цо­вый экзем­пляр «фаб­лесс» ком­па­нии, т. е. ком­па­нии без про­из­вод­ства. Apple делает раз­ра­ботки, про­екты, патенты и про­даёт ком­пью­теры и ком­му­ни­ка­ци­он­ное обо­ру­до­ва­ние, в то время как сама про­во­дит аут­сор­синг про­цесса про­из­вод­ства това­ров. Все IPad собраны в Китае. Apple инте­гри­ро­вала в свою про­из­вод­ствен­ную цепочку 748 постав­щи­ков мате­ри­а­лов и ком­по­нен­тов, 82 % из кото­рых бази­ру­ются в Азии, 351 из кото­рых — в Китае¹⁴ .

На каж­дом узле про­из­вод­ствен­ной цепочки име­ются фак­торы, к кото­рым добав­ля­ются зара­бот­ная плата, управ­ле­ние, наклад­ные рас­ходы и при­быль. Общая моне­ти­зи­ро­ван­ная цена этих фак­то­ров во всех узлах цепи равна цене про­дажи. Это то, что Клелланд назы­вает «свет­лой сто­и­мо­стью» (bright value) в товар­ной цепочке¹⁵ .

Рыночная цена iPad в 2010–2011 гг. состав­ляла $499, а завод­ская цена — $275. Из завод­ской цены только $33 пошли на зара­бот­ную плату рабо­чих на Юге, в то время как целых $150 сум­мар­ной при­были Apple пошли на зар­платы в обла­сти дизайна, мар­ке­тинга и адми­ни­стри­ро­ва­ния, а также на науч­ные иссле­до­ва­ния, раз­ра­ботки и амор­ти­за­цию, в основ­ном на гло­баль­ном Севере¹⁶ . Распределение этой «сто­и­мо­сти» в зара­бот­ной плате и при­были хорошо пред­став­лено «улы­ба­ю­щейся кривой».

Однако капи­та­ли­сти­че­ская миро­вая эко­но­мика при­ни­мает форму айс­берга. Наиболее изу­чен­ная часть — «свет­лая сто­и­мость», появ­ля­ю­ща­яся над поверх­но­стью, под­дер­жи­ва­ется огром­ной под­пи­ра­ю­щей струк­ту­рой, кото­рая нахо­дится вне поля зре­ния. В отли­чие от айс­берга, миро­вая эко­но­мика — это дина­мич­ная система, осно­ван­ная на пото­ках сто­и­мо­сти снизу вверх, с Юга на Север. Эти потоки вклю­чают стоки, кото­рые при­ни­мают две формы: види­мые моне­ти­зи­ро­ван­ные потоки «свет­лой сто­и­мо­сти» и скры­тые потоки, кото­рые несут «тём­ную сто­и­мость», порож­дён­ную неучтён­ной сто­и­мо­стью дешё­вого вос­про­из­вод­ства рабо­чей силы и неопла­чен­ного труда, а также неопла­чи­ва­е­мыми эко­ло­ги­че­скими экс­тер­на­ли­ями. Термин «тём­ная сто­и­мость» вдох­нов­лён откры­тием физи­ков, что обыч­ная мате­рия и энер­гия состав­ляют лишь 5 % от извест­ной все­лен­ной, а «тём­ная мате­рия» и «тём­ная энер­гия» состав­ляют осталь­ную часть. Подобно тому, как неучтён­ная тём­ная энер­гия управ­ляет рас­ши­ре­нием Вселенной, «тём­ная сто­и­мость» скры­вает неопла­чен­ный труд, кото­рый сти­му­ли­рует рас­ши­ре­ние капи­та­ли­сти­че­ской миро­вой системы¹⁷ .

Если бы iPad был собран в Соединённых Штатах, себе­сто­и­мость про­из­вод­ства состав­ляла бы не $45, а $442. И если мы углу­бимся на один шаг в про­из­вод­ствен­ную струк­туру iPad, в суб­ком­по­ненты и сырье­вые ресурсы, мы узнаем, что бо́льшая часть этих мате­ри­аль­ных ресур­сов также про­из­во­дится на Юге с при­бли­зи­тель­ными рас­хо­дами на зара­бот­ную плату в $33 за iPad. Если бы это про­из­вод­ство также осу­ществ­ля­лось в Соединённых Штатах, его сто­и­мость состав­ляла бы при­бли­зи­тельно $210.

