Научный централизм: некоторые пояснения

Научный централизм: некоторые пояснения
~ 37 мин

Наш кол­лек­тив про­дол­жает работу по выра­ботке орга­ни­за­ци­он­ных прин­ци­пов ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии XXI века. Как и во мно­гих вопро­сах, здесь нам при­хо­дится бороться со стрем­ле­нием мно­гих левых дей­ство­вать по шаб­ло­нам из былых эпох. Вели­кое про­шлое ком­му­низма в минув­шем веке заво­ра­жи­вает нынеш­них акти­ви­стов, и те пола­гают, что копи­ро­ва­ние тогдаш­ней так­тики, а то и про­стое повто­ре­ние лозун­гов смо­жет уве­ли­чить вли­я­ние ком­му­ни­стов в совре­мен­ном обществе.

Однако это иллю­зия, что отлично пока­зали послед­ние 30 лет. Невоз­можно побе­дить, играя в поли­ти­че­ский тол­ки­е­низм вме­сто глу­бо­кой про­ра­ботки накоп­лен­ного опыта и насущ­ных вопро­сов совре­мен­ной эпохи. Неко­то­рые моменты, освя­щён­ные авто­ри­те­том клас­си­ков, необ­хо­димо будет в связи с этим серьёзно пере­смат­ри­вать. Слож­ность задачи не должна отпу­ги­вать: любая новая эпоха рож­дала про­грес­сив­ные силы, кото­рым при­хо­ди­лось всту­пать в борьбу в том числе с отжив­шими своё догматиками.

Раз­ра­ботка прин­ци­пов науч­ного цен­тра­лизма вызы­вает нападки на Lenin Crew как со сто­роны демо­кра­ти­че­ских цен­тра­ли­стов, хра­ня­щих, как они думают, заветы Ленина, так и со сто­роны псев­до­на­уч­ных цен­тра­ли­стов из группы «Про­рыв». При всём анта­го­низме и те и дру­гие пыта­ются тащить левых прочь от реаль­но­сти — в иде­а­ли­зи­ро­ван­ное про­шлое. Раз­ница только в сорте фан­та­зий: у «деци­стов» вме­сто реаль­ных боль­ше­ви­ков дей­ствуют нов­го­род­ское вече, реша­ю­щее про­блемы кол­лек­тив­ным рабоче-кре­стьян­ским разу­мом, у «про­ры­ви­стов» — гении-оди­ночки, бла­го­даря своей без­оши­боч­но­сти и «диа­ма­ти­че­ской сове­сти» веду­щие массы от победы к победе. Всё это — иде­а­ли­сти­че­ские схемы, под­гонка исто­ри­че­ского опыта под бла­гие пожелания.

Во мно­гом подоб­ные ошибки порож­дены непо­ни­ма­нием соот­но­ше­ния объ­ек­тив­ного и субъ­ек­тив­ного фак­тора в деле созда­ния ком­му­ни­сти­че­ской орга­ни­за­ции, спо­соб­ной заво­е­вы­вать вли­я­ние среди про­ле­та­риев и одер­жи­вать победы. Кадры для такой орга­ни­за­ции не выку­ются сти­хийно, посред­ством усло­вий капи­та­ли­сти­че­ского бытия и в ходе пике­тов, митин­гов и помощи эко­но­ми­че­ским заба­стов­кам, как упо­вают раз­лич­ные акци­о­ни­сты. Кроме объ­ек­тив­ного базиса, необ­хо­димы и субъ­ек­тив­ные уси­лия каж­дого, кто хочет быть ком­му­ни­стом, по повы­ше­нию сво­его тео­ре­ти­че­ского уровня и прак­ти­че­ских спо­соб­но­стей в про­па­ганде марксизма.

С дру­гой сто­роны, адепты «Про­рыва» и им подоб­ные не только отбра­сы­вают объ­ек­тив­ный фак­тор, фан­та­зи­руя про рево­лю­ции в совре­мен­ных Нор­ве­гии или Швей­ца­рии, для кото­рых не хва­тает только «новых Марк­сов и Лени­ных»: они и субъ­ек­тив­ный-то пони­мают непра­вильно, сводя лишь к начи­тан­но­сти и выду­ман­ной «диа­ма­ти­че­ской сове­сти». На деле же мало иметь зна­ния, надо еще иметь спо­соб­ность и жела­ние исполь­зо­вать их на благо ком­му­низма, рабо­тая в кол­лек­тиве, не ставя свои амби­ции выше инте­ре­сов общего дела. Людям же, при­шед­шим в ком­му­ни­сти­че­ское дви­же­ние, чтобы, напри­мер, иметь свою руч­ную секту, не помо­гут ни отлич­ное зна­ние Гегеля, ни про­чте­ние всех томов «Капи­тала». Субъ­ек­тив­ный фак­тор необ­хо­димо вклю­чает в себя и эту эти­че­скую сторону.

В дан­ном мате­ри­але мы уточ­ним нашу пози­цию по ряду вопро­сов, под­ня­тых ранее в наших текстах по науч­ному цен­тра­лизму. Послед­ний из них на сего­дня — «Мани­фест науч­ного цен­тра­лизма», в кото­ром изло­жены основ­ные прин­ципы нашего пони­ма­ния НЦ. Сразу после пуб­ли­ка­ции этот мате­риал под­вергся напад­кам всех наших ста­рых и новых «закля­тых дру­зей». Что ж, при­дётся отвечать.

Как мы пишем в Мани­фе­сте науч­ного цен­тра­лизма, «НЦ-орга­ни­за­ция суще­ствует в раз­ви­тии. Раз­ные вре­мена ста­вят раз­ные задачи. Мы не знаем точно, что ждёт нас в буду­щем, какие вызовы исто­рия бро­сит ком­му­ни­сти­че­скому дви­же­нию». И науч­ный цен­тра­лизм — это вправду не какая-то догма или осо­бая «фило­со­фия». Это орга­ни­за­ци­он­ный прин­цип, рож­дён­ный, как и демо­кра­ти­че­ский цен­тра­лизм в своё время, потреб­но­стями эпохи, опре­де­лён­ного этапа, кото­рое про­хо­дит ком­му­ни­сти­че­ское дви­же­ние. Кри­те­рием истины в орга­ни­за­ци­он­ных вопро­сах стро­и­тель­ства ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии XXI века, как и в осталь­ных вопро­сах, будет только реаль­ная прак­тика. На ней и осно­ваны изло­жен­ные далее выводы.

Марксистская организация — не академический журнал

Ком­му­ни­сти­че­ское дви­же­ние в Рос­сии раз за разом стал­ки­ва­ется с про­бле­мами, воз­ни­ка­ю­щими из-за непо­ни­ма­ния совре­мен­ными левыми сути уче­ния, кото­рое они взя­лись защищать. 