Рабочим в цепочке про­из­вод­ства iPad пла­тят меньше не потому, что их про­из­во­ди­тель­ность ниже, чем у рабо­чих на Севере. Фактически, они, веро­ятно, более про­из­во­ди­тельны. Поставщики Apple — миро­вые лидеры, исполь­зу­ю­щие самые совре­мен­ные тех­но­ло­гии. Их управ­лен­че­ский пер­со­нал управ­ляет работ­ни­ками, исполь­зуя методы тей­ло­ризма и более дли­тель­ные рабо­чие недели, кото­рые запре­щены зако­но­да­тельно на Севере. Поставщики состав­ляют гра­фики с еже­днев­ными сме­нами по 12 часов для повы­ше­ния про­из­во­ди­тель­но­сти труда работ­ни­ков и тща­тельно сле­дят за соблю­де­нием гра­фика и ста­ра­ются его пере­вы­пол­нить. Рабочие недели пре­вы­шают шесть­де­сят часов, поскольку работ­ники обя­заны рабо­тать сверх­урочно, пре­вы­шая уста­нов­лен­ные зако­ном нормы¹⁸ . Таким обра­зом, неуди­ви­тельно, что в 2011 г., когда Стиву Джобсу, на тот момент гене­раль­ному дирек­тору Apple, на ужине в Белом доме пре­зи­дент Обама задал вопрос:

«Что потре­бу­ется для того, чтобы Apple вер­нула своё про­из­вод­ство домой?»

— Джобс ответил:

«Эти рабо­чие места не воз­вра­ща­ются»¹⁹ .

К тому вре­мени, когда товар про­шёл через мно­го­чис­лен­ные узлы гло­баль­ной сети, чтобы добраться до порога потре­би­теля, он вклю­чает в себя не только труд низ­ко­опла­чи­ва­е­мой рабо­чей силы, но и огром­ные суммы недо­пла­чен­ных и неопла­чен­ных тру­до­вых и эко­ло­ги­че­ских ресур­сов. Капиталисты при­сва­и­вают скры­тые излишки от дея­тель­но­сти домаш­них хозяйств и тене­вого сек­тора эко­но­мики. Для созда­ния про­из­вод­ствен­ного потен­ци­ала и обес­пе­че­ния выжи­ва­ния каж­дого наём­ного работ­ника необ­хо­дима длин­ная тём­ная цепочка про­из­во­ди­те­лей про­до­воль­ствия и актив­ность тене­вого сек­тора. Этот поток «тём­ной сто­и­мо­сти» сни­жает затраты на вос­про­из­вод­ство пери­фе­рий­ного труда и, соот­вет­ственно, уро­вень зара­бот­ной платы, выпла­чи­ва­е­мой капи­та­ли­стами. Бытовой и тене­вой сек­торы не нахо­дятся вне капи­та­лизма, а явля­ются неотъ­ем­ле­мыми ком­по­нен­тами гло­баль­ных товар­ных цепочек.

Экологическая дегра­да­ция, загряз­не­ние и исто­ще­ние ресур­сов явля­ются внеш­ними фак­то­рами, бла­го­даря кото­рым постав­щики Apple извле­кают «тём­ную сто­и­мость». Каждый iPad исполь­зует почти пят­на­дцать кило­грам­мов полез­ных иско­па­е­мых (неко­то­рые из кото­рых редки и огра­ни­чены в постав­ках), три­ста пять­де­сят пять лит­ров воды и коли­че­ство элек­тро­энер­гии, полу­чен­ной из иско­па­е­мого топ­лива, при сго­ра­нии кото­рого выбра­сы­ва­ется трид­цать кило­грам­мов угле­кис­лого газа. Более того, про­из­вод­ство айпада создаёт 105 кило­грам­мов пар­ни­ко­вых газов²⁰ . Все эти эко­ло­ги­че­ские нагрузки ста­вятся на плечи Китая и дру­гих ази­ат­ских стран, в то время как про­дукт потреб­ля­ется на Севере. Экологическая дегра­да­ция — это внеш­ний эффект, кото­рый встроен в iPad как «тём­ная сто­и­мость». Глядя только на затраты на загряз­не­ние, Клелланд оце­ни­вает, что Apple избе­гает затрат в раз­мере $190 на еди­ницу про­дук­ции, кото­рую она должна была бы запла­тить в Соединённых Штатах за эко­ло­ги­че­ские экс­тер­на­лии²¹ . Капитализм зави­сит даже от всех этих форм «тём­ной сто­и­мо­сти». Эти фак­торы нико­гда не фигу­ри­руют в учёте себе­сто­и­мо­сти про­дук­ции, они явля­ются неви­ди­мыми «подар­ками» капи­та­ли­стам и покупателям.