Марк­сизм — это наука; на его базе сфор­ми­ро­ва­лась ком­му­ни­сти­че­ская идео­ло­гия, кото­рая на основе науки отра­жает объ­ек­тив­ные инте­ресы про­ле­тар­ского класса, зада­вая направ­ле­ние для прак­тики ком­му­ни­стов. Под­лин­ные марк­си­сты не могут пре­не­бре­гать как науч­ной тео­ре­ти­че­ской базой, сводя свою дея­тель­ность к идео­ло­гии, так и поли­ти­че­ской прак­ти­кой, ста­но­вясь «ака­де­ми­че­скими марк­си­стами», кото­рые в сущ­но­сти не марксисты.

«Как в шест­на­дца­том сто­ле­тии, так и в наше бур­ное время чистые тео­ре­тики в сфере обще­ствен­ных инте­ре­сов встре­ча­ются только на сто­роне реак­ции, и именно поэтому эти гос­пода в дей­стви­тель­но­сти вовсе не тео­ре­тики, а про­стые апо­ло­геты этой реак­ции»,

— эти слова Энгельса, напи­сан­ные в пре­ди­сло­вии к 3 тому «Капи­тала», более чем акту­альны сегодня.

Не менее убо­гую кар­тину пред­став­ляют собой и чистые практики.

Наше сооб­ще­ство с самого начала своей работы (а это уже седь­мой год) ведёт борьбу про­тив детео­ре­ти­за­ции ком­му­ни­сти­че­ского дви­же­ния. Мы видим, что наряду с улич­ными кри­ку­нами, бес­ко­неч­ными новыми КПСС и ВКП(б) из несколь­ких чело­век и доб­ро­воль­ными помощ­ни­ками проф­со­ю­зов в Рос­сии появи­лись марк­сист­ские кружки, кото­рые все­рьёз пыта­ются изу­чать и раз­ви­вать тео­рию. Без новой, отве­ча­ю­щей моменту тео­рии все митинги и рабо­чие про­те­сты так и будут бес­плодны с точки зре­ния корен­ных обще­ствен­ных изме­не­ний. Появ­ле­ние таких круж­ков — это и наша заслуга. Тем не менее, как ока­за­лось, есть опас­ность и с дру­гой сто­роны: члены марк­сист­ских круж­ков могут начать забы­вать о том, что они всту­пили в поли­ти­че­скую организацию.

Столк­ну­лись с этой про­бле­мой и мы. Неко­то­рые сто­рон­ники начали вос­при­ни­мать наш кол­лек­тив как ака­де­ми­че­ский жур­нал типа «Вопро­сов исто­рии» либо «Вопро­сов фило­со­фии», только с левым укло­ном. В резуль­тате такие экс-това­рищи решили, что един­ствен­ным кри­те­рием для вклю­че­ния в руко­вод­ство жур­нала должны быть коли­че­ство и объём напи­сан­ных ими ста­тей. И почему-то у них вызвала недо­уме­ние про­стая истина, что актив­ный автор — это совсем не обя­за­тельно надёж­ный еди­но­мыш­лен­ник. Более того, и высо­кое каче­ство ста­тей этого не гаран­ти­рует: чело­век, глу­боко пони­ма­ю­щий одну тему, может совер­шенно некор­ректно осмыс­лять дру­гие. Среди наи­бо­лее зна­чи­мых ста­тей нашего жур­нала есть и напи­сан­ные теми, кто впо­след­ствии порвал с нами и даже пре­вра­тился в откро­вен­ного нена­вист­ника нашей организации.

Пред­ло­жить уда­литься при­шлось и тем, кто вымо­гал места в редак­ции на осно­ва­нии нали­чия соб­ствен­ных ста­тей, при этом не раз­де­ляя вполне наши пози­ции. И наобо­рот: вопреки их воз­му­ще­ниям, в редак­ции LC есть и будут люди, воз­можно, по каким-то при­чи­нам давно не пишу­щие, однако заре­ко­мен­до­вав­шие себя в каче­стве твёр­дых сто­рон­ни­ков нашей плат­формы. Кри­те­рия поли­ти­че­ской лояль­но­сти в любой поли­ти­че­ской орга­ни­за­ции не может не быть: если чело­век не вполне раз­де­ляет про­грамму, не явля­ется стой­ким сто­рон­ни­ком основ­ных её поло­же­ний, это во мно­гом обес­це­ни­вает его неза­ви­симо от коли­че­ства и каче­ства созда­ва­е­мых им тек­стов. Прак­ти­че­ский вклад в работу орга­ни­за­ции может быть раз­ным: это не только ста­тьи, но и кон­суль­ти­ро­ва­ние по вопро­сам тео­рии, вычитка тек­стов, созда­ние видео и т. д. Объём работы важен, но он лишь на вто­ром месте: лояль­ность основ­ным про­грамм­ным поло­же­ниям важней. 

Прак­тика пока­зала, что несе­рьёз­ное отно­ше­ние к марк­сист­ской орга­ни­за­ции, пони­ма­ние её как некой тусовки лите­ра­то­ров- интел­лек­ту­а­лов немно­гим лучше игр в «боль­ше­вист­скую пар­тию образца 1917 года», кото­рыми увле­ка­ются ста­ли­нист­ские и троц­кист­ские рекон­струк­торы. Это ещё один вывод, кото­рый необ­хо­димо сде­лать для даль­ней­шей работы по стро­и­тель­ству пар­тии науч­ного централизма. 

Ведёт ли строгий отбор кадров к отчуждению?

Один из люби­мых аргу­мен­тов про­тив­ни­ков науч­ного цен­тра­лизма состоит в том, что НЦ якобы ведёт к отчуж­де­нию от орга­ни­за­ции рядо­вых чле­нов, кото­рые активно рабо­тают, но не вли­яют на её поли­ти­че­ский курс. Ведь этот курс в орга­ни­за­ции науч­ного цен­тра­лизма опре­де­ля­ется исклю­чи­тельно руко­вод­ством, состо­я­щим из наи­бо­лее гра­мот­ных кад­ров и попол­ня­ю­щим свои ряды только путём кооптации.

Однако актив­ность и тео­ре­ти­че­ская состо­я­тель­ность вовсе не обя­за­тельно сопут­ствуют друг другу. В левом дви­же­нии немало таких людей, кто при­хо­дит в него под воз­дей­ствием эмо­ций оттор­же­ния капи­та­ли­сти­че­ского бытия. Они зача­стую готовы само­от­вер­женно рабо­тать, но далеко не все­гда начи­нают учиться ком­му­низму, расти как тео­ре­тики и про­па­ган­ди­сты. Так и полу­ча­ется, что актив­ная работа по тому или иному направ­ле­нию ещё не озна­чает хоро­шего тео­ре­ти­че­ского уровня.

В нынеш­них левых орга­ни­за­циях зача­стую нет пони­ма­ния этого как раз в силу выше­упо­мя­ну­той детео­ре­ти­за­ции и сле­ду­ю­щей из неё поли­ти­че­ской бес­прин­цип­но­сти. В РКРП, где долго состоял автор этих строк, при­хо­ди­лось наблю­дать, как в руко­вод­ство изби­рали какого-нибудь пен­си­о­нера, напри­мер, за «удар­ное» рас­про­стра­не­ние пар­тий­ной газеты. Невзи­рая на то, что такой актив­ный това­рищ мог иметь самые зам­ше­лые взгляды по поводу «миро­вого сио­низма», не соот­вет­ству­ю­щие даже букве про­граммы РКРП. Все про­те­сты, свя­зан­ные с анти­марк­сист­скими воз­зре­ни­ями этого чело­века, наты­ка­лись на ответы, смысл кото­рых можно све­сти к аргу­менту «сперва добейся».

Можно спо­рить о том, насколько сильно ДЦ повлиял на крах ВКП(б) — КПСС, но насчёт источ­ника про­блем пост­со­вет­ских левых у нас сомне­ний нет. А мы ни разу не пар­тия вла­сти, и нам сей­час нужно пре­одо­ле­вать именно эти проблемы.

Одна из глав­ных задач науч­ного цен­тра­лизма — уйти от таких позор­ных явле­ний, как бы это ни оскорб­ляло тех, для кого марк­сист — это отваж­ный борец за сча­стье рабо­чего класса. Марк­сист — это прежде всего учё­ный-рево­лю­ци­о­нер, чело­век, вла­де­ю­щий нау­кой и уме­ю­щий её раз­ви­вать и рас­про­стра­нять. Мораль­ные каче­ства — чест­ность, сме­лость, само­от­вер­жен­ность — тоже необ­хо­димы, но они бес­по­лезны без глу­бо­кого пони­ма­ния тео­рии и задач ком­му­ни­сти­че­ского дви­же­ния. Обрат­ная же ситу­а­ция не столь печальна: марк­сист­ский тео­ре­ти­че­ский кар­кас миро­воз­зре­ния спо­со­бен побуж­дать чело­века раз­ви­ваться, соот­вет­ствуя ком­му­низму и в мораль­ном отно­ше­нии (хотя, конечно, ника­кой гаран­тии такого раз­ви­тия нет). 

Этика без тео­рии — пря­мой путь к оппор­ту­низму, а то и откры­тому пре­да­тель­ству: наука — вещь бес­по­щад­ная и может потре­бо­вать ради­каль­ных реше­ний, кото­рые вой­дут в про­ти­во­ре­чие с убеж­де­ни­ями эти­че­ских соци­а­ли­стов. Груст­ная исто­рия рос­сий­ских мел­ко­бур­жу­аз­ных рево­лю­ци­о­не­ров веко­вой дав­но­сти, сперва боров­шихся про­тив само­дер­жа­вия, а затем — про­тив соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции, явля­ется очень ярким при­ме­ром этого.

Все обиды типа «почему меня не берут в руко­вод­ство, я же напи­сал столько заме­ток», — как пра­вило, всего лишь сви­де­тель­ство того, что чело­век ста­вит лич­ные амби­ции выше инте­ре­сов общего дела. Вот здесь как раз надо вспом­нить о ком­му­ни­сти­че­ской морали как про­из­вод­ной от марк­сист­ской тео­рии. Несколько лет назад мы писали:

«Мы пред­ви­дим воз­ра­же­ния, ука­зы­ва­ю­щие на то, что в такую пар­тию, где новому чело­веку прямо гово­рится — „покажи свой идей­ный уро­вень, и только тогда будешь что-то решать“, не пой­дут мно­гие из сто­рон­ни­ков ком­му­низма, кото­рых оттолк­нет „неде­мо­кра­тич­ность“. Однако надо прямо ска­зать, что ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии не нужны люди, ста­вя­щие соб­ствен­ные амби­ции и „обиды“ выше инте­ре­сов дела борьбы за ком­му­низм. Каж­дый ком­му­нист, если он дей­стви­тельно им явля­ется, обя­зан пол­но­стью зада­вить своё „эго“ и дей­ство­вать в инте­ре­сах кол­лек­тива на том уровне, куда его опре­де­лят. Ком­му­нист, пони­ма­ю­щий свою неком­пе­тент­ность в важ­ных вопро­сах, и сам отка­жется от уча­стия в при­ня­тии реше­ний по ним, как отка­зы­ва­лись в преж­нюю эпоху от член­ства в пар­тии люди, честно боров­ши­еся за ком­му­низм, но здраво оце­ни­ва­ю­щие свой идей­ный уро­вень как невы­со­кий. Такой чело­век заслу­жи­вает только осо­бого ува­же­ния и, есте­ственно, помощи в идейно-тео­ре­ти­че­ском росте»1 .

Под этим мы под­пи­шемся и сего­дня, за про­шед­шие шесть лет ещё больше насмот­рев­шись на борьбу амби­ций и само­лю­бий в левых орга­ни­за­циях вме­сто выра­ботки еди­ной научно обос­но­ван­ной пози­ции. Тем более, что и самому кол­лек­тиву LC неод­но­кратно при­хо­ди­лось рас­ста­ваться с людьми, кото­рые под пред­ло­гом актив­ной работы откро­венно тре­бо­вали для себя руко­во­дя­щие посты и пол­но­мо­чия по реше­нию кад­ро­вых вопросов.

Чест­ный борец за ком­му­низм не будет чув­ство­вать ника­кого отчуж­де­ния, рабо­тая в том ста­тусе, кото­рый опре­де­лило ему руко­вод­ство. Если, конечно, он дей­стви­тельно под­дер­жи­вает тео­ре­ти­че­скую плат­форму и прак­ти­че­скую поли­тику орга­ни­за­ции. А если он не согла­сен и пере­убе­дить дру­гих не полу­ча­ется, то ухо­дить надо от оппор­ту­ни­стов, а не пытаться зани­маться под­ко­вёр­ной борь­бой и «пере­во­ро­тами».

Ещё раз: если чело­век не спо­со­бен сми­риться с тем, что ему не дают права реша­ю­щего голоса, то он либо не может совла­дать с соб­ствен­ным тще­сла­вием, либо не желает под­чи­няться име­ю­щейся гене­раль­ной линии, стре­мится изме­нить курс орга­ни­за­ции вопреки руко­вод­ству. Так вот: нам не нужны неспо­соб­ные кон­тро­ли­ро­вать себя често­любцы, и жела­ю­щие под­стро­ить орга­ни­за­цию под себя нам тоже не нужны. Хотите что-то поме­нять? Либо дока­зы­вайте свою точку зре­ния иссле­до­ва­ни­ями — рта вам никто не заты­кает, — либо созда­вайте свою орга­ни­за­цию. А пустой бол­товни про отчуж­де­ние не надо.