Маркс счи­тал, что сто­и­мость рабо­чей силы должна сни­жаться с уве­ли­че­нием про­из­во­ди­тель­но­сти труда, и что там, где этого не про­изо­шло, тен­ден­ция к паде­нию общей нормы при­были должна уси­ли­ваться. Однако при импе­ри­а­лизме и уста­но­вив­шейся таким обра­зом гло­баль­ной системе наци­о­наль­ного угне­те­ния моно­поль­ный капи­тал спо­со­бен гаран­ти­ро­вать низ­кие цены на потре­би­тель­ские товары рабо­чих, про­из­во­ди­мые сверх­экс­плу­а­ти­ру­е­мой рабо­чей силой на Юге. Наряду с парал­лель­ным уде­шев­ле­нием посто­ян­ного капи­тала за счёт импорта недо­ро­гих про­ме­жу­точ­ных и сырье­вых това­ров, про­дажа недо­ро­гих потре­би­тель­ских това­ров сверх­о­пла­чи­ва­е­мым рабо­чим в импе­ри­а­ли­сти­че­ских стра­нах сни­жает сто­и­мость рабо­чей силы, тем самым уве­ли­чи­вая уро­вень пред­по­ла­га­е­мой «при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти», про­из­ве­дён­ной на мест­ном уровне. Как тако­вые, север­ные рабо­чие кажутся более про­дук­тив­ными с точки зре­ния при­были, кото­рую они гене­ри­руют. Однако с точки зре­ния «про­из­во­ди­тель­но­сти», основ­ной мерой «про­из­во­ди­тель­но­сти» не явля­ется «добав­лен­ная сто­и­мость» за час труда — она зави­сит от цен про­дажи, завы­шен­ных моно­по­лией, транс­ферт­ным цено­об­ра­зо­ва­нием, нерав­ным обме­ном, и от резуль­тата вме­ша­тель­ства госу­дар­ства, армии и поли­ции в сни­же­ние затрат на рабо­чую силу за рубе­жом. Основной мерой «про­из­во­ди­тель­но­сти» явля­ются поча­со­вые затраты на рабо­чую силу отно­си­тельно при­были, полу­чен­ной на гло­баль­ном уровне.

Вопреки утвер­жде­ниям мно­гих проф­со­юз­ных акти­ви­стов мет­ро­по­лии, не только капи­та­ли­сты на Севере полу­чают мате­ри­аль­ную выгоду от сверх­экс­плу­а­та­ции низ­ко­опла­чи­ва­е­мой Южной рабо­чей силы.

«В слу­чае с iPad бóль­шая часть экс­про­при­и­ро­ван­ной „тём­ной сто­и­мо­сти“ реа­ли­зу­ется не как кор­по­ра­тив­ная при­быль, а как потре­би­тель­ский изли­шек в виде более деше­вых това­ров. Следовательно, граж­да­нин мет­ро­по­лии ста­но­вится неволь­ным [(?) — прим. авто­ров] выго­до­при­об­ре­та­те­лем этой экс­плу­а­та­тор­ской системы, когда он (она) исполь­зует один опла­чен­ный час для покупки про­дукта, кото­рый вопло­щает в себе гораздо более низко или вообще неопла­чи­ва­е­мые часы и мно­гие недо­оце­нён­ные мате­ри­аль­ные и эко­ло­ги­че­ские затраты»²² .