«Но ведь про­блему неком­пе­тент­но­сти чле­нов орга­ни­за­ции можно решить и в рам­ках демо­кра­ти­че­ского цен­тра­лизма», — часто гово­рят наши оппо­ненты. Да, меха­низм демо­кра­ти­че­ского цен­тра­лизма сам по себе не отри­цает воз­мож­ность стро­гого ценза для при­ёма в орга­ни­за­цию, хотя, в отли­чие от НЦ, и не тре­бует такого ценза в обя­за­тель­ном порядке. Но по факту всё слож­нее: одно дело — пройти мини­маль­ный ценз на вступ­ле­ние в число пол­но­прав­ных чле­нов, дру­гое — иметь по-насто­я­щему высо­кий уро­вень под­го­товки (хотя бы отно­си­тельно боль­шин­ства). Сузить сколько-нибудь дее­спо­соб­ную поли­ти­че­скую орга­ни­за­цию до кол­лек­тива людей из вто­рого вари­анта не вый­дет, а зна­чит, право голоса на выбо­рах руко­вод­ства при ДЦ полу­чат все, кто не совсем дурак. Было бы недаль­но­видно ожи­дать доста­точно ква­ли­фи­ци­ро­ван­ную оценку от таких людей, даже если они доб­ро­со­вестны. С боль­шой веро­ят­но­стью они не отфиль­труют и фило­соф­ские уклоны, и непод­хо­дя­щие для управ­ленца лич­ные каче­ства, и много что ещё. При этом такие вещи могут быть даже заме­чены, но не при­знаны зна­чи­мыми: «Да кого вол­нует ильен­ков­щина — глав­ное, что чело­век рабо­тает активно!». Сле­до­ва­тельно, угроза раз­мы­ва­ния руко­вод­ства по-преж­нему оста­ётся высокой. 

В част­но­сти, такая угроза реальна сего­дня, когда тео­ре­ти­че­ски под­го­тов­лен­ных ком­му­ни­стов крайне мало, состо­яв­шихся марк­сист­ских круж­ков иссле­до­ва­тель­ского типа — тоже, все «веду­щие» орга­ни­за­ции и их тео­ре­тики рас­про­стра­няют тот или иной вид оппор­ту­низма. Марк­сист­скую тео­рию необ­хо­димо бук­вально вос­ста­нав­ли­вать из руин и раз­ви­вать в соот­вет­ствии с сего­дняш­ней эпо­хой, пре­одо­ле­вая как анти­марк­сист­ские левые тра­ди­ции (иду­щие и от реви­зи­о­ни­стов в СССР, и от запад­ного лева­че­ства), так и про­сто пре­не­бре­же­ние к тео­рии. В этих усло­виях только что создан­ное ядро орга­ни­за­ции должно очень осто­рожно отно­ситься к попол­не­нию рядов сво­его руко­вод­ства. Ослаб­ле­ние кон­троля плюс меха­низм ДЦ (выборы руко­вод­ства всем кол­лек­ти­вом и при­ня­тие реше­ний боль­шин­ством) — и всё, марк­сист­ской орга­ни­за­ции нет; при­хо­дится ухо­дить и начи­нать всё с начала.

С дан­ной и, увы, плохо осо­зна­ва­е­мой тогда про­бле­мой, марк­си­сты столк­ну­лись и после победы соци­а­ли­сти­че­ских рево­лю­ций. Мы уже не раз писали об этом: как КПСС и дру­гие ком­му­ни­сти­че­ские пар­тии были раз­мыты за счёт негра­мот­ных людей, полу­чив­ших парт­би­лет лишь за тру­до­вые или бое­вые подвиги, как член­ство в пар­тии стало мето­дом нема­те­ри­аль­ного поощ­ре­ния. Есте­ственно, сложно теперь ска­зать, как надо было дей­ство­вать ком­му­ни­сти­че­скому руко­вод­ству, чтобы не только не допу­стить подоб­ного, но и сохра­нить связь пар­тии с широ­кими мас­сами. Инте­рес­ный про­ект такого рода при­во­дится в одном из пост­со­вет­ских иссле­до­ва­ний, посвя­щён­ных ста­нов­ле­нию соци­а­ли­сти­че­ских госу­дарств Восточ­ной Европы (мы при­во­дили этот при­мер в работе «Троц­кий, Ста­лин, коммунизм»):

«В поли­тот­чёте посоль­ства СССР в Вен­грии за 1948 г. отме­ча­лось, что хотя созда­ние ВПТ и поло­жило конец „нездо­ро­вому росту“ обеих рабо­чих пар­тий, в осо­бен­но­сти ВКП, член­ская масса новой пар­тии ока­за­лась зара­жён­ной мел­ко­бур­жу­аз­ной идео­ло­гией, рас­про­стра­няв­шейся быв­шими чле­нами СДПВ. В этой массе „рас­тво­ри­лись“ немно­го­чис­лен­ные ком­му­ни­сты, имев­шие марк­сист­ско-ленин­ское вос­пи­та­ние, поскольку ВКП до объ­еди­ни­тель­ного съезда не стала „под­линно боль­ше­вист­ской пар­тией“, а лишь „мед­ленно раз­ви­ва­лась в этом направ­ле­нии“. Кри­ти­че­ское отно­ше­ние совет­ской сто­роны вызвало и наме­ре­ние вен­гер­ского руко­вод­ства орга­ни­за­ци­онно офор­мить внутри ВПТ группу „акти­ви­стов“ в 300–350 тыс.(!) чело­век, выдав им спе­ци­аль­ные удо­сто­ве­ре­ния, про­водя осо­бые закры­тые собра­ния и т. п. Эта „пар­тий­ная гвар­дия“ должна была стать сво­его рода кастой, а, по совет­ским оцен­кам, „при­ви­ле­ги­ро­ван­ной, полу­ле­галь­ной груп­пой“…
Реа­ли­за­ция подоб­ного плана озна­чала бы, помимо про­чего, и вве­де­ние в прак­тику прин­ципа „сорт­но­сти“ пар­тий­цев. И это не ускольз­нуло от вни­ма­ния совет­ских наблю­да­те­лей, под­ме­тив­ших, что „искус­ствен­ное раз­де­ле­ние чле­нов пар­тии на более пре­дан­ных и менее пре­дан­ных“ было зало­жено уже в Уставе ВПТ, офи­ци­ально закре­пив­шем нали­чие в пар­тии осо­бой кате­го­рии „пар­тий­ных работ­ни­ков“. К этой кате­го­рии были отне­сены „наи­бо­лее пре­дан­ные члены пар­тии, рабо­та­ю­щие на любом участке пар­тий­ной работы, кото­рых на осно­ва­нии про­во­ди­мой ими пар­тий­ной работы, по пред­ло­же­нию руко­вод­ства мест­ной пар­тий­ной орга­ни­за­ции, сове­ща­ние пар­тий­ных работ­ни­ков ква­ли­фи­ци­рует как пар­тий­ных работников“.К сожа­ле­нию, мы не рас­по­ла­гаем дан­ными о том, какова была чис­лен­ность „пар­тий­ных работ­ни­ков“ и ока­за­лась ли, в дей­стви­тель­но­сти, реа­ли­зо­ван­ной и в какой мере, идея созда­ния осо­бой касты пар­тий­цев»2 .

Навер­ное, что-то подоб­ное нужно было осу­ществ­лять и боль­ше­вист­ской пар­тии после рево­лю­ции, при­чем ещё в 1920-е гг., в усло­виях кол­лек­тив­ного руко­вод­ства и сохра­не­ния воз­мож­но­сти его кри­тики. Есте­ственно, вряд ли это было воз­можно: у наших пред­ше­ствен­ни­ков не было того опыта краха соци­а­ли­сти­че­ских стран, кото­рый есть у нас, они не могли уви­деть мно­гих под­вод­ных кам­ней про­цесса стро­и­тель­ства нового обще­ства. Совер­шив­шу­юся исто­рию не пере­де­лать, однако сего­дня мы должны извлечь из неё уроки, чтобы ком­му­ни­сти­че­ское дви­же­ние нынеш­него века не повто­рило тех ошибок.

Реаль­ный опыт пар­тий­ного стро­и­тель­ства дик­тует нам необ­хо­ди­мость «буфе­ри­за­ции» ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, раз­де­ле­ния её на слои в соот­вет­ствии с тео­ре­ти­че­ским уров­нем. Это должны быть ника­кие, есте­ственно, не замкну­тые касты: мобиль­ность, воз­мож­ность пере­хода из слоя в слой никуда не исче­зает. Но зави­сеть должна эта мобиль­ность от тео­ре­ти­че­ской гра­мот­но­сти, отсут­ствия коле­ба­ний в плане вер­но­сти поли­ти­че­ской плат­форме орга­ни­за­ции и заслуг на ниве марк­сист­ской пропаганды.

И опре­де­лять эти заслуги, отме­чать достой­ных войти в ядро орга­ни­за­ции должны сами теку­щие члены ядра. Марк­сизм — это наука, и нет ничего непра­виль­ного в выстра­и­ва­нии в орга­ни­за­ции стро­гой иерар­хии, осно­ван­ной на прин­ципе компетентности. 

Невоз­можно спо­рить с тем, что и само ядро может пере­ро­диться, встать на оппор­ту­ни­сти­че­ские пози­ции, зако­сте­неть в дог­ма­тизме вме­сто реа­ги­ро­ва­ния на изме­не­ния ситу­а­ции и т. д. Что ж, тогда этих быв­ших марк­си­стов ждёт крах, и дол­гом ком­му­ни­ста ста­нет выход из такой орга­ни­за­ции. Но наивно счи­тать, что спа­се­нием от подоб­ного ста­нет широ­кий демо­кра­тизм. Кол­лек­тив из сотни неком­пе­тент­ных людей никак не испра­вит ошибки десяти таких же некомпетентных.

Кроме того, пар­тия науч­ного цен­тра­лизма не будет состо­ять лишь из двух частей: узкого слоя тео­ре­ти­ков и всех осталь­ных, про­стых испол­ни­те­лей, как почему-то кажется неко­то­рым. Между тео­ре­ти­ками и тех­ни­че­скими работ­ни­ками неиз­бе­жен зна­чи­тель­ный слой про­па­ган­ди­стов и орга­ни­за­ци­он­ных работ­ни­ков. Это люди, кото­рые в тео­рии раз­би­ра­ются похуже, чем выс­шее руко­вод­ство, и, как пра­вило, спе­ци­а­ли­зи­ру­ются на тех или иных раз­де­лах марк­сист­ской тео­рии и/​или пар­тий­ной работы. Именно из их числа будут в первую оче­редь рекру­ти­ро­ваться новые руко­во­ди­тели. Такие люди, помимо про­чего, будут осу­ществ­лять связь между руко­вод­ством и рядо­выми чле­нами, руко­водя рабо­той орга­ни­за­ции на своем уровне.

Рядо­вые члены — осно­ва­ние этой иерар­хи­че­ской пира­миды пар­тии науч­ного цен­тра­лизма. Они будут состав­лять боль­шин­ство пар­тии и при усло­вии даль­ней­шего роста в каче­стве марк­си­стов дви­гаться вверх. Те же, кто не имеет жела­ния расти над собой или недо­ста­точно усер­ден, будут оста­ваться рядо­выми и выпол­нять тех­ни­че­скую работу. 

Рядо­вого члена в ПНЦ от тако­вого в дем­цен­тра­лист­ской струк­туре отли­чают три вещи:

  • его при­ни­мают в пар­тию не на осно­ва­нии одного только «при­зна­ния про­граммы» и про­чих фор­маль­но­стей, но по ито­гам дока­за­тель­ства им соб­ствен­ной тео­ре­ти­че­ской гра­мот­но­сти на практике; 
  • его могут вовлечь в выше­сто­я­щие струк­туры только путём кооп­та­ции, но не избра­ния снизу;
  • к нему предъ­яв­ля­ется тре­бо­ва­ние повы­ше­ния соб­ствен­ного тео­ре­ти­че­ского уровня путём самообразования.

Вся эта струк­тура вовсе не озна­чает запрета на кри­тику и дис­кус­сии внутри орга­ни­за­ции. Каж­дый её член не только имеет право, но и обя­зан выра­зить свое несо­гла­сие с дея­тель­но­стью руко­вод­ства, если он видит те или иные ошибки, обя­зан выдви­гать пред­ло­же­ния, реа­ли­за­ция кото­рых, по его мне­нию, будут спо­соб­ство­вать успеш­ной работе, обя­зан участ­во­вать в обсуж­де­нии насущ­ных вопро­сов. Наша задача — при­вле­кать дума­ю­щих людей, спо­соб­ных ана­ли­зи­ро­вать реаль­ность с помо­щью диа­лек­ти­че­ского мате­ри­а­лизма и отме­чать недо­статки как свои, как и това­ри­щей. В марк­сизме, как и в науке вообще, нет без­оши­боч­ных гуру: спо­соб­но­сти любого чело­века ограничены. 

Ска­жем прямо: НЦ может пред­став­лять собой «дик­та­туру» вер­хушки при мол­ча­ли­вом одоб­ре­нии низов. Но такое поло­же­ние дел — край­няя мера, при­ме­не­ние кото­рой может быть оправ­дано только напря­жён­ной обста­нов­кой (напри­мер, неле­галь­ным поло­же­нием). Пере­ход же к такой работе без вес­кой при­чины может гово­рить только о том, что Центр начал ста­вить свою власть выше общего дела. В LC такого до сих пор не было и пока не предвидится.

Но воз­мож­ность кри­ти­ко­вать любого члена и руко­во­ди­теля пар­тии не озна­чает воз­мож­но­сти решать «снизу», под­ня­тием рук, про­грамм­ные и кад­ро­вые вопросы. То, что чело­век про­шёл ценз на вступ­ле­ние в орга­ни­за­цию, ещё не зна­чит, что он достоин войти и в руко­вод­ство, равно как врач, вполне иску­шён­ный в своей про­фес­сии, отнюдь не все­гда ровня Бот­кину или Пиро­гову. Да и дис­кус­сия не может быть бес­ко­неч­ной, осо­бенно когда нужно быстро реа­ги­ро­вать на те или иные собы­тия. После обмена мне­ни­ями руко­вод­ство при­ни­мает реше­ние, и несо­глас­ные либо вме­сте со всеми выпол­няют его, либо, если счи­тают, что орга­ни­за­ция встала на путь оппор­ту­низма, ухо­дят из неё. А те, кто изна­чально пола­гает, что про­грамм­ные поло­же­ния в корне непра­вильны, и вовсе не должны попол­нять ряды подоб­ной организации.