Политическая перспектива

Политическая пер­спек­тива, уста­нов­лен­ная насто­я­щим ана­ли­зом, заклю­ча­ется в том, что потен­циал рево­лю­ци­он­ных изме­не­ний в XXI в. про­ис­те­кает из Юга. Там сотни мил­ли­о­нов новых про­мыш­лен­ных про­ле­та­риев, сосре­до­то­чен­ных на фаб­ри­ках в тяжё­лых усло­виях, полу­чают неве­ро­ятно низ­кую зара­бот­ную плату, опто­вая кор­по­ра­тив­ная при­ва­ти­за­ция земли лишает мил­ли­оны бед­ных фер­ме­ров земли и дохо­дов (они затем вынуж­дены согла­шаться на самую низ­ко­опла­чи­ва­е­мую работу), а раз­ница между север­ными и южными усло­ви­ями жизни оче­видна для всех бла­го­даря гло­ба­ли­за­ции инфор­ма­ции и средств мас­со­вой инфор­ма­ции²³ .

Это про­ти­во­ре­чие должно в конеч­ном итоге про­явиться в анти­ка­пи­та­ли­сти­че­ских дви­же­ниях к соци­а­лизму (и за его пре­делы). В южных стра­нах про­жи­вают классы, наде­лён­ные объ­ек­тив­ным инте­ре­сом и спо­соб­но­стью к сопро­тив­ле­нию гло­баль­ному нео­ли­бе­ра­лизму. Подобно анти­ко­ло­ни­аль­ным национально-​освободительным дви­же­ниям, вспых­нув­шим в стра­нах Третьего мира в период с 1945 по 1975 г., мы пред­ви­дим воз­мож­ность новой волны анти­ка­пи­та­ли­сти­че­ских дви­же­ний в будущем.

Благодаря стра­те­ги­че­скому поло­же­нию нового про­ле­та­ри­ата на Юге, его сила в миро­вой эко­но­мике намного больше, чем она была на волне наци­о­наль­ного осво­бож­де­ния, охва­тив­шего мир в 1960-​х и 70-​х гг. Однако поли­ти­че­ская реа­ли­за­ция этой силы не про­изой­дёт сама собой. Субъективные фак­торы отсут­ствуют как на Юге, так и на Севере. Таким обра­зом, задача гло­баль­ных левых огромна. В 1970-​х гг. мил­ли­оны людей боро­лись и уми­рали за соци­а­лизм. Сегодня тех, кто борется за соци­а­лизм, срав­ни­тельно мало. Социализм не явля­ется силь­ным «брен­дом». Разделение зем­ного шара на Юг и Север отра­жа­ется в раз­де­ле­нии гло­баль­ного рабо­чего класса, в том, что часть его полу­чила огром­ные эко­но­ми­че­ские и поли­ти­че­ские выгоды, кото­рые помогли обес­пе­чить его лояль­ность и статус-​кво импе­ри­а­лизма. Эта пре­дан­ность, конечно, под­креп­ля­ется про­па­ган­дой госу­дар­ствен­ных и кор­по­ра­тив­ных медий­ных моно­по­лий (СМИ). Это одна из самых глу­бо­ких про­блем, сто­я­щих сего­дня перед соци­а­ли­сти­че­скими силами во всём мире.

Для реше­ния этих про­блем мы должны прежде всего взгля­нуть на борьбу с гло­баль­ным капи­та­лом с гло­баль­ной точки зре­ния. Только так мы можем выра­бо­тать эффек­тив­ную стра­те­гию и так­тику. Пытаться найти выход из нынеш­него кри­зиса с помо­щью наци­о­наль­ного про­тек­ци­о­низма (социал-​демократического, «зелё­ного» или фашист­ского) — это не только анти­со­ли­дар­ность, но и абсо­лютно про­иг­рыш­ная стра­те­гия, неиз­беж­ный путь на дно.

Об авторах

Торкил Лауэсен — анти­им­пе­ри­а­ли­сти­че­ский акти­вист и писа­тель с конца 1960-​х гг. Его пуб­ли­ка­ции на англий­ском языке вклю­чают «It’s All About Politics», а также интер­вью, оба из кото­рых можно найти в «Turning Money into Rebellion», под редак­цией Габриэля Куна (2014).

Зак Коуп — автор книги «Разделённый мир. Разделённый класс: гло­баль­ная поли­ти­че­ская эко­но­мия и стра­ти­фи­ка­ция труда при капи­та­лизме» (Монреаль, Канада: 2012 и 2015)²⁴ и сов­местно с Иммануилом Нессом явля­ется соре­дак­то­ром «Palgrave Encyclopedia of Imperialism and Anti-​Imperialism» (2015).