Именно в таком повсе­днев­ном функ­ци­о­ни­ро­ва­нии, а вовсе не в сле­пой вере выко­вы­ва­ется насто­я­щая ком­му­ни­сти­че­ская пар­тия. Костяк её, от руко­вод­ства до рядо­вого состава, должны состав­лять люди, спло­чён­ные общим миро­воз­зре­нием, отсто­яв­шие его в борьбе с оппо­нен­тами, в том числе и с быв­шими сорат­ни­ками. Под­держка чело­ве­ком в повсе­днев­ной прак­ти­че­ской работе поли­ти­че­ской линии орга­ни­за­ции, осу­ществ­ля­е­мой руко­вод­ством, — это тоже сво­его рода голо­со­ва­ние. Однако оно кар­ди­нально отли­ча­ется от под­ня­тия руки в дем­цен­тра­лист­ском иде­але. Это еди­но­мыс­лие не только на сло­вах, но и на деле. 

О самозваных кандидатах в гении

Было бы очень наив­ным счи­тать, что науч­ный цен­тра­лизм авто­ма­ти­че­ски лик­ви­ди­рует необос­но­ван­ные амби­ции у тех, кто уже попал в руко­во­дя­щее ядро. При­ме­ром тому слу­жит опыт нашей работы. Чело­век мог быть по заслу­гам вве­дён в руко­вод­ство, однако в даль­ней­шем выяс­ня­лось, что его дей­ствия дез­ор­га­ни­зуют работу в силу тех или иных лич­ных качеств: неспо­соб­но­сти долго рабо­тать в кол­лек­тиве, посто­ян­ного стрем­ле­ния к еди­но­лич­ному лидер­ству, уве­рен­но­сти, что только он знает, «как надо», склон­но­сти пота­кать соб­ствен­ным жела­ниям вме­сто сле­до­ва­ния общим целям. Конечно, у всех людей, даже самых раз­ви­тых, есть сла­бые сто­роны, но чело­век дол­жен уметь с ними совла­дать — и это ещё одно изме­ре­ние вопроса о компетентности.

У неко­то­рых такая сто­рона — посто­ян­ный соблазн поме­ряться силуш­кой и выяс­нить, кто тут самый-самый. Однако в ком­му­ни­сти­че­ском кол­лек­тиве, тем более руко­во­дя­щем, не должно быть ника­кой кон­ку­рен­ции: все обя­заны вме­сте делать одно дело, помо­гая друг другу. 

Тео­ре­тики, то есть люди, хорошо зна­ю­щие марк­сист­скую тео­рию и спо­соб­ные вно­сить в неё свой вклад, пусть даже скром­ный, прак­ти­че­ски все­гда спе­ци­а­ли­зи­ру­ются на каком-то из раз­де­лов марк­сизма — фило­со­фии, полит­эко­но­мии или ист­мате, да и внутри этих раз­де­лов имеют свои темы. Поэтому срав­ни­вать их по какой-нибудь еди­ной шкале «общей марк­сист­ско­сти» некор­ректно. Недо­пу­стимо и объ­яв­лять, что какая-то одна из сто­рон марк­сист­ской тео­рии явля­ется основ­ной и потому люди, раз­би­ра­ю­щи­еся в ней, должны авто­ма­ти­че­ски иметь осо­бые права на руко­вод­ство: тео­ре­ти­че­ская гра­мот­ность, увы, не гаран­ти­рует поли­ти­че­ской. В част­но­сти, исто­рия знает доста­точно груст­ных при­ме­ров людей с боль­шим бага­жом фило­соф­ских зна­ний, став­ших анти­марк­си­стами в прак­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Около года назад мы писали в некро­логе на смерть одного такого чело­века, перм­ского фило­софа и члена КПРФ В. В. Орлова:

«…фило­софы, даже самые тео­ре­ти­че­ски гра­мот­ные, спо­собны серьёзно оши­баться в своей прак­ти­че­ской работе и 100 лет назад, и 70, и сего­дня. Нет меха­ни­че­ской зави­си­мо­сти между вер­ными фило­соф­скими взгля­дами и пра­виль­ной поли­ти­че­ской линией. Пер­вое лишь пред­по­сылка для послед­него, но никак не точ­ная гаран­тия».

То же самое каса­ется и всех дру­гих сфер зна­ния. Поли­ти­че­ский оппор­ту­низм или мел­ко­бур­жу­аз­ный инди­ви­ду­а­лизм легко могут све­сти на нет всю полез­ность чело­века для общего дела, а если такой попа­дёт в руко­вод­ство, то и подавно.

Из-за этого в реаль­но­сти тео­ре­ти­че­ское ядро орга­ни­за­ции состоит из людей, по-насто­я­щему силь­ных лишь в отдель­ных обла­стях марк­сист­ской тео­рии, но с теми или иными про­бе­лами в осталь­ных, и потому они обя­заны обра­зо­вы­вать спло­чён­ный кол­лек­тив, а реше­ния должны при­ни­маться ими сов­местно. Ведь уни­вер­саль­ная гени­аль­ность — явле­ние крайне ред­кое, и кон­ста­ти­ро­вать её можно лишь по ито­гам всей дея­тель­но­сти чело­века после ухода его из жизни, как это и было с Марк­сом, Энгель­сом, Лени­ным — дей­стви­тель­ными гениями. 

Если же чело­век пуб­лично назы­вает себя гением либо «скромно» согла­ша­ется, когда его так зовёт кто-то дру­гой, то с ним явно что-то не так, а зна­чит, орга­ни­за­ция должна насто­ро­женно отно­ситься к нему, пони­мая, что ско­рее всего такому чело­веку не место в коллективе. 

К любой руко­во­дя­щей роли надо отно­ситься как к дове­рию орга­ни­за­ции, кото­рое необ­хо­димо еже­дневно оправ­ды­вать, а не как к некоей соб­ствен­но­сти, кото­рой можно рас­по­ря­жаться по лич­ному усмот­ре­нию. Вхож­де­ние в руко­во­дя­щий орган гово­рит о высо­кой оценке заслуг марк­си­ста со сто­роны кол­лек­тива, и эту оценку должно быть трудно полу­чить и легко аннулировать.

С этим никак не могут соче­таться, напри­мер, попытки интри­го­вать за спи­нами това­ри­щей, ско­ла­чи­вая нефор­маль­ные груп­пи­ровки по прин­ципу лич­ной пре­дан­но­сти, или давить на орга­ни­за­цию, шан­та­жи­руя выхо­дом из неё и орга­ни­за­цией рас­кола. Такой чело­век дол­жен исклю­чаться из орга­ни­за­ции; недо­пу­стимы ника­кие уступки и уго­воры ради сохра­не­ния его в рядах оной. 

Вер­нуть утра­чен­ные пози­ции такому изгнан­нику должно быть куда труд­нее, чем поте­рять их. Чело­век, исклю­чен­ный или доб­ро­вольно вышед­ший3 из орга­ни­за­ции, лиша­ется её дове­рия неза­ви­симо от того, про­изо­шло это по при­чине поли­ти­че­ских раз­но­гла­сий или эти­че­ски непри­ем­ле­мого пове­де­ния. Если же дан­ный чело­век позже захо­чет вер­нуться в орга­ни­за­цию, это недо­ве­рие, есте­ственно, не может исчез­нуть сразу. Чело­века необ­хо­димо про­ве­рить: стал ли он еди­но­мыш­лен­ни­ком вновь? Поэтому он снова ока­зы­ва­ется вынуж­ден про­хо­дить все сту­пени иерар­хии, начи­ная со сторонника. 

Одна из задач любого руко­во­ди­теля — созда­вать дело­вой, това­ри­ще­ский кли­мат внутри орга­ни­за­ции. Морально-поли­ти­че­ское един­ство, если исполь­зо­вать этот тер­мин совет­ской эпохи, не менее важно, чем тео­ре­ти­че­ская спа­ян­ность. Пер­вое должно выте­кать из вто­рого, но, как и в слу­чае с ком­му­ни­сти­че­ской мора­лью и созна­тель­но­стью, авто­ма­ти­че­ски этого про­ис­хо­дить не будет. Поэтому реше­ние спор­ных ситу­а­ций путем това­ри­ще­ской дис­кус­сии или, в слу­чае невоз­мож­но­сти реше­ния кон­фликта, дове­де­ние ситу­а­ции до рас­кола без замо­ра­жи­ва­ния на ста­дии «холод­ной войны» внутри орга­ни­за­ции — важ­ней­шая задача руководства.

Какая демократия нам нужна?

Руко­во­ди­тель марк­сист­ской орга­ни­за­ции — это не мене­джер и не рабо­то­да­тель. У нас отсут­ствует какая-либо мате­ри­аль­ная заин­те­ре­со­ван­ность и, соот­вет­ственно, связи, харак­тер­ные для ком­мер­че­ских отно­ше­ний, когда люди бес­пре­ко­словно под­чи­ня­ются руко­вод­ству, так как иначе поте­ряют мате­ри­аль­ные ресурсы. Руко­во­ди­тели орга­ни­за­ции ком­му­ни­стов должны осу­ществ­лять посто­ян­ную работу по разъ­яс­не­нию про­граммы и поли­тики сооб­ще­ства для осталь­ных участ­ни­ков, уметь убеж­дать их в своей правоте. Есте­ственно, не все­гда это будет полу­чаться, но, когда рас­кол неиз­бе­жен, все должны пони­мать его при­чины и видеть, что иного выхода уже не существовало.

Заин­те­ре­со­ван­ность у нас может быть исклю­чи­тельно идей­ной, свя­зан­ной с тем, что каж­дый това­рищ счи­тает сво­ими еди­но­мыш­лен­ни­ками дру­гих участ­ни­ков сооб­ще­ства. Только на этом и должна осно­вы­ваться общ­ность участ­ни­ков ком­му­ни­сти­че­ской орга­ни­за­ции, а не на каких-либо лич­ных свя­зях или тем более мер­кан­тиль­ных инте­ре­сах. Такая ситу­а­ция пред­по­ла­гает чест­ность и с самим собой и с това­ри­щами: выска­зы­ва­ние кри­тики, кого бы она ни каса­лась, спло­чён­ную работу вне зави­си­мо­сти от лич­ных сим­па­тий к тому или иному чело­веку, а также и раз­рыв с орга­ни­за­цией в слу­чае про­грамм­ных рас­хож­де­ний с ней. Осо­бенно это каса­ется как раз руко­во­ди­те­лей: любые небла­го­вид­ные дей­ствия с их сто­роны, нару­ша­ю­щие устав орга­ни­за­ции, явля­ются уда­ром по ней куда боль­шим, чем ана­ло­гич­ные дей­ствия рядо­вых чле­нов. Ауди­то­рия орга­ни­за­ции ассо­ци­и­рует её в первую оче­редь с руко­во­ди­те­лями, поэтому при совер­ше­нии таких дей­ствий поток пра­вед­ного гнева при­дётся не столько на их головы, сколько в адрес орга­ни­за­ции как тако­вой. В резуль­тате полу­чаем репу­та­ци­он­ный вред и издержки, свя­зан­ные с после­ду­ю­щим вос­ста­нов­ле­нием долж­ного уровня репутации.

Осу­ществ­лять про­верку соот­вет­ствия пове­де­ния руко­во­ди­те­лей уставу и ком­му­ни­сти­че­ской морали — дело всех чле­нов орга­ни­за­ции, а не только руко­вод­ства. Рядо­вые члены не могут сти­хийно, «снизу», опре­де­лить ком­пе­тент­ность тео­ре­ти­ков, поэтому науч­ный цен­тра­лизм и заме­няет выборы кооп­та­цией. Однако пове­де­ние руко­во­ди­те­лей, нару­ша­ю­щее нормы устава и пар­тий­ной этики, — это обос­но­ван­ный повод для поста­новки вопроса об уда­ле­нии таких руко­во­ди­те­лей со сто­роны рядо­вых пар­тий­цев. Если руко­вод­ство покры­вает такого нару­ши­теля, то рядо­вые обя­заны пре­кра­тить под­держку дан­ной орга­ни­за­ции как встав­шей на путь груп­пов­щины и обслу­жи­ва­ния само­лю­бия руководителей. 

Руко­во­ди­тели, сами не соот­вет­ству­ю­щие зва­нию марк­си­ста, под­ме­ня­ю­щие прин­ци­пи­аль­ность груп­пов­щи­ной, зако­но­мерно при­дут к пол­ному краху. Более того, и тео­ре­ти­че­ский уро­вень, и мораль­ные каче­ства — это еще не всё: марк­сист обя­зан изу­чать кон­крет­ную ситу­а­цию, в кото­рой он дей­ствует, и эффек­тивно при­ме­нять науку для при­вле­че­ния на сто­рону ком­му­низма пере­до­вых про­ле­та­риев, из кото­рых гото­вятся кадры для орга­ни­за­ции. В даль­ней­шем, когда они будут под­го­тов­лены в доста­точ­ном числе, в своей прак­ти­че­ской работе орга­ни­за­ция должна будет научиться адап­ти­ро­вать про­па­ганду для широ­ких масс. Реше­ние задач, свя­зан­ных с новым эта­пом, также будет невоз­можно без высо­кого тео­ре­ти­че­ского каче­ства пар­тий­ного руко­вод­ства в соче­та­нии с само­кри­ти­кой, кол­лек­тив­ным реше­нием воз­ни­ка­ю­щих проблем. 

Про­ти­во­по­став­ле­ние науч­ного отбора кад­ров и кол­ле­ги­аль­но­сти управ­ле­ния — совер­шенно лож­ное. Руко­вод­ство должно быть кол­лек­тив­ным, однако этот кол­лек­тив может быть только высо­кого каче­ства. Обла­дая высо­ким тео­ре­ти­че­ским уров­нем, члены руко­вод­ства обя­заны не счи­тать себя гени­ями, при­слу­ши­ваться к кри­тике снизу, но в то же время уметь ста­вить точку в дискуссиях.

На самом деле, демо­кра­ти­че­ский цен­тра­лизм, осо­бенно при раз­мы­тых кри­те­риях при­ёма в пар­тию, вовсе не спа­сает от подав­ле­ния разум­ной кри­тики и уста­нов­ле­ния вла­сти «непо­гре­ши­мых вождей». Именно так и слу­чи­лось в ходе дис­кус­сий в боль­ше­вист­ской пар­тии 1920-х — начала 1930-х гг.: все оппо­зи­ци­он­ные группы были уни­что­жены при под­держке ста­лин­ской команды со сто­роны широ­ких пар­тий­ных масс. До сих пор все орто­док­саль­ные ста­ли­ни­сты раз­ма­хи­вают, к при­меру, офи­ци­аль­ными ито­гами дис­кус­сии 1927 г., согласно кото­рым, руко­вод­ство пар­тии под­дер­жало 99 % пар­тий­цев, при­няв­ших уча­стие в этой дис­кус­сии, а оппо­зи­цию — менее 1 %. Эта под­держка и поз­во­лила затем раз­вя­зать репрес­сии про­тив сто­рон­ни­ков Троц­кого, пере­шед­шие со вре­ме­нем в без­удерж­ную кле­вету и почти пого­лов­ное истребление.

Таким обра­зом, меха­низм демо­кра­ти­че­ского цен­тра­лизма не обес­пе­чил сохра­не­ния сво­боды мне­ний в рам­ках марк­сизма в рядах боль­ше­вист­ской пар­тии. В даль­ней­шем, конечно, демо­кра­ти­че­ский цен­тра­лизм в ВКП(б) ста­но­вился всё более фор­маль­ным: под­держка курса руко­вод­ства во мно­гом фор­ми­ро­ва­лась сверху в усло­виях запрета на кри­тику этого курса. 30 лет спу­стя, в новых обсто­я­тель­ствах, хру­щёвцы раз­гро­мили «анти­пар­тий­ную группу» с ещё более подав­ля­ю­щей под­держ­кой. Это также фор­мально про­ис­хо­дило демо­кра­ти­че­ским путем: всё те же чест­ные совет­ские работ­ники про­го­ло­со­вали за реви­зи­о­ни­стов, исходя из соб­ствен­ных нена­уч­ных пред­став­ле­ний о ком­му­низме и о пар­тий­ной дисциплине. 

Науч­ный цен­тра­лизм хочет закрыть пути для раз­мы­ва­ния ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии подоб­ным обра­зом. Кол­лек­тив ком­му­ни­стов дол­жен быть отно­си­тельно узким, вклю­чать в себя именно марк­си­стов, а не про­сто чест­ных тру­же­ни­ков. Кажу­ща­яся опас­ность отрыва от масс, на наш взгляд, с лих­вой пере­кры­ва­ется ростом авто­ри­тета ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии как раз вслед­ствие серьёз­ных кри­те­риев отбора. Позд­няя КПСС была 20-мил­ли­он­ной, при­сут­ство­вала на всех пред­при­я­тиях и учре­жде­ниях — спасло ли это её от краха? Нет, потому что сред­ний пар­би­ле­то­но­сец ничем не отли­чался в луч­шую сто­рону от бес­пар­тий­ного обы­ва­теля, так же пове­рив в том числе и в рыноч­ные гор­ба­чёв­ские сказки. Не говоря уж о том, что приём всех под­ряд бил по авто­ри­тету пар­тии как аван­гард­ной организации. 

Гораздо лучше этот авто­ри­тет будет под­дер­жи­ваться, если в гла­зах масс пар­тия будет струк­ту­рой, куда одно­значно закрыта дверь слу­чай­ным людям, ведь свой уро­вень как марк­си­ста и в интел­лек­ту­аль­ном и в эти­че­ском аспекте здесь будет необ­хо­димо дока­зать на прак­тике. Это каса­ется как доре­во­лю­ци­он­ного пери­ода, так и, навер­ное, в ещё боль­шей мере этапа стро­и­тель­ства нового обще­ства, борьбы капи­та­ли­сти­че­ских и ком­му­ни­сти­че­ских тен­ден­ций в рабо­чем государстве.

По поводу этого этапа необ­хо­димо ска­зать об ещё одном клю­че­вом моменте. Важно пони­мать, что науч­ный цен­тра­лизм — это орга­ни­за­ци­он­ный прин­цип именно кол­лек­тива ком­му­ни­стов. Когда мы ведём речь о бес­пар­тий­ных мас­сах, кото­рыми ком­му­ни­сты обя­заны руко­во­дить после победы про­ле­тар­ской дик­та­туры, отбор исклю­чи­тельно по науч­ному кри­те­рию уже невоз­мо­жен. Науч­ный цен­тра­лизм не отри­цает, а, наобо­рот, пред­по­ла­гает соци­а­ли­сти­че­скую демо­кра­тию как один из необ­хо­ди­мых эле­мен­тов функ­ци­о­ни­ро­ва­ния дик­та­туры пролетариата.

Соци­а­ли­сти­че­ская демо­кра­тия — это демо­кра­тия для рабо­чего класса, реально рабо­та­ю­щая, в отли­чие от бур­жу­аз­ной демо­кра­тии. Бур­жу­аз­ная демо­кра­тия дей­ствует только как меха­низм раз­дела и осу­ществ­ле­ния вла­сти внутри бур­жу­аз­ного класса, тогда как для тру­дя­щихся явля­ется ими­та­цией. Ком­му­ни­сти­че­ская пар­тия не может руко­во­дить одна, без масс. И соци­а­ли­сти­че­ская демо­кра­тия в орга­нах вла­сти (в Сове­тах или какой-то дру­гой их форме), проф­со­ю­зах и т. д. явля­ется меха­низ­мом при­вле­че­ния масс к управ­ле­нию, а в пер­спек­тиве — и посте­пен­ного отми­ра­ния госу­дар­ства, пере­хода к обще­ствен­ному само­управ­ле­нию в бес­клас­со­вом обществе.

Мы пре­красно пони­маем, что взяли на себя слож­ную задачу, про­кла­ды­вая новые пути в раз­ви­тии марк­сизма вообще и в стро­и­тель­стве ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии в част­но­сти. Но иного вари­анта нет, и мы зовём в свои ряды лишь тех, кто раз­де­ляет наши цели, осо­знаёт всю слож­ность задач и при­нял твёр­дое реше­ние при­со­еди­нить свои силы и спо­соб­но­сти к нашей работе.

Нашли ошибку? Выде­лите фраг­мент тек­ста и нажмите Ctrl+Enter.

При­ме­ча­ния

  1. В. Сар­ма­тов. Тезисы о боль­ше­вист­ской пар­тии XXI века.
  2. Т. Воло­ки­тина, Г. Мурашко, А. Нос­кова, Т. Поки­вай­лова. Москва и Восточ­ная Европа. Ста­нов­ле­ние поли­ти­че­ских режи­мов совет­ского типа (1949–1953): Очерки исто­рии. М., 2002. С. 106–107.
  3. Разу­ме­ется, здесь речь о выходе не по лич­ным обсто­я­тель­ствам, а по при­чи­нам поли­ти­че­ского или идей­ного харак­тера.